Рекомендуем пакетом: и интервью со Свердлиным, и рассылку коллег из «24», и, разумеется, грядущую книгу Гриши.
👍2
Forwarded from 24. Книги и кино нового времени
Вы наверняка слышали про Григория Свердлина. Много лет он был директором одной из самых харизматических российских НКО — «Ночлежки», помогающей бездомным, а после 24 февраля эмигрировал и запустил проект «Идите лесом», цель которого — помочь как можно большему числу россиян избежать участия в войне. В результате Свердлина признали «иноагентом», объявили в розыск и заочно приговорили к 6 годам колонии по делу о «военных фейках». Сейчас при поддержке StraightForward Foundation он пишет книгу о своей нелинейной личной и профессиональной истории, она выйдет в издательстве «Медузы».
Публикуем отрывок из этого интервью. Полностью его можно будет прочесть 15 февраля в ежемесячной рассылке платформы 24. Если вы на нее не подписаны, не забудьте сделать это здесь.
✽ ✽ ✽
«Есть ощущение, что многие эмигранты, которые уехали после начала войны, разочаровываются в своем российском опыте и хотят подвести под ним черту — мне кажется, это понятная штука, связанная с крушением надежд. Как в стихотворении Георгия Иванова: «Был целый мир — и нет его».
Вот действительно — был целый мир, его больше нет, и появляется соблазн — какая-то психологическая защита — решить, что все зря, мы в ту сторону не смотрим, не оглядываемся. Это понятная мне позиция, но не близкая. Я как раз не считаю, что все было зря.
Я уже много лет сижу на игле осмысленной деятельности, в которую верю и которая мне интересна… и мне кажется, что если заниматься тем, чем я занимаюсь, оптимизм становится частью должностной инструкции. Невозможно затевать какой-то благотворительный проект или проект «Идите лесом» как стратегию гражданского сопротивления и не верить, что у тебя что-то получится.
Мне хочется верить, что книжка тоже будет транслировать мой оптимистичный взгляд на мир. Но при этом я понятия не имею, как она будет читаться на самом деле. Автор-то, как мы знаем, может хотеть написать все, что угодно, а люди прочтут все равно каждый что-то свое, так и должно быть. Если на кого-то эта книжка вдруг окажет терапевтический эффект, это будет прямо здорово. Но я на такое не замахиваюсь, мне бы самому разобраться.
Та трагедия и та травма, которые мы все проживаем, они научили нас жить без будущего — со всеми плюсами и минусами такого подхода. И это будущее у меня, кажется, только начинает как-то отрастать обратно. Мне кажется, тот опыт и та квалификация, которые у меня есть, могут помочь и в других странах и каким-то другим людям, которые в беде».
✽ ✽ ✽
Подписывайтесь на рассылку 24, чтобы не пропустить анонсы новых книг, интервью с их авторами и другие материалы о неподцензурной литературе нашей новой эпохи.
Публикуем отрывок из этого интервью. Полностью его можно будет прочесть 15 февраля в ежемесячной рассылке платформы 24. Если вы на нее не подписаны, не забудьте сделать это здесь.
✽ ✽ ✽
«Есть ощущение, что многие эмигранты, которые уехали после начала войны, разочаровываются в своем российском опыте и хотят подвести под ним черту — мне кажется, это понятная штука, связанная с крушением надежд. Как в стихотворении Георгия Иванова: «Был целый мир — и нет его».
Вот действительно — был целый мир, его больше нет, и появляется соблазн — какая-то психологическая защита — решить, что все зря, мы в ту сторону не смотрим, не оглядываемся. Это понятная мне позиция, но не близкая. Я как раз не считаю, что все было зря.
Я уже много лет сижу на игле осмысленной деятельности, в которую верю и которая мне интересна… и мне кажется, что если заниматься тем, чем я занимаюсь, оптимизм становится частью должностной инструкции. Невозможно затевать какой-то благотворительный проект или проект «Идите лесом» как стратегию гражданского сопротивления и не верить, что у тебя что-то получится.
