А у меня сегодня день рождения.
И сегодня я хочу предложить то, о чём меня раньше спрашивали.
Я никогда не собирала донаты и, как видите, давно перестала даже размещать рекламу. «Вкрации» — совершенно безмонетный (по нему видно, да? 😂) канал.
А сегодня меня можно поздравить или сказать «спасибо» за канал (которому, кстати, почти 8 лет и который держится исключительно благодаря моей потребности писать о книгах и вашим вопросам в личку о том, будет ли новый пост).
У меня есть вот такая карта Сб 2202208497205410
И вот такая ВТБ 2200 2480 9276 5071
Зовут меня Анна)
И сегодня я хочу предложить то, о чём меня раньше спрашивали.
Я никогда не собирала донаты и, как видите, давно перестала даже размещать рекламу. «Вкрации» — совершенно безмонетный (по нему видно, да? 😂) канал.
А сегодня меня можно поздравить или сказать «спасибо» за канал (которому, кстати, почти 8 лет и который держится исключительно благодаря моей потребности писать о книгах и вашим вопросам в личку о том, будет ли новый пост).
У меня есть вот такая карта Сб 2202208497205410
И вот такая ВТБ 2200 2480 9276 5071
Зовут меня Анна)
❤44🎉17
Читать книгу, подходящую к месту пребывания — есть у вас такое?
Каждый раз, пожалуй, приезжая в другую страну, я открывала какое-нибудь произведение национальной литературы, чтобы — не напитаться другой культурой, это невозможно за неделю-две — но проникнуться настроением. Скандинавская литература тревожная, итальянская — нарядная.
Где-то у меня даже подборочки некоторые были.
5 художественных книг о Швеции)
5 книг об Италии)
5 польских писателей)
А сейчас я перечитываю вполглаза самое, наверное, известное произведение турецкой литературы — «Королёк, птичка певчая» Решата Гюнтекина.
Обычно это воспринимается как роман о любви. Но я его никогда так не видела: для меня эта книга сладкая, как варенье из розовых лепестков, столь часто упоминаемое на её страницах: так много обычаев и быта (а хотелось бы ещё больше). Сундуки, рамки из шёлка и бусин, золочёные коробки шоколада с ликёром, жёлтые и белые баночки с вареньем.
Также мне всегда хорошо было видно, что это феминистский роман о женщине, борющейся с судьбой (ибо судьбой ей предназначено было всю жизнь лежать на подушках и грызть черешню).
И только сейчас, будучи уж совсем взрослой, я вдруг увидела, что это вполне себе социальный роман о погружении «в народ» представительницы среднего класса. Умственное и духовное убожество оказывается никак не связано с нищетой материальной. Но нет и умилительной романтизации бедности. Роман написан в 20-е годы прошлого века, и он рисует вполне детально жизнь бедняков этого периода в Турции.
Так с каждым прочтением любой книги открывается новая дверка
Каждый раз, пожалуй, приезжая в другую страну, я открывала какое-нибудь произведение национальной литературы, чтобы — не напитаться другой культурой, это невозможно за неделю-две — но проникнуться настроением. Скандинавская литература тревожная, итальянская — нарядная.
Где-то у меня даже подборочки некоторые были.
5 художественных книг о Швеции)
5 книг об Италии)
5 польских писателей)
А сейчас я перечитываю вполглаза самое, наверное, известное произведение турецкой литературы — «Королёк, птичка певчая» Решата Гюнтекина.
Обычно это воспринимается как роман о любви. Но я его никогда так не видела: для меня эта книга сладкая, как варенье из розовых лепестков, столь часто упоминаемое на её страницах: так много обычаев и быта (а хотелось бы ещё больше). Сундуки, рамки из шёлка и бусин, золочёные коробки шоколада с ликёром, жёлтые и белые баночки с вареньем.
Также мне всегда хорошо было видно, что это феминистский роман о женщине, борющейся с судьбой (ибо судьбой ей предназначено было всю жизнь лежать на подушках и грызть черешню).
И только сейчас, будучи уж совсем взрослой, я вдруг увидела, что это вполне себе социальный роман о погружении «в народ» представительницы среднего класса. Умственное и духовное убожество оказывается никак не связано с нищетой материальной. Но нет и умилительной романтизации бедности. Роман написан в 20-е годы прошлого века, и он рисует вполне детально жизнь бедняков этого периода в Турции.
Так с каждым прочтением любой книги открывается новая дверка
❤26👍7🔥7
В «Преступлении и наказании» Достоевского рядом с Раскольниковым помещены две внешне полярные фигуры: приехавший из деревни помещик Свидригайлов и следователь Порфирий Петрович, ведущий дело об убийстве процентщицы.
Это психологические двойники Раскольникова.
Свидригайлов воплощает собой беззаконие: он нарушает не только юридические нормы, но и — главное — нравственные. О нем мы уже немного говорили.
Порфирий Петрович формально символизирует закон. Он — следователь, он старается раскопать правду о том, кто убил старуху Алёну Ивановну.
