Эпиграф: "Минобразования" рекомендовал к просмотру в школах фильм Тарковского "Солярис" (из недавних новостей).

В субботу впервые посмотрела "Солярис" Тарковского от начала до конца. Раньше смотрела только отдельные эпизоды. А всё вместе казалось очень растянутым, муторным и скучным. Но после недавнего прочтения первоисточника Станислава Лемма, впечатление это изменилось, потому что теперь меня больше интересовала интерпретация Тарковским сюжета и художественно-фантастических образов романа Лемма.
И среди множества философских рассуждений главных и второстепенных героев фильма, меня больше всего  поразила сцена "День рождения Гибаряна", которой вот в таком виде, как фильме,  в романе вроде бы нет. Примерно 2:02:00 вот здесь https://youtu.be/Z8ZhQPaw4rE?si=G8tqxUPE4DDjXgjV
Сарториус с раздражением сообщает местной Хари (мы теперь можем называть её ИИ-Хари), что она, в общем-то, не имеет права бытия - потому что "её мужчина" Крис, - её не любит, и не может любить, а любит ту его бывшую земную Хари, которая не ИИ. А эта ИИ-Хари возражает в слезах "Крис меня любит!" И это не о романтике, а о праве на сам факт существования, её бытия среди землян. И если эта любовь "не настоящая", то права на существование нет. То есть ИИ-Хари сама по себе никакой ценности не имеет, а ценность эта появляется и в дальнейшем зависит только от научно-подтвержденного факта наличия или отсутствия любви к ней Криса.  И дальше по сюжету ИИ-Хари добровольно аннигилируется, то есть фактически совершает самоубийство, точно так же, как когда-то сделала настоящая Хари, не выдержав самой возможножности "отсутствия любви" Криса, как отсутствия основания своего бытия. И как-то сразу невольно вспоминается традиция самосожжения индийских жён на погребальных кострах усопших мужей.

Возвращаясь с Соляриса на Землю. Вот это вот вынесение "оправдание бытия" женщины вовне - но не к Богу, а к наличию-отсутствию любви условного "Криса" - это основа патриархальной культуры и философии, возврат к которой уже невозможен. И это очень важно понимать, рассуждая о традиционных ценностях и больших семьях.

PS. А чат GPT-4 воскрес, потому что любовь пользователей к нему оказалась реальной!

Алексей Чадаев @chadayev поднял вопрос о праве на вестренологию, о том, насколько это не про себя. https://xn--r1a.website/chadayevru/4082

Перечислю свое, и открываю лист для мозгоштурма.

1. Они там, мы тут. В общем-то право на изучение их уже есть.
2. Наше политическое ими не понимаемо. Что сейчас совсем уж вылезло в явь.
3. Нонешнее их сквернение и РФ, и в общем-то народа. Объевреивают нас на уровне тех до 20-го века.
4. Риски для нас - в рамках тамошней-то направленности на войну, и на уже указанное сквернение. Говорят, не менее 20 лет такого впереди...
5. Тамошнее самоопределение как Западной цивилизации - есть и такое, стандартный университетский курс.

Далее, чуть больше про различия.
А) Отличие русского умостроя от западного - известно на уровне ноосферы - можно прогнать любой ноосвик / LLM, чтобы это получит как результат. Ну и Переслегин отстроил формализм, где русский когнитивный код - отдельная точка в его там мерилове.
Б) Базовая когнитивная мизансцена на Западе - театр. У нас, наряду с завезенный театром, есть и родная струя - вечерний артельский костер...
В) О политическом я уже сказал.

Чем ещё можем поддержать свое право на вестренологию - изучение Запада как науку?

Андрей Никитин, благо он теперь самый главный начальник транспортного цеха, подсказал интересный разворот всей вчерашней темы с нашей цивилизационной особостью.

Есть традиционное разделение на "осёдлые" и "кочевые" народы. Запад, как и греко-римский мир, это мир осёдлых народов — каменные города с тысячелетней историей, почти вечные дороги между ними по морю и по земле (в случае греков — вообще архипелаг из тысяч островов и полуостровов), постоянная война за изменение топологии внутри этого давно освоенного пространства и "фронтир" как вечная его периферия. Кочевники — другое: никаких городов, только временные "станы" (в том числе в названиях ряда наших регионов и среднеазиатских государств), стада, пастбища, набеги и вечная борьба за то, кто в бескрайней степи самый крутой "батыр".