Мне хочется верить, что книжка тоже будет транслировать мой оптимистичный взгляд на мир. Но при этом я понятия не имею, как она будет читаться на самом деле. Автор-то, как мы знаем, может хотеть написать все, что угодно, а люди прочтут все равно каждый что-то свое, так и должно быть. Если на кого-то эта книжка вдруг окажет терапевтический эффект, это будет прямо здорово. Но я на такое не замахиваюсь, мне бы самому разобраться.
Та трагедия и та травма, которые мы все проживаем, они научили нас жить без будущего — со всеми плюсами и минусами такого подхода. И это будущее у меня, кажется, только начинает как-то отрастать обратно. Мне кажется, тот опыт и та квалификация, которые у меня есть, могут помочь и в других странах и каким-то другим людям, которые в беде».
✽ ✽ ✽
Подписывайтесь на рассылку 24, чтобы не пропустить анонсы новых книг, интервью с их авторами и другие материалы о неподцензурной литературе нашей новой эпохи.
❤13
— Мне понравилась неожиданная аналогия, которую вы проводите между походом Вернера Херцога из Мюнхена в Париж и походом шамана в Москву. Я думал, что поход шамана в каком-то смысле похож на возвращение Солженицына, который через всю Россию с востока на запад двигался. Правда, на поезде, но такая же была мистическая процедура. А вот сравнение с Херцогом мне не приходило в голову.
— Вера в то, что монотонным движением можно что-то изменить, объединяет Габышева и Вернера Херцога
– Вернер Херцог тут не единственная параллель. Есть еще история с Махатмой Ганди, есть еще параллель, которую часто вспоминают, – это история Форреста Гампа. Херцог шел не просто так, он шел с определенной целью, и цель у него была мистическая. Своим пешим походом из Мюнхена в Париж он хотел спасти от смерти Лотту Айснер. Это такой знаменитый деятель немецкого кино, которая жила в Париже, и она находилась при смерти. Он верил, что этим пешим походом сможет ее спасти. В конечном итоге так и получилось. Его личная персональная магия сработала в этом случае. Вот эта вера в то, что монотонным, тяжелым, утомительным движением можно что-то изменить, объединяет Габышева и Вернера Херцога.
— И есть еще одна кинематографическая аналогия, которую вы упоминаете. Это фильм Дэвида Линча "Простая история".
— Да. Вообще, мне кажется, это такой вечный сюжет. Сюжет путешествия, сюжет движения, когда нужно из точки А попасть в точку Б, и что-то при этом меняется. Во многих культурах этот сюжет большую роль играет. Можно найти массу античных параллелей и средневековых, и каких угодно. Сюжет дороги – он вечный.
— Путешествие Одиссея хотя бы.
— Да. Вот поэтому книгу я пытался делать в форме тревелога. Это книга путешествий, книга движения, даже когда это движение и это путешествие осуществляется не по воле самого героя.
Дмитрий Волчек поговорил для «Радио Свобода» с Михаилом Башкировым про его книгу «Озарения молнии», редких пассионариев, дружбу с Александром Габышевым и шаманский мир.
— Вера в то, что монотонным движением можно что-то изменить, объединяет Габышева и Вернера Херцога
– Вернер Херцог тут не единственная параллель. Есть еще история с Махатмой Ганди, есть еще параллель, которую часто вспоминают, – это история Форреста Гампа. Херцог шел не просто так, он шел с определенной целью, и цель у него была мистическая. Своим пешим походом из Мюнхена в Париж он хотел спасти от смерти Лотту Айснер. Это такой знаменитый деятель немецкого кино, которая жила в Париже, и она находилась при смерти. Он верил, что этим пешим походом сможет ее спасти. В конечном итоге так и получилось. Его личная персональная магия сработала в этом случае. Вот эта вера в то, что монотонным, тяжелым, утомительным движением можно что-то изменить, объединяет Габышева и Вернера Херцога.
— И есть еще одна кинематографическая аналогия, которую вы упоминаете. Это фильм Дэвида Линча "Простая история".
