📋 Центр развития региональной политики (ЦРРП) подготовил доклад «Социально-экономическое положение российских регионов в первой половине 2026 года: уровень устойчивости и основные тенденции».

1. Представлен рейтинг устойчивости социально-экономического положения субъектов в первой половине 2026 г. Лидерами рейтинга стали: Москва, Санкт-Петербург, Башкирия, Томская область, Красноярский край, Московская и Нижегородская области, Татарстан. Эти субъекты показали способность системы регионального управления к экономическим изменениям.
2. Положение регионов в первой половине 2026 г. определялось сочетанием негативных факторов (высокая ставка, падение прибыли бизнеса), которые особенно сильно били по промышленным и экспортным субъектам, и управленческой способностью властей адаптироваться к новой реальности.
3. Общая картина социально-экономического положения регионов была крайне неоднородной. С одной стороны, разрыв между субъектами больше не строится по принципу «богатый — бедный». С другой стороны, лишь 10-15 субъектов РФ способны обеспечивать устойчивый рост без дрейфа в сторону полной финансовой зависимости от федерального центра.
4. Экономические показатели тесно переплетались с политической устойчивостью и качеством управления. Можно выделить группу регионов с наивысшей устойчивостью (Москва, Санкт-Петербург, Башкирия), которые показали одновременно высокий социально-экономический потенциал и политическую стабильность.
5. Ключевыми управленческими задачами в сфере экономики для регионов на 2026 г, стали: купирование негативных последствий атак БПЛА, в том числе, преодоление возникшего к лету топливного кризиса, модернизация изношенной сети ЖКХ и перестройка проектных офисов для реализации нового цикла нацпроектов.
6. Перспективы развития регионов в значительной степени будут определяться их способностью адаптироваться к новым реалиям: импортозамещение, технологический суверенитет, развитие собственных производств и привлечение инвестиций становятся безальтернативными стратегиями. Регионы, которые смогут совместить решение текущих проблем с долгосрочным планированием и диверсификацией экономики, получат конкурентное преимущество в среднесрочной перспективе. Остальные рискуют остаться в группе дотационных субъектов с минимальной экономической самостоятельностью.
7. Важным фактором, определяющим положение регионов в первой половине 2026 г., стало активное использование заемных средств для покрытия бюджетного дефицита. Собственных доходов и федеральных трансфертов многим регионам перестало хватать даже на базовые социальные обязательства, а федеральная помощь зачастую работает лишь на поддержание текущей устойчивости.
8. Логика СВО усилила разнообразие траекторий развития. Регионы, выигравшие от оборонзаказа и разворота на Восток (Приморский, Хабаровский края), нарастили промышленные показатели, тогда как прифронтовые территории (Белгородская, Брянская, Курская области) столкнулись с оттоком населения, разрушением инфраструктуры и снижением потенциала из-за переориентации бюджетов на безопасность.
9. В среднесрочной перспективе усилится дифференциация между регионами-«витринами» (Москва, Санкт-Петербург, Башкирия, Татарстан, Московская область) и остальными. Субъекты с высокой закредитованностью начнут сокращать затраты на выставочную активность, переходя к точечной работе с корпорациями и закрытым инвестиционным сессиям. «Стендовая гонка» уступит место ГЧП и концессиям; регионы, не перестроившиеся, рискуют закрепиться в статусе дотационных с минимальной экономической самостоятельностью.

Традиционно лето считается временем отдыха и глобального снижения тревожности, однако в этом году, судя по опросам, главные темы, волнующие россиян, отнюдь не связаны с отпусками

18+ НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ПИВОВАРОВЫМ АЛЕКСЕЕМ ВЛАДИМИРОВИЧЕМ ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ПИВОВАРОВА АЛЕКСЕЯ ВЛАДИМИРОВИЧА

В июне соотечественников больше всего тревожили налеты украинских беспилотников, дефицит бензина, его подорожание и война в целом. В июле топливная тема явно покидает топ-3, но теперь список пополнился волнениями по поводу логистики после ударов по складам Wildberries и ситуации в малом бизнесе.

И на фоне всей этой повестки приближаются сентябрьские выборы, в том числе в Госдуму. Как общественные настроения повлияют на результаты голосования? Действительно ли все больше жителей России хотели бы мирных переговоров и изменились ли за последнее время позиции условных партий мира и войны в Кремле? И самое важное — ожидать ли нам после выборов непопулярных решений, которые обычно откладывают на этот период?

