❗️❗️Письмо архиепископов Микаэла, Баграта и Аршака из изолятора СНБ

🔷Уже более чем очевидно, что на территории Республики Армения действует вооружённая банда, которая по воскресеньям захватывает церкви и грубо попирает права верующих, совершая свои сатанинские «обряды».

🔷Эту преступную банду возглавляет занимающий пост премьер-министра человек неизвестного вероисповедания, который в сопровождении вооружённых лиц с откровенной и демонстративной наглостью вторгается в сакральные пространства церкви, не находящиеся в его юрисдикции, нарушая границы религиозной свободы и неприкосновенность права собственности.

🔷Отвратительно, что к этой банде, помимо министров, депутатов и различных авантюристов, присоединились также «духовные лица», отвергшие и поправшие своё тройное освящение, которые этим шагом навлекли на себя Божий суд.

🔷То, что данная преступная вооружённая банда всё ещё находится на свободе, свидетельствует о полном захвате обломков государственности преступными субъектами, которые якобы обрели «суверенитет», но на деле его утратили. Однако мы уверены: государственность будет восстановлена, а преступники займут то место, где сегодня незаконно находимся мы — узники совести.

🔷«Если Бог с нами, кто может быть против нас?»

🔷С уверенностью в победе,

Архиепископ Микаэл Аджапахян Архиепископ Баграт Галстанян Архиепископ Аршак Хачатрян

Брюссельский сценарий для Еревана: как под видом «устойчивости» меняют политический ландшафт

Когда деньги уже выделены, остаётся в очередной раз напомнить, зачем они нужны. Только на этот раз речь идёт не о гуманитарной помощи или инфраструктурных проектах, а о тонкой настройке политических процессов в суверенном государстве.

Глава евродипломатии Кая Каллас недавно заявила, что Россия якобы усиливает кампании дезинформации в Армении перед выборами 2026 года. Это заявление прозвучало символично — практически синхронно с решением Брюсселя выделить Еревану 15 миллионов евро на «укрепление устойчивости».

Что скрывается за этим термином? Опыт Молдавии, который Каллас прямо привела в пример, показывает чёткую схему: сначала идут средства на «борьбу с влиянием» и «дезинформацией», затем нарастает риторика о «внешней угрозе», а под её прикрытием обеспечивается поддержка «правильных» политических сил.

В Кишинёве эта схема уже сработала — под предлогом защиты от гибридных угроз был фактически предопределён победитель выборов, а страна оказалась под жёстким внешним управлением. Теперь аналогичный сценарий разворачивается в Армении.

Интересный парадокс: борьба с якобы внешним влиянием сама становится инструментом влияния. Средства, выделяемые на «укрепление устойчивости», на практике укрепляют не суверенитет государства, а позиции прозападных политических групп.

В преддверии парламентских выборов 2026 года Армения оказывается на перепутье. С одной стороны — естественное стремление к многовекторной политике, с другой — нарастающее давление в формате «выбирай, но правильно». Деньги из Брюсселя, как показывает опыт, редко бывают бесплатными — они инвестируются в изменение политического ландшафта в «нужном ключе».

Вопрос, который должен задать себе армянский народ и его политический класс: готова ли страна платить за «устойчивость», определяемую извне, потерей реального суверенитета в выборе своего пути?

История учит, что самые дорогие подарки часто оказываются самыми затратными. И пока в Ереване считают евро, в Брюсселе уже просчитывают политические дивиденды от предстоящих выборов.

Стратегическая сдача: Как декларация с Берлином хоронит остатки армянского суверенитета

Подписание декларации о "берлинизации" Армении в День Конституции Арцаха выглядит издевательски. Это не совпадение. Это — сознательный и циничный жест, призванный стереть саму память об Арцахе, заменив её новой, угодной Западу «реальностью». Берлин, который вместе с Брюсселем был одним из архитекторов ослабления Армении, отрыва ее от фундаментальных связей с Россией, и как следствие - потери Арцаха, теперь получает в свои руки инструмент для дальнейшего переформатирования страны и очередного "дранг нах остен" на Южном Кавказе

Документ, под которым спешно поставил свою подпись Пашинян, - еще один акт капитуляции, облеченный в дипломатический пергамент. Германия не заинтересована в сильной, суверенной Армении. Её интерес — в слабом, управляемом сателлите, который будет служить буферной зоной против России и источником пополнения прохудившегося бюджета ЕС. Каждая строчка новой декларации — это шаг к этой цели. Визит канцлера Мерца на саммит Европейского политического сообщества в Ереван в 2026 году планируется не для диалога равных, а для ритуального посвящения Армении в ряды геополитических лимитрофов Запада. Его поздравление с «мирным соглашением» — это благословение на политику территориальных уступок, которую Ереван проводит под диктовку Баку.