— Да. Вообще, мне кажется, это такой вечный сюжет. Сюжет путешествия, сюжет движения, когда нужно из точки А попасть в точку Б, и что-то при этом меняется. Во многих культурах этот сюжет большую роль играет. Можно найти массу античных параллелей и средневековых, и каких угодно. Сюжет дороги – он вечный.
— Путешествие Одиссея хотя бы.
— Да. Вот поэтому книгу я пытался делать в форме тревелога. Это книга путешествий, книга движения, даже когда это движение и это путешествие осуществляется не по воле самого героя.
Дмитрий Волчек поговорил для «Радио Свобода» с Михаилом Башкировым про его книгу «Озарения молнии», редких пассионариев, дружбу с Александром Габышевым и шаманский мир.
🔥14👍2
МВД.Наркопропаганда.pdf
17.6 MB
В руки StraightForward попало письмо в Российский книжный союз из управления по контролю за оборотом наркотиков, рекомендующее взять на заметку составленный подведомственными экспертами словарь сленга наркопотребителей, чтобы не допускать появление произведений с этими словами в печати. К письму прилагается методичка, которой мы решили поделиться с вами, поскольку это отдельное произведение искусства и квинтэссенция русской версии “War on drugs”. Наслаждайтесь.
В списке около 800 слов, взятых из 15 тематических справочников, одного автореферата и словаря Ожегова (!). Почти половина статей и книг, на которых опирается методичка, относятся к 2010-м годам, 40% — к нулевым и девяностым, и есть несколько сравнительно новых источников, на что указывают цитаты из песен Big Baby Tape, Макана, Thrill Pill и других ньюскул-рэперов. Не будем занимать место подробным разбором корректности методички, лучше отметим, что в химере, слепленной сотрудниками Нальчикского филиала краснодарского университета МВД, как в зеркале отражается наркофобная политика последних 35 лет — от откровенного непонимания предмета и навязчивой дидактичности 1990-х (чего стоит сыпучий (!) наркотический напиток «пинталин», явно придуманный ради хохмы в кабинете у дяденьки-эксперта и так и кочующий из одного служебного документа в другой) до антикультурной паранойи 2020-х, видящей пропаганду наркоупотребления в словах вроде «угар» и «щериться».
В списке около 800 слов, взятых из 15 тематических справочников, одного автореферата и словаря Ожегова (!). Почти половина статей и книг, на которых опирается методичка, относятся к 2010-м годам, 40% — к нулевым и девяностым, и есть несколько сравнительно новых источников, на что указывают цитаты из песен Big Baby Tape, Макана, Thrill Pill и других ньюскул-рэперов. Не будем занимать место подробным разбором корректности методички, лучше отметим, что в химере, слепленной сотрудниками Нальчикского филиала краснодарского университета МВД, как в зеркале отражается наркофобная политика последних 35 лет — от откровенного непонимания предмета и навязчивой дидактичности 1990-х (чего стоит сыпучий (!) наркотический напиток «пинталин», явно придуманный ради хохмы в кабинете у дяденьки-эксперта и так и кочующий из одного служебного документа в другой) до антикультурной паранойи 2020-х, видящей пропаганду наркоупотребления в словах вроде «угар» и «щериться».
🤯21🔥9😐4👍3🆒1
Есть и ситуации категории life imitates art — например, проникновение очевидно придуманных слов из изданных в начале нулевых книг. Например, из перевода «Голого завтрака» Виктора Когана в методичку проникла загадочная «гатоустрица», в поздних изданиях книги замененная на «настойку» (в оригинальном тексте Берроуза — PG, сокращение от paregoric, камфорной настойки опия). Никаких других текстов, содержащих «гатоустрицу», не существует — возможно, это только пока, ведь собранный воедино материал очевидно напрашивается на изложение в виде абсурдного радиоспектакля или экспериментального хип-хоп-альбома в духе 2H Company. Примеры из текста:
— Иванов решил заработать на продаже беленькой и был задержан полицией;
— Виталя давно подсел на бешенку и пребывал от нее в состоянии эйфории;
— Альяжев подсадил своего друга на благородный;
— После отмены блестящих Салин впал в затяжную депрессию;
— Они вызвали такси и отправились на блюдце;
— Ильясов убеждал жену, что божья коровка безвредна.
