В 2024 году в России зафиксировали 1234 опасных гидрометеорологических явления — максимум за 15 лет. При этом каждый градус потепления потенциально «съедает» до 3,1 трлн рублей годового ВВП. Это не абстракция — это инфраструктурные, транспортные и сельскохозяйственные риски прямо сейчас. Такие выводы можно сделать из второго ежегодного доклада о климатической повестке России, который представили на ПМЭФ и о котором сегодня пишут «Известия».

В 2025 году средняя температура на территории России, как в европейской, так и в азиатской части, оказалась среди 5 самых высоких за всю историю наблюдений с 1936 года. Параллельно с климатом должна меняться и регуляторика, уверены эксперты. И власть старается идти в ногу со временем. Так, в планы Правительства включены цели по адаптации и мониторингу климатически активных веществ, внесены изменения в Лесной кодекс, идёт гармонизация с CORSIA, обновлены требования к отчётности. Климатическая повестка в стране развивается, несмотря на внешние и внутренние вызовы.

Это важно проговорить. Мы часто слышим, что Россия — вне климатической повестки. Это не так. Второй ОНУВ подан, лесоклиматические проекты получили правовую базу, реестр углеродных единиц работает. Другой вопрос — насколько это реализуемо на практике.

Как рассказал первый заместитель председателя комитета по экологии и климатической политике РСПП Сергей Твердохлеб, пересмотр методик для лесных почв даёт прирост поглощения на 290 млн тонн CO₂-эквивалента к 2030 году, пахотные почвы и кормовые угодья — ещё 150 млн тонн к 2035-му, а потенциал климатических проектов в экосистемах оценивается в 475 млн тонн годовых поглощений. В сумме эти цифры сопоставимы с выбросами крупных отраслей. Но чтобы их достичь, нужно системно развивать климатическую науку и формировать привлекательные условия для реализации проектов.

Здесь мы сталкиваемся с главным вопросом. Потенциал огромен, инструменты создаются. Но между принятием законов и реальным поглощением углерода — огромная дистанция. И вот этот путь куда интереснее, чем сами рекорды температур.

Британия отказывается от амбициозной цели по электромобилям к 2030 году — вместо 80% новых машин с нулевым выбросом потолок снизят примерно до 50%. Решение принял лично премьер Кир Стармер под давлением автопрома и профсоюзов.

Изначальный план был жёстким: с 2030 года в стране перестают продавать машины на чистом ДВС, а к 2035-му — только электрические. План ввёл ещё Борис Джонсон в 2020-м, в 2024-м он заработал: 22% продаж должны быть нулевыми, 28% в 2025-м, 33% в 2026-м.

Профсоюзы выступили против климатической повестки — редкая для Британии ситуация. Генсек Unite Шэрон Грэм заявила, что мандат «вносит решающий вклад в потерю рабочих мест» и угрожает «уничтожением автомобильной отрасли». Производители намекали на вывод инвестиций.

Финальная цифра ещё не утверждена — правительство запускает консультации, обсуждают коридор от 50% до 70%. И целевые 100% к 2035 году тоже могут пересмотреть: Евросоюз свой аналогичный потолок уже сдвинул.

Важный шаг к цикличности: СберСити и СИБУР запустили проект по сбору и переработке пластиковой тары из-под лакокрасочных материалов. До 2030 года в производственный цикл должны вернуться свыше 50 тысяч единиц такой упаковки общим весом 17,5 тонн.

Раздельно собранный на стройплощадках материал очистят, переработают в гранулу Vivilen с вовлечением до 25% вторсырья и используют для выпуска новой продукции – упаковки для будущей краски для трендовых интерьеров. Фактически, речь идет о создании полноценной замкнутой цепочки обращения с пластиком.

Такая упаковка с вовлечением вторичного пластика уже активно используется: популярный производитель красок Tikkivala выпускает ведра из гранулы Vivilen.

Помимо прочего, реализация инициативы СберСити и СИБУРа позволит сократить выбросы СО2 на более 5 тонн к 2030 году.

Самые жаркие ночи года теплеют быстрее самых жарких дней — 0,32°C против 0,27°C за десятилетие. Это вывод глобального исследования теплового стресса с 1950 года, опубликованного в Nature Climate Change.

Разница кажется небольшой, но именно ночная жара убивает: организм не успевает восстановиться, растёт смертность от сердечно-сосудистых и респираторных болезней. А жара в целом — главная погодная причина смертей в мире.

