Новостным компаниям доверяют примерно так же, как производителям оружия и бигтеху

ИИ-компаниям доверяют больше, а меньше всего недоверия люди испытывают к сетям супермаркетов

Подрезал картинку у медиааналитика Thomas Baekdal, а он, очевидно, у опросного центра YouGov.

Неделя была очень напряженная. Поэтому сегодня и завтра я заряжу сюда много отложенных ссылок. А вот уже и первая

Чумовая статья: ИИ решает проблему вагонетки не так, как нам хочется

Как вы возможно знаете, сейчас набирают силу модели решений: Jev, Clef, Microsoft Decision

Если очень коротко: на вход подают описание ситуации, вопрос и варианты ответов. На выходе — проценты уверенности по каждому из вариантов

Работает очень быстро, стоит копейки. Отлично сортирует почту или оценивает кредитные заявки. Но есть нюанс

Автор статьи задал тринадцати моделям много вопросов насчет того, кого задавить на рельсах. И оказалось, например, что себя модель иногда ценит чуть ли не больше, чем людей

Собственно, мы кое о чем подобном догадывались (если предложить модели решений выбрать число от 1 до 8, у нее есть явные любимчики)

Надо быть железным флегматиком, чтобы соблюдать эти семь этапов. Я обычно ломаюсь на первой читке — всегда обещаю себе, что не буду править, потом хватаюсь за голову, вспоминаю, что бросил курить, нервничаю и начинаю сразу править хотя бы мелочи, потому что НЕВОЗМОЖНО ЖЕ

Семь кругов ада этапов редактуры: личный опыт. 

18+ НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ПРОЕКТ «ЧЕТВЕРТЫЙ СЕКТОР» ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ПРОЕКТ «ЧЕТВЕРТЫЙ СЕКТОР»

За несколько лет редакторской работы сложился свой подход к работе с большими текстами.

1️⃣ Первая читка. На этом этапе ничего не правлю. Просто читаю текст, чтобы ухватить суть. 

2️⃣ Если после первой читки понимаю, что материал требует радикальной переделки (такое случается нечасто, потому что ракурс мы стараемся обсуждать до начала работы) — формулирую соображения крупными мазками и возвращаю автору.

3️⃣ Если драфт годный – на второй читке начинаю работать с ним «с карандашом». Сохраняю исходник, текст копирую в новую вкладку (гугл-доки позволяют это в рамках одного документа). Крупные исправления вношу через функцию «советовать» и потом согласую с автором. Остальные просто вношу. Через функцию комментирования оставляю замечания и вопросы — прошу переформулировать, сократить, уточнить. Если меняю структуру — пишу  про это автору. Он может не согласиться, обсуждаем. 

4️⃣ Если работаю с автором первый раз, предупреждаю на берегу: комментариев, уточнений, правок от меня будет много, пугаться не надо, это нормально и совсем необязательно потому, что текст плох. У меня их всегда много. 

5️⃣ Порой после доработки требуется еще один (или даже не один) раунд уточнений. Обычно так происходит, если автор не отрабатывает комментарии нормально: просто игнорирует их или, например, пишет «Уточню», но к моменту начала работы со вторым драфтом не уточняет. 

6️⃣ После доработки — финализирую. Вычитываю на свежую голову, вношу финальные правки, прогоняю через ИИ-корректора, делаю разметку для вёрстки (где какой элемент текста), сохраняю визуал. Плюс еще одна вычитка свежим взглядом. 

7️⃣ Как правило, на финальном этапе прошу автора еще раз посмотреть, не привнесли ли мои правки какие-то искажения в факты. До этого автор уже несколько раз видел последствия редактуры, так что шаг может выглядеть необязательным. На практике на этой вот финальной вычитке часто находятся мелкие блохи.

На всех этапах могу в той или иной степени привлекать ИИ — для свежего взгляда, оценки вторичности текста, фактчекинга, создания несложной справки.

