В свете недавних перестановок на СТС –

Решение акционеров вполне объяснимо: за последние два года канал не демонстрировал значительного роста, уступал конкурентам, и, следуя сложившейся традиции, акционеры решили сменить операционное руководство.

Личноя считаю, что для полноценной реализации контентной стратегии телеканала, руководителю канала необходимо минимум 3–4 года. У сериалов, ключевого драйвера привлечения зрителей на СТС, есть свой производственный цикл: любой качественный проект пишется не менее года, а затем еще минимум год находится в производстве, а иногда даже дольше. Ускоренный процесс возможен, но, как правило, о таких сериалах потом никто никогда не вспоминает.

Если взять оптимистичный сценарий, при котором цикл производства составляет ровно два года, то первый сезон нового проекта появится не раньше этого срока, с момента прихода нового руководства.

Однако истинный успех сериала определяется показателями последующих сезонов. Один, отдельно взятый первый сезон, не оказывает существенного влияния на среднюю годовую долю канала, а его показатели просто растворяются в общей топке рейтинга (за исключением теленовелл). Настоящий успех проекта наступает, когда у тебя есть 3 сезона и более и которые, даже в повторах, идут с долей выше, чем среднесуточные цифры канала. Вот это и есть подлинное мерило успеха сериала.

Допустим, первый сезон становится успешным и логично запустить новые сезоны. Второй и третий сезоны выйдут не ранее чем через год-два с момента выхода премьерной серии. Их показатели либо подтвердят успешную модель проекта и чуйку продюсера (как это случилось с ИНТЕРНАМИ, КУХНЕЙ, ОЛЬГОЙ, ПАПИНЫМИ ДОЧКАМИ), либо сериал закроется после второго сезона. Таким образом, оценить реальный вклад руководителя в рост доли канала можно только спустя минимум четыре года, поскольку показатели формируются за счет премьер и повторов уже накопленных сезонов. Чтобы программировать целые выходные показом одного хитового сериала, необходимо иметь минимум два сезона.

Понятно, что есть имиджевые проекты, где всего один сезон, но они делаются больше для престижа и номинаций в индустриальных премиях. Экономика любого мульти-сезонного щоу всегда успешнее, чем у сериала, где всего один сезон.

Акопов пришел на СТС в ноябре 2022 года, то есть чуть больше двух лет назад. Судить о результатах его политики пока преждевременно, как мне кажется.

Любой новый руководитель сталкивается с одной и той же дилеммой: либо закрыть все проекты, запущенные предшественниками и остаться с дырками в эфирной сетке, либо работать с тем, что уже запущено, стараясь сделать из этого максимально качественный продукт, параллельно развивая новые проекты. Другого пути, к сожалению, нет.

Понятно, что самым логичным желанием будет желание закрыть все проекты предыдущей команды, ведь не зря же их уволили.

И если раньше можно было пойти на такой шаг и перекрыться голливудскими библиотеками в прайме, как собственно и делало СТС в прошлом, то сейчас это невозможно. Раньше любой вечер или выходные с Гарри Поттером на СТС начисто выносил все отечественные сериальные премьеры на ТНТ. Сейчас этих иностранных библиотек нет, по всем понятным причинам. Поэтому, то что мы наблюдали в эфире сетки СТС последние два года не является 100% результом его деятельности, большая часть была наследием его предшественников.

В любом случае, хочется пожелать удачи Александру Завеновичу в его будущих начинаниях, а также пожелать удачи и новому руководителю СТС, которого назначат на его место.

Надеемся, что руководство примет смелое решение и доверит этот пост человеку, способному единолично брать на себя ответственность за будущее канала, а не условный, безликий «контентный комитет», состоящий из «крепких профессионалов своего дела».
Ведь только настоящий рок-н-рольщик и визионер, с карт бланшем от руководства на руках, может реально повлиять на контентную политику канала.

Во всех остальных случаях все великие инициативы разбиваются о бюрократические преграды и тонут во всевозможных регламентах, финансовых отчётностях и прочих вещах.

Скоро все узнаем.

На днях компания Staircase AI выпустила трейлер фильма WOMAN with the RED HAIR, который тут же стал самой обсуждаемой новостью в Голливуде ну и в целом в мировом киносообществе.

Почему это произошло:

Во-первых, главная героиня этого ИИ фильма выглядит очень реалистично, почти как настоящая, живая актриса, чего раньше в ИИ фильмах не было.

Во-вторых, студия Staircase сделала гибридную модель создания ИИ контента – они купили сценарий, написанный человеком, а не машиной. Все актеры озвучания были живыми актерами, которые озвучивали все роли в фильме. Там был режиссер, живые актеры, CGI супервайзер и тд.
То есть, по сути, это был тот же процесс создания продукта, который используется при создании анимационных фильмов, только аниматоров заменил ИИ.

Но, как всегда, дьявол в деталях – я послушал интервью создателя студии (Pouya Shahbazian) и там много интересного относительно их финансовой модели. Начнем с того, что они платят минимальные расценки всех гильдий, с которыми они работают. Как известно в США, все гонорары всех цехов регулируются профильными гильдиями.

Например, минимальная стоимость сценария низкобюджетного фильма с бюджетом до 500 тысяч долларов составляет 26 тысяч долларов. Именно эту сумму и платят сценаристам создатели студии, так как благодаря ИИ стоимость создания фильмов стала очень низкой.
Актерам также платят минимальные гонорары, как в самых низкобюджетных фильмах, если я не ошибаюсь это 370 долларов в день, что очень мало по местным меркам. Это очень мало даже по российским меркам.

Почему это вдруг стало всем интересным?

Прежде всего из-за того, что у коллективного Голливуда и создателей ИИ есть негласный конфликт: считается, что ИИ рано или поздно убьет кинематограф, так как искусственный интеллект заменит всех ключевые позиции, которые нужны для создания фильма – сценаристов, актеров, режиссеров. Не говоря уже про BTL позиции, такие как гримеры, художники по костюмам, каскадеры и так далее.