Обсудили все эти вопросы с политологом Ильей Гращенковым

Смотрите в YouTube: https://youtu.be/AQV-Cwc8iXM

Или в «Дзене»: https://dzen.ru/video/watch/6a6af104fad4763cdb140ec1

Дурову уже пошили форму террориста, но Telegram все еще официальный мессенджер. Павла Дурова внесли в перечень террористов и экстремистов Росфинмониторинга. Это пока преимущественно символическое решение, а до завершения юридической процедуры добивания Телеги еще далеко.

Ранее появились заявления, что Дуров «объявлен в международный розыск», однако этот процесс не был завершен. Следствию предстоит оформить розыскные процедуры, обратиться в суд с ходатайством о заочном аресте, а затем, если для этого появятся основания, направить запрос о выдаче для уголовного преследования. Причем гражданство Франции и ОАЭ делает перспективу экстрадиции нулевой.

Пока атака на Дурова идет исключительно по силовой линии. И главный вопрос – является ли целью он сам или Telegram как инфраструктура? Между персональным уголовным преследованием владельца и запретом самой платформы существует некоторая дистанция. Telegram пока не признан ни экстремистской организацией, как Meta, ни нежелательной структурой. Пользование мессенджером не запрещено. Более того, губернаторы, министерства, депутаты, силовые ведомства и государственные СМИ продолжают вести там каналы.

Это говорит о том, что политическое решение относительно телеги либо еще не принято, либо сознательно отложено. Возможно, уголовное дело – последняя попытка заставить Дурова вступить в переговоры и принять российские условия. Но, судя по его реакции, договариваться он не собирается. Теперь важна не риторика, а последовательность следующих шагов. Заочный арест, полноценный международный розыск, новые ограничения, признание структуры Telegram экстремистской, массовый уход органов власти в госмессенджер, каждый из этих шагов будет означать переход конфликта на новый уровень.

Особенно интересно, произойдет ли это до выборов или после. До голосования власти невыгодно раздражать миллионы пользователей и разрушать привычную систему политической коммуникации. Поэтому возможен сценарий, при котором силовики продолжат повышать ставки вокруг самого Дурова, а окончательное решение по Telegram будет отложено. Главным индикатором станет поведение пользователей внутри системы власти. Когда чиновники начнут организованно покидать телегу, можно будет говорить о подготовке к блокировке. Хотя, предыдущий такой исход в итоге закончился ничем.

Думать о будущем у нас не принято, да и в человека заложена программа отрицания завтра. Но бывают среди нас и визионеры. Вот нашумевшее интервью Мельниченко Илона Маска The Economist важно не потому, что он назвал очередную дату наступления сингулярности (что это?). В конце концов, со сроками Маск ошибается довольно часто. Куда важнее, что один из главных технологических предпринимателей мира впервые настолько цельно описал будущее, в котором человек перестает быть основным производителем, главным носителем интеллекта и даже субъектом управления.

По прогнозу Маска, уже через 5 лет ИИ превзойдет совокупный интеллект человечества, а через 10 лет люди окончательно потеряют над ним контроль. Сам Маск по-прежнему оценивает вероятность уничтожения человечества искусственным интеллектом в 10–20%, но теперь предлагает просто «наслаждаться поездкой». Прогресс все равно не остановить. Но, как мне кажется, в этом есть очевидное противоречие. Маск предупреждает об опасности, которую сам же активно создает. А в качестве страховки предлагает взаимный аудит моделей крупнейшими ИИ-компаниями. То есть несколько корпораций, соревнующихся за технологическое лидерство и триллионы долларов, должны одновременно контролировать друг друга. Это немного напоминает клуб ядерных держав без какого-либо МАГАТЭ.

Еще интереснее экономическая часть его прогноза. Роботы и ИИ выполняют почти всю работу, товары становятся предельно дешевыми, а государства выплачивают людям «универсальный высокий доход». Получается своеобразный коммунизм, построенный крупнейшими частными корпорациями, где роботы принадлежат бизнесу, а государство только раздает гражданам вэлфер. Но Маск, возможно, пропускает важное звено. Почему владельцы ресурсов 4.0 должны делиться произведенным богатством со всеми? Изобилие само по себе не гарантирует равенства. Земля, жилье, энергия, медицина, безопасность и политическое влияние все равно останутся ограниченными ресурсами.