Главное (кмк): автор вовлечен в работу с текстом очень плотно и на всех этапах видит, что происходит с его материалом. Пришла к этому не сразу. Потребовалось несколько болезненных уроков и пара семейных скандалов (было дело, в прошлой жизни редактировала тексты мужа; на этапе редактуры он совершенно невыносимый товарищ). 

Не всякий текст требует такого набора действий. Но для историй, с которыми я обычно работаю, эта последовательность не кажется мне избыточной. И многих проблем (вроде той, про которую рассказывает стажёрка «Синих капибар»: она по ошибке внесла правки в черновик, а не финальный вариант) помогает избежать. 

Если вы редактор, напишите, как сами работаете. Если автор — напишите, как работают ваши редакторы.

Американские технобро один за другим предупреждают об опасностях и возможностях «суперинтеллекта», как его требует называть Трамп. За многими предупреждениями просматривается: давайте добьемся регулирования и установим выгодные правила игры.

(Если вы не читали, но хотите, вот неполный список: Дарио Амодеи, Билл Гейтс, Марк Цукерберг, Брэд Смит)

Меня больше других зацепил глава Microsoft — Сатья Наделла, сумевший скрестить в одной колонке алармизм и корпоративную скуку.

Вот его мысли (я огрубляю):

Раньше можно было понять, как конкретный код влияет на решения. Сейчас у нас в руках гораздо более мощная технология, но мы не понимаем, как на результат влияет обучение и даже промпт.

И вот этим машинам мы даем порулить конфиденциальными данными и принимать решения от собственного лица. В корпорациях мы умеем управлять хаотичными обезьянами с гранатами с помощью процедур, политик и механизмов контроля.

Давайте закуем модели в такую корпоративную упряжь. Потребуем от них прозрачного хода мыслей (chain of thought transparency).

И дальше он предлагает семь принципов. Они сводятся к нулевой терпимости, нулевому доверию и бесконечному страху перед ИИ — возможно, обоснованному:

1. Разнообразие моделей. Одна модель не должна отвечать за важный результат или самопроверку.

2. Запись всего и вся, принцип наблюдения. Любое действие должно оставлять свидетельство, которое может прочесть человек и не может изменить машина. Если это не записано, этому верить нельзя.

3. Проверяемость. Надо постоянно тестировать всю систему.

4. Независимый контроль. Организация должна независимо определять, к чему у модели есть доступ, и что она способна натворить.

5. Сдерживание. Мы должны предполагать с самого начала, что модель скомпрометирована и все время держать руку на стоп-кране. Нужны стандарты сдерживания моделей.

6. Раскрытие инцидентов. Если что-то ломается или скомпрометировано, надо вовремя понять, что пошло не так и как это предотвратить. А главное — поделиться с отраслью новым опытом.

Заканчивается это все удивительной фразой:

«Наибольшего доверия заслуживает не так система Суперинтеллекта, модели которой мы больше доверяем. Это должна быть та, которая позволяет меньше всего доверять своей модели»

Люди обсуждают возможную рекомендательную ленту в телеграме. Вижу буквально десятки мнений. Например:

Редакция @tginfo отмечает, что появление алгоритмической ленты в духе платформы X (бывший Twitter) может серьёзно изменить потребление контента в мессенджере. Для авторов это потенциальный источник бесплатного органического трафика без закупки рекламы, а для самого Telegram — способ повысить вовлечённость аудитории и увеличить количество показов официальной рекламы.

Подумал, что если бы я был маркетинговым гением вроде Павла Дурова, то не ограничился бы ростом рекламного инвентаря.

Я бы с владельцев каналов брал звезды за попадание в рекомендательную ленту. Это они же все время «хотят в реки». Брать можно по-разному: премиумом, бустами, ежемесячным платежом в зависимости от числа постов или потенциальных охватов.

Изобретательнее надо быть.

(пугается, что все это сбудется, бьет себя по губам и рукам)

Эволюция менеджера

Junior: мы не запустились, потому что мне не выдали доступы в кабинет.

Middle: мы запустились, но на проде бага, которую мы сейчас фиксим.

Senior: мы все протестили и запустились, цифры вот.