Так вот, студия Staircase AI заявляет нам следующее – «Без сценаристов и режиссеров никакой хороший ИИ фильм сделать невозможно и ИИ их никогда не заменит. Да, мы платим им копейки, но зато у них будет возможность делать то кино, которое они хотят делать. Никакая студия им эту возможность не даст. Мы делаем фильмы, которые Голливуд выкинул на обочину индустрии. Фильмы, которые мы собираемся производить это не франшизы про супергероев, а тот сегмент, который исчез из кино из-за стримингов и Марвела. Фильмы, которые попадают в ежегодный справочник самых лучших не снятых сценариев Black List, но которые студии никогда покупать не будут, так как их волнуют только проекты с франшизным и коммерческим потенциалом. Поэтому, делая фильмы, которые при прочих равных никогда бы не увидели свет, мы помогаем индустрии, потому что это почти единственный способ для инди-кинематографистов делать то, кино, которое они хотят».

В целом, в этом есть логика, но совершенно непонятно как сценарист, который продал свой сценарий за 26 тысяч или актер, который получает 370 долларов в день смогут везти мало майски приличное существование на эти средства. Не говоря уже про все остальные цеха – гримерный, костюмерный, операторский, которые вообще больше не нужны.

Как я уже писал выше – процесс создания ИИ кино очень похож на создание анимационных фильмов, но там платят высокие гонорары создателям, и в целом стоимость создания Диснеевского или Пиксаровского полнометражного мультфильма сопоставимы со стоимостью полнометражных блокбастеров. Такие фильмы не конкурируют с традиционным кинематографом, это его часть.

С фильмами, созданными с помощью искусственного интеллекта, ситуация иная.

Заменят ли такие фильмы традиционные фильмы, мне кажется, что нет. Мне кажется, что это просто станет отдельный суб-жанр, у которого будут свои поклонники, примерно, как у растительного заменителя мяса, но оригинал все равно остается оригиналом.

Означает ли это, что скоро на всех стримингах появятся вкладки «фильмы сделанные с помощью ИИ», так же как сейчас есть вкладки «фильмы», «мультфильмы» и тд, Скорее всего да, означает. Зрители будут смотреть на это понимая, что они смотрят фильм, созданный именно ИИ, а не полностью человеком.

Студия Staircase AI планирует выпустить 30 полнометражных фильмов в течение ближайших трех лет.

Я думаю, что пока рано судить о перспективе таких фильмов или об их качестве, посмотрев только один трейлер. Нужно увидеть, как минимум, фильмов десять или пятнадцать, чтобы сформировать хоть какое-то мнение об этом новом направлении сторителлинга.

https://www.youtube.com/watch?v=sJD4MaEHUJo

Из рубрики «Воспоминания прошлого» -

2 ноября 2012

Агеев дал понять, что приходить в индустрию надо или "очень крутым" или "зная свое место". Довольно цинично, но по делу. Все мы мечтаем стать большими режиссерами. Но Агеев говорит, что когда большой режиссер приходит, то это должно быть понятно сразу. В любом другом случае надо просто понимать, что режиссура это просто рутинная профессия по решению задач поставленных продюсером. Режиссеров довольно много, но это не то о чем мы тут все мечтаем. Более того в основном это прямо противоположно тому как мы думаем.

А что делать если у тебя пока что ничего нет?

Я вспоминаю историю Питера Брука. Когда он делал свой дебютный спектакль в Лондоне, он соврал актерам, что у него несколько постановок по всей Англии. На деле ему было 25 лет и у него не было ничего. Но он понимал, что если актеры поймут, что он дебютант у него не выйдет ничего.

Или как в Андрее Рублеве. История про колокол. По сути Тарковский рассказывает историю своего дебюта. Если ты никогда не отливал колокол, значит ты должен солгать, что у тебя есть тайное знание о том как его сделать.

Суметь убедить вокруг себя людей, что у тебя есть тайное знание - это уже пол дела. Дальше надо либо сделать колокол, либо проиграть.

Тоже самое когда-то говорил и Дулерайн.*

* смешно что через 10 лет Дулерайн дал мне мой первый проект, а Агеев стал моим агентом. и я помню свой разговор с Дулерайном. у меня не было ни одного большого фильма, но я знал, что справлюсь. и как-то заставил его в это поверить.

#wtfbook

На днях я встречался с кинематографистом из Нью-Йорка, режиссером документальных фильмов. Так вот он жаловался на то, что индустрия изменилась, никому больше не нужно умное кино и единственное, что сейчас можно продать, это документалку про Тэйлор Свифт или Меланию Трамп.

Все остальное никому не нужно и студиям и стримингам не хочется на это тратить ни копейки денег.
Можно найти частные деньги и уже ходить продавать готовый фильм, но это огромный риск, так как могут вообще не купить. И ты потеряешь все деньги и еще останешься должен.

На мой вопрос «ну типа и что ты собираешься делать?» - режиссер ответил, что единственный способ бороться с системой, это делать из самого себя бренд, заниматься крауд-фандингом, чтобы будущие потребители твоего контента, сами же за него и платили. При этом у тебя бы оставались все права, а не у злобной студии, которая бы на этом всю жизнь капитализировалась, а режиссер и сценарист оставались бы в пролете.

По сути, наш Нью-Йоркский друг предлагает сделать Only Fans, только для кинематографистов. Где режиссер или сценарист, становится сам себе продюсером, дистрибутором и студией-правообладателем. Это интересный подход, давайте разберемся почему мы до этого докатились и что будет дальше.

Сначала, давайте проанализируем ситуацию на американском рынке –
да, действительно, все убила, так называемая, star-driven-economy. Это когда всем по фигу насколько у тебя классный сценарий или крутой режиссер, всем важно, кто у тебя в главной роли и сколько у него/нее совокупно подписчиков в тик-токе и инстаграме. К сожалению, это реальность, в которой приходиться жить всем независимым кинематографистам.

