Почему не стоит слушать тех, кто советует, куда «сейчас нужно вложить деньги»
Один из самых популярных инвестиционных вопросов звучит просто:
«Куда сейчас вложить деньги?»
Вопрос понятный. Особенно когда ставки меняются, рынки нервничают, валюты двигаются, а вокруг много уверенных людей с готовыми ответами: облигации, акции, золото, валюта, фонды, недвижимость, флоатеры, дивидендные бумаги, защитные активы, перспективные сектора.
Но в этой простоте и скрыта проблема.
Вопрос «куда сейчас вложить?» создаёт иллюзию, что где-то существует универсально правильный ответ. Нужно только найти человека, который его знает.
На практике зрелое инвестирование начинается не с инструмента. Оно начинается с капитала: его задач, горизонта, рисков, ликвидности, валюты будущих расходов, источников дохода и способности владельца переживать просадки.
Именно поэтому к людям, которые слишком быстро советуют, куда «сейчас нужно вкладывать», стоит относиться осторожно.
Не потому, что они обязательно обманывают.
А потому, что они часто отвечают не на ваш вопрос.
Они отвечают на свой.
«Сейчас» — любимое слово тревожного инвестора
Когда человек спрашивает, куда вложить деньги сейчас, он часто ищет не стратегию, а способ снять напряжение.
Деньги лежат без решения. Рынок куда-то движется. Кто-то уже заработал. Кто-то говорит, что ставки скоро пойдут вниз. Кто-то пугает девальвацией. Кто-то показывает график золота. Кто-то уверяет, что акции недооценены. Кто-то доказывает, что надо сидеть в коротких облигациях.
И человеку хочется ясности.
Хочется, чтобы кто-то сказал:
«Вот сюда. Сейчас правильно так».
Но инвестиции так не работают.
Точнее, так работают продажи инвестиционных продуктов, рыночные комментарии и короткие советы в моменты тревоги. Но не зрелая система управления капиталом.
Перед вопросом «что купить?» должны идти другие вопросы:
• зачем этим деньгам работать;
• когда они могут понадобиться;
• в какой валюте будут будущие расходы;
• какую просадку инвестор реально выдержит;
• какая часть состояния уже связана с бизнесом, недвижимостью или одной страной;
• какую функцию должен выполнять конкретный актив.
Без этих вопросов совет «покупайте X» — это не инвестиционная рекомендация.
Это мнение.
Иногда полезное. Иногда опасное. Но всё равно мнение.
Один и тот же совет может быть вреден для разных людей
Представим двух инвесторов.
Первый — предприниматель. У него есть свободный капитал, но основная часть состояния находится в бизнесе. Через год может понадобиться ликвидность для сделки, выкупа доли партнёра или поддержки оборотного капитала.
Второй — инвестор без операционного бизнеса, с семейными расходами, валютными целями и горизонтом 10–15 лет.
Оба могут задать один и тот же вопрос:
«Куда сейчас вложить деньги?»
Но один и тот же ответ для них будет либо слишком грубым, либо просто опасным.
Если первому сказать: «берите акции, на длинном горизонте они растут», — это может оказаться плохим советом. Не потому, что акции плохой инструмент, а потому что у человека уже много предпринимательского риска и возможная потребность в ликвидности.
Если второму сказать: «сейчас лучше всё держать в коротких облигациях», — это тоже может быть плохим советом. Потому что капитал с горизонтом на десятилетия нельзя полностью подчинять логике текущей ставки.
Инструмент может быть хорошим.
Но хороший инструмент в неправильной роли — частая причина плохого портфеля.
Это относится и к фондам, и к отдельным бумагам, и к облигациям, и к золоту, и к валюте. Сам по себе инструмент не делает решение зрелым. Зрелым его делает место инструмента в общей конструкции капитала.
Советчик почти всегда говорит из своей позиции
Когда кто-то уверенно говорит, куда сейчас нужно вложить деньги, полезно задать внутренний вопрос:
«Из какой позиции он это говорит?»
Один из самых популярных инвестиционных вопросов звучит просто:
«Куда сейчас вложить деньги?»
Вопрос понятный. Особенно когда ставки меняются, рынки нервничают, валюты двигаются, а вокруг много уверенных людей с готовыми ответами: облигации, акции, золото, валюта, фонды, недвижимость, флоатеры, дивидендные бумаги, защитные активы, перспективные сектора.
Но в этой простоте и скрыта проблема.
Вопрос «куда сейчас вложить?» создаёт иллюзию, что где-то существует универсально правильный ответ. Нужно только найти человека, который его знает.
На практике зрелое инвестирование начинается не с инструмента. Оно начинается с капитала: его задач, горизонта, рисков, ликвидности, валюты будущих расходов, источников дохода и способности владельца переживать просадки.
