Forwarded from Андрей Песоцкий
В этом блоге обычно нет сборов на детей, которым тяжело, но один будет.
В семье из Тореза Донецкой области, ДНР, случилась беда! Молодая мама двоих детей, одному из которых девять, а второй еще нет и годика, умерла от двусторонней пневмонии. (Если что, вот её страница)
Детей на данный момент забрали в детские учреждения в связи с «непригодностью» жилища, в котором они проживали.
Бабушке дали 1,5 месяца на то, чтобы этот дом отремонтировать. Необходимы средства для закупки строительных материалов. Бабушка взяла в кредит 100 тысяч рублей, но этого недостаточно, а больше ей, пенсионерке, не дают.
Просьба ко всем неравнодушным: помогите вернуть детей в семью. Помогите закупить стройматериалы в дом.
Карта СБЕР
Тел.: +79495023929 Елена Борисовна (бабушка)
В телеграме все подробности можно узнать у Елены (знакомая семьи, которая попросила меня организовать сбор, хорошо знаю лично, полностью доверяю).
Не только переводы, но и репосты приветствуются. Давайте поможем.
Быть добру!
В семье из Тореза Донецкой области, ДНР, случилась беда! Молодая мама двоих детей, одному из которых девять, а второй еще нет и годика, умерла от двусторонней пневмонии. (Если что, вот её страница)
Детей на данный момент забрали в детские учреждения в связи с «непригодностью» жилища, в котором они проживали.
Бабушке дали 1,5 месяца на то, чтобы этот дом отремонтировать. Необходимы средства для закупки строительных материалов. Бабушка взяла в кредит 100 тысяч рублей, но этого недостаточно, а больше ей, пенсионерке, не дают.
Просьба ко всем неравнодушным: помогите вернуть детей в семью. Помогите закупить стройматериалы в дом.
Карта СБЕР
2202 2089 8939 0282.Тел.: +79495023929 Елена Борисовна (бабушка)
В телеграме все подробности можно узнать у Елены (знакомая семьи, которая попросила меня организовать сбор, хорошо знаю лично, полностью доверяю).
Не только переводы, но и репосты приветствуются. Давайте поможем.
Быть добру!
❤15🙏6💘4
Побег Сократа
Сократа любят изображать этаким вольнодумцем, первым узником совести. Его, говорят, осудили за то, что он критиковал «традиционные ценности». Поэтому Сократ — ангел-хранитель всех несогласных, инакомыслящих, всех, кто стоит костью в горле у власти.
Из этого замечательного нарратива выбрасывают один факт. Когда друзья Сократа предложили ему организовать побег, он отказался. Объяснил философ свое решение почтением к законам и нежеланием сеять смуту среди граждан Афин. Мол, если сам Сократ подверг закон сомнению, то значит, в нем действительно что-то не так, и мы можем позволить себе неподчинение. В сущности, отказ Сократа стал далеким прообразом категорического императива Канта: даже если твое решение повредит лично тебе, ты должен прежде всего думать о том, как оно скажется на нравственном благосостоянии всего общества.
На примере скульптуры Антокольского я уподобил смерть Сократа античной Голгофе. Сравнение, мягко скажем, смелое, но я хотел бы его развить. Ученики Христа ведь тоже предлагали Ему оказать сопротивление. Но Он отказался, претерпев до конца. Потому ли, что Он, подобно Сократу, уважал закон? В том числе: «кесарю кесарево». Но ещё и потому, что сошествие с креста (как того требовали в том числе иудеи) отрезало бы Христу путь к победе над смертью. Тогда бы Христос стал революционером, но не Богочеловеком.
Конечно, Сократ — не Богочеловек. И все же его уважение к порядку и пренебрежение личной выгодой, его смелость перед лицом смерти, его спокойная уверенность в личном бессмертии, думаю, подготовили человечество для того, чтобы оно сумело воспринять Откровение Христа во всей его полноте.
Сократа любят изображать этаким вольнодумцем, первым узником совести. Его, говорят, осудили за то, что он критиковал «традиционные ценности». Поэтому Сократ — ангел-хранитель всех несогласных, инакомыслящих, всех, кто стоит костью в горле у власти.
Из этого замечательного нарратива выбрасывают один факт. Когда друзья Сократа предложили ему организовать побег, он отказался. Объяснил философ свое решение почтением к законам и нежеланием сеять смуту среди граждан Афин. Мол, если сам Сократ подверг закон сомнению, то значит, в нем действительно что-то не так, и мы можем позволить себе неподчинение. В сущности, отказ Сократа стал далеким прообразом категорического императива Канта: даже если твое решение повредит лично тебе, ты должен прежде всего думать о том, как оно скажется на нравственном благосостоянии всего общества.
