По старой доброй традиции мы подготовили для вас подборку интересных каналов — и в ней вы наверняка найдете что-то для себя: Подкасты, лонгриды, заметки, интересные факты и гуманитарные мемы.

Для вашего удобства всех их мы собрали в одну папку.

Как это работает:
— Кликаете на гиперссылку
— Нажимаете "Добавить папку"
— Выбираете интересующие каналы
— Делитесь с друзьями
— Наслаждаетесь подборкой!

как-то так.

Ньютон читает Кадворта:

"Аристотель (Метафизика, кн. 1, гл. 3) говорит нам, что самые древние философы, те, кто первыми богословствовали, считали Океан и Тефиду началом рождения; и потому клятва богов, как говорят поэты, совершается водой (называемой поэтами Стиксом), как тем, из чего все они произошли. Так Гомер делает Океан отцом, а Тефиду матерью всех богов. Эту теологию Аристофан описывает так, будто сначала не было ничего, кроме Хаоса. Затем над этой бездной ночь, распростёршая свои чёрные крылья, отложила первое яйцо, из которого возникла любовь (плодовитое начало мира) с золотыми крыльями, которая, трепеща над тёмным хаосом, породила всё множество животных и богов. стр. 120–121. Под «ночью» следует понимать невидимое божество, которое египтяне называют [пропуск] и изображают с яйцом во рту, а под «любовью» — дух, движущийся над водами. Следовательно, доктор Кадворт сильно ошибается, представляя эту философию как атеистическую."

Out of Cudworth

1 октября 2025 года состоялось заседание научного семинара Московского центра исследования сознания и кафедры истории зарубежной философии «Новые идеи в философии», посвящённое обсуждению работы Резы Негарестани «Intelligence and Spirit» (2018).

Книга посвящена функциональной картине ума и попытке на её основе выстроить философию интеллекта. Ум понимается не как скрытая внутренняя сущность, а как структурный фактор, проявляющийся в деятельности, прежде всего в социальной и дискурсивной практике агентов. Эта деятельность укоренена в семантическом пространстве публичного языка и состоит в структурировании мира, к которому ум принадлежит. Исследование опирается на современную философию и когнитивные науки, особенно на философию языка, связанную с логикой, информатикой и искусственным интеллектом. Автор стремится соединить спекулятивные амбиции немецкого идеализма с аналитической философией, чтобы по-новому осмыслить человеческий и постчеловеческий интеллект.

На семинаре мы обсудили, насколько убедительны доводы автора. Центральные идеи работы представила Полина Ханова, а Арсений Савелов подверг их критическому рассмотрению. В дискуссии, состоявшейся далее, приняли участие Артём Беседин, Евгений Логинов, Антон Кузнецов и Андрей Мерцалов.

https://youtu.be/QXGErqduD6E

Есть занятная попытка померить аналитическую и континентальную философию при помощи методов корпусной лингвистики — у Грэма Ли, Уолтера Барты и Стива Чана. Берут статьи из журналов, строят корпус, считают частоты и смотрят, что всплывает. Картина вышла довольно узнаваемой. Континентальная философия выглядит исторически ориентированной: в топе history, historical, а главное — плотная сеть имён: Гегель, Гуссерль, Ницше, Хайдеггер. Текст здесь — это почти всегда работа с традицией, через фигуры и интерпретации. Аналитическая философия, напротив, почти лишена имён, но насыщена словами вроде reason, argument, belief, evidence. Плюс характерная диалогическая манера письма: рассуждение строится как последовательность возможных возражений и ответов на них, с явным разбором возможных ходов, гипотез и контрпримеров. Это выглядит как структурированный спор, а не комментарий к канону. А вот странный результат: Канта нет нигде. Ни в аналитическом, ни в континентальном корпусе он не попадает даже в топ-100 слов. Если воспринимать это буквально, центральная фигура всей новоевропейской философии просто исчезает на уровне статистики.