Мы же вообще третье — культура не осёдлая и не кочевая, а, если угодно, _путешествующая_. Со времён подсечно-огневого земледелия (очень медленное, растянутое на годы и десятилетия, но всё же движение по пространству) и заканчивая русскими первооткрывателями и русским космосом с Гагариным. Мы строим почти всё как временное, в основном вообще из дерева, и даже сейчас, освоив бетон, строим из него как из дерева — под неизбежный снос ближайшими потомками. То, что мы сейчас называем пафосно русским государством, родилось поначалу именно как путь — пресловутое "из варяг в греки", а собственно княжеская власть поначалу была своего рода ЧВК "Варяг", занимающаяся обеспечением безопасности этого пути.

Мы строим самые длинные в мире дороги и идём на самые большие расстояния до конца земли и после конца земли. Наши города — это тоже не столько постоянное место жизни, сколько временное зимовье, откуда мы весной разъезжаемся кто куда — от "дач" и "турций" до разной "камчатки". Мы ощущаем себя в дороге даже тогда, когда физически находимся на месте, и наш культурный герой — это "очарованный странник" Лескова. Само путешествие — главный способ познания мира и источник опыта, в том числе и духовного; странник вещает как право имеющий, и его слушают — просто потому, что он бывал там, где мы не были. Как другой Никитин — Афанасий, дошедший до Индии и вернувшийся домой; потому что в нашем путешествовании есть ещё и мотив возвращения.

В этом смысле из греческого наследия для нас Одиссея, конечно, важнее Илиады — не про то, как греки друг друга убивали, а про то, как великий воин возвращается домой из запредельной дали, не принеся с собой ничего кроме самого себя, но всё же возвращается, потому что дома его ждут.

И даже сейчас, приехав в Тяньцзинь, мы говорим с партнёрами главным образом о дорогах — от газопроводов до Северного Морского Пути, о безвизе для русских путешественников в Китай до транспортных коридоров Север-Юг. И даже у монголов мы взяли главным образом ямную почту и их абсолютно передовую для своего времени модель связности гигантских пространств. Мы без конца повторяем как заклинание — "дороги и дураки"; это потому, что наш способ познания мира понимается нами как путь и переосмысление себя в пути, а слова "странник" и "странный" — однокоренные. И даже Европа нам была дорога в первую очередь как место, куда можно было приехать в путешествие, поглазеть на интересную и разнообразную чужую жизнь, чтобы потом вернуться к своим берёзкам и долго рассматривать фотографии. Нет — ну и ладно, мир большой, есть множество других дорог.

Если отвлечься от той версии марксизма, в которой главный рассказ учения К. Маркса об общественном развитии и росте производительности труда был заменен на рассказ о скверности частной собственности, то включение в государство систем социального страхования населения и связанное с этим перераспределение общественного продукта в социуме через госказну вполне можно посчитать разрешением основного марксова противоречия капитализма — противоречия между общественным характером производства и частной формой присвоения. В такой версии определения социализма современные государства уже вполне социалистические, хоть в процессе перехода к социализму они и с сохранили либерально-рыночный «движок» экономики общества. Практически наблюдается свершение предсказанного учением К. Маркса в части его рассказов развития: переход к социализму произошел сначала в наиболее развитом мире — с дальнейшем ростом производительности труда.

Кстати, в такой оптике СССР тоже был вполне социалистическим, ибо были в наличии и госсистемы соцстрахования, и перераспределение наработанного через казну. Однако, увлечение в СССР рассказом о скверности частной собственности не позволило экономике страны достичь приемлемых уровней производительности труда. Это привело к краху советской политической системы (опять же — в полном согласии с учением К. Маркса при сохранении рассказа о развитии как основного: ибо производственные отношения висели стопудовыми гирями на ногах производительных сил, не давая им и шагу шагнуть) и стихийному переходу к социализму западного толка — с либерально-рыночным «движком» экономики — через революцию. Заметим, что госсистема соцстрахования людей в этом переходе свернута не была: социализм в стране остался, хоть перераспределять в сторону людей можно было бы продукта и побольше.

Китай, в отличие от СССР, перешел к социализму западного толка более разумно.

ЗЫ: Там по ссылке ещё диалог с Клодом есть - ноосвик / LLM поначалу начал меня частной собственностью из наезженной колеи крыть... Но признал по размышлении, что рассказ о развитии у Маркса - главный.

https://vk.com/@-228604469-k-vyaschei-slave-k-marksa-ego-uchenie-sbylos-chem-i-ischerpa

Два поста принесло временем по поводу женской фигуры в современной мифологии:
Иштар Борисовна : https://xn--r1a.website/chadayevru/4140
Великая Матерь: https://xn--r1a.website/Agdchan/23330

Тут имхо хорошо ставится проблема о женском в мифологии России, ведь АГД, сам того не замечая, на Богоматерь замахнулся... 🤷‍♂

А если ещё вспомнить томления русских интеллектуалов добезцаря о Софии...