Именно поэтому к людям, которые слишком быстро советуют, куда «сейчас нужно вкладывать», стоит относиться осторожно.
Не потому, что они обязательно обманывают.
А потому, что они часто отвечают не на ваш вопрос.
Они отвечают на свой.
«Сейчас» — любимое слово тревожного инвестора
Когда человек спрашивает, куда вложить деньги сейчас, он часто ищет не стратегию, а способ снять напряжение.
Деньги лежат без решения. Рынок куда-то движется. Кто-то уже заработал. Кто-то говорит, что ставки скоро пойдут вниз. Кто-то пугает девальвацией. Кто-то показывает график золота. Кто-то уверяет, что акции недооценены. Кто-то доказывает, что надо сидеть в коротких облигациях.
И человеку хочется ясности.
Хочется, чтобы кто-то сказал:
«Вот сюда. Сейчас правильно так».
Но инвестиции так не работают.
Точнее, так работают продажи инвестиционных продуктов, рыночные комментарии и короткие советы в моменты тревоги. Но не зрелая система управления капиталом.
Перед вопросом «что купить?» должны идти другие вопросы:
• зачем этим деньгам работать;
• когда они могут понадобиться;
• в какой валюте будут будущие расходы;
• какую просадку инвестор реально выдержит;
• какая часть состояния уже связана с бизнесом, недвижимостью или одной страной;
• какую функцию должен выполнять конкретный актив.
Без этих вопросов совет «покупайте X» — это не инвестиционная рекомендация.
Это мнение.
Иногда полезное. Иногда опасное. Но всё равно мнение.
Один и тот же совет может быть вреден для разных людей
Представим двух инвесторов.
Первый — предприниматель. У него есть свободный капитал, но основная часть состояния находится в бизнесе. Через год может понадобиться ликвидность для сделки, выкупа доли партнёра или поддержки оборотного капитала.
Второй — инвестор без операционного бизнеса, с семейными расходами, валютными целями и горизонтом 10–15 лет.
Оба могут задать один и тот же вопрос:
«Куда сейчас вложить деньги?»
Но один и тот же ответ для них будет либо слишком грубым, либо просто опасным.
Если первому сказать: «берите акции, на длинном горизонте они растут», — это может оказаться плохим советом. Не потому, что акции плохой инструмент, а потому что у человека уже много предпринимательского риска и возможная потребность в ликвидности.
Если второму сказать: «сейчас лучше всё держать в коротких облигациях», — это тоже может быть плохим советом. Потому что капитал с горизонтом на десятилетия нельзя полностью подчинять логике текущей ставки.
Инструмент может быть хорошим.
Но хороший инструмент в неправильной роли — частая причина плохого портфеля.
Это относится и к фондам, и к отдельным бумагам, и к облигациям, и к золоту, и к валюте. Сам по себе инструмент не делает решение зрелым. Зрелым его делает место инструмента в общей конструкции капитала.
Советчик почти всегда говорит из своей позиции
Когда кто-то уверенно говорит, куда сейчас нужно вложить деньги, полезно задать внутренний вопрос:
«Из какой позиции он это говорит?»
Если это банк, он может мыслить продуктами.
Если брокер — сделками.
Если управляющий — собственной стратегией.
Если блогер — вниманием аудитории.
Если частный инвестор — он может защищать решение, которое уже принял сам.
Если знакомый — он часто пересказывает последнюю удачную историю. Обычно уже после того, как она стала очевидной.
Это не значит, что все они неправы.
Это значит, что их ответ может иметь больше отношения к ним, чем к вам.
Самая честная фраза в ответ на вопрос «куда сейчас вложить?» должна звучать примерно так:
«Я не знаю вашу структуру капитала, поэтому не могу ответить».
Но такая фраза плохо продаёт. Она не выглядит эффектно, не подходит для короткого ролика и не создаёт ощущения экспертной уверенности.
Зато она ближе к правде.
Ещё хуже: советчик может просто не понимать, о чём говорит
Человек, который советует вам, куда сейчас вложить деньги, может быть не мошенником и не продавцом. Он может искренне хотеть помочь.
Но он может быть просто некомпетентен.
Проблема в том, что некомпетентность в инвестициях часто выглядит убедительно: уверенный голос, пара графиков, несколько терминов, ссылка на то, что человек «всю жизнь в рынке», фраза «я это уже проходил».
Хотя стаж сам по себе ничего не доказывает.
Можно двадцать лет повторять одни и те же ошибки. Можно хорошо разбираться в одном классе активов и плохо понимать структуру капитала. Можно быть отличным трейдером и давать плохие советы человеку, которому нужен не трейдинг, а сохранение капитала. Можно пережить несколько кризисов и сделать из этого не мудрые выводы, а набор суеверий.
