«Нигде во всем свете не встречается Светлый День Христова Воскресения так просто и от души, как у русских: весь народ, стар и млад, спешит к заутрене, в 12 часов ночи, и наполняет древние храмы, где молились и отцы и деды наши, ликующими сонмами... Удивительно сложение этой службы. Вот минута борьбы между смертью и воскресением, отчаянием и надеждою, мраком и светом: куда-то выносят плащаницу и хоругви, уходят с нею, - и оставшиеся в храме люди точно остаются "без Бога", в каком-то пустом месте, ненужные себе и никому... Радостнее те, кто ушел с плащаницею и теперь идет за нею вокруг храма, в некотором внешнем и темном месте, но с зажженными свечами и светильниками. Немногие минуты службы символизируют собою века. Остающиеся в храме люди символизируют собою грешное, страдавшее и умиравшее язычество, тоскующее по "Боге, который воскреснет"... Минуты прошли, - и у входа в храм какая-то борьба. Слышны голоса оттуда и отсюда; поют, возглашают... Что-то рвется сюда, что-то не пускает отсюда. "Воскресший Господь наш" входит в мир: но мир, холодный и озлобленный, унылый и грешный, не понимает этого, не понимает величайшей религиозной тайны, что есть жизнь, и именно - Вечная Жизнь, а смерти - вовсе нет, а только есть пугающие ее тени и призраки и угрозы. И вот разверзаются двери: с шумом весны, как бы взламывая зимний лед, - входит ликующая толпа и под сводом храма раздается первое в году: "Христос Воскресе"...
- Христос Воскресе, - говорит священник.
- Воистину Воскресе, - возглашает народ.
- Христос Воскресе! Христос Воскресе! Христос Воскресе! -повторяет он раз за разом, непрерывно, проходя через расступающуюся народную толпу... И она, весело расступаясь и весело смотря в глаза "своему батюшке", отвечает ему радостно, всей грудью: "Воистину Воскресе! Воистину Воскресе! Воистину Воскресе!"
За весь год - это самая радостная минута для священника: ведь он точно переживает вершину служения своего и весь полон тем, что принес людям. Так все осязательно, так выпукло, так убедительно: самый бедный священник, "и не знакомый ни с кем", сидящий дома со своей "матушкой" и детьми, в эту единственную минуту сознает единственное служение свое на земле. Он, этот бедный и не знакомый никому с внешних и мирских оценок человек, вносит в толпу народную, несет не одному кому-нибудь, а всем людям, - такой гостинец, такую радость, которая лично каждого из нас обогащает и радует, как не может обрадовать человека ни богач, ни вельможа, ни царь, ни мудрец, ни поэт. Он говорит нам твердо и властно, что мы не умрем никогда, "понеже веруем в Христа", а только переживем образ и призрак смерти; и что родители наши, дети наши, братья, сестры, у вдов - мужья и у вдовцов - жены, не умерли, а продолжают жить, в свете и радости неизреченной. Кто не верует - пусть не верует: тот и не поймет ничего в этом, тот не поймет самого праздника Светлого Христова Воскресения, - и только внешним образом, в пище и питии, переживет ему непонятную "пасхальную неделю". Тайна эта постижима только верующим: и тайну эту сохранил в веках и вынес народу и ежегодно выносит - один священник.
И вот не день, а семь дней весело, "по-нашему" звонят колокола во всех церквах, а народ наполняет улицы, и все, знакомые и незнакомые, целуются... Во исполнение церковного слова: "Да друг друга обымем". Уличное лобзание, когда, в сущности, целуется вся страна, "не разбирая, с кем", есть драгоценная черта нашего быта, и надо бережно сберегать этот утвердившийся обычай. "Все ссоры - до Пасхи", - как бы говорим мы, говорит целый народ в обычае этом. Конечно, "после Пасхи - опять поссоримся", но опять - тоже до Пасхи. Ссора есть часть смерти души: а Пасха говорит, что смерти - нет, и в связи с этим мы пасхальным целованием "кладем крест" и изничтоживаем свары, заведования и всякую душевную печаль.
