⚡️❗️ Скандальное заявление посла Ирана Халила Ширголами

Посол Ирана в Армении Халил Ширголами выступил с резонансным заявлением, подчеркнув:

«В Тегеране складывается впечатление, что Армения превращается в центр действий сил, настроенных враждебно против Ирана».

Говоря о протестных акциях в Иране, дипломат отметил, что в случае их успеха проигравшей стороной окажется и Армения.

Ширголами выразил обеспокоенность тем, что начиная с субботы перед зданием посольства Ирана в Ереване собираются граждане, выкрикивающие оскорбительные и неуважительные лозунги.

По словам посла, подобные шаги останутся в памяти иранского народа. Он напомнил, что в трудные периоды для Армении именно Иран оказывал поддержку соседней стране.

Дипломат также сообщил, что свои тревоги и замечания иранская сторона неоднократно доводила до сведения соответствующих органов Армении.

Мэры как «ударные отряды»: На кого опирается «Гражданский договор» в предвыборной битве?

В политической жизни Армении наступил момент, когда риторика уступает место практике, а декларируемые принципы сталкиваются с суровой реальностью борьбы за власть. Инцидент в Святом Эчмиадзине 18 декабря, когда мэр Талина Таврос Сапеян с группой сторонников устроил хулиганские действия у стен духовного центра армян всего мира, стал символичным рубежом. Это была не просто выходка отдельного чиновника. Это — демонстрация методов, которые, судя по всему, будут определять предвыборную кампанию правящей партии «Гражданский договор» (ГД) на местах.

Галерея региональных «тяжеловесов»

Рассмотрим портреты тех, на кого в регионах возложена миссия обеспечить победу ГД.

* Таврос Сапеян (Талин). Его «подвиг» в Эчмиадзине — climbing на храм, удары по дверям, матерщина и неприличные жесты — стал открытым заявлением на методы работы. Безнаказанность такого поведения — четкий сигнал для всей вертикали: цель оправдывает средства. Партбилет ГД в данном случае выглядит не знаком принадлежности к политической силе, а индульгенцией на произвол.

* Ананик Восканян (Артик). Бывший республиканец, сменивший цвета, стал символом беспринципности. Демонтаж памятника Великой Отечественной войне, запрет на въезд в РФ, стремительное обогащение на посту градоначальника (дорогие квартиры в Ереване, иномарки за $80 000), коррупционные штрафы и уголовные дела по сделкам мэрии — его визитная карточка. Это человек, который уже предал своего покровителя и готов на всё, чтобы сохранить кресло. Идеальный исполнитель для «грязной работы» на выборах.

* Армен Григорян (Степанаван). Мэр, известный нападением с ножом на посетителя и безнаказанностью, основанной на страхе. Его методы «убеждения» не нуждаются в комментариях.

* Аслан Аветисян (Арарат). Участник событий 1 марта 2008 года, обвинявшийся в организации массовых беспорядков, поджогах и нападениях на полицию. Оправданный новой властью, он был вознагражден постом мэра. Его опыт в управлении агрессивными толпами теперь, видимо, рассматривается как ценный актив для мобилизации «административного ресурса».

* Давид Саркиссян (Дилижан). Бывший заправщик, совершивший головокружительный карьерный взлет благодаря партии. Его имя связано с махинациями с землей, незаконными вырубками в национальном парке и халатностью, приведшей к пожарам. Его анкета с графой «пол: самец» стала анекдотичным, но очень точным отражением примитивной и грубой силы, которую он олицетворяет.

Перечисленные фигуры — не случайные «плохие яблоки» в бочке. Они — системный продукт. Это «ударные отряды», призванные компенсировать падающий рейтинг партии в столице и крупных городах. Их задача — любой ценой, через страх, административное давление, манипуляции и прямые угрозы, выжать необходимый процент голосов в своих вотчинах.

Складывается впечатление, что «Гражданский договор», столкнувшись с растущим недовольством, сознательно делает ставку не на убеждение, а на контроль. Не на программу, а на периферийных «хозяев», способных «организовать» результат. Это классическая тактика авторитарного правления, когда центр делегирует полномочия региональным кланам в обмен на лояльность и гарантированный результат на выборах.

