Новый выпуск был одним из самых для меня сложных, и вот почему.

Недавно на Ютубе вышло «разоблачение» Евгения Жаринова – самого известного публичного спикера по литературе. Филолог Кирилл Кириченко проверил старые интервью профессора и нашел ошибки в цитатах, неточности в фактах и даже ссылку на несуществующий труд Ролана Барта и сделал вывод – профессор врет! Семья Жаринова выпустила видео-ответ, в итоге этому спору в интернете дали меткое ироничное название – филологический срач.

Я записала интервью с Евгением Викторовичем до того, как вышел обзор его ошибок и оговорок. Поэтому я была вынуждена проверить каждую цитату, каждый факт или упоминание, которое делает в интервью Евгений Жаринов. Получилось интервью с фактчекингом.

Да, в этом интервью будет очень много сносок, чтобы вы сами могли сделать вывод и поставить в этом споре точку.

Судить только вам.

https://youtu.be/csnUU-ssDms?si=ZrB84kIKAVQpIBht

Думаю, всем поклонникам Евгения Викторовича стоит это посмотреть.

Приятного просмотра!

У меня нет слов, чтобы описать, что я услышала вчера в эфире Латыниной с Венедиктовым. Юлия Леонидовна, интеллигентка, либералка и уважаемая журналистка о жертвах Эпштейна несёт такое, что хочется выключить всё и пойти мыть руки.

Все началось со скабрезности про мужской «угорь», который испокон веков «любит залазить в детские дырки» (здесь Юлия Леонидовна, конечно же, оговорилась). «Малолетки», по мнению известной либералки, сами стоят в очереди к трусам богатых мужчиков.

Бедный Венедиктов пытался привести ее в чувство, объясняя, что в этих файлах реальные жертвы, что там несовершеннолетние, торговля людьми, большое расследование. Но вытянув руку вперед, Латынина сказала: «Минуточку!», – и спокойно пошла рассуждать, что женщины, «пусть даже не очень взрослые», – это она так про несовершеннолетних, если вы не поняли, – сами делали свой выбор, а теперь врут, потому что им так выгодно. Мы уже видели это с митушницами и Оксимироном!

Дошло до того, что Венедиктов сказал ей, что чувствует себя в зоопарке и даже порывался встать и уйти.

Но Юлия не сдалась. Она привела пример из литературы, что секс с «малолетками» происходит у богатых мужчин по взаимному притяжению, такова человеческая природа. А значит, лезть туда (в человеческие отношения) законом не нужно.

Я слушала и не верила ушам. Человек (женщина!) на полном серьезе ставит знак равенства между насилием и личными отношениями, между целой индустрией по эксплуатации детей и личной жизнью взрослых людей. А потом еще удивляется, зачем жертвы скрывают имена.

Алло, вы же буквально назвали детей охотницами за богатством, обмусолили своим ртом мужской «угорь», лезущий в их «детские дырки» и публично над ними насмехались.

И я прекрасно знаю, что вам за это не будет стыдно.

Мне кажется, что мы заново полюбили нулевые, потому что в нулевые в интернете была самая романтичная и свободная эпоха. Тогда мы всерьёз верили, что интернет может помочь нам в чем угодно – он дает голос каждому, помогает найти пару, помогает учиться новому, объединяет по интересам с другими нишевыми чуваками. Но вот прошло 20 лет, и теперь мы, уже взрослые, изобретаем все новые способы защитить своих детей от этой свободы.

Первой тормоза вводит Франция, которая запретит детям до 15 лет соцсети. Телефоны в старших классах – тоже под замок. Все во имя психического здоровья (тут кстати с девочками ситуация драматичнее), реальных страхов родителей и абстрактных больших слов, которыми обычно политики оправдывают любые рамки.

Ну что тут сказать, это уже было было в Симпсонах, мы – новые луддиты.

Гениальный фотограф Дмитрий Марков был геем. Об этом нам публично рассказали автор книги «Жизнь Дмитрия Маркова» Владимир Севринский и Карен Шаинян. Разрешения Маркова никто не спросил – и не спросить уже: он умер.

Но получилось, что Маркова аутят без его согласия. И настаивают, что это правильно. Ведь гениальный человек после смерти себе не принадлежит. Это же борьба со стигмой, из-за которой Марков и прожил всего 41 год. У Чайковского, Цветаевой, Уайлда никто разрешения не спрашивал, и ничего!

Но есть и другой голос – семьи и друзей. Голос, на который наплевали. «А вы уверены, что он не говорил этого, потому что боялся, а не потому, что не считал это важной частью своей идентичности?» – спрашивает Федор Павлов-Андреевич. Может, Марков вообще не считал, что сидит в шкафу, просто его поведение было сложнее, чем допускает ваше лозунговое мировоззрение.