"Христос Воскресе", наши добрые читатели! Ликуйте и веселитесь, как вся природа и весь православный люд. Уныние - вчера. Сегодня - только радость.»
В.В. Розанов, "С светлым Воскресением!.."
- Христос Воскресе, - говорит священник.
- Воистину Воскресе, - возглашает народ.
- Христос Воскресе! Христос Воскресе! Христос Воскресе! -повторяет он раз за разом, непрерывно, проходя через расступающуюся народную толпу... И она, весело расступаясь и весело смотря в глаза "своему батюшке", отвечает ему радостно, всей грудью: "Воистину Воскресе! Воистину Воскресе! Воистину Воскресе!"
За весь год - это самая радостная минута для священника: ведь он точно переживает вершину служения своего и весь полон тем, что принес людям. Так все осязательно, так выпукло, так убедительно: самый бедный священник, "и не знакомый ни с кем", сидящий дома со своей "матушкой" и детьми, в эту единственную минуту сознает единственное служение свое на земле. Он, этот бедный и не знакомый никому с внешних и мирских оценок человек, вносит в толпу народную, несет не одному кому-нибудь, а всем людям, - такой гостинец, такую радость, которая лично каждого из нас обогащает и радует, как не может обрадовать человека ни богач, ни вельможа, ни царь, ни мудрец, ни поэт. Он говорит нам твердо и властно, что мы не умрем никогда, "понеже веруем в Христа", а только переживем образ и призрак смерти; и что родители наши, дети наши, братья, сестры, у вдов - мужья и у вдовцов - жены, не умерли, а продолжают жить, в свете и радости неизреченной. Кто не верует - пусть не верует: тот и не поймет ничего в этом, тот не поймет самого праздника Светлого Христова Воскресения, - и только внешним образом, в пище и питии, переживет ему непонятную "пасхальную неделю". Тайна эта постижима только верующим: и тайну эту сохранил в веках и вынес народу и ежегодно выносит - один священник.
И вот не день, а семь дней весело, "по-нашему" звонят колокола во всех церквах, а народ наполняет улицы, и все, знакомые и незнакомые, целуются... Во исполнение церковного слова: "Да друг друга обымем". Уличное лобзание, когда, в сущности, целуется вся страна, "не разбирая, с кем", есть драгоценная черта нашего быта, и надо бережно сберегать этот утвердившийся обычай. "Все ссоры - до Пасхи", - как бы говорим мы, говорит целый народ в обычае этом. Конечно, "после Пасхи - опять поссоримся", но опять - тоже до Пасхи. Ссора есть часть смерти души: а Пасха говорит, что смерти - нет, и в связи с этим мы пасхальным целованием "кладем крест" и изничтоживаем свары, заведования и всякую душевную печаль.
"Христос Воскресе", наши добрые читатели! Ликуйте и веселитесь, как вся природа и весь православный люд. Уныние - вчера. Сегодня - только радость.»
В.В. Розанов, "С светлым Воскресением!.."
"Кто не жил в дореволюционной России, тот не может себе представить величия великолепия и романтики праздника Св. Пасхи. В нем сочетались глубокая вера, религиозность и остатки языческих обрядов. Подготовка к празднику начиналась тотчас после Масленой с ее блинами и весельем; кончалась неделя «Прощенным Воскресением» прекращавшим обеды, балаганы, маскарады и другие развлечения. Поздно вечером просили друг у друга прощения за нанесенные обиды. Ответ был: «Бог простит, прости и меня» — и целовались со слезами на глазах.
С понедельника начиналась 1-я неделя Великого Поста. Благочестивые люди, обитатели монастырей, крестьяне, — не брали в рот мясного, молочных продуктов яиц и конечно, лакомств. Некоторые даже воздерживались от сахара и не ели рыбы; питались кашами, супом, пирогами, кислой капустой, овощами, заправленными постным маслом.