Опасна не глупость. Глупость обычно видна.
Опасна уверенная полукомпетентность: когда человек знает достаточно, чтобы звучать убедительно, но недостаточно, чтобы понимать границы своего знания.
Поэтому фраза «я всю жизнь в рынке» должна не успокаивать, а настораживать.
Гораздо важнее другое: умеет ли человек задавать вопросы, признаёт ли неопределённость, понимает ли ограничения своей модели и способен ли объяснить не только почему идея может сработать, но и где она может сломаться.
Если нет — перед вами не советник.
Перед вами человек с мнением.
Финансовая индустрия любит простые ответы
Инвестор хочет ясности — ему дают прогноз.
Хочет безопасности — ему дают «защитный актив».
Хочет доходности — показывают прошлую динамику.
Хочет быть умнее толпы — предлагают нестандартную возможность.
Боится упустить момент — говорят, что окно возможностей закрывается.
Боится потерять деньги — советуют срочно переложиться.
Самое неприятное в том, что во всём этом может быть часть правды.
Актив действительно может быть интересным. Момент может быть удачным. Идея может быть не глупой.
Но этого недостаточно.
Облигации могут быть полезны. Но если весь портфель построен вокруг текущей доходности, это уже не стратегия, а погоня за ставкой.
Акции могут быть необходимы. Но если они куплены только потому, что «рынок должен вырасти», без понимания допустимой просадки, это не инвестирование, а надежда.
Золото может быть элементом защиты. Но если оно покупается из паники, без доли, горизонта и правил ребалансировки, оно легко превращается в эмоциональный амулет.
Фонды могут быть удобным способом диверсификации. Но даже диверсифицированный инструмент не решает за инвестора главный вопрос: какую функцию он выполняет в портфеле.
Предпринимателям особенно опасны универсальные советы
У владельца бизнеса есть особенность: он часто уже перегружен риском.
Его основной капитал может быть связан с конкретной страной, отраслью, валютой, клиентским спросом, налоговой средой, партнёрами, персоналом и управленческой командой.
То есть человек может считать, что у него «деньги вне рынка», но на самом деле большая часть его состояния уже зависит от сложной комбинации рисков.
И когда такому человеку советуют добавить ещё один агрессивный инструмент просто потому, что «сейчас хорошая точка входа», это может выглядеть разумно только на поверхности.
Если брокер — сделками.
Если управляющий — собственной стратегией.
Если блогер — вниманием аудитории.
Если частный инвестор — он может защищать решение, которое уже принял сам.
Если знакомый — он часто пересказывает последнюю удачную историю. Обычно уже после того, как она стала очевидной.
Это не значит, что все они неправы.
Это значит, что их ответ может иметь больше отношения к ним, чем к вам.
Самая честная фраза в ответ на вопрос «куда сейчас вложить?» должна звучать примерно так:
«Я не знаю вашу структуру капитала, поэтому не могу ответить».
Но такая фраза плохо продаёт. Она не выглядит эффектно, не подходит для короткого ролика и не создаёт ощущения экспертной уверенности.
Зато она ближе к правде.
Ещё хуже: советчик может просто не понимать, о чём говорит
Человек, который советует вам, куда сейчас вложить деньги, может быть не мошенником и не продавцом. Он может искренне хотеть помочь.
Но он может быть просто некомпетентен.
Проблема в том, что некомпетентность в инвестициях часто выглядит убедительно: уверенный голос, пара графиков, несколько терминов, ссылка на то, что человек «всю жизнь в рынке», фраза «я это уже проходил».
Хотя стаж сам по себе ничего не доказывает.
Можно двадцать лет повторять одни и те же ошибки. Можно хорошо разбираться в одном классе активов и плохо понимать структуру капитала. Можно быть отличным трейдером и давать плохие советы человеку, которому нужен не трейдинг, а сохранение капитала. Можно пережить несколько кризисов и сделать из этого не мудрые выводы, а набор суеверий.
Опасна не глупость. Глупость обычно видна.
Опасна уверенная полукомпетентность: когда человек знает достаточно, чтобы звучать убедительно, но недостаточно, чтобы понимать границы своего знания.
Поэтому фраза «я всю жизнь в рынке» должна не успокаивать, а настораживать.
Гораздо важнее другое: умеет ли человек задавать вопросы, признаёт ли неопределённость, понимает ли ограничения своей модели и способен ли объяснить не только почему идея может сработать, но и где она может сломаться.
Если нет — перед вами не советник.
Перед вами человек с мнением.
Финансовая индустрия любит простые ответы
Инвестор хочет ясности — ему дают прогноз.
Хочет безопасности — ему дают «защитный актив».
