Оседлай Змея

Либидо – базовая жизненная энергия, из которой вырастают желание и воля, творчество и риск, симпатия, эмпатия и любовь, жажда власти и обладания, в конечном счете вся история и культура человечества. Космический принцип жизни: тяга материи к сохранению энергии и развитию формы. Сила, которая творит порядок из хаоса.

Читать дальше

Мы приучены думать, что история — это идеи, войны, экономики, технологии, политические решения. Но если снять все надстройки, остаётся простая и немного неловкая правда: история людей и народов — это истории их либидо. Того, куда была направлена жизненная энергия, что она хотела, кого любила, чего боялась, за что была готова рисковать и ради чего — умирать. Меняются формы, слова, институты, но в основе всегда один и тот же ток: тяга к жизни, к форме, к воплощению. И когда этот ток силён и осмыслен — культура растёт. Когда он подавлен или извращён — начинается либо истерика, либо разложение.

Именно поэтому нас по-настоящему трогает только то искусство, которое умеет правдиво показывать движение либидо. Не лозунги, не мораль, не «правильную позицию», а живую циркуляцию желаний, страхов, надежд, влечений, утратыэ. Мы эмпатически откликаемся не на сюжет как таковой, а на то, как наш внутренний Змей узнаёт себя в чужом. Хорошее искусство — это не «красиво» и не «умно», а правдоподобие внутренних токов: когда энергия течёт, спотыкается, переливается, рвётся, собирается. Всё остальное — декорации.

То же самое верно и для жизни отдельного человека. Биография — хроника не событий, а отношений нашего Я с собственным либидо; наша жизнь является уже производным от этих отношений. Кто-то всю жизнь подавляет его и живёт в жанре тихой трагедии. Кто-то отдаётся ему без формы — и получает фарс или катастрофу. Кто-то учится осёдлывать его, ошибается, падает, поднимается — и проживает драму, иногда с элементами комедии. Счастье не в «победе над собой», а в диалоге со своим Змеем: в том, чтобы не убить его, но и не дать ему сожрать себя.

На уровне наций происходит ровно то же самое, только в большом масштабе. Коллективное либидо может быть направлено на созидание, открытие, обмен, культуру — или на доминирование, подавление, компенсацию внутренней пустоты. Империи рушатся не от нехватки ресурсов, а от истощения внутренней энергии; революции происходят не из-за появления революционных идей, а потому что накопленное либидо не находит формы и рождает революционные идеи и питает их; культурные ренессансы случаются там, где энергия жизни получает язык, образ и цель.

И, возможно, главный вопрос, который стоит задавать себе — не «кто прав?» и не «что правильно?», а куда сейчас течёт наша жизненная сила и умеем ли мы её оседлать, или безвольно позволяем ей нести себя по течению. Потому что всё остальное — политика, мораль, искусство, вера — лишь ответы на этот вопрос. А жанр нашей жизни — комедия, трагедия или драма — определяется не внешними обстоятельствами, а тем, как мы ведём свой личный диалог со Змеем внутри нас - какие у нас отношения, дружим ли мы с ним, подчиняем, или игнорируем друг друга, по очереди используя это тело, а потом пытаясь понять, почему мы живём так, как живём. В этом смысле человек - это симбионт, в котором Я и Змей вынуждены искать способы сосуществования - вражда, подчинение или союз.

