9 лет назад я переехала в Берлин. Запихала нажитый скарб в пару челночных сумок и отправилась покорять столицу.

На деле я ехала на год-другой — зачекиниться перед отъездом, посидеть на дорожку. А дальше — самолётом, туннелем, вплавь, но на остров. Где говорят по-английски, смеются над политиками и лопают кейки в противоестественных объёмах.

С собой в Берлин я притащила главное сокровище — китайский костюм единорога из дермантина. Изначально он был куплен для Фашинга — весеннего карнавала. План был напялить его поверх сноубордического костюма и кататься в Гармише по скромным немецким Альпам.

Костюм оказался из удивительной ткани, которая намокала от воздуха и становилась невыносимо тяжёлой. Поэтому на всех фотографиях с фестиваля я стою в полуспущенном костюме и с крайне недовольной физиономией.

Но в домашней обстановке единорог заменил пижаму: на его расползающиеся швы было не жалко капать чаем и мёдом.

Кажется, я избавилась от костюма в первые же месяцы после переезда. Быстрее, чем планировала избавиться от Берлина. В марте будет 10 лет, как я в столице. Покорять, оказалось, нечего. Возможно, стоит купить новый костюм.

Нет ничего увлекательнее, чем читать про страдания эмигрантов других столетий.

В 1888 году голландский художник Ван Гог переехал в Арль — старинный городок на юге Франции, в регионе Прованс. Одна из наиболее острых проблем, с которой художник столкнулся после переезда, — еда. В письмах брату Тео Ван Гог жаловался, что вся еда масляная и пахнет чесноком. Привыкший к царице стола — картошке, Ван Гог обнаружил, что на юге Франции картошку воспринимали как корм для скота и не подавали ни в каком виде ни в одном из ресторанов города.

Фасоль, чечевица, овощи и много оливкового масла — вот стандартный прованский стол. Ван Гог страдал от отсутствия питательной пищи вроде привычной картошки с хлебом и мечтал о плотном мясном бульоне.

Чтобы вы понимали, насколько серьёзными были отношения Ван Гога с картошкой, одно из первых его заметных произведений — «Едоки картофеля».

Даже если вы вообще не интересуетесь музыкой, вы наверняка слышали имя Джорджа Гершвина. Или хотя бы распознаете легендарное соло кларнета в начале Rhapsody in Blue, которое звучит в открывающей сцене вуди-алленовского «Манхэттена».

Отец Гершвина, Моисей Гершовиц, был родом из Санкт-Петербурга. Он вместе с женой покинул царскую Россию, опасаясь еврейских погромов. В 1890 году он прибыл в Нью-Йорк, где тут же превратился в американца Морриса Гершвина.

Многочисленные дети Гершвиных, среди которых братья Ира и Джордж (изначально Якоб) - первое поколение американцев от родителей-эмигрантов, которые стали самыми «американскими американцами». Позже именно Гершвины создадут то, что впоследствии назовут американской музыкальной классикой.

Несмотря на гигантское наследие — одна только Summertime (perhaps the most covered song in history — over 25,000 versions exist) чего стоит — Гершвин умер очень молодым, в 38 лет, от опухоли мозга.

Возвращаясь к Summertime: вам, скорее всего, эта композиция знакома в легендарном, томном исполнении Эллы Фитцжеральд и Луи Армстронга. Узнать её в оригинальном исполнении Гершвина будет непросто. Если захочется чего-то необычного — послушайте версию Дженис Джоплин.

Одно из самых любопытных достижений Гершвина — попытка написать первую Negro Opera — Porgy and Bess (1935). Это была первая крупная американская опера с полностью чернокожим составом и музыкой, основанной на афроамериканских традициях. Мнения сразу разделились: одни признавали в Гершвине гения и видели в постановке первую «чёрную» оперу, другие категорически утверждали, что белый человек не может написать «чёрную» оперу.

Наследие Гершвина пережило его на многие десятилетия и стало той самой американской классикой, которую сын русско-еврейских эмигрантов мечтал создать для своей новой родины. В 1984 году на открытии Олимпийских игр в Лос-Анджелесе 84 пианиста исполняли Rhapsody in Blue — навсегда закрепив за ней статус классики американской музыки.

https://www.youtube.com/watch?v=bn5TNqjuHiU&list=RDbn5TNqjuHiU&start_radio=1

Интересное про Mies van der Rohe. Ludwig Mies van der Rohe (1886–1969) — немецкий (что?! — да! Сейчас расскажу) архитектор из Аахена, тогда — части Германской империи, последний директор Баухауса, один из наиболее важных архитекторов XX века, сформировавший облик современного Чикаго.