Менеджерам, принимающим решения на канале или стримере, всегда проще объяснить руководству почему они запустили тот или иной проект, если там снимается Бред Питт или Джессика Честейн. Типа если бы мы отказались, то этот проект ушел бы конкуренту, ну а так вы сами знаете насколько Бред популярный. С другой стороны, когда приносят проект, где нет прикреплённых к нему звезд, класса А+, то всегда проще сказать «нет» и не брать на себя риски.
Циничная правда заключается в том, что никого никогда не увольняют за то, что он кому-то сказал «нет», как правило увольняют за то, что кому-то сказал «да». То есть запустил проект в производство, потратив на него большую сумму из бюджета компании. Поэтому у независимых кинематографистов, у которых нет возможности, ни привлечь звезд в свой проект, ни собрать необходимую сумму на производство, остается только один путь – идти против системы и пытаться снять свой фильм, вопреки конвенциальной модели.

В некотором роде с этим удачно справляется индустрия фильмов ужасов, где все еще жанр продает себя гораздо успешнее, чем наличие звезд.
Почему это так происходит? Потому что у хорроров есть своя огромная фан-база по всему миру и там всем фиолетово, кто у вас в главной роли, главное, чтобы было интересно смотреть и страшно одновременно.

В качестве примера можно упомянуть компании А24 и Blumhouse, которые обе начинали с низкобюджетных, но при этом высоко-концептуальных фильмов ужасов, которые и помогли им развиться в крутые студии. Как мне кажется, чуваки из этих компаний поняли, что им бессмысленно соревноваться с большими студиями в борьбе за звезд, поэтому начали с жанра, где эти звезды не нужны.
При этом в рамках этого жанра они реально прыгали выше головы и создавали крутые концепции, которые по качеству были на голову выше того, к чему привыкли фанаты.
Но не могут же все кинематографисты, очутившиеся за бортом студийной системы, дружно взять и делать только фильмы ужасов.

Поэтому все и судорожно ищут, чтобы такого придумать, чтобы не зависеть от чиновников на каналах, студий, стримеров и голливудских звезд. Пока такой системы, в общепринятом смысле не существует, но движение уже пошло.

Вот, например, Angel Studios, это студия, штаб квартира которой находиться далеко от Голливуда – в штате Юта, известный всем мормонами, христианством и отрицанием теории Дарвина. Так вот, ребята придумали уникальную модель финансирования своих фильмов и сериалов, которая основана на краудфандинге и христианских ценностях. Но не совсем обычном краудфандинге – тут нет такого типа «наша цель собрать 100 рублей, скидывайтесь кто сколько может, авось победим».

Вместо этого они сделали пожертвование финансовым инструментом, (ты покупаешь акции фильма и потом вместе с продюсерами участвуешь в разделе прибыли), который зарегистрировали в Комиссии по Ценным бумагам США, таким образом, прибыль, полученная от вашего взноса, будет облагаться налогами, а убыток можно будет списать.

Также под эту историю они разработали собственную платформу, через которую и шли все взносы и инвестиции. Это привлекло гораздо более серьезных доноров, не просто людей, которым не жалко потратить 50 или 100 долларов, а серьезных инвесторов, которые готовы внести десятки, а иногда сотни тысяч долларов.

Кроме этого, студия придумала уникальный инструмент под названием “Pay-It-Forward”, когда ты можешь предоплатить билет в кино или ссылку на платный просмотр на стримере и отправить его друзьям или знакомым. Они в свою очередь, также могут отправить ссылку дальше уже своим друзьям, сделав взнос, если фильм им понравился. Это даже не реверсивный сетевой маркетинг, как Гербалайф или Авон наоборот, это система взаимной поддержки.
Благодаря этому у студии получается делать коммерчески успешные проекты, нацеленные на определенную аудиторию, которой эти проекты де-факто интересны и они готовы в них инвестировать на раннем этапе.

У студии вышло уже два проекта и оба стали сверхприбыльными – фильм SOUND of FREEDOM (ЗВУК СВОБОДЫ), про бывшего агента ФБР, который занимается поисками пропавших детей и сериал CHOSEN, про жизнь Иисуса. ЗВУК СВОБОДЫ собрал только в американском прокате 250 млн долларов, при бюджете в 14.5 млн. Все инвесторы вышли в уверенный плюс. И кстати, привычных голивудских звезд, ни в одном из этих проектов задействовано не было.

Почему эта модель работает, мне кажется тут есть несколько моментов –

1. Люди чувствуют связь с контентом – они сами решают, что идет в производство, а не какой-то там левый дятел, СЕО студии, решает за них, что они будут смотреть в кино.
2. Прозрачность – люди видят, куда и на что идут их деньги.
3. Альтернатива уже доставшей всех «повестки» кинокомпаний. Инклюзивность, реально всех достала. Последний провал Белоснежки Диснея, прямое тому подтверждение.

Будут ли появляться в США и другие похожие студии, которые будут объединять людей по интересам? Я думаю, что да. Появятся компании, которые будут производить контент, у которого уже есть сложившаяся фан база. Например, научная фантастика, в изначальном ее проявлении, без супергероев и массовых батальных сцен. Мне кажется, что последний фильм, который выходил на эту тему, это был ARRIVAL Дэни Вильнева в 2016-м году, могу ошибаться. Ну и так далее, по интересам.

Ну а что у нас?

В отличии от США, у нас есть МинКульт и ФК.

Понятно, что эти структуры неидеальны. И да хотелось бы, чтобы в экспертных советах МК и ФК сидели кинематографисты и люди, связанные с индустрией, а не священники и сельские учителя. Я ничего против этих профессий не имею, но мне просто кажется, что каждый должен заниматься своим делом.

И да понятно, что не все проекты пройдут процедуру допуска к очной защите, но все равно стакан скорее наполовину полон, чем пуст.

У нас были попытки создать нишевые платформы по интересам, но все они, так или иначе, не взлетели - Центр Документального Кино сделал свою платную платформу для non-scripted контента – nonfiction.film и Виталий Манский также пытался сделать что-то похожее – Artdoc.media.
Ну и плюс там не было опции со-инвестирования в будущие проекты.

