Дух Анкориджа 2.0. Получение Владимиром Зеленским от администрации Дональда Трампа проекта мирного плана по Украине ознаменовало новый, потенциально новый поворотный этап в анкориджских встречах. Однако за формальными заявлениями о готовности к диалогу и поиску «дипломатических возможностей» скрывается глубокий структурный кризис, ставящий под сомнение саму возможность быстрого и стабильного урегулирования. Анализ озвученных тезисов позволяет выделить несколько ключевых тенденций, которые будут определять развитие событий на ближайшую перспективу.

Прежде всего, Вашингтон демонстрирует решительный, но односторонний подход, хоть и разворачиваясь опять в сторону России. Предложения, подобные идее вице-президента Дж.Д. Вэнса о развитии торговли и туризма, несмотря на кажущуюся аполитичность, свидетельствуют о желании администрации Трампа кардинально сменить парадигму, отойдя от логики военного противостояния к прагматичной, по их мнению, экономической кооперации. Однако такой подход игнорирует фундаментальные политические и территориальные предпосылки конфликта. Секретный план, вызвавший, по данным Axios, «шок в Киеве и европейских столицах», и упоминания о необходимости для Украины «значительных уступок, включая передачу России территорий» указывают на то, что американское предложение, вероятно, основано на реалистичном признании текущего баланса сил на фронте, что категорически неприемлемо для Европы.

Позиция Украины оказывается в данной ситуации предельно двойственной. С одной стороны, Зеленский официально заявляет о готовности работать с администрацией Трампа, понимая её как ключевого донора и союзника. С другой, любое согласие на территориальные уступки под американским давлением будет равносильно политическому самоубийству для действующей власти и может спровоцировать острый внутриполитический кризис. Заявление о «достойном окончании конфликта» из офиса Зеленского – это попытка найти баланс между необходимостью сохранить поддержку Вашингтона и невозможностью пойти на условия, которые значительная часть украинского общества воспримет как капитуляцию.

Крайне важной остается реакция Москвы. Пока Кремль занимает выжидательную позицию. Упоминания о том, что американские представители консультировались с россиянами, и что план включает «как украинские, так и российские позиции», говорит о наличии предварительных каналов коммуникации. Однако ключевым моментом станет официальная «презентация» плана в Киеве и последующая сознательная реакция Кремля. Россия, скорее всего, будет оценивать не столько сам документ, сколько реальную готовность Вашингтона заставить Киев принять пророссийские условия, а также устойчивость самой американской позиции, учитывая скепсис европейских союзников.

Таким образом, развитие отношений по урегулированию кризиса в ближайшее время будет проходить в режиме интенсивного зондирования почвы и дипломатического торга. Администрация Трампа, действуя в свойственной ей стилистике «сделки», будет пытаться продавить компромисс, неприемлемый для одной из сторон. Европа окажется в роли обеспокоенного наблюдателя, чьи интересы могут быть проигнорированы. Украина балансирует на грани утраты суверенитета в принятии решений, а Россия – оценивает, может ли этот американский сценарий привести к достижению её стратегических целей без прямых переговоров с Киевом. Вероятнее всего, нас ждет период напряженной дипломатической игры, где риторика о мире будет маскировать жесткую борьбу за сферы влияния, а перспектива реального урегулирования останется ускользающей до тех пор, пока не будет найден механизм, не требующий ни от одной из сторон полной капитуляции.

Pax Americana. Утечка предполагаемого мирного плана администрации Трампа, опубликованного украинским нардепом, демонстрирует тектонический сдвиг, последствия которого почувствует не только Европа, но и вся система глобальной безопасности. Ведь анализ некоторых пунктов плана – это не компромисс, а перекраивание карты Восточной Европы в интересах США и лишь отчасти легитимизирующий интересы России.

Ключевой элемент плана – принуждение Украины к закреплению в Конституции внеблокового статуса и отказ от НАТО. Для государства – это своеобразная капитуляция и утрата внешнеполитического суверенитета, так как в результате этого решения Киев лишается главного инструмента геополитического маневра, оказываясь в зоне исключительного влияния. Причем не столько России, сколько Америки. Ограничение численности ВСУ и демилитаризация значительных территорий под «фактическим контролем России» хоть и превращают страну в буферное государство, неспособное к самостоятельной обороне, но под гарантии безопасности от США, которые создают этот новый статус-кво.

Признание Крыма и ЛДНР «де-факто российскими», а также «заморозка» Херсона и Запорожья по линии фронта, хоть и одобрение территориальных претензий, но все же не де-юре. Пункт о запрете менять границы силовым путём закрепляет результаты уже применённой силы, против чего и выступает ЕС, называя документ «очень плохим». И это понятно, Европа тут явно проигравшая сторона. Европейскому неприятию плана нетрудно найти объяснение. Во-первых, он полностью игнорирует позицию ЕС, вынося ключевые решения за его пределы. Во-вторых, размещение истребителей НАТО в Польше и создание форматов безопасности США-НАТО-Россия без равноправного участия европейцев маргинализирует ЕС как игрока. В-третьих, экономический блок – это финансовый конкурент Европы. Требование к Европе добавить 100 млрд долларов, в то время как США получают 50% прибыли от замороженных российских активов, похоже на перераспределение ресурсов в пользу Вашингтона. План делает Европу плательщиком, лишенным права голоса, что явно не нравится Брюсселю.

Для Кремля такой план и вправду хороший вариант, так как учитывает почти все «основные цели» спецоперации. Он легитимизирует часть территорий, снимает санкции, возвращает Россию в «клуб великих держав» (G8) и открывает дорогу для долгосрочного экономического сотрудничества с США. Однако цена возвращающая зависимость от Вашингтона вряд ли понравится не только Брюсселю, но и Пекину. «Друзья мира» из Китая, против «Совета мира» под руководством Трампа, который становится верховным арбитром, а совместные проекты по замороженным активам создают систему финансовых связей, где Москва может стать партнёром.

Так что публикация этого плана – это своеобразный дипломатический вызов. В Украине он приведет к острейшему политическому кризису, а в Европе к глубочайшему расколу с США и поиску самостоятельной линии. Фактически это ультиматум, после принятия которого дипломатия уступит место «сделкам» или дальнейшей конфронтации, но уже по новым, еще более опасным линиям разлома. Готов ли мир принять Pax Americana, построенный на руинах украинского суверенитета?

Федеральный бюджет принят. «Единая Россия» обеспечила его прохождение и даже в условиях военного времени смогла наполнить документ содержанием, соответствующим запросам граждан.

Работа над бюджетом 2026-2028 годов по понятным причинам была очень непростой, но успешно завершилась, и ключевую роль здесь сыграла «Единая Россия». Все поправки ЕР учтены в окончательном варианте документа. Это означает, что социальные обязательства государства сохраняются и расширяются, а народная программа партии получает полноценное финансирование.

