История новейшего времени (3/8)

В последние годы существования Советского Союза появилась возможность заявить о языке златокузнецов как языке, отдельном от даргинского. Известный врач, профессор Ибрагим Шамов выпустил в 1994 году книгу историй про Моллу Насреддине на нашем языке – «Молла Ситтала хабарте», а Фатима Абакарова в 1996 году издала книгу «Кубачинский фольклор». Этот год можно считать годом становления кубачинского языка как письменного.
В 90-е годы уже после развала СССР, учитель кубачинской средней школы Наибюлла Саидов-Аккутта подготовил первый в истории аула «Букварь» на нашем языке, издание которого оплатили мы с моим отцом Ахмедханом Ниналаловым. Затем были выпущены «Русско-кубачинский разговорник» Фатимы Абакаровой, «Русско-кубачинский словарь» Манабы Мунгиевой, «Кубачи. Язык и фольклор» доктора исторических наук Амирбека Магомедова и Набиюллы Саидова-Аккутта. При проведении переписи кто-то услышал, что уже можно причислить себя к той нации, к которой относишься в реальности. В 2002 году 47 дагестанцев, а в 2010 уже 120 человек объявили себя кубачинцами, хотя оценочно кубачинцев в Дагестане около 5000, по России 1800, и за рубежом около 200.

Инициатива Главы Республики (4/8)

Предложение Рамазана Абдулатипова о том, что необходимо, наконец, принять закон «О языках Республики Дагестан», в котором будут указаны все коренные языки Страны Гор, и прописаны все шаги по их поддержке и развитию, прозвучало в январе 2014 года. И началась работа над проектом этого закона. Но только беда в том, что обсуждение в Дагестанском научном центре РАН Российской Федерации, в Общественной палате Республики Дагестан проводилось без самого проекта закона.
В науке существуют критерии, согласно которым определяется, является то или иное наречие языком, или диалектом определенного языка. И если наука причисляет определенную общность людей к тому или другому языку, уже государственные структуры, в свою очередь, должны принимать соответствующие решения и законы. Однако прошло время волевых решений, по которым разные языки объединялись вокруг так называемых основных языков с определенными целями – увеличить формальное количество носителей того или иного языка. Или наоборот, раздробить один язык на несколько различных языков одной группы. Кстати, активнейший процесс своего рода ассимиляции происходит в соседнем Азербайджане, где все этнические дагестанцы получают в паспорте надпись «азербайджанец».
На обсуждениях прозвучало множество дельных предложений, которые стоило бы включить в проект закона, но или сам проект так засекречен, или он существует опять же, простите за тавтологию, только в проекте.
Но следом за всеми этими обсуждениями отсутствующего документа проводится обсуждение уже в Правительстве Дагестана, где много говорится о поддержке сохранения и развития языков республики, но называются всего 28 из более чем 40 языков, представленных в Дагестане.
И кубачинский язык вновь исчезает из списка. Выходит, права была моя первая учительница Нонна Евгеньевна, заявляя, что нас, кубачинцев не существует?

Мы – кубачинцы! (5/8)

Будучи депутатом Дахадаевского районного собрания, а затем его Председателем, я благополучно дремал на его заседаниях, так как основная часть выступлений велась на даргинском языке, из которого я понимал едва ли одно слово из 20-ти. Но я мгновенно просыпался, когда в выступлении докладчика звучало слово «Кубачи». У нас в кубачинской средней школе учат даргинский язык как родной, но я вырос в Махачкале, где для меня родным был кубачинский язык.
Всю нашу историю мы жили среди даргинцев, и, естественно, у нас в языке много слов, близких даргинским. Мы всегда знали и понимаем сегодня, что даргинцы самый близкий к нам народ, но никогда кубачинцы не отождествляли себя с даргинцами. Слово кубачинского языка «хюль» имеет несколько значений – и «даргинец», и «гость», и «кунак». Что такое для горца гость, а тем более кунак, наверное, объяснять не надо – это самый дорогой и близкий для гостеприимного хозяина человек. Даргинцы – самые дорогие и близкие нам люди, но они не мы и мы не они.

Аул мастеров (6/8)

Первое упоминание о стране кольчужников – Зирихгеране в информации восточных путешественников датируется VI веком нашей эры. Там говорится о стране мастеров, которая существует уже давно и известна во всем мире. Существует несколько версий происхождения кубачинцев – по одной они потомки мастеровых из войска Александра Македонского, согласно другой – потомки забредших на Кавказ французов, в соответствии с третьей – автохтонный народ, издревле проживавший на территории Сирагинского нагорья среди даргинских племен.
Во многих аулах Дагестана издревле были кварталы мастеров – кузнецов, лудильщиков, оружейников. А аул Кубачи всегда был аулом мастеров. В средние века из других районов Дагестана и не только Дагестана сюда приезжали и учились мастерству – переписчика арабских рукописей, резчика по камню или по дереву, оружейника, гравировщика – множество молодых людей. Научившись ремеслу или искусству, они оседали тут же, в Кубачи, и создавали свои семьи. Так, у нас сегодня есть рода, происходящие от русских, аварцев, лакцев, евреев и даргинцев.

