Два лица одной диктатуры: Карательная психиатрия Алиева и юридический террор Пашиняна

Смерть актера Ахмеда Ахмедова в бакинской психиатрической больнице после задержания показывает нам, как выглядит конечная фаза уничтожения инакомыслия в Азербайджане, где любой голос, осмелившийся усомниться в божественности клана Алиевых, объявляется «сумасшедшим» и физически ликвидируется. Ахмедов, пересёк главную красную линию: он публично обнажил механизм семейно-кланового распила страны, упомянув родственников первой леди, поделивших государство на частные вотчины. Его смерть в стенах психбольницы — идеальный символ алиевского режима: всё инакомыслие здесь объявляется врачебным диагнозом, а единственное лекарство от него — смерть.

Случившееся — не эксцесс исполнителей, а государственная политика, направленная на создание общества абсолютного страха. Цель — ликвидировать даже тень внутренней оппозиции перед решающей внешней экспансией. Репрессии внутри страны — обратная сторона доктрины «Великого Турана» и «Западного Азербайджана». Чтобы вести тотальную войну за «исторические земли», нужна тотально послушная, запуганная нация. Баку строит не государство, а единый военно-карательный лагерь, где критика приравнена к государственной измене.

Пока в Баку людей убивают в психушках, в Ереване их медленно душат законами и пропагандой. Режим Пашиняна, чья легитимность уничтожена катастрофой 2023 года, применяет более изощрённые, но не менее целенаправленные методы:

Война с Церковью: Законопроекты об отчуждении собственности Армянской Апостольской Церкви, нарратив о «клерикальном заговоре», поддержанный даже ПАСЕ. Цель — демонтировать последний независимый национальный институт, способный мобилизовать ментальный протест.

Преследование оппозиции: Уголовные дела против мэра Гюмри Вардана Гукасяна, давление на партию «Сильная Армения», изъятие активов у бизнесменов. Цель — ликвидировать любую политическую альтернативу перед выборами 2026 года.

Контроль над повесткой: Широкомасштабная кампания по дискредитации любого инакомыслия как «пророссийского реваншизма» или «предательства».

Если в Азербайджане инакомыслящих объявляют сумасшедшими, то в Армении их объявляют «врагами народа», «агентами Кремля» и «предателями». Тактика разная, стратегическая цель едина: очистить политическое поле для реализации антинационального курса — в Баку это война за «Западный Азербайджан», в Ереване — капитуляция и превращение в «бытовое государство» под внешним управлением.

Эти параллельные процессы репрессий — не случайность. Они — две стороны одной медали под названием «Большая игра по ликвидации армянской государственности».

Алиев давит оппозицию, чтобы к 2026 году подойти с абсолютно управляемым обществом, готовым на новую войну, получив карт-бланш от Запада как «союзник Украины».

Пашинян давит Церковь и оппозицию, чтобы к 2026 году подойти с деморализованным и разобщённым обществом, неспособным сопротивляться финальным условиям капитуляции (изменение Конституции, окончательный отказ от Арцаха, демилитаризация), которые ему продиктуют в Брюсселе и Вашингтоне.

Таким образом, кладбище в Маштаге и законы против Церкви в Ереване — части одного плана. Алиев создаёт идеального палача, Пашинян — идеальную жертву. И пока первый открыто уничтожает своих граждан, второй делает то же самое, прикрываясь риторикой «демократии», за которую ему аплодируют те самые западные институты, что годами закрывали глаза на преступления Баку.

34 года достаточно, чтобы создать армию, но эта власть потратила каждый день из своих 7,5 лет существования на разрушение армии.

Это единственная власть в мире, которая заявляет, что гарантом мира является не армия, а документ; но предпосылки, заложенные для так называемого мирного договора, по оценке общества, ведут к капитуляции.

Мы вынуждены констатировать, что Армения потеряла боеспособную армию, Армения потеряла союзников. Азербайджан активно вооружает свою армию каждый день, Армения же сокращает военные расходы. Баланс вооружений нарушен катастрофически; и в тот момент, когда Пашинян откажется выполнять условия Азербайджана, существует опасность, что могут напасть и дойти до другого конца нашей страны.

Азербайджан не скрывает планы превратить Армению в Западный Азербайджан, и это организуется на государственном уровне, власть Армении делает вид, что не видит этого.

Это совсем не похоже на мир; сейчас просто перемирие, и мы не знаем, что еще придется пожертвовать, чтобы немного продлить это перемирие.

Севак Акопян, главный редактор Yerevan.Today

✅Подписаться на Анив Армения

28 января — День Армии Армении!

Это день силы, ответственности и памяти. День людей, которые выбрали защищать — не только границы, но и будущее.