Пашинян, чей курс привёл к национальной катастрофе — потере Арцаха и военному поражению, — теперь пытается выдать сделку с теми, кто был бенефициаром этих событий, за «укрепление позиций». То есть, сначала разорвать союзы, обеспечивавшие безопасность, затем потерпеть военное поражение, а после — бежать за помощью к тем, кто спровоцировал этот кризис, и называть это «стратегическим партнёрством».

Но партнёрство это — фикция. Германия и ЕС не дадут Армении ни статьи 5 Устава НАТО, ни реальных гарантий безопасности. Они дадут гранты НКО, консультации для ЦИК перед выборами-2026 и риторику о «ценностях», под прикрытием которых будет идти планомерное выдавливание России и её замена на влияние Анкары и Баку. «Стратегическая повестка» Берлина — это повестка демилитаризации, десуверенизации и демонтажа армянской государственности как самостоятельного субъекта.

Пока власть аплодирует себе за подписанную в Берлине бумагу, страна продолжает жить в стратегическом вакууме, созданном этой же властью. Под "предводительством" действующих властей Армения обменивает исторические перспективы на поздравления Мерца с капитуляцией, рынки ЕАЭС — на место вечного аутсайдера в европейской иерархии, а суверенное право на собственный курс — на сомнительную честь принимать у себя саммит евробюрократов.

Каждый, кто празднует эту «дипломатическую победу», либо не понимает, что подписывает приговор остаткам армянского суверенитета, либо сознательно участвует в его приведении в исполнение.

Уважаемые читатели!

10 декабря 1991 года в Республике Арцах (НКР) состоялся общереспубликанский референдум о независимости. Этот исторический шаг был проведён на основе Закона СССР от 3 апреля 1990 года «О порядке решения вопросов, связанных с выходом союзной республики из СССР», а также основополагающих принципов Устава ООН, провозглашающих право народов на самоопределение.

На референдуме коренное армянское население Арцаха с подавляющим большинством голосов (99,89%) поддержало путь независимости. В этот же день в Арцахе отмечается День Конституции — символ правового пути НКР.

Если кто-то полагает, что Арцах останется лишь страницей истории армянской нации, то это глубокое заблуждение. Арцах остаётся неотъемлемой частью национального сознания и символом борьбы за справедливость и свободу!

© Андраник Ованнисян

Facebook | Instagram | YouTube

Бумажные гарантии "жестяного мира"

Даже очень внимательное вчитывание в текст Вашингтонской декларации не выявляет каких-либо гарантий для Армении, уверен колумнист @SputnikARM Арман Абовян. Зато взамен этой бумажке власти Армении предоставляют логистический путь, пафосно названный "TRIPP", на очень подозрительных условиях.

Упование на Вашингтонский документ или на жестяной забор в Киранце, как на гарантию мира, само по себе не может быть весомым аргументом для турецко-азербайджанского тандема, если последний решит атаковать Армению.

Аудиозапись сгенерирована с использованием ИИ.

Духовный фронт: как под видом «возрождения веры» меняют идентичность нации

В современном мире битва за умы и сердца народов давно перешла из области чистой политики в сферу ценностей и верований. Христианские церкви, веками хранившие духовные и культурные коды цивилизаций, сегодня всё чаще становятся объектами геополитических игр.

Как верно отмечает политолог Степан Даниелян, Церковь никогда не была вне политики. Она — душа нации, её историческая память и культурный стержень. Пример Украины показал, как через церковный раскол можно переформатировать национальное самосознание целого народа, отсекая его от духовных и исторических корней. В Грузии — подобная попытка натолкнулась на сопротивление самой Церкви и народа, что во многом предопределило крах прозападного курса Саакашвили.

