Вот недавно было опубликовано самое масштабное исследование долгосрочного воздействия агонистов рецепторов глюкагоноподобного пептида-1 (GLP-1) (торговые марки: Оземпик, Вегови и пр.) на феномен потребления веществ и химической зависимости.

Были проанализированы данные 606 434 человек страдающих диабетом 2 типа, за которыми наблюдали в течение до трех лет.

Начало приема агонистов рецепторов GLP-1 было связано со снижением риска возникновения расстройств (т.е. формирования зависимости), связанных с потреблением алкоголя, табака, а также других нелегальных веществ.

Среди людей, у которых уже была диагностирована зависимость от психоактивных веществ, начало приема агонистов рецепторов GLP-1 было связано со снижением риска обращений в отделение неотложной помощи, снизилась и число госпитализаций, связанных с зависимостью.

Приём лекарств привёл к сокращению смертности связанной с употреблением и передозировкой, а также у пациентов уменьшилась частота возникновения суицидальных мыслей и попыток причинить себе вред.

Источник:
https://www.bmj.com/content/392/bmj-2025-086886

Дисклеймер: данная информация представлена для специалистов. Назначения рецептурных лекарств, должны происходить исключительно по согласованию с лечащим врачом.

#исследование
#зависимость
#лекарства

Восьмое видео из цикла разговоров о ПТСР и КПТСР с уважаемым Денисом Автономовым.

Возможно, это будет самый обстоятельный и подробный разговор на тему психических травм в видеоформате.

Сколько частей будет пока точно не известно.

Встреча доступна в двух форматах:
• Полная запись на моём ютуб канале.
• Серия тематических отрывков на канале Дениса Автономова.

В полной версии есть то, что не вошло во фрагменты.

Полную версию можно посмотреть здесь:
https://youtu.be/VzLgFUNV1rQ

Так же с некоторой задержкой запись будет доступна в формате аудиоподкаста на различных платформах. Ссылки на них есть тут — https://deeptherapy.mave.digital/

Тематические отрывки есть на ютуб канале Дениса:
https://youtube.com/channel/UCer3mWcnrsF7sStz1dRphXg?si=uUFbODCHaQCXApmA

А сам телеграм-канал Дениса находится — здесь.

В этом видео обсуждались следующие темы:
1. «Ползучесть» по Хасламу: термин «травма» расширился настолько, что включает теперь любой бытовой дискомфорт.
2. Критерий травмы - не само событие, а диссоциативная реакция: без неё сомнительно называть переживание травмой.
3. Два типа диссоциации: отстранённость как острая защита в моменте и компартментализация как параллельный доступ к сознанию.
4. Компартментализация создаёт параллельные миры психики, между которыми нет контакта и ощущения противоречия.
5. Двоемыслие по Оруэллу - точная модель психики зависимого: два несовместимых решения принимаются одновременно.
6. В терапии зависимостей приходит не тот, кто нуждается в помощи: Джекил лечится, пока Хайд планирует игру.
7. Невроз - зоопарк внутри города: изолированная область фантазий, где действуют другие законы реальности.
8. Эффективная ложь начинается с самообмана: убедить других можно лишь продав историю сначала себе.
9. Психика способна к естественному восстановлению: большинство событий «серой зоны» перерабатываются самостоятельно.
10. Ярлыки «травма», «нарцисс», «СДВГ» дают облегчение, но блокируют терапию: работать нужно с феноменологией.

Приятного и полезного просмотра!

Лесман Артём | психолог, психотерапевт

[В разговоре за последнюю неделю]

– То как человек живёт сегодня, является синопсисом того, что происходило с ним в раннем детстве, в его взаимодействии с первичными объектами.


– Трансцендентность тоже может быть инфернальной.


– Дилемма травмированного лежит в плоскости повторяющихся кошмаров свидетельствующих о реальности пережитой катастрофы, которую хочется, но невозможно забыть. Ибо «забыть» тут означает исполнение желания насильника изгладить, нормализовать и свести память на нет.


– Камень давно лежит на дне озера, а круги продолжают расходиться. Травма работает аналогичным образом.


Иногда субъект как «предательство» воспринимает привыкание к своим трагическим воспоминаниям или прекращение ими ужасаться. Чтобы вернуть чувствительность, он бередит свои раны.