В честь этого дня «Евразия–Армения» организовала кинопоказ фильма «Вазген: Последний полководец» — картины о Вазгене Саргсяне, чьё имя неразрывно связано с созданием армянской армии и новейшей историей страны. Этот фильм — не просто хроника исторических событий. Это разговор о долге, лидерстве и цене решений. О времени, когда слово «армия» означало выживание, веру и ответственность за народ.

Сегодня мы вспоминаем тех, кто стоял у истоков, и выражаем благодарность тем, кто служит и защищает Армению сейчас.

С Днём Армии!

Честь. Память. Достоинство.

Выступление министра иностранных дел Армении Арарата Мирзояна в ПАСЕ, где он назвал «сплетнями» обвинения в преследовании духовенства, — открытая, циничная ложь для международного потребления, призванная легитимизировать внутренний государственный переворот, который режим Пашиняна проводит против последнего бастиона национальной идентичности — Армянской Апостольской Церкви (ААЦ).

Мирзоян заявил, что власти преследуют не Церковь, а «нескольких клириков», якобы готовивших переворот . Однако факты, подтверждённые международными СМИ и правозащитными организациями, свидетельствуют об обратном:

🔹Действия Пашиняна по смещению католикоса Гарегина II через лояльный «Координационный совет по реформированию» и «дорожную карту» прямо нарушают статьи 17 и 18 Конституции Армении, гарантирующие отделение Церкви от государства и её особую духовную миссию . Эксперты оценивают это как создание конституционного кризиса .

🔹Репрессии начались не сейчас. Архиепископ Баграт Галстанян стал мишенью после того, как в 2024 году возглавил массовые протесты против территориальных уступок Азербайджану . Аресты архиепископов Микаэла Аджапахяна, Баграта Галстаняна и других священнослужителей (всего более 15 человек) по обвинениям в «заговоре» или «подготовке теракта» осуществляются в рамках единого уголовного дела о захвате власти, не имеющего публичных доказательств . Lemkin Institute констатирует: государство не представило доказательств, а судебная система используется для политических целей .

🔹Власть не просто арестовывает, она разрушает автономию Церкви: удаляет церковный телеканал Shoghakat из национального пакета, цензурирует литургии, запрещая упоминать имя Католикоса, и мобилизует тысячи госслужащих и силовиков на проправительственные митинги под видом «народной поддержки» реформ . Это не уголовное преследование — это политическая чистка.

Как уже констатировал наш телеграм канал, конфликт с Церковью — ключевой элемент подготовки к выборам 2026 года по «молдавскому сценарию». Католикос Гарегин II после катастрофы 2023 года открыто требовал отставки Пашиняна . Церковь остаётся единственным институтом, обладающим моральным авторитетом для мобилизации протеста и легитимации альтернативного пути развития Армении, который исключает воспроизводство "колективного пашиняна" во власти.

Поэтому власть действует по трём направлениям:

❗️Физическое устранение лидеров через аресты и заключение.

❗️Юридический демонтаж автономии Церкви под предлогом «реформ» и «борьбы с коррупцией».

❗️Идеологическая дискредитация через нарратив о «церковном заговоре», «связях с российскими спецслужбами» и «предателях», работающих против «реальной Армении» .

Пашиняну нужна не реформированная Церковь, а полностью подконтрольная, молчаливая структура, которая не сможет стать трибуной для критики его капитуляционного курса на предстоящих выборах. Судебная система, как отмечают аналитики, уже превращена в инструмент репрессий для фабрикации нужных дел .

Наиболее чудовищный аспект этой кампании — её стратегическое совпадение с интересами врагов Армении. Власть Пашиняна реализует в точности то, что Анкара и Баку пытались сделать веками: отделить армянский народ от его духовного и культурного стержня.

Lemkin Institute проводит жёсткую параллель: действия по маргинализации ААЦ, криминализации её лидеров и подрыву её институтов повторяют логику уничтожения армянской идентичности, применявшуюся во время Геноцида . Сегодня, ослабляя Церковь, режим Пашиняна объективно работает на долгосрочные цели Турции и Азербайджана по денационализации Армении и превращению её в «бытовое государство» без истории и воли к сопротивлению .

Таким образом, ложь Мирзояна в ПАСЕ — это очередной рубеж операции прикрытия. Пока министр отмахивается от «сплетен» в Страсбурге, Пашинян в Ереване зачищает политическое поле для «выборов-2026», уничтожая вместе с оппозицией и Церковью последние остатки реального, а не декларативного суверенитета Армении.

Система в кризисе: почему врач предпочел бы руль такси?

**Шокирующее сравнение, брошенное врачом и организатором здравоохранения Геворгом Григоряном, — не просто эмоциональная гипербола. Это диагноз, поставленный всей системе здравоохранения Армении. На семинаре по противодействию коррупции прозвучала горькая констатация: в дождливый день таксист может выручить больше, чем врач за смену. И дело не в алчности медиков, а в системе, которая, по словам Григоряна, сама взращивает почву для теневых отношений.