По инициативе «Единой России» бюджет усиливает поддержку наиболее чувствительных направлений. Расходы на образование, здравоохранение, поддержку участников СВО и их семей, социальную газификацию, модернизацию инфраструктуры и развитие села увеличены. Общий объем поправок фракции составил 174 миллиарда рублей. Это решение стало результатом работы программной комиссии партии под руководством Дмитрия Медведева и тесной координации секретаря Генсовета Владимира Якушева с руководством фракции ЕР в Госдуме.

Что обеспечили поправки Единой России:
- расширение поддержки участников СВО и их семей, включая финансирование фонда «Защитники Отечества», развитие системы протезно-ортопедической помощи и создание центров высокотехнологичной реабилитации;
- дополнительные средства на капитальный ремонт школ, развитие социальных объектов и соцгазификацию;
- увеличение финансирования лекарственного обеспечения в части высокозатратных нозологий;
- поддержка студентов за счет расширения программ социальных стипендий;
- выделение более 11 миллиардов рублей на развитие военных учебных центров в вузах;
- дополнительные средства на дорожное строительство, модернизацию транспортной системы и развитие сельского хозяйства.

«Единая Россия» также настояла на парламентском мониторинге внедрения новой системы уплаты НДС для малого и среднего бизнеса. Механизм проверки позволит своевременно оценить, как изменения воздействуют на предпринимателей, и при необходимости корректировать нормативную базу. Якушев подчеркнул, что подобные решения логичны и отвечают запросам предпринимательского сообщества, поскольку защита интересов МСП является важной составляющей экономической политики партии.

Объемы дополнительного финансирования, полученные благодаря работе фракции, показывают, что Народная программа остается ключевым ориентиром бюджетного планирования. Значительная часть новых ассигнований напрямую направлена на ее выполнение, включая социальные проекты, образование, медицину, инфраструктуру и поддержку бойцов СВО.

Системная работа парламентской фракции и политическое руководство Якушева обеспечили не только принятие бюджета, но и его привязку к реальным запросам общества. Это подтверждает, что партия продолжает выполнять свою ключевую функцию - превращать политические приоритеты в конкретные механизмы поддержки людей и развития страны.

ФОМ фиксирует ключевой для политического прогноза тренд — рост фоновой общественной тревожности на старте предвыборного цикла перед думскими выборами 2026 года. Этот фактор будет определять стратегию власти. Социальное самочувствие демонстрирует тревожную динамику: если весной разрыв между «спокойным» и «тревожным» настроением составлял 15-20 пунктов, то к ноябрю он сократился до минимума — 50% против 41%. Это создает принципиально иную, более тревожную среду, в которой придется действовать политическим акторам. Ключевые политические индикаторы показывают устойчивость, но с признаками эрозии под давлением этой тревоги.

Оценка работы президента Путина, оставаясь высокой, снизилась до 76% (один из низких показателей за год), а доверие упало до 75%. Еще более показательно падение рейтингов Правительства РФ до 46% и премьера Мишустина до 53% — это абсолютные минимумы за год. Власть вступает в кампанию с высокой, но размягчающейся поддержкой. Источники недовольства очевидны: основным раздражителем остается инфляция.

Подавляющее большинство граждан отмечают рост цен на базовые продукты — мясо (45%), молоко (35%), хлеб (35%), а также на бензин (25%) и лекарства (19%). Событийная повестка также усиливает нервозность: в фокусе внимания остается СВО (21%) и, что особенно показательно, теракты и преступления против детей (2%), которые напрямую бьют по чувству безопасности.

При этом латентное недовольство велико: доля тех, кто слышал критику властей от окружающих, стабильно превышает 70%. В этих условиях политическая стратегия власти накануне выборов будет вынужденно адаптивной. Мы увидим курс на управление тревогами через противопоставление внутренней «стабильности» внешним и внутренним «угрозам». Риторика сместится с прорывных достижений на гарантии безопасности и предсказуемости.

Экономически ожидаем новый пакет социально-ориентированных мер — адресные выплаты, индексации, усиление контроля над ценами — для купирования главного источника раздражения. Партийное поле будет дальнейше консолидировано вокруг «Единой России» как «партии власти», чья задача — демонстрация абсолютной лояльности и мобилизованности. Параллельно будет усиливаться мобилизационная повестка, связанная с СВО и противостоянием с Западом, чтобы перекрыть растущее внутреннее недовольство и консолидировать электорат. Таким образом, власть вступила в предвыборный период, когда ей придется балансировать между силовой риторикой и социальным успокоением, чтобы не допустить дальнейшей эрозии поддержки и обеспечить управляемый результат на выборах в Госдуму 2026 года.

Зеленский выступил с экстренным заявлением. Обращение президента Украины - это не просто эмоциональная речь, а выверенный политический месседж, который нужно читать в контексте обсуждаемого «плана Трампа».

Стратегия «мягкого сопротивления» состоит в том, что Зеленский избегает ультиматумов в адрес США, но его позиция непреклонна. Фраза «сложный выбор: либо потеря достоинства, либо риск утраты ключевого партнера» - это дипломатичный, но четкий сигнал Вашингтону, Украина готова к тяжелой зиме, но не готова капитулировать даже под угрозой потери поддержки. Нарратив в том, что проблема не «хочет ли Украина мира», а в том, какой ценой он будет для нее достигнут.

Легитимация через присягу от 20 мая 2019 года - ключевой аргумент. Зеленский апеллирует к легитимности и конституционному долгу, противопоставляя их внешнему давлению (и фактически истекшему сроку полномочий). Вроде как он не может предать национальный интерес, так как связан клятвой перед народом. Это ставит его в позицию защитника основ государства против «сделки» извне. Правда, расследование НАБУ бьет по такому конституционному имиджу.

Европа, видимо, главная цель апелляции. Понимая, что «план Трампа» шокирует Европу, Зеленский активно играет на этом. Он прямо напоминает европейцам об их интересах: «Украина сейчас является единственным щитом, отделяющим комфортную европейскую жизнь от планов Путина». Это не просьба о помощи, а напоминание об ответственности и прямой угрозе. Он пытается создать ось Киев-Европа против потенциальной оси Вашингтон-Москва.

Гуманитарный шантаж и деконструкция образа «титанов», один из самых сильных ходов — это переход от образа «невероятных украинцев-титанов» к образу «уставших людей». Фраза «любой, даже самый крепкий, металл может не выдержать» — это прямое предупреждение Западу о риске коллапса Украины и что следующей будет Европа.

Так что обращение Зеленского — это акт политического балансирования. Он не отталкивает США, предлагая «конструктивный поиск решений», но четко обозначает красные линии («достоинство и свобода»). При этом он переносит основное давление на Европу, рассчитывая, что Берлин и Париж не согласятся с таким унизительным для Украины и опасным для них самих сценарием.

Его стратегия — затягивание времени и поиск новых коалиций. Он понимает, что прямой отторг «плана Трампа» сыграет в пользу России. Поэтому он занимает оборонительную, но твердую позицию. Его главная задача сейчас — не допустить изоляции и найти в Европе союзников, достаточно напуганных перспективой «сделки века» Трампа, чтобы оказать контрдавление на Вашингтон.