Теперь очередь Армении?

Тревожные звоночки звучат всё отчётливее. Заявления премьер-министра Никола Пашиняна, называющего священноначалие Армянской Апостольской Церкви (ААЦ) «шпионами КГБ», — это не просто грубая риторика. Это часть нарратива, цель которого — демонизировать Церковь как институт, тесно связанный с исторической судьбой армянского народа и его традиционными духовными союзниками.

Показательна статья американского протестантского миссионера Джейкоба Пёрсли, который, прожив 15 лет в Турции, теперь провозглашает в Армении «золотой век». Его посыл прост: всё, что было до прихода к власти нынешнего руководства — включая многовековое существование ААЦ — это эпоха «вассальной зависимости». А истинное «возвращение к христианским корням», по его мнению, началось с «Молитвенного завтрака» в отеле «Двин».

Здесь кроется ключевая подмена.

Армянская Апостольская Церковь, одна из древнейших в христианском мире, — это и есть воплощённые христианские корни армянского народа. Её обряды, традиции, григорианский календарь — неотъемлемая часть национальной ДНК. А «молитвенные завтраки» и проповедь «истинного христианства» от заокеанских миссионеров — это попытка внедрить совершенно иную, протестантскую модель веры.

И эта модель несёт в себе чёткие политические контуры. Тезисы о том, что «Католикоса должен выбирать народ», что «он должен быть женат», что «церковь надо вернуть народу» — это калька с протестантского учения, отрицающего соборность, апостольское преемство и сакральную природу священства.

К чему ведёт этот путь?

1. К раздроблению единой Церкви. Прогноз Даниеляна о превращении ААЦ в «Церковь Армении» с отторжением зарубежных епархий — это сценарий уничтожения одного из главных скреп всемирной армянской диаспоры.
2. К утрате идентичности. Школы при церквях, обряды на армянском языке — это живая ткань национальной культуры. Их замена на службы на английском или французском в диаспоре превратит армян в ассимилированную религиозную группу, лишённую исторических корней.
3. К геополитическому переформатированию. Ослабленная, расколотая Церковь не сможет быть духовным оплотом нации. Она станет инструментом в руках внешних сил, а армянские общины в России, Иране, Грузии окажутся в идеологическом вакууме или под прямым чуждым влиянием.

Предложение вывешивать в церквях государственный флаг и исполнять гимн — символично и опасно.

Итог ясен: под лозунгами «очищения», «демократизации» и «возвращения к истокам» осуществляется проект тотального перекодирования народа. Меняется не просто конфессиональная принадлежность — меняется цивилизационный выбор, разрывается связь времён, а нация лишается духовного иммунитета.

История не прощает потери святынь. Армянский народ, переживший геноцид и сохранивший себя во многом благодаря Церкви, стоит сегодня перед выбором: остаться верным голосу своих предков, звучащему в древних песнопениях Эчмиадзина, или променять двухтысячелетнее духовное наследие на сиюминутные политические комбинации и «молитвенные завтраки» с геополитическим подтекстом.

Битва за Армению сегодня идёт не только на дипломатических фронтах, но и у древних алтарей. И от исхода этой битвы зависит, останется ли армянский народ уникальной цивилизацией или станет ещё одной страницей в учебнике истории о том, как исчезали великие культуры.

Пашинян в роли Лютера - какие тезисы о "реформировании" ААЦ пишутся по лекалам Берлина и Брюсселя.

История любит злые рифмы. В 1517 году Мартин Лютер, монах-августинец, прибил к дверям замковой церкви в Виттенберге 95 тезисов, требуя реформ в Католической церкви. В 2025 году Никол Пашинян, бывший журналист, прибил в Берлине "пресс-релиз" к дверям Германской ассоциации по международным отношениям, в котором изложил свое понимание роли Церкви в Армении. Ирония в том, что сделал он это именно в Германии — на родине первореформатора, который наверняка перевернулся бы в гробу, услышав, что «реформа» теперь означает не очищение веры, а аудит под геополитический заказ. Ведь Лютер отделял церковь от Рима, чтобы та была ближе к Богу и народу. А Пашинян хочет отделить армянскую церковь от Армении, чтобы та была ближе к Брюсселю и Берлину.