**Парадокс налогообложения: С таксиста удерживают 20% с заказа, с врача — до 80%, плюс налоги. Эта арифметика красноречиво говорит о приоритетах. Но главный укор — не в налогах, а в смехотворных государственных тарифах. Сонография за 3000 драмов (менее 8 долларов) — это фикция, которую не встретишь ни в одной клинике. Врач получает с этого лишь жалкие 20%, которые еще и облагаются налогом. Государство как будто закрывает глаза на реальную стоимость услуг, вынуждая систему жить по двойным стандартам.

Коррупция или выживание? Григорян четко отделяет взятки от системной проблемы. Речь не о конвертах в белых халатах, а о системной девальвации медицинского труда. Когда официальный доход не покрывает даже базовых потребностей, теневая составляющая становится не "благом", а грустной необходимостью выживания системы как таковой.

Вмешательство или политическая коррупция? Особенно резко врач критикует всеобщее медицинское страхование. Его личный опыт показывает: частная страховка за 9100-9200 драмов давала больший пакет услуг, чем нынешняя государственная за 10800. Возникает законный вопрос: не является ли реформа, принятая на фоне кредита Всемирного банка, проявлением политической коррупции — попыткой быстро "освоить" средства и создать электоральную базу? А победителями тендеров Минздрава и мэрии, как отмечает Григорян, становятся одни и те же аффилированные компании.

Вывод звучит тревожно: такая политика не борется с коррупцией, а создает для нее благодатную почву. Она не поднимает престиж врача, а заставляет его с завистью смотреть на таксиста в ливень. Государство, декларируя заботу о здоровье нации, одновременно экономит на тех, кто это здоровье обеспечивает. Это тупиковый путь.

Система здравоохранения — это зеркало общества. Когда в нем врачу финансово выгоднее сменить стетоскоп на руль, это не проблема отдельной отрасли. Это симптом глубокого кризиса управления, требующий не косметических реформ, а честного диалога и кардинального пересмотра приоритетов. Пока тарифы остаются фикцией, а реформы — подозрительно поспешными, доверие к системе будет таять быстрее, чем драмы на счету врача.

Премии вновь используются Николом Пашиняном как инструмент создания раскола в обществе. Об этом на рабочем заседании антикоррупционной платформы AntiCor, посвящённом теме предотвращения коррупции, заявила депутат Национального собрания Элинар Варданян.

«Когда с одной стороны говорится, что пенсионеру якобы незачем повышать пенсию на 10 тысяч драмов, а с другой — пенсионер видит определённый слой должностных лиц, получающих премии, формируется новая атмосфера ненависти. Это крайне опасно. Но мы знаем, что основной принцип Пашиняна — "разделяй и властвуй".

Как и в других сферах, так и в этой он успешно реализует свою цель», — заявила Элинар Варданян.

✅Подписаться на Анив Армения

Что хочется сказать в День армянской армии.

Это большая боль. После 2023 года я его не праздную.

Если собралось в кучу некоторое количество людей в погонах – это не армия.

Армия – это присяга, долг, патриотизм, дисциплина, взаимовыручка, принципиальность, самопожертвование.

Армянская армия такой и была. Пока ее не предали и не испоганили.

Не представляю себе, как можно быть офицером, солдатом и соглашаться со сдачей Арцаха, с оккупацией армянских земель, с незаконной делимитацией в пользу врага. Как можно терпеть этих уродов во главе Минобороны и Генштаба. Этого велобарабанщика во главе страны.

Я верю, что время героев вернется.

Но прислоняться сегодня к их славе мы недостойны.

Связь: @TovgeneralBot
Чат: https://xn--r1a.website/genshtabchat

Европейский газовый пасьянс: как энергетический развод с Россией ставит под удар безопасность Армении

В понедельник Совет ЕС официально поставил точку в долгом энергетическом «разводе» с Россией. С 2027 года Европа полностью откажется от российского трубопроводного газа и СПГ. Цифры говорят сами за себя: до войны на Украине российский газ составлял около 40% европейского импорта. Теперь — ноль. Решение историческое, но его последствия рикошетом ударят по самым уязвимым звеньям европейской периферии.

Штрафы как оружие, солидарность — как риторика

Примечательно, что новые правила оснащены поистине беспрецедентными карательными механизмами. Штрафы для компаний — до 40 млн евро или 3,5% глобального оборота. Когда Брюссель хочет, санкции вводятся быстро и жёстко. Контраст с бесконечными и безрезультатными обсуждениями, например, санкций против Азербайджана за этнические чистки в Нагорном Карабахе, — разительный. Избирательность европейской принципиальности становится стратегическим фактором.