Если честно, попытка вписать человека в активисты напоминает мне историю с известным квир-журналом Advocate. Они писали про гея, который не совпадал с ними по политически убеждениям, так: «Он занимается однополым сексом, но он не гей. Потому что не принимает борьбу людей за свою идентичность». Авторы подчеркивали, что в гомосексуальности обязательно должен быть политический жест, определенный набор позиций.

Похожей логики придерживаются аутеры, которые по умолчанию ждали от Маркова каминг-аута и других привычных протоколов поведения.

Но у Дмитрия Маркова, их, очевидно, не было. И дело не в стыде. Просто его жизнь совершенно не укладывалась в двухмерную картину, к которой так привыкли активисты.

Если ты не ведешь публичную борьбу, то ты не гей. Кажется, эта логика должна уйти, ведь в ней нет никакой толерантности.

А забирать у мёртвого право на секрет, унесенный в могилу, – такая же форма принуждения, как и заставлять живого молчать.

Интересно, а что заставляет всех этих псевдолиберальных стариков так безумно высказываться? Понятно же, что огребут. Почему просто не промолчать?

А они не могут. Объясню, почему.

Вот Пархоменко сказал, что Эпштейн мог найти «молодых, тринадцатилетних шлюх». Вырвалось.

А до этого Эткинд написал страдальческий пост, что из-за элит на острове у него вся карьера прошла под «порнографическим страхом», что кто-то из студенток обвинит его в домогательствах. Элиты сами развратничали, а другим не дают!

Стоп! А этот тут причем? Это что за Чубакка-аргумент? Какое отношение одно имеет к другому?

Все встанет на свои места, когда мы посмотрим на это глазами комментатора. Комментатор всегда говорит о себе, а не о предмете. Он кричит миру о своей боли, потому что не может молчать.

Эпштейн-гейт для всех этих престарелых мужчин стал каким-то мощнейшим триггером, игнорировать который просто выше их сил. И из них прет и прет их безумие, и никакой рациональный голос не может этот поток остановить.

Если ты старик Козлодоев, который сидит на эфирах в памперсе, то тебе мерещатся шлюхи даже в детях, как Свидригайлову. Если ты был публично пойман с проституткой, то будешь защищать святое право джентельмена к ним ходить. А если жалеешь, что не реализовал фантазии о студентках, то будешь винить в своем «порнографиеском страхе» Эпштейна.

А повод тут неважен.

Но я все еще не понимаю, почему это пишет Латынина.

Депортация Сабурова – абсолютно необъяснима и иррациональна.

Сабуров про СВО не то, что не шутил, он демонстративно пресекал любые провокации на тему.

«Это что, месячные?» – так Сабуров отшутился, когда на сцену выбежала девушка в платье с кроваво-красными разводами. И мы помним, как за это его отменяли в Украине.

Но теперь я смотрю на реакцию людей и просто офигеваю. Не имея перед собой хоть сколько вменяемого объяснения, админы каналов с готовностью нормализуют высылку из России человека. Они находят в ней возможную логику, оправдывая перед самими собой хаотичные репрессии.

Потому что им самим страшно.

Высылка Сабурова, произошедшая под кафкианским покровом тайны, выглядит настолько алогично, что вызывает страх абсолютно у всех.

И люди любой ценой пытаются обнаружить в этом всем смысл, потому что стать жертвой абсурда невыносимо.

Но смысла нет.

А через полчаса буду в эфире ЖГ! Обсудим закат юмора и сумасшествие дедов.

https://www.youtube.com/live/s3MVAox5SBk?si=fe3t1-5m6U9sqCbd

Новая серия фильма «Выжившие» – «Выжившие из ума».

Знакомая знакомого Виктора Шендеровича, которую насиловали с детства, вспоминает остров Эпштейна, как лучшее время в ее жизни.

Какой вывод делает Шендерович? Проституция почти полностью состоит из жертв насилия, и никакого «взаимного согласия» там быть не может. Шендерович признает, что был не прав.

Конечно, нет.

Вывод Шендеровича: надо бороться не с проституцией, а с семьей и окружением. А проституция будет всегда, пока у мужчин есть угорь.

Вы заметили, что бумеры разделяют какое-то почти религиозное отношение к проституции? Для них это поколенческая база. Поэтому они становятся нелепо смешны перед лицом фактов, и, кажется, совсем не понимают, что говорят и пишут.

Они действительно думают, что защищают правду, верят, что у них чешется моральное, хотя чешется у них совсем другое место.