Поэтому из одной и той же технологической революции могут родиться два совершенно разных мира. Первый – общество изобилия, в котором выигрыш от автоматизации распределяется между всеми. Второй – цифровой феодализм, где несколько корпораций контролируют производство, знания и инфраструктуру, а остальные получают установленное ими содержание. И еще один вопрос, на который Маск не отвечает. Работа дает человеку не только зарплату. Она дает социальный статус, круг общения, ощущение собственной необходимости и понятную жизненную траекторию. Если миллиарды людей окажутся экономически необязательными, главной проблемой станет не бедность, а ненужность. Эту проблему уже активно обсуждали и предлагали решать ее при помощи геймификации, типа как в фильме «Последнему игроку приготовиться» и т.д.

Но самая важная фраза Маска в этом интервью звучит почти случайно. ИИ сможет делать все лучше человека, «кроме, возможно, самого бытия человеком». Но именно это «возможно» и является главным вопросом будущего. Маск описал не просто конец привычного труда, а возможный «переход» человека в новое состояние, как экономического и политического субъекта. Новая технологическая элита предлагает обществу своеобразный договор. Но в этом образе будущего «общества-попутчика ИИ» нет ответа на главный вопрос: оно вообще с человеком или без? И хорошо бы, чтобы этот вопрос стал важным для политической дискуссии сейчас, в начале пути. А не мелочные разборки за реликвии и ненужные уже побрякушки вчерашнего дня.

Рейтинги ушли в неопределенность. Свежие данные ВЦИОМ могут создать впечатление, что рейтинги ЕР и СР растут, а вся остальная оппозиция резко теряет поддержку. Но арифметика показывает несколько иную картину.

КПРФ, ЛДПР и «Новые люди» суммарно потеряли 4,8%. Однако ЕР и СР получили из них только 1,4%. Основная часть выпавших голосов ушла не конкурентам, а в неопределившиеся, неявку и намерение испортить бюллетень.

Это вполне объяснимо. Люди уже столкнулись с новыми проблемами: дефицитом и ростом цен на бензин, атаками на инфраструктуру и маркетплейсы, неопределенностью вокруг Telegram. Но пока не видят ни быстрых решений со стороны власти, ни достаточно убедительных ответов со стороны партий. Поэтому многие избиратели не меняют политические предпочтения, а временно вообще отказываются выбирать.

Падение КПРФ и ЛДПР во многом выглядит обычной коррекцией после роста предыдущей недели. У «Новых людей» снижение составило один пункт. При этом партия сохраняет 9,5%, практически деля с КПРФ второе место среди всех политических сил после ЕР. Разница в 0,2% находится далеко в пределах статистической погрешности.

Важно и то, что избирательная кампания еще не вошла в решающую фазу. Летом рейтинги оппозиционных партий традиционно более подвижны: их потенциальные сторонники менее дисциплинированы, чем ядро ЕР, и чаще уходят в неопределившиеся. Реальный выбор многие начнут делать только в конце августа и начале сентября, когда появятся полноценная агитация, партийные программы и ответы на накопившиеся вопросы.

Поэтому нынешнюю коррекцию рейтингов можно считать временной. Тем более что запрос на меньшее количество запретов, нормальный интернет, поддержку бизнеса и возвращение понятных правил никуда не исчез. Скорее, наоборот, события последних недель делают эту повестку еще более востребованной.

Август многое покажет. Главный вопрос теперь в том, кто сумеет вернуть неопределившихся, объяснить причины происходящего и предложить понятные решения. Здесь КПРФ будет конкурировать со спойлерами в лице СРЗП и Партией Пенсионеров. ЛДПР продолжит отнимать голоса у разочаровавшихся в ЕР и ее бюрократии, а у «Новых людей» для этого остается одна из самых перспективных ниш: избиратель, который хочет нормальной современной жизни. И даже Яблоко на фоне такого запроса выглядит слишком радикальными, как и прочие небольшие партии из периферийного блока.

Раз уж ФОМ сегодня где-то затерялся со своим еженедельным исследованием, то проанализируем июльское исследование иноагента «Левады», по которому июньский провал сменился июльским отскоком. Свежие данные показывают довольно сложную картину. После резкого июньского ухудшения настроений власть смогла остановить падение рейтингов, но вернуться к прежним значениям пока не получилось.

