Если вдруг вам интересно, чем я занимаюсь в свободное от каналоведения время...

...зацените игру Kaizen: A Factory Story, которую я переводила на русский!

Это очень прикольная головоломка про производство и автоматизацию от команды Zachtronics (кто знает, тот знает), действие которой происходит в Японии времён экономического чуда.

Вас ждут сараримэны, начальники, играющие в гольф, скандализирующие женщины в штанах, патинко и ёмикаи, обсуждения послевоенного дефицита, трёх священных сокровищ современности (телевизор, стиральная машина и холодильник) и того, станут ли суши когда-либо популярными за пределами Японии (герои склоняются к тому, что нет).

Ёросику онэгай итасимас! 🙇‍♂️

Многие люди, знакомые с японскими трехстишиями хайку исключительно по переводам, думают, что единственное правило хайку — ритм в 5-7-5 слогов. Это не так: в поэзии хайку правил не меньше, чем в европейской, просто они совершенно другие.

Одно из таких правил — наличие традиционного «сезонного слова» киго. Киго — это слово или словосочетание, указывающее на время года, о котором рассказывает хайку. Оно помогает создать атмосферу и мысленно перенести читателя в общее с поэтом пространство, напомнить ему летний зной и вкус арбуза или прохладное дуновение весеннего ветерка и запах свежей травы.

Это может быть название цветка, который расцветает ранней весной, животного или птицы, крики которых означают приход осени, сезонного природного явления — например, паводков или снегопада. Цветы сакуры, красный клён момидзи, спелая хурма, олени, карпы, хризантемы — киго.

Но кроме природных киго есть культурные: предметы быта, сезонная еда, праздники, социальные события и их атрибуты. Например, стол с жаровней котацу, десерт сакурамоти, новогоднее украшение кадомацу или полоски бумаги тандзаку, которые принято вешать на летний праздник Танабата.

Или шоколадки в День святого Валентина, пасхальные яйца или поход в KFC на Рождество: "шоколад", "Пасха" и "Рождество" — тоже киго.

Что? Да!

Несколько примеров (сезонное слово киго выделено):

呉服屋に　チヨコも売られて　二月来る
«Даже в текстиле продают шоколад — скоро февраль»

Уже скоро День святого Валентина, и прозорливые предприниматели начинают продавать шоколад буквально везде. 呉服屋 (я перевела словом «текстиль») — традиционная лавка, где торгуют тканями для пошива кимоно. Обычно шоколада там не бывает, но даже в этом оплоте традиционной культуры он внезапно появляется перед праздничным наплывом.


クリスマス　ケーキのビルが　灯つてる
«Свет в окнах — здание как рождественский торт»

Герой рождественским вечером идёт по улице и видит многоэтажку, в каждой из окон которой горит свет, и это напоминает ему щедро украшенный ярусный торт.
Тут интересно, что в Японии, где подавляющее большинство отмечает Рождество как абсолютно секулярный праздник, появилась своя традиция праздника — рождественские торты. Праздник ассоциируется именно с ними (и KFC).


バレンタイン　いつももらえる　母からね
«Всегда подарки на Валентинов день — от мамы…»

Это мне просто ужасно умилило. Шоколад на День святого Валентина дарят не только возлюбленным, но и друзьям, коллегам, членам семьи. Лирический герой сообщает, что он на праздник никогда не остается без своей шоколадки… А потом застенчиво добавляет, что её дарит мама.

Может показаться, что это какое-то возмутительное нововведение, но на самом деле винить/благодарить тут нужно ещё императора Мэйдзи, с лёгкой руки которого со второй половины XIX века в Японию полился поток западных товаров и концепций, а вместе с ним и слов, которыми эти товары и концепции назывались — «кафе», «пиво», «помидоры», «веранда», «инфлюэнца», «железная дорога».

Поскольку хайку живой жанр, он отразил изменения, которые произошли в жизни японцев: очень быстро начали появляться поэтические зарисовки, в которых лирический герой сидел не у старого пруда под кваканье лягушек, а на террасе с чашечкой кофе под звуки проходящего поезда (или там же умирал от испанки).

Но если слова «холера», «рельсы» или «газовая плита» не имеют чёткой привязки к сезону, «рождественская ёлка» или «пасхальные яйца» совершенно точно указывают на конкретное время года — ровно так же, как на это указывают атрибуты японского Нового года или Танабаты.

Если поэт пишет хайку про то, как он никак не может выбирать шоколад или не решается его подарить, совершенно очевидно, что действие происходит 14 февраля. «Шоколад» превращается в киго наравне с традиционными сакурой и красным клёном.

Ещё один неожиданный пример заимствованного сезонного слова — «регби». Слово «регби» в хайку считается указанием на зиму. Почему? Главные матчи высшей лиги традиционно играются зимой, поэтому регби превращается в символ сезона, наравне с ростками бамбука под шапкой снега способный передать уникальное зимнее настроение.


Такое вот интересное сочетание традиционной культуры с современностью, где место природы в сезонном цикле всё сильнее занимают культурные символы: люди узнают о приходе осени не по цвету листьев, а по обновлению меню в Starbucks (Pumpkin Spice Latte, кстати, хорошее киго).