В Церквях шли беспрерывные службы, сопровождаемые грустными напевами; священник и клир были в темных одеяниях. На 1-ой, 4-ой и 7-ой неделе прихожане говели: постились, исповедовались и причащались.
На последней неделе начинались приготовления к празднику; с четверга принимались варить и красить яйца, растирали творог для пасок, ставили тесто для куличей и баб, готовили разные жаркие, запекали окорока, жарили птиц и поросят. Усердно чистили свои жилища — скребли полы, натирали паркеты, мыли и крахмалили занавески и скатерти, полировали мебель, чистили серебро и ризы на иконах. После этого, в домах все сверкало, словно улыбалось, в комнатах носился аромат ванили, из открытых окон пахло весной… Все приготовления кончались в последнюю субботу Великого Поста: тогда с утра ничего не ели ожидая розговен.
Ночью шли в церкви и Соборы к Пасхальной заутрени. Все были нарядны: девушки и молодые женщины в белых платьях, пожилые — в светлом; чиновники и военные в парадных мундирах. Крестьяне надевали вынутые из сундуков чистые наряды, украшаясь чем и как могли. Около 12-ти ночи из каждого Храма выходил Крестный Ход: духовенство в светлом облачении, священник — с крестом в руках, за ним прислужники во главе с Церковным Старостой. Несли хоругви, знамена и иконы. Сзади следовали прихожане с зажженными свечами в руках. Шествие обходило Храм снаружи, — у него закрывались входные двери.
По возвращении, священник, после краткой службы, дотрагивался крестом к запертым дверям, произнося: «Да воскреснет Бог и да расточатся врази Его». Тут двери отворялись, хор торжественно пел: «ХРИСТОС ВОСКРЕСЕ ИЗ МЕРТВЫХ, СМЕРТЬЮ СМЕРТЬ ПОПРАВ», а священник обращался к прихожанам: «Христос Воскресе!», — ему отвечали единогласно «Воистину Воскресе!», после чего духовенство и крестный ход входил в Церковь под ликующий звон колоколов. Все Храмы были парадно освещены, иконы украшены цветами. Часть прихожан оставалась на всю службу до утра, другие расходились по домам, поздравляя друг друга с праздником, христосовались обмениваясь троекратным поцелуем.
Возле Храмов стояли на длинных столах куличи, паски и крашенные яйца. Прочтя над ними молитву, священник их благословлял, кропил святой водой, после чего прихожане уносили их домой.
В городах горели иллюминации, мерцали плошки на куполах Соборов и Церквей, беспрестанно звонили колокола. В последующие дни, желающим разрешалось взбираться на колокольни и звонить, кто как умел. Не могу забыть величественного зрелища Исаакиевского Собора в С. Петербурге, где 4 Ангела бронзовых держали в руке ярко горящие факелы.
В России (до революции)
был прекрасный обычай, соблюдаемый во многих домах, — а именно: часть того что было приготовлено для пасхального стола, отделялась, наполняли этим большие корзины и разносили: заключенным в тюрьмах, в больницы, в богадельни, сиротские дома или беднякам. Многие, особенно среди купцов, держали во дворе или в подвальном помещении стол с пасхальными кушаньями; к нему шли все кто хотел: вдовцы, холостяки, странники, ходившие по матушке-России, бедняки и нищие. Все были желанными, никому не могло быть отказа. В праздник Пасхи все в России были сыты и довольны.»
Т.А. Смирнова-Макшеева, "Воспоминания. Письма".
С понедельника начиналась 1-я неделя Великого Поста. Благочестивые люди, обитатели монастырей, крестьяне, — не брали в рот мясного, молочных продуктов яиц и конечно, лакомств. Некоторые даже воздерживались от сахара и не ели рыбы; питались кашами, супом, пирогами, кислой капустой, овощами, заправленными постным маслом.
В Церквях шли беспрерывные службы, сопровождаемые грустными напевами; священник и клир были в темных одеяниях. На 1-ой, 4-ой и 7-ой неделе прихожане говели: постились, исповедовались и причащались.