В июне доля россиян, считавших, что страна движется в правильном направлении, рухнула сразу на 9% до 52%. В июле она восстановилась лишь до 54%. Число сторонников противоположной точки зрения сократилось с 35% до 29%. То есть паническая реакция немного отступила, но сама тревога никуда не исчезла. При этом рейтинг президента удержался на уровне 74%. Получается важный разрыв: люди продолжают доверять Владимиру Путину, но заметно критичнее оценивают общее положение дел в стране. Это пока не кризис личного доверия, а скорее недовольство тем, как система справляется с повседневными проблемами.

Есть и частичное восстановление институциональных рейтингов. Работу Госдумы одобряют 52%, на 4 пункта больше, чем месяц назад. Одобрение губернаторов выросло до 67%. Рейтинг Михаила Мишустина остался на уровне 63%. Похоже, после июньского шока общество вернулось к привычной модели, где президент отвечает за стратегический курс, а текущие сложности адресуются правительству, парламенту и региональной власти.

Особенно показателен социальный разрез. Оптимистичнее других старшее и более обеспеченное население. Критичнее настроены граждане 25-39 лет, малообеспеченные и жители небольших городов. А информационный раскол уже почти оформился в две разные страны: среди аудитории телевидения и каналов в нацмессенджерах правильным курс считают 63%, тогда как среди пользователей YouTube 57% говорят о движении по неверному пути.

Наконец, список доверия демонстрирует настоящий кадровый вакуум. Путина самостоятельно назвали 36% опрошенных, Лаврова 16%, Мишустина 13%. Дальше начинается пропасть: Собянин, Медведев, Даванков, Белоусов и др. – лишь 2-3%. Ни одного политика, способного превратить недовольство в самостоятельную общенациональную альтернативу, социологи пока не видят. Поэтому июльский отскок не стоит принимать за окончательную стабилизацию. Рейтинги поддерживает отсутствие альтернативы, но испытывает на прочность сама повседневность.

Традиционно лето считается временем отдыха и глобального снижения тревожности, однако в этом году, судя по опросам, главные темы, волнующие россиян, отнюдь не связаны с отпусками

18+ НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ПИВОВАРОВЫМ АЛЕКСЕЕМ ВЛАДИМИРОВИЧЕМ ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ПИВОВАРОВА АЛЕКСЕЯ ВЛАДИМИРОВИЧА

В июне соотечественников больше всего тревожили налеты украинских беспилотников, дефицит бензина, его подорожание и война в целом. В июле топливная тема явно покидает топ-3, но теперь список пополнился волнениями по поводу логистики после ударов по складам Wildberries и ситуации в малом бизнесе.

И на фоне всей этой повестки приближаются сентябрьские выборы, в том числе в Госдуму. Как общественные настроения повлияют на результаты голосования? Действительно ли все больше жителей России хотели бы мирных переговоров и изменились ли за последнее время позиции условных партий мира и войны в Кремле? И самое важное — ожидать ли нам после выборов непопулярных решений, которые обычно откладывают на этот период?

Обсудили все эти вопросы с политологом Ильей Гращенковым

Смотрите в YouTube: https://youtu.be/AQV-Cwc8iXM

Или в «Дзене»: https://dzen.ru/video/watch/6a6af104fad4763cdb140ec1

Рекорд по тревоге - она стала главным общественным настроением этого лета. Нынче вечерний ФОМ фиксирует соотношение тревоги и спокойствия 57% на 37%. Это одновременно максимум тревожности и антирекорд общественного спокойствия за весь год наблюдений. Еще в начале апреля спокойных было больше, чем тревожных, а теперь разрыв между ними достиг 20%.

Причины рекорда вполне очевидны. Информационная повестка практически целиком состоит из негативных событий. На первом месте по вниманию граждан оказались атаки на российские территории - 18%. Успехи российских войск с 16% впервые сместились на вторую позицию. Далее идут удары по складам Wildberries и дефицит бензина. То есть люди видят уже не только боевые действия где-то далеко, но и уязвимость привычной жизни внутри страны - перебои с топливом, разрушение складов, прилеты и гибель людей.