На примере скульптуры Антокольского я уподобил смерть Сократа античной Голгофе. Сравнение, мягко скажем, смелое, но я хотел бы его развить. Ученики Христа ведь тоже предлагали Ему оказать сопротивление. Но Он отказался, претерпев до конца. Потому ли, что Он, подобно Сократу, уважал закон? В том числе: «кесарю кесарево». Но ещё и потому, что сошествие с креста (как того требовали в том числе иудеи) отрезало бы Христу путь к победе над смертью. Тогда бы Христос стал революционером, но не Богочеловеком.
Истинные философы много думают о смерти, и никто на свете не боится ее меньше, чем эти люди. Суди сам. Если они непрестанно враждуют со своим телом и хотят обособить от него душу, а когда это происходит, трусят и досадуют, – ведь это же чистейшая бессмыслица!
Конечно, Сократ — не Богочеловек. И все же его уважение к порядку и пренебрежение личной выгодой, его смелость перед лицом смерти, его спокойная уверенность в личном бессмертии, думаю, подготовили человечество для того, чтобы оно сумело воспринять Откровение Христа во всей его полноте.
Telegram
Лаконские щенки
Гениальная работа скульптора Антокольского. «Смерть Сократа». Античная Голгофа. А дома у меня на книжной полке стоит голова его же «Мефистофеля».
❤39🔥11😐6
Forwarded from Андрей Песоцкий
Взгляды Сократа становятся ещё более сложными и менее понятными обыденным умом, если взять и внешнеполитический аспект.
Сократу нравилась Спарта, её нравы, которые он противопоставлял афинской демократии. При этом Афины проиграли Спарте в Пелопонесской войне, после чего в Афинах установилась проспартанская «Тирания тридцати». Кровавый, репрессивный режим, действовавший с опорой на спартанский гарнизон. Сократ служил в афинской армии во время войны, был мужественным воином. Однако после её поражения вышло так, что те вражеские силы, которые при этом этически нравились философу, взяли власть в полисе. Сократ давно общался с Критием, лидером «тиранов», правда был и к новому строю отчасти в оппозиции. Саботировал решения властей.
В общем, если максимально грубо натянуть эти события на первую половину XX века нашей эры, то Сократ — это интеллектуал, вступивший в 1940 году в Французскую армию. После её поражения, нанесённого Германией, оказалось, что коллаборационистский режим Виши — это то, к чему он формально призывал. Маршал Петен когда-то был в его окружении. Нравилось то, что вроде как порядка больше стало, однако пытался защищать евреев от маршала.
Потом наступил 1944 год . «Тиранов» (Петена) свергли. Ну и симпатии Сократа к проклятой Спарте не забыли, решили привлечь к ответственности, что и привело к его добровольной казни.
Сократу нравилась Спарта, её нравы, которые он противопоставлял афинской демократии. При этом Афины проиграли Спарте в Пелопонесской войне, после чего в Афинах установилась проспартанская «Тирания тридцати». Кровавый, репрессивный режим, действовавший с опорой на спартанский гарнизон. Сократ служил в афинской армии во время войны, был мужественным воином. Однако после её поражения вышло так, что те вражеские силы, которые при этом этически нравились философу, взяли власть в полисе. Сократ давно общался с Критием, лидером «тиранов», правда был и к новому строю отчасти в оппозиции. Саботировал решения властей.
В общем, если максимально грубо натянуть эти события на первую половину XX века нашей эры, то Сократ — это интеллектуал, вступивший в 1940 году в Французскую армию. После её поражения, нанесённого Германией, оказалось, что коллаборационистский режим Виши — это то, к чему он формально призывал. Маршал Петен когда-то был в его окружении. Нравилось то, что вроде как порядка больше стало, однако пытался защищать евреев от маршала.
Потом наступил 1944 год . «Тиранов» (Петена) свергли. Ну и симпатии Сократа к проклятой Спарте не забыли, решили привлечь к ответственности, что и привело к его добровольной казни.
Telegram
Лаконские щенки
Побег Сократа
Сократа любят изображать этаким вольнодумцем, первым узником совести. Его, говорят, осудили за то, что он критиковал «традиционные ценности». Поэтому Сократ — ангел-хранитель всех несогласных, инакомыслящих, всех, кто стоит костью в горле у…
Сократа любят изображать этаким вольнодумцем, первым узником совести. Его, говорят, осудили за то, что он критиковал «традиционные ценности». Поэтому Сократ — ангел-хранитель всех несогласных, инакомыслящих, всех, кто стоит костью в горле у…
❤11👏2😢1💯1🙊1
Проводили похожую дискуссию этим летом в Оптиной. Было очень интересно. Рекомендую:
https://xn--r1a.website/russkiy_stil/16278
https://xn--r1a.website/russkiy_stil/16278
Telegram
Русский Стиль
Галерея «Солянка» начинает серьезный, глубокий и профессиональный разговор с участием ученых-философов и историков о месте России в мире.