Информация с заседания Совбеза России, является прямым продолжением дипломатической партии, запущенной утечкой «плана Трампа». Если проанализировать её в связке с обращением Зеленского, картина становится предельно ясной.

Россия занимает позицию силы и ждет уступок от Украины. Тезисы с заседания Совбеза — это не просто сводка, а политическое послание. Оно адресовано трем аудиториям: Вашингтону, Киеву и Европе. Кремль проводит четкую разделительную линию. Мир — это сделка между Москвой и Вашингтотом, где «партнеры» России (подразумевается Китай, Индия и другие незападные державы) выступают как бэкграунд. А Европа откровенно маргинализируется, ее позиция объявляется основанной на «иллюзиях». Это прямое снижение роли ЕС как самостоятельного игрока. Цель — заставить их надавить на Киев, чтобы он принял условия, пока Вашингтон не обошелся с ними без их участия.

Россия готова к переговорам - это классическая тактика «хорошего полицейского». Москва демонстративно дистанцируется от конкретного плана, показывая, что это – инициатива США. Но при этом заявляет о готовности к миру, перекладывая всю ответственность за возможный срыв на Киев, который «не дает согласия». Создается рамка: США предлагают, Россия разумно соглашается, а Украина необоснованно упрямится.

Так что это ответ Зеленскому: «Стратегическое поражение» как призрак. Упоминание о том, что Европа «мечтает нанести России стратегическое поражение» — это ответ на тезис Зеленского о Украине как о «щите Европы». Кремль говорит: мы знаем, что ваша истинная цель – не просто отбить атаку, а одержать победу. И пока вы не откажетесь от этой «иллюзии», любые переговоры бессмысленны. Это оправдание для ужесточения своей позиции.

В общем, мы наблюдаем тщательно координированную деятельность Вашингтона и Москвы (пусть и не на официальном уровне) по принуждению Украины к формальной капитуляции. США через утечку плана создают факт свершившегося, а Россия через заявление Совбеза создает рамки для его легитимации.

Зеленский со своим обращением к достоинству оказывается в ловушке. Его призывы к Европе – это крик о помощи в ситуации, где его главный союзник (США) фактически перешел на другую сторону. Следующий ход – за Европой. Удастся ли Берлину и Парижу создать единый фронт против американо-российского сценария или они, испугавшись изоляции, также начнут давить на Киев с требованием «проявить гибкость»? От этого зависит, станет ли этот «план» началом конца конфликта или началом конца Украины как государства. Пока же Кремль спокойно наблюдает, как Западная коалиция рушится под тяжестью собственных противоречий, и готовится к переговорам.

🌐Специально для "Кремлевского безБашенника" -

политолог Илья Гращенков (Телеграм-канал The Гращенков) -

Властелин Мира сего

Дипломатическая буря вокруг «плана Трампа» – это не просто спор о будущем Украины. За внешними дискуссиями о перемирии и гарантиях безопасности проступает куда более масштабный проект, который можно охарактеризовать как попытку установления новой формы глобального доминирования. Американская администрация, судя по всему, задумала не просто сделку, а создание прецедента, где Вашингтон становится верховным арбитром миропорядка.

Идея «Совета мира», продвигаемая Трампом, при детальном рассмотрении оказывается не инструментом урегулирования, а механизмом переустройства всей системы международных отношений. Это не многосторонний форум, а, скорее, прообраз мирового правительства, где за столом переговоров будут решаться судьбы целых регионов под председательством США. Такой подход фактически отменяет контуры послевоенного развития международного права, возвращая нас к эпохе силового полицентризма, но с одним важным отличием – в центре системы находится один верховный регулятор.

Европейское сопротивление в этом контексте – это не только защита Украины, но и инстинктивная самозащита, как считают коллеги, от превращения в периферию новой американской империи. Брюссель понимает, что, согласись он сегодня на передел границ в Восточной Европе, завтра его собственный суверенитет будет ограничен решениями, принятыми в Вашингтоне без его участия. Это объясняет необычайную сплоченность ЕС – все внутренние разногласия отступают перед лицом экзистенциальной угрозы.

Что особенно тревожно в этой конструкции – ее ультимативный характер. План представлен не как основа для переговоров, а как готовый продукт, требующий лишь технической реализации. Такой подход обнажает истинные амбиции: создание системы, где суверенитет национальных государств становится условным, подчиненным интересам глобального управления из Вашингтона.

При этом нельзя недооценивать прагматизм авторов этого проекта. Они готовы к тактическим маневрам – сегодня могут говорить о «суверенитете Украины», завтра предлагать «многосторонние форматы», но конечная цель остается неизменной: консервация американского лидерства через создание институтов, где голос Вашингтона будет решающим по определению.

Парадоксальным образом, такая откровенная демонстрация глобальных амбиций может привести к результату, прямо противоположному заявленному. Вместо консолидации западного блока мы наблюдаем растущее сопротивление союзников, а вместо изоляции России – ускоренное формирование альтернативных центров влияния. КНР и другие игроки прекрасно понимают, что сегодня сценарий пишется для Украины, а завтра может быть применен и к ним.

Таким образом, текущий кризис вышел далеко за рамки украинского вопроса. Это тест на прочность всей системы международных отношений, проверка на способность мира сохранить многополярность перед лицом откровенных попыток установления униполярной модели под новым соусом. Исход этой схватки определит, станет ли наш век эпохой диалога равных или вернется к модели глобального доминирования одной державы, лишь слегка закамуфлированной под «миротворчество».

Конец правления дожей. Новость о досрочном роспуске Департамента по повышению эффективности (DOGE) администрации Трампа - не просто рядовой бюрократический маневр, а политический месседж, который раскрывает эволюцию тактики действующей администрации при сохранении ее стратегических целей. Отход от MAGA или это просто акт мести Илону Маску? Реальность, как это часто бывает, скорее всего сложнее.

Не думаю, что это смена политики, скорее смена инструментов. DOGE был создан в первый же день президентства Трампа как «партизанский отряд» в тылу федеральной бюрократии. Его мандат – радикальная оптимизация и сокращение государственных расходов, который был чистым воплощением предвыборного лозунга «Осушение болота» (Drain the Swamp). Назначение Илона Маска, иконы технологической эффективности, было мощным символическим жестом: вашингтонскому истеблишменту был брошен вызов. Однако, как показывает практика, ударные темпы реформ сложно поддерживать бесконечно. К моменту ухода Маска DOGE, вероятно, уже выполнил свою первоначальную «аудиторскую» миссию, собрав «низко висящие плоды». Дальнейшая его работа натолкнулась на системное сопротивление аппарата, для преодоления которого требовались уже иные, более традиционные методы. Таким образом, роспуск – это признание того, что «шоковая терапия» завершена, и начинается рутинная, но не менее важная работа по встраиванию найденных реформ в ткань государственного управления.