Все остальные попытки ограничивались кампаниями по сбору денег на отдельно взятый фильм на краудфандинговой платформе planeta.ru. Что, конечно, никакой системой не является.

Я думаю, что все скоро поменяется и это напрямую связано со старением существующей аудитории онлайн-кинотеатров.
Миллениалы и Gen-Z с каждым годом смотрят стриминги все меньше и меньше, про телек я вообще молчу.
Понятно, что есть запас прочности еще лет 15-20, но в какой-то момент производить оригинальный контент для таких кинотеатров просто станет невыгодно, так как центр платящей аудитории сдвинется в более молодую аудиторию, а стриминги для них это уже вчерашний день.

Их заменят сервисы и контент-хабы, которые будут интересны людям, родившимся после 2000-го года. У них совершенно другой подход к потреблению контента – это и вертикальные видео и Дискорд, Твич, Веб-тунс и прочие сервисы, на которые у меня даже нет подписки. Я это вижу на примере моего 18-летнего сына, которому вообще телевизор уже не нужен в принципе.

И вот только тогда, как мне кажется, можно будет победить пресловутою star-driven-economy.

Коротко о состоянии индустрии в России -

Чем отличается агент от менеджера? Зачем таланту в Америке нужен и тот и другой, а в России достаточно агента.

Начнем с простого – в Америке индустрии развлечений уже больше 120 лет, поэтому существует множество законов, которые эту индустрию регулируют.

Например, агенты не могут быть продюсерами, а менеджеры могут продюсировать вместе со своими клиентами. При этом агенты имеют право на packaging fee (точнее имели, подробнее можно прочитать здесь), а менеджеры нет. И те и другие получают по 10% от гонорара своего клиента, независимо от того, кто ему этот контракт подогнал.

Packaging fee (пакетирование) это когда агентство получает процент одновременно и от производственного бюджета сериала и процент от чистой прибыли проекта в целом, пожизненно.

Пакетирование — это когда агентство принесло готовый пакет заказчику, каналу или стримеру, в котором был шоураннер, режиссер и часто еще исполнитель главной роли.

Например, агентство САА спакетировало сериал NIGHT MANAGER, который вышел на ВВС в Англии и на АМС в Штатах, полностью отбив свой бюджет за счет этих двух территорий. Все остальные продажи по миру это была чистая прибыль проекта, и вот сколько он будет продаваться по миру до бесконечности, столько времени САА будет получать с него прибыль. Также в доли от чистой прибыли сериала сидят создатели проекта – шоураннер и сценаристы, которые над ними работали в авторской комнате, режиссеры и актеры.

Менеджеры это всего не делают, зато они могут официально числиться Executive Producers на этом проекте, иметь свой отдельный фиксированный гонорар, в рамках бюджета сериала, а также процент от чистой прибыли наравне с другими EP (executive producers).

По моему мнению основное различие между менеджером и агентом это то, что агенты более транзакционны, а менеджеры мыслят более стратегически. Например, агент ответственен за поиск работы по найму, в то время как менеджер, может девелопить проекты с нуля, вместе со своим клиентом и потом уже нести его агенту. Тот потом назначает питч митинги со студиями и другими заказчиками.

Вкратце, это все различия.

В России же все по-другому, у нас агент выполняет все функции сразу – и функции агента, который должен искать новые заказы клиенту и функции менеджера, который должен эти предложения оценивать с точки зрения, что хорошо для карьеры клиента, а что плохо. Я могу судить по нашему агентству – PlusSeven, мы там и ищем работу и одновременно советуем, какой из проектов выбрать.
Также, все агентства в России предоставляют еще и юридическую поддержку. В Штатах это отельный человек.

Я не думаю, что у нас когда-либо появиться разделение на агентов и менеджеров. Размер гонораров в нашей индустрии и отсутствие отложенного дохода для талантов (роялти) делают очень невыгодными такие выплаты. Таланту бы пришлось платить 20% от своего гонорара своей команде, а это очень много.

В США талант платит около 25-30% от своих доходов и это считается нормальной практикой – 10% идет агенту, 10% менеджеру, 5% юристу и 5% пиарщику. Пиарщик это только для актеров. То есть средняя по рынку это 25%, что для российского рынка стало бы неподъемной ношей.

Кстати, во всех других странах никто не покрывает таланту затраты на налоги, так как уплата налогов считается святой обязанностью каждого, отдельно взятого гражданина. Так что скажем спасибо нашим продюсерам, которые прибавляют процент ИП к гонорару исполнителя.

В последнее время участились разговоры про кризис в российской индустрии – это и перепроизводство контента, и рост расходов на продакшн и еще много факторов, влияющих на эту тенденцию.

Кризис действительно есть, мне кажется его можно охарактеризовать старой, немного перефразированной поговоркой – «верхи не хотят, а низы уже не могут». «Верхи» это в данном случае платформы, которые не хотят покупать сериалы и фильмы по таким ценам, а «низы» это продакшн компании и студии, которые физически не могут производить дешевле.

Платформы-заказчики всегда были интегральным элементом практически любого фильма и очень часто сериала. Это связано с тем, что ИРИ, МК и ФК очень редко дают 100% бюджета, как правило это хоть и большая, но все равно часть.
Института частных инвесторов у нас практически нет, поэтому чаще всего недостающие средства докидывают платформы и ТВ каналы. Платформы исторически всегда давали кратно больше.

Так вот, платформы в последнее время резко сократили бюджеты, как на закупку фильмов, так и на производство сериалов. Это связано с несколькими факторами –

1. Заканчиваются инвестиционные деньги и начинается хозрасчет.

2. Все, кто хотел оформить платную подписку на стриминги в России уже это сделали, соответственно платформам уже бессмысленно биться за тот или иной фильм с конкурентами, заливая все вокруг баблом.

3. Цены на производство выросли настолько, что платформам проще купить пакет получасовых комедий у ТНТ или СТС за условные 5 млн за серию, чем производить собственные ориджиналс 20 млн рублей за серию.