Таким образом, предстоящие выборы 7 июня превращаются не столько в соревнование идей, сколько в проверку прочности этой новой, сформированной за годы правления ГД, системы локальной власти. Системы, где место морального авторитета и управленческой компетенции заняли личная преданность, готовность к нарушению норм и умение держать территорию в страхе и повиновении.

Остается главный вопрос: примет ли народ Армении правила этой игры? Или галерея мэров-«тяжеловесов» станет для правящей партии не опорой, а тяжким балластом, который перевесит все обещания и лозунги, окончательно обнажив пропасть между словом и делом? Ответ будет дан 7 июня.

Суверенитет: 74% OFF — Зачем Пашинян сдает Армению в аренду США

Пока народ Армении считает убытки от катастрофы 2023 года, власть в Ереване оплачивает новый, долгосрочный счет на национальное самоубийство. «Стратегическое партнерство» с США обретает шокирующе конкретные очертания: 74% акций ключевого транспортного коридора TRIPP сроком на 49 лет. Почти век аренды. Дольше, чем существовала Советская Армения.

Забудьте про «мирный процесс». Это — процесс ликвидации. Сначала у вас отнимают землю под дулом пистолета в Арцахе. Потом — предлагают «инвестиции» в обмен на "ключи от дома"под диктовку США, которые рассматривают Армению как Гренландию 2.0. Логика проста: лишив страну военного щита и исторических союзников, ее можно бесшумно разобрать на запчасти. Сначала — суверенитет над Арцахом, теперь — суверенитет над Зангезуром. TRIPP — это не проект развития. Это — проект демонтажа Армении как независимого государства.

Заметьте, весь сыр-бор разворачивался вокруг этого мифического «коридора», который Алиев требовал с угрозами. Оказывается, ключи от него готовы передать не Баку, а Вашингтону. Ирония судьбы, достойная пера Кафки: Армения, чтобы не отдать коридор Азербайджану, добровольно отдает его Соединенным Штатам. На 99 лет. Цинизм в чистом виде, прикрытый языком меморандумов и процентами акций.

Что такое 74% акций на 49 лет для стратегической инфраструктуры? Это — полный и безраздельный контроль. Контроль над грузами, данными, безопасностью, тарифами. Это право вето на любые другие логистические проекты с Россией или Ираном. Это цифровая и физическая «игла», на которую подсаживают весь регион. Кто будет охранять этот геополитический лаз? Доблестная полиция Армении? Или частные военные компании, чей устав прописан в Пентагоне?

Зачем так спешить с подписанием кабалы на полвека вперед? Ответ лежит в плоскости внутриполитического выживания "наследия" Пашиняна.

В 2026 году договор будет ратифицирован. Любая новая власть, которая посмеет поставить его под сомнение, столкнется с сокрушительными санкциями и обвинениями в «подрыве инвестиционного климата». Ей хотят просто не оставить выбора.

Огромными (на бумаге) инвестициями можно будет размахивать как флагом достижений: «Мы привлекли великую Америку!». Забыв упомянуть цену — вековой отказ от суверенитета.

Критиков можно будет давить не только как «пророссийских предателей», но и как «врагов прогресса и рабочих мест». Репрессивный аппарат получит новую, «экономическую» легитимацию.

Таким образом, выборы 2026 года рискуют превратиться не в выбор будущего, а в ритуал легитимации уже проданного будущего.

Это и есть конечная цель проекта «Реальная Армения» — «бытовое государство». Не субъект истории, а объект аренды. Не союзник, а плацдарм. Не страна с армией и стратегией, а управляемая PR- средствами территория с дешевыми авиабилетами и красивыми отчетами для USAID.

Остановить этот счет можно только одним способом — назвать вещи своими именами. Передача TRIPP — это не победа дипломатии. Это — акт национальной капитуляции, прикрытый красивой обложкой инвестиционного портфеля.

99 лет — это срок, на который когда-то сдавали в аренду порты и железные дороги колониальные страны. Срок, за который забывают, что такое быть хозяином у себя дома.