Сегодня в России важнейший юбилей - 200 лет восстанию декабристов.
Декабристы это представители высшей русской аристократии и дворянства, которым стало мучительно стыдно быть рабовладельцами, тем более собственного русского народа.
Поэтому они предприняли попытку изменить ход времен и порядок вещей.
Попытку, как известно, практически и технически беспомощную, кончившуюся провалом и, казалось бы, политической катастрофой.
Но, в силу того, что порыв декабристов был скорее этический и духовный, нежели политический (хотя ими и манипулировали разные высокие сановники, оставшиеся за кулисами восстания), они одержали невероятную победу, став символами перехода на сторону народа его исконных врагов и угнетателей, помещиков и рабовладельцев.
Участие в восстании тысяч солдат, которые пошли на смерть за своими офицерами, протянувшими им руку и взглянувшими на них как на людей, это особая страница истории декабристов.
Один из важнейших аспектов 14 декабря 1825 года именно в этом единении народа и высшей элиты.
Во время Крестьянской войны в Германии XVI века на сторону восставших крестьян перешли два рыцаря из высшего сословия (Флориан Гайер и Гец фон Берлихинген).
И это потрясло до основания существующий порядок вещей.
В России 1825 года на сторону задавленного рабством народа перешли десятки рыцарей и это привело к революции, в корне изменившей привычный порядок вещей (хоть и не навсегда).
Причина была не в масонских уставах и не в придворных интригах, а в удивительном этическом пробуждении сердец и душ жестоких хозяев мира.
«Я взглянул окрест меня - душа моя страданиями человечества уязвлена стала!» - эти строки из великой книги Николая Радищева «Путешествие из Петербурга в Москву» вполне являются девизом движения декабристов.
Потом, после каторги, эти великие люди и их героические жены на деле доказали свою преданность идеям гуманизма и просвещения, став учителями и исследователями Сибири, организуя там школы и библиотеки, занимаясь наукой и общественно значимым трудом.
Память о декабристах должна быть священной для каждого русского патриота!

О том, чем было крепостное право к 1825 году можно узнать, например, из работы историка Бориса Керженцева «Россия крепостная. История народного рабства» или из его краткого рассказа об этом в YouTube.

С подачи мудрого читателя поразмышлял над темой ресентимента через призму теории "Я и мой Змей".

Текст, кажется, получился конфликтным и тяжелым, поэтому слабонервным, чувствительным, монархо-сталинистам читать не рекомендуется. Претензии не принимаются - я вас предупреждал.

https://telegra.ph/Resentiment-Vozhd-Mat-Nasilnik-i-Put-k-svobode-12-14

А для тех, у кого есть время и желание погружаться в сложные темы, приложил немного музыки в фон. Выходные все таки.

"Мы живем в действительно очень благополучное время. Иногда даже думаешь: «Господи, неужели это наяву? Православный Президент, православный премьер, православные губернаторы, православные учителя и директора школ!» Ну что еще нужно?" (С) Патриарх Кирилл

Наверное, святейший прав и этого бы хватило. Но благополучие не знает границ и пределов. Поэтому у нас нынче также православные коммунисты, православные капиталисты, православные полицейские, православные воры... Да, собственно, всех не перечислить - ткни в любого, хоть за решёткой, хоть за офисным столом - без ошибки попадёшь в православного. Причём они нередко перемещаются из-за стола за решётку и обратно. Не теряя веры. И это главное.

По следам убийства в Одинцово самое важное – это массовое нежелание видеть проблему в опускающейся планке агрессии, и растущий массовый глум как отрицание проблемы. Люди устали осуждать насилие, но игнорировать не могут, поэтому начинают смеяться. Количество подписчиков Алекса Паркера растет прямо на глазах.

Ежедневное созерцание убийств онлайн в течение последних 4 лет не могло пройти бесследно, это день за днем разрушает мораль. Сначала больно, потом привыкаешь, потом начинаешь получать удовольствие.

На наших глазах в пустоте пост-ельцинской России рождается новая варварская культура – основанная на цинизме, эгоизме, эмоциональной тупости, отсутствии эмпатии, культе иерархии, насилия, силы, денег и власти. Кто сильнее, кто другого нагнул – тот и прав, над плачем побежденного все смеются.

В этой культуре единственная моральная норма – принадлежность к "своим". Поступок оценивается не по содержанию, а по принадлежности. Своим против "чужих" можно всё. Гаспаряну можно призывать к убийству черниговских мирняков. Одинцовскому психу можно убивать таджиков. Паркеру можно глумиться над сценой убийства. "Свои" же – "русские". А те – чужие, хохлы, таджики. Правда, когда за русским Полынковым по свистку Соловьева приходят полиция, он ей внезапно уже не свой. Потому что "свои" в природе могут дробиться бесконечно, в зависимости от ситуации и интересов. Но те, кто глумится, так глубоко не думают. И думают ли вообще.