На этом фоне корректируются рейтинги партий. Причем ФОМ и утренний ВЦИОМ, несмотря на разницу в абсолютных цифрах, показывают практически одинаковое направление: растут «Единая Россия» и «Справедливая Россия», снижаются КПРФ, ЛДПР и «Новые люди». У ФОМ ЕР получает 35%, КПРФ и ЛДПР - по 10%, НЛ - 6%, СР - 4%. У ВЦИОМ соответственно 33,5%, 9,7%, 8%, 9,5% и 6%.

Однако это вряд ли означает массовый идейный поворот избирателей. В ситуации высокой тревоги часть общества инстинктивно тянется к статус-кво, а другая часть вообще старается дистанцироваться от политики. У ФОМ доля не собирающихся голосовать выросла до 14%. То есть тревога пока не конвертируется в протестное голосование - она скорее демобилизует и заставляет людей откладывать окончательный выбор.

Самое интересное, что негативные настроения пока почти не переносятся лично на президента. Работу Владимира Путина положительно оценивают 70% опрошенных ФОМ, доверяют ему 68%. ВЦИОМ дает 65,4% одобрения и 70,6% доверия. Это означает, что общество пока разделяет фигуру президента и проблемы повседневного управления.

Но запас прочности не бесконечен. Уже 39% россиян говорят, что за последний месяц слышали от окружающих критику в адрес властей. Год назад таких было только 25%. Получается довольно сложная конструкция: доверие президенту сохраняется, но раздражение системой, чиновниками и конкретными решениями постепенно накапливается.

Поэтому август становится принципиальным месяцем. Если власть сможет снизить остроту проблем с бензином, безопасностью и ценами, тревожность может обернуться консолидацией. Если же негативная повестка продолжит расширяться, нынешняя коррекция рейтингов окажется лишь паузой перед более серьезным перетоком неопределившихся. Пока люди еще не выбрали другую партию. Но они уже все меньше уверены, что происходящее находится под контролем.

🌐Специально для "Кремлевского безБашенника" -

политолог Илья Гращенков (Телеграм-канал The Гращенков) -

Ланцелот, разозливший дракона

В теме обсуждения «Яблока», как д’Артаньяна, неожиданно вернувшегося в большую политику именно в тот момент, когда запрос на нормализацию стал формировать альтернативную власти повестку, не обязательно искать здесь заговор. Такие проекты не только дробят потенциально протестный электорат, не позволяя ему собраться вокруг одной силы. Люди в принципе склонны к проявлению на выборах эмоций, а не чего-то рационального. Голосуем сердцем, а потому - часто доверяемся и обманываемся. Потом разочаруемся, но потом - вновь очаруемся. Так и проходит жизнь.

Но для власти в этот момент вполне эффективно работает старый принцип - «разделяй и властвуй». И эта технология стара, но действенна. К примеру, у КПРФ есть сразу два конкурента на левом поле - СРЗП и «Партия пенсионеров. У «Новых людей» теперь появляются «Яблоко» и «Партия прямой демократии», которые будут работать с близкой городской, образованной и интернет-аудиторией. В итоге каждая оппозиционная ниша разбивается на несколько партий. Одни не преодолевают барьер, другие отнимают друг у друга голоса в одномандатных округах, а «Единая Россия» при относительном большинстве получает подавляющее большинство мандатов.

Можно сказать, что «Яблоко» предлагает более решительную риторику - прежде всего, требование немедленного прекращения боевых действий. Но приближает ли такая риторика реальный мир? Даже несколько депутатов «Яблока» в парламенте сами по себе не повлияют на стратегические решения президента. Зато партия может оттянуть голоса у тех, кто способен сформировать полноценную фракцию, бороться против запретов, защищать интернет, бизнес и право людей на нормальную жизнь.

Есть и еще более опасная сторона. Радикальный лозунг легко произнести со сцены, но политическую цену за него часто платят рядовые кандидаты, активисты и сторонники. Партия приглашает людей выйти на наиболее рискованную территорию, хотя не обладает ни ресурсами, ни влиянием, чтобы гарантировать им защиту. Поэтому речь не о том, искренни ли отдельные члены «Яблока». Наверняка - многие искренни. Но в политике мало быть героем в белых одеждах. Важно понимать, к какому результату приводят твои действия.

Ланцелот, который не способен убить дракона, а только дергает его за хвост, не освобождает город. Он лишь раздражает дракона и оставляет расплачиваться за свое бесстрашие жителей. Политический протест должен быть не только красивым и морально безупречным. Он должен быть результативным. Иначе за героической позой может скрываться вполне практическая помощь тем, против кого этот протест якобы направлен.

