Движение «Тан Пин»: молодёжь выбирает «лежать плашмя», но не быть рабом системы

Как вы думаете, почему молодёжь по всему миру массово говорит «да пошло оно всё» и уходит в энергосберегающий режим? В Китае это назвали «Тан Пин» («лежать плашмя»), у нас всё чаще говорят про поколение NEET («не учится и не работает»), а чиновники с экранов рвут волосы на голове, возмущаясь, какая пошла нынче «ленивая» молодёжь. Только вот разве можно винить людей за то, что они отказываются играть в монополию, где крупье – шулер с дубинкой?
 
Молодёжь вовсе не сломалась, а просто первой осознала, что базовый социальный контракт: «хорошо учись, много работай, и у тебя всё будет» – это наглый скам. И виноват в этом не так называемый капитализм, а тот самый стационарный бандит – государство с его безумной жаждой всё регулировать и контролировать.
 
С самого детства государство начинает калечить психику через монополию на образование. Слышали про китайский экзамен Гаокао? Это их аналог школьных выпускных экзаменов, только выкрученный на максималки. Подростки буквально сходят с ума, сидят на ноотропах с антидепрессантами, а некоторые, не выдерживая давления, выходят из окон. Впрочем, и наш родной ЕГЭ уверенно движется по тем же рельсам. Вместо того чтобы искать свои таланты и пробовать эту жизнь на вкус, дети с 7-го класса зубрят, как правильно ставить галочки в бланке. Если ты сдал плохо – система втаптывает тебя в грязь. В итоге в 18 лет в жизнь выходит человек с выгоревшей дотла нервной системой и ПТСР.
 
Формула, которую вбивают в голову государственные школы, выглядит так: Успех = Усилие + Боль. Но когда подросток выходит на рынок труда, он понимает, что математика тут совсем другая: Реальный Успех = Близость к бюджету + Кумовство.
 
Допустим человек выжил после ЕГЭ, устроился на работу. Что идёт дальше? По идее – собственное жильё и семья. Только в реальности мы имеем недоступность жилья, и в этом виновато исключительно государство. Представьте себе деревушку или даже пригород лет 100 назад. Если молодому парню нужно было построить дом, чтобы привести жену, он покупал материалы, звал соседей и друзей. Они брали топоры, пилы, и через месяц дом был готов. Вы потратили своё время, немного денег, и у вас есть крыша над головой. На этом всё, за разрешениями бегать не нужно.
 
Сегодня, если ты хочешь просто положить кирпич на кирпич, тебе нужно преодолеть ад. Государство так «заботится» о нас, что ввело миллион регуляций. На каждом этапе сидит чиновник, который получает зарплату из твоих налогов и чья единственная функция – не пущать. Крупные застройщики закладывают эти взятки и издержки на бюрократию в стоимость квартиры. В итоге получаем огромный дефицит жилья и космические цены: теперь молодой человек должен брать ипотеку на 30 лет.
 
Давайте теперь включим логику. Молодой парень смотрит на эту перспективу: 30 лет отдавать 70% дохода банку (системе, субсидируемой государством), работая с 9 до 6, чтобы какому-то чиновнику было на что купить новую виллу. Естественно, он просто решает лечь плашмя и ничего не делать. И это не лень, а рациональный экономический бойкот. Зачем рвать жилы, если финишная черта отдаляется быстрее, чем ты бежишь? Люди просто выходят из игры, в которой правила меняются на ходу в пользу казино.
 
К чему это приводит? К тому, что мы видим прямо сейчас: к коллапсу рождаемости. Дети – это огромные инвестиции. А в системе, где Левиафан высасывает из экономики все соки через скрытые налоги, инфляцию и бесконечные запреты («тут не торгуй», «там не строй»), размножаться становится непозволительной роскошью. Стационарный бандит так закрутил гайки, что овцы перестали плодиться и просто легли в траву, отказываясь давать шерсть.
 
Пока мы не сбросим ярмо бесконечных регуляций, не освободим рынок земли и недвижимости, не отбросим лапы государства от образования детей – мы будем лететь в пропасть. Людям нужно вернуть свободу созидать без оглядки на проверяющих. Иначе через пару десятилетий от нашей цивилизации останутся лишь пыльные стопки никому не нужных законов и пустые, безлюдные города.

Дичайшее лицемерие копиразма: ИИ-гиганты сожрали весь интернет, а теперь плачутся из-за конкурентов

Если вы вдруг пропустили последние новости из мира ИИ, то пристегните ремни, потому что сейчас вас ждёт история об огромном лицемерии. Компания Anthropic (создатели нейросети Claude) с воем побежала жаловаться американскому государству на китайскую корпорацию Alibaba. Мол, эти коварные конкуренты нагло «атаковали» их модель и незаконно извлекли из неё технологические возможности.
 
Что же за страшная хакерская атака произошла? Может, взломали сервера? Или исходный код утащили из сейфа? Но нет. Оказывается, Alibaba просто наделала 25 тысяч аккаунтов и сгенерировала 28,8 миллионов диалогов с Claude, чтобы обучить на этих блестящих ответах свою собственную нейросеть Qwen. На техническом языке это называется «дистилляция». И теперь руководство Anthropic в настоящей истерике строчит письма американским сенаторам Элизабет Уоррен и Тиму Скотту, крича о «крупнейшей кампании по незаконному извлечению возможностей» и приплетая к этому даже то, что китайцы якобы «бросили вызов Трампу».
 