Учёные использовали индекс UTCI — «ощущаемую температуру», которая учитывает влажность, ветер и излучение. Из-за нелинейности она растёт быстрее обычной: при одинаковом потеплении в жарких условиях тело страдает сильнее, чем показывает термометр. В некоторых регионах добавилось до 50 дней теплового стресса в год, а сезон жары стал заметно длиннее.

Опасная жара пришла туда, где её раньше не было — географический след расширился на все континенты. Параллельно растут компаунд-события, когда жаркий день переходит в жаркую ночь: они стали чаще, сильнее и продолжительнее.

Готовиться к подъёму моря на 2,15 метра к 2150 году — теперь обязанность владельцев прибрежной земли в Сингапуре. Новый Кодекс береговой защиты вступит в силу с 2028 года, за неисполнение — штрафы и тюрьма.

Правила привязаны к сроку аренды. У кого осталось больше 30 лет — планируют защиту под худший климатический сценарий: 2,15 метра к 2150 году. У кого меньше — под 0,7 метра к 2050 году. Сооружения должны прослужить минимум 120 лет, с ежегодными декларациями о состоянии.

Реальная высота дамб будет заметно выше расчётной. При штормовых нагонах и приливах уровень воды у берега может достигать 5 метров — против средних прогнозных 1,15 метра к 2100 году. PUB обещает запустить онлайн-калькулятор для архитекторов.

Под закон попадают около 100 землевладельцев — в основном верфи, порты, нефтегаз и производство на Джуронге, Туасе и Сеноко. Государству принадлежит 70% побережья, остальное — промышленность, которой теперь предложат скидываться на общие береговые склоны длиной в километры. Предупреждение перед началом работ — 10 лет.

Криптофермой на коровьем навозе теперь никого не удивишь — но в Нью-Йорке такая установка впервые в США работает на промышленном масштабе. На ферме Lent Hill 4000 коров и два гигантских купола-метантенка, которые перерабатывают навоз и пищевые отходы в биогаз, а тот питает майнинг прямо на месте.

Проект компании Ag-Grid Energy утилизирует 170 тонн пищевых отходов в день. Следующий шаг — не криптомайнинг, а дата-центры: их в США уже 4,9% всего электропотребления, к 2030 году цифра может удвоиться. Идея — тянуть оптоволокно от небольших ферм к локальным ЦОД.

Техногиганты смотрят шире. Microsoft договорилась с Enchanted Rock о биогазе для резервного питания дата-центров в Калифорнии. Vanguard Renewables из портфеля BlackRock прямо называет биогаз «топливом эпохи ИИ».

Только это не переход на чистую энергию, а способ продлить жизнь газовой инфраструктуре. Биогаз подмешивается в обычный природный газ — и компания уже отчитывается об «устойчивом» питании ЦОД.

Всемирный банк отказывается от цели направлять 45% финансирования на климатические проекты — под давлением администрации Трампа, крупнейшего акционера организации.

Цель поставили в 2020-м: сначала 35%, потом подняли до 45%. За пять лет климатическое финансирование банка выросло с $17 до $39 миллиардов в год — $16,6 миллиарда на адаптацию, $22,6 миллиарда на снижение выбросов.

2025-й стал первым годом, когда банк перевыполнил цель — 48%. И тем же годом, когда её решили снять.

Министр финансов США Скотт Бессент заявил, что цель «плодит неэффективность, искажает экономические решения и уводит банк от основной миссии» — борьбы с бедностью и роста экономики. Сам Трамп недавно назвал изменение климата «величайшей аферой в истории» и с первого дня второго срока разбирает климатическую повестку предшественников — начиная с выхода из Парижского соглашения.

Формально банк обещает продолжать климатическую работу — но теперь «по запросу клиентов», в рамках их национальных планов. Без цифр и обязательств.

Япония выделит $6,2 млрд на альтернативные белки и функциональное питание к 2040 году — но делать их будут не как в Америке, а через ферментацию, рисовую муку, водоросли и традиционные технологии приправ.

Это часть большого инвестиционного плана на $2,29 трлн в 17 стратегических секторах. На фудтех целиком уйдёт $60 млрд, и «новые продукты» — самая скромная статья в этой корзине.