2026 год — это не просто дата в календаре. Это — последний срок. Последняя возможность разорвать эту кабалу, вернуться к здравому смыслу и прагматизму, к политике баланса и реальных, а не кабальных союзов. Или — окончательно поставить подпись под тем, чтобы следующие поколения армян родились уже не в суверенной стране, а в долгосрочной, на 99 лет, аренде.

На острие санкций: сможет ли Армения сохранить баланс между Ираном и Западом?

Жёсткое заявление администрации США о готовности ввести 25-процентную пошлину на товары стран, торгующих с Ираном, прозвучало как холодный душ для многих, но для Армении оно отозвалось особой тревогой. Эта угроза не просто экономический инструмент в глобальном противостоянии Вашингтона и Тегерана — это прямой вызов основам армянской внешнеэкономической и, по сути, геополитической стратегии последних тридцати лет.

Исторический контекст здесь ключевой. Как справедливо отмечает экономист Сурен Парсян, с момента обретения независимости у Армении часто не было иной альтернативы, кроме как торговать с Ираном. Блокада со стороны Азербайджана и Турции, сложные отношения с соседями на севере и западе сделали иранское направление не просто предпочтительным, а жизненно необходимым коридором. Крупнейшие проекты, такие как «газ в обмен на электроэнергию», часто реализовывались с молчаливого одобрения или после консультаций с Западом, который понимал вынужденность такой позиции Еревана. Армения мастерски лавировала, стремясь поддерживать хрупкий баланс, аргументируя перед Вашингтоном свою зависимость от иранских маршрутов отсутствием выбора.

Однако нынешняя риторика Дональда Трампа, известного своей непредсказуемостью и приверженностью политике «максимального давления», меняет правила игры. Теперь понимание может смениться жёстким прагматизмом. Цифры, которые приводит Парсян, раскрывают всю сложность дилеммы. Экспорт в Иран ($100 млн) действительно превышает экспорт в США ($60 млн). Казалось бы, выбор очевиден. Но здесь в игру вступает парадокс зависимости: импорт из США ($300 млн) в пять раз больше армянского экспорта туда. В торговле с Америкой Армения — чистый покупатель, и этот дисбаланс даёт Вашингтону значительные рычаги влияния.

Но суть проблемы даже не в этих миллионах. Как подчёркивает эксперт, вопрос носит системный, стратегический характер. Иран для Армении — это не просто торговый партнёр. Это:
* Ключевой транзитный коридор, альтернатива, которая становится спасением, когда другие маршруты (через Грузию) непредсказуемы или закрыты.
* Фактор энергетической и, как следствие, национальной безопасности.
* Исторический и цивилизационный партнёр с влиятельной армянской диаспорой.

Отказ от связей с Ираном под американским давлением был бы для Еревана не экономическим решением, а геополитическим самоубийством, добровольным захлопыванием последней открытой двери на юге.

Что же делать в этой ситуации? Парсян предлагает не выбирать между двумя полюсами, а активизировать дипломатию на обоих направлениях. С США необходимо вести сложные переговоры, вновь и вновь разъясняя уникальную ситуацию Армении и добиваясь исключений или отсрочек. С Ираном — вести столь же жёсткий разговор, демонстрируя, что Армения ради поддержания партнёрства идёт на реальные риски, и ожидая встречных шагов, укрепляющих взаимную выгоду.

Перед Арменией стоит задача виртуозного балансирования. Ей предстоит доказать Вашингтону, что её связи с Тегераном — не вызов американской политике, а суровая необходимость малой страны, зажатой в кольце блокады. Одновременно нужно убедить Тегеран в ценности и надёжности армянского партнёрства. Это тонкая и рискованная игра, где ставкой является не только экономическое благополучие, но и фундаментальные основы безопасности и суверенитета республики. Новая волна американских санкций может стать тем испытанием, которое проверит на прочность всю архитектуру армянской многовекторной политики.