И это не только про японцев. Вот знаете ли вы, например, какой месяц должно было бы символизировать цветение распространённого в Восточной Европе орляка? Спойлер: никакой, это папоротник.

鼻血ブー！

У вас же тоже было это каноничное событие в лоре анимешника, когда вы сидите впятером за ламповым монитором родителей, а сэмпай, принесший диски с пиратской нарутой, объясняет, что в Японии есть поверие, что при сексуальном возбуждении у мужиков идет кровь носом? 🥲

Пример выдуманный, все совпадения с реальными личностями и событиями случайные!!!


Но мне всегда было интересно, откуда у японцев взялась эта идея: народные поверия часто имеют под собой какую-то логику (логично-логичную или магично-логичную, но логику). Ну, обычно у людей так не бывает, думала я, но может, это какая-то симпатическая магия, и если при эрекции происходит движение крови в одну сторону, то с точки зрения народной анатомии она может пойти в другую (???)

Если вы тоже как и я хотите узнать ответ на этот вопрос, то должна вас разочаровать: его нет. Потому что в Японии нет поверия о том, что у возбуждённых мужчин из носа идёт кровь.

Этот гэг встречается в многих работах Таниоки, часто по нескольку раз в серии. Постепенно его начали использовать другие мангаки — изначально в качестве отсылки.

Но манга, как и в некотором смысле всё визуальное искусство, очень экономный жанр, который всегда стремится к упрощению смыслов за счёт создания символических обозначений (вот вы пойдите и объясните человеку, который никогда не видел манги, почему разомкнутый крестик на лбу у персонажа означает, что он в ярости).
И кровь, хлещущая из носа, будучи очень экономным символом, постепенно перестала быть отсылкой к конкретной шутке конкретного автора, и превратилась в жанровое упрощение наряду с капелькой пота на виске или заштрихованным «румянцем».
Ну а из манги очень логичным образом переползла в аниме.


Кровотечение из носа у персонажа, который видит что-то сексуальное, настолько вошло в визуальный лексикон манги, что у него даже появилось собственное название: 鼻血ブー (hanaji-buu), т. е. «кровотечение из носа со звуком бу-у».

«Бу» давно происходит не только у героев, но и у героинь манги, авторы обыгрывают, деконструируют и обстёбывают эту традицию, юные японцы в интернете спрашивают «А это правда, что кровь из носа пойдёт, если увидеть сиськи?», взрослые шутят, мол, «Опять кровит? Что, о бабах своих думаешь?»... а гайдзины рассказывают древние японские сказки о том, как в Японии есть поверие, что при сексуальном возбуждении у мужиков идёт кровь носом.

Дорогие читатели, у меня важный вопрос.

Скажите, пожалуйста, слышали ли вы когда-нибудь эту песню? Не обязательно именно в этом исполнении.

Проголосовавшие за «Нет» и «Мб?», если вы смотрите на 108 человек, уверенно тыкнувших в «Да», с завистливой мыслью, что на канале сидят настоящие знатоки джейпопа, с одного плевка узнавшие песню «Печальный ангел» Саори Минами из альбома «Мелодия морского ветра», вышедшего в 1971 году, попробуйте включить песню, дождаться припева и напеть под его мелодию следующий текст:

Дорогой длинною, да ночкой лунною,
Да с песней той, что в даль летит, звеня,
Да со старинною, да семиструнною,
Что по ночам так мучила меня.
 
Если даже после этого у вас не появилось желание прокатиться на тройке с бубенцами, бригада поясняет.
Песня положена на мелодию «Дорогой длинною» — одного из самых известных русских романсов начала прошлого века, популярного в среде Белой эмиграции. Что не удивительно: в песне автор с печалью ностальгирует о поездке на «тройке с бубенцами», через это вспоминая навсегда ушедшее прошлое, потерянную любовь и утраченный пыл молодости.


Но как «Дорогой длинною» превратилась в «Печального ангела»?

В 60-х годах Джин Раскин — потомок русских эмигрантов, написал новый текст на английском — Those Were the Days («Вот это были деньки!»), ориентируясь на печально-ностальгирующее настроение песни. В его версии героиня предаётся ностальгии в кабаке, где она когда-то выпивала со своим другом, но спустя много лет и кабак, и она сама безвозвратно изменились.

Однажды эту песню в исполнении Раскина услышал один малоизвестный гитарист Пол Маккартни и заснайпил её для своего лейбла. Those Were the Days вышла в 1968 году в исполнении Мэри Хопкин и в клочья порвала все чарты по всему миру. В результате вышли сотни каверов, в том числе — на японском.

И знаете что? Когда я полезла искать этот японский кавер, я с интересом узнала, что существует как минимум четыре разных перевода песни на японский, две из которых официальные, и один из которых вошёл в учебники музыки для средней школы, а ещё один поёт совершенно безумный человек и мой новый краш…

Больше всего в этой истории нравится, что на всех этапах текст не переводили, а сочиняли заново, основываясь на общем вайбе оригинала: Раскин придумал свою версию ностальгии о утерянной молодости, и точно так же в 1969 году поступил Кэндзи Садзанами — автор текста «Печального ангела».