© Автономов Денис, 2026

#размышления
#психология
#афоризмы
#травма

Неотъемлемая часть любви

«dreams of dark distances, deep consuming, cruel like the night!» (Отрывок из стихотворения Мелани Кляйн)

Джон Стайнер не устает подчеркивает значение этой идеи Кляйн: вина и страдание, тревога и сожаление, ненависть и жестокость – неотъемлемые части «сложного отношения к объектам, называемого любовью»

Кляйн повторяет эту мысль дважды в своих работах 30-х годов. Судя по стилистике, это одна идея. Интересно, что означает повторяющееся выражение «как по количеству, так и по качеству»?

«Я придерживаюсь мнения, что сожаление, чувство вины и тревогу ребенок переживает, когда начинает до некоторой степени ясно представлять себе, что любимый объект – тот же самый, кого он ненавидит и на кого он начал и продолжает нападать в состоянии неконтролируемого садизма и жадности, и что сожаление, чувство вины и тревога – неотъемлемые составляющие сложного отношения к объектам, называемого любовью. Стремление к репарации возникает именно из этих конфликтов, оно становится не только мощным мотивом для сублимации, но и заложено в чувстве любви, на которое влияет и по качеству, и по количеству». («Лекции по технике»).

«Моя психоаналитическая работа убедила меня в том, что, когда в психике ребенка возникают конфликты между любовью и ненавистью и активизируются страхи потерять любимый объект, совершается очень важный шаг в развитии. Сейчас эти переживания вины и страдания входят в эмоцию любви в качестве ее нового элемента. Они становятся неотьемлемой частью любви и оказывают серьезное влияние, как качественно, так и количественно». («Любовь, вина и репарация»).

“I hold the view that feelings of sorrow, guilt and anxiety are experienced by the infant when he comes to realise to a certain extent that his loved object is the same as the one he hates and has attacked and is going on attacking in his uncontrollable sadism and greed, and that sorrow, guilt and anxiety are part and parcel of the complex relation to objects which we call love. It is from these conflicts that the drive to reparation springs, which is not only a powerful motive for sublimations, but also is inherent in feelings of love, which it influences both in quality and quantity”. (Lectures on technique, p. 37)

“My psycho-analytic work has convinced me that when in the baby’s mind the conflicts between love and hate arise, and the fears of losing the loved one become active, a very important step is made in development. These feelings of guilt and distress now enter as a new element into the emotion of love. They become an inherent part of love, and influence it profoundly both in quality and – quantity”. (Love, Guilt, and Reparation, p. 311)

Источник: Психоанализ и мир

#кляйн
#психоанализ

Жан Лапланш: ...Когда люди говорят об анализе как о сказке или мифе, они одновременно правы и не правы. Правы, потому что анализ обнаружил в человеческой жизни много сказок, а в человеческой культуре — много мифов.

Сейчас же этот мифический аспект психоанализа используется для того, чтобы его обесценить. Но работа аналитической теории заключается в том, чтобы отвести место идеологии; показать, как мифы функционируют в людях. Именно это я пытаюсь сделать, когда говорю, что существуют типы кодов, которые используются для обхождения с чем-то, исходящим от другого.

Жан Лапланш. Другой внутри: переосмысляя психоанализ. Интервью для Radical Philosophy (Питер Осборн и Джон Флетчер 2000 год), перевод Захара Неустроева.

#психоанализ

Почитайте пожалуйста, мой новый текст на потенциально скандальную тему

https://dzen.ru/a/aa6Qbh-WRwI0z0qb

#насилие
#жертва
#ложь

...Всякое безумие - защита от еще большего безумия, в частности, от безумного страдания.

Таких решений может быть несколько, в сущности, три, соответственно трем видам шизофрении. Кататоническая обездвиженность или наоборот возбуждение (при возбуждении будет тоже все повторяться).

Гебефреническая дурашливость. Она тоже может иметь характер обссесивного повторения. Например, на все попытки диалога гебефреник может отвечать одной и той же фразой: «А пошли вы все в ж...».

Самая сложная форма шизофренической защиты - третья - бредово-галлюцинаторная или параноидная.

Вадим Руднев

ИТАК, САМЫЕ ПОПУЛЯРНЫЕ ПОСТЫ ПРОШЕДШЕЙ НЕДЕЛИ

1. Психоанализ и бомбы https://xn--r1a.website/clinicalpsychoanalysis/11766

2. Что такое синдром патологического избегания требований?
https://xn--r1a.website/clinicalpsychoanalysis/11767

3. Проблема рецидива https://xn--r1a.website/clinicalpsychoanalysis/11770

4. Болтовня https://xn--r1a.website/clinicalpsychoanalysis/11772

https://xn--r1a.website/clinicalpsychoanalysis/11776

5. Лекарство от зависимости? https://xn--r1a.website/clinicalpsychoanalysis/11774

Как Вы могли убедиться, на канале нет рекламы, «партнёрских постов», текста, который сгенерировал ИИ, а так же откровенной бредятины в духе популярной психологии (мотивации, денег, отношений, как стать «успешным успехом» и пр.).