Тема дискуссии:
Москва - Третий Рим?
Рим — символ имперской государственности.
Идея о Москве как о третьем Риме…
Тема дискуссии:
Москва - Третий Рим?
Рим — символ имперской государственности.
Идея о Москве как о третьем Риме…
❤14👍4🔥2🤮2👏1
Forwarded from Silene Noctiflora
Объявляем предзаказ нашей новой книги.
Теодор Лессинг «Про́клятая культура. Размышления о противоборстве жизни и духа»
В 1921 году немецкий философ Теодор Лессинг со страниц этого произведения приветствовал своих читателей в России. Спустя более чем столетие послание наконец будет передано адресату. Первое издание «Про́клятой культуры» в русском переводе уже в типографии и готовится увидеть свет.
Теодор Лессинг (1872–1933) — философ-пессимист, последователь Артура Шопенгауэра, ницшеанец, друг, а затем и оппонент Людвига Клагеса, товарищ Макса Шелера, увлечённый Востоком протоэкологист, заслуживший репутацию «скандального профессора». Его взгляд на историю человечества, науку и технику — симптоматичная примета эпохи. Свои культуркритические взгляды Лессинг подытожил в докладе для Общества друзей индийской мудрости, опубликованном под названием «Про́клятая культура». Это экспрессивное, полемическое, крайне своеобразное, стилистически выверенное, но при этом несколько хаотичное сочинение — яркий образец поздней философии жизни.
Перевод книги Лессинга в настоящем издании дополняет большая статья исследователя немецкой интеллектуальной истории доктора философских наук Александра Михайловского о трагической судьбе и воззрениях мятежного мыслителя на фоне его эпохи.
❤️ Приобрести книгу со скидкой в рамках предзаказа можно до 29 сентября включительно. Отправка заказов будет осуществляться после этой даты.
Теодор Лессинг «Про́клятая культура. Размышления о противоборстве жизни и духа»
В 1921 году немецкий философ Теодор Лессинг со страниц этого произведения приветствовал своих читателей в России. Спустя более чем столетие послание наконец будет передано адресату. Первое издание «Про́клятой культуры» в русском переводе уже в типографии и готовится увидеть свет.
Теодор Лессинг (1872–1933) — философ-пессимист, последователь Артура Шопенгауэра, ницшеанец, друг, а затем и оппонент Людвига Клагеса, товарищ Макса Шелера, увлечённый Востоком протоэкологист, заслуживший репутацию «скандального профессора». Его взгляд на историю человечества, науку и технику — симптоматичная примета эпохи. Свои культуркритические взгляды Лессинг подытожил в докладе для Общества друзей индийской мудрости, опубликованном под названием «Про́клятая культура». Это экспрессивное, полемическое, крайне своеобразное, стилистически выверенное, но при этом несколько хаотичное сочинение — яркий образец поздней философии жизни.
Перевод книги Лессинга в настоящем издании дополняет большая статья исследователя немецкой интеллектуальной истории доктора философских наук Александра Михайловского о трагической судьбе и воззрениях мятежного мыслителя на фоне его эпохи.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
❤8⚡6❤🔥4🔥3
Раньше я воспринимал грех немного иначе. Человеку нужно очиститься от греха, чтобы получить нечто вроде допуска, одобрения. Приглашение за стол благочестивых в Царствии Божием. Короче, попасть в общество «уважаемых людей». То есть мотивация была по большому счету внешняя.
Сейчас — вот буквально несколько минут назад — поймал себя на мысли, что стал думать о грехах иначе. Как о недуге, о болячках, паразитах. Грех мешает мне чувствовать себя хорошо. Я болен тщеславием, унынием, гордыней, завистью, осуждением. Все это лишает меня покоя. Не дает нормально жить и смело смотреть вперед. И вот уже исповедь перестает быть моральным экзаменом. И становится врачебной процедурой. Боюсь, что я эту старую как мир мысль облек в какие-то не совсем правильные слова, но как есть.