4. Цензура – чем больше у нас запрещают тем в кино, тем меньше у нас становиться жанров, на которые можно ориентироваться при написании сценариев. Про бездетные пары нельзя, про коррумпированных чиновников и силовиков тоже нельзя, наркотики даже в плохом свете нельзя, секс нельзя, про церковь вообще упаси не дай б-г. Остаются только наши стандартные патриотические темы – подвиг героев, спортсмены, сказки и классика – Пушкин/Толстой/Достоевский. То есть спектр возможных жанров резко сократился, соответственно и потребность в проектах для платформ также косвенно упала.

В связи со всем этим я вижу очень тревожную тенденцию – продюсер получает гос деньги на сериал в ИРИ или на фильм в ФК, подписывает договора с режиссером и оператором и другими членами съемочной группы. Далее запускается пре-продакшн и тут бах и происходит остановка проекта, так как либо платформа решила выйти из уже заключенного договора заплатив штраф, либо платформа вышла из текущих переговоров.

И третий вариант это когда недальновидный продюсер надеялся, что сможет найти деньги у платформ после окончания кастинга, а там выяснилось, что его проект на фиг никому не нужен, даже с таким кастингом.

И тут наступает тот самый казус, который и приводит к кризису – проектов вроде как много, но при этом они закрываются или замораживаются и кладутся на полку «до лучших времен».

Страдают все – продюсеры, режиссеры, сценаристы, операторы и агенты – так как вроде у тебя режиссер продан на огромный проект, договор подписан, аванс выплачен, вроде как надо радоваться, но нет.

И если мейджоры как-то еще с этим справятся, подавая один и тот же фильм несколько лет подряд на ФК и таким образом собирая необходимый бюджет, то с сериалами так не получиться, так как ИРИ максимум дает 70% бюджета.

Как с этим бороться?

Я давно говорю, что до нас уже все давно придумано – у всех киноиндустрий всех стран мира одни и те же проблемы, ну разве что у Индии свой путь.

В данном случае я имею в виду институт налогового возврата или как его еще называют – рибейтов. Это когда средства, которые продюсер тратит внутри одного, отдельно взятого региона, ему потом частично возвращаются.

Пример: у вас есть фильм ужасов, который стоит 100М рублей, ФК вам выделил 70М рублей.
Условный ТВ-3 предлагает вам 5М за ТВ права и 10М дает кино-дистрибутор в виде минимальной гарантии. Итого у вас дефицит 15М рублей. Что делать?

Если вы поедете в регион России, где налоговый возврат составляет 40%, то потратив там имеющиеся у вас 85М, вы как раз закроете ваш дефицит. Там не на всю сумму бюджета распространяется возврат, потом отдельно могу объяснить почему, но вкратце это распространяется только на средства, потраченные в этом регионе, соответственно туда не входит сценарий, режиссер, главные роли, короче все, кого вы везете с собой. Если же берете местных актеров и членов съемочной группы, то на них возврат будет распространятся.

Таким образом студия или продюсер смогут закрывать бюджеты на свои проекты, не отдавая навсегда цифровые права, а смогут реализовывать их путем продажи лицензии, как, собственно, и должно быть. Все права будут оставаться за продюсером, и он просто будет продавать платформам ограниченные окна, а сами права будут навсегда закреплены за продюсером – благодаря этому будет расти капитализация его компании.

По идее продвижением института рибейтов должны заниматься профильные организации – Союз Кинематографистов, АПКиТ и Гильдия Продюсеров. Как я уже неоднократно говорил СК давно находится в состоянии летаргического сна. АПКиТ, который изначально участвовал в создании рибейтов, сегодня превратился в ивент агентство по проведению ежегодной продюсерской премии. А Гильдия Продюсеров вроде как на бумаге есть, но там уже лет 15 ничего не происходит.

Поэтому вывод один – пока у нас не появится мощная структура, защищающая интересы всего рынка в комплексе, конца кризиса ждать не стоит.

Фильм SINNERS вызвал массу новостных поводов - это и неожиданно высокие сборы в прокате и необычный сюжет, но главное все впечатлились форматом сделки, которую удалось заключить режиссеру фильма Райану Куглеру. На этом хайпанули буквально все - Мэтт Беллони посвятил этому выпуск своего подкаста The Town, самого популярного голливудского подкаста, который я рекомендую всем слушать каждую неделю. Об этом написали Variety, The Wrap и даже наш, популярный канал о киноиндустрии, VODоворOTT.

Помимо гонорара режиссеру удалось получить процент с общей прибыли проекта, а не с чистой, как это принято в Американской индустрии, также ему удалось договорится о том, что ему полностью переходят права на фильм через 25 лет. Стоит уточнить, что не ему самому удалось так договориться, а его агентам и адвокату, тут стоит передать привет Jonathan Gardner, одному из лучших адвокатов в индустрии, его контора также представляет нашу клиентку из Artist International, актрису и обладательницу Оскара Michelle Yeoh. 

Вообще практика Гросс Коридора (Gross Corridor или First Dollar Gross) достаточно часто встречается в индустрии, не понимаю почему об этом пишут, как о чем-то экстраординарном. Это означает, что актер, режиссер, сценарист или продюсер получают долю не с чистой прибыли проекта, а с момента получения первого доллара и неважно окупилась студия, заплатившая за этот проект, или нет.  Да, это не регулярная практика, а скорее исключение, но все равно..

Куглер не единственный кому удалось выбить себе такие условия, это стандартный пункт в договорах у Тарантино, Спилберга,  Кристофера Нолана, Тайлера Перри и Клинта Иствуда. Вся индустрия об этом знает. 

Например, за фильм ОДНАЖДЫ в ГОЛЛИВУДЕ, Тарантино получил 25% от гросс прибыли фильма, то есть с каждого заработанного фильмом доллара, ему уходило 25 центов. Бредд Питт за фильм БЕССЛАВНЫЕ УБЛЮДКИ получил 9% от валовой выручки и так далее. Короче, это все не революционные новости, но тем не менее, заслуживающие внимания, так как это отражает позитивную динамику в индустрии и стимулирует творцов заниматься этой профессией. 