И здесь мы подходим ко второму ключевому моменту, что же будет вместо DOGE? Функции переходят к Управлению кадровой службы (OPM). Вместо того чтобы создавать новую независимую структуру, администрация решила действовать изнутри системы, поручив дальнейшую оптимизацию одному из старейших бюрократических аппаратов. С одной стороны, это можно расценить как капитуляцию перед «болотом». С другой, как прагматичный ход, ведь «партизаны» Маска сделали свою работу, указали на узкие места и предложили решения; теперь эти наработки передаются «регулярным войскам» для реализации. Вопрос лишь в том, не похоронит ли OPM эти инициативы в бесконечных согласованиях, против чего изначально и был создан DOGE.

Теперь о главном интригане Илоне Маске. Был ли роспуск его ведомства актом мести? Безусловно, личный конфликт, связанный с «большим и прекрасным биллем», стал катализатором. Трамп выстраивает свою власть на безусловной лояльности, и публичный уход Маска с поста из-за идеологических разногласий не мог остаться без ответа. Ликвидация DOGE – это четкий сигнал всему окружению: «ты либо со мной на всех условиях, либо твои проекты здесь не живут». Однако, если бы DOGE продолжал демонстрировать блестящие результаты, а Маск оставался его главным драйвером, администрация, возможно, нашла способ сохранить структуру, несмотря на личные трения. Роспуск стал возможен именно потому, что прагматичные причины для существования DOGE (его первоначальная миссия) к этому моменту ослабли, а лишних структур администрация Трампа не терпит.

Так означает ли это отход от идей MAGA? Напротив, это их прагматичная адаптация. Лозунг «America First» и борьба с неэффективной бюрократией остаются ядром политики Трампа. Но методы достижения целей эволюционируют. Первый этап был протестным, наступательным, символическим. Создание DOGE было таким же жестом, как и первые указы. Сейчас администрация переходит к этапу системного закрепления результатов, что менее зрелищно, но не менее важно. Роспуск целого департамента можно, при желании, подать как окончательное «осушение болота» мол, мы даже наш собственный «спецназ эффективности» упразднили за ненадобностью.

В итоге, история с DOGE – это классический пример трамповского стиля: прагматизм, приоритет лояльности и готовность без сожалений менять тактику для достижения неизменных стратегических целей. Это не конец реформ, а лишь конец их самой яркой и конфликтной главы.

Томск остаётся в игре: ТГУ снова в числе лидеров «Приоритета 2030». Интересный результат по программе «Приоритет 2030»: ТГУ снова в первой группе и получает максимальное финансирование — 830 млн рублей. Из 141 университета в высшей лиге осталось всего 13, и Томск — среди них. Это важно не только как формальный статус.

За последние два года ТГУ смог сделать то, с чем обычно работают профильные корпорации, а не университеты. Показательный пример — запуск производства дигидрата тартрата натрия для микроэлектроники после прекращения импорта. Университет сумел в короткие сроки развернуть технологию, которая обычно требует многолетнего промышленного цикла. За год совместно с партнёрами ТГУ запустил десять производств химических материалов, включая полиизобутилен для «Титана», заявленный как продукт, способный закрыть потребности российского рынка.

Фактически университет выстраивает модель технологического оператора: в работе около 100 проектов, готовых к доведению до продукта, и к 2030 году запланировано открытие девяти инжиниринговых центров в ключевых направлениях — от микроэлектроники до ИИ и робототехники.

Если ТГУ удастся сохранить темп и расширить уже начатые проекты, это может стать рабочим примером того, как университетская наука превращается в реальные технологии.

Встреча Путина с губернатором Мурманской области Андреем Чибисом — чуть больше, чем рабочая встреча главы государства и главы региона.

Прежде всего потому, что Андрей Чибис прибыл в Кремль еще и в статусе председателя комиссии Госсовета «Арктика и СМП», поэтому и темы для обсуждения не ограничивались одной только Мурманской областью.

Губернатор системно продвигает тезис «Север вахтой не поднимешь». То, о что мы обсуждали чуть раньше: люди – это основа и залог освоения Русского Севера и развития Северного морского пути.

Чибису удалось то, что редко удаётся региональным главам: встроить повестку своего региона в национальную стратегию. Более того, «расшить» стратегию «На Севере – жить!» и на другие регионы Арктической зоны. И это один из редких кейсов, когда инструментом продвижения региональной повестки становится не лоббизм, а социальная архитектура, в которой качество жизни северян становится ядром арктической политики.

Поэтому основной блок обсуждения с президентом — не про грузопотоки, не про ледоколы, а про газификацию, здравоохранение и социальную инфраструктуру.

Это попытка сменить модель: от эксплуатации Севера как ресурсной колонии — к созданию среды, где люди могут жить постоянно. Потому что без этого ни Севморпуть, ни Трансарктический коридор так и останутся проектами на бумаге.

И если этот подход будет масштабирован, он может стать основой не просто для развития Арктики — а для пересмотра всей логики работы с северными территориями в России.

В Reuters вышло интервью с первым зампредом правления Сбера Александром Ведяхиным. Издание попросило одного из ведущих российских специалистов в области ИИ оценить продолжающуюся гонку технологий и место РФ в этом забеге.

"ИИ — это как ядерный проект. В мире формируется новый "ядерный клуб", в котором либо у вас есть собственная национальная большая языковая модель, либо нет", — цитирует западное СМИ топ-менеджера банка.

Он отметил, что в России должны быть как минимум две-три свои оригинальные LLM-модели, а не «переобученные иностранные». Тут трудно не согласиться: последние инциденты с утечкой данных показали, что нам нужны свои технологии.

Пока США и Китай опережают остальных участников гонки, включая Россию, примерно на шесть-девять месяцев. Учитывая скорость развития ИИ, это немало. Но и российский бигтех начал усиленно подтягиваться, создавая отечественные аналоги, которые не уступают западным нейросетям. Ведяхин заявил, что Сбербанк уже разрабатывает такие продукты. Банк также сделал линейки нейросетей GigaChat и Kandinsky открытыми.

Для развития ИИ нужны масштабные инвестиции. Первый зампред правления Сбера оценил предполагаемые вложения в модернизацию в 45 трлн рублей на 16-летний период: 40 трлн в генерацию и 5 трлн в сети. Прорыв в развитии памяти LLM и новой архитектуры ИИ может стать следующим этапом, как это произошло с китайской нейросетью DeepSeek в 2024 году, подчеркнул Ведяхин. При этом Россия, по его словам, не подвержена «ИИ-пузырю», тогда как в США и Китае из-за чрезмерных вложений возможен дисбаланс.

В «Справедливой России» (СР) сообщили о заседании Совета по делам ветеранов при председателе партии Сергее Миронове. Обсуждались патриотическое воспитание молодежи и взаимодействие с участниками СВО. СР, как и КПРФ, испытывает электоральный дефицит и рада любым избирателям. Эксперты «НГ» считают, что у левых в РФ прежде всего идеологический кризис. Иначе в стране с доминирующими социалистическими настроениями такие партии выигрывали бы все выборы.