Академическая презентация 20-го номера журнала «Финиковый Компот» пройдёт на кафедре ИЗФ 27 апреля в 16:30. Обсудим возможные миры и их население: авторов «Пролегомен», моногамных этиков, не слишком зрячих Сталнекеров, слишком конкретных Дэвидсонов, максимально классных существ, достаточно грустного Шопенгауэра и самого весёлого клеща во всех мыслимых положениях дел. (для имеющих доступ в Шуваловский корпус МГУ; запись будет)

Интервью с Я. Свирским из ФК 13, апрель 2013

Прошлая часть тут.

ФК: Соизмерим ли Делёз каким-либо образом с нанотехнологиями?
Я.С.: Соизмерим. Хотя бы потому, что он занимается проблемами микровласти, микрополиткой и трансформациями человека.

ФК: Ненадежные источники говорят, что вы перевели «Тысяча плато», не дочитав. Насколько наши источники ненадежны?
Я.С.: У Делёза на это есть прекрасный ответ, что «мы начинаем писать в той точке, где мы ничего не пониманием». В точке незнания. А чего собственно писать, если ты всё знаешь? Это, конечно, кокетство, потому что 90 % написанного нами, сказано кем-то.

ФК: Есть что-то такое, над чем вы ещё не думали?
Я.С.: Просто вечный тупик. Я не знаю, что на него отвечать, потому что пока я собираюсь отвечать, то думаю над тем, над чем ещё не думал

Вышла статья коллеги Анастасии Шарапковой "Переосмысление традиционных образ-схем представления мышления в философии Р. Кадворта: преодоление гносеологического противоречия через метафору зеркала"

Целью статьи является рассмотрение переосмысления традиционных для дискурса философии метафор, представляющих мышление: отпечатка на восковой табличке, знака на бумаге, пространства хранения в философском дискурсе Нового времени. Новизна работы заключается в объединении методов когнитивной и корпусной лингвистики к анализу текстов Р.Кадворта. Показано, что он значительно усложняет представление о мышлении, объединяя две образ схемы ПЛОСКОСТИ и КОНТЕЙНЕРА через метафору зеркала (looking glass, mirror,crystal globe).

'Мне думается, что источник распространённой среди нас теоретической боязни нового заключается в том, что среди нас развелось очень много перестраховщиков, руководствующихся принципом «как бы чего не вышло», «как бы прожить спокойнее». Поэтому многие совсем не ведут творческой работы. Поэтому у нас очень мало пишется хороших работ. Поэтому и учебники по диалектическому и историческому материализму не выходят уже в течение многих лет. Поэтому и академическое издание «Истории философии» не двигается с места и даже III том через три года после постановления ЦК всё.ещё не переработан."

Текст речи товарища Резникова Л. О. (Ростов-на-Д.) Дискуссия по книге Г.Ф. Александрова "История западноевропейской философии", июнь 1947 год. Заседание ведет Жданов А.А. — Вопросы философии, №1, 1947, стр. 420.

О нравах старых буддистских философов мы писали тут. О нравах буддийских философов в наше время:

В школе Гелуг, славной строгой логикой и диспутами, спор о духе Дордже Шугдене, гневном гьялпо, что карает не достаточно ортодоксальных представителей школы, перешёл от слов к ножам. В феврале 1997 года в самом сердце Дхарамсалы, под боком у Далай-ламы, трое последователей Шугдена (по версии индийской полиции) ворвались ночью в дом директора Института буддийской диалектики Лобсанга Гьяцо — главного критика сектантского духа и близкого соратника Его Святейшества. Каждый из троих — учитель и два молодых монаха — получил по 15–20 ударов ножом. Убийцы скрылись в Тибете под китайским контролем, а дело так и не дошло до суда. С тех пор чистые гелугпинцы и сторонники Далай-ламы обмениваются взаимными проклятиями: одни жалуются на изгнание из монастырей и разрыв семей, другие — на то, что Шугден сеет раздор и работает на Пекин. Вот так в XXI веке тибетские философы всё ещё решают, чья школа круче.

Атмосфера на академической презентации ФК Возможные миры

Ничто не способствовало большему затемнению предельно прозрачного вопроса, чем попытки философов дать определение сознанию.