Только давайте теперь вспомним, как именно Anthropic, OpenAI и прочие техногиганты создавали свои «гениальные» модели. Спрашивали ли они разрешения у авторов? Или может, они платили роялти за те миллиарды книг, статей, картин, музыкальных треков и терабайты чужого кода, которые они пылесосом высосали из интернета? Нет. Когда им предъявляли претензии писатели, художники и программисты, они с умным видом вещали: «Вы не понимаете, это Fair Use! Наш ИИ просто учится на общедоступной информации, прямо как человек! Знания должны быть свободными, не мешайте технологическому прогрессу!».
 
Но как только кто-то другой решил поучиться у них, им это не понравилось, и они молниеносно переобулись. «Честное использование» моментально превратилось в «кражу», «вероломную атаку» и возмутительное нарушение интеллектуальной собственности.
 
Поэтому важно вспомнить одну базовую либертарианскую истину: копиразм – это не право, а привилегия от стационарного бандита. Интеллектуальная «собственность» не имеет ничего общего с реальной, физической собственностью. Если я заберу у вас яблоко, у вас не останется яблока. Вы понесёте прямой материальный ущерб. Но если я скопирую вашу идею, прочитаю ваш текст или сохраню сгенерированный вашей нейросетью ответ – у вас ничего не убудет. Информацию нельзя украсть, её можно только скопировать.
 
Вся эта система так называемого копирайта и патентов – это просто искусственная монополия, которую выдаёт госвласть, чтобы защитить определённых игроков на рынке. И сейчас мы видим это в кристально чистом виде. Anthropic не смогли выстроить естественный рыночный ров вокруг своего продукта. Они не могут технически предотвратить дистилляцию, поэтому бегут прятаться под юбку Левиафану и просить у него запрета делать другим то, что они сами с удовольствием делают.
 
И ладно бы они просто защищали свои коммерческие интересы через пользовательские соглашения. Раз конкуренты нарушили Terms of Service – забаньте им аккаунты, закройте API, это ведь ваши сервера и ваше полное право. Но нет, они требуют именно политического вмешательства и государственного давления на оппонентов.
 
Современный ИИ-бизнес наглядно доказал, что все их красивые и пафосные слова про «демократизацию технологий» и «свободное обучение» работают ровно до тех пор, пока они сами находятся на вершине пищевой цепочки. А как только начинает подгорать от конкуренции, их безграничная любовь к свободе информации заканчивается мольбами прислать вооружённого полицейского с дубинкой. И в следующий раз, когда услышите, как очередная корпорация льёт крокодиловы слёзы об «украденной интеллектуальной собственности», просто помните, что они плачут не о справедливости. Их просто не устраивает, что стационарный бандит недостаточно усердно защищает их привилегию иметь монополию в определённой сфере деятельности и зарабатывать на этом.

Прохлада для элиты, тепловой удар для холопов: как евробюрократия убивает людей жарой

В конце июня 2026 года в Европе случилась аномальная жара. За окном адские +40°C (а на солнце и все +50°C), плавится асфальт, а вместе с ним – последние остатки здравого смысла европейской бюрократии. Только за этот месяц от аномальной жары в Европе умерло уже больше тысячи человек. И это не просто сухая статистика из новостей, а чьи-то бабушки, дедушки и люди с хроническими заболеваниями, которые буквально сварились заживо в собственных квартирах. А самое страшное то, что этого всего можно было бы легко избежать, если бы не стационарный бандит с его запретительным регулированием.
 
Пока в США кондиционеры стоят в 90% домохозяйств, спасая людей от тепловых ударов, в «развитой» Европе (включая Великобританию, где ситуация не лучше) эта цифра болтается на уровне жалких 20%. В той же Франции – около 24%. Кондиционер в таких странах, как Германия или Франция, превратился в непозволительную роскошь для абсолютного большинства населения.
 
Почему так вышло? Да потому что покупка и установка обычного сплита там – это целый квест на выживание. Во-первых, на вашем пути встаёт непробиваемая стена бюрократии. Хочешь повесить внешний блок на стену? А как же «исторический облик фасада»? Изволь собрать ворох бумажек, пройти круги ада согласований и вымолить разрешение у ассоциации жильцов (которая соберётся через полгода). Во-вторых, цены на электроэнергию. Благодаря стараниям властей и их зеленой повестке, тарифы взлетели в космос.
 
Но чтобы люди не поднимали бунт, власти заботливо скормили им миф: «Кондиционеры убивают экологию и разогревают планету!». И самое парадоксальное, что многие наивные европейцы (особенно в Германии) в это свято верят. Они сидят в своих бетонных коробках, обливаются потом, ловят инфаркты, но гордо несут крест «спасителей ледников». По факту же, эти люди своими руками делегируют Левиафану право ограничивать установку кондиционеров другим. Они убивают своих же соседей через бюрократический аппарат, лишь бы никто не нарушал навязанные зелёные догмы.
 