На последней неделе начинались приготовления к празднику; с четверга принимались варить и красить яйца, растирали творог для пасок, ставили тесто для куличей и баб, готовили разные жаркие, запекали окорока, жарили птиц и поросят. Усердно чистили свои жилища — скребли полы, натирали паркеты, мыли и крахмалили занавески и скатерти, полировали мебель, чистили серебро и ризы на иконах. После этого, в домах все сверкало, словно улыбалось, в комнатах носился аромат ванили, из открытых окон пахло весной… Все приготовления кончались в последнюю субботу Великого Поста: тогда с утра ничего не ели ожидая розговен.
Ночью шли в церкви и Соборы к Пасхальной заутрени. Все были нарядны: девушки и молодые женщины в белых платьях, пожилые — в светлом; чиновники и военные в парадных мундирах. Крестьяне надевали вынутые из сундуков чистые наряды, украшаясь чем и как могли. Около 12-ти ночи из каждого Храма выходил Крестный Ход: духовенство в светлом облачении, священник — с крестом в руках, за ним прислужники во главе с Церковным Старостой. Несли хоругви, знамена и иконы. Сзади следовали прихожане с зажженными свечами в руках. Шествие обходило Храм снаружи, — у него закрывались входные двери.
По возвращении, священник, после краткой службы, дотрагивался крестом к запертым дверям, произнося: «Да воскреснет Бог и да расточатся врази Его». Тут двери отворялись, хор торжественно пел: «ХРИСТОС ВОСКРЕСЕ ИЗ МЕРТВЫХ, СМЕРТЬЮ СМЕРТЬ ПОПРАВ», а священник обращался к прихожанам: «Христос Воскресе!», — ему отвечали единогласно «Воистину Воскресе!», после чего духовенство и крестный ход входил в Церковь под ликующий звон колоколов. Все Храмы были парадно освещены, иконы украшены цветами. Часть прихожан оставалась на всю службу до утра, другие расходились по домам, поздравляя друг друга с праздником, христосовались обмениваясь троекратным поцелуем.
Возле Храмов стояли на длинных столах куличи, паски и крашенные яйца. Прочтя над ними молитву, священник их благословлял, кропил святой водой, после чего прихожане уносили их домой.
В городах горели иллюминации, мерцали плошки на куполах Соборов и Церквей, беспрестанно звонили колокола. В последующие дни, желающим разрешалось взбираться на колокольни и звонить, кто как умел. Не могу забыть величественного зрелища Исаакиевского Собора в С. Петербурге, где 4 Ангела бронзовых держали в руке ярко горящие факелы.
В России (до революции)
был прекрасный обычай, соблюдаемый во многих домах, — а именно: часть того что было приготовлено для пасхального стола, отделялась, наполняли этим большие корзины и разносили: заключенным в тюрьмах, в больницы, в богадельни, сиротские дома или беднякам. Многие, особенно среди купцов, держали во дворе или в подвальном помещении стол с пасхальными кушаньями; к нему шли все кто хотел: вдовцы, холостяки, странники, ходившие по матушке-России, бедняки и нищие. Все были желанными, никому не могло быть отказа. В праздник Пасхи все в России были сыты и довольны.»
Т.А. Смирнова-Макшеева, "Воспоминания. Письма".
Forwarded from Богемские манускрипты
Каждый раз, когда я слышу, что пожарный, спасая людей, пошёл в огонь и не вернулся, или что лётчик так и не воспользовался катапультой, до последнего пытаясь увести падающий самолёт подальше от жилых кварталов, или что офицер остался один с пулемётом, прикрывая отход новобранцев, я вспоминаю выражение смертью смерть поправ.
Люди благородные и самоотверженные есть везде. Но христианская культура насвозь пропитана убеждением, что смертью можно попрать смерть, а ближнего нужно любить, как самого себя. А значит, смотреть в глаза смерти не страшно, и можно видеть в людях людей.
