Мир, труд, май! С маем всё понятно – вон он, родимый! А что с трудом?

В мире постправды и симулякров труд и особенно авторский труд во многом обесценился — люди потребляют копии и копии копий. Кривлянье на YouTube котируется выше, чем работа учёного. Эскорт-услугами заниматься выгоднее, чем работать на заводе. Оно во многом так всегда и было, но никогда это не преподносилось как норма и тем более не воспевалось. Максимум, на что сподобилось поколение X, а затем поколения следующие — жизнь в корпоративной логике. Начни со свободной кассы в «Макдоналдсе», закончи просторным кабинетом в транскорпорации.

В последнее же время человеку прививается ещё более порочная логика — живи easy: продавай себя и продавай всё своё окружение. И не беда молодых в том, что они мечтают стать блогерами и стримерами, сбежав в социальные сети. Беда общества в том, что оно не дало им никаких альтернатив. Не показало, что труд — это не позорно, а, наоборот, почётно. Оттого на смену производственникам пришли халдеи.

Первомай вырос из требований рабочих о восьмичасовом рабочем дне. И где он? У вас давно были полноценные обеды? Как с социальными гарантиями для человека труда? Как с достойной пенсией? Как работают профсоюзы — работают ли они в принципе? И как так получилось, что 97 процентов капитала сосредоточено у 3 процентов населения? Как так вышло, что 20 миллионов человек живут за чертой бедности, а средний класс исчезает? Как и двести, сто, пятьдесят лет назад, человек труда не защищён.

В 1970 году Джон Леннон исполнил Working Class Hero – о нелёгкой доле рабочего человека. В песне повторяется такая строчка: «A working class hero is something to be». Переводится как: герой рабочего класса — то, что нужно. Или то, что есть. Да, есть, и да, нужно, потому что без труда всё это просто не будет функционировать. Вот только почему тогда к людям труда такое хамское отношение?

Остаётся лишь утешать себя фразой Искандера: «Когда ты вплотную приближаешься к собственной смерти, мысль о том, что ты всю жизнь трудился, успокаивает». Хорошая фраза, но боюсь, этого слишком мало.

То, как Украина сегодня изгаляется в том, как бы развеять, очернить символ, коим стала бабушка с Красным знаменем, лишний раз демонстрирует, с кем мы имеем дело – с бесами. Их основное оружие – всё извратить, всё переврать, всё обгадить.

Бабушку, на самом деле, не удастся сбросить вниз. Потому что она уже символ, существующий независимо от собственно живого человека, ставшего прототипом этого символа.

Однако то, как вывернули матёрые украинские пропагандисты историю с бабушкой, лишний раз ставит нам важнейший, брызжущий кровью вопрос: где наши символы? Мощные, новые символы, которые будут освещать путь наш путь? Нехватка, острая нехватка идей, символов, смыслов. Предельно важно отыскать их. Для победы.