Но на этом безумие не заканчивается. На днях разразился потрясающий скандал в самом сердце евробюрократии – штаб-квартире Еврокомиссии (здание Berlaymont в Брюсселе). Руководство разослало сотрудникам срочное письмо: ради экономии энергии и борьбы с экстремальными погодными условиями мы отключаем кондиционеры! Только проявило ли оно солидарность со своими подчинёнными? Не тут-то было! Охлаждение принудительно отрубили только на нижних этажах (с 1 по 7), где сидят рядовые клерки. А вот на верхних этажах (с 8 по 13), где восседает председатель Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен и её высшие комиссары, кондеи продолжили работать на полную катушку! Пока «челядь» внизу жарится при 30°C в душных офисах, высшие еврочиновники могут приходить на работу хоть в норковых шубах, попивать ледяной матча-латте и насмехаться над низкоранговыми коллегами. Сами сотрудники уже прямо назвали это «феодализмом».
 
Вот вам и вся суть государственного аппарата в одной картинке. Правила, лишения, квоты на выживание и сказки про «вред для планеты» – это для вас, дорогие налогоплательщики. А комфорт, прохлада и исключения из правил – это для элиты. Пока свободный рынок пытается завалить континент дешёвыми портативными кондиционерами (китайские заводы сейчас работают буквально в три смены, отправляя товар в ЕС), государство бьёт потребителя по рукам штрафами, тарифами и запретами.
 
Запрещая вам ставить кондиционер, государство не спасает природу. Оно демонстрирует свою власть над вашим телом и вашим кошельком. Оно говорит: «Ты будешь потеть, потому что я так решил». Свобода – это не только право говорить, что думаешь, но ещё и базовое право не свариться заживо в собственной спальне, право распоряжаться своими деньгами, чтобы купить себе прохладу, право не зависеть от капризов брюссельских бюрократов, которые сами сидят в норковых шубах, когда за окном +50°C.

Сеть доверия: как математика и криптография заменят суды и полицию

Представьте, что вы ищете хорошего автомеханика. Вы не смотрите рекламу, а звоните лучшему другу Пете. Петя говорит: «Я не знаю машин, но мой брат Коля чинит тачки, и вот он клянётся, что в гараже у дяди Ашота делают на совесть». Вы едете к Ашоту, потому что доверяете Пете, а Петя – Коле.
 
В IT «Сеть доверия» («Web of Trust») – это цифровая версия данного принципа. Вместо паспорта с орлом или печати министерства, ваша личность – это цифровой ключ. Его подписывают друзья, коллеги и контрагенты. Образуется огромная криптографическая паутина. Чем больше уважаемых людей за вас поручилось, тем выше ваш вес в обществе. А теперь посмотрим на практические применения этого принципа.
 
1) Кадастр и реестр собственности. Зачем нам чиновники, перекладывающие бумажки за наши же налоги? В системе WoT ваше имущество привязано к цифровому ключу. Вы покупаете дом? Транзакция записывается в распределённую базу данных (как блокчейн) и подписывается: вами, продавцом и, скажем, пятью свидетелями-нотариусами с безупречным рейтингом в Сети доверия. После этого никто не сможет отобрать ваше право на имущество, ведь любая «левая» подпись будет отвергнута.
 
2) Гарантия сделок. Допустим, вы покупаете партию товара у незнакомца из другого города. Вы переводите деньги на специальный счет, который откроется только при наличии двух ключей из трёх (мультиподпись 2 из 3). Один ключ у вас, второй у продавца, третий – у выбранного заранее Арбитра. Товар пришёл? Вы с продавцом ставите две подписи – сделка завершена. Продавец прислал кирпич вместо ноутбука? Вы зовёте Арбитра, он смотрит доказательства, и своим ключом возвращает вам деньги.
 
3) Арбитраж («частные суды»). Можно задать вопрос: «А что мешает Арбитру сговориться с продавцом и кинуть меня?». Эту проблему решает репутация в Сети доверия. Частное арбитражное агентство живёт только за счёт доверия сторон. Если вскроется, что судья взял взятку, независимые аудиторы понизят его рейтинг в графе WoT. Социальный капитал судьи рухнет к нулю и ни один здравомыслящий человек больше не впишет его в смарт-контракт.
 
4) Проблема «безбилетника». Допустим, скинулись на асфальт в посёлке не все, а ездят все. Как заставить платить безбилетников без налоговой полиции? С помощью Сети доверия! Не заплатил донат в дорожный фонд? Никто тебя не штрафует, живи как жил. Только вот алгоритм автоматически обнуляет твой уровень доверия у соседей. При подъезде к шлагбауму посёлка умный датчик лишь скажет: «Ваш ключ не обслуживается, внесите добровольный взнос или катитесь по грунтовке». Жизнь без принуждения, но с естественными последствиями!
 