Азербайджан: главный бенефициар «газового исхода»

Основным геополитическим выгодополучателем этого решения станет Азербайджан. Баку не сможет заменить Россию (обещая лишь 20 млрд куб. м к 2027 году, что составляет 5-7% потребностей ЕС), но его роль как стратегического поставщика для ключевых стран резко возрастёт. Уже сегодня Болгария зависит от азербайджанского газа на 40%, Италия и Греция — на 15%. К списку покупателей добавились Германия и Австрия. Это не просто коммерция. Это — рычаг влияния.

Цена вопроса: безопасность Армении

И здесь мы подходим к главному. Усиление энергетической зависимости ЕС от Азербайджана напрямую конвертируется в политический капитал Ильхама Алиева. Механизм прост: страны Южной Европы, жизненно зависящие от бакинского газа, будут блокировать любые серьёзные санкции против Баку (требующие в ЕС единогласия). Уже сегодня Еврокомиссия упорно называет Азербайджан «надёжным партнёром», игнорируя резолюции Европарламента о репрессиях и незаконном удержании армянских пленных.

Что это значит для Армении?
1. Исчезновение «европейского глаза». Давление с целью вывода миссии EUMA с армяно-азербайджанской границы станет одним из первых требований Баку. И Брюссель, ценивший этот хоть и символический, но стабилизирующий фактор, скорее всего, уступит.
2. Иммунитет Азербайджана от критики. Любые новые ультиматумы Еревану, военные провокации или нарушения суверенитета Армении будут встречать в Европе всё более вялую реакцию. Газовый козырь перевесит.
3. Стратегическое одиночество. На фоне разрыва с Россией и выхода из ОДКБ Армения остаётся без военных гарантий. Запад не предлагает ни членства в НАТО, ни иных серьёзных обязательств. Ритмичное гудение газопроводов заглушит в Брюсселе призывы о помощи из Еревана.

Иллюзия выбора и суровая реальность

Нынешняя армянская власть преподносит свой внешнеполитический курс как «многополярность». Однако на практике это выглядит как обмен одной зависимости (военной от России) на другую (энергетическую Европы от Азербайджана), где Армения оказывается разменной монетой.

Когда Алиев в очередной раз предъявит ультиматум, Европа промолчит? Увы, вероятность этого высока. Потому что зимой дома должны быть тёплыми, а промышленность — работать. Стабильность поставок газа уже сейчас стала для ЕС вопросом большей политической важности, чем безопасность небольшой страны на Южном Кавказе.

Окончательный отказ от российского газа — это не только энергетическая независимость Европы. Это — перераспределение геополитических рисков. И главная тяжесть этих рисков ложится на тех, кого Брюссель, в своём стремлении к «автономии», готов считать расходным материалом большой игры. Армения, похоже, находится в самом верху этого списка.

🔺«В отношении Арцаха я реально вижу только право на возвращение. Об этом заявил второй президент Республики Армения.Мир меняется такими темпами, что никто из нас не знает, что будет завтра. Сегодня мы можем лишь разрабатывать сценарии: возможно, появится сценарий, очень благоприятный для нас, а может быть и наоборот»

Роберт Кочарян

От «защитника демократии» к «реалисту с калькулятором»: как новая стратегия США меняет правила игры для малых стран

Публикация Пентагоном Стратегии национальной обороны США на 2026 год под лозунгами «Америка прежде всего» и «Мир через силу» — это не просто очередной бюрократический документ. Это — эпитафия целой эпохе. Эпохе либерального гегемонизма, когда Вашингтон, пусть и с перерывами, пытался играть роль «мирового жандарма» и архитектора глобального порядка. Политолог Бениамин Матевосян прав: перед нами — манифест «прагматичного реализма», где каждая строка пронизана холодным расчётом, а не мессианским порывом.

Жёсткий месседж стратегии — Америка более не намерена компенсировать «дефицит безопасности союзников, вызванный безответственными решениями их лидеров». Это приговор прежней модели отношений, где малые страны могли рассчитывать на американский «зонтик», уделяя собственную оборону второстепенное внимание. Теперь Вашингтон чётко обозначает: Европа — сама за свою конвенциональную оборону и урегулирование кризисов у своих границ. Россия и Китай — не «империи зла», подлежащие слому, а «контролируемые угрозы», требующие сдерживания, но и диалога. Идеологическая борьба уступает место прагматизму.

