Что делать, чтобы не попасть в СОЧ (самовольное оставление части). Изучите внимательно, это важно.

Армия - это не гражданка, там все очень серьезно и тебя не поругают за прогулы, а возбудят производство и отправят штурмовать посадки с колес.

Ситуации из обращений:

- был в отпуске, в последний день почувствовал себя плохо/заболели родственники/жене нужна была помощь с детьми, и я не смог вовремя вернуться в часть. У меня есть справка из детской поликлиники!
- устно попросил командира отпустить в отпуск, он махнул рукой, я и уехал домой.
- мне в госпитале поставили категорию Г и отпуск, ну я сразу домой и поехал.
- отпуск по категории Г закончился, но я решил, что ещё не выздоровел, поэтому остался дома.
- в госпитале присвоили категорию Д, я поехал домой ждать увольнения, я же уже гражданский.
- был в отпуске, от мобилизационной комиссии региона пришло решение о демобилизации, я и остался дома.

Что-то мы даже по-человечески понять можем, но закон есть закон. Запомните, пожалуйста, игнорировать требования командования вернуться в расположение части - не самое мудрое решение.

Участники СВО - военнослужащие, а не гражданские. Они не могут самовольно решать, когда являться в часть, когда нет, и продлевать отпуск в одностороннем порядке (справедливости ради, такое и на гражданке не пройдет). По всем перечисленных выше ситуациям (и многим другим) однозначно - бойцу будет присвоен статус Самовольно Оставившего Часть. Далее его задержит военная полиция.

У вас не будет особо возможности доказывать, что были уважительные причины, что вы вообще почти уволены и тд. Да это и не аргументы, с юридической точки зрения. Пока у вас нет на руках документов об увольнении, пока вас не удалили из списков части, вы останетесь действующим военнослужащим. А решение о вашем состоянии здоровья может принимать только ВВК. Вы можете считать, что это нечестно, несправедливо, но нужно ориентироваться только на нормативно-правовые акты.

Почему бойцы оказываются в статусе СОЧ?

В предыдущем посте мы озвучивали проблему по самовольно оставившим части. Незнание закона не освобождает от ответственности, так что крайним всегда остаётся боец.

Но виноваты и те командиры, которые должны с военнослужащими работать. Большинство бойцов сейчас - не кадровые военные. Не знают ни устава, ни процессуального порядка действий в армии. То, что военным кажется очевидным, для мобилизованного или вчерашнего подписанта странно и непонятно.

Поэтому с бойцами должны активно работать непосредственные командиры, политруки, военкомы. Нельзя допускать ситуации, в которой человек потерян, не понимает, что делать, оказывается в информационном вакууме. Очень часто боец оказывается СОЧ именно потому что он не знает порядка действий, никто ему не объяснил, не расписал пошагово, не организовал конвейер по передаче бойца, к примеру, из части после обмена пленными в госпиталь, оттуда в часть приписки, оттуда на ВВК и в отпуск. На каждом этапе боец в непонятках: что делать? Какие документы просить? Куда теперь ехать? Чего ждать?

Где хваленые армейская дисциплина и порядок? Зачем вы оставляете неопытным военнослужащим такой простор для "творчества"? На четвертый год СВО пора бы уже наладить работу с личным составом.

Дорогие бойцы, не читайте между строк. То, что мы критикуем организацию работы с вами, не значит, что это будет оправданием для вас, если вы самовольно оставите часть!

Отпуск по категории Г

Ситуация: боец был ранен, лечился в госпитале, там же прошел ВВК, присвоена категория Г и отпуск на 30/45/60 дней. Что делать дальше?

Несмотря на то, что вам назначен отпуск - это не значит, что можно сразу ехать домой. Вы должны приехать в часть, оформить приказ на отпуск, отпускной билет и получить ВПД. И только после этого вы можете со спокойной совестью ехать домой. Не забывайте, что вам необходимо сразу по окончании отпуска прибыть в часть.

Если контракт был заключен из мест лишения свободы, то условия другие. Такие бойцы при заключении контракта освобождаются условно. В их отношении действуют определенные ограничения. В том числе на место проведения отпусков. Они проводят отпуска по категории Г при части.

🚨 Внимание: если боец находится в тылу в расположении части - это не нарушение. А вот если его до истечения отпуска отправили на боевое задание - это уже нарушение, по такой ситуации можно обращаться в военную прокуратуру.

Если вы лечитесь в госпитале (в военном или в гражданском, но при наличии официально оформленного направления туда), а командиры обрывают вам телефон с требованием немедленно вернуться - лечитесь спокойно. Да, бывают случаи, когда бойца "теряют", не зная, что он в медучреждении, и объявляют в СОЧ, но, как правило, такие ситуации быстро разрешаются.

Наши женщины - самые лучшие. Не зря мы АНО назвали "Женский фронт". Мамы, жены, сестры - это мощная линия поддержки для всех участников СВО.
Нет в них кровожадности и ненависти как у украинок.