5) Остракизм вместо тюрем. Тюрьмы – это очень дорого (мы за них платим), и они не исправляют людей, а делают из них профессиональных преступников. Куда лучше будет договорной остракизм. Человек кинул партнёров на деньги, и отказался платить компенсацию по решению суда? Авторитетные арбитражи вешают на его открытый ключ крипто-метку: «Мошенник». Его рейтинг в глобальной сети доверия пробивает дно. Срабатывают автоматические протоколы: умные замки в каршеринге не открываются, кассы в супермаркетах отклоняют его транзакции, частные охранные компании не пускают на частные территории. Это страшнее тюрьмы. Любой в такой ситуации пойдёт отрабатывать то, что он задолжал.
 
6) Кредитование без банков. Представьте систему микрокредитов, основанную не на том, работает ли человек в офисе официально, а на его истории в Сети доверия. Вам нужны средства на запуск бизнеса? Ваши поручители – это узлы в сети, с которыми вы контактировали последние 5 лет. Люди будут давать вам в долг или инвестировать в ваш стартап напрямую через P2P, видя ваш кристально чистый профиль в Web of Trust.
 
Государство веками внушает нам, что без дубинки мы скатимся в каменный век и перебьём друг друга. Но правда в том, что технологии уже сегодня позволяют нам строить структуры, основанные на добровольности, репутации и математике. Никаких дубинок и налогов – только взаимное уважение и ответственность за каждое цифровое рукопожатие!

Как легально взломать государство и не присесть за экстремизм

Наверняка вы знаете это мерзкое чувство бессилия, когда государство придумывает очередной абсурдный закон, а вы понимаете, что сделать ничего нельзя. Выйдешь с плакатом – присядешь за экстремизм. На Западе, конечно, попроще: можно смело ругать налоги с друзьями в пабе, не боясь, что бармен стукнет куда надо. Но попробуй пробиться в парламент или поймать депутата у дома, чтобы высказать, что ты думаешь о новых эко-стандартах – в лучшем случае тебя проигнорируют, а в худшем – пришьют харассмент или угрозу нацбезопасности.
 
Большинство из либертарианцев вообще брезгуют лезть в политику. Это грязная игра, где правила пишут шулеры. Но если сидеть сложа руки тошно, а становиться политзаключённым не входит в ваши планы на жизнь, есть один изящный путь. Назовём его «судебное джиу-джитсу». Идея очень проста, но гениальна. Мы берём их же систему и заставляем её работать против них самих, доводя ситуацию до полнейшего абсурда.
 
Представьте такую ситуацию в качестве примера: вы считаете лимиты скорости несправедливыми. Вы едете чуть быстрее, вас щёлкает камера, приходит штраф. Что делает обычный человек? Тихо матерится и платит со скидкой. Что делает хитрый человек? Придумывает отмазку в духе «за рулём был брат свата, а кто именно — забыл». А теперь смотрите. Вместо этого вы запускаете многолетнюю, публичную судебную кампанию по дискредитации скоростных лимитов как таковых. Вы идёте в районный суд, потом в областной, кассационный, Верховный, Конституционный. И на каждом круге выкатываете новые, зубодробительные аргументы, чтобы они не имели права отказать в приеме дела (а ещё ИИ нам сейчас в помощь – он генерирует иски пачками).
 
Вы заявляете: «Толерантность приборов слишком мала, чтобы физически ехать, не превышая ни на километр!», «Соблюдение этого режима создаёт у меня постоянный стресс и наносит вред здоровью», «Постоянный контроль спидометра отвлекает от дороги! Государство буквально заставляет меня рисковать жизнью и увеличивает число ДТП!» и наконец: «Скоростные лимиты на пустой трассе – это незаконное вмешательство в мою частную жизнь и свободу перемещения!».
 
Почему это может сработать и почему это безопасно? В первую очередь, вы вне политики. Де-юре вы не оппозиционер, не революционер и не шатаете режим. Вы – просто очень дотошный гражданин, который борется за свои права автолюбителя. Даже самая махровая автократия хочет казаться легитимной в глазах обывателей. А для этого им нужна иллюзия работающей судебной системы. Власть не станет включать репрессивную машину из-за штрафа с камеры – это дискредитирует саму систему и выглядит комично. Вы бьёте их в слепую зону.
 
Также вы взрываете информационную бомбу. Вы привлекаете к себе в разы больше внимания, чем унылые политики с их скучными речами. СМИ обожают такие истории! «Безумец дошёл до Верховного суда, доказывая, что спидометр вызывает панические атаки!» Люди начинают читать ваши аргументы и внезапно понимают: «А ведь он прав...». Вы формируете либертарианскую повестку элегантно и с юмором.
 
Кроме того, возникает возможность донатов и краудфандинга. Пока вы бодаетесь с системой, публика с удовольствием донатит на попкорн и судебные издержки. Вы становитесь народным героем.
 
А знаете, что ещё? Капля камень точит. Даже если вы проиграете первые 10 судов, общественное давление начнет расти. А на 11-й раз суд может встать на вашу сторону. Или чиновники, уставшие от этого цирка и резонанса, втихаря поменяют закон, просто чтобы вы от них отстали.
 
Этот хак, разумеется, применим ко всему! Запрет на установку кондиционеров? Налоговые ставки? Абсурдные нормативы строительства? Идите в суд, шансы есть – история знает множество успешных примеров такого легального троллинга. Так что, если вы не можете пробить стену лбом – станьте водой, которая разрушит её фундамент. Судитесь, тролльте и защищайте свою свободу с улыбкой!