Нация и бренд Дагестана (7/8)

Как то мы с заместителем министра труда Республики Дагестан кубачинцем Меджидом Ахмедовым были в гостях у одного высокопоставленного чиновника и, естественно, обсуждали проблемы аула Кубачи и его искусства. Разговор длился очень долго, и закончился очень неожиданно. В какой-то момент наш хозяин вспылил, вскочил и сказал:
– О чем вы говорите? Вы своими железками занимаетесь и все! А мы, – тут он немного запнулся, – землю пашем!
Никакую землю, конечно, он не пахал. Он всю жизнь руководил. Водил руками. А работали, пахали, сеяли, производили и творили совершенно другие люди.
Кубачинцы всю свою историю занимались, занимаются сегодня и будут заниматься в будущем своим ремеслом, искусством обработки драгоценного металла. И Кубачи были, есть и останутся брендом Дагестана независимо от того, какие инвестиционные проекты будут осуществляться в республике. Мы – кубачинцы, мастера и ювелиры, – лицо Дагестана независимо от того, будет поддержка со стороны государства или нет. Конечно, государственная поддержка времен советской власти помогла нам многократно увеличить объемы производства и поднять новые поколения настоящих мастеров. И благодаря этой поддержке Кубачинский художественный комбинат обеспечивал большую часть бюджета Дахадаевского района, и выделял деньги на строительство дорог и на другие нужды Кубачей и района. А если поддержка будет оказана и сегодня, она и сегодня сторицей окупится.
Если говорить о приоритетной программе «Бренд Дагестана», о возрождении национальных брендов республики, то сохранение самобытности и уникальности аула Кубачи, одного из главных брендов республики, его обычаев, обрядов и традиций, сохранение и развитие языка кубачинцев – одна из наших общих задач, если мы говорим о возрождении национальных брендов Дагестана.

Коренные малочисленные народы Дагестана (8/8)

В науке существуют более-менее четко определенные понятия, такие, как язык, наречие, диалект, говор. И существуют критерии, к какому именно говору какого диалекта какого наречия какого языка следует отнести речь того или иного города, селения, поселка, аула. Но до сих пор продолжаются споры, сколько же коренных языков в Дагестане, имеют ли этот статус более десятка андо-дидойских языков, кубачинский и кайтагский языки? Вместе с тем многие дагестанцы путают идентичность языковую с национальной, а национальную с этнической.
[...]
Это совершенно абсурдная ситуация, когда к коренным малочисленным народам причисляется многомиллионные русский и азербайджанский народы, миллионные аварский и чеченский народы, в то время как базовое условие для объявления народа малочисленным является именно ограничение по численности – не более 50 000 человек.
Из данного списка реально могут считаться малочисленными только агулы, таты, рутульцы и цахуры. Вместо того чтобы реально заниматься вопросами поддержки малочисленных народов, Государственный Совет Республики Дагестан, состоявший из представителей именно этих 14 титульных наций, попросту отмахнулся от проблемы.
Государственный Совет Республики Дагестан прекратил свое существование в 2006 году, сегодня структура управления республикой аналогична всем регионам России – Глава региона, Правительство и Народное собрание. Но и сегодня вопрос о малочисленных языках и народах Дагестана на повестке дня не стоит.

Среди общей массы даргинцев особняком стоят кайтаги. Особенность их положения заключается прежде всего в том, что они никогда себя даргинцами не называли. Соседи их также никогда не называли их даргинцами.
[М.-З. Османов, 1974, Дагестанский этнографический сборник, c. 146]

Таким образом, этнополитические подразделения даргинцев предстают в следующем виде: Акушинский суперсоюз, Сюргинский союз, даргинцы шамхальства; даргинцы, входящие в состав кайтагского уцмийства—Уцуми-Дарга (союзы обществ и магалы Гапш, Ганк; сюда же входит и Кубачи), Муйре, Маджалис-кадта (часть), Хемур-Дарга, Буркун-Дарга; даргинцы, входящие в Андалалский союз.
Кайтагцы же разделяются на магалы, входящие в состав уцмийства: Маджалис-кадта (большая часть), Ицари, Шуркант, Ирчамул, Каттаган, Кара-Кайтаг.
[там же]

...ни один из союзов (или магалов) уцмийства не определялся термином «Дарга». Между тем, в целом все даргинское население уцмийства (исключая, разумеется, кайтаков) называлось Уцуми-Дарга (уцминское Дарга, уцмийские даргинцы).
[там же, с. 156]

По той причине, что владение во главе с уцмием состояло из смешанного населения — кайтагцев и даргинцев, оно получило название Кайтаг-Дарго.
[Р. Магомедов, 1964, Памятник истории и письменности даргинцев, с. 8]

на кайтагском (даргинском) языке...
...сирхя-муйра-кайтагских наречиях даргинского языка

Так например, одни соседи пытаются переписать историю других.