Даже когда хохлы сбили самолёт с собственными пленными, летящими на обмен, наши женщины в чатах писали: "какой кошмар, бедные ребята, бедные семьи, их же тоже ждали домой, они были так близки к обмену, какая трагедия".

И для своих, конечно же, у наших женщин безграничный запас любви.
В плену есть ребята, которые сидят в лагерях, куда можно отправить посылку, да вот только некому это сделать для них: есть сироты, есть те, у кого очень пожилые родители, которым с этим не разобраться, есть те, у кого сложные семейные отношения.

Наши мамы, жены и сестры пленных объединились и создали небольшой сбор для поддержки таких бойцов. Сами организовали, сами собрали по копеечке, сами отправили сиротам уже десятки посылок и переводов. Да, ребята в плену и сами делятся друг с другом. Но представляете, как горько пленному, который знает, что ему ждать поддержки не от кого, он может только рассчитывать на доброту других парней. И тут ему приходит его собственная, индивидуальная посылочка от добрых женщин России.

Чтобы делать хорошее дело, чтобы поддерживать бойцов, зачастую не нужны особые навыки, связи и финансирование. Достаточно перестать думать о том, на кого из волонтеров или ЛОМов спихнуть эту задачу, и самоорганизоваться, как это сделали наши прекрасные женщины.

Владимир Путин своим указом установил выплаты для ополченцев Донецкой и Луганской народных республик, получивших инвалидность в боях с 2014 года.

Согласно указу, получившие на фронте инвалидность:

▪️1-й группы получат единовременную выплату в 6 млн рублей

▪️2-й группы - более 5,2 млн рублей

▪️3-й группы - более 4,4 млн рублей.

Это вопрос, который требовал решения давно. Рады, что наконец-то восстановлена справедливость по отношению к ополченцам первой волны, к тем самым пламенным патриотам, которые сразу бросились в сражение с украинским режимом.

Но. Снова стоит вопрос правоприменительной практики. Как видим из указа, правительству только предстоит установить порядок оформления и получения выплат. Во-первых, это займет время (возможно, немалое). Во-вторых, есть опасение, что начнутся бюрократические проволочки. А именно доказать, что полученная травма/инвалидность имеет военный характер, а не бытовой.

Ну, все мы знаем, как это бывает: а чем докажете, что именно на войне вы ноги лишились? А есть нотариально заверенные показания свидетелей того, как в вас осколки прилетели?

В общем, решение очень правильное и долгожданное. А за реализацией будем следить.

К сожалению, вынуждены рассказать вам о еще одном случае гибели нашего военнопленного.

Вячеслав Шуклин, парень 2000 года рождения, пошел на боевое задание 18 января 2024 года. 21 января с мамой бойца вышли на связь украинцы. Показали сына в плену, дали поговорить с ним. Воинская часть присвоила статус военнопленного, семья ждала обмена.

Но уже в марте 24 года с мамой военнопленного связалась предательница Родины, шестерка украинских спецслужб Ирина Крынина. Она заявила, что Вячеслав погиб и склоняла родных к сотрудничеству. Мама бойца подумала, что это провокация, от общения с украинскими спецслужбами отказалась.

И вот через год все-таки выяснилось, что это правда. Украинская сторона наконец вернула тело бойца России в этом марте. Причина смерти – осколочное ранение от взрыва гранаты.

На момент пленения военнослужащий ранен не был, то есть это не последствия травм, которые он получил в бою до плена. Семья полагает, что он был убит украинской стороной.
Ведь если украинские спецслужбы уже обладали какой-то информацией по пленному, значит, скорее всего, его успели увезти с передовой и передать в плен официально.

Что случилось потом, почему боец вернулся не в обмене, а грузом 200 – пока неизвестно. Надеемся, после нашей Победы, во время судов над украинскими преступниками и россиянами, предавшими Родину, многие семьи получат ответы, что же случилось с их родными ребятами в плену.

К нам всегда обращались родные украинских военнослужащих в надежде узнать что-то про своих пропавших и пленных.

Отмечаем, что за последние несколько недель количество таких обращений выросло кратно.

Конечно, в первую очередь, мы работаем по пропавшим и пленным соотечественникам, нас, в большей степени, волнует ситуация в нашей стране, с нашими бойцами, наши сложности и пути их решения. И так будет всегда. В этом наше принципиальное отличие от обилия украинских проектов, которые ставят своей целью обработку и вербовку российских семей, родственников пропавших и пленных, но совершенно не волнуются ни о беспределе ТЦК, ни об отсутствии снабжения их бойцов, ни о том, что рядовых ВСУшников Киев систематически вычеркивает из списков обмена.

Но полностью игнорировать обращения по украинским пленным мы, по сооружениям гуманности, не можем. К тому же зачастую поиском непутёвого ВСУшника занимаются родственники-граждане России.

Если ваш родственник из рядов ВСУ пропал без вести или, как вы думаете, попал в плен - вы можете заполнить нашу форму на поиск: https://forms.yandex.ru/cloud/675ecacff47e73c34e20e5e1/
Если у нас будет какая-нибудь информация по бойцу - мы сообщим вам.

Внимание, мы обрабатываем анкеты, заполненные только на РУССКОМ языке.