Кнопка «Заткнись»: как Reddit, Хабр и Пикабу стали филиалами цифрового ГУЛАГа

Знакомая ситуация? Заходишь на Реддит, видишь пост, где восторженная толпа радостно обсуждает, как бы ещё сильнее зарегулировать предпринимателей, поднять налоги или запретить что-нибудь во имя всеобщего блага. Будучи адекватным человеком (и уж тем более либертарианцем), ты пишешь вежливый, железобетонно-аргументированный комментарий про вред государственного регулирования и что налоги являются воровством.
 
Что происходит дальше? Может быть, конструктивный диалог или битва интеллектов? Не тут-то было! Через пять минут твой коммент улетает в скрытые, «карма» стремительно минусуется, а система платформы сообщает: «Вы слишком часто пишете, подождите 15 минут». А на следующий день ты обнаруживаешь, что из-за отрицательного рейтинга вообще больше не можешь оставлять комментарии или публиковать посты. Всё, на этом рот заткнут.
 
Поэтому систему даунвоутов (дизлайков) и коллективно-оцениваемого рейтинга («кармы») можно лишь назвать одним из самых мерзких и изощрённых инструментов подавления свободы слова в сети. Конечно, абсолютно верно будет сказать, что это частные платформы и они имеют полное право ставить такие условия, какие захотят. Но никто и не призывает натравливать на них антимонопольную службу. Разговор сейчас идёт не о праве собственности, а о культуре свободы слова.
 
По степени удушения дискуссии механики этих платформ давно и уверенно сравнялись с государственной цензурой. Разница лишь в форме: товарищ майор бьёт дубинкой и шьёт статью, а здесь тебя забивает камнями «демократическое большинство». Результат абсолютно идентичен – инакомыслие стёрто из публичного поля.
 
Это не что иное, как тирания большинства, диктатура мейнстрима. Если твоё мнение хоть на миллиметр отклоняется от генеральной линии местной тусовки (неважно, левой, правой или просто общепринятой), тебя буквально стирают из видимости. Это воспитывает в людях конформизм почище советской школы. Люди начинают заниматься трусливой самоцензурой: «Ой, лучше не буду писать, что я против запрета на оружие, а то карму сольют, и я не смогу публиковать свои статьи по программированию».
 
Либертарианцев это касается напрямую и бьёт больнее всего. Почему? Да потому что мы исторически стоим в жёсткой оппозиции к этатистскому мейнстриму! Идеи о свободе, добровольном обмене и личной ответственности всегда стоят костью в горле у любителей «сильной руки», халявы и коллективизма. Пытаясь продвигать идеи свободы на площадках с кармой, мы играем в казино, где крупье изначально подкрутил рулетку. В итоге такие сайты быстро превращаются в стерильные, затхлые эхо-камеры, где все радостно похлопывают друг друга по плечу, а любая неформатная мысль гасится на подлёте.
 
Эту порочную практику коллективного затыкания ртов было бы хорошо немедленно отправить на свалку истории. Социальным рейтингам в подобной форме место в антиутопиях, а не в свободных сообществах!
 
Но чем же заменить дизлайки? Во-первых, оставить только лайки (апвоуты). Понравилась мысль? Поддержи её, и тогда она поднимется в топ. Хорошие идеи будут всплывать наверх естественным образом. Во-вторых, если не согласен – напиши ответ! Пусть люди видят твои аргументы. Дискуссия должна вестись словами, а не анонимным нажатием кнопки «закопать», которое прячет чужой текст под серую плашку. В-третьих, личная, а не коллективная модерация. Не хочешь видеть посты конкретного автора, потому что он тебя бесит? Нажми кнопку «Заблокировать пользователя» лично для себя. Настрой свою ленту сам! Но не смей решать за других людей, что им читать, а что нет.
 
Отмена дизлайков не приведет к хаосу. Она вернёт в сеть то, ради чего мы все когда-то сюда пришли – возможность открыто говорить и спорить, не оглядываясь на то, что о тебе подумает агрессивная толпа с вилами. Хорошие идеи должны конкурировать и выигрывать за счет своей ценности, а не потому, что толпа конформистов устроила рейдерский захват и сожгла ларёк конкурента с помощью минусов.

Его не спас ни Tor, ни VPN: что такое GDID в Windows и почему он опасен для каждого из нас

Недавно мир облетела история 19-летнего хакера Питера Стокса из группировки Scattered Spider. Парень взломал сеть ювелирных магазинов и потребовал 8 миллионов долларов за неразглашение данных. Он не был идиотом: использовал VPN, сидел через RDP, скрывал следы. Но ФБР всё равно постучалось в его дверь. Знаете, на чём он погорел? Не на утечке IP и не на сливе подельников. Его сдал собственный компьютер с помощью технологии GDID.
 
GDID (Global Device Identifier) – это уникальный идентификатор, который Microsoft намертво привязывает к каждой установке Windows. Это не привязка к железу или учётке, а цифровой паспорт вашей системы. И эта система маниакально собирает телеметрию: какие программы вы открываете, на какие сайты ходите, когда выключаете компьютер.
 