В версии Садзанами героиня бредёт по промозглому городу, и ноги сами приводят её на площадь из её прошлого. В её голове вспыхивают воспоминания о весеннем ветре, пении птиц и о тёплых руках, когда-то обнимавших её. Она стоит на холодном ветру и думает о течении времени: о том, что ей уже не вернуть любимые улыбку и голос — как и не вернуться в свою молодость.

Именно вариант Садзанами был в первом посте.

А в 2000-х Фурю Акико написала на ту же мелодию «Сезон цветов».

Текст одновременно ближе к русскому варианту и дальше от него: Фурю возвращает в песню многие элементы «Дорогой длинною» (первый куплет даже начинается со строчки «Ехала карета в долгий путь»), но при этом теряется горечь ностальгии.
В «Сезоне цветов» куплеты спорят с припевом: в куплетах запряжённый лошадьми экипаж едет по тихому зимнему лесу, и путешественник думает о ожидающей его долгой дороге, в припеве — он вспоминает? предвкушает? приход весны, когда утреннее солнце зальёт город и запоют ласточки, возвещая сезон цветов.

В качестве «Сезона цветов» Фурю Акико романс вошёл в учебник музыки для школьников. Именно поэтому на ютубе можно найти горы профессиональных и любительских видео, где японцы поют и играют песню на всех инструментах, от синтезатора до окарины.

От этого великолепия так и просится альтернативный таймлайн, в котором центр белоэмигрантского движения был в Канто!

Прикладываю к посту «Сезон цветов» в исполнении Митосэ Норико.

А ещё у песни «Сезон цветов» есть альтернативный авторский текст Йоко Бэппу, тоже на мотив «Дорогой длинною» и который тоже называется «Сезон цветов», но при этом больше похож на художественный перевод английской версии Those Were the Days, впитавший в себя все остальные варианты текста: у Бэппу героиня вспоминает о сезоне цветов и любви и неком кафе на задворках, где она когда-то встречалась с неким иностранцем, но та пора давно прошла…


Но знаете, что самое забавное? По-моему, самый духовно верный перевод романса сделал некий Амита Хатидори (на фото), перепевающий мировую фолк-классику типа Soon May the Wellerman Come, безумно сверкая глазами и размахивая ногами в сетчатых чулках.

Сам Хатидори описывает себя словами dark cabaret chanson singer. Я бы описала его по-другому: это выросший сын ребецин Лии Калиш от доктора Фрэнка Н. Фертера, который пошёл в шоу-бизнес, и теперь я хочу быть его женой (но согласна на роль главной наложницы).
Делайте с этим знанием все, что хотите.

Итак, версия Амиты Хатидори!

Я так впечатлилась, что сделала для вас подстрочник (плохой), чтобы можно было в полной мере насладиться видео.
Серьёзно, просто сравните его с текстом «Дорогой длинною»: тут вам и тоска, и тройка, уезжающая в дорогу длинную, и огоньки мелькают, и ночи они жгли, и семиструнная, что мучала меня ❤️‍🔥

Вижу вдали огоньки уезжающей повозки,
И вот я снова один.
Ты исчезла, оставив позади
Лишь моё скованное льдом сердце.

Настанут сумерки, и я возьму гитару.
И воспоминания польются вместе с кровью.
Играй же, гитара-мучительница,
Чтобы утолить моё сердце.

О, как когда-то горели наши ночи,
Но теперь даже песня не звучит.
Ничего у меня больше не осталось —
Только моё сожжённое дотла сердце.

Настанут сумерки, и я возьму гитару.
И воспоминания польются вместе с кровью.
Играй же, гитара-мучительница,
Чтобы утолить моё сердце.

P. S.
Если вы верный подписчик «Клюквы» с 2017 года (ебать олды в чате, конечно), то я уверена, у вас в голове крутится главный вопрос: пел ли «Дорогой длинною» легендарный коллектив «Поляночка» под руководством Фрунзе Синохары?
Что за глупые вопросы? Конечно, пел! На второй минуте, кстати, солист переходит на японский и поёт куплет и припев «Печального ангела».

Я часто спрашиваю себя, должно ли мне быть стыдно, что при просмотре видео «Поляночки» (особенно тех, где солирует чувак, рандомно начинающий посреди песни размахивать катаной) я всегда вспоминаю сцену аудирования на роль Адольфа Гитлера из «Продюсеров»? Думаю, должно.
Haben Sie gehört das japanische Band, господа?

Только что поняла, что товарищ Фрунзе уже шесть лет ничего не постит. Надеюсь, у него все хорошо :(

P. P. S.
Во время изучения вопроса я нашла восхитительное исполнение культовой песни «Мурка» на японском от моего будущего мужа Амита Хатидори (💖) с идеально безумным музыкальным клипом и решила, что не готова скрывать от вас это интернет-сокровище.

Все хором!
Мууууркааааа, каваи омаэ нииииии,
Муууууркаааа, това но саёнараааа!