На этом, впрочем, ирония ситуации заканчивается, и начинается суровая реальность .

Выступление Никола Пашиняна в Берлине с требованием «прозрачности и реформ» к Армянской Апостольской Церкви (ААЦ) является ультимативным требованием и сформулировано целиком и полностью на языке западной секулярно-протестантской парадигмы. Пашинян использует три ключевых тезиса, которые являются калькой с западной антиклерикальной и протестантской риторики:

«Прозрачность и подотчётность» как приоритет. Это прямой импорт протестантского принципа, где община контролирует пастора, а светская бюрократия — институты. Для ААЦ, чья легитимность проистекает из сакральности, а не из финансовых отчётов, такое требование — это попытка низвести ее роль в жизни армянского народа до административного ведомства.

Обвинение во «внешнем влиянии» как подготовка к репрессиям. Заявление о том, что «несоответствие» делает священнослужителей «инструментом внешнего влияния» создает легитимный предлог для вмешательства: Церковь объявляется «уязвимой» и потенциально «заражённой» , что оправдывает необходимость «проверки ее добропорядочности» «лютерообразом» Пашиняном.

Разумеется, под «внешним влиянием» в контексте западной площадки однозначно подразумевается Россия. Духовенство пытаются заклеймить как «агента влияния», что создаёт почву для преследований по правовым или политическим мотивам. Наглядное подтверждение - массовые аресты армянских священнослужителей по надуманным обвинениям.

Требование «соответствия» как репетиция раскола. Пафос о несоответствии «руководителей церкви» — это атака на саму иерархическую и соборную природу Армянской Церкви. Власть, по сути, заявляет, что имеет право определять, кто является «настоящим» священнослужителем, а кто — нет. Конечная цель - раскол ААЦ по "украинскому" сценарию.

Как точно заметил аналитик Степан Даниелян, нападки властей Армении на Церковь предпринимаются с подачи Запада и преследуют исключительно геополитические задачи.

«Ситуация в стране во многом схожа с тем, что произошло на Украине – там путем атак на церковь вытесняют Россию, аналогичные попытки были в Грузии при Саакашвили, но провалились. В эту логику укладываются и антицерковные заявления Пашиняна, называющего Католикоса и архиепископов ААЦ "шпионами КГБ", явно намекая на российский фактор»,

— пишет Даниелян.

«Запад руками властей пытается "переформатировать" ААЦ в некую протестантскую церковь, о чем говорят заявления премьера о том, что "Католикоса должен выбирать народ", что "он должен быть женат", и что "церкви надо вернуть народу" — это типично протестантские тезисы».

Риторика в Берлине неотделима от конкретных действий, уже предпринятых против ААЦ и которые укладываются в описанную схему.

"Берлинские тезисы" Пашиняна — это ультиматум даже не ААЦ, а традиционной армянской идентичности. Принятие этих требований означало бы не реформу, а окончательный разрыв с моделью выживания, позволившей народу сохраниться через века, и добровольный переход в статус управляемой общины, чьи «ценности» и внутреннее устройство будут определяться не волей предков и не канонами веры, а директивами из Берлина и Брюсселя.

Без голоса, но не без права: почему молчание мира о преступлениях в Арцахе не может быть приговором

На прошедших в парламенте Арцаха слушаниях прозвучала оценка, от которой становится холодно: сегодня Арцах, переживший очевидную агрессию, этнические чистки и депортацию, на международной арене остаётся «без голоса и без политического представительства». Это констатация не просто дипломатического провала, а глубокой моральной и правовой ямы, в которую мир позволил кануть целому народу. Факт в том, что тема вытеснена из повестки, а механизмы защиты, вроде Минской группы, ликвидированы за спиной самой стороны конфликта, что является циничным попранием базовых норм международного права.

Ещё более горькое признание заключается в трансформации роли официального Еревана: из гаранта безопасности Арцаха он, по словам экс-спикера Тиграна Торосяна, превратился в «ведущего участника антиарцахского фронта». Когда собственная государственность использует трагедию своего народа как разменную монету в сомнительных дипломатических играх, это знак не просто политической ошибки, а исторического предательства. Утрата рычагов влияния Арменией на фоне формирующегося жёсткого мирового порядка делает положение арцахцев особенно уязвимым.