И ничего их не переубедит.

Запрещенный быковский «Хозяин» – последний фильм со смелым политическим высказыванием. Он был снят до войны, когда еще было можно, остался у нас без премьеры и проката, зато был показан на американских стримингах, несколько лет пролежал на полке, а потом – очень тихо – вышел и у нас. Теперь он вошел в историю, потому что так снимать больше нельзя. И главное – некому.

Есть у меня любимая тема – что в России в отличие от Голливуда восставший против Левиафана герой всегда проиграет. Всегда. История перемелет его, система сломает, сделав его жизнь жалкой и до абсурдного смешной. И Юрий Быков всегда про это снимал. Но теперь главный певец бруталов пошел дальше и сказал вслух, что все наши мужчины обречены, потому что маскулинность здесь невозможна в принципе.

Если ты себе до конца не принадлежишь, то не можешь быть ни сильным, ни свободным. Мужественность здесь – всего лишь перфоманс: вместо принципов у мужчин понятия, вместо героизма – лояльность своим, а вместо здоровой маскулинности – попытка доказать, кто сегодня сверху. Со всеми вытекающими болезненными гомосексуальными подтекстами.

Никакого подлинного человеческого достоинства, уважения к себе и свободы здесь не рождается. Все это разрешается сверху, по протекции.

Не закон внутри, а строго установленные рамки закона.

«Cкажи, что я человек», – умоляет своего хозяина Иван Меньшов – тот самый световский «простой русский Ваня» с говорящей фамилией.

Ведь его собственное мнение о себе ничего не значит.

ПРОШУ ВАШЕГО ВНИМАНИЯ

https://bukinist.de/bookpod/ru/detektivy-boeviki-trillery/423536-byk-roman-9783689598037.html

https://isiaverlag.shop/ru/fiction/902-byk-roman-9783689598037.html

Вон оно что – по версии Артемия Лебедева, компания VK лоббировала депортацию Нурлана Сабурова из России на 50 лет из-за того, что шоу «Что было дальше» вернулось на Ютуб. Реально, так и говорит: «не надо поступать не по-пацански».

Фантастическая теория заговора, и я уверена, что руководство VK не согласно с этим кровавым наветом. Но я не понимаю, как даже в голову такое могло прийти.

Здесь каждый тейк фееричен: от аргумента про «один вышедший выпуск» (на самом деле целый сезон), до того, что Нурлан Сабуров выставляется Лебедевым чуть ли не владельцем шоу, хотя он просто ведущий.

Если ведущего ЧБД справедливо депортировать на полвека, что тогда делать с остальными участниками шоу? А с гостями?

Чиновники запретили романтику и назначили 14 февраля — днем книгодарения. Получается, государство признало тот факт, что в отношениях разочарованы все, количество одиночек все растет, а день всех влюбленных теперь нужно проводить так. Без любви, но с книжкой. Это наши новые традиционные ценности.

Прагматично.

https://xn--r1a.website/sprf_ru/1811

Специальный выпуск к 14 февраля – о любви в кино!

https://www.youtube.com/watch?v=oNVWnXT_AY8

Романтическая комедия – жанр, который формировал с детства наши представления о любви. Рассказываю, почему он умирает сегодня, что это говорит о нашем пессимизме в любви и отношениях и есть ли у нас надежда, раз мы заново влюбились в фильмы «Питер фм» и «Прогулка»?

Спойлер: нет, Владимир Зеленский, захвативший этот жанр в России конца нулевых, не виноват (ну почти).

Скорее смотрите мой разбор анатомии романтической комедии и не забудьте подписаться на канал Истории Лазерсон! Приятного просмотра!

Владимир Путин: «Чтобы жить в России, надо быть буддистом и учить санскрит».

https://xn--r1a.website/news_kremlin/7167

Welcome to Gulag!

Вчера я вернулась в Россию после путешествия по Италии, и первое же сообщение, которое мне пришло, выглядело так:

По требованиям безопасности ваш интернет и смс ограничены.

Как говорится, вместо здрасьте. Ни слов извинения, ни приветствия, никаких расшаркиваний, по которым стало бы понятно, что оператору стыдно, но куда деваться, сами понимаете. Напомню, что когда въезжаешь в Италию, Финляндию или другие «недружественные страны», билайн по-прежнему вежливо встречает фразой «Добро пожаловать в... ». А когда возвращаешься домой, то вот так.

Там – получай удовольствие, здесь – знай свое место. Выходит, что так.

Мы прекрасно понимаем, что интернет заблокировать билайн обязали, но вести себя как сотрудник в форме – это уже они выбрали по зову сердца, они же частная компания. А вообще, это сообщение – лучшая иллюстрация тезиса, что эстетика и этика – это одно и тоже.