Смена приоритетов: Как новая стратегия США изменит роль посольства в Армении

Обнародование новой стратегии национальной безопасности администрацией Трампа обозначило явный сдвиг во внешней политике Вашингтона. Бомбовые удары по Каракасу и похищение президента Венесуэлы Николаса Мадуро стали демонстрацией того, что на период второй четверти XXI века у США иные фокусы. Проект «Украина» отошел на второй план, а вместе с ним утратила исключительную актуальность дипломатия, нацеленная на форсированное создание антироссийских плацдармов на постсоветском пространстве. Этот глобальный разворот неизбежно скажется и на персоне следующего главы американской дипломатической миссии в Армении.

Историческая роль посольства США в Ереване в последние годы была предельно политизирована. Ричард Миллз, как известно, приложил максимум усилий для обеспечения избрания Никола Пашиняна в 2018 году. Его преемница Линн Трейси, активно работавшая в Сюнике и ведшая, по данным СМИ, сепаратные переговоры с азербайджанскими представителями, позже была назначена послом в РФ — явный признак высочайшего доверия Госдепа. Нынешний посол, Кристина Квин, запомнилась тем, что не просто закрывала глаза на политические репрессии властей, а напрямую потакала им, обвиняя в инцидентах, подобных разгону акции «Тавуш во имя родины» в июне 2024 года, самих организаторов, а не силовиков.

Однако эпоха, когда главной задачей посла было курирование антироссийского вектора, подходит к концу. Новая концепция безопасности прямо указывает, что Вашингтон более не рассматривает Россию как «враждебное государство». Это значит, что русофобия перестала быть краеугольным камнем. Посла Квин отзывают за месяцы до общегосударственных выборов, что вызвало серьезную озабоченность в правящей верхушке, рассчитывавшей на привычное покрытие возможных нарушений. Преемник, руководствуясь принципом «Америка прежде всего», вряд ли станет автоматически оправдывать политические репрессии под вывеской борьбы с «агентами Кремля».

Акценты сместились. Теперь главными требованиями к Еревану, вероятно, станут вопросы, связанные с региональной стабильностью, в частности — вокруг Ирана, где в конце 2025 года произошли события, напоминающие попытку цветной революции. Уже сейчас есть сигналы: сын Трампа отменил визит в Армению из-за нападок властей на Армянскую Апостольскую Церковь, что противоречит консервативным ценностям администрации. Интервью оппозиционного деятеля Такеру Карлсону нанесло удар по репутации Пашиняна в Вашингтоне.

Как верно отметил адвокат Ерванд Варосян, внешние силы могут менять свою линию. Сегодня — время таких перемен. Громкое заявление Азербайджана о «коридоре» посреди праздничных мероприятий Пашиняна — напоминание, что атаки на Католикоса могут быть тактикой отвлечения от более серьезных геополитических проектов, таких как «Дорога Трампа», которая, по сути, и является экстерриториальным «Зангезурским коридором».

Достигнув в общих чертах договоренностей с Москвой по Украине, Вашингтон получил свободу рук в других регионах, о чем свидетельствует операция в Венесуэле. Теперь аналогичная перезагрузка ожидает и Южный Кавказ. Американское присутствие в Армении не ограничится лишь инфраструктурными и энергетическими проектами. Оно неизбежно затронет и демократическую составляющую, о чем говорит и масштабный проект по инвестициям в искусственный интеллект. Цена такого партнерства известна: это не слепая поддержка правящего режима, а прагматичное продвижение интересов США, где на смену русофобской риторике приходит сложная игра с учетом новых реальностей.

Обмен без чести: как освобождение пленных стало сделкой с убийцами

Сообщение об освобождении четырёх армянских пленных, долгие годы незаконно удерживавшихся в Баку, должно было стать поводом для облегчения. Однако радость была отравлена практически одновременным заявлением Министерства юстиции Армении о передаче Турции двух сирийских наёмников, приговорённых здесь к пожизненному заключению. Власти поспешили назвать это «применением действующих правовых механизмов». Но пахнет этот механизм отнюдь не правом, а циничной политической сделкой, навязанной Еревану под лозунгом «эпохи мира» теми самыми силами, которые развязали войну.