Ну а что у нас? У нас продюсеры, как правило, платят только гонорар режиссерам и сценаристам, речи о проценте, даже от чистой прибыли, не идет. Я хотел бы посмотреть на лица моих друзей продюсеров, когда я им скажу, что сценарист или режиссер, помимо гонорара, хотел бы еще получить процент от общей выручки фильма и нас не волнует окупится ли фильм в целом или нет. 🙂 
Конечно, бывают приятные исключения, но в основном это не является индустриальной практикой в России.

Мой следующий пост будет как раз о роялти в российской индустрии, так что спасибо Райану Куглеру за то, что он помог мне этот пост грамотно анонсировать )

Пока что самое интересное, что я видел в Каннах, это один из любимых актеров моего детства - Пьер Ришар! 90 лет человеку!

Пока шли Канны не было возможности читать новостную ленту, но вот придя в себя, мне показалась интересной новость о том, что, клиент нашего агентства, режиссёр Илья Ермолов открыл собственный продакшн совместно с продюсерами Инной Оркиной и Настей Дюкаревой.

Вообще, все самые авторитетные продакшн-компании в мире работают именно по такому принципу: они строятся вокруг одной сильной творческой единицы, которая определяет стиль и тональность, а продюсеры, находящиеся внутри компании берут на себя всю операционную и организационную нагрузку. Творец творит, продюсер — продюсирует, права остаются у компании-производителя.

Вот несколько таких компаний - Plan B Брэда Питта, Bad Robot великого шоураннера Джей-Джей Абрамса, Imagine Entertainment режиссеров Брайана Грейзера и Рона Ховарда, Shondaland, шоураннера Шонды Раймс. Именно с такими структурами студии и стриминги чаще всего заключают first look и overall-дилы, потому что это гарантирует автоматический доступ к таланту. В отличие от продюсерских компаний, которые не имеют прямой связи с конкретным режиссёром или сценаристом и стоят, со всеми остальными, в общей очереди на того или иного артиста или режиссера.

У нас на рынке пока доминируют продюсерские компании, а не те, что собраны вокруг творцов. Соотношение примерно 70 на 30.

Хотя самые уважаемые и влиятельные студии в России были построены именно по «творческой» модели: ТРИТЭ, созданная вокруг Никиты Михалкова, СТВ, сооснователем которой был Алексей Балабанов, да и сам Сельянов в своё время был режиссёром, прежде чем стать продюсером, кинокомпания Слово Валентина Черных и так далее.
Да понятно, что в 90-е было совсем другое время и компании организовывались скорее из-за необходимости делать кино, про прибыль и дивиденды никто не думал. Не было господдержки и творцам приходилось основывать собственные компании, чтобы хоть что-то происходило.

В современной России этот тренд продолжился, но уже исходя из бизнес принципов, когда творцы хотят владеть созданным ими контентом и единственный способ достичь этого – это быть самому себе продюсером. Ведь если ты, де факто, совладелец студии или продакшна, то ты автоматически получаешь и часть прибыли этой компании.

За примерами далеко ходить не надо - Легио-Феликс, шоураннера Ильи Куликова, Карго, Карена Оганесяна, Иней, шоураннера Андрея Золотарева и продюсера Алены Акимовой, список будет длинный.

Здесь нужно сделать важное уточнение - шоураннер это не просто продюсер. Это прежде всего сценарист, который способен сам сесть и написать серию, если нужно. У нас это понятие часто путают, и многие называют себя шоураннерами, не являясь ими ни по функциям, ни по квалификации.

Подводя черту, хочется сказать следующее - конечно не надо делать так, чтобы у каждого режиссера и сценариста был свой продакшн, это лишь усложнит внутрирыночные взаимоотношения. Но если вы, как режиссер или сценарист, дошли до уровня, когда на ваши услуги стоит очередь из продюсеров, студий и стримеров, желающих предложить вам свои проекты, вот тогда есть смысл задуматься о собственном продакшне.

После моего последнего поста, общественность попросила «пояснить за шоураннеров», поясняю –
Cистемы производства сериалов в Америке и в России кардинально отличаются друг друга – в Штатах снимают посерийно, а у нас пообъектно.
То есть там снимают каждую серию как отдельный фильм, в хронологическом порядке и так все 8 серий, а у нас заходят в один объект, условно «квартира главного героя», и снимают там сцены из всех 8-ми серий и так с каждым объектом.

Конечно, Американский путь лучше – можно брать разных режиссеров на каждую, отдельновзятую, серию и таким образом нет «выгорания» и усталости режиссера. Ему не надо судорожно вспоминать, что происходило в каждой отдельно взятой серии, чтобы понять какую эмоцию нужно отыгрывать актеру из этих 30 сцен в одном и том же объекте.

Актерам тоже хорошо – они понимают, что им нужно играть в каждой сцене, так как серия снимается как отдельный фильм и между сериями есть перерыв.

Минус у этой технологии один – так снимать гораздо дороже, то есть в разы дороже. Но продукт, конечно, получается гораздо более качественным. Неудивительно, что американские сериалы самые популярные в мире.

Так вот, шоураннер этот тот человек, который следит за тем, что несмотря на то, что сезон из 8 серий снимают разные режиссеры, общая стилистика сериала при этом не меняется.

Вообще, термин шоураннер изначально появился в 80-х годах и был связан с системой производства ситкомов.
Там была четко выстроенная технология, по сути, фабрика, где отводилась одна неделя на написание одной серии и одна неделя на съемки одной серии. При этом это были параллельные процессы, то есть пока одна серия пишется, вторая снимается.

Человек, который руководил обоими процессами и стал называться шоураннер. Как правило, это был автор идеи/сценария сериала, который руководил одновременно и авторской комнатой и исполнительными продюсерами и режиссерами на площадке. Он отвечает как за качество готового продукта, так и за бюджет, КПП и прочие организационные моменты.