В действительности Порфирий Петрович воплощает всё то же беззаконие, только прикрытое маской. Нет, он не относится к службе халатно и не берёт взяток. Все страшнее: будучи поставлен следователем, он считает себя наделенным властью над людьми. Как Свидригайлов! Только под прикрытием закона.
Порфирию Петровичу неинтересно просто найти улики против Раскольникова. Ему хочется заставить того сознаться. Победить Раскольникова психологически.
Безошибочно определив в студенте убийцу (ведь те же мысли, что Раскольников изложил в опубликованной статье, бродили и в самом Порфирии Петровиче), следователь не ищет подтверждений, а старается одержать верх в психологической игре, привести преступника к признанию.
Порфирий Петрович провоцирует Раскольникова, расставляет ловушки, надевает маски, намекает на доказательства — и это приближает момент признания.
Он управляет человеческими душами.
Между Порфирием Петровичем и Свидригайловым — сам Родион Романович Раскольников. Бывший студент юридического факультета. Мечтавший властвовать над другими, но (к счастью) оказавшийся существом другой породы
Это психологические двойники Раскольникова.
Свидригайлов воплощает собой беззаконие: он нарушает не только юридические нормы, но и — главное — нравственные. О нем мы уже немного говорили.
Порфирий Петрович формально символизирует закон. Он — следователь, он старается раскопать правду о том, кто убил старуху Алёну Ивановну.
В действительности Порфирий Петрович воплощает всё то же беззаконие, только прикрытое маской. Нет, он не относится к службе халатно и не берёт взяток. Все страшнее: будучи поставлен следователем, он считает себя наделенным властью над людьми. Как Свидригайлов! Только под прикрытием закона.
Порфирию Петровичу неинтересно просто найти улики против Раскольникова. Ему хочется заставить того сознаться. Победить Раскольникова психологически.
Безошибочно определив в студенте убийцу (ведь те же мысли, что Раскольников изложил в опубликованной статье, бродили и в самом Порфирии Петровиче), следователь не ищет подтверждений, а старается одержать верх в психологической игре, привести преступника к признанию.
Порфирий Петрович провоцирует Раскольникова, расставляет ловушки, надевает маски, намекает на доказательства — и это приближает момент признания.
Он управляет человеческими душами.
Между Порфирием Петровичем и Свидригайловым — сам Родион Романович Раскольников. Бывший студент юридического факультета. Мечтавший властвовать над другими, но (к счастью) оказавшийся существом другой породы
❤25👍6😨4😢2👎1
Приглашаю 1-2 учеников (11 класс, ЕГЭ) по русскому и 2-3 по литературе.
Добрать мини-группы.
Также возьму 2-3 учеников 10 класса на двухгодичную подготовку к ЕГЭ по литературе.
Пишите в личку, пожалуйста
Здесь можно почитать отзывы моих учеников https://vk.com/topic-196735883_41661872
Добрать мини-группы.
Также возьму 2-3 учеников 10 класса на двухгодичную подготовку к ЕГЭ по литературе.
Пишите в личку, пожалуйста
Здесь можно почитать отзывы моих учеников https://vk.com/topic-196735883_41661872
❤8
Ищем пару на подготовку к ЕГЭ по литературе (11 класс). Стоимость – 2200 р. за урок.
Пишите, пожалуйста, в личку
Также только что стартовала микрогруппа по подготовке к ЕГЭ по русскому (11 класс). Можно успеть присоединиться
Пишите, пожалуйста, в личку
Также только что стартовала микрогруппа по подготовке к ЕГЭ по русскому (11 класс). Можно успеть присоединиться
❤6👍2
Почему же Анна Каренина несет разрушение?
Надо понимать, что это мироощущение уже весьма сформировавшегося Толстого. Позднее любую «половую любовь» он назовёт свинством и мерзостью, терпеть которые стоит, по его мнению, только ради деторождения.
(У бедняги были очень сложные взаимоотношения с собственным темпераментом: Лев Николаевич всю жизнь с ним боролся и при этом, по его собственному выражению, мог пойти в сад «со смутной, сладострастной надеждой поймать кого-то в кусту»).
«Анна Каренина» ещё не «Крейцерова соната», где 60-летний писатель, породивший немало детей, обличает брак как само явление, возлагая на женщин вину за то, что они «заманивают» в это «свинство» мужчин.
Анна Каренина осознанно не заманивает. Она нежная, ласковая, энергичная. Но, говорит Толстой, печать гибельности лежит на ней. Недаром она красива (можно ли вспомнить в его произведениях красивых женщин, которые не были бы развратны или разрушительны?).
На свою Анну Толстой возлагает вину просто за то, что она женщина.
Это же мысль потом, утрированно, повторится в его пьесе из крестьянской жизни «Власть тьмы», где тьма — тяга к женщине. Или в повести «Дьявол», где дьявол — угадайте кто
Надо понимать, что это мироощущение уже весьма сформировавшегося Толстого. Позднее любую «половую любовь» он назовёт свинством и мерзостью, терпеть которые стоит, по его мнению, только ради деторождения.