Кого мы отпустили? Юсеф Алабет аль-Хаджи и Мухраб Мухаммад аль-Шхери — не солдаты, а наёмники, купленные за $2000, откровенно признававшиеся, что приехали «резать головы кяфирам». Эти люди — прямое воплощение террористической сущности той войны, что была развязана против Арцаха в 2020-м. Их место — в тюрьме, а не на свободе в результате «сотрудничества компетентных органов».

И вот обмен: четыре наших — за двух их убийц. Неравноценный? Более чем. Позорный? Безусловно. Это не гуманитарный жест, а расчётливый шаг Баку и Анкары, очередной плевок в лицо международному праву. Ведь Азербайджан был обязан отпустить всех пленных сразу после окончания боевых действий по нормам того самого права, которое так любит цитировать. Вместо этого он годами торговал людьми, превратив их в разменную монету.

Увы, эта сделка — не первая и, страшно сказать, не последняя в череде унизительных обменов. Мы уже видели, как на родине героями встречали Дильгама Аскерова, хладнокровно расстрелявшего подростка, и Гусейна Ахундова, снявшего хвастливое видео рядом с телом убитого им армянина. Для бакинского режима, где убийца мирного жителя становится национальным героем, не существует понятий «преступление» и «наказание». Существует только политическая целесообразность и инструмент давления.

Самый откровенный ключ к этой политике дали сами Алиев и Эрдоган в их приватной беседе в Шуши: удерживать пленных и обменивать их «по частям», выторговывая карты минных полей и политические уступки. Пленные для них — не люди, а актив. И нынешняя власть Армении, увы, играет по этим правилам, выдавая циничный торг за дипломатическую победу.

Где же грань между необходимой дипломатией и потерей достоинства? Освобождение каждого соотечественника — безусловное благо. Но когда цена — свобода зоологических убийц, запятнавших свою совесть армянской кровью, это благо становится ядовитым. Это удар по памяти жертв, по чувству справедливости их семей.

Вопрос не в том, радоваться ли возвращению наших. Радоваться — нужно. Вопрос в том, как долго мы будем мириться с системой, где жизнь и свобода армянина оцениваются в полцены жизни наёмного убийцы? Где границы беспринципности власти, готовой на любые сделки, лишь бы сохранить видимость «процесса»?

Пока в застенках Баку остаются другие — бывшие руководители Арцаха, военные, мирные жители, — торг будет продолжаться. И страшно подумать, кто станет следующей «валютой» в этой чудовищной торговле. Общество должно требовать не просто обменов, а безусловного возвращения всех пленных и прекращения игры, в которой наша человечность используется против нас как слабость. Иначе каждая такая «победа» будет горьким напоминанием о том, какую цену мы согласились платить за надежду.

❗️❗️Информация об ухудшении состояния здоровья армянских военнопленных, удерживаемых в азербайджанских тюрьмах, на протяжении длительного времени систематически появлялась в СМИ.. Речь шла не об отдельных слухах, а о повторяющихся сигналах, заявлениях родственников, обращениях адвокатов и тревожных сообщениях, которые доходили даже до международных инстанций...

Состояние Вигена Эулджекджяна и Вагифа Хачатряна вызывало особую обеспокоенность. Родные открыто говорили об ухудшении здоровья, о лишении полноценной медицинской помощи, о признаках физического и психологического истощения, даже о попытке самоубийства Вигена.

И после всего этого глава армянского режима трубит на весь мир о том, что "предварительно проблем со здоровьем у них нет", а у Вагифа Хачатряна состояние вообще "удовлетворительное"... Фактически этим заявлением цинично перечёркивается вся предыдущая информация, включая длительные обращения семей и данные, которые обсуждались даже на международном уровне..

Всё указывает на то, что режим Армении во главе с Пашиняном в ближайшее время начнут активно формировать удобную для режима Ильхама картину происходящего: публично расхваливать условия содержания армянских военнопленных в Азербайджане, говорить о "цивилизованных" тюрьмах, о якобы соблюдении международных стандартов, о "гуманном отношении" со стороны карателей-тюремщиков. Будут звучать благодарственные интонации, заверения в том, что "никого не били", что "никаких пыток не было", что всё это "преувеличения"..