Литературный мир тоже не обошелся без своих представителей в списке — по мнению экспертов Университета МВД, особые подозрения у издательств должны вызывать слова «читать» и «текстовый», так как они, безусловно, подразумевают что-то связанное с наркотиками. Впрочем, если это даже и повод для смеха, то для очень нервного — напомним, что поправки, ужесточающие закон о запрете пропаганды наркотиков, вступают в силу уже 1 марта и предполагают наказание вплоть до уголовного.
О чем говорит этот документ? Что юридические отделы больших издательств нуждаются в хоть каких-то направляющих, даже бредовых, чтобы понимать, какие книги на складе уже «фонят». Собственно, российские издатели уже вовсю потрошат свои каталоги, выискивая книги, в которых «наркотики составляют оправданную жанром неотъемлемую часть художественного замысла», чтобы поставить предупреждение о вреде запрещенных веществ на обложку, а в тех, где жанр не оправдывает, — изымать те самые части или снимать с продажи. Учитывая количество книг в бэк-каталогах больших издательств, методичка ГУНК МВД действительно нужна, но вот только применять ее будут не люди, а большие языковые модели, ищущие запрещенку в книгах по заданным промптам. C поиском и определением контекста они справляются сравнительно неплохо, хотя бывают и ошибки, когда слово «трава» в значении той, что растет у дома, провоцирует алгоритм, а слово «крокодил» в значении дезоморфина — нет, но это в случае с нонфикшн- и несложными текстами. В серой зоне художественной литературы алгоритму приходится куда сложнее, но все равно не так, как редакторам, которым приходится отстаивать живое слово поперек написанного машиной заключения. Можно предположить и то, что эти слова — в красном списке тех, кто мониторит комментарии открытых сообществ или чаты.
«Практическая значимость и прикладной характер справочника заключается в том, что планируется его дальнейшее использование… экспертами и специалистами при проведении экспертиз и специальных исследований в области лингвистики, психологии, наркологической безопасности, маркетинга и в других сферах знаний»
От экспертов, проводящих экспертизы в области наркологической безопасности (уф!), ускользнул лишь один маленький нюанс: язык — это живой организм, его способность творить новые шифры и подспудные смыслы, раскрываемые только в контексте, невозможно недооценивать.
В этом смысле подобные справочники — это всегда попытка арестовать радугу, и если кто-то еще и говорит «экскурсия» имея в виду вылазку за веществами, то значит, скоро уже не будет.
— Иванов решил заработать на продаже беленькой и был задержан полицией;
— Виталя давно подсел на бешенку и пребывал от нее в состоянии эйфории;
— Альяжев подсадил своего друга на благородный;
— После отмены блестящих Салин впал в затяжную депрессию;
— Они вызвали такси и отправились на блюдце;
— Ильясов убеждал жену, что божья коровка безвредна.
Литературный мир тоже не обошелся без своих представителей в списке — по мнению экспертов Университета МВД, особые подозрения у издательств должны вызывать слова «читать» и «текстовый», так как они, безусловно, подразумевают что-то связанное с наркотиками. Впрочем, если это даже и повод для смеха, то для очень нервного — напомним, что поправки, ужесточающие закон о запрете пропаганды наркотиков, вступают в силу уже 1 марта и предполагают наказание вплоть до уголовного.