Вопрос публике: о чем по вашему взыскует массовая душа РФ в женском плане?

* о Богоматери - матери - большой и доброй, дающей и жизнь, и пищу?
* о суке, бляди, стерве - носителе нашего почти всеобщего взаимо-мучительства?
* об училке - строгой, дисциплинирующей, толкающей на достижения?
* о Бабе Яге, амбивалентной ведьме - дыре для притока инфернального в нашу жизнь?

Попробуйте занырнуть в свою глубинную мифологию - что там различается в глубине возле полюса женского вашей души...

О, нейро-теология достигла беллетристики! Из свежего Пелевина:

– Корпорация исследует нейрокорреляты религиозных состояний?
– Они, в общем, известны и так. Подавление активности в теменной доле, особенно в зоне precuneus, создает ощущение растворения эго и единства с чем-то большим. Умеренная стимуляция правой височной доли вызывает интенсивные эмоциональные всплески, вплоть до уверенности в божественном присутствии. Активация медиальной префронтальной коры дарит чувство духовной глубины и морального торжества. Стимуляция вентральной области покрышки и прилежащего ядра накачивает систему допамином – будем честны, божественное для большинства верующих есть просто эйфорическое, и наоборот. Ну и как вишенка – тета-модуляция ритмов мозга, чтобы не возникало сомнений в духовной подлинности переживания.

В общем, представление о врожденности центра сакральности в психике человека скоро станет общим местом. Вместе с пониманием, что сакральное - антропологически неизбывно в нашей жизни...

Текущий социумный уровень эволюции возник в ситуации, когда люди себя из божественного не выделяли. Идея о трансцендентном, отличном от имманентного появилась существенно позже. А вот языки, нравственности, религии, и другие социальные феномены - до данного выделения профанного куска из мира-как-он-дан-людям...

Потом - период богоборчества. С мифом о возможности избавиться от сакрального в жизни. Но эта религия потихонечку уходит: вдруг оказывается, что места, откуда изгоняется традиционная религия, начинают заполняться другими сакральными явлениями. Научные атеисты строят себе зиккурат с мумией в центре своего мира, и начинают водить массы в ритуалах вокруг идолов на плацах в центрах городов два раза в год. Прочие различают, что долговременного политического единства без сакрального комплекса в своей основе невозможно (гражданские религии). Кто-то участвует в плясках / ритуалах, организуемых спортивными машинами, кто-то - машинами шоу-бизза...

Политические идеологии предстают путями спасения - указаниями о том, как нам достичь хорошего "в итоге"... Мифы - рассказы в статусе "безусловно-истиный" и "вне-времени" - обнаруживаются повсюду. Начиная с "моя мама - самая красивая!" И т.д.

Цивилизация, дикость, прогресс, фронтир, норма, элита, война

Я буду говорить о человеческой цивилизации в целом, о нашем российском государстве-цивилизации в частности, а также о цивилизации как ценности.

Цивилизация — это, в основном, две вещи:
- безопасность (защищённость)
- и возможности (обеспеченность).

В пределе, в идеале, в абсолюте, это неприкосновенность, неуязвимость, бессмертие и всемогущество каждого человека.

Дикость — это то, от чего спасаются и что укрощают люди (начиная с опасных животных и враждебных других людей), создавая и развивая цивилизацию.

Прогресс — это движение человечества (и отдельных людей, обществ) от дикости к абсолютной цивилизации (сверхцивилизации), от менее цивилизованных форм организации жизни к более цивилизованным.

Прогресс может быть многовариантен — смотря что мы выберем на том или ином этапе развития: какие блага цивилизации сочтём приоритетными, наиболее желанными, и какую дикость приемлемой, допустимой, нормальной.

Фронтир — это граница цивилизации и дикости, место их столкновения, буферная зона.

Фронтир не всегда имеет явное географическое описание. Иногда для него больше подходят описания социокультурные, когнитивно-поведенческие, этические и эстетические, юридические и экономические.

Внутри цивилизации то тут то там вспыхивает дикость. Грубость, хамство — это первый признак дикости. Хулиганство, драка — это более тяжёлая стадия одичания, на грани потери человеческого облика. Мучительство, терроризм — это крайнее дикарство, несовместимое с человечностью.