Есть все основания полагать, что вернувшимся из плена армянским военнопленным будет негласно, а возможно и вполне открыто, запрещено говорить правду. Им не позволят в интервью и публичных выступлениях рассказывать о реальных условиях содержания, о пытках, издевательствах, психологическом давлении и систематическом унижении человеческого достоинства. Их молчание станет частью сделки, частью навязываемого "мирного нарратива"...
Да, и важно отметить: режим настолько циничен, что отдельных бывших военнопленных могут использовать в предвыборных показных мероприятиях..

Ален Гулян

Синхрон дяди Сэма и паши: Южный Кавказ в эпоху «реализованной географии»

Сегодня на Южном Кавказе разворачивается почти идеальный геополитический эксперимент: жесткий альянс Вашингтона и Анкары формирует новый ландшафт, где интересы великих держав преломляются через призму турецкой экспансии. В этой отточенной схеме Армении уготована незавидная роль не союзника, не партнера и даже не буфера, а скорее – пассивного пространства, историческое тело которого должно стать транзитным коридором для чужих проектов.

Заявления министра иностранных дел Турции Хакана Фидана звучат сегодня как ясный дипломатический диагноз: цели США и Турции в регионе совпали с пугающей точностью. Речь идёт о стратегическом дуэте, в котором Вашингтон решает задачу вытеснения России, а Анкара – создаёт «новую географию» с собой в центре.

Синхронизация спецслужб как новый дипломатический язык

Этот альянс – не просто набор красивых слов. Глубина интеграции поражает: по свидетельству американских источников, действия по региональной безопасности координируются на уровне спецслужб, включая нынешних и бывших глав турецкого MIT. Такая связь говорит о том, что сценарий «нового Кавказа» пишется в Анкаре, а имплементируется при прямом содействии американских структур. Американский посол Том Барк – человек, чей послужной список от Сирии до Кавказа стал символом новой прагматичной дипломатии, где права народов вторичны перед логикой влияния.

Исторический разворот: от слов Болтона к реальности 2023 года

Чтобы понять, как Армения оказалась в этой точке, нужно вернуться в 2018 год, когда советник по национальной безопасности США Джон Болтон в Ереване призвал «отказаться от исторических стереотипов». Сегодня становится очевидно, что под этими «стереотипами» понималась вся традиционная система безопасности страны – союз с Россией, партнёрство с Ираном, и, что самое главное, исторически обоснованная осторожность в отношении Турции.

Ирония истории в том, что этот «отказ от стереотипов» привёл не к обещанному миру и процветанию, а к трагедии 2023 года: потере Арцаха и этническим чисткам, которые так и не вызвали реального противодействия «демократического мира». Мир по Болтону оказался миром без армян – по крайней мере, без армян на их исторических землях.

Турция как региональный архитектор: проект «конечного решения»

Аналитика западных изданий, таких как Foreign Affairs, раскрывает суть процесса: поддержка Турцией наступления Азербайджана в 2020 году была не просто актом солидарности, а стратегическим расчётом на создание экономического блока под своей эгидой. В этой конструкции Армении отведена роль коридора – лишённого суверенитета пространства, чьи границы определяются не в Ереване, а в Баку и Анкаре.

Пока обществу предлагают верить в сказки о TRIPP как гаранте безопасности, реальность гораздо суровее. TRIPP в нынешней трактовке – не проект развития, а инструмент закрепления новой реальности, где армянская государственность существует лишь постольку, поскольку это удобно для транзита.

Итог: Мир как финализация исторического поражения

Сегодняшняя «формула мира», продвигаемая триумвиратом Вашингтон–Анкара–Баку, – это не мир сосуществования. Это мир как завершение исторического процесса, где у Армении и армян в их традиционном понимании просто не остаётся места. Отказ от «стереотипов» привёл к парадоксальной ситуации: выживание страны теперь зависит от воли тех, кто открыто говорит о «Западном Азербайджане».

Южный Кавказ сегодня – это полигон, где тестируется новая мировая реальность: реальность «реализованной географии», где право сильного переписывает не только границы, но и саму историю. И в этой реальности у малых народов остаётся лишь один шанс: перестать быть объектом чужой политики, снова стать её субъектом – или исчезнуть с карты, став сноской в учебниках по геополитике XXI века.