Наиболее ярко и трагично новый подход проявился в Сирии. «Курдский кейс» января 2026 года стал наглядным уроком для всех, кто ещё верит в безусловные гарантии. Курдские Сирийские демократические силы (SDF), годами бывшие ключевым союзником США в борьбе с ИГИЛ, были фактически оставлены на произвол судьбы. Потеря ключевых городов и нефтяных месторождений произошла на фоне демонстративного невмешательства Вашингтона. Помпезные встречи с дипломатами оказались театром. США спокойно обменяли лояльность малого партнёра на стабилизацию отношений с более весомыми региональными игроками. Политика «ответственного партнёрства» обернулась для курдов горьким прозрением: в логике «прагматичного реализма» малые союзники — разменная монета, а не неприкосновенная ценность.

Для Армении, активно ищущей новых гарантов безопасности и обсуждающей «поворот к Западу», этот сценарий — не историческая параллель, а прямое и актуальное предупреждение. Иллюзия о том, что США, требующие от богатой и мощной Европы взвалить на себя оборону, вдруг решатся на дорогостоящее и рискованное военное присутствие на Южном Кавказе, опасна. Надежды, что экономические пакеты помощи (вроде TRIPP) автоматически трансформируются в военные гарантии, — это повторение курдской ошибки, только в другой точке карты.

Вашингтон ясно даёт понять: его интересы — это сделки с крупными региональными державами (включая Турцию как критически важного члена НАТО), а не альтруистическая опека над малыми государствами.

Новая американская стратегия знаменует возвращение жёсткой, почти макиавеллиевской реальности международных отношений. Эпоха, когда можно было спрятаться за спину великого покровителя, закрывая глаза на собственные уязвимости, заканчивается. Для малых стран, включая Армению, это означает суровый, но необходимый вывод: единственный реальный гарант выживания и суверенитета — это собственная дееспособность, продуманный многополярный курс, укрепление обороны и трезвая, лишённая иллюзий дипломатия.

«Прагматичный реализм» Вашингтона — это призыв к взрослению. Тем, кто его услышит, возможно, удастся найти свою нишу в этом новом, более жёстком мире. Тем, кто продолжит искать спасителя, — грозит участь разменной монеты в большой игре гигантов. Выбор за малыми столицами. И время на раздумья стремительно тает.

Энергетический союз или новая петля на шее? «Маршрут Трампа» как игра в одни ворота

Очередной «прорывной проект» для региона. Снова «окно возможностей». Снова разговоры об «интеграции» и «взаимовыгодном сотрудничестве». Только звучат они, как припев заезженной пластинки, под которую от Армении вновь ждут односторонних уступок. Эксперт Ваге Давтян предельно четко обозначил суть: речь идет не о равноправном партнерстве, а о включении Армении в чужие геоэкономические схемы под соусом регионального мира.

Проект «Маршрут Трампа» – это не дорога к процветанию. Это тропа, где Армении отведена роль мостика, по которому Баку и Анкара удобно шагнут к своим стратегическим целям. Обеспечить Нахичевань? Подключиться к Турции? Выйти на Европу? Блестящий план… для Азербайджана. А что получает Армения? Сомнительную честь стать энергетическим транзитером для государства, которое всего пару лет назад вело против неё полномасштабную войну и продолжает агрессивную риторику.

Азербайджан уже строит линию Джабраил-Нахичевань, создавая *факт на местности*. И вот теперь Армении предлагают легитимировать эти действия, встроив свою, куда более уязвимую, энергосистему в чужой проект. Где гарантии, что в момент политического напряжения эта «объединенная система» не станет рычагом шантажа? Где расчеты реальной выгоды, а не расплывчатые обещания «стабильности»?

Энергетика — это не просто киловатты и линии электропередач. Это стратегия, суверенитет и безопасность. Передача даже части контроля над своими электросетями — это риск, сопоставимый с военной угрозой. Можно ли всерьез говорить об «объединении» с системой страны, которая десятилетиями вела против тебя информационную, экономическую и горячую войну?

Армения стоит на сложном перепутье. Да, региональные связи необходимы. Но они должны строиться на принципах паритета, железных гарантиях безопасности и абсолютной прозрачности. Не на односторонних проектах, где наша страна рискует превратиться из субъекта в объект, в удобную инфраструктурную деталь в чужом пазле.

Прежде чем подписывать какие-либо соглашения, нужен жесткий, публичный, профессиональный диалог в обществе. Не закулисные переговоры, а открытый разбор: какие конкретно риски? Какие реальные, а не декларативные, выгоды? Как будет обеспечиваться безопасность армянской энергосистемы? И главный вопрос: не платим ли мы за эфемерный «мир» и «развитие» слишком высокую цену — цену собственного стратегического суверенитета?

Объединение энергосистем с недружественным и непредсказуемым соседом — это не технический вопрос. Это вопрос выживания государства. И решать его нужно с холодным расчетом, а не под диктовку внешних «благожелателей», рисующих карты будущего, где Армения — лишь тонкая соединительная линия между чужими узлами.