Хочет доходности — показывают прошлую динамику.
Хочет быть умнее толпы — предлагают нестандартную возможность.
Боится упустить момент — говорят, что окно возможностей закрывается.
Боится потерять деньги — советуют срочно переложиться.
Самое неприятное в том, что во всём этом может быть часть правды.
Актив действительно может быть интересным. Момент может быть удачным. Идея может быть не глупой.
Но этого недостаточно.
Облигации могут быть полезны. Но если весь портфель построен вокруг текущей доходности, это уже не стратегия, а погоня за ставкой.
Акции могут быть необходимы. Но если они куплены только потому, что «рынок должен вырасти», без понимания допустимой просадки, это не инвестирование, а надежда.
Золото может быть элементом защиты. Но если оно покупается из паники, без доли, горизонта и правил ребалансировки, оно легко превращается в эмоциональный амулет.
Фонды могут быть удобным способом диверсификации. Но даже диверсифицированный инструмент не решает за инвестора главный вопрос: какую функцию он выполняет в портфеле.
Предпринимателям особенно опасны универсальные советы
У владельца бизнеса есть особенность: он часто уже перегружен риском.
Его основной капитал может быть связан с конкретной страной, отраслью, валютой, клиентским спросом, налоговой средой, партнёрами, персоналом и управленческой командой.
То есть человек может считать, что у него «деньги вне рынка», но на самом деле большая часть его состояния уже зависит от сложной комбинации рисков.
И когда такому человеку советуют добавить ещё один агрессивный инструмент просто потому, что «сейчас хорошая точка входа», это может выглядеть разумно только на поверхности.
Если 80–90% состояния уже связано с предпринимательским риском, инвестиционный портфель не обязан быть ещё одной ставкой на рост. Иногда его первая задача — не максимальная доходность, а снижение зависимости от одного источника благосостояния.
И наоборот: если после продажи бизнеса человек полностью уходит в консервативные инструменты, он может решить одну проблему — снизить волатильность — и создать другую: потерять долгосрочную покупательную способность капитала.
Состоятельному инвестору редко нужен ответ уровня «берите X».
Ему нужна конструкция, в которой понятно:
• какая часть капитала защищает ликвидность;
• какая часть работает на рост;
• какая часть снижает валютные и страновые риски;
• какая часть связана с образом жизни семьи;
• какая часть может быть недоступна долго;
• какие решения нельзя принимать под давлением новостей.
Это уже не вопрос модного инструмента.
Это вопрос архитектуры капитала.
Что спрашивать вместо «куда вложить?»
Правильный вопрос звучит не так:
«Куда сейчас вложить деньги?»
А так:
«Какую функцию этот актив будет выполнять в моей системе капитала?»
Если ответ туманный — возможно, актив не нужен.
Если актив покупается потому, что его сейчас все обсуждают, — это плохой признак.
Если решение принимается из страха упустить момент — ещё хуже.
Если инвестор не может объяснить, почему этот инструмент должен быть именно в его портфеле, именно в этой доле, именно на этом горизонте и именно с этим уровнем риска, он не строит систему.
Он участвует в финансовой викторине.
Иногда в ней можно выиграть.
Но капитал на этом не строится.
Вывод
Не стоит бездумно слушать тех, кто уверенно советует, куда «сейчас нужно вложить деньги», если они не знают вашу ситуацию.
Инвестиции не начинаются с рынка.
Они начинаются с капитала, целей, ограничений, рисков, горизонта, ликвидности и внутренней устойчивости владельца.
А уже потом появляются акции, облигации, валюта, золото, недвижимость, фонды и всё остальное.
Если человек сразу называет инструмент, не задав ни одного вопроса о вашей финансовой конструкции, он может говорить интересно. Может говорить уверенно. Может даже иногда оказаться прав.
Но это ещё не значит, что он говорит для вас.
На harmoney.expert мы пишем именно об этом: не о поиске очередной идеи момента, а о том, как состоятельному инвестору выстроить структуру капитала, которая не разваливается от каждого нового прогноза и каждого уверенного советчика.
S.Ricardo
Статья предоставлена ресурсом:
https://harmoney.expert/
И наоборот: если после продажи бизнеса человек полностью уходит в консервативные инструменты, он может решить одну проблему — снизить волатильность — и создать другую: потерять долгосрочную покупательную способность капитала.
Состоятельному инвестору редко нужен ответ уровня «берите X».
Ему нужна конструкция, в которой понятно:
• какая часть капитала защищает ликвидность;
• какая часть работает на рост;
• какая часть снижает валютные и страновые риски;
• какая часть связана с образом жизни семьи;
• какая часть может быть недоступна долго;
• какие решения нельзя принимать под давлением новостей.