Настоящее имя — Ludwig Mies. Rohe — фамилия матери, которую он решил присоединить к существующей фамилии, беззастенчиво используя высокоранговый оборот van der. Почему же не von der, он же немец? Потому что в Германии без бумажки никаких тебе «фонов», а с голландскими приставками можно играться как вздумается.

Mies van der Rohe начинал свою карьеру с вполне классических вилл в Потсдаме и Берлине, но уже к 1920-м облюбовал выражение less is more и потянул все свои проекты строго вверх. Одна из первых задумок — трёхлистый небоскрёб возле S Friedrichstraße в Берлине. Проект не был одобрен, и впоследствии архитектор отыграется на Америке, где выстроит целый взвод небоскрёбов из стекла и металла.

Интересным для меня оказалось то, что Mies van der Rohe успел наследить и в моём родном Санкт-Петербурге. В самом начале своей карьеры, когда Mies начал работать под руководством Петера Беренса в Берлине, он был назначен руководителем строительства посольства Германской империи в Петербурге. Монументальное здание из тёмно-красного шведского гранита по-прежнему расположено на Исаакиевской площади. До 1941 года служило около-немецким посольством-консульством, во время блокады Ленинграда — военным госпиталем, после войны в здании был размещён институт физики полупроводников. Сейчас здание, как и всё остальное в стране, прибрала к рукам комиссия при президенте РФ. Квадригу сняли, фасад восстановили. Здание стало одним из главных источников вдохновения тоталитарной эстетики, было обожаемо Гитлером и уважаемо Сталиным.

Посмотрели вчера Mr. Nobody Against Putin. Пожалуй, лучшая документалка о современной России, скатывающейся в оруэлловщину-замятинщину. История учителя-массовика-затейника из провинциальной школы самого грязного города России — Карабаша.

На протяжении нескольких лет он снимал, как обычная школа, в целом даже неплохая для города с населением в 10 000 человек, превращается с каждым новым распоряжением от Минздрава в орудие пропаганды и промывания мозгов детям.

Фильм снят очень легко, местами весело и очень искренне. Сплошной вайб «Наивно. Супер.». Фильм уже получил специальную награду «Сандэнса», и мне сложно придумать более сандэнсовский материал.
Отличное кино для 31 декабря. С наступающим!

https://youtu.be/dcUeDa8FK_8?si=FPs-XGy3GUq5n0ln

На захлестнувшей мир волне интереса к Венесуэле решила почитать про страну.

К моему удивлению, оба стереотипа, которые я ожидала встретить, не подтвердились. Венесуэла — чуть ли не единственная страна Латинской Америки, которая предпочитает бейсбол футболу, а также страна, не подарившая миру нобелевского лауреата по литературе.

Из любопытного: Венесуэла — одна из наиболее природно разнообразных стран на планете: джунгли, горы, пляжи, равнины, пустыни, ледники — в меню есть всё. Ещё в Венесуэле самый высокий водопад — Angel Falls (979 м) — и уникальное место, куда молнии ударяют около 300 раз в год — Catatumbo lightning.

И на десерт: в Венесуэле расположены самые большие подтверждённые запасы нефти на Земле — Трамп об этом прочитал в твиттере.

Венесуэла подарила миру великого освободителя Симона Боливара (1783–1830), который отвоевал независимость пяти латиноамериканским странам (Венесуэле, Колумбии, Эквадору, Перу, Боливии — названной так в честь Боливара) от испанского ига и мечтал о создании Великой Колумбии. Умер бедным и больным в 47 лет, полагая, что его жизнь — полный провал.

В Венесуэле, как и во многих странах региона, симпатичная модернистская и бруталистская архитектура.

Ну и напоследок: Венесуэла — большая страна, сравнимая с Пакистаном или Нигерией по территории. Больше Турции и чуть меньше Египта. По населению — между Австралией и Канадой. Для европоцентричных: по размеру Испания + Германия, по населению Португалия + Бельгия (26-26 мил).

По ходу, вселенная дала Венесуэле практически всё кроме спокойной биографии.