Я не собираю «звёздочки» или донаты, не продаю и не покупаю рекламу, а к сумасшедшей рекламе от Дурова, я, понятное дело, не имею никакого отношения.

«Клинический психоанализ» – это просветительский проект, который я веду один, опираясь лишь на мой интерес и в свободное от основной работы время.

Если Вы поделитесь информацией о канале «Клинический психоанализ» со своими друзьями, то это будет большой помощью.

P.S. Канал на YouTube (диалоги на тему клинической психологии с другими профессионалами, а также фрагменты частных лекций и выступлений на конференциях) https://youtube.com/channel/UCer3mWcnrsF7sStz1dRphXg?si=RZ_LrGh5Npxuv60E

«Травма — это на самом деле истина». Джон Стайнер о травме, иллюзиях и вине

Еще один пример ясных и важных формулировок – статья Джона Стайнера «Травма и крах иллюзий Эдипа» (2018). Многие идеи Стайнер впоследствие повоторял в предисловии к книге Х. Вайсса и комментариях к его семинарам. Но здесь его идеи сконцентрированы. Перейду к цитированию:

«Некоторая травма в результате утраты иллюзий универсальна и ее наносят все родители, поскольку ребенка, чтобы он развивался, обязательно необходимо изгнать из идеализированной фантазии Райского сада.

Потому каждый отец ощущается обидчиком его детей, когда он мешает идеализированной паре, состоящей из матери и ребенка. Однако даже эти ординарные повседневные травмы могут иметь разрушительные последствия из-за бессознательных фантазий, которым они соответствуют, и результатом, казалось бы, незначительной травмы может быть тяжелая инвалидность, если негодование препятствует отказу от иллюзии Райского сада.

Такие неизбежные травмы, однако, отличаются от исключительных травм, когда насилию и злоупотребление подвергают беспомощную жертву. В случае тяжелой травмы мы имеем дело не просто с неизбежным воздействием реальности, но скорее с дополнительными специфическими ущербами, различными как по тяжести, так и по контексту, в котором они причиняются.

Иногда травма настолько физически и ментально разрушительна, что с ней очень трудно смириться. Тогда травма может давать взгляд на мир, в котором жестокость и преследование действительно существуют и в котором плохие объекты, которые ранее существовали в бессознательной фантазии, становятся реальными.

Она заставляет нас признать, что в мире обитают хищники, что насилие может быть неизбежным и что оберегающее окружение, которому мы стали доверять, может нас подвести. Серьезную травму может вызывать злоупотребление, насилие войн и катастроф, а также тяжелая потеря и заброшенность, когда хорошие объекты стали недоступными».

«Травма — это на самом деле истина, с которой пациент должен в конечном итоге столкнуться и которая включает в себя осознание, что жестокие, повреждающие объекты действительно существуют, а идеализацию, которая помогала ему отрицать реальность, сохранить невозможно. …

Травма, нанесенная другими, разбивает иллюзию резко и необъяснимо, и, когда она возникает безо всякого сговора со стороны жертвы, чувство вины может быть труднее распознать и выдержать. Тогда кажется парадоксом, что вину часто описывают жертвы травмы, тогда как кажется столь очевидным, что виноват обидчик. Исследование вины, которую ощущает субъект, может восприниматься неуместным и даже неэтичным.

Иногда пострадавший пытается добиться, чтобы его вину поняли, а обнаруживает, что все настаивают, что вину следует возлагать на обидчиков».

«Иногда человек кажется словно бы подвешенным в точке выбора, где движение в одном направлении дает возможность сдвинуться к депрессивной позиции, на которой утрата Райского сада принимается и оплакивается. Движения в этом направлении возможны только если вина выносима, но, когда это действительно оказывается возможным, для смягчения суровости супер-эго могут быть мобилизованы репаративные желания. Однако если вина невыносима, начинает преобладать параноидное решение, при котором патологическая организация, основанная на всемогуществе, пытается снова установить идеализацию, часто принудительно, требуя ее как права, которое было жестоко и несправедливо украдено. При параноидном решении чувствовать вину должен объект и, когда травма идентифицирована как причина текущего состояния, субъекту особенно трудно принять свою часть вины, и потому движения к депрессивной позиции откладываются или избегаются».