Стратегия экспортная: сначала целятся в здоровье- и климатоосознанных потребителей Европы и США, потом в Азию. К 2040 году хотят выйти на ¥3 трлн продаж. Министерство сельского хозяйства уже устраивало дегустации фудтех-продуктов для послов — разгоняют спрос заранее.

Культивированное мясо в этот бюджет не вошло — для него готовят отдельную регуляторную рамку. А самая крупная статья в японском фудтехе — вертикальные фермы, $28,4 млрд. Там планируют выйти за пределы салатной зелени и продавать не сами овощи, а связку из оборудования, данных и know-how.

Два года юристы не могли доказать в суде, что заброшенные телефонные кабели AT&T на дне озера Тахо отравляют воду свинцом — не хватало $100 тысяч на научную экспертизу. Как только деньги нашлись, компания капитулировала за девять недель.

Кабели пролежали на дне десятилетиями: больше 45 тонн свинца медленно разлагались в одном из самых знаменитых озёр Америки. Калифорнийский альянс рыболовов подал иск ещё в 2021 году, но без проб и лабораторных тестов дело буксовало. Перелом наступил, когда некоммерческая WHEN Justice оплатила водолазов и изотопный анализ — он дал «отпечаток» свинца, совпавший с загрязнением в воде. AT&T подписала мировую и убрала кабели за несколько месяцев.

Экологические иски против корпораций всё чаще упираются не в право, а в деньги на науку. Пробы, эксперты, лабораторные тесты стоят сотни тысяч — небольшим НКО такие бюджеты не по карману. При этом именно они, а не государственные регуляторы, вытягивают большую часть реальных дел о загрязнении.

Обязательная ESG-отчётность в ЕС ужалась более чем на 70% по количеству показателей — Еврокомиссия финализировала пересмотренные стандарты ESRS и отправила их в Европарламент и Совет.

Это финальный шаг инициативы Omnibus I, запущенной в начале прошлого года для упрощения корпоративной отчётности. EFRAG, разработчик стандартов, сократил обязательные точки данных на 61% и убрал все добровольные раскрытия — суммарно вышло больше 70%.

Параллельно из-под директивы CSRD вывели 90% компаний: планку подняли до выручки €450 млн и 1000 сотрудников против прежних 250 человек. Для тех, кто остался под директивой, отчётность стала легче и ближе к международным стандартам ISSB — компаниям разрешили выбирать между финансовым и операционным контролем при подсчёте выбросов.

Управляющие активами теперь не обязаны раскрывать ESG-данные по клиентским инвестициям — это ключевое уточнение финальной версии.

Пластиковый мусор оказался инкубатором для супербактерий — микробы селятся на микропластике и учатся сопротивляться антибиотикам быстрее, чем где-либо ещё.

Антибиотикорезистентность (AMR) уже убивает около 5 миллионов человек в год. «Это экзистенциальная угроза, — говорит профессор Оксфорда Тим Уолш. — Скоро она будет убивать больше людей, чем туберкулёз, ВИЧ и малярия вместе, а может обогнать и рак».

Пластик и резистентность считали отдельными кризисами — оказалось, они питают друг друга. На поверхности пластиковых частиц образуется особая экосистема, которую учёные назвали «пластисферой». Бактерии там живут плотно, обмениваются генами устойчивости и эволюционируют быстрее, чем в обычной среде. Эксперимент в Бостонском университете показал: кишечная палочка, подсаженная на микропластик, приобретала резистентность заметно интенсивнее контрольной группы.

С 1950 года в мире произвели больше 8,3 миллиарда тонн пластика, и большая часть в итоге оказалась в окружающей среде.

Горбатый кит Пётр неделю провёл в рыболовных сетях в Баренцевом море — для краснокнижного животного каждый день в такой ловушке снижал шансы выжить.

Спасать его вышли на катере «Акуна Матата»: биологи, спасатели, пограничники и люди, которые не прошли мимо. Среди них был сотрудник департамента кибербезопасности Сбера — для него это уже вторая такая операция. Два года назад он помогал освобождать другого горбача, Станислава.

Тогда команда неделю шла за напуганным китом, которого к тому же защищала другая особь. Операция стала первой в России, когда кита освободили от сетей прямо в открытом море.

История с Петром продолжает тот же сценарий: спасение держится не только на службах и протоколах, но и на людях, которые в нужный момент оказываются рядом и делают больше, чем обязаны.