У Грозного была опричнина. Сегодня возникла #пузиковщина – прифронтовые преступные банды: деньги, наркотики, оружие, рэкет, убийства, иерархия. Когда война кончится, банды начнут искать деньги в мире, где их встретит деморализованное общество. И у пузиков будет готовая коллаборация в виде 200 тыс подписчиков Паркера.

Парадокс, что и пузики, и убитые ими гудвины - под одним знаменем СВО, формально соратники и единомышленники. Но для системы свои - пузики, а гудвины - чужие. Мурз и Гудвин в мирное время успели побывать за решеткой за борьбу с системой. С людьми за правду так часто бывает. Поэтому их дискредитируют, объявляют провокаторами, а их смерть топят в шуме гаспарянов, витязевых и соловьевых.

Помните ухо таджика из Крокуса? Как все торопились оправдать праведный гнев, не видя, что ради этого ломают верховенство закона. Когда пузики вернутся, ушей будет много. Убийцы будут с удовольствием использовать легитимность насилия против "чужих" как оправдание. В Одинцово даже нож похожий. А чужими для них легко станем мы.

Потому что даже осуждающие Одинцово одобряют внесудебные убийства, им очень жаль, что спецназ при задержании его… задержал. Им непонятно: если закона нет для каждого, то его нет ни для кого.

Когда общество распадается, дикарская мораль "своих" более жива и тверда, чем гуманистические призывы к морали, которые на фоне роста насилия воспринимаются как больной куколдизм. В обстановке хаоса побеждает не тот, кто прав, а тот, кто жив. Правда – в силе.

Поэтому единственный путь сегодня сохранить гуманизм – война с каннибалами.

Пожирать людей, прямо или косвенно, убивая их для своей выгоды, глумясь над трупами и оправдывая их убийства – это каннибализм. Все каннибалы должны быть остановлены. Переход на сторону каннибалов – вычеркивание себя из людей. Каннибал – не человек. Это единственный легитимный вид расчеловечивания, потому что он совершается не извне насильно, а добровольно самим каннибалом, когда он поедает другого.

Паркеры и пузики должны быть наказаны без срока давности. Вместе с группой поддержки.

Закон должен соблюдаться буква в букву, каждым, для каждого. Если это не работает – значит, это надо исправлять, пока не заработает.

А "своими" для нас являются все люди. Человечество – наше общее племя, мы все – дети одной Матери, братья и сёстры, и наше солнце светит на всех. И кто первым берёт в руку камень, тот перестает быть человеком.

Кашеварова верно отмечает позор российской журналистики на прямой линии - убогие вопросы, утраченная функция СМИ, но делает неверный вывод: мол, виноваты журналисты, а не архитектура системы.

Как будто журналисты сами выбирают, какими им быть. Но сегодня в России журналист не выбирает ничего, не Кашеваровой ли это знать? Ни повестку, ни вопрос, ни кому его задавать. У нас гарантирована свобода слова, но не гарантирована свобода после этого слова.

Сама "прямая линия" и сделана как замена свободной журналистике. То, для чего СМИ нужны как четвертая власть – независимый контроль за тремя ветвями власти – вернулось в старый добрый формат челобитной "Вот парадный подъезд..."

Они решили, что рассказывать о проблемах надо не в СМИ круглый год, а на личной встрече президента и его 145 млн граждан один раз в год, и то через фильтр цензуры — неудобные вопросы выводить на экран, как в канализацию, а у президента спрашивать благоглупости. Чем заниматься тогда СМИ? Вот и спрашивают про пельмени и кометы – а про что ещё спрашивать, чтобы не лишиться работы и не стать иноагентом? Это не "глупость журналистов", а крах института СМИ. Система сама обучила всех: всё решается только наверху, ваше дело маленькое. Наш "общественный договор" – "не лезьте в политику и живите спокойно".