И я склонен думать, что не только преимущество мушкета перед луком, само по себе довольно незначительное, позволило христианам пересечь океаны и искоренить культы, построенные на вырывании сердец и ритуальном каннибализме. И не случайно рабство практиковали все, а отменили его христиане.
С праздником вас! Христос воскрес! Смертью смерть поправ.
(Она от него не уйдет)
#bohemicus
Люди благородные и самоотверженные есть везде. Но христианская культура насвозь пропитана убеждением, что смертью можно попрать смерть, а ближнего нужно любить, как самого себя. А значит, смотреть в глаза смерти не страшно, и можно видеть в людях людей.
И я склонен думать, что не только преимущество мушкета перед луком, само по себе довольно незначительное, позволило христианам пересечь океаны и искоренить культы, построенные на вырывании сердец и ритуальном каннибализме. И не случайно рабство практиковали все, а отменили его христиане.
С праздником вас! Христос воскрес! Смертью смерть поправ.
(Она от него не уйдет)
#bohemicus
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
Наигрыш на гуслях. Исполняет Прасковья Ивановна Дмитриева, 1910 года рождения, жительница деревни Новочистка Пестовского района Новгородской области.
Эх, Русь моя ушедшая(((
услышим ли мы тебя ещё снова?
Эх, Русь моя ушедшая(((
услышим ли мы тебя ещё снова?
Вечеринка в ленинградском кафе. Так и не скажешь, что это наши 1960-е. Не совковое совсем фото, правда же?)
А всё потому, что совок и наступил не в 1917м. Совок - это результат длительной деградации нашего социума вследствие его разрыва с собственной Традицией в пользу марксистской утопии во всех её ленинско-сталинских извращениях (хотя извратить изначально извращённое миропонимание надо ещё уметь). За год или даже за пару десятков лет подобное провернуть не под силу никаким большевикам, тем более - с такой мощной нацией, потому и потребовалась смена нескольких поколений. Пока в русском народе, пускай и переименованном в «советский», по естественной инерции преобладали носители подлинной России, Советский Союз, при всех известных оговорках, оставался не только жизнеспособным, а добился всех своих побед и выглядел иначе, по-человечески, что ли. Когда же на первый план окончательно вышли люди, воспитанные уже родившимися в СССР родителями, тогда-то и наступил мрак. Из которого мы лишь сейчас начинаем выходить.
А всё потому, что совок и наступил не в 1917м. Совок - это результат длительной деградации нашего социума вследствие его разрыва с собственной Традицией в пользу марксистской утопии во всех её ленинско-сталинских извращениях (хотя извратить изначально извращённое миропонимание надо ещё уметь). За год или даже за пару десятков лет подобное провернуть не под силу никаким большевикам, тем более - с такой мощной нацией, потому и потребовалась смена нескольких поколений. Пока в русском народе, пускай и переименованном в «советский», по естественной инерции преобладали носители подлинной России, Советский Союз, при всех известных оговорках, оставался не только жизнеспособным, а добился всех своих побед и выглядел иначе, по-человечески, что ли. Когда же на первый план окончательно вышли люди, воспитанные уже родившимися в СССР родителями, тогда-то и наступил мрак. Из которого мы лишь сейчас начинаем выходить.
Forwarded from Рябчики въ сметанѣ
Что такое совѣтская кухня?
Передъ вами меню ресторана «Огни Ангары» (какое красивое, звучное названіе), находившагося въ селѣ Кежма Красноярскаго края. Село стояло на берегу реки Ангары и было затоплено въ 2012 году въ связи со строительствомъ Богучанской ГЭС. Да! Оказывается, въ наше время ещё продолжалась (продолжается?) эта чудовищная совѣтская практика съ затопленіемъ городовъ и сёлъ для строительства водохранилищъ.
Село Кежма, ещё разъ, стояло на берегу реки Ангары. И что же мы видимъ въ раздѣле «Рыбныя горячія блюда»? А ничего, пустоту. Вѣтеръ гуляетъ и въ раздѣлахъ «фирменныхъ» и «заказныхъ» блюдъ. Изъ рыбныхъ блюдъ въ этомъ ресторанѣ (!) только килька въ томатномъ соусѣ изъ банки да харіусъ съ зелёнымъ горошкомъ, тоже изъ банки.