В этом, пожалуй, и состоит разница между политическим жестом и настоящей политикой. Мало публично бросить вызов Дракону, особенно если победить его ты не способен, а защищать пошедших за тобой людей не собираешься. Освобождение общества - это не эффектная поза и не один правильный лозунг, а долгая, трудная и зачастую неблагодарная работа. Как говорит Ланцелот в финале пьесы Шварца: «Работа предстоит мелкая. Хуже вышивания. В каждом из них придется убить дракона».

Взрыв на Кудринской площади в Москве, как почти сразу и предположил весь околовоенный интернет, оказался терактом

Пять человек погибли, около 20 человек пострадали. Основная из пока неофициальных версий, что целью теракта был главнокомандующий Воздушно-космических сил России Александр Чайко, хотя официально это и не подтверждалось.

Как был организован этот теракт? Какие выводы следуют из произошедшего? И, кстати, чем террористический акт отличается от диверсии?

Поговорили обо всем, что известно о взрыве на Кудринской площади к этому часу в канале Редакция* (Алексей Пивоваров признан Минюстом РФ иностранным агентом)

Смотрите в YouTube: https://youtu.be/aok_BWbVWhA

И в «Дзене»: https://dzen.ru/video/watch/6a705dfbf7141969cc3778f1

«Раздражение системой постепенно накапливается»: политолог о рекордном росте тревожности в России

Фонд «Общественное мнение» предоставил данные еженедельного опроса, который касается оценки работы Владимира Путина, недовольства властями, а также настроения окружающих. Президент «Центра развития региональной политики» Илья Гращенков отметил, что негативные настроения пока почти не переносятся лично на президента, но «запас прочности» по отношению к властям не бесконечен.

Приводим его мнение полностью.

Фото: Алексей Белкин

ТВК в MAX | Telegram | ВК | Буст

Кто первым попадет в новый перечень Минюста? Президент подписал закон о временных ограничениях для людей, находящихся за рубежом и уклоняющихся от исполнения наказания. Несмотря на разговоры о «преступниках-релокантах», сфера его применения заметно шире.

Во-первых, ограничения могут применяться к находящемуся за границей человеку с неисполненным уголовным наказанием - формально независимо от статьи. Во-вторых, механизм распространяется на административные наказания по шести составам: нарушения правил деятельности иноагента, дискредитация армии, призывы к санкциям и нарушению территориальной целостности, а также участие в деятельности нежелательной организации. Однако старого штрафа или приговора недостаточно. Необходимы одновременно три условия: судебный акт вступил в силу, уполномоченный орган подтвердил уклонение от исполнения наказания, а также нахождение человека за пределами России. После этого Минюст сможет внести его в специальный открытый перечень.

Наиболее очевидная группа потенциальных адресатов – иноагенты, уже получившие заочные сроки и находящиеся за рубежом. Среди них Юрий Дудь, Борис Акунин, Александр Невзоров, Максим Кац, Илья Яшин и другие. Например, Дудь был заочно приговорен по делу о неисполнении обязанностей иноагента, Акунину окончательно назначили 15 лет, а приговор Невзорову вступил в силу еще в 2023 году. Есть и второй круг - люди, пока привлеченные только к административной ответственности. В 2026 году штрафы по статье 19.34 КоАП получали, например, актер Семен Трескунов, журналист Жанна Агалакова и экономист Олег Ицхоки. Но их включение в перечень возможно лишь в том случае, если наказание действительно не исполнено. Уплаченный штраф сам по себе основанием для ограничений быть не должен.

Формально государственная логика понятна: если человек находится вне российской юрисдикции и исполнить наказание обычным способом невозможно, давление переносится на оставшиеся в России активы, имущество и юридические права. Но фактически возникает механизм дистанционного ограничения гражданской и экономической дееспособности. Человек не сможет полноценно распоряжаться счетами и недвижимостью, пользоваться банковскими приложениями, электронной подписью и онлайн-госуслугами и тд. Речь идет уже не просто о взыскании штрафа или исполнении приговора, а о создании особого правового режима.