Сэр Уильям Гамильтон, Lectures on Metaphysics and Logic

ФК-Подкаст теперь доступен не только на Ютубе:

Евгений Логинов, Артём Юнусов и Антон Кузнецов обсуждают текущие академические статьи по философии. У нас есть Дунс Скот, сознание, наказание, Делёз, эвентуальное бытие и принятые в рациональном мышлении стандарты. Будет больше, оставайтесь повёрнутыми.

https://datepalmpodcast.mave.digital/

https://music.yandex.ru/album/41799560

И все же версия на ютубе

С подачи Андрея Коченкова нас смутило следующее: если у Витгенштейна значение есть употребление, и слова не получают значения за счёт обозначаемых ими предметов, а также если для многих слов нет строгих определений (в силу семейных сходств), то как тогда обстоит дело с терминами физики, например, «электрон»? Ведь здесь, кажется, нет той расплывчатости и вариативности употребления, которая характерна для обыденных понятий.

Похоже, что витгенштейновский ответ должен состоять не в том, что электроны — это «не реальные вещи» или лишь математические конструкции, а в том, что слово «электрон» функционирует в иной языковой игре, чем имена обычных предметов вроде Луны или сыра в холодильнике. Его значение задаётся не актами указания или наблюдения, а системой теоретических и экспериментальных практик — предсказаниями, расчётами, регистрацией эффектов и т.д.

При этом важно уточнить: отсутствие чётких определений у слов — это не универсальное свойство языка. Витгенштейн прямо подчёркивает, что есть области, где употребление строго фиксировано. В частности, в математике значение выражения задаётся правилами его использования внутри исчисления; аналогично, в физике термины получают точность через встроенность в теорию и практику измерений. Поэтому «электрон» внутри конкретной теории не является расплывчатым понятием — его употребление строго регулируется.

Однако эта строгость локальна. Между разными теориями — например, классической, квантово-механической и квантово-полевой — слово «электрон» играет разные роли. Здесь уже можно говорить о семейном сходстве, но не внутри одной практики, а между различными теоретическими рамками: это не один и тот же объект с наращиваемыми свойствами, а частично перекрывающиеся способы описания.

В этом смысле проблема возникает тогда, когда мы начинаем говорить об электроне так, как если бы он был предметом того же логического типа, что и макроскопические вещи — т.е. когда мы сохраняем грамматику выражений вроде «он там есть», хотя критерии применения таких выражений в данном случае уже иные. Тогда утверждение «электрон существует, просто его нельзя увидеть» оказывается не столько ложным, сколько грамматически вводящим в заблуждение: оно создаёт иллюзию, будто слово «электрон» употребляется по тем же правилам, что и имена наблюдаемых объектов (см. MS-105, 44).

Следовательно, речь идёт не о различии в «степени реальности», а о различии в способах употребления: термины физики могут иметь строгое и вполне определённое значение, но это значение не следует понимать по образцу имён вещей, на которые можно непосредственно указать.

Профессор Галина Стрельцова о смешном

"Курьёзный случай. Когда меня студенты попросили рассказать что-нибудь веселенькое из моей жизни, я вспомнила один трагикомический случай их моей педагогической практики. Это было в самом начале моей работы, когда после окончания МГУ меня распределили в Казань преподавать мировую философию студентам-медикам. Я ничем не отличалась от них ни по возрасту, ни по внешнему виду, но очень старалась «важничать», изображая из себя этакого «бывалого» учителя. Вот тут-то судьба и «щелкнула меня по носу». Принимаю я экзамен и вдруг вижу, что студенты меня боятся и дрожат, как «осиновый лист». Бог мой! Знали бы они, что и сама-то я ещё больше боюсь, далеко не все знала из того, о чем я их спрашивала: вихрем пронеслась в душе мудрость Сократа: «Я знаю только то, что ничего не знаю», да еще Николай Кузанский кричит об «ученом незнании». Ох! И натерпелась я за этот экзамен. Когда я без утайки рассказала студентам об этой «экзекуции», мы очень весело посмеялись и вместе пошли пить кофе. Вот так на «своей шкуре» я испытала известную сентенцию учителей: «Когда своих учеников научишь — тогда, наконец, и сам поймешь!» Так что, мои дорогие, не бойтесь своих экзаменаторов и берегите свои нервы! Ваш доброжелательный профессор Г.Я. Стрельцова. P.S. Помните о метафизике сердца!"