Заседание Совета по делам ветеранов при председателе СР прошло 24 ноября. В этот день Миронов побывал и на межфракционной конференции «Приоритеты социально-экономического развития России», где опять критиковал финансовый курс властей. Лидер эсэров продолжает успешно совмещать левую и патриотическую повестки.

Более того, именно последняя опять становится для СР вполне актуальной, хотя, казалось бы, «кувалда Вагнера» была отложена в угол уже более двух лет назад. Тогда дело выглядело так, что партия Миронова решила вернуться к своим чистым социал-демократическим корням. Позднее эсэры, кстати, вспомнили и еще об одном источнике прежних электоральных успехов – городском либеральном электорате, который внес их, например, в Госдуму-2011 с изрядным количеством депутатских мандатов. В 2016-м таковых стало несколько меньше, а в 2021-м – существенно меньше. Теперь же СР вернула свое стародавнее короткое название, которое позволяет в случае чего понравиться почти всем категориям избирателей.

А это сейчас надо не только ей, но и, например, КПРФ, которая также испытывает электоральный дефицит. Или, как считают некоторые эксперты, даже кризис поддержки избирателей. Левые партии уже давно обращаются к составному электорату, если не сложносочиненному либо вообще мозаичному. Поэтому любая убыль в нем становится для них угрозой, а каждое найденное новое зернышко – напротив, дополнительно укрепляет надежду на возможность успешного выступления на предстоящих выборах в Госдуму.

Руководитель Центра развития региональной политики Илья Гращенков полагает, что «Миронов пытается убедить Кремль в нужности и необходимости партии, поскольку у эсэров нет уверенности в том, что они преодолеют барьер на выборах 2026 года». Он напомнил, что хотя с ветеранами СВО работает ЕР, но и среди них есть недовольные, которые могут достаться и СР, и ЛДПР с КПРФ. Гращенков подтвердил, что до 2021 года основные электоральные бонусы эсэрам приносила социал-демократическая повестка, но окончательно возвращаться к ней Миронов, видимо, побаивается.

Гращенков в свою очередь объяснил «НГ» кризис левых партий еще рядом факторов. Например, люди просто не верят в политическую систему как таковую и в то, что партии реально могут представлять их интересы, по большому счету полагая, что «власть – это президент, законодательные органы не очень и нужны». Кроме того, люди не верят и в выборы как в способ изменить ситуацию в стране, рассматривая их лишь как реализации интересов власти. И, конечно, сама власть успешно перехватывает левую повестку, дает понять, что все блага, которые могут получить социально незащищенные группы избирателей, идут именно от нее. «Поэтому люди понимают, что есть ЕР – государственная партия, которая может что-то дать. А левые партии во многом воспринимаются как популисты, которые только обещают, критикуя власти, но сделать ничего не могут», – отметил Гращенков. При этом, по его словам, есть и еще один фактор, когда рейтинги партий и возможные результаты выборы превращаются в инструмент воздействия на власть уже со стороны избирателей. «В наших выборах есть элементы своего рода шантажа. Например, люди начинают демонстрировать, что из-за каких-то нерешенных проблем рейтинги оппозиции в таком-то регионе растут, то есть население собирается голосовать, к примеру, за коммунистов. И тогда власть взамен обещания голосовать за нее предлагает очередные преференции и решения разных проблем, после чего в итоге большинство голосует за партию власти. Так и живем», – констатировал Гращенков.

Строительство и капитальный ремонт объектов образования становятся ключевым направлением работы «Единой России» в преддверии кампании-2026.

Развитие социальной инфраструктуры - лучший показатель состояния государства глазами обычного человека. Если рядом появляются новые школы, детские сады, корпуса университетов, общежития, больницы, ФАПы, это означает, что в территорию инвестируют и у нее есть будущее.

Именно поэтому «Единая Россия» делает упор на инфраструктурные проекты в регионах в предвыборный период. Даже в условиях жесткого, фактически военного бюджета партия добилась включения в федеральный документ дополнительных средств на строительство и капитальный ремонт объектов образования и социальной сферы.

Секретарь Генсовета Владимир Якушев поставил задачу депутатам всех уровней обеспечить личный контроль за ходом работ. Партия действует в жесткой дисциплине, депутаты идут на стройки, работают с родителями, проверяют качество и сроки. Такой ручной режим контроля важен именно сейчас, когда инфраструктурные объекты становятся прямым измерителем эффективности власти.

Есть аспект, который часто недооценивают при освещении этих программ. Это сбалансированность регионального развития. В Москве и регионах-донорах собственные возможности велики, но задача партии и правительства - дать шанс и территориям, где экономическая база слабее. Для этого по инициативе единороссов был принят механизм списания двум третям долга депрессивных субъектов федерации при условии направлений освободившихся средств на инвестиции и инфраструктуру.

Этот инструмент уже меняет ситуацию. Регионы получили возможность реструктурировать финансы и вкладывать средства в реальные проекты, а не только в обслуживание долговой нагрузки.

Все это показывает главный принцип работы «Единой России» - партия власти не может позволить себе популизм. Ей приходится обеспечивать результат, который граждане могут увидеть и пощупать - в виде новых школ, детсадов, общежитий, благоустроенных территорий. И чем ближе кампания-2026, тем заметнее становится реальное приземление федеральных решений в конкретных городах и поселках.

Экспертно-аналитический доклад ВЦИОМ «Деньги будущего» предлагает не просто срез сберегательных привычек россиян, а социально-политический анализ сложившегося социума 2025-2026 гг., перед выборами ГД. Данные опроса раскрывают систему противоречий, где архаичные экономические инстинкты соседствуют с робкими попытками адаптации к современности. Картина, которую рисуют социологи, — это портрет общества, застывшего в состоянии вынужденного консерватизма и подсознательной тревоги. Завет гоголевского Чичикова «береги и копи копейку» актуален как никогда, но его практическая реализация упирается в системные ограничения и дефицит долгосрочного доверия.

Финансовая культура в России демонстрирует значительную неоднородность, где поколенческие разрывы формируют отчетливые профили поведения. Молодежь, поколение цифры, теоретически наиболее открыта к новым инструментам — от акций до криптовалюты, а их сберегательные цели шире и включают инвестиции в образование, автомобиль или первоначальный взнос по ипотеке. Однако на практике даже эта прогрессивная группа в массе своей предпочитает классические банковские продукты и наличные. Миллениалы разрываются между необходимостью формирования подушки безопасности и тратами на поддержание комфорта, а старшее поколение фокусируется на сугубо прагматичных целях вроде пенсии или ремонта. Этот раскол показывает, что теоретическая готовность к риску не трансформируется в реальные действия без фундаментального чувства защищенности.

