Для очень многих Арман Жан дю Плесси, герцог де Ришелье (кардинал Ришелье), основатель легендарной Французской академии личность почти мифическая. Но вот так выглядит его автограф.

И совершенно неуместный текст и совершенно неуместный автор https://xn--r1a.website/SolovievLive/3954

Сейчас по сфабрикованным делам о массовых беспорядках 27 июля и 3 августа арестовано 13 человек. Давайте соберем по 200 тысяч на брата. Получается 2 миллиона 600 тысяч рублей.

Я даю по 1000 на каждого или 13 тысяч рублей. Понятно, что у всех возможности разные.

Сообщает Алексей Навальный.

[от этого великого исторического заявления я заорал так, что в квартире едва не потрескались окна, а ведь они пластиковые]

- Скажите, вы любите Кафку?
- Да-да, офобенно грефневую...

60 тысяч за несколько месяцев у Владимира Соловьева. Интересно, что рост идёт непрерывно. Я давно заметил, что практически у всех «топов» в телеграме есть свой потолок цифры подписчиков, достигнув которого они или сильно замедляются или вообще встают, то сползая, то вновь поднимаясь на ту же отметку. Очевидно, это связано с тем, что исчерпывается среда, в которой «топы» существуют. Здесь этого нет. Интересно, если увидим прецедент неуклонного роста. Ведь должен же хоть кто-то... https://xn--r1a.website/SolovievLive/3979

Риски того, что сценарии сменятся на конкурентные и возникнут реальные угрозы вторых туров отмечаются в трех регионах – Алтай, Астраханская и Вологодская области. Есть мнение, что этот список нужно дополнить Волгоградской областью.

Алтай
Во-первых, Олег Хорохордин, назначенный в марте, вынужден разбираться с тяжелым наследием своего предшественника
Александра Бердникова. Тот, напомним, был очень непопулярен и в 2014 г. едва не «свалился» во второй тур (50,63%). Во-вторых, в регионе достаточно сильны как КПРФ, так и другие оппозиционные партии, а именно СР, «Патриоты России»
и «Родина».

Основным и по сути единственным оппонентом Хорохордина стал первый секретарь Рескома КПРФ, депутат Государственного Собрания Виктор Ромашкин, который способен консолидировать значительную часть оппозиционного электората.

Астраханская область
К астраханскому Игорю Бабушкину никакого негатива не могло накопиться в принципе. Но он был назначен только в июне и вступил в кампанию буквально «с колес». Как следствие, он может не успеть до сентября нарастить рейтинг до гарантированно победного уровня.

К тому же Олег Шеин вполне способен как минимум осложнить победу Бабушкина, даже не числясь в бюллетене. Его неучастие вполне вероятно спровоцирует заметную фрустрацию электората, ранее консолидированного вокруг СР и ее областного лидера. Этот негатив может вылиться как в неявку на выборах, так и в голосование за тех оппозиционных кандидатов, которые фильтр преодолели. Как говорится, со всеми вытекающими. В тоже время, важно отметить, что все опросы фиксируют стабильный рост рейтинга и, если эта динамика сохранится, то кампания завершится по референдумному сценарию.

Вологодская область
В регионе партия ЛДПР выставила вполне перспективную Ольгу Ширикову, председателя Постоянного комитета Законодательного Собрания по социальной политике. Конечно, если бы кроме нее зарегистрировался коммунист Александр Морозов, то вместе они сильнее «разогрели» бы протестные настроения и вдвоем собрали бы достаточно голосов, чтобы сорвать Олегу Кувшинникову победу в первом туре, поскольку рейтинг у губернатора был относительно низкий, а из-за просчетов избирательного штаба долгое время не удавалось добиться положительной рейтинговой динамики. Впрочем, есть мнение, что Ширикова и одиночку способна добиться второго тура.

Волгоградская область
Волгоградскому Андрею Бочарову некому проигрывать. И КПРФ, и ЛДПР, и СР выставили против него очень слабых соперников (все трое кроме прочего заведомо старше губернатора). Тем не менее риск есть. С 1990-х гг. регион, скажем так, привык к вольнице. Больше 20 лет в области не было порядка, все губернаторы оказывались в равной степени неэффективными, местные элиты невозбранно воевали с ними и друг с другом. Бочаров начал «зачищать» регион и немало преуспел в этом.

Однако, чтобы отучить элиты фрондировать пяти лет объективно мало. Вполне возможно, что Бочарова попытаются как-то подставить, что он столкнется с предательствами и саботажем, с попытками разыграть «владимирский сценарий» (Светлана Орлова в прошлом году проиграла сугубо из-за «бунта элит»).