Перевод З. Баблояна.

Источник: Психоанализ и мир.

#психоанализ

Проблема ложных обвинений в сексуальных преступлениях.

Изнасилование является уникальным преступлением. Ни какое другое насильственное злодеяние не вызывает столько споров и так запутано как это, ибо оно затрагивает массу других тем, в том числе взаимоотношения полов, доверия, гендера и сексуальности.

Итак, что касается этой потенциально скандальной темы, то тут у нас присутствуют как минимум две серьезные проблемы.

Проблема номер один – жертвы сексуальных преступников (как правило женщины) молчат, не обращаются за помощью, предпочитая не регистрировать преступление или отказываются сотрудничать со следствием.

По оценкам, от 64% до 96% жертв не сообщают о совершенных против них сексуальных преступлениях (Fisher et al., 2000; Perkins & Klaus, 1996), и основной причиной этого является уверенность жертв в том, что их сообщение будет встречено с подозрением или откровенным недоверием (в первую очередь со стороны правоохранителей).

Проблема номер два. Мнимые жертвы домогательств выдвигают ложные обвинения о якобы произошедшем сексуальном насилии или домогательствах против невиновного человека (как правило против мужчин).

В своих действиях они, как правило, руководствуются самыми разнообразными психологическими и социальными мотивами (мести, привлечения внимания и сочувствия, «снятия» чувства вины, получения финансовой выгоды и пр.).

Некоторые феминистки практически отрицают существование ложных обвинений в изнасиловании и считают, что сама эта концепция представляет собой форму дискриминации женщин (особенно в контексте #MeToo предполагающего, что любым заявлениям женщины нужно верить).

#MeToo возникло в контексте скандала и обвинений кинопродюсера Харви Вайнштейна в сексуальных домогательствах и принуждении.

Парадокс заключается в том, что огромный отклик возник именно по причине резкого снижения распространенности сексуального насилия. Из-за которого «домогательством» на Западе стало считаться почти любое поведение связанное с оказанием знаков внимания со стороны мужчины, который не нравится женщине.

Продолжение следует...

Считается, что ложные обвинения в сексуальных преступлениях составляют от 2,1 до 10,9% всех обвинений.

Исследование Министерства внутренних дел Великобритании от 2005 года, в рамках которого было изучено 2643 случаев изнасилования, о которых сообщили в полицию выявило, что 216 (8,2%) эпизодов представляли собой ложные обвинения.

Анализ 10-летней выборки случаев сексуального насилия в кампусе (Northeastern university) установил, что из 136 случаев зарегистрированного сексуального насилия 8 (5,9%) эпизодов были квалифицированы как ложные сообщения, когда преступления не имело места (т.е. это заведомо ложное сообщение об изнасиловании или обвинение невиновных) (Lisak, David, et al. 2010).

В отчёте ФБР за 1997 год была упомянута цифра в 8% ложных и необоснованных обвинений, однако другие оценки могут быть значительно выше.

Проблема осложняется ещё и тем, что обвинение в сексуальных домогательствах легко выдвинуть, трудно доказать, и еще труднее защищаться от него обвиняемой стороне, особенно когда это обвинение было изначально предварительно сфальсифицировано.

Среди массы сложностей присутствует вопрос и о том как квалифицировать дело – именно как ложное заявление, или как что-то иное?

Решение о том, что сообщение о сексуальном насилии является ложным, может быть принято только в том случае, если убедительные доказательства свидетельствуют о том, что преступление не было совершено или не было предпринято попытки его совершения.

Это не следует путать с расследованием, в ходе которого не удалось надёжно доказать факт сексуального насилия.

Доказательства того, что «нападения не было», могут включать физические, объективные доказательства (например, записи камер наблюдения) и/или заявления заслуживающих доверия свидетелей, которые противоречат ключевым аспектам заявления фальшивой жертвы о якобы произошедшем насилии.

Окончание следует...

Ещё одна сложность заключается в травме свидетеля.

Дело в том, что травмированные люди, как правило, вспоминают
события фрагментарно и выборочно. Часть из них сообщают о прошествии с большим опозданием, особенно если они были в состоянии сильного алкогольного опьянения.

