У нас осталось две категории борющихся за правду и справедливость - старики и сумасшедшие. Первые бесконечно пишут письма, возмущаются, протестуют именно потому, что помнят иные времена и иначе воспитаны. Зачастую только благодаря им чистятся помойки, убираются дворы, чинятся мусоропроводы, ремонтируются стены, нейтрализуются подозрительные личности, шныряющие по подъездам. У вторых мания. Все остальные согласны со всем, что происходит так, как происходит и не хотят ничего менять. При этом согласны платить за своё нежелание менять что-либо.

Один пример. В вузах на коммерческих отделениях учатся тысячи студентов. Платят сотни тысяч в год. Потом за эти деньги к ним в аудиторию периодически вползает академическая рухлядь, которая полтора часа говорит ни о чем. После этого они встают и идут обедать, а не в деканат возвращать деньги за некачественную услугу. За что они платят? За право ничего не делать и не менять. И так далее. Всех все устраивает.

Про Алена Бомбара не слышали? https://xn--r1a.website/svobodypl/1638

https://xn--r1a.website/radiogovoritmoskva/13386 Остановитесь, наконец! Пусть покойный останется таким, каким мы его знали, а не таким, каким мы его узнаем, со всеми диагнозами, фобиями и травмами!

Путин: Когда я первый раз шел по Красной площади с портретом отца, ко мне пришла мысль: он не мог это сделать, но я хотя бы портрет его пронесу, он это заслужил. Тысячи людей, когда идут с портретами близких в Бессмертном полку, наверное, тоже думают об этом

По религиозной живописи хорошо видна несовместимость современной эпохи с прошлыми эпохами. Художники XII – XVIII веков рисовали Христа, Богоматерь, святых в костюмах и интерьерах или Античности, или современных живописцам эпох Средневековья, Ренессанса, Барокко, галантного века Просвещения. И это не вызывало и сегодня не вызывает отторжения, не создает ощущения диссонанса. Однако представить себе картину с Христом в джинсах и футболке или костюме, а Богоматерью на каблуках и водолазке в прозрачных офисных интерьерах невозможно. Разрыв уже слишком глубок, пропасть слишком широка для моста. И эта пропасть будет чем-то заполнена. Чем? Интересно будет посмотреть.

Ежедневно публикуются какие-нибудь рейтинги, постоянно сравниваются цифры (даже по «Бессмертному полку» - сколько в прошлом году, сколько в нынешнем). То есть статистика (наиболее манипулируемая сфера) становится заместителем реальности, просто и понятно объясняющим, что произошло и что будет. Пришло больше чем раньше – значит, будет лучше, чем раньше. Пришло меньше - идём вниз. Таким образом возникает фантом реальности – если нет прогресса в базовых областях человеческой жизни, не растет ее общий уровень, то его нужно имитировать явкой или ростом отдельных, отнюдь не всегда важных, сфер. Фраза, начинающаяся с «Зато мы…» становится основным ответом на вопрос о том, что происходит, хотя никто не спрашивает, что там такое «зато».

Ситуация везде одинакова. На Западе, отсутствие роста экономики и провалы в политике замещаются ростом гражданских прав нетрадиционных меньшинств, благотворительностью и внешними факторами. У нас традиционно то же самое замещается показателями в сфере ВПК, которая никогда не проседала, и учащением повторения тезиса «весь мир против нас».

Есть фантомная боль на месте выветрившегося желания хоть что-то изменить, хочется увидеть перемены, ничего не делая - вот тут и приходит на помощь статистика. Она показывает то, что хотят увидеть, показывает, как работает масса, снимая индивидуальную ответственность и успокаивая - я в хоре и пусть только беззвучно рот разеваю, но ведь все равно все вместе-то спели.