Это уже не вопрос модного инструмента.
Это вопрос архитектуры капитала.
Что спрашивать вместо «куда вложить?»
Правильный вопрос звучит не так:
«Куда сейчас вложить деньги?»
А так:
«Какую функцию этот актив будет выполнять в моей системе капитала?»
Если ответ туманный — возможно, актив не нужен.
Если актив покупается потому, что его сейчас все обсуждают, — это плохой признак.
Если решение принимается из страха упустить момент — ещё хуже.
Если инвестор не может объяснить, почему этот инструмент должен быть именно в его портфеле, именно в этой доле, именно на этом горизонте и именно с этим уровнем риска, он не строит систему.
Он участвует в финансовой викторине.
Иногда в ней можно выиграть.
Но капитал на этом не строится.
Вывод
Не стоит бездумно слушать тех, кто уверенно советует, куда «сейчас нужно вложить деньги», если они не знают вашу ситуацию.
Инвестиции не начинаются с рынка.
Они начинаются с капитала, целей, ограничений, рисков, горизонта, ликвидности и внутренней устойчивости владельца.
А уже потом появляются акции, облигации, валюта, золото, недвижимость, фонды и всё остальное.
Если человек сразу называет инструмент, не задав ни одного вопроса о вашей финансовой конструкции, он может говорить интересно. Может говорить уверенно. Может даже иногда оказаться прав.
Но это ещё не значит, что он говорит для вас.
На harmoney.expert мы пишем именно об этом: не о поиске очередной идеи момента, а о том, как состоятельному инвестору выстроить структуру капитала, которая не разваливается от каждого нового прогноза и каждого уверенного советчика.
S.Ricardo
Статья предоставлена ресурсом:
https://harmoney.expert/
После уменьшения доли акций в стратегии "распределение активов" 9 марта на уровне индекса Московской биржи 2904 рынок упал больше, чем на 10%. И пора бы снова нарастить долю акций.
Понятно, что инвесторы разочарованы жестокостью ЦБРФ. Ставка рефинансирования по сути нацелена на то, чтобы остановить коммерческий сектор экономики России. Отсюда рост популярности криптовалют. ЦБРФ сам себя лишает контроля над денежным обращением, оно уходит в тень. Но такова расплата за неадекватность и стремление загнать Россию в спираль стагфляции, однажды погубившую СССР.
Новый состав портфеля "распределение активов" выложу позже.
Понятно, что инвесторы разочарованы жестокостью ЦБРФ. Ставка рефинансирования по сути нацелена на то, чтобы остановить коммерческий сектор экономики России. Отсюда рост популярности криптовалют. ЦБРФ сам себя лишает контроля над денежным обращением, оно уходит в тень. Но такова расплата за неадекватность и стремление загнать Россию в спираль стагфляции, однажды погубившую СССР.
Новый состав портфеля "распределение активов" выложу позже.
Каким быть портфелю стратегии «распределения активов» при уходе индекса Московской биржи ниже 2550?
Доля акция станет – 74,25%
Доля замещаемых валютных облигаций – 4%
Доля ОФЗ – 18%
Доля замороженных активов – 4%
Из облигаций мы продаем: РосТелP14R, ОФЗ 26212, 26228 (в зависимости от портфеля)
По акциям. Я не хочу наращивать доли проблемных бумаг, в нашем списке это:
РусАгро – 3% (доля арестованного мажоритария национализирована, адльнейшая судьба некогда высокоэффективного бизнеса под вопросом)
Юнипро – 2% (иностранный акционер спустил всю предназначенную для выплат дивидендов ликвидность на новые инвестпрограммы)
Алроса – 2,25% (ждем, когда государство очередной раз поддержит нашего бриллиантового монополиста, но правительству не до него).
По остальным именам новые доли составят:
Газпром и Новатэк по 4,5% каждая акция
Лукойл, Роснефть, Татнефть-преф, Транснефть-преф, СургутНГ-преф – по 4% каждая. (Я считаю, что пессимизм инвесторов относительно низкой цены на русскую нефть и быстрое открытие Ормузского пролива не обоснован)
Полюс – 5% (На мой взгляд, до окончания ослабления доллара еще далеко)
Сбер-преф – 5% и Московская биржа – 3,75% (главные бенефициары высоких ставок)
Т-технологии и Яндекс – по 4,5% каждая акция
Икс5 – 4,5% Магнит – 3,5% (Икс5 сильнее Магнита сейчас, но потребительский сектор должен оживать по мере снижения ставки ЦБ, поэтому добавляем только Икс5)
Фосагро - 4,5% (бенефициар закрытия Ормузского пролива)
ММК – 2,75% (самый слабый металлург на сегодняшний день, но немного добавим его долю)
Доля акция станет – 74,25%
Доля замещаемых валютных облигаций – 4%
Доля ОФЗ – 18%
Доля замороженных активов – 4%
Из облигаций мы продаем: РосТелP14R, ОФЗ 26212, 26228 (в зависимости от портфеля)
По акциям. Я не хочу наращивать доли проблемных бумаг, в нашем списке это:
РусАгро – 3% (доля арестованного мажоритария национализирована, адльнейшая судьба некогда высокоэффективного бизнеса под вопросом)
Юнипро – 2% (иностранный акционер спустил всю предназначенную для выплат дивидендов ликвидность на новые инвестпрограммы)
Алроса – 2,25% (ждем, когда государство очередной раз поддержит нашего бриллиантового монополиста, но правительству не до него).