Каждый день наше АНО «Женский фронт» работает на защиту прав участников СВО и членов их семей. Правозащита это не только резонанс публичный, в большинстве своем, это рутинная теневая работа.

Каждый день мы принимаем сотни обращений, консультируем бойцов и их семьи по юридическим вопросам, все так же работает Психбат, налаживаем горизонтальные и вертикальные связи, пишем доклады по ситуации на фронте в ведомства и предлагаем решения системных проблем.

Вчера, например, состоялась очередная встреча представителей волонтёрского сообщества с руководством Главного военно-медицинского управления МО РФ.

В этот раз были также приглашены представители материально-технического обеспечения ВС РФ. Обсуждались не только вопросы оснащения медицинских учреждений всех уровней, но и общие трудности в области обеспечения.

Конечно, в рамках одной встречи невозможно решить все проблемы. Но мы смотрим на ситуацию позитивно: к волонтёрам прислушиваются, с волонтёрами обсуждают сложные вопросы, волонтёрам предоставляют необходимую информацию (в рамках закона, конечно) - а значит, повод для оптимизма есть.

Наше АНО обязательно продолжит участвовать в таких встречах, налаживая взаимодействие с представителями МО РФ.

Часто сталкиваемся с ситуациями, когда подразделение обращается за гуманитарной помощью к волонтёрам, не запросив предварительно обеспечение в МО.

Так и получается ситуация: на складах полно какого-то наименования, а закупают его почему-то волонтеры на собранные у бабушек деньги.

Серьезные крупные волонтерские организации, получая запросы на помощь, сначала узнают, подавалась ли официальная заявка в МО РФ. Также они передают помощь только оформляя все документально: акты приема-передачи, дарственные и тд.

Но в некоторых подразделениях не хотят официально оформлять получение гуманитарки. Всегда можно найти маленькую волонтерскую группку, которая просто передаст помощь за фотоотчёт.

Да, бывает несоответствие норм снабжения реальным потребностям. Бумажная часть жизни не поспевает за реальностью. Бывает, что не предусмотрено снабжением что-то нужное. Но зачастую обращаются за помощью в том, что можно получить по официальным каналам. Просто тогда нужно будет делать запросы, ставить на баланс, нести ответственность.

Это порочная практика. И неважно, по какой причине это делается: из страха перед бумажками или из ушлых побуждений.
Госорганы объективно не могут выдавать все просто с кузова, проезжая по зоне БД и расшвыривая во все стороны трусы, носки, БПЛА и мотоциклы. Порядок должен быть. Причем знаем, что сейчас и так стараются максимально упростить всю бумажную волокиту, связанную с обеспечением.

Волонтеры не должны заменять Минобороны там, где замена объективно не требуется. Каждый сбор, каждый груз даются потом и кровью.

И к гуманитарщикам обратимся: если вы хотите действительно помогать, а не ставить галочки, наплевав, что потом будет с собранным вами грузом, пожалуйста, относитесь к процессу его передачи более ответственно. Это и для вас соломка на будущее.

После большого обмена на почту посыпались жалобы от родственников тех, кто в нем не вернулся. Напоминаем базу: переговорный процесс - сложный, двусторонний. Переговорщики стараются, и больших перерывов в обменах давно нет. Придется терпеть и ждать.

Но есть и другой фактор. Сейчас будет очень неприятная, очень болезненная правда. Часть тех, кто числится пленными, в плену не находятся и никогда там не были.

Приказ части о признании пленным означает, что ему присвоили официально этот статус, но не гарантирует, что боец действительно в плену.

Некоторые части признают пленным на основании фото или видео, на которых плохо видно лицо пленного. И по одной фотографии разные части официально могут статус дать десятку пропавших. Бывает, что присваивают статус и на основании фотошопа, и дипфейков.

Некоторые части откровенно "дожимают" родственники. Осаждают командиров годами, не имея никаких достоверных свидетельств пленения. И бывает, что часть сдается, выпускает этот злосчастный приказ, просто чтобы прекратить эти дискуссии с семьей. Но от того, что по бумажке человек признан пленным, он не воскреснет.

Было и такое, что части массово признавали пропавших пленными на основании информации региональных УПЧ. Откуда у региональных УПЧ может быть информация о нахождении в украинских лагерях конкретных бойцов, если Украина не предоставляет достоверной информации по пленным?

Вот и получается, что по бумагам у нас одно количество пленных, а в реальности - другое.

И когда будут возвращены все наши ребята, многие семьи столкнутся с трагедией осознания, что их бойца и не было в плену. Многие уйдут в отрицание - будут верить в байки про рабство в Польше, про амнезию, про тайные лагеря. Некоторые из-за веры в это ДНК отказываются сдавать. Да и отсутствие совпадений по ДНК не говорит о том, что человек в плену. Это война. Современная, страшная, с мощным вооружением. Бывает, что от человека может остаться фрагмент 100 граммовый. И никогда его не найдут.

Это все больно и страшно. Это трагедия. Но все-таки призываем оставаться реалистами, хоть это бывает сложно.