Но дороги, цены, несправедливость – это ведь тоже политика. Не лезть во все это? Ок, будем говорить о кометах и пельменях.

"Президент сам давал эксклюзив" — потому что не журналист добывает информацию, а власть дозирует её вниз в пределах, которые считает нужными.

Лишённая возможности заниматься своим нормальным делом, журналистика в поиске других способов добычи трафика начинает переключаться на извращения: делать хайп из всего, что осталось разрешённым.

Например, травить "молчунов". Тех, кто не согласен, но решили просто не говорить об этом, чтобы продолжать хоть как-то спокойно жить в своей стране. Даже осторожных. Как Нагиев.

Молчания оказалось мало. Требуется не просто молчать — требуется шумно восторгаться и публично поддерживать.

Журналистика, убитая страхом, начинает не контролировать власть, а давить на общество.

И возникает вопрос не к СМИ и даже не к власти.

Надолго ли ещё хватит терпения молчать, когда молчание перестаёт гарантировать безопасность?

https://xn--r1a.website/akashevarova/8300

Все проще - "независимым журналистам" разослали методичку "поругать журналистов", чтобы отвести критику в безопасное русло.

Не власть виновата, просто журналисты плохие. И пусть они сами об этом скажут. Хотя, если Собчак, Кашеварова, Саралидзе и К такие принципиальные, что ж они сами не задали на прямую линию нужные вопросы, а отсиделись в стороне?

Ложь замкнула круг, вцепившись в собственный хвост, как Уроборос.

https://xn--r1a.website/susscrofa_clan/11972

Очень примечательный пост на Тени Руси описывающий все достаточно точно и ярко https://xn--r1a.website/tenirusi/6056.

Как то я писал: самое простое и одновременно очень непростое, что мы можем сделать здесь и сейчас, — это сорвать омерзительные присоски разного рода паразитов с нашей бедовой головы. Перестать кормить своим вниманием: престарелых вампиров в овечьих шкурах, повелителей мух, людоедов, псевдофилософов и спекулянтов. Весь этот «цирк, карнавал, шапито с акробатами... предсказателями, танцорами, певцами, жонглёрами, уродами для интермедий, укротителями львов и футболистами».

И если люди вдруг сбросят с себя все эти водоросли и ракушки ниже своей ватерлинии, они сразу узнают всех паразитов, ибо те заплачут горькими слезами, оставшись без средств существования и внимания к себе. Потому что они не умеют ничего, кроме создания иллюзий успешной жизни, сбивая нас с собственного пути, замутняя наш взгляд на жизнь, отвлекая нас от нашего предназначения, кормя бесплодными надеждами о политическом будущем страны, вольно или невольно побуждая нас стоять с открытым ртом, словно беспомощных птенцов, в ожидании чуда. В их «труде» нет и не будет ничего, что было бы понастоящему важно для нас.

Русские жизни имеют значение

В деле Тимофея Кулямова, точнее в пиаре, развернутом после инцидента, есть некоторые странности. Ужасная трагедия – погиб ребенок, таджик, тут всё понятно. Но также были ранены другие дети и охранник. Судя по тому, что национальности их широко неизвестны, это были русские или приравненные к ним. Не совсем ясно были ли удары преступника беспорядочные или он целенаправленно акцентировал свою агрессию по национальному признаку. Согласитесь, это важно для квалификации преступления. Но пропагандистская кампания не заморачивается такими сложностями, задача поставлена – завезти мигрантов, изменить этнический баланс, натравить мигрантов на коренное население по религиозному признаку.

Вообще, такое впечатление, что на русские жертвы слишком многим наплевать. Например, последовательно проводится кампания по обелению Ленина, Сталина, Дзержинского и прочих организаторов государственного террора. А государство этому потакает. Разве это не издевательство над жертвами? Давайте сравним ситуацию с аналогичными событиями прошлого. Возьмём Холокост, оценки его жертв разные, обычная вилка от 1 до 6 млн., в том числе на территории СССР от 1 до 3 млн. Никто в здравом уме не требует от евреев забыть о жертвах и никому не приходит в голову ставить в Израиле памятники нацистам, на том основании, скажем, что нацистская Германия первая вышла в космос.