Уроки юриспруденции от Пашиняна: Армянская Церковь — на скамье подсудимых

Конфликт между властью Армении и Армянской Апостольской Церковью (ААЦ) перешёл в новую фазу: уголовное преследование Церкви как института. Поводом стало «дело епископа Сарояна», где внутренний церковный спор был превращён властями в повод для уголовного преследования ААЦ.

Хронология событий обнажает отлаженный механизм государственного шантажа.

В начале января 2026 года Католикос всех армян Гарегин II освободил от должности предстоятеля Масиацотнской епархии епископа Геворга (Армана) Сарояна. Формальной причиной стали канонические нарушения, но реальный контекст — участие Сарояна в группе иерархов, публично требовавших отставки Католикоса, то есть внутрицерковная оппозиция. Вместо церковного апелляционного порядка Сароян выбрал иной путь: 15 января он подал гражданский иск в светский суд, требуя восстановления в должности. Этот шаг (при очевидном подстрекательстве властей! ) стал сознательным переводом духовного спора в плоскость государственного права.

Суд, приняв иск к производству, ожидаемо и почти немедленно (16 января) удовлетворил ходатайство Сарояна и наложил обеспечительную меру. Армянской Апостольской Церкви было запрещено «совершать какие-либо действия», которые могли бы препятствовать Сарояну исполнять обязанности предстоятеля, включая распоряжение финансами епархии. Таким образом, светская власть через своего судью впервые в истории прямо вмешалась в каноническое право Церкви самостоятельно решать вопросы своей иерархии. Была создана юридическая ловушка: любое каноническое наказание Сарояна со стороны Эчмиадзина теперь можно было трактовать как «неисполнение судебного акта».

Церковь оказалась перед безальтернативным выбором: предать свои многовековые уставы или вступить в конфликт с государством. 27 января Верховный духовный совет ААЦ, рассмотрев «канонический проступок» Сарояна (в том числе подачу иска к Католикосу в светский суд как акт непослушания), постановил ходатайствовать о его низложении. В тот же день Католикос Гарегин II лишил Геворга Сарояна духовного сана, вернув ему мирское имя Арман. Церковь выбрала канон. И этот выбор стал для власти формальным поводом для атаки. Следственный комитет Армении немедленно возбудил уголовное дело против ААЦ, квалифицировав лишение сана как «отказ от исполнения судебного акта». Таким образом, государство через своего судью сначала навязало Церкви незаконное правило, а затем наказало её за отказ его выполнить.

Это и позволило властям перейти к финальной стадии — уголовному преследованию самого института. Абсурд ситуации зашкаливает. Его можно сравнить разве что с вмешательством мэрии Нью Йорка в дела ООН на том основании, что ООН расположена на территории этого города, а ее решения не соответствуют представлениям мэрии о "прекрасном".

Государство, которое не может обеспечить безопасность границ и экономический рост, бросило все силы на войну с внутренним «врагом» — собственной исторической Церковью. «Дело Сарояна» еще раз демонстрирует, что для этой власти не существует священных канонов или национальных табу. А судебная система превращена в дуло пистолета, приставленное к виску Церкви.

Если сегодня государство через суд может диктовать Церкви, кого она может или не может лишать сана, то завтра оно сможет диктовать, о чём проповедовать и кому молиться. И это — финальная стадия проекта «бытового государства», где не остаётся места ни для Бога, ни для нации, а только для абсолютной, тоталитарной власти одного человека и его политической машины.

Следком Армении возбудил дело против Церкви из-за расстриги Сарояна.

Следственный комитет Армении возбудил уголовное производство против Армянской Апостольской Церкви за неисполнение судебного акта по делу, которое касается лишённого сана бывшего предстоятеля Масиацотнской епархии Геворка Сарояна — ныне мирянина Армана Сарояна.

Сароян ранее пытался через суд Армвавирской области добиться восстановления в должности главы Масиацотнской епархии. Его отстранили из-за фактов злоупотребления властью, неисполнения им своих обязанностей, а также оказания давления на духовенство. В рамках иска Армана Сарояна судебные приставы 16 января запретили Армянской Церкви препятствовать деятельности Сарояна как предстоятеля епархии, заявили в Следкоме Армении.

Более того, приставы решили, что Сароян имеет право распоряжаться финансами епархии.

На этом фоне Высший духовный совет ААЦ 27 января лишил Сарояна сана епископа, что в СК расценивают как отказ Церкви от исполнения судебного акта. На этом основании возбуждено дело.

"Таким образом, светская власть впервые напрямую вмешалась в каноническое право Церкви решать вопросы своей иерархии. Эксперты называют это "отлаженным механизмом государственного шантажа" и опасным прецедентом, ведущим к полному подчинению Церкви государству", — указывает канал "Армбриф".