Кайтаг VIII—XI вв. занимал территорию географически в определенной степени обособленную — бассейн горной реки. […] В качестве оформленного политического образования Кайтаг просуществовал в течение, как мы видели, по меньшей мере 300 лет. Такое сочетание географического, политического и иных, связанных с ними факторов, привело к тому, что самое позднее к началу XII в. сложился кайтагский язык, четко отличаемый современниками — по сообщению ал-Гарнати (с. 26) — от других языков Северо-Восточного Кавказа, например, зирихгеранского [кубачинского — прим.], тюркского.

Кайтагцы подразделялись на следующие союзы обществ, или магалы. Маджалис-кадта [...] с главным селом Маджалис; Шуркант (гл. с. Джирабаджи); Ирчамул (гл. с. Киркиа); Каттаган (гл. с. Кулиджа); Кара-Кайтаг (гл. с. Баршемай), Ицари (гл. с. Ицари).

Еще одна особенность кайтагцев состоит в том, что их этническое наименование «кайтаг», «хайдак» (хайдакь) известно еще арабским источникам и с тех пор, в отличие от наименований большинства других политических и этнических образований Дагестана, засвидетельствованных арабскими авторами, сохранилось по сей день с удивительным постоянством в своем произношении и написании. Кайтаг отличается ещё и тем, что он рано сложился в политическую единицу и сохранил ядро объединения до XIX в.

В этом отношении собственно Кайтаг прошел большую степень этнической консолидации. Для этого достаточно привести такой пример: любой кайтагец, будь он из Маджалис-кадта, Ирчамула, Каттагана и пр. в ответ на вопрос об этнической принадлежности скажет, что он кайтагец; в суперсоюзе же [Акуша-Дарго — прим.] еще в XX в. на такой вопрос называли принадлежность к своему союзу — акушинец, цудахарец, урахинец и т. д., т. е. консолидация наблюдается только в пределах одного союза.

Подробно освещается ал-Куфи поход арабского полководца Марвана ибн Мухаммада в Дагестан, в том числе и Кайтаг. Согласно его данным, арабские войска встретили здесь ожесточенное сопротивление. Защитники крепости Хамзин «вступили с ним в сражение. Марван и владетели крепости сразились в жарком бою, и муслимы потеряли много убитыми». Затем и эта крепость была захвачена, а защитники все были убиты.

События, описанные в «Истории Маза», содержатся и в другом арабоязычном сочинении, изданном в 1993 г. Т.М. Айтберовым и А.Р. Шихсаидовым под названием «Истории Каракайтага». В этом источнике говорится, что правитель Кайтага был убит «после того, как его жители были обращены в ислам их руками». Как рассказывается далее, «эмиром был Ханмухаммад, сын Султанахмада», который построил здесь «многочисленные селения», а до того на горе, над их селениями был громадный город, называемый Джалаги»

Согласно народным преданиям, собранным Б.Г. Алиевым в раз личных селах Кайтагского района Дагестана, резиденция правителя Хайдака Газанфара (Казанпара) действительно называлась Жалагъи, а его самого называли «пахачом», «шахом», и «талканом» (князем), а Жалаги — «шагьаром» (городом), что указывает на его большие размеры, о чем сказано в цитируемом выше источнике «громадный город».
По данным Р.М. Магомедова, в Жалаги насчитывалось не менее 1000 хозяйств. Исследования, проведенные дагестанскими учеными М. Магомедовым, Б.Г. Алиевым, А.А. Исаевым и др. на месте расположения городища подтверждают это. Как пишет Б.Г. Алиев: «Территория, площадью более 50 гектаров, которая тянется на 9 км [...] Ирчамульского общества

По мнению авторов книги, посвященной Кала-Корейшу [А.Р. Шихсаидов и др.], упоминаемая в связи с событиями VII-VIII вв. крепость Хамзина или крепость Хайзаджа — это первая, ранняя столица Кайтага Джалаги. С IX же века новой столицей Кайтага выступает Кала-Корейш.