На этом фоне сравнение российского законодательства об иноагентах с американским FARA становится все менее убедительным. FARA - прежде всего закон о публичном раскрытии отношений с конкретным иностранным заказчиком. Для регистрации необходимо установить агентскую связь - работу по поручению, под руководством или контролем иностранного принципала – и ведение определенной политической или представительской деятельности. Американские санкции направлены главным образом на умышленный отказ от регистрации, ложные сведения и сокрытие такой связи. Российская модель постепенно развивается в другом направлении: статус присваивается на основании достаточно широкого понятия «иностранного влияния», а затем становится основанием для все новых налоговых, избирательных, профессиональных, имущественных и финансовых ограничений. Закон в США отвечает на вопрос: кто и в чьих интересах воздействует на государственную политику? Российское законодательство все чаще отвечает на другой вопрос, о том какие дополнительные ограничения можно применить к политически активному оппоненту, находящемуся внутри страны или за ее пределами?
И новый закон делает это расхождение еще более заметным.

После встречи Владимира Путина с депутатами в Кремля 27 июля и выступления лидеров парламентских партий на "Территории смыслов" в Сенеже инсайдеры полагают, что Леонид Слуцкий может лишиться возможности совмещать посты лидера ЛДПР, ее думской фракции и международного комитета парламента.

Когда в Кремле его выступление на четыре минуты и ни о чем стали захлопывать коллеги, не стоит воспринимать это как одобрение сказанным словам. А перед выступлением перед молодой аудиторией на "Территории смыслов" надо высыпаться, а не храпеть на сцене.

Сам Слуцкий наверняка это понимает не хуже нас с вами. Но, очевидно, что он банально не вывозит по состоянию здоровья. Это увидели и в политблоке АП, и в Кремле. Очевидно все, и такое не спрятать. Значит, придется как-то с партийного лидера снимать нагрузку.

Одним из вариантов становится решение отдать пост лидера фракции нынешнему депутату от ЛДПР Станиславу Наумову. Он был первым зампредом фракции, но в итоге не смог договориться со Слуцким и Воропаевой о том, чтобы получить одномандатный округ, в котором он готовил почву. Поэтому Наумов пошел на праймериз "Единой России", но понятно, что это все же для членов этой партии в первую очередь мероприятие.

Сейчас он собирает подписи в Магнитогорске, чтобы пойти в Думу как независимый кандидат. Сложная задача, но решаемая. А оппозиционные фракции, между тем, никогда у нас не возглавляли те, кто выиграл выборы по округу, а этот опыт в условиях повышения тревожности населения согласно всем опросам может оказаться очень полезным.

Никто более из тех, кто мог бы потенциально возглавить любую фракцию, кроме "Единой России", округ выиграть не сможет, да и не ставит себе изначально такой цели. Обычно подобные партийные бюрократы спокойно проходят по списку, чтобы сидеть ближайшие пять лет спокойно и тихо. То, что это огорчит избирателей, уже не является проблемой, ибо выборы закончатся.

Так что вариант с неожиданным лидером ЛДПР не такой уж и невероятный.

Обычно нейросетевая агитация в политике — это низкосортная продукция без смысла, сценария и драмы. Её ещё называют «нейрослоп».

Поэтому я был приятно удивлён, когда увидел пример того, как надо делать. В отчётной кампании депутата Сергея Пахомова и его Комитета по строительству и ЖКХ.

На видео есть главные герои, сюжет, драма, завязка и классическая трёхактная структура. Настоящие мини-фильмы.

Сразу и не скажешь, что это нейросеть. Красивая картинка, отличная озвучка и визуал. Сделано качественно и показывает, что работать по классическим «скучным темам» можно и даже нужно.

Вышло 5 видео:

Эскроу-счета | Кузя
КРТ | Барсик
Расселение аварийного жилья | Муська
Социальная газификация | Рыжик
Поддержка решений собственников жилья | Дымка

Короткий формат видео до минуты и рассказ от лица котиков — сильный политтехнологический ход. В эпоху клипового мышления гораздо проще достучаться до избирателя через эмоцию и понятный всем образ.

Редкий пример хорошего нейровидео в политике.

Избирательный бюллетень разыгран. ЕР - 1, Новые Люди - 11

Когда на выборах была графа «против всех», она располагалась в самом низу бюллетеня. На этих выборах в Госдуму в конце списка избиратели увидят партию «Новые люди» - номер 11.