Что же такое совѣтская кухня? А это когда сидишь ты на берегу реки Ангары, гдѣ водятся нельма, сигъ, таймень, осётръ, щука, окунь, — и ѣшь кильку въ томатномъ соусѣ. Когда же на мѣсто одной пустоты приходитъ другая — съ привезённымъ из-за тридевятиземель тунцомъ, авокадо и кокосовымъ молокомъ — совѣтская кухня становится россійской (россіянской).
Казалось бы, всё рыбное богатство Сибири у тебя подъ носомъ: бери да готовь. Но нельзя: во-первыхъ, «Сборникъ рецептуръ» не велитъ. Во-вторыхъ, готовить не по сборнику совѣтскіе повара не умѣли (а полуфабрикаты съ консервами вконецъ ихъ развратили). Въ-третьихъ, чёртъ его знаетъ, что тамъ стало съ этой рыбой въ результатѣ индустріализаціи по-совѣтски.
Передъ вами меню ресторана «Огни Ангары» (какое красивое, звучное названіе), находившагося въ селѣ Кежма Красноярскаго края. Село стояло на берегу реки Ангары и было затоплено въ 2012 году въ связи со строительствомъ Богучанской ГЭС. Да! Оказывается, въ наше время ещё продолжалась (продолжается?) эта чудовищная совѣтская практика съ затопленіемъ городовъ и сёлъ для строительства водохранилищъ.
Село Кежма, ещё разъ, стояло на берегу реки Ангары. И что же мы видимъ въ раздѣле «Рыбныя горячія блюда»? А ничего, пустоту. Вѣтеръ гуляетъ и въ раздѣлахъ «фирменныхъ» и «заказныхъ» блюдъ. Изъ рыбныхъ блюдъ въ этомъ ресторанѣ (!) только килька въ томатномъ соусѣ изъ банки да харіусъ съ зелёнымъ горошкомъ, тоже изъ банки.
Что же такое совѣтская кухня? А это когда сидишь ты на берегу реки Ангары, гдѣ водятся нельма, сигъ, таймень, осётръ, щука, окунь, — и ѣшь кильку въ томатномъ соусѣ. Когда же на мѣсто одной пустоты приходитъ другая — съ привезённымъ из-за тридевятиземель тунцомъ, авокадо и кокосовымъ молокомъ — совѣтская кухня становится россійской (россіянской).
Казалось бы, всё рыбное богатство Сибири у тебя подъ носомъ: бери да готовь. Но нельзя: во-первыхъ, «Сборникъ рецептуръ» не велитъ. Во-вторыхъ, готовить не по сборнику совѣтскіе повара не умѣли (а полуфабрикаты съ консервами вконецъ ихъ развратили). Въ-третьихъ, чёртъ его знаетъ, что тамъ стало съ этой рыбой въ результатѣ индустріализаціи по-совѣтски.
Livejournal
1989. Меню сельского ресторана «Огни Ангары» села Кежма от 13 ноября
источник
Дом Ермолаева-Зверева - трёхэтажное здание в стиле модерн, находившееся в Туле на пересечении улиц Киевской (проспект Ленина, ныне - площадь Ленина) и Лопатинской (ныне - Менделеевская). Построен в 1909 году. Так как тогда это был центр города, дом сдавался под помещения, в которых располагались магазины, различные агентства и даже гостиница («Петербургская»). После 1917 г. здание занимали разные исполкомы, а в конце 1950-х в нём расположился музей оружия.
В 1970-х в Туле началась "реконструкция" центра города, в ходе которой был снесён квартал исторических домов, построено здание администрации города и области, а также новообразована площадь Ленина. Несмотря на тотальную зачистку центра, дом пережил многих своих собратьев - и простоял примерно до 1986 г. Вначале его пытались сделать частью площади, для чего успели покрасить в красный цвет и на торце изобразить одну из цитат Ленина. Но в конце концов снесли.
