Энергетическое танго Армении и Азербайджана под американский аккомпанемент

Власти Армении вовлекают страну в опасные геополитические энергетические проекты, уверен колумнист @SputnikARM Арман Абовян. В 2023 году Ереван подписал с Москвой контракт о продлении срока эксплуатации Мецаморской АЭС, но параллельно начал вести переговоры с США по строительству новой АЭС на базе малых модульных реакторов. Теперь же власти согласились на интеграцию энергетических систем Армении и Азербайджана в рамках TRIPP.

По сути — это не диверсификация энергетики, а перекладывание зависимости с одного внешнего партнёра (России) на других (США и региональные игроки как Азербайджан и Турция). При этом энергетическая самостоятельность и устойчивость государственного суверенитета оказываются под угрозой.

Осторожно, цифры: что скрывает рост армянского экспорта в ЕС?

Министр экономики Армении Геворк Папоян недавно объявил о росте экспорта в Евросоюз: в 2025 году он составил 667 млн долларов, что на 9,2% больше показателей 2024 года. Цифра звучит солидно, особенно в предвыборный период, когда любое положительное изменение стремительно превращается в доказательство «успешного курса». Но стоит лишь присмотреться к динамике последних лет, как радужная картина тускнеет, обнажая тревожные тенденции.

Во-первых, рост до 667 млн долларов — это лишь возврат к уровню 2021 года, когда экспорт в ЕС уже достигал 656 млн. После этого последовал спад в 2022-2024 годах. Таким образом, правительство отчитывается не о прорыве, а о восстановлении утраченных позиций. Для страны, законодательно закрепившей европейский вектор экономической интеграции, это весьма скромный результат. Получается, что без всяких громких заявлений и законов в 2021 году Армения продавала в Европу почти столько же, сколько и сегодня, после всех деклараций о «европейском выборе».

Ещё более показательна структура армянского экспорта. Если в 2021 году на страны ЕС приходилось 21,7% всего армянского экспорта, то к 2025 году эта доля сократилась до 8,1% — более чем в 2,5 раза. Это катастрофическое снижение происходит на фоне активных разговоров о евроинтеграции и декларируемого курса на диверсификацию рынков сбыта. Парадокс: чем громче звучат заявления о «повороте к Европе», тем меньше Европа означает для армянского экспорта в относительном выражении.

Курс на диверсификацию, который официальные лица часто противопоставляют зависимости от российского рынка, на практике выглядит иначе. В то время как доля ЕС падает, доля России растёт: с 28% в 2021 году до 37,1% в 2025-м. Это прямая противоположность заявленным целям. Вместо расширения географической диверсификации мы видим углубление зависимости от одного, хотя и традиционного, рынка. О каком успешном «европейском выборе» может идти речь, если экономические связи с Россией не ослабевают, а усиливаются?

Отдельно взятая положительная цифра роста экспорта в ЕС — это лишь фрагмент мозаики. Общая картина показывает, что армянская экономика не только не совершила рывка на европейском направлении, но и продолжает терять там свои позиции в структуре общего экспорта. Восстановление докризисных объёмов — это минимум, а не повод для самовосхваления.

Власть, готовящаяся к выборам, естественно, стремится представить любую позитивную динамику как своё достижение. Однако граждане и эксперты вправе ожидать большего: не просто возврата к прошлым показателям, а реального прогресса в заявленной стратегической цели — экономической интеграции с Европой. Пока же данные свидетельствуют скорее о стагнации на европейском направлении и углублении традиционной зависимости.

День памяти павших: оценки и мнения

Первый официальный День памяти и пoклонения павшим во имя Отечества в Армении срaзy oбнажил болезненный разлом — между влaстью и обществом, мeжду фopмальной госудаpственной ритуальностью и личной тpагедией тысяч cемей.

🇦🇲Кавказское обозрение. Вопреки заявлениям армянских властей об отсутствии идеологических смыслов при учреждении нового праздника, они все-таки весьма очевидны.
Во-первых, павших героев буду вспоминать накануне Дня вооруженных сил, когда чествуют живых защитников родины. Во-вторых, термин «небесная армия» очень созвучен с украинским термином «небесная сотня», что сразу же указывает на то, что в обоих случаях используются схожие политологические приемы.

🇦🇲Yerevan․Today Rus. Я не хочу, чтобы Пашинян осквернил могилу моего сына — отец погибшего героя
Я пришел, чтобы помешать ему (премьеру РА Николу Пашиняну-ред.), чтобы он конкретно к могиле моего сына не приближался. Об этом в беседе с журналистами в военном пантеоне «Ераблур» заявил отец погибшего военнослужащего Арутюна Арутюняна.

