Елена Сас. ПСИХОЛОГИЯ. ПОДДЕРЖКА
238 subscribers
194 photos
24 videos
3 files
105 links
Все о психоанализе и психологии
Download Telegram
Если пациенту не хватает ресурсов своей психики( например для обработки травмы), то терапевт, как «достаточно хорошая мама» предоставляет свою ему в пользование. Как я говорю - в аренду)).
Когда на сессии пациент ненавидит меня, я присутствую и слушаю.

Важно чтобы пациент знал, что после выражения своей злости я никуда не денусь и следующая сессия состоится. В этом и есть постоянство рамки работы.

Он должен понимать, что терапевт не рассыпается от сильного аффекта и что эту злость или ненависть можно разместить и пережить с другим. Что это вообще возможно и после этого можно быть вместе дальше.
Что происходит, когда мы пытаемся расслышать в словах клиента что-то еще, что-то, что он не говорит напрямую; когда мы пытаемся ответить себе на вопрос «а что еще это может значить?»

⁃ какая внутренняя драма пациента сейчас разыгрывается перед нами?

Это требует от нас символического мышления – навыка, который тренируется в процессе учебы и супервизии и на который влияет опыт личной психоаналитической терапии.

Такой способ восприятия помогает нам предположить, как устроен внутренний мир клиента, и относиться к нему более эмпатично, потому что мы понимаем, что все части этой картины (не только агрессивные, но и пораненные) представлены у него внутри. Просто они расщеплены, и он не может удерживать их в едином пространстве.

Важно сказать, что все они являются инструментами для одной простой задачи – лучше понимать субъективный опыт этого конкретного человека, сидящего перед нами, каково это – быть им на разных этажах его личности. Если мы будем лучше его понимать, мы сможем лучше ему помочь.
Архаичное Superego это цензура из психоаналитическое психотерапии. А мне не можем работать цензурируя и критикуя пациента.
В этом одно из основных отличий психоаналитической психотерапии.

Только через эмпатии понимание мы можем стать хорошим объектом для пациента. Как Кейпер сказал, пациент должен «любить» вас и поэтому меняться.
Некоторым сложно держать паузу. Молчание повышает тревожность. А выдерживать это сложно.

На самом деле молчание это то когда ты можешь побыть наедине с собой даже маленькие секунды. Какие здесь могут возникать мысли и чувства?

⁃ я какая то не такая.
⁃ Что он/она обо мне думает?
⁃ Как я выгляжу/ смотрюсь?
⁃ Что бы сказать чтобы это было в тему?
⁃ Ей/ему со мной не интересно

В эти минуты чувство что ты ты возможно рассыпаешься на части. Может быть чувствуешь, что тебя не существует.
Корни этой тревоги из далекого младенчества. Малыш лежит один и не понимает : что, где, кто придет, когда придет. Тогда она была про сильную зависимость от заботящейся фигуры. Я могу выжить только, когда другой рядом и это рядом очень заботливое, принимающие.

Во взрослой жизни мы уже меньше зависим ( на уровне выживания) другого и тревога становиться другой.

Поэтому некоторым из нас очень важно говорить , говорить и говорить , чтобы заполнить эту пугающую пустоту.
Сколько длиться терапия?


В транзактном анализе все приурочено прохождению стадий контракта, но по опыту не меньше 1,5 года это точно. Бывает контракт на разную степень изменения.

По словам Отто Кернберга, структуру личности можно изменить от 1 года до 3-х лет терапии. Чаще всего с интенсивностью 2 раза в неделю. Это метод терапии фокусированной на переносе. Техники психоаналитические но интерпретации более смелые и конфронтации более прямые. Это бывает сложно выдержать. Вообще когда ты сталкиваешься с реальностью - это тяжеловато переживать, но мы не маленькие и пришли чтобы был результат.

Психоаналитические техники более мягкие. Техника более поддерживающая. Это что то между психоанализом и ТФП ( если здесь можно вообще сравнивать). Длительность минимум год и до 3-5 лет.

Психоанализ чистый может быть всю жизнь - нет пределов исследованию своего бессознательного; это бывает до 4-х раз в неделю на кушетке. Это значит анализант ложиться на кушетку и нет прямого визуального контакта с психоаналитиком.
Зависть
Фрейд пишет, что и у мужчин, и у женщин в центре проблемы находятся сложности с принятием потенции или продуктивности другого человека.

Однако, Фрейд все равно говорит о чувствах мужчин и женщин по отношению к мужчинам и пенису, не рассматривая возможность того, что зависть к женщинам также может быть проблемой̆.