А в РФ это в порядке вещей. Да, от Советов был и позитив, но у нацистов тоже были достижения. И речь не о уравнивании режимов, а о том, что 7 млн. жертв организованного большевиками страшного голода 1932-33 гг. не могут быть забыты, несмотря на заслуги Сталина или Берии. У Берии было много заслуг перед Советской властью, он был вторым человеком во время войны, тем не менее Советская власть его расстреляла и никогда не реабилитировала.

Можно, конечно, не раздувать тему, но такой насаждаемый сверху куколдизм прямо ведёт к проблемам, так как другие народы совершенно справедливо указывают на то, что «русских можно», вот, Сталин их морил голодом и ничего, они ему памятники ставят и чуть ли не молятся на него.

"Русские жизни имеют значение" звучит правильно, но в реальности для российской власти это никогда так не было. Всегда было наоборот. Ещё со времён Орды русские жизни рассматривались как расходный материал. Рюриковичи были обязаны поставлять хану людей для карательных походов, в том числе против своих же Твери, Новгорода, Пскова, Рязани, Смоленска.

Грозный уничтожал тысячи русских ради крепкой вертикали. Пётр I трамбовал русскими болота Петербурга. Цари утюжили русскими Европу, Кавказ, Азию и Сибирь, обеспечивая экспансивное развитие империи вместо интенсивного, оплачивая русскими жизнями обязательства перед европартнерами и геополитический торг.

"Русские жизни не имеют значения" – это принцип Империи, потому что русские всегда были ее топливом, а если вы будете жалеть свое топливо, вы никуда не уедете. Поэтому русских морили голодом, бросали в мясные штурмы, обнуляли их память — и одновременно требовали лояльности и самопожертвования аж в мыслях. Иначе что это ещё за топливо, которое не желает лезть в топку.

Русские жизни могли бы иметь значение только в государстве, которое создаётся самими русскими — под их интересы, их безопасность, их будущее. Но ни рюриковичи, ни романовы, ни большевистская номенклатура и ее наследники не были "русскими" в этом смысле. Российское государство никогда не было русским — даже по названию.

Если русские жизни действительно имеют значение, то память о массовых убийствах русских руками русских же должна быть национальной травмой и национальными днями скорби — как нечто предельно трагическое и недопустимое. Гражданская война, расстрелы демонстраций. 4 октября 1993, когда власть убивала своих граждан в центре столицы за то, что они посмели встать на защиту избранного ими парламента.

А как мы вспоминаем эти даты сегодня? Никак. Их нет в официальном календаре. Мы их игнорируем, потому что мы обязаны считать, что государство всегда право.

Зато есть 4 ноября — день принудительного "единства" народа с властью. По принципу "нравится, не нравится – терпи, моя красавица".

Вряд ли кто-то ждал такого от нового главы Верховного суда - и глава вроде не тот, и время как бы не то - но Игорь Краснов сделал то, что должно было быть сделано ещё 35 лет тому назад другими людьми. А именно - признал неправовыми советские приговоры за мыслепреступления. По определению, без разбирательств - было, не было.
Дико, что сделано это только сейчас. Странно, что сделано именно сейчас.
Речь не просто о том, что такое решение идёт вразрез с насаждаемым культом "потерянной страны" и ресоветизацией истории. Куда важнее, что Верховный суд признал принципиальную порочность наказания за слова. В России. Сейчас.
Чудны дела твои...

Сидя над уроком истории с сыном, нечаянно сделал потрясающее открытие. Особенно потрясает, что оно всем известно и лежит на виду.

Резню 1015 года на Руси спровоцировал не "окаянный" Святополк и не "зловредный" Ярослав, а их отец, "святой" князь Владимир.