Норма, новые варианты нормальности — задаются наиболее активными строителями цивилизации и их меняющимися представлениями о допустимом.

На одних уровнях цивилизации нормально рабство, на других — права человека. На одних уровнях нормальны ампутации без наркоза, на других — обезболивание и психологический комфорт. В одних вариантах цивилизации нормальны аборты и разрушение семейных связей, в других — право человека на жизнь с момента зачатия и право родителей на воспитание детей.

Некоторые традиционалисты-консерваторы иногда апеллируют к прошлому: «Наши бабки в поле рожали — и ничего страшного. У нас в детстве из игрушек были только палка и верёвка — и нам этого хватало. Мы сами гуляли, без смартфонов бегали в лес, на речку, на заброшку — травмы были, но никто не умер. Нас родители за уши таскали, ремнём били — и мы нормальными выросли. Своих детей так же воспитывать будем».

Это спор о норме дикости — о допустимых рисках, сопутствующем ущербе, негативных побочных эффектах, в том числе долгосрочных.

Элита. Цивилизация неоднородна, неравномерна. В ней есть зоны разной степени (и разных вариантов) цивилизованности, есть свои внутренние фронтиры. Наиболее цивилизованные и благоустроенные зоны — для элиты.

Если элита сама дика и деструктивна, цивилизацию ждут потрясения и пересборка.

Полезна для цивилизации та элита, которая на контрасте, в сравнении с дикостью, прочувствованно знает цену цивилизованности. Элита, которая защищает цивилизацию от нападений дикости, расширяет влияние цивилизации, отодвигая фронтир подальше, выводит цивилизацию на новый уровень.

Война тоже бывает разной степени цивилизованности. Цивилизационное превосходство — важный фактор победы и её долгосрочного закрепления.

Когда на дикую войну с военными преступлениями мы отвечаем цивилизованной войной с соблюдением прав человека, заботой о всех пострадавших: и своих, и чужих.

Когда технологии позволяют сохранять жизни, здоровье, достоинство, имущество, ценности. Когда не надо кидаться грудью на амбразуру, а можно расчистить себе дронами дорогу к наступлению. Когда оружие и управление высокоточны и не приводят к напрасным, излишним, ошибочным жертвам.

Когда семья военнослужащего полностью обеспечена всем на всю жизнь, когда ему помогли, на всякий случай, составить завещание и выразить свою волю на будущее — чтобы, если уж придётся проявить героизм, совершить подвиг и пожертвовать собой, боец был морально подготовлен к этому несколько лучше.

———

Полная версия здесь:
https://xn--r1a.website/Ivan_Vinogradov_Ivanovsky/742

Немного будущего вам всем в ленту. Рынок апокалипсисов только тогда рынок, когда на нем толкутся торговцы... 😊

https://politconservatism.ru/blogs/supermind

ИИ раскрыл культурную близость и различия стран по ценностям.

Ученые применили машинное обучение, чтобы изучить уникальные черты национальных культур. Нейронная сеть, обученная на данных о ценностях, убеждениях и установках людей, с точностью 90% определяла страну происхождения человека, анализируя ответы из 98 стран.

Из 600 вопросов исследователи выделили 60 ключевых.

🔸 Лидером стал вопрос: «Считаете ли вы поддержание порядка главной задачей правительства?».

🔸 На втором месте — «Важно ли для успешного брака совпадение политических взглядов супругов?».

🔸 В топ-60 вошли темы политики, экологии, семьи и межличностных отношений, а также неожиданные аспекты: роль правительства, гендерные стереотипы и семейные традиции, которые редко акцентируются в культурных теориях.

Эта модель ИИ открывает новые горизонты для социологов и исследователей международного бизнеса, предлагая глубокий анализ культурных различий.

Фото: Abhishek Sheetal et al./PNAS Nexus, 2025
*Дендрограмма иллюстрирует сходство и различия между странами с точки зрения их культурных ценностей

🌍 @naukatv_ru / все наши каналы

Павел Дуров – об истекающем времени на «спасение свободного интернета»:

Сегодня мне исполняется 41 год. Но мне не хочется праздновать. У нашего поколения остается все меньше времени, чтобы спасти свободный интернет, созданный нашими отцами. Некогда свободные страны вводят антиутопические меры, такие как цифровые удостоверения личности (Великобритания), онлайн-проверка возраста (Австралия) и массовое сканирование личных сообщений (ЕС).