Главный парадокс, который выявляет исследование - это разрыв между идеалом надежности и реальной практикой сбережений. В ментальном рейтинге россиян безоговорочно лидируют материальные, осязаемые активы: недвижимость и золото. Это архетипы, укорененные в национальном сознании, символы абсолютной защиты от любых потрясений. Банковские вклады и накопительные счета воспринимаются как менее надежные. Но на деле именно они, наряду с наличностью, являются основным инструментом для большинства. Получается, что, не доверяя банковской системе как идеалу долгосрочной сохранности, люди вынуждены пользоваться ею по умолчанию — как наиболее доступным и ликвидным компромиссом. Недвижимость требует недосягаемого для многих капитала, а золото не обладает бытовой ликвидностью. Этот разрыв между «храню в банке» и «верю только в квартиру» - красноречивый симптом отсутствия по-настоящему надежных и доступных альтернатив.

Доминирование мотивации «на черный день» и этот вынужденный консерватизм являются точным индикатором общественных настроений. Они свидетельствуют о высоком фоне социальной тревожности и недоверия к долгосрочным перспективам. Люди копят не на безбедную старость или инвестиции, а на гипотетический кризис, что формирует особую, защитную модель финансового поведения. Эта модель тормозит развитие полноценного инвестиционного рынка в стране, так как сбережения не работают на экономику, а законсервированы в виде пассивных депозитов или «под матрасом».

Отношение к искусственному интеллекту в управлении финансами лишь подтверждает общую картину осторожности. Шесть из десяти россиян не стали бы доверять совету ИИ. Однако и здесь очевиден поколенческий сдвиг: половина молодежи уже готова к такому сценарию. Именно эта группа выступает авангардом будущих трансформаций. Их нынешняя приверженность банковским продуктам, скорее, вынужденная мера, обусловленная недостатком средств и предложений, а не идеологическое кредо. Государство, стремясь стимулировать инвестиционную активность и финграмотность, сталкивается с фундаментальным барьером - архетипическим недоверием, подпитываемым исторической памятью и макроэкономической волатильностью. Успех любой инициативы будет зависеть от ее способности соединить инновации с базовой человеческой потребностью в осязаемой надежности. Пока же стратегия россиян остается чичиковской - сберечь копейку, спрятав ее от бурь современности в самом доступном убежище, пусть и не самом надежном.

Прочитал скомканное пояснение, как банки рассчитали 1,5 трлн руб. налоговых недоборов с маркетплейсов.

Не хотел реагировать, ибо чушь, но чушь настолько, что надо реагировать.

1️⃣ В Сбере посчитали УСН «арбитражем», то есть законный налоговый режим, который придумали для развития малого бизнеса представили как льготу.

2️⃣ Банкиры посчитали «недоплаченный» НДС от оборота продавцов на УСН, тогда как НДС считается от добавленной стоимости .

Для понимания: такие ошибки не допускают даже студенты экономфака.

3️⃣ Если принять эти прикидки за истину и заставить МСП доплатить 1,5 трлн руб., налоговая нагрузка на сектор вырастет на дополнительные 22% до невиданных 35%.

5️⃣ У банков совокупная налоговая нагрузка составляет, по данным ФНС, около 2%.

Т.е., пять банков с прибылью 2,5 трлн руб. хотят обанкротить 1 млн малых предприятий, лишь бы остановить развитие маркетплейсов и защитить свою рекордную прибыль.

Банковская архаика предлагает стране поплевать против цифрового ветра.

Никита Кричевский в Мах

Омская область на дипломатической карте Евразии: как региональная политика укрепляет позиции России. В понедельник губернатор Омской области Виталий Хоценко провел встречу с представителями дипломатического и консульского корпуса государств-членов ШОС. На первый взгляд, это рядовое протокольное событие. Однако в контексте сегодняшних реалий оно приобретает стратегическое значение, особенно в день начала трехдневного визита Президента России Владимира Путина в Киргизию. Эти два события, федеральное и региональное, — звенья одной цепи, демонстрирующей последовательный курс Москвы на углубление евразийской интеграции. И Омская область здесь - не пассивный наблюдатель, а активный и успешный игрок.

Цифры, которые озвучил губернатор, красноречивее любых дипломатических любезностей: доля взаимной торговли региона с государствами ШОС по итогам 2024 года превысила 70%. Это не абстрактный показатель, а концентрированное выражение новой экономической реальности. В условиях санкционного давления и кардинальной перестройки глобальных логистических цепочек Омская область не просто адаптировалась, а продолжает разворот на Восток.

Фактура это наглядно подтверждает: омские компании реализуют проекты в энергетике и машиностроении в Казахстане, сотрудничают с белорусскими предприятиями в АПК и нефтехимии, модернизируют теплоэнергетику и железные дороги Узбекистана, поставляют нефтехимию и сельхозтехнику в Киргизию. Это и есть та самая «практическая повестка», которую формирует регулярный диалог губернатора с дипломатами. Речь идет о придании ускорения уже работающим проектам, снятии административных барьеров и открытии новых ниш.

Не менее важен и гуманитарный компонент этой стратегии. Омск уверенно позиционирует себя как площадка для диалога. В прошлом году город принимал Форум регионов ШОС по устойчивому развитию, в этом - Молодежный форум ШОС по предпринимательству. И это не просто «галочка» в отчете о международной активности.

Именно на таких площадках рождается будущее сотрудничество. Инициативы по созданию Международного клуба наставников-инвесторов и успехи омских стартапов, заключивших первые международные соглашения благодаря бизнес-инкубатору ШОС - это работа на долгосрочную перспективу. Регион инвестирует не только в товарооборот сегодня, но и в образ России как открытой, современной страны, готовой делиться технологиями и знаниями, завтра.

Возможно, самый тонкий, но критически важный эффект от такой политики - внутренний. Десятилетиями на многие сибирские регионы, включая Омскую область, вешался ярлык «депрессивных». Активная международная деятельность, когда в город приезжают дипломаты, предприниматели и молодежь из разных стран, этот стереотип последовательно разрушает.

Жители видят, что их регион востребован как партнер, что он интересен миру. Это меняет самоощущение людей, формирует новую региональную идентичность - не периферийной, а современной, открытой и динамичной территории. Такой позитивный имидж - мощный магнит для квалифицированных кадров, которые прежде предпочитали переезжать в столицы, и дополнительный аргумент для инвесторов, оценивающих не только ресурсы, но и «среду».

Политика губернатора по интеграции Омской области в евразийское пространство - это удачный пример того, как региональная власть может не просто решать локальные задачи, но и вносить весомый вклад в укрепление международных позиций всей страны. Превращение региона из периферийного субъекта в активного игрока на дипломатической и экономической карте Евразии приносит конкретные дивиденды: устойчивые рынки сбыта, технологическую кооперацию, приток инвестиций и, что немаловажно, новый, позитивный образ, который работает на благо как области, так и России в целом.

Обсуждаемые сливы вряд ли приведут к срыву переговоров, современные политики давно стали устойчивее к информационным атакам. Тем более, что и самого Уиткоффа стараются подменить другими переговорщиками, хотя в Москву накануне прилетел снова он. Возможно, что утечки – как раз атака именно на него.