Как работает ловушка с VPN? Многие думают, что после его включения становятся анонимными. Метафорически, VPN – это накладные усы и темные очки. Вы надеваете их (меняете IP), заходите в Telegram или Tor почитать оппозиционные каналы, делаете свои дела. Windows записывает: «Пользователь с GDID №12345 открыл Tor.exe в 14:00». Потом вы снимаете свои «накладные усы» (выключаете VPN), чтобы зайти в банковское приложение и сделать заказ на Озоне со своего реального домашнего IP (как вы, наверное, уже знаете на многие российские сервисы невозможно зайти с включённым VPN). Чуть позже Windows снова делает запись: «Пользователь с GDID №12345 зашёл поиграть в Доту с IP-адреса г. Сызрань». Дальше всё это аккуратным пакетиком улетает на серверы Корпорации Добра в Редмонд.
 
Но я же в России, Microsoft ушла, до нас ФБР не дотянется?! Да, товарищ майор не может просто отправить факс Биллу Гейтсу с просьбой выдать логи оппозиционера. Но:
 
1) Данные брокеров и телеметрия регулярно утекают. Спецслужбы прекрасно умеют покупать нужные базы провайдеров и корпораций на черном рынке.
2) Государственные трояны и шпионские программы (которые могут попасть к вам под видом чего угодно) умеют считывать ваш GDID локально. А дальше дело техники – сопоставить его с логами провайдера, который по «закону Яровой» и так пишет весь ваш трафик.
3) Если вас захотят достать, могут сфабриковать дело о «кибермошенничестве» и отправить запрос по линии Интерпола. А такие запросы корпорации часто удовлетворяют без лишних вопросов.
 
Как же тогда себя защитить?
 
Радикальное решение – переход на Linux.  Если вы ведёте оппозиционную деятельность, админите каналы или работаете с чувствительной информацией – удалите Windows. Перестаньте добровольно пускать к себе в дом корпоративного надзирателя. В 2026 году Linux – это не чёрный экран для гиков. Условный Linux Mint или Ubuntu ставятся в пару кликов и выглядят понятнее Винды. Система с открытым исходным кодом никому не стучит с коробки.
 
Компромиссное решение – затыкаем рот Винде. Ведь иногда без Windows никуда: специфика работы, корпоративный софт, любимые игры. И если вы вынуждены жить в одной комнате со стукачом, нужно хотя бы заклеить ему рот скотчем. Для этого энтузиасты сделали отличные бесплатные утилиты: wpd.app (Windows Privacy Dashboard) и O&O ShutUp10++.
 
Скачиваете, запускаете и в пару кликов вырезаете всю телеметрию. Они отключают сбор данных, блокируют отправку отчётов в Microsoft, вырубают Кортану и запрещают приложениям читать вашу локацию. Но важный нюанс: Windows – создание упрямое. После каждого крупного обновления система постарается втихаря сбросить ваши настройки и снова начать шпионить. Так что проверяйте эти утилиты после апдейтов.
 
И помните главное правило цифровой гигиены: разделяйте личности! Устройство, с которого вы пишете посты о свободе, не должно знать, как вас зовут, где вы живёте и какой у вас любимый сорт кофе при заказе в доставке.

«Гражданин-мститель»: не либертарианец, а государство в одном человеке

После выхода фильма «Гражданин-мститель» («Citizen Vigilante») некоторые зрители увидели в главном герое чуть ли не либертарианского мстителя: государство не справляется, суды отпускают преступников, а вооружённый гражданин берёт защиту общества в свои руки.
 
Звучит такое эффектно. Но к либертарианской философии этот персонаж имеет примерно такое же отношение, как морской пират к защите частной собственности. Внешние атрибуты похожи: недоверие к государству, оружие, самостоятельность, презрение к бюрократии. Только внутри – совершенно противоположная система ценностей.
 
Либертарианство начинается не с пистолета, а с признания права каждого человека на жизнь, свободу и собственность. Из этого следует принцип неагрессии: нельзя применять насилие к тому, кто сам его не инициировал. И вот здесь образ «народного мстителя» рассыпается. Вигилант убивает не только преступников. Он казнит родственников насильника – людей, которые не участвовали в изнасиловании. Да, они говорят отвратительные вещи, оправдывают преступление и перекладывают вину на жертву. Их слова вызывают омерзение. Но либертарианство не предполагает смертной казни за мерзкие взгляды.
 
Человек отвечает за собственные поступки, а не за преступления сына, брата, отца или соседа. Коллективная ответственность – это любимая практика авторитаризма. Сегодня семью расстреливают за поступок родственника, завтра имущество отбирают у «неправильного» класса, а послезавтра людей отправляют в лагеря за неудачную фамилию. Дорожка хорошо протоптана, и указатели на ней давно стоят.
 
Ещё страшнее сцена со встречной машиной. Герой намеренно выезжает на чужую полосу, вынуждая невиновного водителя свернуть с дороги. Машина падает в кювет и взрывается. Люди погибают лишь потому, что вигиланту понадобилась наглядная иллюстрация для очередного монолога. Это уже не «частное правосудие», а убийство невиновных ради политического спектакля.
 