О чем говорит этот документ? Что юридические отделы больших издательств нуждаются в хоть каких-то направляющих, даже бредовых, чтобы понимать, какие книги на складе уже «фонят». Собственно, российские издатели уже вовсю потрошат свои каталоги, выискивая книги, в которых «наркотики составляют оправданную жанром неотъемлемую часть художественного замысла», чтобы поставить предупреждение о вреде запрещенных веществ на обложку, а в тех, где жанр не оправдывает, — изымать те самые части или снимать с продажи. Учитывая количество книг в бэк-каталогах больших издательств, методичка ГУНК МВД действительно нужна, но вот только применять ее будут не люди, а большие языковые модели, ищущие запрещенку в книгах по заданным промптам. C поиском и определением контекста они справляются сравнительно неплохо, хотя бывают и ошибки, когда слово «трава» в значении той, что растет у дома, провоцирует алгоритм, а слово «крокодил» в значении дезоморфина — нет, но это в случае с нонфикшн- и несложными текстами. В серой зоне художественной литературы алгоритму приходится куда сложнее, но все равно не так, как редакторам, которым приходится отстаивать живое слово поперек написанного машиной заключения. Можно предположить и то, что эти слова — в красном списке тех, кто мониторит комментарии открытых сообществ или чаты.
«Практическая значимость и прикладной характер справочника заключается в том, что планируется его дальнейшее использование… экспертами и специалистами при проведении экспертиз и специальных исследований в области лингвистики, психологии, наркологической безопасности, маркетинга и в других сферах знаний»
От экспертов, проводящих экспертизы в области наркологической безопасности (уф!), ускользнул лишь один маленький нюанс: язык — это живой организм, его способность творить новые шифры и подспудные смыслы, раскрываемые только в контексте, невозможно недооценивать.
В этом смысле подобные справочники — это всегда попытка арестовать радугу, и если кто-то еще и говорит «экскурсия» имея в виду вылазку за веществами, то значит, скоро уже не будет.
🤯21🔥11👾5😐4💔1
На днях Международную Ассоциацию Мемориал признали в России «нежелательной», и мы, по такому случаю, хотим напомнить, что книга Сергея Бондаренко, наоборот, рассказывает о Мемориале, который нужен всем — и прочитать ее можно бесплатно. Вот что говорит о ней автор: «Моя книга о мемориальском движении — а, как говорил Эбби Хоффман, “движение — это то, что движется”. И движение это, вообще-то, старше, чем российское государство — так что не они создали, не им и запрещать».
Присоединяемся.
Присоединяемся.
❤21👍3🔥1🥰1👾1
Forwarded from я просто текст
Сегодня четыре года войны. И сегодня в Петербурге хоронят Колю Комягина. Черный, черный, беспросветный день.
И я не знаю, как еще бороться с этим мраком, кроме как вглядываться в него, распутывать, устанавливать причинно-следственные связи, разбираться, пытаться понять, но не принять. Поэтому сегодня я напишу здесь о новой книжке, которую мы сделали в StraightForward. Точнее, она не совсем новая — уже вовсю продается и фигурирует в топах продаж. Но я свой экземпляр обрел только на прошлой неделе, а себе положил странное правило: не писать, пока не подержишь книгу в руках.
Речь о книге Саши Прокопенко «Соучастники. Почему российская элита выбрала войну». Хочется о ней сказать три вещи.
Первая. Даже находясь внутри, в моменте, в настоящем продолженном, четыре года войны иногда представляются каким-то единым тяжелым монолитом, которым мы все придавлены. На деле это, конечно, не так — и внутри этих четырех лет есть разные периоды, разные моменты, разные точки флуктуаций, которые так или иначе меняют и взгляд на происходящее, и то, как люди — включая эти самые элиты — к нему приспосабливаются. Книжка «Соучастники» — это скрупулезный разбор первых двух с половиной лет этой войны, от ее преддверия до президентских выборов 2024 года. Саша очень внимательно показывает, как менялись реакции российских нобилей (это предложенный в книжке термин для российского правящего класса, высшие чиновники плюс аффилированные с ними бизнесмены, грубо говоря), как они проходили через разные стадии принятия — от растерянного шока к деловитому равнодушию, а местами и к энтузиазму. Это полезное упражнение, которое напоминает нам о том, что человек совершает выбор — в том числе моральный — в каждой точке своего бытия, а не раз и навсегда.