Избирателям, возможно, интересна левая, но точно не левацкая и не патерналистская повестка. Ведь это прежде всего ответственность государства перед человеком. Государство действительно сервис, но не только сервис. Мы создаем его вместе, отдаем ему часть своих доходов, прав и возможностей, несем общую нагрузку. Значит, вправе требовать защиты от жизненных рисков, равенства возможностей и понятных правил.
Коллективизм при этом бывает разным. Советский вариант – когда все ходят строем, а государство решает, как правильно жить, работать и думать. Но существует и другой – комьюнитаризм свободных сообществ. Люди объединяются вокруг дома, города, профессии, бизнеса или общей проблемы и сами определяют, что для них важно. Примерно так устроена значительная часть европейской социальной модели.

«Новые люди» когда-то именно с этим и заходили в политику. Не с идеей одинокого человека, которому никто ничего не должен, а с идеей сообществ, самоорганизации и взаимной поддержки. Сейчас эту линию можно было бы развить в современную левую повестку. Тем более что Россия и Европа движутся навстречу друг другу с разных сторон. Европа за последние десятилетия сильно полевела и теперь совершает правый поворот. Россия, напротив, экономически и социально остается очень правой страной – и постепенно начинает поворачивать влево.

Но этот поворот не обязательно должен вести к еще большему государству. Бесконечные выплаты для стимулирования рождаемости, лояльности, переезда, голосования или чего угодно – это не социальная справедливость. Это патернализм: власть сама выбирает достойных помощи и назначает им цену. Настоящая справедливость требует не только больше социальных гарантий, но и больше демократии. Не чиновник должен единолично решать, кому, сколько и за что положено. Люди сами должны участвовать в определении приоритетов – через местное самоуправление, профессиональные объединения, независимые профсоюзы, сообщества родителей, предпринимателей, самозанятых и жителей городов.

Новые левые – это не возвращение в СССР. Это ответственность государства без всевластия. Солидарность без уравниловки. Сообщества без строя. Поддержка человека без превращения его в просителя. И главное – справедливость, которую не спускают сверху. Потому что если власть единолично определяет, что справедливо, то это уже не справедливость, а очередная форма управления. Это та повестка, которая долгие годы не было востребована, но сейчас может стать топовой темой. Благодаря тому, что защищаться от прилетов БПЛА, лучше коллективно, как и искать дефицитный бензин или создавать коллективный VPN. Наша власть умеет объединять людей.

Михаил Мишустин дал поручения по итогам стратегической сессии о повышении производительности труда. Осознанный управленческий ход в условиях, когда демография уже не позволяет расти «вширь».

Цифры первого квартала 2026 года сами по себе уже говорят о том, что выбранный курс работает: общий рост более 1,5%, а в сфере информации, связи и сельском хозяйстве – около 5%. Вдобавок первые пилотные проекты «бережливого производства» уже показали, что резерв есть – выработка на отдельных площадках выросла почти на 60%. Т.е. работоспособность правительственной модели подтверждена.

Причём результат получен в условиях жёсткой денежно-кредитной политики, так как лучшие практики масштабируются по всей цепочке создания стоимости. Для меня здесь важен не столько сам прирост, сколько его отраслевая структура: государство целенаправленно поддерживает те сегменты, которые формируют и технологическую, и продовольственную базу экономики.

Однако в условиях демографических ограничений экстенсивный путь закрыт. Остаётся только форсированный режим: обновление основных фондов, ускоренная цифровизация, роботизация и масштабное применение искусственного интеллекта. И здесь уже накоплен серьёзный задел. Отраслевые программы, охватывающие 11 ключевых отраслей экономики и шесть социальных сфер, рассчитаны на рост производительности в среднем на 4% в год и на увеличение показателя на 25% к 2030 году. Это позволит высвободить около трёх миллионов работников и перенаправить их в приоритетные сектора. Программы покрывают более 55 миллионов занятых – свыше двух третей рабочей силы страны.

Теперь Мишустин идёт дальше. Минпромторгу и Минэкономразвития поручено провести отраслевые совещания с крупным бизнесом, чтобы выявить реальные барьеры. Методические рекомендации по программам должны быть скорректированы с обязательным включением мер по автоматизации, роботизации, цифровизации, ИИ и развитию кадров. Принципиально и другое. Государственная поддержка будет жёстче привязана к фактическому уровню производительности. То есть ресурсы сконцентрируют на направлениях с максимальной отдачей.