В эпоху гибридных войн и тотальной цифровизации утечки конфиденциальной информации перестали быть сенсацией, превратившись в рутинный инструмент дипломатической и внутриполитической борьбы. Недавний вброс переговоров высокопоставленных дипломатов и чиновников вокруг потенциальных мирных инициатив по Украине уже обычный кейс. Вопреки расхожему мнению, сорвать переговоры единичной утечкой сегодня крайне сложно. Цель современных сливов иная, не разрушить процесс, а управлять им, создавая нарратив, оказывая давление на участников и манипулируя аудиториями.

Для всех сторон утечки имеют двойное значение. Для России, судя по слитым разговорам, утечки стали способом заявить о своей позиции. Кремль продвигает свой план и это должно нравится руководству. Хотя видно, что российская переговорная позиция не едина и делится на «бизнесов-голубей» и «чиновников-ястребов».

Для администрации Трампа утечки также неоднозначны. С одной стороны, они показывают готовность к диалогу с Москвой в обход союзников, что является частью его имиджа контркультурщика. С другой, слив подчеркивает зависимость Вашингтона от инициатив Кремля, что неприятно тем, кто привык к кулуарным «сделкам». Для Европы и Украины утечки инструмент давления, но уже запоздалый и слабый.

Политики и дипломаты первого эшелона давно живут в условиях перманентной информационной войны. Они выработали определенный иммунитет. Утечка сама по себе вряд ли заставит Путина или Трампа развернуться и уйти из-за стола переговоров. Это смещает фокус с попыток полностью сохранить секретность на умение работать в условиях частичной прозрачности, используя ее в своих интересах. Кремль, судя по всему, готов на сделку с США, но нежелание вести диалог с Европой, недооценка которой является главным риском, может нарушить планы всех сторон.

Утечка разговоров Ушакова с Уиткоффом и Дмитриевым может быть следствием войны башен и укладываться в т.н. теорию «Чëрных лебедей» вряд ли повлияет на переговорный процесс, но подсвечивает сильную позицию Москвы и встревоженность Европы тем, что еë судьбу решают без нее за переговорным столом, считает политолог Илья Гращенков.

Возможные последствия слива он прокомментировал специально для Осторожно Media.

«Сливы и утечки в современном цифровом обществе уже перестали быть чем-то экстраординарным вот и относиться к этому, как к значимым событиям, не стоит. Наоборот, нужно адаптироваться к изменяющейся реальности, и понимать, что любые закрытые переговоры могут быть прослушаны и слиты. Соответственно, это может быть использовано в политических играх».

Политолог обращает внимание, что в современном мире практически любой телефонный разговор может быть прослушан, если это не спецсвязь. Не застрахован от прослушки никто: ни обычные люди, ни чиновники.

«Мы уже видим реакцию на это. Дмитриев говорит, что это фейки, Ушаков говорит, что это не фейки, а сливы. Но как бы не мы их делаем, вот, и понятно, что есть плюсы и минусы этой утечки».

Плюсы Гращенков видит в том, что этот слив подсвечивает позиции Москвы, как достаточно сильной и влиятельной стороны, с которой Трамп пытается правильно выстроить отношения, чтобы удовлетворить интересы Путина.

«Это не может не быть приятно российской стороне, которая, собственно, подчëркивает своë доминирующее положение в данной ситуации. Ну и, соответственно, утечка полностью подтверждает эту позицию. С другой стороны, она демонстрирует определенный раскол внутри российского переговорного процесса, что есть такие ястребы-чиновники, как МИД и Ушаков, которые придерживаются более жесткой позиции, и их условия мирного урегулирования достаточно далеки от позиции сделки. А есть такие бизнес-голуби, представленные тем же Дмитриевым, которые как раз неофициально, но формируют некий пакет договорных позиций, которые, да, для каждой стороны в чем-то болезненные, но, собственно, так и достигаются компромиссы: когда все стороны недовольны, но, тем не менее, какие-то точки пересечения найдены».

При этом, эксперт считает, что Трампу слив может быть не очень приятен, но американский президент «привык жить в стеклянном доме» и будет искать, как обернуть ситуацию в свою сторону. Но источник утечки американский лидер искать явно будет.

Кроме того, утечка подтверждает недовольство Европы тем, что ее неохотно вписывают в переговорный процесс.

«Европа недовольна тем, что переговоры идут без нее, она недовольна тем, что недооценивают ее статус как российские, так и американские дипломаты. А между тем Брюссель, брюссельская позиция, наверное, наиболее жесткая, в отличие от тех же США, которые готовы на сделку, и которые постоянно готовы менять ее условия. Европа обеспокоена возможностью повторения украинского сценария на других бывших постсоветских пространствах. Вот, поэтому я думаю, что призыв Европы не решать ее судьбу без нее тоже должен быть в какой-то мере услышан. Ну или, по крайней мере, эти сливы пытаются этот месседж закинуть».

Гращенков уверен, что на переговорный процесс утечка не должна повлиять – они будут продолжены, а каких-то результатов стоит ждать уже в ближайшее время.

Рабочая встреча Мишустина с главой Казначейства показывает, как финансовая госсистема трансформируется в гибкую и эффективную инфраструктуру управления бюджетом. Премьер подчеркнул: средства на реализацию нацпроектов и госпрограмм должны выделяться «ритмично и чётко». Речь идет о принципе, от которого напрямую зависят сроки строительства школ и больниц, стабильность выплат, предсказуемость работы регионов. Именно ритмичность сегодня становится тем фактором, который позволяет экономике избегать кризисов.

Казначейство, пройдя цифровую трансформацию, управляет десятками миллиардов рублей через систему мониторинга и прозрачности госзакупок. За 2025 год регионам уже перечислено 277 миллиардов рублей, к концу года эта сумма достигнет 325 миллиардов. Эти средства идут на первоочередные задачи субъектов, от коммунальной инфраструктуры до социальных выплат. Фактически цифровая прозрачность стала инструментом перераспределения, который добавляет регионам устойчивости без увеличения долговой нагрузки.

Отмечу еще два момента: моментальные выплаты и переход к цифровому рублю (всё на импортозамещенном ПО). С 1 июля уже действуют мгновенные выплаты по зарплатам и соцподдержке во взаимодействии с НСПК, включая перечисления военнослужащим и участникам СВО. С 1 января 2026 года Казначейство готово принимать платежи в доходную часть бюджета в цифровом рубле. Скорость и прослеживаемость операций становятся нормой, а сама модель эффективного управления задает стандарт для других стран.

В центре остаётся главный принцип, озвученный премьером: «каждый бюджетный рубль должен быть под контролем» для достижения понятных результатов. Мишустин отдельно напомнил, что расходование бюджета — это не абстрактные цифры. И сейчас цифровая логика, встроенная кабмином в работу Казначейства, позволяет приоритетным проектам воплощаться в жизнь. В итоге государственные финансы становятся не только более прозрачной, но и более управляемой системой — что особенно важно для достижения целей технологического суверенитета.