В данный момент на месте дома - газон у Дома Советов, здания администрации Тульской области и Тулы.
В 1970-х в Туле началась "реконструкция" центра города, в ходе которой был снесён квартал исторических домов, построено здание администрации города и области, а также новообразована площадь Ленина. Несмотря на тотальную зачистку центра, дом пережил многих своих собратьев - и простоял примерно до 1986 г. Вначале его пытались сделать частью площади, для чего успели покрасить в красный цвет и на торце изобразить одну из цитат Ленина. Но в конце концов снесли.
В данный момент на месте дома - газон у Дома Советов, здания администрации Тульской области и Тулы.
«В преддверии празднования Дня Победы с 6 мая открыто прямое сообщение поездами «Ласточка» между Москвой и Ржевским мемориалом Советскому солдату.
Для запуска поездов ОАО «РЖД» в кратчайшие сроки построило новый вокзал и платформу Ржевский мемориал, а также благоустроило прилегающую территорию. Для удобной пересадки с поездов на автобусы до мемориального комплекса здесь также возведена автобусная остановка.
«Ласточки» ежедневно будут совершать по два рейса из Москвы и от Ржевского мемориала с остановками в Истре, Волоколамске и ряде других городов. Кроме того, для удобства пассажиров и повышения транспортной доступности Ржевского мемориала Советскому солдату в праздничные дни мая (с 8 по 10 мая) будет курсировать дополнительная «Ласточка» с Ленинградского вокзала. Она проследует другим маршрутом – через Тверь, Торжок и Старицу.»
Доказательство того, что и РЖД порой умеет не только в карательные акции.
Для запуска поездов ОАО «РЖД» в кратчайшие сроки построило новый вокзал и платформу Ржевский мемориал, а также благоустроило прилегающую территорию. Для удобной пересадки с поездов на автобусы до мемориального комплекса здесь также возведена автобусная остановка.
«Ласточки» ежедневно будут совершать по два рейса из Москвы и от Ржевского мемориала с остановками в Истре, Волоколамске и ряде других городов. Кроме того, для удобства пассажиров и повышения транспортной доступности Ржевского мемориала Советскому солдату в праздничные дни мая (с 8 по 10 мая) будет курсировать дополнительная «Ласточка» с Ленинградского вокзала. Она проследует другим маршрутом – через Тверь, Торжок и Старицу.»
Доказательство того, что и РЖД порой умеет не только в карательные акции.
Forwarded from Рябчики въ сметанѣ
Было: «Кондитерскія горятъ огнями, мѣдью и краснымъ лакомъ зеркально-сверкающихъ простѣнковъ. Окна завалены доверху: атласныя голубыя бонбоньерки, — на Пасху алыя! — въ мелко воздушныхъ буфчикахъ, съ золотыми застежками, — съ деликатнѣйшимъ шоколадомъ отъ Эйнема, отъ Абрикосова, отъ Сіу... пуншевая, Бормана, карамель-бочонки, розсыпи монпансье Ландрина, шашечки-сливки Флея, ромовыя буше отъ Фельца, пирожныя отъ Трамбле... Барышни-продавщицы замотались: заказы и заказы, на супъ-англезъ, на парижскій пирогъ въ мороженомъ, на ромовые кексы и пломбиры».
Стало: «Утром 4 января 1991 года у магазина „Хлеб“ на проспекте Калинина [Новый Арбат], 46 в Москве началась распродажа всемирно известного шоколада не менее известной корпорации „Марс“, решившей за рубли познакомить со своей продукцией советских граждан. Своеобразие отечественного рынка, как и ожидали, начало ощущаться с утра, задолго до намеченного часа открытия торговли. Ввиду того, что очередь начала приобретать угрожающие для проспекта Калинина и магазина „Хлеб“ масштабы, шоколад стали отпускать за несколько часов раньше.