При этом фильм пытается наделить героя моральным кодексом. В автобусе он оплачивает проезд за подростков и читает им лекцию: если одни не платят, расходы перекладываются на остальных. Правила должны соблюдать все! Мысль сама по себе понятная. Только проповедует её человек, который незаконно въехал в страну, не оформил свой статус, прячет реальных владельцев недвижимости за сетью холдингов и вызывает вопросы у налоговых органов. Получается удивительный моральный компас: не оплатил билет в общественном транспорте – подрываешь общество. Спрятал бизнес, деньги и собственный юридический статус – ну, это уже другое, это «продлённый отпуск».
 
Разумеется, либертарианец совсем не обязан считать государственный закон справедливым. Миграционные ограничения нарушают естественные права человека, налоги – это грабёж, а финансовое регулирование – это нарушение прав собственности. Нарушение любого закона, наказывающего за «преступления» без пострадавшего, не делает человека злодеем и является вполне себе допустимым.
 
Но тогда нужно быть последовательным. Нельзя объявлять себя противником системы, когда правила мешают тебе, и становиться суровым защитником порядка, когда подросток не купил билет. Это уже не философия свободы, а старое доброе «друзьям – всё, остальным – закон».
 
«Citizen Vigilante» мог бы поставить интересный вопрос: что делать обществу, когда государственная система правосудия действительно не защищает жертв? Где проходит граница между самообороной, гражданским сопротивлением и самосудом? Но вместо сложного разговора фильм подсовывает зрителю человека, который сам назначил себя следователем, судьёй и палачом. Причём доказательства, соразмерность наказания и права невиновных его интересуют примерно так же, как кассовый чек интересует грабителя банка.
 
Герой фильма не защищает индивидуальную свободу. Вместо этого он создаёт собственное карманное государство: сам пишет законы, сам определяет виновных, сам выносит приговоры и сам освобождает себя от правил. Это не либертарианство, а диктатура одного человека – просто без герба, парламента и скучных заседаний.

Голосуй хоть за зелёных, коммунистов, кота Василия, но только не за НИХ!

В современности существует один очень опасный политический миф. Многие люди искренне уверены, что главная угроза их свободе – это «леваки» с разноцветными волосами и их «культурой отмены», поехавшие эко-активисты или, наоборот, бритоголовые ультраправые, марширующие с факелами. Но в действительности всё складывается совсем иначе!

Настоящий босс государственного Левиафана носит скучный, хорошо скроенный костюм-тройку, добродушно улыбается с билборда и называет себя «умеренным консерватором» или представителем «народной партии». Речь идёт о таких ребятах, как ХДС/ХСС в Германии, «Республиканцы» во Франции, Народная партия в Испании, Умеренная партия в Швеции. На уровне Евросоюза – это бюрократический монстр под названием EPP (Европейская народная партия). И если вы сторонник личных прав и свобод, то вам нужно обязательно запомнить: за них нельзя голосовать. Никогда и ни при каких обстоятельствах

Посмотрите на свежую статистику. Недавно в Европарламенте протаскивали так называемый «Chat Control». Это та самая абсолютно оруэлловская дичь, которая обязывает мессенджеры массово сканировать все ваши личные переписки с помощью ИИ. Угадайте, кто голосовал «ЗА» единым, монолитным зелёным столбиком? Правильно, EPP. Эти «скучные центристы» просто обожают слежку. Именно они годами продавливали цензурные фильтры контента (знаменитая Статья 13/17). Именно они пищат от восторга, когда речь заходит о базах биометрии, деанонимизации в сети и ликвидации шифрования. А под соусом «защиты детей и безопасности» они залезут к вам в спальню, в телефон и в криптокошелёк.

Но если раньше они гадили в основном в сети, то сейчас маски сброшены окончательно. Видя, как электорат утекает к радикальным правым, «умеренные» решили их переплюнуть, став партией абсолютного зла в физическом мире. Они стали куда более репрессивными, чем те самые «левые» или «ультраправые», которыми всех пугают.

Левые хотя бы открыто говорят: «мы хотим забрать ваши деньги на социалку». Ультраправые честно заявляют: «мы закроем границы от чужаков». А «умеренные консерваторы» с улыбкой заботливой тётушки просто сажают вас в клетку целиком. Теперь именно они – главные инициаторы миграционных концлагерей (посмотрите на новые пакты ЕС), блокировщики прав на личную жизнь и авторы самых тупых бытовых запретов во имя «традиций и стабильности».

Кстати, если вам кажется, что это чисто европейские приколы – снимите розовые очки. «Единая Россия» по своей политической классификации – это ровно те же самые «умеренные консерваторы» и «центристы». Результат их «заботы» о традициях, духовности и стабильности мы все расхлёбываем каждый день большой лопатой. Паттерн везде абсолютно одинаковый: где «крепкий государственник в пиджаке» – там швабра.

Что со всем этим делать? Либертарианцам, разумеется, ничего. Сидеть ровно, пить кофе, строить параллельные экономики. Ведь голосовать на этих ярмарках тщеславия – значит своими руками подогревать легитимность стационарного бандита в глазах обычных людей. Мы не играем с напёрсточниками, чтобы нам потом не говорили: «Ну вы же сами ходили на выборы, вот теперь подчиняйтесь большинству».