Владимир решил передать трон любимчику Борису в обход старших сыновей — Святополка и Ярослава. В XI веке, когда честь стоила больше, чем жизнь, это было преступлением против их права старшинства.

Тем самым он поставил старших сыновей, у каждого из которых была своя дружина, перед выбором "убивай, или будь терпилой и политическим трупом. Но обиделся, когда Ярослав отказался платить ежегодную дань, и пошел на него войной.

При этом сам Владимир пришел к власти, убив брата Ярополка, и должен был понимать, какую опасность несёт его поступок. В это время во Франции Капетинги начали внедрять примогенитуру: чтобы предотвратить междоусобицу братьев, они короновали старшего сына еще при своей жизни, как соправителя.

Владимир мог бы сделать так со Святополком, но, говорят, подозревал, что его мать была уже беременна, когда её привел Святослав, и назначил преемником младшего Бориса.

А "Окаянным" Святополка назвали церковные летописцы, лишний раз доказав, что церковь не может хранить правду, если подчиняется власти.

Мог ли быть "святым" человек, который был просто несправедлив?

Владимир крестил народ, но не власть. Он изменил религиозную оболочку общества, но в основе власти осталась архаичная модель силы. В результате христианская этика оказалась наложена на языческую политику лишь как упаковка — и это до сих пор так.

Интересные параллели. В 1015 Владимиру было около 57 лет - классический "стареющий альфа-самец". Как пишет де Вааль, альфа, чувствуя увядание, становится болезненно подозрительным. Любое проявление самостоятельности "бета-самцов" (сыновей) считывается им как прямая атака на его статус.

У альф поэтому часто слабость к младшему потомству, которое еще не представляет угрозы. Борис для Владимира был "безопасным" продолжением его эго. Старшие сыновья — уже соперники, а младший — это безопасный проект, который можно лепить под себя. Передачей ему власти Владимир бессознательно пытался продлить свое правление после смерти, выбрав самого лояльного и зависимого.

Трагедия в том, что инстинкты альфы вошли в конфликт с интересами государства.

Для стабильности Руси нужен был сильный законный преемник - Святополк или Ярослав, вокняжение которого предотвратило бы бойню.

Но Владимир выбрал свое эго и нарушил равновесие. Как только он умер, агрессия старших сыновей, которую он подавлял годами, взорвалась с невероятной силой. Владимир вел себя не как мудрый "отец нации", а как типичный биологический лидер, защищающий свой статус до последнего вздоха. Его вина в том, что он не смог перерасти свои инстинкты и превратить "биологический прайд" в правовое государство.

Самая большая ирония судьбы в том, что резня 1015 года началась из-за того, что Владимир захотел отдать власть Борису... которому она была не нужна. И который заранее был готов от неё отказаться, лишь бы не устраивать междоусобицы. То есть, так ошибиться с "кадрами", это надо уметь. Высший пилотаж политической близорукости: сломать работающую систему власти ради человека, который даже не собирался эту власть удерживать.

Пройдя долгую политическую карьеру от убийства брата Ярополка до Крещения Руси, нарожав сыновей от шести совершенно разных женщин, Владимир к исходу своей жизни понимал в людях и в жизни примерно ничего.

Невольно вспоминается другой Владимир, тоже устроивший революцию, и своими руками приведший во власть человека, после его смерти похоронившего его проект – Сталина. Аналогия далёкая, но ужасно точная в плане кадрового фиаско: ошибка определения психотипа преемника из-за ослепления своей самоуверенностью.

Владимир Святославич не разглядел в Борисе отсутствие воли к власти. Владимир Ильич не разглядел в Сталине её избыток, хотя и спохватился в своем "Письме к съезду", но уже не мог остановить того, кого сам и продвинул на ключевой аппаратный пост генсека.

Владимир Креститель мечтал о новой христианской, византийской Руси во главе с благочестивым Борисом. В итоге запустил резню и смерть Бориса как жертвы. Ленин мечтал о мировой революции, счастье пролетариата и отмирании государства, и дал власть Сталину, который через красный термидор и репрессии довел имперский этатизм до предела.