По остальным именам новые доли составят:
Газпром и Новатэк по 4,5% каждая акция
Лукойл, Роснефть, Татнефть-преф, Транснефть-преф, СургутНГ-преф – по 4% каждая. (Я считаю, что пессимизм инвесторов относительно низкой цены на русскую нефть и быстрое открытие Ормузского пролива не обоснован)
Полюс – 5% (На мой взгляд, до окончания ослабления доллара еще далеко)
Сбер-преф – 5% и Московская биржа – 3,75% (главные бенефициары высоких ставок)
Т-технологии и Яндекс – по 4,5% каждая акция
Икс5 – 4,5% Магнит – 3,5% (Икс5 сильнее Магнита сейчас, но потребительский сектор должен оживать по мере снижения ставки ЦБ, поэтому добавляем только Икс5)
Фосагро - 4,5% (бенефициар закрытия Ормузского пролива)
ММК – 2,75% (самый слабый металлург на сегодняшний день, но немного добавим его долю)
Подведём итоги 5 месяцев для стратегии "распределение активов".
Пока экономика пребывает в пессимизме под грузом: неадекватно жёсткой монетарной политики ЦБРФ, санкциями и развеявшимися надеждами на окончание СВО; наши портфели также снижаются, хотя и лучше выглядят, чем индекс Московской биржи.
Убыток по индексу -17,71% годовых.
Средний убыток наших портфелей -11,17%.
Портфель ближайший к эталону показал убыток 11,93%.
Непополняемый и непресматриваемый портфель со стратегией 40/45/15 (акции/ рублёвые облигации/ валютные замещающие облигации) показал убыток-5,11%.
Работаем дальше
Пока экономика пребывает в пессимизме под грузом: неадекватно жёсткой монетарной политики ЦБРФ, санкциями и развеявшимися надеждами на окончание СВО; наши портфели также снижаются, хотя и лучше выглядят, чем индекс Московской биржи.
Убыток по индексу -17,71% годовых.
Средний убыток наших портфелей -11,17%.
Портфель ближайший к эталону показал убыток 11,93%.
Непополняемый и непресматриваемый портфель со стратегией 40/45/15 (акции/ рублёвые облигации/ валютные замещающие облигации) показал убыток-5,11%.
Работаем дальше
Капитал начинается там, где заканчивается спешка
Специально для портала ALLETF
Есть момент, который многие инвесторы пропускают.
Они уже накопили значимую сумму. Уже открыли брокерский счёт. Уже купили фонды, облигации, акции, валюту. Уже читают аналитику, сравнивают доходности, следят за ставками и рынками.
Но при этом продолжают обращаться с деньгами так, будто это всё ещё просто свободные средства.
Не капитал.
Не система.
Не опора.
А сумма, с которой нужно срочно что-то сделать.
Куда вложить?
Что сейчас выгоднее?
Не поздно ли покупать?
Не пора ли выйти?
А если рынок упадёт?
А если ставка изменится?
А если «всё уже выросло»?
Эти вопросы нормальны. Но если они становятся главным способом думать о деньгах, капитал ещё не сформирован. Даже если сумма уже большая.
Деньги становятся капиталом не тогда, когда достигают определённого размера. Они становятся капиталом, когда у них появляется горизонт.
Капитал - это не просто деньги, которые можно инвестировать. Это деньги, вокруг которых выстроена логика времени, риска и жизни.
У капитала есть структура.
Есть резерв.
Есть доля риска.
Есть ликвидная часть.
Есть валютная логика.
Есть понимание, какие деньги можно не трогать 10-15 лет, а какие должны быть доступны без продажи активов в плохой момент.
И главное - у капитала есть способность снижать спешку.
Пока человек думает только в режиме «куда сейчас вложить», он остаётся зависимым от момента. От новостей. От ставок. От заголовков. От чужой уверенности.
Капитал даёт другое качество - возможность не реагировать немедленно.
Не покупать только потому, что все покупают.