Примером настоящего шоураннера является Ларри Дэвид, создатель самого великого ситкома всех времен и народов (imho) – SEINFELD. Потом ему стало скучно получать огромные роялти от эксплуатации своего детища и он еще сделал сериал CURB YOUR ENTHUSIASM.

В России все устроено по-другому: у нас не снимается одна серия, пока пишется другая. Мы сначала пишем весь сезон и только потом заходим в производство. В связи с этим у нас, как я уже писал выше, все снимается пообъектно и поэтому сама по себе фигура шоураннера не требуется, в изначальном ее понимании.

У нас шоураннер это режиссер, который следит за тем, что несмотря на то, что все сцены снимаются вразнобой, тем не менее стилистически это все должно выглядеть цельно.
Да бывают случаи, когда автор написавший сезон, остается креативным на съемочный период и сидит на площадке вместе с режиссером. Как например Даша Грацевич на ЧЕРНОМ ОБЛАКЕ, но при этом она не отвечает за бюджет и КПП.

Есть другой пример – Леша Киселев, продюсер сериалов БАЛЕТ, ХЭППИ ЭНД, ПСИХ и тд, сам он серии не пишет, но при этом сидит на площадке и контролирует творчество, бюджеты и сроки , а также несет отвественность за финальный резульат, вплоть до выхода сериала в эфир. В Америке это называется Non-Writing Showrunner или NWSR, то есть сам, своими руками серии не пишет, но все контролирует.

Так что, когда мы говорим о шоураннере в российском контексте, это скорее адаптированная роль — у нас такие люди чаще называются «креативные продюсеры» или «режиссёры-постановщики», и каждый проект сам определяет, кто именно тащит на себе креативный и производственный контроль. Но полноценный шоураннер, в американском смысле — это пока скорее исключение, чем правило, потому что и индустрия, и система производства у нас устроены иначе.

Не прошло и 4-х лет с момента основания нашего агентства, как мы наконец-то доделали наш сайт! Теперь всех наших клиентов можно увидеть в одном месте ) https://plus-seven.com/

В продолжении истории про кризис в нашей индустрии –

Мы находимся в середине «съемочного» сезона и уже можно сделать конкретные выводы по тому, что происходит, а не предположения.
Мой личный вывод достаточно прост – ни сериалы, ни фильмы больше не будут производиться в нашей стране без той или иной формы разделения рисков и/или господдержки.

И если раньше было стандартной практикой, когда платформы могли себе позволить полностью профинансировать кинофильм или сериал, то сейчас они этого делать больше не будут.

И если для продюсеров кинофильмов в этой новости ничего нового нет – все, кто занимаются фильмами, итак знают, что без невозвратных денег ФК и МК, кейс скорее всего будет убыточным. Эти продюсеры уже давно существуют в парадигме того, что бюджет фильма собирается из разных источников - денег фондов, платформ и иногда минимально гарантии от дистрибутора, в редких случаях добавляется еще и региональный рибейт.

А вот сериальным продюсерам только предстоит это все познать на собственном опыте и если раньше одна платформа или канал могли полностью профинансировать производство, то сейчас этот паззл, также как и в случае с фильмами, надо будет собирать из разных источников.

Ну и раз с кино все понятно – там изменения не такие сильные, то разберем, что будет происходить с платформенными сериалами -

Как было написано выше, теперь, чтобы запустить сериалв производство уже недостаточно одной платформы заказчика, какие есть варианты –

1. Кросс-платформенная коллаборация - когда две или реже три платформы являются заказчиками одного и того же сериала. Плюсы у этой истории в разделении рисков и экономии бюджета и если проект не взлетит, то платформа потратила на это всего лишь 50% или 33% бюджета, вместо 100%, как раньше. Минусы у этой истории заключатся в том, что у платящих абонентов возникает когнитивный диссонанс – зачем я плачу деньги отдельно взятой платформе за обещанный мне эксклюзивный контент, в то время как этот же контент доступен и в других местах?

2. Коллаборация с ТВ каналом – когда производственный бюджет делиться между платформой и ТВ каналов, с той же целью, что и выше : сократить расходы и риски при создание оригинального аудио-визуального продукта. Тут те же плюсы, что и были описаны выше, а минус тут есть один и очень большой – изначально стриминги создавались как альтернатива телеканалам – там изначально был более жесткий контент, который не показывали по ТВ, соответственно платформы говорили – покупайте подписку и вы увидите то, что никогда не покажут по телеку. Теперь же, если сериал делается как коллаборация платформы и канала, то возникает логичный вопрос – зачем мне платить за подписку, если то же самое я могу посмотреть бесплатно по телевизору?

3. Подать заявку в ИРИ – тут все в целом кошерно, за исключением того, что ИРИ сам определяет темы, на которые будут выделяться средства. Как правило это патриотическая тематика, но есть и хорошие жанровые проекты – фантастика, исторические детективы и другие. Еще один минус заключается в том, что руководство ИРИ вдруг решило, что они не просто фонд, распределяющий деньги, а полноценная студия с собственной редактурой, приемкой сценариев, креативным контролем и так далее. Это усложняет процесс девелопмента, так как надо следовать комментариям не только канала или платформы но и еще и объединять их с комментариями редакторов ИРИ. Это, конечно, создает трудности для продюсеров и творцов, но все равно стакан скорее наполовину полон, чем пуст, так как при всех минусах ИРИ – непрозрачности принятия решений о финансировании проектов (тут спорно - да, они проходят в закрытом режиме, но с другой никто и не обещал, что питчинги будут открытыми), редактура, креативное продюсирование и тд, все равно деньги на проекты выделяются и это очень сильно поддерживает и будет поддерживать нашу индустрию.

Бывают очень редкие случаи, когда продюсеры пытаются объединить все пункты сразу – и получить финансирование от ИРИ и привлечь две платформы в виде заказчика, а потом еще и продать все это на телек.

Но это настоящие акулы капитализма наших дней и это скорее исключение, чем правило. Не только потому, что это сложно склеить друг с другом - представьте себе бедных авторов, которым надо будет учитывать комментарии двух платформ, ИРИ и еще сверху телеканала. В результате получится франкенштейн, который зависает между жанрами, целевой аудиторией и актуальностью. Ну и вообще – у семерых нянек дитя без глаза.