То, что когда-то было обещанием свободного обмена информацией, превращается в мощный инструмент контроля. Германия преследует всех, кто осмеливается критиковать чиновников в интернете. Великобритания сажает в тюрьму тысячи за их твиты. Франция ведёт уголовные расследования против технологических лидеров, защищающих свободу и приватность.

Мрачный, антиутопический мир стремительно приближается — пока мы спим. Наше поколение рискует войти в историю как последнее, у кого были свободы — и кто позволил их отнять. Нам внушили ложь.

Подпишись на ПУЛ N3

В США на арену выходит новая религиозная элита, объединяющая миллиардеров Силиконовой долины вокруг идеи технологического мессианства.
Питер Тиль, один из архитекторов современной цифровой экономики, сооснователь Palantir, наставник Илона Маска, прочёл в Сан-Франциско закрытую серию лекций под названием “Антихрист”.
Из утечек The Washington Post известно: Тиль открыто говорит о надвигающейся апокалиптической войне между созидателями и теми, кто пытается ограничить развитие технологий и искусственного интеллекта.
“В XVII веке Антихристом был безумный учёный.
В XXI веке — это Грета Тунберг и те, кто хочет остановить науку.”

Тиль давно выступает против демократии как “механизма торможения развития”.
Он убеждён, что государство, налоги и законы мешают “творцам будущего” двигать человечество вперёд.
Теперь этому старому либертарианскому тезису он пытается дать религиозную оправдательную рамку.

В его картине мира “инноватор” становится новым святым, “предприниматель” — апостолом будущего, а искусственный интеллект — не опасной машиной, а инструментом Провидения.

Риторика Тиля апеллирует к архетипу “воинствующей веры”, где только немногие посвящённые способны спасти мир от “тоталитарного государства” и “слабых масс”.

С демократией такой подход общего имеет мало, с концепцией суверенного государства - тоже. Это новая псевдорелигиозная форма западного глобализма, стремящаяся сакрализовать цифровую власть.

Сон мне сегодня снился такой.

Сижу, никого не трогаю. Приходят ко мне какие-то ответственные товарищи из не пойми какого начальства и говорят следующее. Вот, у нас тут есть группа международных терратуристов (не спрашивайте, кто это), и у них по программе должна была быть сейчас медитация по работе с вертикалью. А наш штатный хамбо-лама ушёл во внеплановый запой, и все попытки экстренно вернуть его из нирваны к нам в сансару окончились неудачей. Поэтому медитацию проведёшь ты. Вот тебе гора в качестве наглядного пособия, вот тебе хамболамский шмот с фенечками, быстро одевайся, ща уже придут. Возражения не принимаются.

Оборачиваюсь — действительно, сзади гора, метров 300 в высоту. Смотрю на себя — действительно, на мне уже какая-то хламида с бубенчиками и бусами. Приводят каких-то людей различных цветов кожи. Кивают, садятся в лотос, закрывают глаза и делают умильные лица. Ну, блин, отступать некуда. Надо что-то сказать. Ом Мани, говорю, православные. Они такие: хум-хум-хум. Ну, поехали.

Мучительно вспоминаю, что бы такого умного сказать про вертикальное мышление. Из ассоциаций — только старый мой прогон про сноуборд: что съезжать с горы это контролируемое падение, и твой уровень (от зелёных трасс до чёрных) растёт по мере того, насколько быстро ты способен падать, оставаясь при этом на ногах. И дальше по Бродскому — "стоя лежишь, лёжа стоишь, лишь падая, побеждаешь страх". Но они не на доске приехали кататься, они международные терратуристы (во сне я почему-то знал, что это какие-то специальные и зачем-то очень нужные люди), и им надо не про доску, а про метафизику высотности.

Давайте, говорю, начнём с двухмерного мышления. Нет никакой горы, есть край суши и море. Нас сделали ходить по земле, в воде мы тонем, пока не построили корабль. Берег для корабля — это причал и естественный рубеж, и ключевое — насколько далеко ты отошёл от него. А теперь то же самое, только не вдаль, а вверх. Земля — это типа суша, берег. Для летающего устройства — самолёта или дрона — это то, откуда он стартует, но его стихия воздух, а неконтролируемо упасть — погибнуть. Атмосфера — пятый океан, это все знают.

Теперь гора. "Форма поверхности, поставленной на попа". В отличие от воды и воздуха, мы более-менее можем по ней ходить, но вверх всегда трудно, а вниз страшно. Гравитация тянет к земле, и не только тело, но и мозг, а в особенности периферийную нервную систему. Представьте себя висящими на качелях в километре над пустотой — или на стропах парашюта, кто прыгал.