Не продавать только потому, что рынок испугал.
Не менять стратегию после каждого сильного движения.
Не превращать инвестиции в постоянную попытку угадать ближайшие месяцы.
Это не пассивность. Это зрелость конструкции.
У зрелого инвестора вопрос «что купить?» не исчезает. Но он перестаёт быть первым.
Сначала идут другие вопросы:
какую задачу решает этот капитал?
какой горизонт у разных частей денег?
какую просадку инвестор реально выдержит?
какая часть капитала должна приносить доход, а какая - защищать свободу действий?
какие решения заранее запрещены, чтобы не разрушить стратегию в момент эмоций?
После этого уже можно говорить об инструментах.
Именно здесь проходит граница между набором активов и капиталом.
Набор активов можно собрать быстро.
Капитал строится медленнее.
Набор активов часто выглядит умно в таблице.
Капитал должен выдерживать жизнь.
В этом смысле главная задача инвестора - не постоянно искать самый интересный инструмент. Главная задача - выстроить такую систему, которую он сможет удержать в разные периоды: в росте, в падении, в неопределённости, в личных изменениях, в усталости от рынка.
Потому что капитал разрушается не только плохими инвестициями. Он часто разрушается несвоевременными решениями.
Поспешной продажей.
Слишком поздним увеличением риска.
Погоней за доходностью.
Отказом от резерва.
Иллюзией, что «теперь всё понятно».
Настоящий капитал начинается там, где деньги перестают требовать немедленного действия.
И начинают работать как система: не только на доходность, но и на устойчивость, свободу выбора и спокойствие владельца.
Подробнее о том, как мыслить о капитале не как о наборе инструментов, а как о структуре, можно почитать на harmoney.expert
S.Ricardo
Специально для портала ALLETF
Есть момент, который многие инвесторы пропускают.
Они уже накопили значимую сумму. Уже открыли брокерский счёт. Уже купили фонды, облигации, акции, валюту. Уже читают аналитику, сравнивают доходности, следят за ставками и рынками.
Но при этом продолжают обращаться с деньгами так, будто это всё ещё просто свободные средства.
Не капитал.
Не система.
Не опора.
А сумма, с которой нужно срочно что-то сделать.
Куда вложить?
Что сейчас выгоднее?
Не поздно ли покупать?
Не пора ли выйти?
А если рынок упадёт?
А если ставка изменится?
А если «всё уже выросло»?
Эти вопросы нормальны. Но если они становятся главным способом думать о деньгах, капитал ещё не сформирован. Даже если сумма уже большая.
Деньги становятся капиталом не тогда, когда достигают определённого размера. Они становятся капиталом, когда у них появляется горизонт.
Капитал - это не просто деньги, которые можно инвестировать. Это деньги, вокруг которых выстроена логика времени, риска и жизни.
У капитала есть структура.
Есть резерв.
Есть доля риска.
Есть ликвидная часть.
Есть валютная логика.
Есть понимание, какие деньги можно не трогать 10-15 лет, а какие должны быть доступны без продажи активов в плохой момент.
И главное - у капитала есть способность снижать спешку.
Пока человек думает только в режиме «куда сейчас вложить», он остаётся зависимым от момента. От новостей. От ставок. От заголовков. От чужой уверенности.
Капитал даёт другое качество - возможность не реагировать немедленно.
Не покупать только потому, что все покупают.
Не продавать только потому, что рынок испугал.
Не менять стратегию после каждого сильного движения.
Не превращать инвестиции в постоянную попытку угадать ближайшие месяцы.
Это не пассивность. Это зрелость конструкции.
У зрелого инвестора вопрос «что купить?» не исчезает. Но он перестаёт быть первым.
Сначала идут другие вопросы:
какую задачу решает этот капитал?
какой горизонт у разных частей денег?
какую просадку инвестор реально выдержит?
какая часть капитала должна приносить доход, а какая - защищать свободу действий?
какие решения заранее запрещены, чтобы не разрушить стратегию в момент эмоций?
После этого уже можно говорить об инструментах.
Именно здесь проходит граница между набором активов и капиталом.
Набор активов можно собрать быстро.
Капитал строится медленнее.
Набор активов часто выглядит умно в таблице.
Капитал должен выдерживать жизнь.
В этом смысле главная задача инвестора - не постоянно искать самый интересный инструмент. Главная задача - выстроить такую систему, которую он сможет удержать в разные периоды: в росте, в падении, в неопределённости, в личных изменениях, в усталости от рынка.
Потому что капитал разрушается не только плохими инвестициями. Он часто разрушается несвоевременными решениями.
Поспешной продажей.
Слишком поздним увеличением риска.
Погоней за доходностью.
Отказом от резерва.
Иллюзией, что «теперь всё понятно».