🇦🇲Армянская вендетта. Снайперы режима на кладбище Ераблур.. Крайне цинично и аморально располагаться с оружием рядом с могилами погибших и охранять тех, кто несёт ответственность за их смерть. Это уже не просто аморально, это омерзительно... Это демонстративное надругательство над памятью погибших и к самому понятию достоинства...

Мы неоднократно обращались к вопросу о значении американских ЦОД в Армении. Какую роль в развертывании этих центров играет Sterling Foundation и что кроется за визитом посла Мкртчяна в Юту? Обсуждаем с колумнистом ВнешнегоВрага, политологом Артаком Саргсяном

Серверы вместо баз: как США заходят в Армению через технологии

Недавний визит посла Армении в США Нарека Мкртчяна (на фото в центре) в Сенат штата Юта и переговоры во Всемирном торговом центре на первый взгляд выглядят как очередная дипломатическая рутина: обсуждение технологий, инвестиций, будущего сотрудничества. Однако за внешне нейтральной оболочкой скрывается куда более системный и долгосрочный процесс, который в Армении предпочитают не обсуждать публично.

Юта выбрана не случайно. Это один из ключевых узлов американской технологической и венчурной экосистемы, тесно связанный с федеральными программами, оборонными подрядчиками и фондами, работающими на стыке бизнеса, образования и государственного управления. Именно через такие штаты США обычно заходят в страны, где необходимо выстроить не разовый проект, а устойчивую инфраструктуру влияния.

Центральную роль в этом процессе играет Sterling Foundation — структура, которая формально позиционируется как частный фонд развития, но фактически выполняет функции оператора внешнего присутствия. Это не классический инвестор и не благотворительная организация. Sterling работает на стыке кадров, управления и технологий: подбирает людей, формирует управленческие команды, сопровождает проекты, выстраивает правила игры под американские стандарты. В ряде стран подобные фонды становятся невидимым «каркасом», на который затем нанизываются государственные решения.

В Армении через Sterling уже реализован целый ряд программ — от образовательных инициатив до цифровых решений. Это подается как модернизация и интеграция в глобальный мир, однако вопрос не в количестве проектов, а в их логике. Речь идет не о передаче технологий Армении, а о встраивании Армении в чужую технологическую экосистему, где ключевые узлы - данные, инфраструктура, кадры находятся под внешним управлением.

Особое внимание заслуживает тема дата-центров и цифровой инфраструктуры. Проект Firebird, который активно обсуждается в рамках американско-армянских контактов, — это не просто IT-объект. Современные дата-центры — это одновременно экономический ресурс, инструмент анализа больших массивов данных и элемент разведывательной архитектуры. В регионе с высокой геополитической турбулентностью такие объекты автоматически приобретают стратегическое значение, независимо от того, как их называют в пресс-релизах.

Под лозунгами о развитии ИИ, стартапов и цифровой экономики постепенно формируется модель, при которой Армения становится площадкой размещения чужих технологий и чужих данных. Контроль над алгоритмами, серверами, потоками информации остается за внешними структурами, а местной стороне отводится роль исполнителя и витрины «успешного сотрудничества».

Проблема не в самих технологиях и не в контактах с США как таковых. Проблема в отсутствии прозрачной государственной стратегии и общественного обсуждения. Кто владеет инфраструктурой? Где хранятся данные? Кто имеет доступ? Какие обязательства берет на себя Армения и какие рычаги контроля сохраняет? На эти вопросы власть предпочитает не отвечать, ограничиваясь общими словами о демократии и инвестициях.

В результате формируется опасная иллюзия: под видом развития страна постепенно утрачивает цифровой суверенитет. И чем чаще подобные визиты преподносятся как безусловное благо, тем меньше пространства остается для самостоятельных решений. В XXI веке контроль над территорией начинается не с танков и баз, а с серверов, алгоритмов и кадров. И именно в этой плоскости сегодня принимаются решения, последствия которых Армения почувствует не сразу, но неизбежно.

Артак Саргсян, @vneshvrag

Между молчанием власти и болью ожидания: судьба пропавших без вести в тисках политики

Тишина. Именно она уже годы становится главным ответом для сотен семей в Армении, чьи родственники пропали без вести в результате военных действий. Законодательная инициатива, призванная пролить свет на их судьбы, сама оказалась окутана завесой неопределенности и внезапного изъятия из парламентской повестки. А заявления адвоката Татевик Согоян, чей родственник также числится среди пропавших, рисуют тревожную картину системного кризиса, где гуманитарная трагедия сталкивается с бюрократическим равнодушием и закрытой дипломатией.