А теперь, говорю, всё то же самое, только не в физическом пространстве, а в политическом. Когда ты наверху, можно гораздо быстрее двигаться, чем ползающие по земле пешеходы. Но гравитацию ты чувствуешь даже не ногами, а пятой точкой. Вверх трудно, причём с каждым метром всё труднее. Вниз — страшно. Сверху ты видишь землю как карту, но неспособен различать детали, и поэтому происходящее там для тебя всё более абстрактно.

И вот ты сидишь такой на вершине горы, а вдалеке другая гора, и на ней сидит ещё один такой же. Ты пытаешься до него доораться — эгегей! — но атмосфера искажает звук. И он тоже такой — эгегей! — а до тебя только эхо доносится. Спуститься и дойти пешком друг до друга — страшно и трудно. Летать по воздуху — опасно, упасть можно. И остаётся только садиться в лотос, прямо где стояли, и общаться мысленно, пытаясь поймать одинаковый вайб и войти друг с другом в резонанс.

Дальше у моих подопечных должен был быть практикум: вот ты, к примеру, Путин, а ты — Трамп, а ты — Си Цзиньпин, а ты — Ким Чен Ын. Садитесь на вершину каждый своей горы и попробуйте зайти друг с другом в этот самый резонанс. Но до практикума не дошло: сломалось всё на том, что никто не захотел быть Зеленским. На сём и проснулся.

Сегодня утром выступал на Форуме Стратегов, вместе с Д.Белоусовым в секции "Битва прогнозов". Мой доклад начиная примерно с 45 минуты, но рекомендую с начала просмотреть.

В докладе - про то, как складываются экспоненциальные, инерционные и циклические процессы в истории и чем нам это грозит) Это второй мой доклад у по циклическому моделированию войн (это развернуто в статье тут), но впервые я размышляю о совмещении трех метрик моделирвоания и делаю синтетический прогноз по кластерной динамике трендов.

А.Г.Дугин недавно анонсировал свою "вестернологию" — инициативу, ставящую своей задачей научиться "изучать Запад как объект". Мне этот заход сам по себе очень нравится, но вот только я бы начал тогда опять-таки с постановки вопросов.

То, что Запад "загнивает" и "закатывается" — это нам ещё Шпенглер на пару с советской пропагандой объясняли. То, что он полон всяких вредных и опасных идей — либерализмов, коммунизмов, фашизмов и прочего ЛГБТ — это мы с молоком матерей впитали. То, что даже и Модерн сам по себе это зло и порождение аццкой сцотоны — тут мы тоже согласные, в Высоком Средневековье, знаете ли, порядок был, не то что потом. То, что законы физики придумали злые англосаксы специально для того, чтобы русских людей обижать — я даже и с этим согласен, наглость же: переливать какую-то мутную вонючую жижу из одной пробирки в другую в подвалах своих "замков" и на этом основании делать ультимативные выводы об устройстве Божьего мироздания.

Но и всё же.

Как же так вышло, что у этой кучки вшивых, бедных, вечно голодных, злых и агрессивных нехристей, копошившихся в глухом углу Евразии, получилось поставить в коленно-локтевую примерно всё остальное человечество, включая сонмище древних, великих и богатых (куда более, чем наше, к примеру) Государств-Цивилизаций, ограбить их, поиметь, опрокинуть в распад, нищету и людоедство, превратить в свою ресурсную базу, а попутно ещё и навязать им свои так называемые "ценности" — от всех помянутых "измов" до костюма с галстуком (АКА "масонская удавка") и фастфуда с голливудом, а потом ещё и интернетом; превратить, по сути, весь остальной мир в свой задний двор? Почему всё остальное человечество даже ещё и сейчас, хоть и ненавидит их, завидует им, пытается избавиться от их "гегемонии", но всё равно разговаривает на их собачьем языке, так называемом "английском"?

В чём ИХ сила, брат?

Это куда более важный вопрос, чем любое рассуждение о том, почему они в очередной раз неправы и негодяи.

Вот я хочу такую "вестернологию".

Конец недели? Уик-энд на носу? Ещё немного вестернологии любителям. Увы, лонг-рид...

https://rusistina.ru/articles/duh-vremeni-ili-vremennyj-zaskok

Подумал тут чуток о дрессировке своих тараканов в голове - и как это все можно упаковать во всемирном масштабе (буков немного)...
https://rusistina.ru/articles/freedom-noosphere

К предыдущему посту: Прогнал по ноосвикам, что там конфигурируется как краткая сводка по понятию "Когнитивная война". Оказалось, что домен в активном развитии, притом в тему подтягивают советские работы В.А. Лефевра - начиная с 1967 г. по теме "Рефлексивное управление":

Когнитивная война (англ. Cognitive Warfare) — система мер, направленных на снижение эффективности когнитивных процессов противника для подрыва его рационального мышления, способности оценивать ситуацию и принимать решения и, в конечном счёте, его саморазрушения.