Вторая. Конечно, это упражнение в жанре «посмотри в глаза чудовищ». Речь в книге идет о всех тех людях, которые приняли войну и теперь работают на ее воспроизводство. Даже если их первой внутренней реакцией был шок, на уровне конкретных действий они продолжают работать свою работу, в том числе если она напрямую приводит к убийствам и репрессиям. Важно, что Саша не просто описывает, как это происходит, с максимально близкого расстояния (авторка книги работала в правительственном пуле и в Центробанке, так что источники тут самые настоящие), она еще и анализирует социально-психологические механизмы, которые задействованы в том, как ведут себя эти люди и какие стратегия взаимодействия с реальностью они выбирают. У книги есть валидный научный аппарат, основанный на социальных исследованиях; ее первым вариантом подзаголовка был «Моральная карьера российской элиты» — вот изгибы этой моральной карьеры тут хорошо показаны. И это очень поучительно — хотя бы как пример того, куда ни в коем случае не хочется влипнуть. В этом смысле для читателей внутри России книжка кажется особенно важной, я надеюсь, что она до них доходит и будет доходить.
НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ГОРБАЧЕВЫМ АЛЕКСАНДРОМ ВИТАЛЬЕВИЧЕМ ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ГОРБАЧЕВА АЛЕКСАНДРА ВИТАЛЬЕВИЧА 18+
И третья. Как и «Храм войны» Ильи Венявкина, с которой «Соучастников» вообще что-то роднит, эта книга важна не только для прошлого, но и для будущего. И нет, я не про идею, что, глубоко поняв какой-то феномен, мы можем избежать его воспроизводства в каком-то светлом будущем; нет, я не очень верю в то, что это так работает. Наоборот даже: если что эти книги и показывают, так это то, что надеяться на смерть Путина как горизонт радикальных изменений в ту сторону, которая мне / нам кажется лучшей, не очень есть основания. Система устроена под дальнейшую репродукцию. Это неутешительно, но как минимум позволяет калибровать собственные ожидания и планы.
И еще важный момент, уже из области выходных данных. Я выпускал эту книгу как главный редактор, но редактурой ее занимался — и преотлично — Карл Рамаль. Спасибо ему за это. Читайте «Соучастников», ее можно купить на разных сайтах в интернете — в том числе тех, которые доставят книгу в Россию.
И я не знаю, как еще бороться с этим мраком, кроме как вглядываться в него, распутывать, устанавливать причинно-следственные связи, разбираться, пытаться понять, но не принять. Поэтому сегодня я напишу здесь о новой книжке, которую мы сделали в StraightForward. Точнее, она не совсем новая — уже вовсю продается и фигурирует в топах продаж. Но я свой экземпляр обрел только на прошлой неделе, а себе положил странное правило: не писать, пока не подержишь книгу в руках.
Речь о книге Саши Прокопенко «Соучастники. Почему российская элита выбрала войну». Хочется о ней сказать три вещи.
Первая. Даже находясь внутри, в моменте, в настоящем продолженном, четыре года войны иногда представляются каким-то единым тяжелым монолитом, которым мы все придавлены. На деле это, конечно, не так — и внутри этих четырех лет есть разные периоды, разные моменты, разные точки флуктуаций, которые так или иначе меняют и взгляд на происходящее, и то, как люди — включая эти самые элиты — к нему приспосабливаются. Книжка «Соучастники» — это скрупулезный разбор первых двух с половиной лет этой войны, от ее преддверия до президентских выборов 2024 года. Саша очень внимательно показывает, как менялись реакции российских нобилей (это предложенный в книжке термин для российского правящего класса, высшие чиновники плюс аффилированные с ними бизнесмены, грубо говоря), как они проходили через разные стадии принятия — от растерянного шока к деловитому равнодушию, а местами и к энтузиазму. Это полезное упражнение, которое напоминает нам о том, что человек совершает выбор — в том числе моральный — в каждой точке своего бытия, а не раз и навсегда.