В нашем обществе завистью манипулируют в коммерческих целях: нас заставляют обесценивать то, что у нас есть и поверить в необходимость купить что-то дорогое или поехать в какое-нибудь экзотическое место, чтобы избавиться от чувства своей̆ неполноценности или заставить других испытывать зависть, с которой̆ так некомфортно жить.

Подражательная зависть не повреждает объект и может даже обострить чувство благодарности и послужить стимулом к развитию.

Деструктивная зависть, однако, является, возможно, эмоцией которую больнее всего осознавать, поскольку она приводит к атакам именно на тех людей, или на те самые качества, которые мы ценим наиболее высоко.
Поэтому совсем не удивительно, что у нас есть так много способов избегать осознания своей зависти, и что связанная с ней вина может привести к еще большему отрицанию и обесцениванию качеств, которым мы завидуем, но которые нам сложно признать.

Превозмочь зависть можно не через отрицание, а через принятие и признание - как зависти и ее объекта, так и тех связанных с благодарностью чувств (appreciative feelings), которые зависть подрывает.

Чтобы восстановить обесцененный объект нужна смелость и щедрость и способность посмотреть зависти в глаза и увидеть ее такой, какая она есть.

Завидующему человеку нужна помощь в решении этой задачи, от прощающей̆ и понимающей̆ внутренней̆ фигуры, а иногда и от внешней̆ ( терапевта).

Хорошая новость - что если справиться с завистью, то можно будет ценить это хорошее и наслаждаться им.
Терапия- это когда мы идем в гости к тому, кого мы не знаем.

И защиты это двери наших пациентов.
И мы можем узнать какой этот дом, только после того когда нас пустят «жить» там.
Кляйн:
… ребенок, обладающий сильной способностью к любви и благодарности, имеет глубоко укоренившуюся связь с хорошим объектом и может, не будучи при этом существенно поврежден, выдерживать временные состояния зависти, ненависти и обиды, которые возникают даже у детей, которых любят и о которых хорошо заботятся. Таким образом, когда эти негативные состояния носят временный характер, хороший объект вновь и вновь возвращается. Это является важнейшим фактором его становления и закладывания основ стабильности и сильного эго [Klein, 1957, p, 187].

Выход из нарциссизма - одна из самых сложных и трудных задач для нашего развития.

Потому, что осознание того, что наша жизнь зависит от других людей, над которыми мы в конечном счете практически не властны, вызывает ужасную тревогу.

Выход из нарциссизма означает столкновение с этой реальностью и тем ужасом, который сопровождает соприкосновение с ней.

Нарциссические защиты от тревоги, такие как конкретная идентификация с объектом, в котором мы нуждаемся, или, в случае неудачи - атака и его обесценивание, необходимы для того, чтобы психика не столкнулась с грозящей переполнить ее тревогой.

Но если эти защиты чрезмерны, то они также не позволяют личности получить те переживания, которые позволили бы ей выйти из состояния нарциссизма.

Нарциссическая идентификация приводит к тому, что человек чувствует, что он обладает атрибутами любимого объекта и фактически идентичен ему, и поэтому у него нет потребности в нем и нет любви к нему.

Таким образом, реальный объект (не селф-объект) обесценивается именно потому, что он не является селф-объектом.
Видов психотерапии всего три:

• Поддерживающая психотерапия
• Изменяющая психотерапия, ориентированная на работу с бессознательным содержанием (психоаналитические методы терапии)
• Изменяющая психотерапия, ориентированная на работу с сознательным и предсознательным содержанием (когнитивно-поведенческие методы терапии)

Внутри этих видов есть различные методы.

Но все то, что именуется методом психотерапии, обязательно включает в себя эти составляющие:
1. карта терапевтического процесса
2. формулировка страдания
3. цели терапии
4. фокус терапии
5. процесс терапии
6. результат терапии
8. руководство по применению терапевтических техник в рамках карты и фокуса метода

Если этого нет, у вас в руках нет метода - вы ничему не можете научить и никого не можете излечить.
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Наша цель заключается в том, чтобы помочь пациенту узнать, кто он такой, понять, каким образом он воспринимает себя, правильно и неправильно, раскрыть фактическую сторону его самого и его мира, исходя из «объектных качеств» этого мира, и провести различие между бессознательной фантазией и реальностью.
Как мы работаем с бессознательными фантазиями?