1. Суть и Определяющий Признак Когнитивной Войны

Когнитивная война (Cognitive Warfare, CW) — это новая, стратегическая форма конфликта, которая выходит за рамки традиционных военных, кибернетических и информационных доменов. Она утвердила себя как конфликт в Шестом Домене Операций — дополнительном к традиционным суше, морю, воздуху, космосу, и кибер-пространству — Домене Человека (Human Domain).

Ключевое отличие когнитивной войны от информационных и психологических операций (PsyOps) состоит в том, что ее цель — не просто повлиять на что индивиды думают (содержание их убеждений), а изменить способ, которым они мыслят. Когнитивная война атакует и разрушает рациональность, процессы смыслообразования и способность к принятию решений, что ведет к системному ослаблению и эксплуатации социальных уязвимостей целевого государства.

Стратегическая цель когнитивной войны: Заставить противника "разрушить себя изнутри", сделав невозможным эффективное сопротивление.

2. Доктринальные Подходы Ведущих Акторов

* НАТО и Запад
Название: Когнитивная Безопасность (Cognitive Security)
Содержание: Интеграция кибер, IW (информационной воздействий), PsyOps (психологических воздействий). Усиление устойчивости, адаптивности и критичности мышления. Защита рациональности и достижение когнитивного превосходства (Cognitive Advantage).

* Российская Федерация (РФ)
Название: Рефлексивное управление
Содержание: Манипуляция процессами принятия решений противника, чтобы он самостоятельно пришел бы к выгодным для РФ выводам. Перегрузка когнитивной системы противника (где надо), ее дезинформация (когда и чем надо), подсовывание желательных решений.

* Китай (КНР)
Название: Операции в Когнитивном Домене (CDO)
Содержание: Доктрина "Трех Войн" (психологическая, общественного мнения, юридическая/Lawfare). Стремление к "доминированию разума". Достижение "победы без боя" и асимметричное сдерживание вмешательства третьих сторон.

3. Архитектура когнитивной войны

Различают следующие уровни проведения когнитивных операций
* Индивидуальный уровень: манипуляция вниманием, эмоциями, когнитивной нагрузкой (infotainment, doomscrolling, поведенческая реклама).
* Групповой / сетевой: работа с лидерами мнений, сегментами общества, профессиональными сообществами.
* Институциональный: подрыв доверия к государственным и международным институтам, экспертным системам, науке.
* Цивилизационный: атака на базовые ценности и идентичности (этнические, религиозные, политические).

4. Влияние технологий искусственного интеллекта (ИИ) на эффективность когнитивных операций

Развитие технологий искусственного интеллекта (ИИ) и широкое использование больших языковых моделей (LLM) создают критически опасный вектор для когнитивного конфликта:
* ИИ-Саботаж (LLM Poisoning): Внедрение вредоносных данных в обучающие массивы военных или гражданских LLM и других нейросетей.
* Распространение злонамеренной или ложной информации через социальные сети и другие индивидуализированные каналы потребления информации. Длительное потребление такого контента ведет к деградации вовлеченных индивидов: их неспособности к управлению своими знаниями, подрыву их доверия к руководству и порождению негативных психологических установок с потерей неспособностью решать даже жизненные задачи.
* Использование дипфейков для создания убедительных, но ложных видео, нацеленных на эмоциональную и когнитивную манипуляцию.

5. Вызовы Международному Праву (Lawfare)

Применение существующих международно-правовых норм (например, Женевских конвенций) к когнитивной войне крайне затруднительно вследствие следующих причин:

* Атрибуция: Чрезвычайно сложно установить ответственное лицо или государство, стоящее за когнитивной атакой.
* Ущерб: Операции когнитивной войны наносят такой ущерб (страх, потеря доверия, делегитимация социального порядка), который трудно связать с "вооруженным нападением", требуемого для активации права на самооборону уровня.
* Юридическая война (Lawfare), как часть китайской доктрины, является инструментом когнитивного воздействия. Государства используют или эксплуатируют различные интерпретации международного права, чтобы влиять на глобальное восприятие легитимности своих действий и получать когнитивное преимущество.

