🇮🇱1⃣9⃣1⃣5⃣🇦🇲
После публикаций в СМИ о том, что из повестки Кнессета было снято голосование по вопросу признания Геноцида армян, в армянском информационном пространстве вновь поднялась волна возмущения.

Появились заявления о том, что это якобы произошло под давлением азербайджана.
Подобные объяснения выглядят крайне наивно и глупо.
Азербайджан — не то государство, которое способно диктовать Израилю его внутриполитическую повестку.

Как бы там алиев-джуниор ни топорщил свои усы, он не дорос до уровня, при котором может оказать давление на Израиль.
Нравится это кому-то или нет, но Израиль является одним из ключевых военно-политических игроков Ближнего Востока, обладающим собственными стратегическими интересами и принимающим решения, исходя исключительно из них. Что, конечно, не оправдывает Израиль, который сам совершил геноцид в Газе и агрессию против братского для армян Ирана.
Однако, возвращаясь к теме Геноцида армян, разговоры о том, что Баку якобы заставил Нетаньяху изменить свою позицию, выглядят скорее попыткой упростить сложную политическую картину.
Гораздо логичнее предположить, что мы наблюдаем согласованную политическую игру, в которой и Израиль, и Азербайджан решают собственные задачи. Для кабинета Биньямина Нетаньяху тема признания Геноцида армян стала одним из инструментов давления на Турцию и элементом внутренней политической борьбы, рассчитанным на рост популярности среди наиболее радикально настроенной антитурецкой части израильского общества.
А дальнейшие парламентские манёвры позволяют сохранить пространство для дипломатического торга в сложной внутриизраильской политической палитре.
Но самое удивительное — это реакция части армянского общества. Когда мы наконец от эмоций перейдём к действиям, которые выгодны нашей стране и нашей Нации?
Вместо того чтобы увидеть открывшееся дипломатическое окно возможностей, вновь начинается эмоциональная истерика. Такая реакция играет против нас самих, а мы этого не понимаем.

Сегодня необходимо понять три принципиально важных обстоятельства.

Первое.

Не столь важно, что голосование в Кнессете было перенесено или снято с повестки.
Принципиально важно другое: впервые в истории именно правительство Израиля признало Геноцид армян как геноцид и вынесло этот вопрос на парламентскую процедуру.

Это уже является серьёзным политическим прецедентом.
Более того, значительная часть израильской интеллектуальной и общественной элиты публично приветствовала этот шаг.

Это означает, что вопрос перестал быть исключительно академической дискуссией и вошёл в политическую повестку Израиля.

Второе.
Не стоит строить иллюзий относительно мотивов израильского руководства.

Израиль руководствуется исключительно собственными национальными интересами, и ему всё равно моральная сторона вопроса.

Если признание Геноцида армян оказалось полезным инструментом в противостоянии с Турцией и способом укрепления внутриполитических позиций правительства Нетаньяху, значит, именно этим инструментом оно и воспользовалось.

И в этом нет ничего удивительного.

Третье.

Армянской дипломатии должно быть совершенно безразлично, по каким причинам Израиль сделал этот шаг.

В международной политике значение имеют не мотивы, а результат.

А результат заключается в том, что в распоряжении Армении появился ещё один серьёзный дипломатический и политический аргумент в борьбе против турецкой политики отрицания Геноцида армян.

Такой аргумент необходимо использовать максимально эффективно, а не отталкивать его из-за эмоций.

К сожалению, на этом фоне особенно контрастно выглядит антиармянская позиция пашистских властей Армении.
Безусловно, их постоянные заявления о недопустимости «политизации» вопроса признания Геноцида фактически повторяют слово в слово многолетнюю линию официальной Турции, которая всегда стремилась вывести эту тему из сферы международной политики и свести её исключительно к историческим дискуссиям.

Убийца всегда хочет уйти от практической ответственности за преступление, и Турция здесь не оригинальна.

А подход армянских властей кардинально ослабляет дипломатические позиции Армении и способствует размыванию дипломатического инструментария, выгодного интересам Республики Армения.

Но, возвращаясь к теме, давайте зафиксируем, что нам, армянам, нужны не эмоции, а государственное мышление, поскольку пашиняновские власти защищают интересы Турции в данном ракурсе.

В международной политике выигрывает не тот, кто громче возмущается и плачет, а тот, кто умеет использовать даже противоречия между другими государствами в собственных национальных интересах.
Холодный расчёт всегда сильнее истерики.

И если политическая конъюнктура создаёт для армянского народа дополнительные возможности в защите исторической правды, их необходимо использовать без колебаний и без лишних эмоций.

Ведь, в конце концов, когда закончится про-турецкий пашистский бардак в стране, мы же должны иметь в арсенале инструменты защиты национальных интересов Армении.