Некоторые жертвы насилия пытаться скрыть «некрасивые» факты своего собственного поведения, например, тот факт того, что жертва ранее добровольно вступала в сексуальный контакт с преступником, употребление запрещенных веществ, свои сексуальные фантазии / предпочтения – из-за страха оценки, стыда и ощущения позора.

Тактика ведения дел полицией может подтолкнуть и без того колеблющихся жертв изнасилования отказаться от участия в уголовном процессе.

С другой стороны, нельзя игнорировать и злонамеренные ложные заявления о насилии и домогательствах.

Такие случаи зачастую приобретают широкую огласку, нанося вред как отдельным людям (которых оклеветали, ложно обвинили и даже осудили), так и системе правосудия в целом. Женщина, подвергшаяся сексуальному насилию, будет ещё больше опасается обращаться в полицию из-за страха, что ее обвинят во лжи.

Описан и феномен т.н. «серийных обвинителей» (обычно женщин), чьи противоправные действия за редким исключением благополучно сходят им с рук.

В частности, известен пример девушки, которая на протяжении нескольких лет выдвинула 15 (!) ложных обвинений в изнасиловании (включая групповое), прежде чем против нее были возбуждено уголовное дело.

В частности, 25-летняя Джемма Бил была признана виновной в Королевском суде Саутуарк по четырем пунктам обвинения в лжесвидетельстве и в воспрепятствовании правосудию.

Следователи потратили 6400 часов и не менее 900 000 фунтов стерлингов на изучение её заявлений и анализ доказательств, в конечном итоге придя к выводу, что ее обвинения в том, что ее якобы насиловали были ложными.

Суд установил, что ей нравилась когда ее жалели играя роль жертвы. Судья приговорил её к десяти годам тюремного заключения за её преступления.

© Автономов Денис, 2026

Написано по мотивам:
Lisak, D., Gardinier, L., Nicksa, S. C., & Cote, A. M. (2010). False allegations of sexual assault: An analysis of ten years of reported cases. Violence against women, 16(12), 1318-1334.

https://www.bloomberg.com/news/articles/2018-12-03/a-wall-street-rule-for-the-metoo-era-avoid-women-at-all-cost

https://www.thesun.co.uk/news/4313763/woman-falsely-accused-rape-15-men-is-jailed/

https://nypost.com/2017/08/25/woman-heading-to-prison-after-falsely-accusing-15-men-of-rape/

#насилие
#ложь
#сексуальность
#преступление
#жертва
#MeToo

Недавно одна синьора, связавшись со мной [речь идёт о Луке Николи] по телефону (что редкость в наши дни, поскольку первый контакт чаще происходит посредством асинхронных сообщений в мессенджере, и это дает собеседникам чувство большей дистанцированности), задала мне прямой вопрос:

«Доктор, сколько сессий понадобится, чтобы вылечить депрессию?»

Затем она добавила, что уже проходила терапию у врача, который лечил депрессию за десять сессий.

Я спросил, по-могло ли ей лечение, а она ответила:

«Не могу сказать, по-тому что я бросила терапию на четвертой сессии».

Под редакцией Луки Николи. Гореть вместе: близость, истина и уязвимость в современном итальянском психоанализе / Перевод с итальянского О. Гончаровой. — М.: Издательство Beta 2 Alpha, 2026. — 256 с.

#юмор
#психотерапия

[В разговоре за последнюю неделю]

– Любовь и ненависть сегодня (особенно лютая) это просто тень прошлого, информация о событиях детства.


– Есть вещи, которые человек просто не имеет права прощать.


– Ранний детский аскетизм.


– Нежелание пациента говорить о своей зависимости, депрессии или травме в прошлом связано со страхом, что, разговор о ней может «разбудить» её, и он может снова оказаться в её власти.

© Автономов Денис, 2026

#размышления
#психология
#афоризмы

Буду выступать (онлайн) на международной конференции, посвященной творчеству Станислава Лема, философии науки и научной фантастике (Восьмые Лемовские чтения https://lem.ssau.ru/).

28 марта 2026 г. (суббота) 11.20 - 11.40 (онлайн).

Расскажу о роли психологической травмы и о долгосрочных последствиях травматизации на примере великого писателя из Польши.

Название доклада: «Что стоит за идеей Станислава Лема о принципиальной невозможности контакта с инопланетным Другим?»