Сейчас — вот буквально несколько минут назад — поймал себя на мысли, что стал думать о грехах иначе. Как о недуге, о болячках, паразитах. Грех мешает мне чувствовать себя хорошо. Я болен тщеславием, унынием, гордыней, завистью, осуждением. Все это лишает меня покоя. Не дает нормально жить и смело смотреть вперед. И вот уже исповедь перестает быть моральным экзаменом. И становится врачебной процедурой. Боюсь, что я эту старую как мир мысль облек в какие-то не совсем правильные слова, но как есть.
❤78💯32🙏7🕊7👍3
Гулял со старшим сыном по Эрмитажу и наткнулся на бюст Александра I, описание которого читал несколькими днями ранее в одноименной книге Мережковского. Приятное совпадение:
«Опять подкосились ноги, потемнело в глазах. Оперлась о подножие бюста. Это был снимок с Торвальдсенова мрамора -- изваяние императора Александра I.
Когда прошла темнота в глазах, вгляделась в мрамор. Он ей не нравился: родное лицо казалось чужим; напоминало виденных в музеях древних римских императоров: Траяна, Антонина, Марка-Аврелия,-- та же печально-покорная, как бы вечерняя, ясность и благость в чертах. Пухлые бритые щеки с ямочками; короткий, тупой, упрямый нос; плешивый, крутой лоб; на лбу суровая, почти жестокая, морщинка, а на извилистых, тонких, немного вдавленных, как будто старушечьих, губах -- неподвижно-любезная улыбка.
Взглянула, сравнивая, на висевший в той же комнате портрет императрицы Екатерины. Да, у обоих, у внучка и бабушки,-- одна улыбка. Двусмысленное противоречие между этой слишком ласковой улыбкой губ и жестокой морщиной лба.
Вспомнилось, как, бывало, ребенком, когда долго не видала отца и соскучивалась по нем,-- тайком от всех, подходила к бюсту, взбиралась на стул, становилась на цыпочки и, закрыв глаза, целовала холодный мрамор, пока не теплел он,-- как будто отвечал на ее поцелуй поцелуем.
Так и теперь прижалась к нему жаркой щекой. Но тотчас отняла ее: озноб пробежал по телу, как холод смерти; в мутно-желтом свете дня желтизна мрамора напоминала тело покойника. Слепыми белыми зрачками смотрела на нее страшная кукла с двусмысленной улыбкой».
«Опять подкосились ноги, потемнело в глазах. Оперлась о подножие бюста. Это был снимок с Торвальдсенова мрамора -- изваяние императора Александра I.
Когда прошла темнота в глазах, вгляделась в мрамор. Он ей не нравился: родное лицо казалось чужим; напоминало виденных в музеях древних римских императоров: Траяна, Антонина, Марка-Аврелия,-- та же печально-покорная, как бы вечерняя, ясность и благость в чертах. Пухлые бритые щеки с ямочками; короткий, тупой, упрямый нос; плешивый, крутой лоб; на лбу суровая, почти жестокая, морщинка, а на извилистых, тонких, немного вдавленных, как будто старушечьих, губах -- неподвижно-любезная улыбка.
Взглянула, сравнивая, на висевший в той же комнате портрет императрицы Екатерины. Да, у обоих, у внучка и бабушки,-- одна улыбка. Двусмысленное противоречие между этой слишком ласковой улыбкой губ и жестокой морщиной лба.
Вспомнилось, как, бывало, ребенком, когда долго не видала отца и соскучивалась по нем,-- тайком от всех, подходила к бюсту, взбиралась на стул, становилась на цыпочки и, закрыв глаза, целовала холодный мрамор, пока не теплел он,-- как будто отвечал на ее поцелуй поцелуем.
Так и теперь прижалась к нему жаркой щекой. Но тотчас отняла ее: озноб пробежал по телу, как холод смерти; в мутно-желтом свете дня желтизна мрамора напоминала тело покойника. Слепыми белыми зрачками смотрела на нее страшная кукла с двусмысленной улыбкой».
🔥27❤9👍4
Forwarded from МИР РУССКОЙ МЫСЛИ
Вышел второй номер научного журнала «ОТТИСК», посвященный теме «Образ будущего». Само будущее обычно обсуждают либо через область прогнозов, либо как набор желательных картинок: каким станет человек, государство, экономика, технологии. Новый номер предлагает посмотреть на проблему иначе. Образ будущего никогда не бывает нейтральным: за ним стоят определенные представления о прогрессе, власти, человеке и желательном устройстве общества, поэтому борьба за будущее начинается задолго до наступления самого будущего — с борьбы за право его описывать и проектировать.
Авторы номера разбирают сразу несколько уровней этой проблемы:
⏺ Как футурологические проекты превращаются в инструменты политического и стратегического планирования?
⏺ Почему один и тот же технологический переход приводит разные цивилизации к разным общественным моделям?