Пусть хоть Песков ему, что-ли, наконец, скажет, что это фейк https://xn--r1a.website/aavst55/3355

https://xn--r1a.website/karaulny/144632 Удивительная галиматья. Вообще - то вывернутая наизнанку одежда отражает представление о потустороннем мире как о мире с перевернутыми связями, а также необходимо сопровождает практики антиповедения. Так, одежда на покойнике могла застегиваться «на левую сторону», что связано с тем, что в загробном мире меняется правое и левое. Наизнанку выворачивали траурные одежды, накидывали в трауре на голову верхнее платье, что соответствовало противопоставлению лицевой и обратной стороны, верха и низа. Переодевание в вывернутую наизнанку одежду семантически означало переход из сакрального в профанное пространство. И Грозный не придумывал это, а пользовался уже теми, практиками, что сложились задолго до него и имели понятную семантическую нагрузку. Админам канала пора в «Дилетант» к Венедиктову.

Битва за храм в Екатеринбурге дает возможность поразмышлять над очень многими вещами. Предположим, что местная епархия стремится поставить на месте сквера храм именно для того, чтобы люди имели возможность молиться и спасаться, а не для какой либо другой, открыто не заявляемой, цели (доход, отчет и так далее)? Основная задача Церкви - привести людей в храм, ибо Литургия есть центр христианской жизни, средоточие таинственного церковного бытия. Православный человек должен по определению хотеть быть на богослужении, любить богослужение, богослужение должно быть в центре его жизни. Поэтому в церковной работе с людьми с него все принято начинать, нередко именно и только готовность быть на богослужении и есть критерий, по которому оценивают православного человека. И неправославного тоже. Не хочешь, чтобы рядом было богослужение? Враг храма? Друг сквера (детской площадки, парка etc)? «Отойди от меня, сатана».

Почему происходят протесты этих нецерковных людей? Не потому что они одержимые, контактеры, братья по разуму, молятся на пень в окрестных лесах и приносят жертвы Перуну. Они самые обычные, порядочные, приличные люди в большинстве своем. Просто с этими людьми местная епархия никогда и никак не работала. У нее не было желания возиться с ними, приглашать на беседы, спорить, дискутировать, сражаться за их души. Не было желания идти на улицу, по подъездам, от двери к двери и там общаться, доказывать, убеждать. Вспомним слова Иоанна Златоуста: «Если 12 человек заквасили всю вселенную, подумай, сколь велика наша никчемность, если мы, пребывая в таком количестве, не в состоянии исправить оставшихся – а ведь в нас было должно хватить закваски на тысячи миров» (Гомилия на Евангелие от Матфея. 46) Ну никчемность... Ну велика... Пусть, тем более что «Господь сам приведет», то есть пойдет вместо работников епархии на площади, в подворотни и подъезды, а епархия и прихожане будут снисходительно оценивать результаты Его трудов (кстати и оценивают, причем весьма придирчиво. Вспомните, как относятся некоторые «храмовые ревнители» к новоначальным).

С людьми надо сначала очень долго и сложно работать и только после разговоров, сомнений, раздумий они (и то не все) станут сторонниками храма, пойдут в храм на службу. И придя, далеко не сразу все поймут, поэтому нужно с ними работать и в храме. И только тогда человек поймет, что важнее всего полноценное участие в литургической жизни и приобщение к Чаше, только тогда возникнет ощущение, что спокойная и благополучная жизнь это на самом деле «паломничество по безднам», только тогда пронзит душу острое чувство «совершеннолетия отчаяния» и «муки, всемуки быть человеком без Богочеловека Христа и радости, всерадости быть человеком с Богочеловеком Христом» (преп. Иустин Попович).

Но это никого не интересует. Кто ты, что ты, как ты… За порогом храма человек для епархиального начальства исчезает, «яко воск от лица огня» и материализуется только на богослужении. Назвался православным? Стой на службе. Сразу. Непременно на всей. Не хочешь стоять, скучно, тяжело, непонятно, хочешь выйти, присесть, отдохнуть – будь ты проклят, хотя еще святитель Филарет сказал известную фразу: «лучше сидя думать о Боге, нежели стоя о ногах». То есть начинают с того, чем надо бы заканчивать. А дальше возникает предсказуемая реакция. А ее еще и усугубляют мордобоем и выходцами из чего-то типа «Сорока Сороков».

В итоге сломят сопротивление, разгонят протестующих и построят храм. Но на чем? На проклятиях и ненависти многих людей. Стены то устоят. А вот как на этом будет держаться то, что называется «храмовой жизнью»?

Не знаю.