Подробнее в докладе на сайте: http://civilfund.ru/mat/view/113

https://xn--r1a.website/sorok40russia/3998 Самая эффективная дискредитация Православия и Русской Православной Церкви это никуда не двигающееся «движение Сорок Сороков». Екатеринбург может спать спокойно.

Можно обратить внимание, что сегодня в официальном языке растет удельный вес терминов «долг», «родина», «обязан», «закон», «дисциплина», «верность», «патриотизм» - все они указывают на расширение роли власти, как верховного объекта в области нравственности и одновременно как высшего морального авторитета. Власть говорит о том, что лояльность это выполнение своего долга в рамках государственной дисциплины.

Если человек лоялен, он морален – не случайно враги государства здесь или за рубежом рано или поздно неизбежно оказываются морально разложившимися и наоборот – указание на моральную деградацию того или иного чиновника означает, что скоро непременно последует обвинение в нелояльности и антигосударственных деяниях.

В результате человек должен испытывать стыд или гордость в зависимости от того, насколько адекватно им были выполнены действия, предписанные властями. Хорошим или плохим человеком индивид считается только в зависимости от того, насколько хорошо или плохо он выполняет приказы власти и обязанности. Поэтому сегодня, например, вопрос посещения выборов часто рассматривается не как участие в формальной процедуре, а как оценка морального уровня того или иного человека.

Соответственно тот, кто исправно платит за ЖКХ, шлепает букву «Ш» на машину и так далее гораздо лучше и, главное, моральнее того, кто по настоящему талантлив, оригинален, умен и ярок, но пассивен политически.

То есть главным в отношениях между людьми и государством все чаще становится процедура. В рамках этой процедуры люди бюрократизируются и сводятся к количественным критериям. Для полиции люди не имеют качеств, на них смотрят сквозь призму законопослушания. Для налоговиков важен финансовый результат действий и так далее. Человек теряет личностные качества и дегуманизируется, то есть описывается тем языком, который ограждает исполнителей от этических оценок. А это значит, существует опасность, что с людьми станут поступать все более жестко. И речь не о митинговых провокаторах (там все правильно) - все сложнее.

Сегодня, когда главное завоевание минувших лет, а именно «справедливость» исчезло, один из главных вопросов: «кому жаловаться»? Как была устроена государственная система на протяжении столетий (на Руси, в России и на Западе). Было законодательство, регулирующее и делающее предсказуемым, безопасным и понятным существование государства и общества для граждан. Однако существовала одна серьезная проблема. Законодательно было невозможно охватить и отрегулировать все стороны жизни человека. Это не удалось даже склонной к тотальной регламентации иудейской традиции. Совершеннее Синедриона и сегодня трудно что-либо придумать, но именно Синедрион отправил Христа на смерть.

С возникновением Христианства в европейскую цивилизацию вошло понятие «любви», а вместе с ним и «справедливости». В христианской культуре, где Бог был Отцом, а не хозяином, ему можно было пожаловаться (хозяину, господину пожаловаться нельзя) и Он мог исправить то, что казалось непоправимым в рамках земных правил. Любовь (Бог как любовь) принесла точное знание, когда и как я во имя нее могу нарушить закон. Она принесла сознание того, что даже если я не заслуживаю никакой милости, это не значит, что она не может быть мне оказана. Функцию извлечения человека, живой души, из должности, мундира, доспеха брала на себя Церковь. Когда по закону надо было казнить, сажать, бичевать, Церковь вступалась: «По закону, по правде, верно. По форме правильно. А по любви? По человечеству? По сути? Надо пожалеть». И жалели. Отпускали. Миловали.

На Руси и в России эта двойственность закона (человеческой справедливости) и любви (Божией справедливости) сотни лет была теми весами, которые держали в равновесии государство и общество. Знаменитая русская адвокатура начала ХХ века строилась именно на умении противопоставлять совесть и закон. Легендарные процессы с участием Плевако показывают нам умение защитить человека, обращаясь не к более глубокому знанию закона, а напрямую к сердцу присяжных. В советское атеистическое время подобная система все равно продолжала существовать. Теперь можно было пожаловаться партии. Если «по форме все было правильно, а по сути издевательство», как говорил Ленин, партия могла привести в соответствие форму и содержание даже вопреки закону. Когда творилась несправедливость, люди знали, куда бежать, к кому обращаться. В партком, горком, райком, обком.