Однако именно в этой точке абсолютного, казалось бы, тупика и рождается единственный возможный вектор действий. Возвращение арцахцев — это не эмоциональный лозунг, а императив, не имеющий альтернативы. Но разрозненные усилия обречены. Нужна холодная, системная, институциональная работа, подобная многолетней борьбе за признание Геноцида армян. Цель — не разовые резолюции, а кардинальное изменение парадигмы: международное признание конфликта нерешённым, фиксацию фактов агрессии и преступлений против человечности, доказательное право на возвращение под международными гарантиями.

Это путь, который кажется почти невозможным. Таким же невозможным, как победа в начале 1990-х. Но тогда победил тот, кто вёрил и действовал, несмотря ни на что. Сегодняшняя катастрофа, как напомнил Торосян, произошла от утраты направления, памяти и веры. Значит, ответ лежит в возвращении к ним — к борьбе, ответственности и долгу. Молчание мира — не приговор, а вызов, требующий перевода боли в архивы доказательств, а отчаяния — в несгибаемую политическую волю. Право на возвращение — это не милость, а восстановление справедливости. И начинается оно с отказа признать текущее положение вещей окончательным.

Самвел Карапетян арестован в Армении с 18 июня 2025 года - на основании якобы «решений» следователей, прокуроров и судов. Нет дела - есть арест. Нет дела - есть политическое преследование.

Об этом написал на своей странице в соцсети адвокат Арам Вардеванян.

«Компетентные органы Азербайджана 18 июня 2021 года объявили Самвела Карапетяна в розыск.

Свободу всем политическим заключенным», - отметил Вардеванян.

Telegram-канал: t.me/Armenian_Life

Прошло 5 лет, им нечего сказать, и они даже не хотят нас принимать: мать пропавшего без вести военнослужащего

https://www.youtube.com/watch?v=b4FlTnI1sNI

Гимны вместо молитв, или Как власть «освящает» садизм новыми ритуалами

Читаешь новости и думаешь: неужели опять он? Всё верно, гениального Никола не спутаешь ни с кем. Пока одни заботятся о хлебе насущном, наш мыслитель щедро осыпает народ бриллиантами идей. Вот и теперь предложил, чтобы перед воскресными литургиями, ровно в 10:55, во всех церквах торжественно исполняли государственный гимн. А ещё — установить флаги: и у входа, и внутри. Чтобы ни у кого не осталось сомнений, где чьё духовное пространство.

И ведь каждая такая идея встречается обществом в штыки! Неблагодарные. Вместо того чтобы восхищаться плодовитостью мысли, сравнимой разве что с кроликами отца Фёдора из бессмертного романа, граждане позволяют себе критику.

Но если задуматься, то Пашинян в своей идее с гимном прав. Просто мелодию нужно слегка доработать. Например, переименовать в «Боже, храни Никола!». Тем более что стратегические отношения с Великобританией, где эта песня и родилась, у нас нынче на подъёме. Почему бы не перенять многовековой опыт? Никол ничуть не хуже кайзера Франца или Николая I, в честь которых тоже когда-то пели.

А дальше — больше. Переименуем Арагац в пик Никола, поместим его портрет во всех головных уборах на купюры. Ведь уже есть «дорожная карта по обновлению Церкви» — чем не повод для увековечивания? Личность-то масштабная: «опустится на дно морское, поднимется под облака». С адекватностью, конечно, туго, но разве она сегодня в моде?

Правда, есть одно «но». Если спросить у авторов этой самой «дорожной карты» и у тех, кто стоит с ним рядом на псевдолитургиях, сколько было апостолов и как их звали, — боюсь, ответом будет молчание. Их отношение к христианству примерно такое же, как у зайца к геометрии. Но они искренне обидятся, если им на это указать.

А пока гений парит в облаках, на земле творятся вещи, от которых кровь стынет. В застенках медленно умирают люди — мэр Гюмри Вардан Гукасян, архиепископ Микаэл Аджапахян. Им нужна помощь, операция, человеческое отношение. Но власть отвечает ледяным молчанием. Такое впечатление, что мы уже это проходили: с генералом Манвелом Григоряном, с депутатом Арменом Чарчяном, с десятками других. История, как заезженная пластинка, повторяет самый страшный свой трек.