Финиковый Компот, 2013, №3. С. 18.

В "Эпистемологии и философии науки" вышла панельная дискуссия о статье Пьетро Перконти «К переосмыслению субъективности: социальные корни сознания». Автор утверждает, что концептуальное самосознание является не вершиной человеческого духа, а побочным продуктом эволюции социального познания. Российские и зарубежные коллеги (А.П. Беседин, М. Каппуччо, К. Франкиш, Е.В. Логинов, М. Марраффа и К. Мейни) в своих комментариях обсуждают границы этого подхода, его методологические трудности и онтологические следствия, предлагают рассмотрение более широкого спектра субъективных феноменов и учёт иных факторов формирования концептуального самосознания. В завершение Перконти даёт развёрнутые ответы на критику.

Читать тут.

Критику махизма без анализа состояния физики того времени Ленин квалифицировал как издевательство над диалектическим материализмом. Не грозит ли некоторым нашим историкам философии опасность допустить аналогичное издевательство над диалектическим материализмом, если свою критику современных идеалистических теорий они не свяжут с современным состоянием тех отраслей научных знаний, с которыми эти идеалистические теории фактически связаны? <...> Нужно связать обобщение подлинных достижений современной науки с ударами по современным философским течениям (неореализма, логического эмпиризма и т. д.) по Ресселю и Уайтхеду, Карнапу и Райхенбаху и т. д., которые, будучи фактически преемниками махизма, считают, что они оставили его далеко позади, и которых поэтому не сразишь, не разоблачишь ударами всё только непосредственно по махизму. Пора уже нам выбрать иные, более современные объекты критики и поискать их, пожалуй, главным образом в современной Америке, в США.

Текст речи товарища Рубинштейна С.Л. (Москва) Дискуссия по книге Г.Ф. Александрова "История западноевропейской философии", июнь 1947 год. Заседание ведет Жданов А.А. — Вопросы философии, №1, 1947, стр. 423.

О том, как тибетцы узнали, что Земля шарообразная.

В середине XX века, в 1938 году, когда большая часть тибетцев считала, что мир — это плоский диск с горой Меру посередине, один бывший монах по имени Гендун Чопел решил слегка встряхнуть космологию. В июньском номере газеты «Зеркало новостей» под скромным псевдонимом «Честный Дхарма» он опубликовал статью с говорящим названием: «Мир круглый, или шарообразный». К тексту прилагалась нарисованная им самим карта, где континенты аккуратно разместились на глобусе. Тираж был микроскопический, подписчиков — едва ли пара сотен среди всей тибетской элиты. Но эффект получился, скажем так, заметный. Чопел объяснял: да, Будда говорил о плоской земле, но это был упая — искусный метод, чтобы не шокировать современников. А теперь, когда даже все буддийские страны Азии уже приняли очевидное, пора и Тибету перестать упираться. Традиционалисты возмущались.

О удачном (для нас) хитроумии Творца

"Вот почему бесконечно мудрый творец нашего существа заботился о нашем благе, когда устроил так, чтобы мы часто находились в неведении и имели неотчётливые восприятия: это было необходимо, чтобы мы быстрее действовали инстинктивно и чтобы нас не тревожили слишком отчётливые ощущения множества предметов, которые для нас не имеют значения, но без которых природа не могла обойтись для достижения своих целей. Сколько мы глотаем насекомых, не замечая этого, сколько существует людей, для которых их чрезмерно тонкое обоняние — источник неприятных ощущений, и сколько видели бы мы отвратительных предметов, если бы наше зрение было достаточно остро! Пользуясь этой же уловкой, природа сообщила нам стимулы желания как зачатки или элементы страдания, так сказать полустрадания, или (выражаясь энергичнее, хотя и неточно) маленькие незаметные страдания, для того чтобы мы наслаждались положительными сторонами зла, избегнув отрицательных сторон его"

Лейбниц, Новые опыты, 2, 20.

На фото - экземпляр профессора Василия Васильевича Соколова, подчёркнуто, видимо, его рукой.