Эти фантазии проявляют себя благодаря тому, что повторяются. Невротики больше не страдают от воспоминаний, но воспроизводят прошлое, — не только историческое прошлое, но прошлую историю своей психической жизни.

Реальность мысли приравнена внешней реальности.

Перечислим ряд различных регистров фантазии:

— Фантазия как сцена;
— Фантазия как репрезентация влечения;
— Фантазия как репрезентация желания в качестве его осуществления;
— Фантазия как отщепленная деятельность психики, функционирующей под эгидой принципа удовольствия;
— Фантазия как репрезентация собственной деятельности психики (то, что Уоллхайм называет «образ психики в ней самой» (Wollheim, 1969)).
— И наконец, фантазия как базовое основание всей психической жизни, в том числе влечений, импульсов, всех ситуаций тревоги и защит. Она стала самой сущностью нашего внутреннего мира.

Наша работа нацелена на то, чтобы разрушить прошлые определенности посредством обнаружения их в качестве живых сущностей, фантазий, в настоящем.

Наша цель не в том, чтобы избавить психику от каких бы то ни было фантазий, но скорее в том, чтобы человек узнал, как его жизнь затемняется (stained) и освещается ими, — и поэтому стал лучше себя понимать.
По мнению Стрейчи:
Аналитики не избавляет от страданий. Аналитик учит пациента справляться со своим страданиям самому.

Возможно это звучит грустно, так как волшебную палочку вы не получите. Зато научитесь сами себе помогать. Разве это не лучше?

Быть взрослым - вот это задачка!
Чтобы наладить взаимопонимание с партнером, что нужно помнить:

1. Никто не знает что у вас в голове. Нужно говорить о ваших ЖЕЛАНИЯХ, ожиданиях, требованиях, НЕДОВОЛЬСТВЕ.

2. Не бойтесь обидеть, разрушить другого типа своей критикой. Другой - он взрослый и справиться со своими эмоциями, а если нет, то нужен вам такой партнер.? Если да то пусть идет в терапию и взрослеет.

3. В отношениях вы не одни! Нужно видеть партнера! А не только себя. И видеть партнера не идеальным ( или в розовых очках своих мечт), а реальным.

Это значит то, что он обычный человек. У него есть тревоги и страхи, возможно он в чем то не уверен, или чего то не знает.
Все люди чувствуют зло в себе, ужасаются ему и хотели бы от него избавиться. Вне себя самих мы видим зло в двух различных формах — страдания и греха. Но в том, как мы чувствуем свою природу, это различие становится видимым разве что отстраненно, через рефлексию. Мы чувствуем в себе самих что-то такое, что есть ни страдание, ни грех по отдельности, но одно и другое вместе, общий корень обоих, неразличимое смешение обоих, скверна и боль одновременно.

Это — зло в нас.
Это — уродство в нас.

Чем больше мы его чувствуем, тем больше оно нас повергает в ужас. Душа отвергает его так же, как мы блюем. Посредством переноса мы перемещаем его на окружающие нас предметы. Но предметы, которые через это становятся в наших глазах безобразными и покрытыми грязью, возвращают нам то зло, которое мы в них вселили. Они возвращают нам его умноженным. При этом обмене зло, которое в нас, возрастает.
Нам уже кажется, что само место, где мы находимся, сама среда, в которой мы обитаем, делают нас пленниками зла, с каждым днем все больше. Это ужасная мука. Если душа истощена этой мукой до такой степени, что перестает ее чувствовать, значит, надежды на спасение души уже почти нет. С такой вот ненавистью и отвращением больной воспринимает свою комнату и ее обстановку, заключенный — свою камеру, и, очень уж часто, рабочий — свою фабрику.

Симона Вейль, 1909–1943.
Когда аналитик может помочь пациенту сказать все, пациент становится здоровее и лучше адаптируется.

Некоторые пациенты говорят, что за время анализа они никогда в жизни не чувствовали себя так плохо. Все шло от плохого к худшему, когда они ожидали, что анализ поможет им почувствовать себя лучше.

Анализ не работает, чтобы пациент чувствовал себя лучше или хуже.

Цель аналитического опыта — помочь пациенту прочувствовать все свои чувства и выразить их словами. Мы знаем, что многие пациенты, если у них есть потенциал для несчастливых чувств, испытывают их в ходе анализа.

Если бы им повезло и они прожили очень счастливую жизнь, у них были хорошие родители и хорошее прошлое, анализ можно было бы ограничить очень радостным, счастливым опытом с аналитиком.

Но поскольку у человека есть такой опыт, анализ приведет ко многим несчастливым моментам.