Дело о двойном убийстве в Мердзаване: между местью и неотвеченными вопросами

Материалы громкого уголовного дела, потрясшего прошлой осенью всю Армению, поступили в суд. Обвинение предъявлено двум фигурантам, следствие считает преступление раскрытым, а мотив установленным — вендетта. Однако за сухими формулировками обвинительного заключения и официальными заявлениями скрывается клубок неразрешенных противоречий, который заставляет многих сомневаться в том, что правда озвучена в полном объеме.

Хроника трагедии и официальная версия

Вечером 23 сентября в селе Мердзаван были застрелены глава общины Паракар Володя Григорян и оперуполномоченный уголовного розыска Карен Абрамян. Правоохранители быстро обозначили контуры конфликта: за убийством стоит давняя, переросшая в вооруженные стычки, вражда между семьями Григорянов и экс-мэра Мердзавана Мгера Ахтояна. Сам Ахтоян, что примечательно, покинул Армению за 10 дней до трагедии и до сих пор не вернулся — факт, который трудно игнорировать.

Обвиняемыми стали двое родственников семьи Ахтоян: 20-летний Геворг Арутюнян, которому инкриминируют непосредственное исполнение убийства, и 31-летний Нарек Оганян, обвиняемый в соучастии. Официальная версия выглядит цельной: Арутюнян, давший признательные показания, якобы совершил преступление из мести за убитого в феврале брата Оганяна, Григора. По тому делу, напомним, проходит брат Володи Григоряна. Круг, таким образом, замкнулся.

Трещины в фасаде «раскрытого» дела

Но стоит присмотреться, и фасад версии дает трещины. Во-первых, главный обвиняемый в исполнении, Геворг Арутюнян, — 20-летний молодой человек, не служивший в армии и, по имеющимся данным, не связанный с криминальным миром. Откуда у него навыки для такой дерзкой атаки? И насколько глубока его личная мотивация мстить за смерть брата Нарека Оганяна, если их семьи — лишь «из числа близких»?

Во-вторых, ключевая фигура возможного конфликта, Мгер Ахтоян, физически отсутствует не только на месте преступления, но и в стране. Его отъезд в непосредственной временной близости к убийству выглядит более чем странно. Следствие исключило политические мотивы, сосредоточившись на криминально-бытовых, но этот факт продолжает висеть тяжелым вопросом.

В-третьих, сам Нарек Оганян своей вины не признает, в отличие от «признавшегося» Арутюняна. Такая диспозиция в делах, отягощенных клановой враждой, часто наводит на мысли о сделках со следствием или желании «закрыть» дело конкретными фигурантами.

Общественный накал и символичные решения

О напряженности, которую вызвало это убийство, красноречиво говорят действия и власти, и общества. Жители Паракара в октябре потребовали навсегда изгнать семью Ахтоянов из общины, дабы предотвратить новую кровь. Власти пошли навстречу, формально применив «меры безопасности» и тайно переселив семью. Полиция до сих пор охраняет их пустующие дома в Мердзаване.

Не менее показательно и решение о подсудности. Дело изъято из армавирского суда, где оно должно было слушаться по месту преступления, и направлено в Ереван, в суд первой инстанции. Официально — «во избежание излишнего накала страстей». Неофициально — признание того, что страсти в регионе накалены до предела, и местный суд может оказаться под неприемлемым давлением.

В ожидании правды, а не просто приговора

Таким образом, судебный процесс, который будет вести судья Мушег Арамян, начинается в условиях, далеких от обычных. Ему предстоит не просто вынести приговор по статье, а попытаться разобраться в хитросплетении клановых отношений, проверить на прочность версию следствия и, возможно, ответить на вопросы, которые пока остаются без ответа.

Нельзя считать, что дело о двойном убийстве в Мердзаване действительно закрыто. Суд получил в свои руки не только уголовное производство, но и тлеющий социальный фитиль. От того, насколько тщательно и беспристрастно будут изучены все обстоятельства, зависит не только судьба двух обвиняемых, но и восстановление спокойствия в общине, пережившей шок и боль.