А может, билайн играет в жирный политический китч, а отсутствие «Добро пожаловать» – намек на то, что ничего доброго они здесь не видят? Ведь есть же на свете места, в которых «добро пожаловать» неуместно.

Конечно, это не намеренное политическое высказывание. Просто обслуживая «требования безопасности», билайн сам не понял, что случайно написал лучший слоган современной России.

В 19 лет я оставляла на себе порезы и тушила об себя сигареты. Тогда я знала, что причиняю себе боль и наказываю себя, потому что не люблю. Женщины, режущие и колющие себя ради красоты, думают, что проявляют к себе заботу, потому что любят себя.

И то, и другое – разные формы селфхарма, просто у одного пиар лучше.

Одержимость красотой – несомненно, одна из самых извращенных форм современного насилия над женщинами, которую мы практикуем по собственной воле.

«Нет, конечно, родители, меня любили, но...» Так начинает свой рассказ о дисморфофобии Дарина Алексеева. И нам все становится ясно. Но как? И у нее? Человека с конвенционально красивой внешностью?

Жанр, когда красивая женщина рассказывает о комплексах почему-то принято обшучивать. Авторы «Барби» в сцене с депрессией куклы добавляют метаироничный титр: «Да, мы знаем, это же Марго Робби, камон, какие тут комплексы», а Света Ставнич в образе красивой актрисы, рассказывая о загонах по внешности, самодовольно стреляет глазами в камеру. Мне кажется, это какой-то негуманный и нечуткий взгляд, вроде того, что у богатых не бывает депрессии.

Дарина – та самая красивая подруга, которая откровенно признает, что от нелюбви к себе ничто и никогда не спасет: можно обжираться и вызывать рвоту, а можно быть спортиком на жесткой дисциплине, можно заколоться филлерами, а можно сидеть на кремах с микротоками, но ничего не изименится, пока просто не скажешь себе стоп.

Топи горе хоть в стакане колы зеро, от нелюбви ничего не поможет.

Нет, конечно, родители меня любили, но я тушила об себя сигареты.
Нет, конечно, родители меня любили, но я боялась подходить к зеркалу.

Хороший и смелый текст.
https://moskvichka.ru/article/trends/dengi-v-banke-ili-chto-takoe-byuti-obsessiya

Прямо сейчас в России происходит гигантская культурная революция, хунвейбинами в которой являются старики.

Делается она тихо, на сухом языке чиновничьего отчета, и вместо костров у нее списки. Говорят про нее крайне мало, слишком легко ее принять за пародию «Панорамы», вроде той, что в России танцы признали нежелательными. Но последствия этой революции необратимы.

С 1 марта в кино вступил в силу закон о защите традиционных ценностей в кино. Теперь каждый фильм обязан воспевать крепкую семью, созидательный труд и высокие нравственные идеалы. Интересно, прошел бы такую цензуру обожаемый властью «Брат»?

Ок, есть в списке подходящая тема – «права и свободы». Но попробуй снять, например, про митинги 2011? Про закрытие Эха Москвы в марте 2022? Про антивоенных политзэков?

Нет, товарищи. Мы прекрасно знаем, что у нас есть запрещенные темы, имена и мнения, которые нельзя называть. Их число растет гораздо быстрее, чем количество снятых фильмов. Поэтому в художественном кино у нас одни сказки, а в документальном – сплошной черный прямоугольник. Рынок документалистики практически полностью эмигрировал. Фикшн-литературы – тоже. Все, кто умеет писать и снимать и хочет делать это без цензуры – уехали, остальные – каждую секунду редактируют себя. Да, и я тоже.

Что с художественной литературой вы прекрасно знаете. Чиновники начали именно с нее, отчаянно пытаясь доказать миру, что умеют читать и понимают прочитанное. Постарались на славу: если ты сегодня хочешь написать книгу на любую тему – лучше и выгоднее делать это заграницей.

Но сильнее всех досталось, конечно, музыке. Как будто исхода половины артистов и запрета трети имен было недостаточно. Теперь в песнях нельзя упоминать любые наркотические образы, даже самые поэтические намеки на вещества считаются пропагандой. Лейблы выпиливают целые альбомы, стирают песни, как будто их никогда не существовало. Как будто никогда не было людей, которые их слушали.

Все, что мы помним, существует теперь в виде шума и потрескивания в эфире, в виде черного прямоугольника в тексте.

Шум, потрескивание, затемнение, шум, потрескивание, затемнение.

И тишина.

Тишина – это язык нашего будущего.