СЦЕНА 11. МАССАЖ ПО-ЗАНЗИБАРСКИ

Ольга Юрьевна думала, что массаж будет выглядеть иначе. Белая простыня. Цветок в шелковистых волосах. Горка полированных камней... Вместо этого — стол из грубо отесанных досок и куском поролона. Циновка, которая помнит не одного туриста. Танзанийка с руками бывалого слесаря.
Камней не было. Цветка тоже. Под столом лежал нож. Крупный, с деревянной ручкой. Такими режут домашних свиней.
Рядом на таком же столе лежала Даша. Ее массировали нежно, с прибаутками. Вторая массажистка молчала. И явно халтурила, экономила масло и периодически переходила в режим энергосбережения. Даша поворачивает голову и спрашивает томно:
— Вам нравится?
— Я тебе потом расскажу, — сухо ответила Ольга Юрьевна.
Сейчас, с ножом под столом говорить, что «не нравится», казалось опрометчивым.
Начали следить за занзибарским спа-салоном «Мама Африка». Через пару часов наблюдений все встало на свои места. Сотрудницы, как заправские контрабандисты, вскрывали ножом жестяные банки с дешевым рапсовым жиром для бедных, купленным на местном базаре за три шиллинга, и с видом великих алхимиков переливали в стеклянные банки с этикеткой «Масло баобаба — премиум-класс». Цена на выходе вырастала в десять раз.
— Кажется мы стали участниками кулинарного шоу «Битва контрафакта», — улыбнулась Ольга Юрьевна, и Даша завершила мысль:
— Все равно никто не отличит баобаб от рапсового масла. Но можно догадаться, что будет с тем, кто раскроет тайны маркетинга Мамы Африки.
На следующий день они нашли спа-салон «У Патриции». И сделали ей кассу.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ…

#ЗанзиБайки #Занзибар

Теперь я могу продавать курсы по SMM «Как стать знаменитым за одну ночь».

Секрет прост — съездить в Африку, снять убойный контент и выложить в запретграм!

О нет, к своему триумфу я шла долго. У меня довольно дохлый аккаунт. Несколько рилсов — средненьких, без искры. И тут один взлетает на полмиллиона! Ролик, где в деревне масаев один из аборигенов трением добывает огонь.

«Вот оно, признание!» — подумала я, и заглянула в статистику. Полмиллиона — это Индия, Иран (он же бывшая Персия) и Африка. Алгоритмы решили, что я местная знаменитость. Плюс 150 подписчиков (прирост 50%), все с экзотическими именами… Маджид Хусейн, Махмуд Девакар, Вариндер Таруни, Баблу, Таришек, Панкадж Капур, Бранаджа Локен, Шивам, Рохит, Ганеш, Саджайя… И только Леонардо Кальдериус Эспиноса — как музыка Средневековья среди ритмов таблы.

Огонь, добытый трением в Африке, теперь горит в телефонах по всему Персидскому заливу. Так что скоро придется читать лекции по антикризису на хинди и фарси. Все ради того, чтобы оправдать надежды миллиарда. 🤣

В День знаний — о кейсе, который все лето будоражил сеть. 

Лекции Анны Виленской о музыке Средневековья на «Страдариуме» разнесли в пух и прах профессиональные музыковеды, обвинив в «агрессивной невежественности», распространении «псевдонауки» и «псевдоинтеллектуального суррогата».

Прогнав контент через нейросеть (вручную бы никто не осилил), они нашли абсурдные формулировки «аккорд из одной ноты», «чистое трезвучие» для монодии, объяснение появления многоголосия усталостью певцов, а средневековую музыку — мистикой, хотя она была частью квадривиума, точной науки. Но каков уровень дискуссии!

Сама Виленская ошибки признала, проявила чувство юмора — предложила дисклеймеры и мерч с надписью «в моей лекции есть ошибки».

Но главное — скандал вызвал небывалый интерес к григорианским хоралам и медиевистике. Аудитория, не отличавшая Паганини от Листа, теперь горячо спорит о нюансах. Так мы нашли точку входа в высокую культуру.

Скандал затмил и другие «откровения» — например, с ВГТРК, где Дмитрия Донского назвали первым правителем, бросившим вызов Западу, а его врагов на Куликовом поле — «прокси-армией» Европы, возглавленной ханом Мамаем.

«В XIV веке Запад, как и в эпоху Александра Невского, снова пробует дожать непокорных русских — с северо-запада напирает католическая Литва, с юга — закованные в броню генуэзцы. Купцы Генуи совместно с папой римским ставят во главу прокси-армии тех лет хана Мамая. И вооруженный Западом Мамай двинулся на восток».

 
Историки усомнились (или спросили у ИИ) — Литва в те годы еще не была католической, Генуя с Мамаем не дружила, а враждовала, и самой «Европы» как единого политического субъекта в XIV веке просто не существовало.
 