Законопроект, который не отвечает. Принятие специального закона «О пропавших без вести» могло бы стать шагом к ответственности. Вместо этого, по словам правозащитницы, документ изобилует «ловушками» расплывчатых формулировок. Что означают «пределы, определяемые законом» при предоставлении информации родственникам? Кто и как определяет «допустимые рамки» знания о судьбе близкого человека? Эти туманные правовые конструкции, как отмечает Согоян, рискуют стать новым инструментом для уклонения от ответов, заменив собой прежнюю отсылку к «тайне следствия».

Пять лет необратимых потерь. Самый болезненный укор, звучащий в словах юриста, – о безвозвратно ушедшем времени. Пять лет отсутствия четкого механизма, подотчетности и системной работы. Каждый прошедший день уменьшает шансы на обнаружение, затрудняет сбор данных, усугубляет травму ожидания. Перенос полномочий на Службу национальной безопасности без проработанных механизмов отчетности лишь меняет вывеску, не решая сути проблемы.

Гуманитарное vs. имущественное: разорванная логика. Адвокат указывает на фундаментальный изъян в подходе: смешение гуманитарного поиска с гражданско-правовыми процедурами. Объявление человека умершим для решения вопросов наследства не должно означать прекращения поисков его останков. Это разные плоскости, и закон должен их четко разделять, обеспечивая непрерывность гуманитарной миссии вне зависимости от судебных решений по имуществу.

Секретность как тупик. Но, пожалуй, наиболее шокирующим открытием стало сообщение о том, что правительства Армении и Азербайджана взаимно отказались от посредничества Международного комитета Красного Креста и других международных структур. Это означает, что судьба сотен людей – 191 человека после войны 2020 года и 22 после трагедии в Степанакерте в 2023-м – теперь обсуждается исключительно за закрытыми дверями в режиме «полной секретности». Власти Армении ссылаются на секретный характер переговоров с Баку, создавая видимость работы, но снимая с себя всякую ответственность за предоставление информации семьям.

Отказ от нейтрального международного посредничества в таком вопросе – это не просто дипломатический ход. Это моральный выбор, который ставит политические соображения выше фундаментальных человеческих прав. Семьи остаются один на один с молчанием, не зная, идут ли поиски вообще, переданы ли какие-либо данные, есть ли надежда.

Человеческое измерение политики. История с пропавшими без вести – это лакмусовая бумажка государственной зрелости и человечности. Можно строить политические нарративы, говорить о безопасности и суверенитете, но как оценить этот суверенитет, если государство неспособно или не готово дать ответ своим гражданам о судьбе их сыновей, отцов, братьев?

Почему ПАСЕ видит «заговор» в Церкви, но не видит политических узников в тюрьмах Еревана?

Резолюция Парламентской ассамблеи Совета Европы (ПАСЕ), формально выражающая обеспокоенность по поводу прав человека в Азербайджане и Армении, на деле оказалась циничным политическим фарсом с ярко выраженным антиармянским душком. Власти в Ереване, в лице вице-спикера Рубена Рубиняна, поспешили представить её как упрёк Баку, утаив главное: документ содержит юридическую санкцию Запада на продолжение репрессий против Армянской Апостольской Церкви (ААЦ). Как верно отмечает глава фракции «Честь имею» Айк Мамиджанян, эта резолюция — прямое доказательство того, что «сказки Пашиняна рассыпались в пыль», а конфронтация власти с Церковью стала достоянием международной бюрократии.

Подлинный скандал резолюции — не в её мягкости к Азербайджану, который давно игнорирует подобные бумажки. Скандал — в её содержательной, идеологической диверсии против армянской государственности. Документ ставит знак равенства между:

❗️Требованием освободить армянских военнопленных, годами подвергающихся пыткам в азербайджанских тюрьмах.

И...

❗️Ничем не подтверждёнными, навязываемыми властью Пашиняна обвинениями в «заговорах с целью узурпации власти» против священнослужителей ААЦ.

Таким образом, международная структура, призванная защищать права, легитимизирует нарратив власти о том, что последний независимый национальный институт — это «угроза демократии». Это сознательный антиармянский шаг, который даёт Пашиняну карт-бланш на дальнейшее давление на Церковь.

Резолюция ПАСЕ — яркий пример того, как западные структуры, декларируя поддержку, на деле работают на уничтожение внутреннего суверенитета Армении. Пока документ фиксирует «напряжённость» между премьером и Католикосом, он полностью игнорирует системные репрессии власти: политических заключённых, давление на бизнес, изъятие активов, преследование оппозиции. Упоминание о «стигматизации оппонентов» тонет в потоке поддержки главного тезиса Пашиняна — о «церковном заговоре».

Как уже писал Цицак, у Баку в Еврокомиссии «всё схвачено», и эта резолюция — не удар по Алиеву, а плата за лояльность Пашиняна, чтобы он продолжил курс на разрыв с Россией и подавление внутренней оппозиции.