Настоящий капитал начинается там, где деньги перестают требовать немедленного действия.
И начинают работать как система: не только на доходность, но и на устойчивость, свободу выбора и спокойствие владельца.
Подробнее о том, как мыслить о капитале не как о наборе инструментов, а как о структуре, можно почитать на harmoney.expert
S.Ricardo
Alletf
Каким быть портфелю стратегии «распределения активов» при уходе индекса Московской биржи ниже 2550? Доля акция станет – 74,25% Доля замещаемых валютных облигаций – 4% Доля ОФЗ – 18% Доля замороженных активов – 4% Из облигаций мы продаем: РосТелP14R, ОФЗ…
Индекс Московской биржи пробил 2550 вниз, пересматриваю структуру портфелей стратегии "распределение активов, как я предполагал 27 мая. Увеличиваем долю акций.
Уточняю, что в прошлый раз мы уменьшали долю акций 9 марта при индексе 2904. Я не ожидаю резких движений, думаю, рынок будет болтаться в узком диапазоне до конца войны.
Ну если только ЦБРФ перестанет следовать указаниям американского МВФ, перевернёт страницу календаря, где у него застыло 23 февраля 2022 года, и вступит в СВО на стороне России
Уточняю, что в прошлый раз мы уменьшали долю акций 9 марта при индексе 2904. Я не ожидаю резких движений, думаю, рынок будет болтаться в узком диапазоне до конца войны.
Ну если только ЦБРФ перестанет следовать указаниям американского МВФ, перевернёт страницу календаря, где у него застыло 23 февраля 2022 года, и вступит в СВО на стороне России
Похоже, что литература, война и военная литература мешают мне управлять портфелями. Сужу по сокращению числа подписчиков здесь и росту числа подписчиков на мой канал, как писателя. Последовали оргвыводы.
1. Одна клиентка закрыла портфель и решила вложиться в недвижимость.
2. В портфеле, куда я когда-то включил гонконгские акции, принято решение списать их на убытки, и однажды заместить свежими деньгами. Непонятно, как это манипуляции учитывать при подсчёте финансового результата? Видимо, когда портфель будет пополнен, мы его заново сформируем. А когда Гонконгская биржа решится разблокировать акции русских клиентов, мы учтём их не как прибыль, а как поступление свежих денег.
Увы. Такова реальная жизнь настоящих людей, которую бенчмарк обычно не учитывает.
1. Одна клиентка закрыла портфель и решила вложиться в недвижимость.
2. В портфеле, куда я когда-то включил гонконгские акции, принято решение списать их на убытки, и однажды заместить свежими деньгами. Непонятно, как это манипуляции учитывать при подсчёте финансового результата? Видимо, когда портфель будет пополнен, мы его заново сформируем. А когда Гонконгская биржа решится разблокировать акции русских клиентов, мы учтём их не как прибыль, а как поступление свежих денег.
Увы. Такова реальная жизнь настоящих людей, которую бенчмарк обычно не учитывает.
Статья_Портфель_при_подготовке_к_войне.docx
2.5 MB
Я не знаю, будет ли новая война между Россией и Европой.
Думаю, этого не знает никто — ни политики, ни военные, ни профессиональные аналитики, сколько бы уверенности они ни демонстрировали публично.
Но я встречаю состоятельных инвесторов, которые этот вопрос для себя, похоже, решили…. Они смотрят на происходящее, вспоминают историю, оценивают направление политической риторики и приходят к выводу: столкновение неизбежно. Возможно, не завтра и не через год. Но на горизонте десяти или пятнадцати лет — почти наверняка.
Спорить с таким убеждением обычно бессмысленно. Оно редко возникает из одного факта и редко исчезает после предъявления другого. Это уже не прогноз в строгом смысле слова, а сформированная картина будущего.
Поэтому меня интересует другой вопрос.
Каким должен быть инвестиционный портфель человека, который действительно считает большую войну вероятной?
Думаю, этого не знает никто — ни политики, ни военные, ни профессиональные аналитики, сколько бы уверенности они ни демонстрировали публично.
Но я встречаю состоятельных инвесторов, которые этот вопрос для себя, похоже, решили…. Они смотрят на происходящее, вспоминают историю, оценивают направление политической риторики и приходят к выводу: столкновение неизбежно. Возможно, не завтра и не через год. Но на горизонте десяти или пятнадцати лет — почти наверняка.
Спорить с таким убеждением обычно бессмысленно. Оно редко возникает из одного факта и редко исчезает после предъявления другого. Это уже не прогноз в строгом смысле слова, а сформированная картина будущего.
Поэтому меня интересует другой вопрос.
Каким должен быть инвестиционный портфель человека, который действительно считает большую войну вероятной?