⏺ Можно ли вообще оценивать качество прогнозов будущего по единой шкале?
⏺ И что происходит, когда искусственный интеллект начинает восприниматься уже не просто как технология, а почти как самостоятельный субъект исторического развития?
Отдельный блок посвящен одному из самых необычных интеллектуальных феноменов современной западной мысли — «Темному просвещению». Наш эксперт Борис Межуев рассматривает его как реакцию на кризис либерального порядка: часть технологических и интеллектуальных элит все более открыто ставит под сомнение демократию, равенство и социальное государство, предлагая взамен модель эффективного корпоративного управления.
Андрей Ашкеров исследует современный культ будущего и превращение ИИ в своеобразного «идола» цифровой эпохи. Главный эксперт Философского клуба
Александр Сегал в своей статье предлагает перейти от образа будущего к концепции и процессу: красивой картины недостаточно, если невозможно определить цели, субъектов действия и механизмы реализации.
Степан Львов и Валерий Фёдоров предлагают многомерную методику оценки моделей будущего России, а Антонина Селезнева и Наталья Смулькина анализируют существующие представления россиян о будущем и показывают, насколько они зависят от идентичности, исторического опыта и текущего состояния общества. В номер также вошли исследования о цивилизационном подходе в цифровую эпоху, глобальных футурологических проектах и использовании образов будущего как инструмента стратегических коммуникаций.
Есть у второго номера и собственная визуальная метафора. Если первый выпуск «Ценности: теория и практика» строился вокруг образа жизненного пути, то теперь центральным образом становится лестница — движение к новым уровням понимания. В этом, пожалуй, заключается главный вопрос нового «ОТТИСКА»: будущее — это то, что с нами случится, или то, что мы способны осмысленно создать?
📎 Подписывайтесь в MAX
Авторы номера разбирают сразу несколько уровней этой проблемы:
Отдельный блок посвящен одному из самых необычных интеллектуальных феноменов современной западной мысли — «Темному просвещению». Наш эксперт Борис Межуев рассматривает его как реакцию на кризис либерального порядка: часть технологических и интеллектуальных элит все более открыто ставит под сомнение демократию, равенство и социальное государство, предлагая взамен модель эффективного корпоративного управления.
Андрей Ашкеров исследует современный культ будущего и превращение ИИ в своеобразного «идола» цифровой эпохи. Главный эксперт Философского клуба
Александр Сегал в своей статье предлагает перейти от образа будущего к концепции и процессу: красивой картины недостаточно, если невозможно определить цели, субъектов действия и механизмы реализации.
Степан Львов и Валерий Фёдоров предлагают многомерную методику оценки моделей будущего России, а Антонина Селезнева и Наталья Смулькина анализируют существующие представления россиян о будущем и показывают, насколько они зависят от идентичности, исторического опыта и текущего состояния общества. В номер также вошли исследования о цивилизационном подходе в цифровую эпоху, глобальных футурологических проектах и использовании образов будущего как инструмента стратегических коммуникаций.
Есть у второго номера и собственная визуальная метафора. Если первый выпуск «Ценности: теория и практика» строился вокруг образа жизненного пути, то теперь центральным образом становится лестница — движение к новым уровням понимания. В этом, пожалуй, заключается главный вопрос нового «ОТТИСКА»: будущее — это то, что с нами случится, или то, что мы способны осмысленно создать?
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
❤6👍1
Forwarded from Листва: Петербург
Однако и это — только начало большого пути. Сейчас у нас есть отличные стены, которые будут помогать, но внутри них построить новую «Листву» только предстоит.
В кадре: Мария Чёрная, Никита Рогозин, Дмитрий Настасьев, Владимир Масленников, Аксинья и Савва Федосеевы, Никита Сюндюков.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
❤20🔥2👏2
Если в прошлый раз в качестве гостя мы звали теоретика правой идеи, то теперь у нас настоящий практик идеи левой — мой хороший товарищ Андрей Песоцкий. Горжусь, что его удалось привлечь в этот проект.
https://vkvideo.ru/video-241115645_456239060?list=d9dc7979dafdac6c03&t=1m6s
https://vkvideo.ru/video-241115645_456239060?list=d9dc7979dafdac6c03&t=1m6s
VK Видео
Коммунизм - утопия? | Соболев, Сюндюков, Песоцкий | Это база
Коммунизм - утопия? Как марксизм вдохнул в эту идею второе дыхание? Разбираем Маркса, манифест коммунистической партии, идеологию, которая значительно повлияла на нашу страну и продолжает влиять на мировые настроения, провоцируя взлёт левой мысли на западе.…
🔥8❤1🤮1