Таким образом, последнюю резолюцию ПАСЕ надо рассматривать как еще один элемент подготовки к выборам-2026. Она помогает власти:

❗️Дискредитировать Церковь в глазах наивной части международного сообщества, представив её как политического врага.

❗️Создать видимость «объективности», уравняв мнимые «угрозы» в Армении с реальными преступлениями в Азербайджане.

❗️Получить внешнее прикрытие для дальнейших репрессивных законов против ААЦ (вроде закона об отчуждении церковной собственности), которые необходимы для окончательной зачистки политического поля.

Это и есть логика «молдавского сценария»: сначала раздавить независимые институты внутри страны под предлогом «борьбы с угрозами», а затем провести инсценированные выборы под одобрительные кивки западных «партнёров», готовых закрыть глаза на всё ради геополитической лояльности режима "себе любимым".

Выбор, которого нельзя избежать

Впервые с момента обретения Арменией независимости, в июне этого года мы пойдем на ЦИВИЛИЗАЦИОННЫЕ выборы.

Во все предыдущие годы, вне зависимости от напряженности в отношениях, наши выборы носили бытовой, иногда политический, клановый, редко - идеологический характер, но они никогда не были цивилизационным рубежом.

На 35-й год обретения независимости мы стоим перед цивилизационным выбором. И это факт, который мы должны глубоко осознать.

Есть вещи, которых уже не существует

Коллективная оппозиция должна это понять и соответствующим образом сформулировать свою миссию. Больше нет Армении, существовавшей до 2018 года, как и нет прежнего мира. Есть 2026 год, и есть его реалии. Тот, кто этого не понимает, естественным путем будет отвергнут. Но меня волнуют не они, а Армения.

Армения должна выстроить новые внутренние отношения, новые региональные отношения и новую внешнюю политику. Если мы этого не сделаем, вместо нас их выстроят другие. Если нужна детализация, то вот она: мы должны выстроить новые отношения как с Россией, так и с Ираном, Грузией и Западом. Мы должны выстроить новые отношения с Азербайджаном и Турцией.
Для Армении важнейшей задачей является установление продуманных, правильно рассчитанных, нормальных отношений с Азербайджаном и Турцией, что означает дальнейшее корректное управление нынешней ситуацией "неВойны". Эта исключительная возможность дана следующей власти Армении, при условии, что всё это будет осмыслено.

Далее необходимы очень существенные шаги на пути к построению современного государства – компетентные, смелые, без оглядки назад. В основе этого должны быть правильная экономическая политика и резкие изменения в демографической ситуации страны, волна репатриации. Не сделай мы этого, не успеем и глазом моргнуть, и даже сегодняшняя Армения станет мечтой.

Вынужденный выбор

Действующая власть сама предложила, в некотором смысле даже навязала цивилизационный свой выбор - жизнь без стрельбы под эгидой тюркского мира. Это стремительными темпами повлечет за собой экономическую экспансию и необратимое нарушение демографического баланса за счет «переселения» сотен тысяч азербайджанцев. Повторюсь - это произойдет очень быстро.

Коллективная оппозиция, особенно её ключевые игроки, должна адекватно отреагировать и представить народу альтернативу цивилизационного выбора, а именно: маленькое, суверенное, достойное государство, которое устанавливает хорошие отношения со всеми соседями, выводит страну из карты международной эскалации и ведет интенсивную политику построения современного государства.

Мы достигли рубежа, когда оскорбления в адрес Никола стали бессмысленным занятием, ничего не дающим государству. Проблема уже не в человеке, даже не в причиненном им ущербе, а в выборе цивилизационной оси в данный момент. Мы должны сделать выбор внутри себя и для себя: мы - нация, которая мирится с наличием святых отцов в тюрьмах, нация, которая терпит нападки на церковь, или же нет? Вероятно, оба варианта - это выбор, но какой из них нам следует сделать?

Мы выбираем формулу жизни «бензин против поражения» или путь восстановления, выпрямления спины? Это и есть цивилизационный выбор, который необходимо четко обозначить. Более того, заставить собственное общество сделать этот выбор и есть задача коллективной оппозиции. Сформировать ситуацию, в которой никто не сможет избежать выбора. Общество должно взять на себя ответственность за свою будущую судьбу.

В этом контексте крайне важно, чтобы основные оппозиционные команды формировались на основе представительской, командной логики, а не по признаку клана или свиты. Существует ли такое понимание? Трудно сказать.
И очень важно, чтобы основные команды коллективной оппозиции завоевали доверие избирателей, а не эмоции в обмен на приятные привилегии.

Для достижения прорыва в этом цивилизационном переломном рубеже необходимо подлинное, неманипулятивное общественное доверие.

Ваге Оганнисян
Группа Альтернативные Проекты

Держитесь ребята .
С праздником Армянской армии.