Вторая. Конечно, это упражнение в жанре «посмотри в глаза чудовищ». Речь в книге идет о всех тех людях, которые приняли войну и теперь работают на ее воспроизводство. Даже если их первой внутренней реакцией был шок, на уровне конкретных действий они продолжают работать свою работу, в том числе если она напрямую приводит к убийствам и репрессиям. Важно, что Саша не просто описывает, как это происходит, с максимально близкого расстояния (авторка книги работала в правительственном пуле и в Центробанке, так что источники тут самые настоящие), она еще и анализирует социально-психологические механизмы, которые задействованы в том, как ведут себя эти люди и какие стратегия взаимодействия с реальностью они выбирают. У книги есть валидный научный аппарат, основанный на социальных исследованиях; ее первым вариантом подзаголовка был «Моральная карьера российской элиты» — вот изгибы этой моральной карьеры тут хорошо показаны. И это очень поучительно — хотя бы как пример того, куда ни в коем случае не хочется влипнуть. В этом смысле для читателей внутри России книжка кажется особенно важной, я надеюсь, что она до них доходит и будет доходить.
НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ГОРБАЧЕВЫМ АЛЕКСАНДРОМ ВИТАЛЬЕВИЧЕМ ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ГОРБАЧЕВА АЛЕКСАНДРА ВИТАЛЬЕВИЧА 18+
И третья. Как и «Храм войны» Ильи Венявкина, с которой «Соучастников» вообще что-то роднит, эта книга важна не только для прошлого, но и для будущего. И нет, я не про идею, что, глубоко поняв какой-то феномен, мы можем избежать его воспроизводства в каком-то светлом будущем; нет, я не очень верю в то, что это так работает. Наоборот даже: если что эти книги и показывают, так это то, что надеяться на смерть Путина как горизонт радикальных изменений в ту сторону, которая мне / нам кажется лучшей, не очень есть основания. Система устроена под дальнейшую репродукцию. Это неутешительно, но как минимум позволяет калибровать собственные ожидания и планы.
И еще важный момент, уже из области выходных данных. Я выпускал эту книгу как главный редактор, но редактурой ее занимался — и преотлично — Карл Рамаль. Спасибо ему за это. Читайте «Соучастников», ее можно купить на разных сайтах в интернете — в том числе тех, которые доставят книгу в Россию.
👍13❤5💔5
The Insider опубликовал фрагмент книги, рассказывающий об аресте Александра Габышева:
«Позже на суде росгвардеец, непосредственно командовавший арестом, с ужасающей простотой признался: „Мы знали, что Габышев одарённый и общественный, поэтому решили не убивать“».
В «Горьком» вышла рецензия эксперта по потусторонним делам Романа «Мутагена» Королева:
«Книга Башкирова представляет собой весьма занимательное исследование, которое, не ограничиваясь портретами самого Габышева и его сподвижников, предлагает читателю задуматься над целым сонмом связанных с этим путешествием материй: отношениями между верой и безумием, „глубинным народом“ и властью, совокупностью непохожих друг на друга частей и единым государством Россия, которое они образуют».
На сайте «Люди Байкала» — интервью с Михаилом:
«Габышев не совсем юродивый в общепринятом понимании. Это человек, скорее, юродствующий. Человек, который берёт модель поведения, уже существующую в православной культуре. И главная её особенность, как я понимаю, — это отрицание общественных и религиозных норм. Позиция юродствующего — вне общества, вне церкви. И это даёт ему возможность свободы действий».
И два читательских отзыва (хотя в каком-то смысле и писательских тоже): один — от Сергея Корнеева:
«Я, в целом, хотел написать про книгу много. А потом подумал: ну чего тут рассказывать? … Книга очень простая. Как просто и верно всё сказанное в ней».
И другой — Арена Ваняна:
«У этой книги много достоинств, но главная — драматургия. Башкиров блестяще проработал рассказ о шамане. Сначала тебе кажется, что это развлекательное роуд-муви с социальным портретом регионов. Потом — что это анализ современной карательной психиатрии. Затем, когда узнаёшь о снисходительном отношении к шаману государственных и оппозиционных политиков, медиа и даже академического сообщества, — что это история о колониальной стигматизации якутов, их традиций, в том числе шаманизма».