Беспощадная и бескомпромиссная борьба со Сталиным по гнилорыбовски. А потом удивляются, почему борцы со Сталиным вызывают смех и желание подать копеечку, а сторонников Сталина все больше. P.S. Ниже сообщается, что отважный акт мести свершен.

https://xn--r1a.website/karaulny/145024 Именно поэтому Познер выращивает марихуану и призывает легализовать наркоту https://lenta.ru/news/2017/04/05/poznerlegalize/, чтобы российский человек хоть как-то пришёл в себя после православного угара..

Своего ничего. Даже наклейки придумать не в состоянии https://xn--r1a.website/SIL0VIKI/11132

К проблеме «онавальнивания» любой протестной акции, проблеме, которую мы видим сегодня на примере Екатеринбурга. Проблема политических «прилипал» родилась не сегодня. И у Белого дома в октябре 1993 года и во многих других местах, где поднимались «патриотические» знамена, можно было видеть одну и ту же сцену. Подходят люди - не митинговые кликуши, а нормальные обычные люди. Видят баркашовцев со свастиками. Плакаты про "Беню Эльцина, убирайся в Израиль". Слышат с трибуны что-то прохановское в том же роде. Поворачиваются и уходят. Когда я проводил православные акции, то, прекрасно понимая, чем дело кончится, каленым железом выжигал опереточных казаков, «корпорации православных действий» и прочие «Таврические общества», которые пытались присосаться к нам. Оказачивание или онавальнивание
протеста или антипротеста в равной степени ведёт к их маргинализации и решает совсем не те задачи, что были поставлены изначально. Первое вызывает аллергию к храму (или чему то другому) даже у сторонников, второе даёт повод мочить всех протестантов без разбора, так как им не сквер нужен, а хайп.

Поэтому нужно отделять одних от других. И только тогда удастся понять, кто действительно за/против и сколько их. Тогда станет понятно, существует ли проблема вообще или это искусственно надутый пузырь.

Клич протестующих против храма «кто не скачет, тот за храм», скачки, смех и радостные лица показали вновь ту самую тенденцию, которая пустила под откос все протестные акции. Это хихиканье и стеб, что само по себе диагноз. Смех, придурковатость, анекдот всегда имеют характер окончательного вывода, свидетельствуют о сознательном отказе от понимания, закрывают дальнейший путь. Раз ты смеешься, значит, ты уже все понял и все тебе ясно. Прежде всего ясно то, что сделать ты ничего не можешь и бороться ты не хочешь, а хочешь придуриваться и юродствовать. Серьёзные проблемы не решаются хихиканьем. С хихикающими невозможен диалог. Поэтому протестанты сами дают власти повод поступать с ними жёстко. Если в центре города хихикающие ломают заборы и устраивают беспорядки, нужно их устранить и навести порядок.

Ещё по поводу логики навальной части протестующих против храма. Ясно, что их задача не решить проблему, а спровоцировать конфликт, который ни к чему не ведет, не решает никаких задач. Просто конфликт «вообще», "за то, чтобы храма не было", лишенный конкретного содержания. Вспомним, как именно по этой схеме единственный содержательный лозунг Болотной «За честные выборы» быстро превратился в охлократический и бессмысленный вопль «Долой Путина», никуда не зовущий, ничего в себе не несущий и оттого вполне самодостаточный, чтобы никто никуда не пошел и ничего не делал, но уверенно считал себя «борцом с режимом». Можно ли представить себе, что комбат, поднимающий в атаку людей под Курском, кричит «Долой фашизм»? В том то все и дело.

Здесь то же самое. Но таким образом, решаются сразу две необходимые провокаторам задачи. Первая - под знамена «конфликта вообще» собирается максимально большое количество самых разных людей, а вторая – в рамках «конфликта вообще» становятся неважными конкретные поводы, будь то храм, фильм или спектакль. То есть конфликт кооптирует любые противоречия, как значимые, так и не значимые и, пропустив через себя, превращает их в погромную энергию, приводящую, в терминологии Г.Бейтсона к «схизмогенезу», то есть к расколу общества.

Житель Лондона шёл по улице, увидел полицейские камеры с распознаванием лиц и скрыл от них лицо за свитером. Его задержали, сфотографировали и оштрафовали на 90 фунтов за "неподобающее поведение". Смотреть выпуск полностью.