То есть система могла быть какой угодно – капиталистической, социалистической, коммунистической, феодальной – но это не имело никакого значения для тех, к кому шли жаловаться. Несправедливость не бывает ни капиталистической, ни социалистической, она всегда просто человеческая, а, значит, надо защищать просто человека от капиталиста, коммуниста, социалиста, феодала. С утверждением на Западе (а потом и в России) вульгарного демократического либерализма, возникло убеждение, согласно которому закон есть единственный регулятор человеческих отношений. Если что-то сделано по закону, то, значит, все правильно по определению. Дальше закон закономерно становится оправданием беззакония. Произвол начинает твориться по закону. Сегодня большинство преступлений (совершенных, в особенности, властью), как у нас, так и на Западе, совершаются по закону. В этих условиях справедливость была единственной возможностью поправить закон. Сегодня из системы выветрилась справедливость. Поэтому жаловаться некому, всех лихорадит, каждый пытается спасаться от неведомой, потенциальной опасности, как может. Кто-то бежит, кто-то сидит сиднем (под лежачий камень вода не течет), кто-то копит (запасливый лучше богатого), кто-то кого-то колпачит (обмануть дурака – отомстить за разум). Причем последних все больше. Ведь не только околпаченный не знает, кому жаловаться – об этом прекрасно знает и колпачащий. И поэтому колпачит с удвоенной силой, прижимая к стене, так как «никуда ты не денисся!»

И вот это самая большая проблема.

«Умное голосование» проекта «Навальный» оказалось очень тупым и неразвитым голосованием. Посмотрим, что этому предшествовало в минувшие годы:

- Выборы в мэры – провалены.
- Проект «Роспил» - провален.
- Проект «РосЯма» - гниет в яме.
- Проект «Добрая машина правды» - ржавеет в канаве.
-Партия «Народный альянс» - кто ее видел, тот сам привидение.
- Работа в «Аэрофлоте» - выставили.
- Партия «Яблоко» - вышибли.
- ООО «Навальный и партнеры» - лопнул с брызгами.
- Молодежное движение «Да» - протянуло бледные бальмонтовские ноги.
- Движение «народ» - склеило ласты.
- «Русское национальное движение» - канун да ладан.
- Фонд поддержки демократических инициатив – откинулся.
- Проект «Росвыборы» - издох.
- Проект «РосЖКХ» - слился.

Понятно, почему «умные выборы» оказались очередным уродом от рождения. Наследственность очень скверная.

Хорошо, что сегодня есть те, кто может повторить то, что движение «Наши» делало в 2007 году.

Вновь ожила тема «Ходорковский vs Навальный», подогреваемая тем, что первый вроде бы нарушил обещание не лезть в политику и должен бы быть заодно со вторым. И т.д. Опустимся к истокам и посмотрим, как Ходорковского освобождали - это даст возможность многое понять.

Ходорковский отсидел практически весь срок, его ждало еще одно уголовное дело. Но за несколько месяцев до выхода Ходорковского Путин его милует. Ходорковский помилование неожиданно принял, а поскольку помилование применяется «к справедливо осужденному лицу», уже не мог обжаловать судебные решения, вынесенные в его отношении (помилование, в отличие от амнистии, автоматически подразумевает признание справедливости вынесенных приговоров, что приводит и к невозможности возврата имущества ЮКОСа).

То, что это спецоперация, ясно из деталей. Ходорковский обратился к Путину за месяц до освобождения, причём все (включая родных и СМИ) об этом промолчали, хотя та же «Новая» годами оповещала нас о самых незначительных подробностях жизни подзащитного.

Сразу же после этого бывший министр иностранных дел Германии Геншер начинает оформлять Ходорковскому паспорт, то есть Геншер загадочным образом уже знает, что Ходорковского точно отпустят, хотя весь предыдущий ход событий не позволял даже предположить такое? Значит Геншера оповестили о результате заранее.

То есть Ходорковскому сделали в Кремле предложение, от которого он не смог отказаться, обставив освобождение рядом условий (например, сразу исчезнуть). И Ходорковский эти условия выполнил - мгновенно вылетел на Запад, даже не заехав в Москву, где его ждала больная мать. Горячо ожидаемая пресс-конференция тоже ничего сенсационного не принесла, даже наоборот: «Ходорковский отказался давать совет западным политикам, как им строить отношения с Путиным… не стал призывать к бойкоту Олимпиады в Сочи… считает смерть Алексаняна результатом действий «конкретных исполнителей», но их имена называть не стал… не намерен заниматься политикой в форме борьбы за власть…не собирается быть лидером оппозиции и ее финансировать…"

В результате после освобождения Ходорковского западная пресса говорит, главным образом, не о нем, а о Путине. New York Times (США): «Освободив господина Ходорковского ... господин Путин совершил весьма неожиданный и эффектный разворот на 180 градусов». Le Figaro (Франция): «Путин застал всех врасплох. Через 12 часов после новости о помиловании Ходорковского он вышел из камеры…».

Именно тогда между Ходорковским и Навальным (вернее, между их покровителями) возник конфликт. Для последнего освобождение Первого было кошмаром. Ходорковский сидел в тюрьме, а не в КПЗ, знает, как делаются дела, у него есть деньги, а не донаты. Поэтому Навальный никакой радости по этому поводу не выразил. Молчит он и сегодня, когда Ходорковский даёт ему оценки. Так что то, что сегодня происходит, вполне вписывается в общую стратегию управляемой извне свободной оппозиционной борьбы.