Ошибаться с кадрами — родовая травма авторитарных лидеров, видимо прямо связанная с их авторитарным складом ума – не желая видеть реальность, они пытаются переделать ее, игнорируя её обратную связь и сигналы.

Для авторитарного лидера реальность — это то, что он строит сам. Поэтому ему не нужны соратники, которые указывают на ошибки. Ему нужны исполнители, которые подтверждают его правоту, их ложь он не замечает.

В результате вокруг автократа образуется информационный кокон. Он перестает слышать сигналы об опасности. Он верит, что его воля сильнее объективных законов жизни, и навязывает всем слепое исполнение его требований. Окружая себя слабыми любимчиками либо исполнительными карьеристами-аппаратчиками, он сам готовит крах своего наследия, превращая страну в полигон для очередного шага на старые грабли.

Про третьего великого Владимира даже и не хочется думать.

Тьма, рождающая свет

Пока по официальным каналам начинают репетировать вымученные улыбки и паковать в мишуру старые песни о главном, в тишине наступил настоящий Новый год. Сегодня, 23 декабря, завершилось великое стояние Солнца.

Почему это важнее, чем бой курантов, несменяемые лица и прочие условные рефлексы и триггеры?

Астрономия здесь играет против календаря и выигрывает всухую, в одни ворота. 31 декабря — дата административная, казённая, выбранная произвольно и не самыми достойными людьми. 23 декабря — дата физическая. Это момент, когда Земля, достигнув предела темноты, начинает свой разворот к Свету. Праздник не по капризу Петра, а по незыблемому праву вращения планет.

Настоящее рождение всегда происходит в тишине. Сейчас природа замерла. Мы не слышим этого за шумом рекламы и петард, но именно в эти часы Вселенная начинает большую перезагрузку.

В древности этот день называли "Рождением Непобедимого Солнца". Главная точка опоры — римский праздник Dies Natalis Solis Invicti. Отмечался 25 декабря, сразу после того, как по визуальным наблюдениям становилось понятно: солнцестояние прошло, день начал прибывать.

Император Аврелиан в 274 году н.э. сделал культ Непобедимого Солнца официальной государственной религией, пытаясь объединить империю вокруг единого божества.

Историки указывают, что дата Рождества Христова была выбрана именно для того, чтобы наполнить этот языческий праздник "нового солнца" христианским смыслом — рождением "Солнца Правды".

В первые века нашей эры культ бога Митры был главным конкурентом христианства. Митра считался солнечным божеством, и его рождение также праздновали в период зимнего солнцестояния.

Древние германцы и скандинавы праздновали Йоль (Yule), "Ночь матери" — момент, когда из тьмы рождается новый жизненный цикл. Они тоже верили, что в эти дни Король Дуба побеждает Короля Остролиста (свет побеждает тьму).

Славянская Коляда наших предков тоже праздновала это время как небесный поворот "на лето". Рождение нового солнца-младенца Коляды, которое сменяет старое солнце Световита-Хорса, уходящее на покой в объятия Карачуна — бога самой глубокой тьмы. Именно там, в эпицентре мрака, и рождается надежда.

Наши предки от Стоунхенджа до Аркаима строили циклопические обсерватории из многотонных глыб не ради 1 января в календаре, а ради точного установления этих нескольких минут в конце декабря, когда первый луч Солнца прошивает тьму вселенной. Это была сакральная геополитика единого человечества — союз человека и Космоса, а не человека и телевизора.

Этот праздник - древний завет о том, что как бы глубока ни была ночь - в истории, в стране или в собственной душе - она неизбежно кончится, и свет начнёт прирастать. Это закон вселенной, который намного выше любых политических режимов.

Для тех, кто вынужден носить маску и говорить чужие слова, этот Космический Новый год — напоминание: истинный цикл жизни невозможно подделать. Можно захватить эфир, но нельзя остановить движение Земли.