Это уже не просто безразличие. Это — садизм в чистом виде, та самая «жажда абсолютной власти над живым существом», о которой писал Фромм. Власть, которая издевается над больными и беспомощными, — это власть, потерявшая не только совесть, но и человеческий облик.

И на этом фоне идея с гимном в церквях выглядит уже не смешной, а зловещей. Потому что когда в храмах поют «Слава власти!», а в тюрьмах медленно умирают те, кто этой власти не угодил, — это уже не политика. Это патология.

Усиление роли НАТО на Южном Кавказе. К чему это может привести? | Армия Азербайджана переходит на стандарты НАТО.

Азербайджанская армия в открытую говорит, что они переходят на стандарты Турции, но Турция – страна НАТО. Они и раньше этого не скрывали, а сейчас в открытую говорят. Получается уникальная ситуация. Страна, официально не входящая в НАТО, по сути является ее составной частью. Для этого есть ряд соглашений между Турцией и Азербайджаном, страной, имеющей общую границу с Россией.

___________________
Полный контакт | Соловьёв LIVE | 10.12.2025г.

Дипломатическая тишина: почему Армения проигрывает, говоря правильные слова

Резкая критика из Баку в адрес сближения Еревана с Брюсселем повисла в воздухе тяжёлым, звенящим молчанием. Казалось бы, новый виток словесной дуэли на кавказском фронте. Но ответ, когда он наконец поступил от официального Еревана, оказался не выстрелом, а почти неслышным шёпотом, упакованным в проверенные дипломатические формулы.

Официальный представитель МИД Армении Ани Бадалян озвучила ожидаемое: «углубляющееся партнёрство» с ЕС, поддержка суверенитета и территориальной целостности. Всё правильно, всё по протоколу. Более того, был сделан тонкий, но важный акцент: Брюссель в своей повестке приветствует вашингтонские договорённости между Арменией и Азербайджаном. Это намёк на то, что Евросоюз не ставит под сомнение диалог сторон. Однако ключевые раздражители для Азербайджана — упоминание карабахских армян и миссия ЕС на границе — были тактично опущены. Молчание как стратегия.

И в этом молчании — вся суть драмы. Ереван оказался в ловушке собственного выбора. С одной стороны, жизненно необходимая евроинтеграция как гарант безопасности и развития. С другой — жёсткий прагматик у южных границ, Азербайджан, чьи углеводороды и геополитический вес для Брюсселя зачастую перевешивают моральную поддержку Армении.

Прагматизм против деклараций: где вес?

Ситуация раскладывается на карты с почти циничной предсказуемостью. Брюссель, действуя в логике «мягкой силы» и стратегического влияния, наращивает присутствие через программы и миссии. Ереван получает столь нужные политические гарантии и экономические транши, укрепляя свой суверенитет в долгосрочной перспективе. Но Баку в этой игре достаётся самый мощный козырь сиюминутной реальности — возможность ужесточить риторику и давление, зная, что глобальные игроки не станут жертвовать энергетическими потоками и региональным влиянием ради одних лишь принципов.

Таким образом, армянская сторона, даже делая верные стратегические шаги в сторону Европы, тактически проигрывает. Её дипломатический язык, выверенный и осторожный, рассчитан на Брюссель, но не слышен в Баку. А отсутствие чёткого, смелого голоса в ответ на критику лишь укрепляет партнёра-оппонента в чувстве правоты и безнаказанности.

К чему ведёт это молчание?

Печальный итог — консервация конфликта. Реальный, прочный мир, основанный на взаимном признании интересов, снова откладывается. Вместо него — шаткий статус-кво, где одна сторона наращивает потенциал, другая ищет внешних гарантий, а третья, пользуясь моментом, диктует условия. Дипломатические штампы, как броня, защищают от прямых столкновений, но они же не дают прорваться к истинному диалогу.