«В ходе рабочей поездки в Крым Президент встретился с генеральным директором АО «ВАД» Валерием Абрамовым и первым заместителем директора компании Виктором Переваловым. Обсуждались вопросы строительства трассы «Таврида»».

«Ну а здесь я посмотрел, как идёт работа, несколько дней назад пролетел практически над всей трассой. Сколько она всего? 282 километра?
В.Абрамов: 250.
В.Путин: 250 – это по Крыму. Ещё по Севастополю. Всего 282,2.
В.Абрамов: Если считать с подходами, то 258.
В.Путин: Хорошо, вам виднее. У меня в документах 282,2. Ну не важно, это всё детали».

Вы никакой пропажи не заметили?

#публикуетсявпервые Находка из частного архива. Фото и автограф священномученика Алексия Никонова (погиб в лагере в 1938 году). Сан он примет только в 1922 году, а пока что он прапорщик в действующей армии. Своё фото он подписал легендарному «Великому Архидиакону» Константину Розову. 1915 год.

https://youtu.be/9Idv9J8Hv-I Пророческое видео посвящается Синице, желавшей убивать детей силовиков. «Вот я одного мальчика знал, так его фамилия вообще была Дураков».

https://xn--r1a.website/karaulny/168333 Хоронят в седьмой раз. Умереть не страшно - страшно, что над гробом Венедиктов с Горбачёвым будут о демократии рассуждать.

ТЕПЕРЬ И В APPLE PODCASTS

СЛУШАЙТЕ И ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ

https://podcasts.apple.com/ru/podcast/%D1%81%D0%BE%D0%BB%D0%BE%D0%B2%D1%8C%D1%91%D0%B2/id1477326500

Немного о претензиях самих церковных людей к Церкви и патриарху. Тех, кто окураевился окончательно и тех, кто ещё нет. Главная претензия «церковных либералов» к Церкви состоит в том, что она проморгала свою перестройку, а к Патриарху – что не стал церковным Горбачевым. Не случайно одна из последних компиляций Кураева так и называлась – «Перестройка в Церковь».

То есть, так надеялись в этом качестве на него (не случайно тот же Кураев открыто сравнивал последние годы Патриарха Алексия с годами брежневского застоя), а он обманул ожидания. Ни сокрушительных, в духе завлабов, реформ, чтобы церкви вверх тормашками, а капуста вверх корнями, ни масштабных чисток с выведением на святую воду, ни открытых консисторских судов над «голубым лобби», ни модернизма.

Интересно здесь и то, что, если посмотреть публикации церковных либералов, чисто по-советски полутонов в этой схеме нет. Патриарх Кирилл, не оправдавший ожиданий тех, кто видел его Горбачевым, провозглашается сегодня не продолжателем застоя, а сразу создателем церковной сталинизации, то есть бросается на самое дно со всей силой, которую дает горькая обида от несбывшихся надежд.

Кстати, интересная подробность. Либерализацию и реформы в Церкви сами церковные либералы ждали и ждут не с надеждами на возвращение некоей «истинной», «первозданной» Церкви, как в середине 1980-х, а просто, как новое развлечение, с тем же интересом, с каким в советское время смотрели в замочные скважины коммуналок и подслушивали у дверей.

Ну-ка, ну-ка, кто кого сейчас сожрет, вон тот этого или этот того. Попкорн и смузи готовы, времени полно, можно начинать, а мы, похрустывая и прихлебывая, будем покрикивать: «а вон тот еще про свой «мерседес» не рассказал», «а вот этот еще не покаялся в своей ориентации», «эх вы, а еще христиане», «вот вам и Церковь, да-с, не небо на земле, а земля на небе».

Похоже, они и правда не понимают, что в Церкви вообще нельзя быть ни правым, ни левым. Нельзя, как Пуришкевич, закричать «правее меня только стенка», нельзя, как обновленец Введенский, болеть детской болезнью церковной левизны, доходящей до женатого епископата. Нет Церкви красной и белой, нет левой и правой, умеренной и радикальной. Есть Церковь воинствующая и есть Торжествующая.

Поэтому в Церкви можно быть только либо с Христом и Его Церковью, то есть с теми, кто составляет ее Тело, с теми, для кого в интерьерах русских храмов оставлено нерасписанное фресками пространство в самом низу церковных стен. Либо с френдами и ботами под собачьими кличками, восторженно клубящимися вокруг очередного невротического текста, хотя даже если кто-то носит священный сан, это еще не значит, что всякий текст, им написанный, есть Евангелие.