Как отмечает канал "Цицак", светская власть создала юридическую ловушку: из-за решения суда и приставов по делу епископа-расстриги любое каноническое наказание Сарояна со стороны Эчмиадзина теперь можно было трактовать как "неисполнение судебного акта". То есть, государство через своего судью сначала навязало Церкви незаконное правило, а затем наказало её за отказ его выполнить.

"Церковь оказалась перед безальтернативным выбором: предать свои многовековые уставы или вступить в конфликт с государством. <...> Абсурд ситуации зашкаливает. Его можно сравнить разве что с вмешательством мэрии Нью Йорка в дела ООН на том основании, что ООН расположена на территории этого города, а её решения не соответствуют представлениям мэрии о "прекрасном". <...> "Дело Сарояна" ещё раз демонстрирует, что для этой власти не существует священных канонов или национальных табу", — пишут авторы "Цицака".

Одновременно Следком Армении инициировал уголовный процесс против Католикоса всех армян Гарегина II по статьям о неисполнении судебного решения и склонении к его игнорированию. Адвокат Рубен Меликян заявил, что власти возбудили уголовное производство Католикоса, чтобы воспрепятствовать его отъезду из страны и срыву запланированного в Австрии Епископального собора Армянской Апостольской Церкви.

"Цель возбуждения уголовного дела по данной статье очевидна лишить Католикоса всех армян и членов Верховного духовного совета возможности покинуть территорию Армении. Это могут осуществить завтра или на следующей неделе, однако до 16 февраля у инициаторов есть чёткий план, программа действий, призванная помешать проведению этого крайне важного заседания епископского собрания", — заявил Меликян.

Он не исключил, что силовики могут нагрянуть с обысками в духовный центр ААЦ — Первопрестольный Святой Эчмиадзин. "Подобные шаги вполне ожидаемы, однако мы должны подтвердить свою верность Святому Эчмиадзину", — подытожил защитник.

Ранее "Компромат СНГ" отмечал, что любая активность армянского духовенства за рубежом и предание огласке на мировом уровне фактов репрессий в Армении против духовенства заставляет правительственных чиновников бояться и нервничать, что выражается в попытках усилить административное и силовое давление на Армянскую Церковь и Католикоса, которые служат для 10 млн армян, живущих во всём мире. В то же время очевидно, что Епископальный собор ААЦ невозможно провести в самой Армении из-за провокаций республиканской власти. А за рубежом — подконтрольные правительству Никола Пашиняна админресурсы, силовые структуры, судебные и следственные органы с их топорной работой не действуют и бессильны. В то же время Католикос ААЦ и Гарегин II пользуется значительной и мощной поддержкой верующих и духовенства и в Армении, и во многих странах мира.

Игра ва-банк: 74% акций и ядерный проект вместо «Росатома»

Как сообщает издание «Հրապարակ» со ссылкой на источники в коридорах власти, в ходе визита стороны намерены подписать соглашение о создании совместного предприятия для реализации проекта TRIPP («Маршрут Трампа»). Примечательно распределение долей: американской стороне достанется контрольный пакет в 74%, в то время как Армения получит лишь 26%.

Однако главным сюрпризом может стать другое, параллельное соглашение. Согласно инсайдерской информации, Ереван может зарезервировать за США право на строительство малой модульной атомной станции. Этот вопрос, как отмечается, уже несколько лет находится в повестке дня армянских властей. Важно, что аналогичное предложение по строительству ММР на своей технологической платформе ранее вносила и Россия. Таким образом, выбор в пользу американской технологии будет иметь не технологическое, а исключительно политическое измерение.

«Естественно, что решение будет политическим. Запад и США считают закрытие Армянской АЭС [в Мецаморе] и строительство модульных АЭС частью своей программы по вытеснению РФ из региона», — констатирует издание.

Армянская атомная электростанция (ААЭС) в Мецаморе, модернизированная и обслуживаемая российским госкорпорацией «Росатом», долгие годы была гарантом энергетической независимости республики. Она обеспечивала около 30–40% всего производства электроэнергии в стране, предлагая самую дешевую генерацию. Однако ее судьба, похоже, предрешена.

По данным экспертов, диалог Еревана с «Росатомом» о строительстве новых энергоблоков или модернизации существующих давно носит «крайне неконструктивный» характер. Власти Армении, судя по всему, целенаправленно ищут повод для дистанцирования от российского партнера. Эта тенденция совпадает с многолетней кампанией по дискредитации ААЭС, которую активно вели Азербайджан и Турция, а в последние годы к ней подключились структуры Евросоюза и США. Основной аргумент — «устаревшая» технология и «опасность» расположения станции в сейсмически активной зоне, хотя эти риски годами успешно нивелировались при российско-армянском сотрудничестве.