Тем временем в Канаде таможенники изымают смартфоны и ноутбуки за отказ предоставить пароли от них, в Новой Зеландии то же — отказ от электронного обыска своих гаджетов на границе грозит штрафом в $5000. США, Россия, Великобритания — везде видим один и тот же сюжет: государство лишает граждан права на приватность, прикрываясь благими целями безопасности. И технологии играют в этом процессе ключевую роль.

Получают ли при этом граждане ту самую пресловутую безопасность, ради которой государство лишает их приватной жизни? Риторический вопрос.

Рулят лимоновский графоман и сумасшедшая (фото - Пул 3). Это все, что нужно знать о мероприятии, чтобы его оценить. Для чего Путина втягивают в это - непонятно.

События в Екатеринбурге заставляют поразмышлять в целом о характере современного протеста. Его ключевой особенностью является то, что протестующие ни в своих обращениях, ни еще где бы то ни было, не могут хоть сколько-нибудь внятно разъяснить, почему они против того-то и чего-то. Вернее, они просто перестали это делать. Это очень характерный пример эволюции требований даже не к власти, в вообще к кому бы то ни было. Наполнившее все кругом, невидимое, как радиация, недовольство само лишило себя последней, хотя бы самой примитивной аргументации и осталось только детское «хочу» или «не хочу».

А потом они с удивлением спрашивают: «а почему нас не слышат? Почему не реагируют? Мы же так кричали! " А как он/она/они/оно должны реагировать? На что? На звук? Их должны спросить «почему вы не хотите? Почему вы хотите не хотеть?» Как им объяснить, что «не хочу» это аргумент из яслей родом, что взрослые люди обычно объясняют мотивы, причем чем аргументированнее объясняют, тем больше шансов, что будут услышаны. Как донести, что «я против» это не аргумент хотя бы потому, что это нужно обосновать? Но это не важно. Они развлекаются. Борются не против храма, а за своё право развлекаться.

Графоман Прилепин обижается на современную молодежь, которая не хочет его слушать. И в самом деле - неужели кураторы Прилепина из Белого Дома, которые сляпали из него «писателя», не могут теперь заставить молодежь слушать Прилепина с помощью хотя бы Росгвардии? Это же так просто. Заманили в зал молодежь на дискотеку, заперли двери, окружили зал бойцами, выпустили Прилепина. Так раз, другой, а потом привыкнут. Так же можно и читателей организовать. Не прочёл последний опус графомана - нет пособия, стипендии, льготных лекарств. Вот тогда и наступит настоящая слава.

Это так смешно, что даже сказать нечего. Какие мы слушатели - такие нам и ораторы.

В гостинице Метрополь в Москве заканчивается конференция экспертной сети "Давыдов.Индекс" под названием "Потенциал регионального патриотизма". На конференции выступил и ответил на вопросы председатель правления Фонда Развития Гражданского Общества Константин Костин. Он отметил, что по всем опросам местный патриотизм сегодня третий по важности показатель наращивания политического влияния. И хотя это так, существуют определённые трудности для его дальнейшей реализации. Так, не оценён в полной мере экономический потенциал региональных брендов - в сегодняшней России только 170 наименований товаров имеют территориальные обозначения (Вологодское молоко, Тульский пряник и пр.) в ЕС - более 3000.

Сегодня в тренде локальная, а не глобальная политическая повестка. Людей интересует, что в результате выборов изменится конкретно в их жизни, а не в мире в целом. Успех Сергея Собянина на последних выборах во многом был связан с тем, что Собянин выстроил свою программу преимущественно на решении проблем отдельных районов. Поэтому можно прогнозировать, что на осенних выборах в МОсгордуму лучшие результаты будут у тех, кто будет развивать программы своего избирательного округа, а не отвечать на глобальные вопросы.

Поэтому оппозиция, которая убеждена, что в Москве одни либералы и что вопросы демократии волнуют москвичей больше личных проблем, неизбежно проиграет. «В целом же, - отметил К.Костин, - жизнеспособность любой политической силы определяется голосованием. Задача политика быть достойным представителем граждан, а задача выборов - соединить источник власти с ее непосредственными носителями».