Что это значит в целом для индустрии –

Количество платформенных сериалов сократится процентов на 30-40% относительно того, чтобы было год назад.

ТВ сериалы сильных изменений не претерпят, так как телеканалы и раньше существовали в хозрасчетной истории – существовали в рамках рекламной модели и тратили на контент столько, сколько сами могли заработать. Единственное, что они сделают это потребуют от продюсеров снизить цены на производство, так как из-за «платформенного бума», цены на персонал взлетели до заоблачных высот и это косвенно отразилось и на цене закупки ТВ каналов. Он логично заявляют – платформы перегрели рынок своими сериалами, а мы будем снимать по тем ценам, которые вписываются в нашу финансовую модель, а не которую диктуют нам, разбалованные платформами, продюсеры. И в целом они правы – исторически бюджеты телеканалов всегда были меньше, чем бюджеты платформ.

Вопрос цензуры хоть и присутствует – все эти законы номер 209 и тому подобные духовно-нравственные ограничения это конечно плохо, но на самом деле гораздо страшнее внутренняя самоцензура людей ответственных за соблюдение этих законов. Недавно моему приятелю сценаристу пришли комменты от одной из организаций, распределяющей невозвратное финансирование – комментарий заключался в следующем - «у вас в сценарии присутствуют русалки, у которых голая спина, это может быть расценено как 18+». Вот страшно это, а не сами законы которые принимаются.

Ну а остальном не все так плохо, по крайней мере любой кризис — это еще и оздоровление индустрии. Отвалятся все левые продакшны, которые налипли на бренное тело нашей индустрии в последние три года, будет меньше некомпетентных людей, называющих себя продюсерами и так далее. Надо только киношколам передать, чтобы кратно сократили набор студентов, чтобы не плодить безработицу. )

На днях Фонд Кино объявил проекты студий мейджоров – и хочется отметить, что помимо ДЕВЯТОЙ ПЛАНЕТЫ от СТВ и БИТВЫ МОТОРОВ от Кинослово/ЦПШ, все остальные проекты это все какой-то сказочно-комедийный винегрет.

То есть да, хорошо, что есть существует Фонд Кино и благодаря ему стакан нашей индустрии скорее наполовину полон, чем пуст. Если бы фонда не было у нас бы не было бы понятной экономики, нельзя было бы строить бизнес кейсы, планировать профит фильмов и так далее. Но, к сожалению, последние течения в нашей индустрии полностью отметают наличие в прокате любых фильмов выше 12+.

Причины понятны – если у вас фильм с рейтингом 18+, то за него не получится получить столько денег, сколько можно было бы получить если бы его рейтинг был 6+ или 12+. Телек не сможет его поставить в эфир раньше 23-00, соответственно рекламные слоты будут стоить сильно дешевле, и закупочная цена на фильм будет соответствующая, то есть кратно ниже. Также есть история с Пушкинской картой – туда лучше не нести фильмы выше 12+, так как у фильма с рейтингом 18+ гораздо больше шансов на несоответствие «культурно-просветительским» целям программы.

И здесь нет вины продюсеров, они, к сожалению, в данном случае являются заложниками ситуации, так как если ты сегодня придешь к дистрибутору с любым другим, фильмом, кроме как семейная комедия или сказка, тебе покрутят пальцем у виска и скажут «Ты че? Иди отсюда.» Это связано со многими факторами – во-первых люди уже боятся снимать что-то, что может кого-то обидеть и у фильма могут отобрать прокатное удостоверение. Во-вторых, недавно принятые законы о «духовно-нравственных ценностях», к сожалению, очень размывчато трактуются на местах и часто попадают под самоцензуру, нежели под определение закона.

Учитывая, сегодняшнюю конъектуру рынка, выход таких фильмов как БРАТ 2, ДУХЛЕСС, БУМЕР, СТИЛЯГИ просто был бы невозможен. Про ГРУЗ 200, я уже вообще молчу. А меж тем именно эти фильмы составляют золотую коллекцию новейшего российского кино.

Эти фильмы, на самом деле, не нарушают никакие законы, а даже наоборот полностью им соответствуют. Ведь именно в нашем культурном коде добро должно побеждать зло, а бандитов, совершающих преступления всегда ждет неминуемое наказание, каким добрым и хорошим этот бандит бы не был. Именно об этом Петр Буслов, в форме притчи, говорил в БУМЕРЕ 1 и еще больше в БУМЕРЕ 2. Это и есть наши нравственные ценности.

То же самое и с жанром хорроров – то, что протагонист борется с одержимом дьяволом демоном не является пропагандой сатанизма, а скорее наоборот. Нам нужно показывать добро на фоне зла, иначе мы не сможем отличать одно от другого.

Также не надо забывать о том, что в последние годы наша перегретая индустрия превратилась в бизнес по зарабатыванию денег, в то время как все вышеперечисленные мной фильмы делались настоящими романтиками, которые больше заботились о том, чтобы снять хороший фильм, нежели собрать как можно больше денег.

Что-то должно измениться.

Логичным шагом выглядит лоббирование многожанровости проектов, подаваемых на господдержку, самим Фондом Кино.

Ведь если мы и дальше будем кормить зрителя только безопасными комедиями и рафинированными сказками, мы просто сами себя стерилизуем как индустрию.

Великие фильмы рождаются не из страха, а из внутренней необходимости сказать что-то важное, пусть даже это кого-то заденет или разозлит. Пока продюсеры боятся лишнего слова в сценарии, а дистрибьюторы — одного неодобрительного взгляда сверху, у нас не будет нового БУМЕРА, СТИЛЯГ или ДУХЛЕССА. Мы превратимся в фабрику одноразового контента для галочки, забыв, что кино — это не только бизнес, но и искусство, и культурный инструмент. И чем быстрее мы это осознаем, тем больше шансов, что российское кино останется живым и конкурентноспособным.