#лем
#травма

Лапланш: Сейчас я работаю над первичной идентификацией, отталкиваясь от вопроса о присвоении [assignation] пола. Гендер индивида — это прежде всего присвоение его другим. Я пытаюсь показать, что то, что Фрейд называл первичной идентификацией «с отцом в личное доисторическое время», или то, что Лакан называет первичной символической идентификацией, — это не «Я идентифицирую себя», а идентификация другим. Другой идентифицирует меня.

Существуют не только будние сообщения, о которых я говорю в теории соблазнения. Есть и другой вид сообщений, которые передаются не обществом в целом, а небольшими сообществами. Один из членов группы идет к высокопоставленному лицу и регистрирует имя, фамилию, пол, а порой, в некоторых странах, — религию и расу.

Они присваивают что-то, и это присвоение носит коллективный характер. Это небольшой коллективизм, но он все же он носит коллективный характер и работает бессознательно. Ребенок должен проработать это первое присвоение: «Я девочка» и «Я мальчик». Что это значит? Как переводится «Я мальчик»?

RP: Как рано это происходит? Довербальный период?

Лапланш: Присвоение относится к довербальному периоду, но переработка, «перевод», происходит после первичного соблазнения, примерно в начале второго года жизни, когда ребенок начинает ясно говорить «Я девочка» или «Я мальчик».

Жан Лапланш. Другой внутри: переосмысляя психоанализ. Интервью для Radical Philosophy (Питер Осборн и Джон Флетчер 2000 год), перевод Захара Неустроева.

#психоанализ

Это к вопросу об «эпидемии» т.н. гендерной дисфории.

Вы всегда думаете, что вещи могут быть иными. Когда вы осознаете и твердо убедитесь, что ничто не может быть иным, вы перестанете спорить.

Споры основаны на представлении, что вещи могли бы быть иными и что некоторые люди могли бы делать вещи по-другому.

Постарайтесь думать с точки зрения того, что все, что происходит, происходит потому, что не может быть иным.

Если бы что-то могло быть иным, то оно и происходило бы по-иному. Это очень просто, но осознать это весьма трудно.

Ouspensky P.D. The Fourth Way.

#психология

Девятое видео из цикла разговоров о ПТСР и КПТСР с уважаемым Денисом Автономовым.

Возможно, это будет самый обстоятельный и подробный разговор на тему психических травм в видеоформате.

Сколько частей будет пока точно не известно.

Встреча доступна в двух форматах:
• Полная запись на моём ютуб канале.
• Серия тематических отрывков на канале Дениса Автономова.

В полной версии есть то, что не вошло во фрагменты.

Полную версию можно посмотреть здесь:
https://youtu.be/gw9vgV3wdR4

Так же с некоторой задержкой запись будет доступна в формате аудиоподкаста на различных платформах. Ссылки на них есть тут — https://deeptherapy.mave.digital/

Тематические отрывки есть на ютуб канале Дениса:
https://youtube.com/channel/UCer3mWcnrsF7sStz1dRphXg?si=uUFbODCHaQCXApmA

А сам телеграм-канал Дениса находится — здесь.

В этом видео обсуждались следующие темы:
1. Разовое событие может привести к КПТСР, если сопровождается беспомощностью, социальной изоляцией и обвинением жертвы.
2. При комплексной травме прошлое столь же неизвестно человеку, как и будущее - он не помнит, но и не может забыть.
3. Травма по Фрейду - событие, опередившее человека: психика повторяет его, пытаясь подготовиться задним числом.
4. 44% людей с ПТСР выздоравливают спонтанно - психика эволюционно оснащена для переработки травмы.
5. Вера в справедливый мир заставляет обвинять жертву: её существование разрушает иллюзию о справедливости бытия.
6. Чем раньше психика приступает к переработке травмы, тем лучше прогноз: после 6 месяцев вероятность ремиссии резко падает.
7. Флешбеки и интрузии - не просто симптомы, а естественный механизм экспозиции, попытка психики завершить переработку.
8. Доказательная терапия не изобретает новых механизмов: она добавляет к естественным структуру, безопасность и завершённость.
9. Поддерживающее социальное окружение - один из сильнейших предикторов успешной переработки травмы.
10. Диагноз в психотерапии - не цель, а отправная точка: работать нужно с феноменологией, а не с аббревиатурой.

Приятного и полезного просмотра!

Лесман Артём | психолог, психотерапевт

«Одиночество - это не столько естественное, сколько оптимальное состояние человека.
Двое - наилучшая цифра для коллектива.
Трое - это ад. Всё равно, что тысяча.
Вот рубеж: один, два».

Варлам Шаламов.

#недомогание_от_культуры