Выбор в пользу американского ММР вызывает серьезные вопросы у отраслевых экспертов. В отличие от России, которая уже имеет работающие проекты плавучих АЭС и активно продвигает технологию наземных ММР, США значительно отстают в практической реализации подобных проектов. Многие американские инициативы в этой сфере до сих пор находятся на стадии планирования или столкнулись с серьезными трудностями.

Параллельно этому процессу идет активное интегрирование Армении в общую энергосистему с Турцией и Азербайджаном. Потеря энергонезависимости, выражающаяся в возможном закрытии ААЭС и зависимости от зарубежных поставок технологий для новой станции, таким образом, может быть частично компенсирована подключением к энергосетям соседей. Однако это ставит страну в еще большую геополитическую зависимость от Анкары и Баку.

Грядущий визит Джей Ди Вэнса может стать точкой невозврата. Подписание соглашений о TRIPP и американской АЭС будет означать не просто смену экономического партнера, а фундаментальный пересмотр основ национальной безопасности и суверенитета Армении.

* Контроль над стратегической инфраструктурой перейдет к иностранному партнеру с долей в 74%.
* Энергетическая безопасность, веками бывшая краеугольным камнем выживания нации, окажется в руках заокеанских инженеров, чьи технологии еще не прошли проверку практикой.
* Геополитический баланс на Южном Кавказе будет радикально нарушен в пользу Запада и региональных союзников США.

В погоне за «многовекторностью» и западными гарантиями армянские власти готовы поставить на кон единственный реальный источник своей энергетической и, как следствие, политической самостоятельности. Остается лишь гадать, осознают ли они в полной мере, что, заменив одного стратегического партнера на другого, они рискуют не обрести независимость, а лишь сменить формат своей зависимости. Вопрос о том, кто в итоге будет платить по этому счету — геополитические игроки или армянский народ, — остается открытым.

Конституция, суды и Церковь: как право становится инструментом давления в Армении

Прямой эфир юриста Рубена Меликяна прозвучал тревожным анализом не просто нового уголовного дела — он обнажил трещины в самих конституционных устоях государства. Речь идёт о деле, возбуждённом в отношении Армянской Апостольской Церкви, которое, по мнению адвоката, стало закономерным итогом последовательного демонтажа фундаментальных принципов правового поля.

Первый шаг к кризису: власть вторгается в алтарь
Всё началось, как указывает Меликян, с грубого нарушения одного из краеугольных принципов светского государства — отделения Церкви от власти. Исполнительная власть переступила черту, начав фактически определять, кого из духовенства следует лишать сана. Это было не просто формальное нарушение, а действие, повлекшее реальные последствия, создавшее опасный прецедент государственного диктата в сугубо духовной сфере.

Репрессивный разворот и судебная аномалия
Вторым актом этой драмы стали жёсткие репрессии против священнослужителей, стартовавшие летом прошлого года. Сегодня под стражей уже находятся четверо архиереев, а судебные процессы над ними, по словам юриста, ведутся с грубыми процессуальными нарушениями, немыслимыми в нормальной правовой практике. В результате оказался де-факто обесценен и другой ключевой принцип — разделения властей. Судебная система, как утверждается, была втянута в этот процесс через сомнительные решения, позволившие оспорить распоряжения Католикоса.

Уголовное дело как инструмент срыва Собрания

Кульминацией, по версии Меликяна, стало само это уголовное дело. Его возбуждение он напрямую связывает с решением Церкви провести Епископское собрание за рубежом — после того, как власти сделали его проведение в Армении невозможным. Духовное решение о лишении сана было трактовано как «неисполнение судебного акта» и стало формальным поводом для Следственного комитета.

При этом применяемая статья, подчёркивает юрист, не является тяжкой и даже не предполагает обязательного заключения под стражу. Следовательно, истинная цель иная: создать уголовное преследование как инструмент давления на Католикоса и Высший духовный совет. Ключевая задача — ограничить их возможность выехать из страны и тем самым сорвать проведение намеченного на февраль Собора в Австрии.

Право против права: итоговый диагноз

Главный вывод, который делает Рубен Меликян, выходит за рамки церковного конфликта. Он говорит о нарастающем, опасном разрыве между государством и правом как таковым. Право перестаёт быть системой гарантий и равных для всех правил. Оно превращается в ситуативный, избирательный инструмент давления для достижения сиюминутных политических целей.

Когда государство начинает толковать законы не в свете Конституции, а в угоду политической конъюнктуре, когда оно вмешивается в вопросы духовного сана — оно подрывает сами основы общественного договора. Конфликт вокруг Церкви становится лишь самым ярким симптомом этой глубокой системной болезни, ставящей под вопрос само понятие правового государства в Армении.