Но вот с друзьями и родственниками вам стоит поработать. У каждого из нас есть друг, коллега или родственник, который не читал либертарианских философов, свято верит в «гражданский долг» и в день выборов непременно потащится на участок. Ваша задача – провести с ними жёсткую разъяснительную беседу. Сказать им: «Голосуйте за кого угодно. Хочешь за левых? Окей. Хочешь за поехавших марксистов? Ладно. Хочешь за "Зелёных" с их ветряками и налогами на пукающих коров? Да хоть так! Хоть за партию любителей пива или бродячего кота Василия. Но ТОЛЬКО НЕ ЗА [НАЗВАНИЕ МЕСТНОЙ ПАРТИИ УМЕРЕННЫХ КОНСЕРВАТОРОВ]!». Объясните, что этот солидный мужик на плакате – не гарант стабильности. Он гарант того, что завтра у них проверят карманы, запретят наличку, прочитают их семейный чат в WhatsApp и расскажут, как правильно любить родину строем.

Парламент – это привилегия: законы должны рождаться в муках, а умирать в один клик

Давайте сегодня поговорим немного о депутатах и развеем демократическую мифологию. Точнее, разговор будет о том, как сторонникам идей минимального государства (минархистам) стоит вообще смотреть на такой институт, как парламент. У нас в обществе как-то по умолчанию принято считать, что парламент – это священная корова. Что у них есть какое-то неотъемлемое право писать для нас законы, указывать, как нам жить, что курить, кому продавать свои услуги и сколько налогов отстёгивать в общак. Но что, если парламент – это не право, а привилегия?
 
В чём фундаментальная разница между правом и привилегией? Главное отличие в том, что привилегию в тысячу раз легче аннулировать. Чтобы посадить в тюрьму собственного гражданина (то есть лишить его базового права на свободу), государственной машине приходится попотеть. Нужны следователи, прокуроры, суд присяжных, железобетонные доказательства, апелляции, куча бюрократии. Почему? Потому что право – это то, что принадлежит человеку по умолчанию. А теперь возьмём иностранца с визой. Виза – это привилегия. Чтобы вышвырнуть иностранца из страны, не нужно доказывать, что он злодей мирового масштаба. Достаточно того, что он нарушил пару правил пребывания. Щелчок пальцами – привилегия отозвана, чемодан, вокзал, депортация.
 
А теперь честно посмотрим на историю. Откуда вообще взялись парламенты? Если отбросить красивые сказки, то исторически любой парламент – это не более чем монаршая привилегия. Условный король с армией головорезов вполне мог просто отрубить головы всем этим «борцам за народное представительство». Мог объявить их изменниками и утопить в крови саму идею передачи власти каким-то мутным депутатам. Но в силу разных причин (где-то кончились деньги на войну, где-то стало лень самому разбираться с налогами) монархи пошли на уступку и выдали привилегию.
 
Мы с вами, как общество, сегодня являемся коллективным сувереном. Но мы почему-то забыли, что нахождение этих людей в мягких креслах – это наша им уступка. А раз это привилегия, то правила игры должны измениться кардинально. Депутаты не должны указывать нам, как жить. Они должны просыпаться в холодном поту от мысли, что сегодня их могут выкинуть на мороз. Парламентарий должен жить под постоянным, незримым Дамокловым мечом.
 
Как это может выглядеть на практике? Нам нужна институциональная асимметрия, чтобы любое решение можно было отменить с непропорциональной лёгкостью. Законы должны приниматься тяжело, а умирать – быстро. Например: чтобы принять новый закон, ограничивающий хоть что-то, нужно 50% голосов депутатов. Но чтобы его отменить, должно быть достаточно 25% голосов тех же депутатов! Или, что еще лучше, – всего 1% голосов граждан на референдуме. Собрали подписи – и закон летит в мусорную корзину. Депутаты должны физически ощущать, что их бумаготворчество висит на волоске.
 
Также необходима презумпция виновности власти. Мы должны сделать профессию политика максимально непривлекательной для карьеристов, психопатов и любителей чужих денег. Как насчёт того, чтобы каждый, кто идёт в парламент, подписывал добровольный отказ от части своих гражданских прав? Накосячил? Принял закон, который разрушил экономику? Никакой неприкосновенности. Конфискация имущества до седьмого колена, поражение в правах, а за серьёзные провалы – вообще высылка из страны с волчьим билетом по любому, даже самому мелкому поводу. В идеале в депутаты должны идти только те, кто готов к самопожертвованию. Это должна быть не престижная работа, а повинность. Тяжёлая, опасная и неблагодарная.
 
Для минархистов, государство – это не заботливая мамочка. Это Левиафан. А парламент – это просто временное «необходимое зло», будка, в которой сидит цепной пес. Наша задача – сделать цепь максимально короткой, а ошейник – строгим, с шипами внутрь. Чтобы при любой попытке гавкнуть на хозяина (то есть на нас с вами), пёс сам себе перекрывал кислород.