Поскольку в христианстве рыба символизирует изобилие, плодородие и процветание, а также веру и спасение, то поручение президента РФ по итогам недавнего совещания с правительством по развитию рыбоперерабатывающей промышленности и увеличению потребления россиянами рыбы становится не только экономической задачей, но и важным политическим проектом. Поднимая проблемы сбалансированного питания населения, государство продвигает в повестку вопросы мира и повышения качества жизни. С этой точки зрения спецоперация «Рыба», как теперь называют президентский план развития рыбной отрасли, является сигналом о созидательном и конструктивном настрое государства.

От российского кабмина проект курирует профильный вице-премьер Дмитрий Патрушев, обозначивший необходимость комплексного подхода к решению поставленной президентом задачи. В планах правительства значатся меры по обеспечению прозрачности ценообразования и популяризации потребления рыбы и рыбных продуктов. На этом фоне в республике Карелия, которую рыбопромышленники называют точкой сборки суверенной аквакультуры, стартовала программа по воспроизводству популяции краснокнижного онежского лосося, а также возводится завод федерального значения по производству детского питания с использованием рыбных продуктов.

Между тем, к реализации рыбного проекта активно подключается и законодательная власть. В Совете Федерации развернулась борьба за должность первого заместителя председателя комитета по аграрно- продовольственной политике и природопользованию, которое ранее занимал сложивший полномочия экс- сенатор Сергей Митин. В итоге верхняя палата сегодня утвердила в этой должности сенатора от Карелии Игоря Зубарева. Очевидно, что с учетом высокой значимости этой позиции для нового проекта развития рыбпрома , курируемого вице-премьером Дмитрием Патрушевым , кадровый вопрос обсуждался не только в стенах Совфеда, но и в правительстве.

Безусловно, тот факт, что сенатор Зубарев представляет хорошо знакомую Патрушевым Карелию, а также является членом попечительского совета Карельского регионального отделения общества «Динамо», мог сыграть определенную роль в утверждении парламентария в высокой «рыбной» должности. Однако известный далеко за пределами республики Игорь Зубарев возглавлял региональный Союз рыбопромышленников, а за время работы в верхней палате с 2016 года участвовал в совершенствовании законодательства по изменению правил рыболовства и внедрению дополнительных механизмов регулирования внутренних перевозок рыбопродукции.

Таким образом, законодательная власть усиливает рыбопромышленное направление, выдвигая на передний край проекта такие профессиональные кадры, которые понимают проблемы отрасли и видят пути их преодоления. Так, по оценке сенатора Зубарева, России необходимо усовершенствовать механизмы логистики в отечественной рыбодобывающей промышленности и рыбном секторе пищепрома. На решение этих проблем нацелены и соответствующие президентские поручения по итогам октябрьского совещания с правительством.

Ставка сегодня делается и на масштабирование программ искусственного разведения водных организмов, которые уже реализуются под патронажем Росрыболовства и Совета Федерации. Тот факт, что жители рыбной державы пока еще не доедают рыбного продукта, конечно, давно является вызовом и для руководства отрасли, и для российской власти в целом. Однако государство даже в нынешней непростой для экономики ситуации находит силы и возможности начать реформу отрасли, ориентированную на потребителя.

Конкурс «Лучшие политтехнологи России», осень, 2025
СПИСОК ПОБЕДИТЕЛЕЙ ТОП 100

(место - Фамилия Имя - количество полученных голосов)

1. Куранов Григорий - 777
2. Казанков Григорий - 636
3. Быстров Пётр - 625
4. Орлов Дмитрий - 614
5. Пономарев Андрей -596
6. Алиев Фирдус - 585
7. Смирнов Вячеслав — 580
8. Гамбашидзе Илья — 565
9. Гращенков Илья — 553
10. Жарич Алексей — 544

11. Минченко Евгений - 529
12. Гнатюк Андрей —526
13. Игнатовский Ярослав - 525
14. Кайсаров Андрей — 523
15. Колядин Андрей — 522
16. Бианки Валентин — 521
17. Вертунцов Антон — 520
18. Антонова Полина
19. Максимов Андрей — 519
20. Вочкова Алина - 514

21. Воропаева Мария — 507
22. Цепелев Андрей - 506
23. Куртов Алексей - 502
24. Даченков Игорь — 496
25. Сыревич Анна — 495
26. Холодов Антон — 493
27. Вертунцова Ольга — 491
28. Садкин Антон - 482
29. Огай Денис — 476
30. Еловский Дмитрий - 472

31. Грамматчиков Никита, Отдельный приз "За стремление к победе"
32. Саркисов Вартан — 470
33. Спокойнов (Митькин) Илья — 461
34. Листратов Константин — 450
35. Захаров Олег - 443
36. Серавин Александр — 438
37. Вишняков Роман — 431
38. Кузнецов Игорь - 430
39. Гавриленко Артем
40. Школьников Игорь — 419

41. Назаров Александр — 412
42. Истомин Кирилл — 410
43. Белоус Юлия — 404
44. Вепренцев Сергей — 399
45. Ермилов Даниил — 398
46. Харисов Рамиль — 389
47. Быков Владимир — 376
48. Семененкова (Багликова) Екатерина — 360
49. Пастернак Евгения
50. Швайгерт Алексей — 355

51. Емелин Андрей
52. Косачева Татьяна — 353
53. Королев Петр — 345
54. Беляков Вячеслав — 339
55. Курилкин Андрей — 334
56. Ледовских Елена - 327
57. Попов Вадим — 324
58. Чегин Константин — 322
59. Бондаренко Олег — 315
60. Курков Владимир — 313

61. Голубева Елена — 299
62. Зиновьев Дмитрий — 295
63. Горячева Дарина —293
64. Стулова Евгения — 292
65. Павлюченкова Анастасия — 290
66. Смирнов Роман — 284
67. Корякин Станислав — 274
68. Телевич Татьяна — 273
69. Биюн Михаил — 270
70. Румянцев Сергей — 269

71. Чекунова Светлана — 264
72. Ершов Александр - 260
73. Обухов Александр — 255
74. Замарацкая Светлана — 251
75. Штульман Елена — 250
76. Милешкина Юлия — 242
77. Семенов Александр — 237
78. Лушникова Татьяна — 237
79. Абдулина Роза — 236
80. Ильичева Оксана — 235

81. Ботожок Екатерина — 231
82. Август Алена — 229
83. Козлов Виктор — 227
84. Земцева Светлана - 226
85. Аксютенко Алексей — 220
86. Смердов Василий — 215
87. Галяев Виталий - 213
88. Романенкова Татьяна — 212
89. Бучис Виктория — 211
90. Охотникова Татьяна — 209

91. Громский Алексей — 202
92. Паймушкин Илья — 202
93. Садовский Илья — 200
94. Финогенов Андрей — 195
95. Гореславский Алексей — 194
96. Прокофьева Наталья — 195
97. Воронин Александр — 188
98. Архангельская Екатерина — 186
99. Козырис Сергей — 186
100. Хлебников Андрей — 178


ПОДПИСАТЬСЯ ✅ Telegram-канал «Политтехнологи»