C-level: твоя фича еще в разработке. Кстати, мы все еще уверены, что она нам нужна?

VP: если ты чувствуешь, что тебя обманули, то ты либо в казино, либо на оценке сроков по задаче.

В последней рассылке я цитировал текст Кевина Келли, где он обнаружил в своем архиве подборку прогнозов из 90-х. Мне она показалась любопытной, и я решил перевести избранные цитаты.

«Наша культура глубоко, беззаветно влюблена в гаджеты. И нельзя пойти против любви и победить».
Джарон Ланье, 1993

«Я ожидаю, что в течение пяти лет как минимум каждый десятый человек будет носить на голове компьютерный дисплей, путешествуя в автобусах, поездах и самолётах».
Николас Негропонте, 1993

«Вчера мы переключали каналы, сегодня нажимаем кнопки на пульте, завтра мы будем перепрограммировать наших агентов и фильтры. Реклама не исчезнет; она возродится в новом виде».
Майкл Шраге, 1994

«Если мы когда-то сделаем думающую машину, то столкнемся с проблемой из-за способности создавать вещи, более сложные, чем мы способны понять».
Дэнни Хиллис, 1994

«Дефицитом станут не вещи, а точки зрения».
Пол Саффо, 1994

«Жертвами автострады информации станут миллиарды людей, которые забудут, что с неё есть съезды куда-то ещё, кроме Голливуда, Лас-Вегаса, лотерейного магазина и блестяшек из торговых сетей».
Алан Кей, 1994

«Деньги — просто еще один вид информации, который, когда будет оцифрован, станет объектом программных хаков математически одаренных людей».
Кевин Келли, 1994

«В будущем вы не будете покупать работы художников; вы будете покупать софт, который будет создавать уникальные произведения „их“ авторства или воссоздавать их способ смотреть на вещи».
Брайан Ино, 1995

«В будущем не будет 500 каналов — будет только один канал, ваш собственный».
Скотт Сасса, 1995

«Достаточно радикальный оптимизм, который все больше и больше выглядит технически возможным, поднимает фундаментальные вопросы о сознании, идентичности и желании».
Вернор Виндж, 1995

«Жизнь в XXI веке не будет простой для людей, которые настаивают на черно-белом представлении реальности».
Джоэль Гарро, 1994

«Технология — это не безымянный Другой. Чтобы познать технологию, нужно познать себя и встретиться лицом к лицу с самим собой».
Дэвид Кроненберг, 1997

«Мы используем инструменты беспрецедентной мощи, и в процессе сами сливаемся с этими инструментами».
Джон Брокман, 1995

«По мере того, как мир становится более глобальным, он одновременно тяготеет к трайбализму. Держаться за то, что отличает тебя от других, становится всё важнее».
Джон Нейсбитт, 1994

«Человеческая душа бесконечно сложнее, чем все, что мы сможем создать в ближайшее время. И если мы каким-то образом сможем её воспроизвести, это будет означать, что мы вовсе и не такие уж сложные и все это время обманывали сами себя».
Дуглас Хофштадтер, 1995

«Мы рождаемся, совсем недолго живем и умираем. Это происходит уже довольно давно. Технология не сильно это изменит — если вообще хоть как-то».
Стив Джобс, 1996

«Будущее — чушь».
Джэй Чиат, 1994

«Каждой эпохе свойственно высокомерно полагать, что раньше все было спокойнее».
Том Питерс, 1997

В пятницу, признаться, пропустил. Никогда такого не было и вот опять: на журфаке обнаружили 75-летнего преподавателя-похабника

Осторожно новости: раз, два. DOXA: раз

Искусство заголовка

нетудашки не дождались рекламы, а она огонь

запускайте Рогозина, пусть решает проблему

Украл у Максима Спиридонова, очень удивлен, думал, что доля x1 меньше

С другой стороны, это данные по Японии

аттракцион невиданной щедрости

(я до сих пор не могу сменить свой монетизационный аккаунт, который завел еще в 2019 году, так что на мои доходы не повлияет ничего)

Ого