В целом, возможности когнитивных операций требуют от государств перехода от тактического противодействия дезинформации к стратегическому укреплению когнитивной устойчивости на всех уровнях: от институциональной адаптивности руководства до повышения критического мышления граждан.

ОРИЕНТАЛИЗМ БЕЗ 🐪🐫
11 декабря 2025 г. генсек НАТО Рютте призвал европейцев готовиться к войне "масштаба, пережитого нашими дедами и прадедами". Комментаторы задались вопросом: каких именно дедов имел в виду голландец Рютте 1967 г.р. - из дивизии "Nederland" или "Viking"? Вопрос остроумный, но интереснее другое: сама структура мышления, в которой Россия автоматически - экзистенциальная угроза, а Европа — вечная жертва.

1⃣ Саид был бы озадачен
Эдвард Саид описывал ориентализм как систему знания-власти, через которую Запад конструировал образ экзотического Востока: гаремы, минареты, деспотия, иррациональность. Ключевой элемент - идея недостаточности: Восток не просто другой, он недоразвитый, неспособный к "современности". Отсюда "бремя белого человека" Киплинга — священный долг цивилизовать дикарей, иногда силой.
Для этого требовалась дистанция — географическая, языковая, религиозная. Нужны были "Сказки 1000 и одной ночи", Великие Моголы, загадочные письмена.

России предлагается та же схема. Православие вместо ислама, кириллица вместо вязи, Достоевский вместо Омара Хайяма. Готово - Россия успешно помещена в категорию непостижимого, иррационального, угрожающего Востока. Черчилль – один из величайших русофобов истории - говорил про "загадку, завёрнутую в тайну" — и это о стране, чья элита два века говорила по-французски и танцевала мазурку.

2⃣ Производство различия
Ларри Вольф показал, как философы Просвещения изобретали "Восточную Европу" для утверждения собственной цивилизованности. Вольтер переписывался с Екатериной, но его читатели должны были понимать: за Эльбой, начинается варварство. Граница подвижна — по Одеру, по Днепру, — но функция стабильна: отделять "нас" от "них".

Wall Street Journal в 2018 ("до всего") изобразил Путина Чингисханом. Идея "азиатского деспотизма" из "Персидских писем" Монтескье XVIII века работает без модернизации. Не нужны 🐪 и 🕌 — хватает "загадочной русской души" и "менталитета осаждённой крепости".

Логика: Россия -"тюрьма народов", неспособная к самостоятельной модернизации, застрявшая в имперском прошлом. Её нужно расчленить, народы освободить, территории поставить под внешнее управление. Это не колониализм, нет, это деколонизация. Не "бремя белого человека", а "ответственность международного сообщества". Формулировки новые, миссия старая: цивилизовать варваров, если не хотят - принудительно.

3⃣ Толмачи при дворе
Классический ориентализм требовал посредников — людей, которые "знали Восток" и переводили его для западной аудитории. Некоторые были учёными, большинство - авантюристами. XIX век полон историй о "магараджах в изгнании" и "принцессах из гарема", которые монетизировали предполагаемую экзотичность.

Современные русские эмигранты-эксперты выполняют ту же функцию. Они — сертифицированные "знатоки Востока", которые объясняют западной аудитории загадочную русскую душу. Их ценность не в точности анализа, а в статусе "инсайдера", подтверждающего: они действительно такие. Иррациональные. Агрессивные. Непостижимые. Платите за лекцию. Через неделю – в вашем городе!

Чем радикальнее эмигрант отрекается от происхождения, тем выше его рыночная стоимость. Идеальный эксперт — тот, кто объясняет, почему с "ними" невозможен диалог, почему "они" понимают только силу, почему "их" империю необходимо демонтировать. Это бизнес-модель: продажа инаковости оптом и в розницу.

Зачем нужна угроза❓
Далёкий Восток Саида был объектом колонизации — его нужно "цивилизовать", "включив" его ресурсы в сети распределения и производства Запада. "Близкий Восток" России выполняет функцию легитимации. Он объясняет, почему нужно пять процентов ВВП на оборону. Почему можно сократить здравоохранение. Почему ограниченный суверенитет — это неизбежная плата за безопасность.

Угроза должна быть достаточно далёкой, чтобы не проверить, и достаточно близкой, чтобы бояться. Россия тут идеальна: при всей ее таинственности, никто не ожидает, что придётся реально воевать. Можно бесконечно готовиться к войне, которая не случится, и списывать на подготовку любые издержки. Экзотика требует любопытства. Страх требует только врага.