первые известия о Хайдаке мы встречаем в работах арабских и персидских авторов IX-X вв., писавших о том, что Хайдак (Кайтаг) был известен как страна (царство) или город.
Следует отметить, что в данном случае, мы имеем в виду собственно Кайтаг (Хайдак) без даргинских обществ Гапш, Муйра и Ганк, входивших в раннем средневековье в государственные образования Зирихгеран и ал-Карах (Ул-Карах, Уркарах), существовавших одновременно с Хайдаком. Собственно Кайтаг — это Нагорный, или Верхний Кайтаг, который включал в себя четыре общества и части: 1. Ицари, 2. Шуркант, 3. Каттаган, 4. Ирчамул. Кара-Кайтаг — это Нижний Кайтаг — равнинная часть. Во время арабских походов на Дагестан, Хайдак уже выступает как самостоятельное государство, ведущее независимую политику.

Следует отметить, что Уркарах и Кала-Корейш выступали наиболее северными опорными пунктами арабов на территории Дагестана. [...] Можно с большой долей вероятности предположить, что и Кала-Корейш, и Уркарах превратились к указанному времени из военно-стратегических опорных пунктов в идеологические центры, опорные пункты ислама.

В 739 г. арабские войска под предводительством Марвана вторглись в горный Дагестан. Маршрут его войск был необычен: из района Шеки - на Сарир - Туман - Зирихгеран - Хамзин (Хайдак). Этот поход занял у Марвана около года. […] Туман и Зирихгеран без сопротивления пропустили арабов и согласились платить подати. Из Зирихгерана Марван двинулся на Хамзин (Хайдак), где неожиданно встретил яростное сопротивление.

В эпоху Дербентского эмирства арабское культурное влияние ощущалось в горной части [...], в частности, в Кала-Корейше, Кубачах, Уркарахе и в некоторых других населенных пунктах. [...] Хотя Нижний Кайтаг находился в ближайшем соседстве с Дербентом и занимал выгодное положение по отношению к арабским колонистам, чуть ли не гранича с ними, все-таки здесь не чувствовалось влияния арабской культуры. Нигде в Нижнем Кайтаге не встречаются куфические надписи или другие следы культуры периода господства арабов в Дагестане.
В отличие от даргинцев кайтагцы упорно противодействовали распространению ислама. Историограф Тимура Низам-ад-дин Шами, описывая поход Тимура против кайтагов, указывает, что в 1395 году кайтагцы были еще «людьми без веры», т. е. язычниками.
Венецианский путешественник Барбаро, который побывал в Дагестане во второй половине XV века, свидетельствует, что среди кайтагов было немало христиан разных направлений.

в период арабских завоеваний Хайдак (Кайтаг) выступает как сильное владение, оказавшее ожесточенное сопротивление завоевателям [...];
процесс исламизации кайтагцев протекал медленно в индивидуальном порядке, а не в форме единовременного акта принятия ислама целым кайтагским обществом;
таким образом, арабы, захватив Кайтаг, сменили домусульманского правителя, создали новую цепь «исламских центров», в том числе и новую столицу Кала-Корейш, с мусульманским правителем.

Согласно «Истории Каракайтага», примерно к этому же времени относится и «затяжная война между двумя сильнейшими кайтагскими обществами — Кара-Кайтагом и Ирчамулом. [...], видимо, случилась, после 1395-1396 г.
[...] ирчамульцы при этих событиях изображены как неверные: «В это время жители Урчамула были неверующими. Они захватывали из Хайдака женщин и девочек, поступали непристойно и затем отпускали, взяв имущество с их отцов и мужей, как будто они раяты, принадлежащие им». [...] можно предположить, что ирчамульцы приняли ислам и считали себя мусульманами, но шариатские порядки еще не успели там укорениться

«Тарих Дагестан» рассказывает о том, как арабы обосновались в Кайтаге, избрали себе резиденцию, основали Кала-Корейш: «Мусульмане поселились в этой области с радостью и в спокойствии. Престол Газанфара с гордостью и достоинством занял один из потомков шейха Ибрахима Абу Исхака — эмир Чуфан, сын Султанали-бека... Он был первый, кто занял (престол) в вилайате Хайдак. Он основал в Хайдаке большое число многолюдных селений и избрал своей резиденцией город Кала-Курайш, расположенный на скале, над ущельем при реке».

Начальником страны кайтагов был поставлен эмир Чупан. Столицей его был объявлен Кала-Корейш. Кайтагский эмир Чупан носил титул уцмия. [...] Эмир, назначенный арабами в Кайтаге, мог быть просто одним из потомков местных правителей из рода уцмиевых. Таковым он в действительности и был. С одной стороны, чужеземцу, завоевателю, причинившему много зла и бедствий
народу, жить в его среде и править им более или менее долго было невозможно. С другой стороны, невозможно отрицать и того факта, что эмиры имели какое-то отношение к завоевателям и даже вступали с ними в родственные связи. Вполне возможно, что отдельные отпрыски местных кайтагских князей поступили на службу к арабам, приняли ислам и как лица, доказавшие свою верность халифату, назначались в качестве правителей в завоеванных землях. [...] арабы отдали Кайтаг в управление своему ставленнику из числа представителей местной династии.