Новый формат обучения detected! Просвещение через скандал. Может взять на вооружение?  🤣

#ЗебраКейс #CaseStudy

Меня тут спрашивают, есть ли кризис в PR? Еще какой!

Несколько лет назад у меня был жирный клиент — госкорпорация. Попасть в штаб-квартиру сложнее, чем в ЦЕРН с его Большим адронным коллайдером. На встречу с гендиректором пускали только с презентациями, сброшюрованными золотыми люверсами. И никаких вольностей — сотрудники мужского пола допускались в святая святых исключительно в белых рубашках. Это был не дресс-код, это был знак уважения, пропуск в святая святых.

И вот мой нерадивый дизайнер решил сэкономить и закупил серебряные люверсы. В надежде, что никто не заметит, я гордо вхожу в офис недалеко от Кремля. Главное — это наш креатив!

Так вот, нас не пустили на порог. Даже в бумаги не глянули. Сотрудники пресс-службы смотрели на нас с молчаливым презрением, как на прокаженных. А моего коллегу в голубой сорочке отправили в ближайший магазин — в срочном порядке переодеваться.

Я металась, бегала по потолку, молилась всем языческим богам. Клиент сжалился — отправил нас в свой собственный полиграфический центр, где наши бумаги переброшюровали в золото. Напарник мой пришел в белой рубашке, однако с коротким рукавом — других не было. Его спрятали в туалете, чтобы никто не увидел. Переговоры прошли успешно!

А вчера прихожу к тому же клиенту с пакетом документов, сцепленных обычной канцелярской скрепкой. Меня не только пустили, но и кофе предложили.

#ЗебраСторител #люверсы

Тут Ани Лорак знатно оскандалилась, спев «Ты меня любишь» Александра Серова. Фанаты в рвут на клочья, мол, покусилась на святое! Прошлись они и по женскому тексту кавера.

Серов:

«Ты меня любишь, яростно, гордо, ласково,
Птицей парящей небо судьбы распластано…»

Лорак:

«Ты меня любишь, право мужского властного,
Я под тобою. Я над тобой распластана…»

Именно за «под и над» фанаты и вцепились. Густо прошлись.

Лорак побежала в «МК» и красиво выкрутилась — мол, «подарила женскую историю», и «изначально слова были для девочки, нам не пришлось переделывать».

Проверяю, делаю аудит, роюсь в архивах. И правда — вот он, оригинальный текст Риммы Казаковой. Весь этот хоррор с «под и над» был еще до Серова, а потом под него «платье» перешили, и вышло даже лучше.

Но зачем оправдываться? Вышло жалко. Тут надо гордо уходить в ценности: «Я не порчу великое — я возвращаю истинное звучание великой поэзии!» Хотя у меня до сих пор вопросы — как представлю, холод по коже…

А вообще — тренд на каверы накрыл волной. Контента нет, хватают все, что когда-то взлетело. И «Миллион алых роз», и «Маэстро», и «Я вышла на Пикадилли».
Кризис жанра?

(Картиночку сделали с ИИ 😎)

В Иркутской области обнаружили какую-то заразу. Под нож пошли коровы, свиньи и овцы из частных подворий. Весной уже жгли туши в Новосибирске и на Алтае. Тогда — пастереллез, мол, вирус мутировал, стал «злокачественно-агрессивным», лечить бесполезно. Сейчас — узелковый дерматит. Причиной называют «нелегальный ввоз мелкого рогатого скота».

Продолжаем изучать справочник ветеринарии. Этот заболевание не опасно для человека. Им болеют коровы, но свиньи и козы — нет. Так за что их сжигают? Или узелковый дерматит тоже агрессивно мутировал? Или под вывеской дерматита прячут ящур? Не дай бог потерять статус страны, свободной от ящура, — выгонят из экспортной цепочки, а это уже удар по целой мясомолочной индустрии.

Ветеринары в один голос говорят, что при своевременном лечении выздоравливает до 99% скота. Почему не лечат, а сразу кремируют? Тишина. Виктория Боня молчит.
Дима Билан молчит. Даже Шуфутинский и тот молчит после 3 сентября. Не слышно и внятной позиции властей. Губернатор говорит: «Это горько и тяжело, но это безопасность других территорий». Мэр вторит: «Жители не должны препятствовать». «Это для безопасности», «так надо по санитарным правилам»…

Власти не объясняют, почему при узелковом дерматите, который лечится и от которого есть вакцины, выбрана самая радикальная мера — тотальное уничтожение. Анализы людям не показывают. Компенсации — 200–300 руб./кг, то есть за голову КРС дадут тысяч 20, при том, что породистая корова стоит под 80.