Корпорация рассчитывает продержаться в Москве с неделю-полторы — пока не кончится завезенный в столицу шоколад. Милиция у входа в магазин, по данным нашего фотокорреспондента, пока контролирует ситуацию».
Стало: «Утром 4 января 1991 года у магазина „Хлеб“ на проспекте Калинина [Новый Арбат], 46 в Москве началась распродажа всемирно известного шоколада не менее известной корпорации „Марс“, решившей за рубли познакомить со своей продукцией советских граждан. Своеобразие отечественного рынка, как и ожидали, начало ощущаться с утра, задолго до намеченного часа открытия торговли. Ввиду того, что очередь начала приобретать угрожающие для проспекта Калинина и магазина „Хлеб“ масштабы, шоколад стали отпускать за несколько часов раньше.
Корпорация рассчитывает продержаться в Москве с неделю-полторы — пока не кончится завезенный в столицу шоколад. Милиция у входа в магазин, по данным нашего фотокорреспондента, пока контролирует ситуацию».
На фото - Мурманск в 1953 году. Снимок из архива майора Мартина Манхофа, работавшего помощником военного атташе в посольстве США в СССР вплоть до своей высылки из страны в 1954 г.
Красиво же. Мне вот как-то и в голову раньше не приходило, что город мог выглядеть иначе, чем он смотрится на нынешних панорамных фотографиях за силуэтом «Алёши».
Последний город, основанный в РИ, причём прямо во время Великой войны (да, именно в тяжёлые годы непосильной для народа империалистической бойни проклятый царизм закладывает самый крупный - и по сей день - в мире город за северным полярным кругом), в годы войны уже Великой Отечественной по количеству и плотности нанесённых бомбовых ударов он уступил лишь Сталинграду; как результат - уничтожено почти три четверти строений, так что к концу войны Мурманск был почти полностью сожжен.
А массовая панельная застройка, начавшаяся с 1960х, уже окончательно превратила Романов-на-Мурмане в современный Мурманск.
Красиво же. Мне вот как-то и в голову раньше не приходило, что город мог выглядеть иначе, чем он смотрится на нынешних панорамных фотографиях за силуэтом «Алёши».
Последний город, основанный в РИ, причём прямо во время Великой войны (да, именно в тяжёлые годы непосильной для народа империалистической бойни проклятый царизм закладывает самый крупный - и по сей день - в мире город за северным полярным кругом), в годы войны уже Великой Отечественной по количеству и плотности нанесённых бомбовых ударов он уступил лишь Сталинграду; как результат - уничтожено почти три четверти строений, так что к концу войны Мурманск был почти полностью сожжен.
А массовая панельная застройка, начавшаяся с 1960х, уже окончательно превратила Романов-на-Мурмане в современный Мурманск.
О взятии Рейхстага в 1945 г. немецким депутатам ежедневно напоминают надписи, сделанные советскими солдатами. Благодаря специальной реставрационной технологии сейчас они выглядят так, будто появились только вчера.
(Правда, часть из них убрали под штукатурку (но так, чтобы их законсервировать и сохранить), а надписи, содержавшие нецензурные слова, удалили совсем, предварительно согласовав это с российскими дипломатами).
Вот это хорошо. Сразу видно, кто внёс решающий вклад в дело уничтожения зверя. Достаточно взглянуть, на каком языке расписаны стены его логова.
Хотя я бы и нецензурные тоже оставил, чтобы они со всех сторон фрицев окружали. Потому что победителей не судят. Нам так ещё матушка-государыня Екатерина завещала.
(Правда, часть из них убрали под штукатурку (но так, чтобы их законсервировать и сохранить), а надписи, содержавшие нецензурные слова, удалили совсем, предварительно согласовав это с российскими дипломатами).
Вот это хорошо. Сразу видно, кто внёс решающий вклад в дело уничтожения зверя. Достаточно взглянуть, на каком языке расписаны стены его логова.
Хотя я бы и нецензурные тоже оставил, чтобы они со всех сторон фрицев окружали. Потому что победителей не судят. Нам так ещё матушка-государыня Екатерина завещала.