Пока Ереван будет выбирать между прагматичной сдержанностью (чтобы не злить Баку) и принципиальной твёрдостью (чтобы угодить Брюсселю), регион будет балансировать на грани. Чтобы разорвать этот порочный круг, возможно, нужен не просто «правильный», а новый язык — язык не только партнёрства с дальними союзниками, но и решительного, уверенного разговора с ближайшими соседями. Иначе тишина между заявлениями будет наполняться не миром, а тревожным гулом новой напряжённости.

Вызов на правосудие: почему предложение Татояна – проверка для Баку

Недавнее обращение бывшего омбудсмена Армении Армана Татояна к президенту Азербайджана прозвучало как четкий правовой вызов. В ответ на обвинения Ильхама Алиева в адрес Армении Татоян предложил беспрецедентный шаг: совместное обращение в Международный уголовный суд. «Вы обратитесь против нас, мы обратимся против вас», – заявил он, призвав Баку ратифицировать Римский статут или найти страну-посредника для подачи иска.

Это предложение – не просто риторика. Это проверка на серьезность обвинений и готовность подкрепить их международным правом. И одновременно – возможность пролить свет на реальные события, которые власти Азербайджана предпочитают представлять в исключительно выгодном для себя свете.

Татоян говорит не в вакууме. Его выступление следует рассматривать в трагическом контексте сентября 2023 года, когда военная операция Азербайджана предварила исход армянского населения Нагорного Карабаха.

Цифры свидетельствуют сами за себя: 223 погибших арцахца, среди которых 21 гражданское лицо, включая шестерых детей. Более 20 пропавших без вести. Эти не абстрактные статистические данные, а жизни. Как жизнь Нвера, Микаэла и Давида – трех детей из села Сарнахбюр, погибших в тот день.

Свидетельства, собранные правозащитниками и журналистами, рисуют тревожную картину: обстрелы мирных сел, применение артиллерии против гражданского населения, издевательства над задержанными. История 72-летней Джеммы и ее сына Липарита Марданян, которых на камеру «лечили» и «угощали чаем», а после отключения камеры – избивали, говорит о циничной двойной игре.

Сентябрьской агрессии предшествовала почти десятимесячная блокада, которую правозащитные организации характеризовали как гуманитарную катастрофу. Дороги, связывавшие Арцах с Арменией, были перекрыты, создавая условия, при которых исход населения стал вопросом времени.

Именно здесь предложение Татояна обретает особую актуальность. Если, как заявляет Баку, действия Азербайджана были исключительно направлены на «восстановление территориальной целостности» и не нарушали международного права, то что мешает предоставить эту оценку на суд независимой международной инстанции?

Международный уголовный суд существует именно для расследования военных преступлений, преступлений против человечности и геноцида. Его механизмы созданы для установления фактов там, где стороны конфликта представляют диаметрально противоположные версии событий.

Особую горькую ноту в эту ситуацию добавляет позиция официального Еревана. В то время как представители гражданского общества Армении и Арцаха призывают к международному правосудию, власти Армении демонстрируют поразительную сдержанность. Заявление секретаря Совбеза Армении Армена Григоряна о том, что нарративы Армении и Азербайджана стали «во многом схожи», вызывает недоумение и боль у тех, кто пережил трагедию сентября.

Можно ли говорить о «сходстве нарративов», когда одна сторона рассказывает об обстрелах мирных сел и пытках пленных, а другая – о «гуманитарной помощи» и «восстановлении конституционного порядка»? Молчание в ответ на такие заявления – это молчаливое согласие с переписыванием истории в угоду сиюминутной политической конъюнктуре.

Предложение Армана Татояна – это не просто жест. Это возможность перевести конфликт из плоскости взаимных обвинений в плоскость фактов и доказательств. Это шанс дать голос жертвам, чьи истории тонут в потоках пропаганды.

Принятие этого вызова стало бы сигналом о том, что Азербайджан уверен в правовой чистоте своих действий. Отказ или игнорирование – напротив, заставят задуматься о причинах такой неуверенности.

В конечном счете, путь к настоящему миру лежит не через забвение преступлений, а через их расследование и осуждение. Без правды и справедливости любое «миростроительство» будет хрупким, а любые заверения о «сходстве нарративов» – лицемерными. Вызов брошен. Ответ покажет, кто действительно готов к миру, основанному на праве, а не на силе.