❌ Нет внятного ответа: «почему нельзя вылечить?»
❌ Нет прозрачности
❌ Нет справедливых денег
❌ Нет эмпатии
❌ Нет Виктории Бони

Есть лишь попытка через «крематорий» спрятать все улики, чтобы никто ничего не узнал.

Да, мы сделали это! И это тот редкий случай, когда 2 + 2 действительно равно 5. За этим запуском стоят два совершенно разных, но одинаково одержимых своим делом человека.

Дмитрий Шепелев — журналист, мой коллега по ВШЭ, медиа-тренер, автор уникальной методики подготовки компаний и первых лиц к работе в кризисе. Он знает, как звучит страх, когда камера уже включена, и как трансформировать его в уверенность.

Я — Ольга Пескова, «русский Алан Хилбург» (в 1982-м он спас Tylenol и создал золотой стандарт кризисных коммуникаций). Мой актив — 200+ антикризисных проектов от фармы до финансов, от ритейла до атомной индустрии.

Мы объединили журналистское чутье, академическую фундаментальность и боевой опыт в единую ось координат — агентство AXIS. Это ответ на вызовы времени, когда мало просто знать does & don'ts. Важно понимать что говорить, как говорить и, главное, в какой момент замолчать. Когда цена одного неверного слова — репутация, контракты и будущее компании.

Никаких шаблонов. AXIS — это контроль. Стратегия, голос, самообладание и скорость реакции. Ось координат задана!

(Простите за пафос, но сегодня хороший день, а завтра иду на подкаст говорить про личный бренд и кризисы, отчитаюсь! 🥰)

Решила сделать в нашей магистратуре разбор кейса с забоем скота в Иркутской области. Задача — стратегия для губернатора. Вторая команда — жители деревни Бутырки. К чему же пришли?

Первое — бизнес-цель.
У губернатора она не в том, чтобы поднять экономику региона. Его цель — не выпасть из пищевой цепочки. Остаться в игре. Чтобы не сняли. И это многое меняет! Мы работаем не ради пиара, а ради выживаемости вида.

Второе — единственный и жесткий сценарий.
На основе анализа, бенчмарков и провалов соседних областей мы понимаем, что локализация проблемы возможна только через забой скота. Никаких полумер — все остальное уже опробовано и закончилось «избиением младенцев». То есть местных администраций.
Людям подаем это как законную, регламентную процедуру, «все по протоколу». Без эмоций, с цифрами и ссылками на нормы. Если мы не зададим нарратив — его зададут за нас. Если дадим слабину — вынесут к месту сжигания туш.

Третий шаг — смена фокуса на безопасность и ответственность.
Мы смещаем акцент с «кто виноват» на «кто за что отвечает». Фермеры несут ответственность за здоровье скота. Они — поставщики мяса, продукт должен быть безопасным. Это их зона. (Щепотка указания на вину). А власти локализуют проблему жесткими мерами. Без паники, мы справимся. Вместе.

Четвертый шаг — работаем с реальной болью людей.
Им жалко не «Буренку». Они лишаются средств к существованию. Это про деньги, корма, кредиты и завтрашний день. Поэтому мы делаем разворот и уходим от эмоций, не говорим о хрюшках и коровах, а говорим о помощи. «Да, мы вынуждены пойти на эти меры. Но область поможет вам пережить потери, компенсирует убытки, даст инструменты для перестройки». Мы забираем страх голодной зимы и даем понятный пакет поддержки.

Пятое — есть глубинный слой, невидимый подтекст. Это замалчивание. Именно из-за него эту ситуацию сравнивают с Чернобылем. Люди чувствуют, что им говорят не все. А если настоящая угроза — это не тот узелковый дерматит, который лишь ширма для реальной проблемы? И не дай Бог увидеть, что на дне этого «ящика Пандоры». Поэтому нужен авторитетный ветеринар, который даст необходимые заключения и расскажет про печенегов узелковый дерматит.

И последнее.
Есть ситуации, когда нет места для торга. Когда ты жестко и бескомпромиссно определяешь меры — и никакой раскачки. Даже если люди протестуют и грозят судами. Кризис нужно пройти, имея внутренний стержень и демонстрируя ценность, поддержку, безопасность и заботу о людях. Только так остаешься в цепочке. А потом идешь на место федерального министра. Такие кейсы тоже есть.

(Может мы и не правы, но пришли к хрупкому консенсусу❤️)

Джейкоб Коксон, 27-летний специалист по обучению нейросетей, уволился из Anthropic, заявив, что ИИ-системы могут выйти из-под контроля и «уничтожить человечество».
Обсуждаем личные бренды в подкасте «ЖИВИ, ПИАР!» с Ириной Гущиной, основательницей ассоциации Great Women in PR.Eurasia и Оксаной Апкарян, основательницей агентства PR SPACE 24/7.

#Подкаст #личныйбренд