Пусть 31-го числа веселятся те, кому хватает масок. А мы отметим сегодня. Просто выйдите на улицу, посмотрите на холодное небо и почувствуйте: тьма достигла дна. Теперь день будет только расти.

Тьма достигла дна. Теперь день будет только расти.

С настоящим Новым годом. С началом возвращения Света.

В не всякого сомнения, мы живем в поворотной точке истории человечества. Но это больше предчувствие, чем осознанное понимание. Каждый из нас является лишь мельчайшей частью причинно-следственных связей множества потоков событий. Наша жизнь состоит из мириад мелочей, которым не придаем значения, но которые все вместе масштабируются в события, видимые невооруженным взглядом. Даже самые умные и прозорливые среди нас могут видеть лишь ничтожную часть общего и порой только одну из его сторон.

И дело тут не только в нехватке научных знаний и занавеса субъективных иллюзий психики. Причина в том, что человеческий мозг, его органы чувств физически не способны охватить этот объем информации и мириады связей между различными элементами общей картины. Отчасти работа ученных в направлении выведения «Теории всего» это неосознанная попытка уменьшить масштаб, попытка охватить не охватное. Представьте, что кто-то бы смог удержать в голове хотя бы относительно небольшую часть причинно-следственных связей происходящих событий в масштабе известного мира. Этот кто-то был бы уже совершенно иным человеком, и не только благодаря таким способностям. Все эти нынешние страсти по национальным вопросам, политической, культурной, патриотической, гендерной идентичности показались бы для него временным помутнением рассудка.

Позволит ли ИИ и нейросети с их скоростями и объемами обработки информации расширить человеческое сознание? Вряд ли это расширение будет достаточно значительно. Отношение связи человека ИИ в таком случае можно бы описать эффектом бутылочного горлышка. Огромный массив обрабатывай ИИ информации и связей между элементами с одной стороны, и маленькое окошечко человеческих когнитивных способностей с другой стороны. Если сегодня человек еще пытается охватить необъятное, развивая свой мозг, то в будущем он может утратить эту важную для развития необходимость. Многие ли из нас в будущем воспользуются возможностями ИИ для познания мира? Большой вопрос. Однако переломить этот негативный эффект и изменить нас по-настоящему может только выход в космос.

В феврале 1971 года астронавт «Аполлона-14» Эдгар Митчелл испытал феномен, который называют «эффектом прозрения» (Overview Effect). «Когда вы вращаетесь вокруг Земли полтора часа, вы начинаете ощущать абсолютную связь с планетой. Это изменение… оно трогает вас так сильно, что вы превращаетесь в комок ощущений» - говорил он. Космонавт Юрий Усачев описывал свои ощущения так: «Еще во время первого полета, где-то на полпути до станции, на расстоянии 200 км от Земли, смотрел в иллюминатор, и пришло ощущение, что Земля - живой организм, живущий по своим законам…» То, что раньше, на Земле, казалось важным, в космосе может превратиться в нечто мелкое, не стоящее внимания». Конечно же, это не значит, что космонавты вдруг расширили свое сознание и охватили им необъятное, но они уже прикоснулись к этой возможности.

То, что космос меняет человека на физиологическом и на психическом уровне – факт, и в будущем эти изменения буду только углубляться. Дополненная реальность в отличии от космоса это лишь расширение знакомого мира. Космос — это совершенно новая и враждебная среда, к которой нужно адаптироваться, которую нужно осознавать, искать и придавать новые смыслы для жизни в ней. В эпоху, когда космос только начнет быть доступным обычному человеку, появится совершенно новый тип людей. Они будут значительно отличатся от нас, но в то же время и от тех, для кого космос станет повседневной обыденностью. Лишь только тогда между ИИ и нами буду выстраиваться по-настоящему равноценные отношения, потому как его возможности будут соответствовать масштабу наших потребностей и задач.

Секрет перемен состоит в том, чтобы сосредоточиться на создании нового, а не на борьбе со старым.