(У бедняги были очень сложные взаимоотношения с собственным темпераментом: Лев Николаевич всю жизнь с ним боролся и при этом, по его собственному выражению, мог пойти в сад «со смутной, сладострастной надеждой поймать кого-то в кусту»).
«Анна Каренина» ещё не «Крейцерова соната», где 60-летний писатель, породивший немало детей, обличает брак как само явление, возлагая на женщин вину за то, что они «заманивают» в это «свинство» мужчин.
Анна Каренина осознанно не заманивает. Она нежная, ласковая, энергичная. Но, говорит Толстой, печать гибельности лежит на ней. Недаром она красива (можно ли вспомнить в его произведениях красивых женщин, которые не были бы развратны или разрушительны?).
На свою Анну Толстой возлагает вину просто за то, что она женщина.
Это же мысль потом, утрированно, повторится в его пьесе из крестьянской жизни «Власть тьмы», где тьма — тяга к женщине. Или в повести «Дьявол», где дьявол — угадайте кто
❤24😢11
Так. Мне несколько человек писали — спрашивали впечатление от «Поповича».
Напишу! Сегодня постараюсь. Впечатление есть.
Но я сейчас спросила у подруг, какие по-настоящему смешные книги они знают. И сама задумалась.
В разное время жизни я очень смеялась над следующими вещами:
1. «Профессия — ведьма» Ольги Громыко.
Старенькое славянское фэнтези, сейчас кажется стереотипным, а тогда было свежим. Талантливый язык, не избитые сюжеты (если не считать любовной линии)
Её же «Верные враги» и проч. Хорошая писательница.
2. «Сегодня, мама!» Лукьяненко и Буркина. Мы с сестрой прямо вслух читали и угорали, лет по 12 нам было
3. «Стража! Стража!» Пратчетта.
Так смеялась, что проехала остановку на маршрутке.
Прошло 20 лет, и вот уже моя пятилетняя дочь просит, чтобы я читала ей «про Моркоу»
4. «Порри Гаттер» (не в пример лучше унылой Тани Гроттер) Жвалевского и Мытько: чудная работа с языком.
«Не бывает двух одинаковых людей. Не бывает даже одного одинакового человека».
Их же «Здесь вам не причинят никакого вреда»
Над Дживсом и Вустером я как-то не хохотала, хотя литературные достоинства этого цикла бесспорны. И над «Трое в лодке» тоже. А уж «Записки Пиквикского клуба» повергли меня в настоящую хандру (в первую очередь — необходимостью прочитать их за одну ночь до сессии).
Ещё, помню, была книжка «Там, где нас нет» Михаила Успенского, но она в первую очередь злая. Отлично написана, но как-то я её не прочитала.
А что по-настоящему смешного читали вы?
Напишу! Сегодня постараюсь. Впечатление есть.
Но я сейчас спросила у подруг, какие по-настоящему смешные книги они знают. И сама задумалась.
В разное время жизни я очень смеялась над следующими вещами:
1. «Профессия — ведьма» Ольги Громыко.
Старенькое славянское фэнтези, сейчас кажется стереотипным, а тогда было свежим. Талантливый язык, не избитые сюжеты (если не считать любовной линии)
Её же «Верные враги» и проч. Хорошая писательница.
2. «Сегодня, мама!» Лукьяненко и Буркина. Мы с сестрой прямо вслух читали и угорали, лет по 12 нам было
3. «Стража! Стража!» Пратчетта.
Так смеялась, что проехала остановку на маршрутке.
Прошло 20 лет, и вот уже моя пятилетняя дочь просит, чтобы я читала ей «про Моркоу»
4. «Порри Гаттер» (не в пример лучше унылой Тани Гроттер) Жвалевского и Мытько: чудная работа с языком.
«Не бывает двух одинаковых людей. Не бывает даже одного одинакового человека».
Их же «Здесь вам не причинят никакого вреда»
Над Дживсом и Вустером я как-то не хохотала, хотя литературные достоинства этого цикла бесспорны. И над «Трое в лодке» тоже. А уж «Записки Пиквикского клуба» повергли меня в настоящую хандру (в первую очередь — необходимостью прочитать их за одну ночь до сессии).
Ещё, помню, была книжка «Там, где нас нет» Михаила Успенского, но она в первую очередь злая. Отлично написана, но как-то я её не прочитала.
А что по-настоящему смешного читали вы?
🔥15👎1
Forwarded from С любовью и всякой мерзостью
Преподаватель всегда преподаватель.
И вот воскресный завтрак с подружками превращается в квиз по «Анне Карениной»
И вот воскресный завтрак с подружками превращается в квиз по «Анне Карениной»
🔥11🤩1
Пришлю квиз и сюда.
Вторая половина файла — ответы для самостоятельного подсчёта баллов.
Кто вдруг прошёл — делитесь результатами 🙂
Вторая половина файла — ответы для самостоятельного подсчёта баллов.
Кто вдруг прошёл — делитесь результатами 🙂
🔥12