Присоединяйтесь.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
The Insider
Изгнать демона. Фрагмент из книги «Правдивая история шамана Александра Габышева»
В издательстве «Бабель» вышла книга этнографа и антрополога Михаила Башкирова «Озарения молнии. Правдивая история шамана Александра Габышева, который хотел, но не смог изгнать демона из Кремля». Автор сопровождал Габышева во время его знаменитого похода на…
❤9👍2💔1
⛪️ 🪖Как Русская православная церковь стала органической частью путинского режима — а затем и войны?
Фонд StraightForward и издательство Vidim Books советуют лекцию и книгу исследовательницы религии Ксении Лученко, которые помогут разобраться в эволюции института церкви за последние 40 лет.
В рамках онлайн-лекции в Vidim Talks «Священный язык войны: как религиозные нарративы легитимируют насилие» 24 марта Ксения Лученко расскажет, как РПЦ встроила войну в свою систему ценностей и обросла сакральной военной риторикой — а также какие библейские и исторические сюжеты она использует сегодня для оправдания убийств. Регистрация на встречу бесплатная, на сайте Vidim Books.
А в своей книге «Благими намерениями. Русская православная церковь и власть от Горбачева до Путина» Ксения Лученко на конкретных примерах прослеживает, как церковь из символа новообретенной свободы конца 80-ых превратилась в активную властную структуру, полностью разделяющую политический курс российского государства.
Фонд StraightForward и издательство Vidim Books советуют лекцию и книгу исследовательницы религии Ксении Лученко, которые помогут разобраться в эволюции института церкви за последние 40 лет.
В рамках онлайн-лекции в Vidim Talks «Священный язык войны: как религиозные нарративы легитимируют насилие» 24 марта Ксения Лученко расскажет, как РПЦ встроила войну в свою систему ценностей и обросла сакральной военной риторикой — а также какие библейские и исторические сюжеты она использует сегодня для оправдания убийств. Регистрация на встречу бесплатная, на сайте Vidim Books.
А в своей книге «Благими намерениями. Русская православная церковь и власть от Горбачева до Путина» Ксения Лученко на конкретных примерах прослеживает, как церковь из символа новообретенной свободы конца 80-ых превратилась в активную властную структуру, полностью разделяющую политический курс российского государства.
2❤12👍6🔥4👎2
Фонд поддержки документальной литературы StraightForward объявляет опен-колл для желающих написать смелую нонфикшн-книгу о современной России.
Этот опен-колл предназначен только для авторов из России. Заявку на книгу можно отправить до 6 мая через защищенную форму на сайте. Отобранные Редакционным советом StraightForward стипендиаты получат грант на написание книги в 3000 евро и редакционное и агентское сопровождение от заявки до готовых публикаций на нескольких языках. Иметь опыт написания книги не обязательно, — мы помогаем стать писателями журналистам, ученым, врачам, словом, людям с интересным жизненным опытом; наши книги неизменно становятся событиями: их переводят, допечатывают и награждают премиями, но, что важнее, их читают.
Составить впечатление о текущем каталоге StraightForward можно на сайте фонда.
Мы твердо убеждены, что живем эпоху, нуждающуюся в описании и осмыслении, и хотим чтобы эти истории не пропали и нашли своих читателей.
Отправить заявку.
Этот опен-колл предназначен только для авторов из России. Заявку на книгу можно отправить до 6 мая через защищенную форму на сайте. Отобранные Редакционным советом StraightForward стипендиаты получат грант на написание книги в 3000 евро и редакционное и агентское сопровождение от заявки до готовых публикаций на нескольких языках. Иметь опыт написания книги не обязательно, — мы помогаем стать писателями журналистам, ученым, врачам, словом, людям с интересным жизненным опытом; наши книги неизменно становятся событиями: их переводят, допечатывают и награждают премиями, но, что важнее, их читают.
Составить впечатление о текущем каталоге StraightForward можно на сайте фонда.
Мы твердо убеждены, что живем эпоху, нуждающуюся в описании и осмыслении, и хотим чтобы эти истории не пропали и нашли своих читателей.
Отправить заявку.
www.straightforward.foundation
Home
❤50🔥11🤔4👍3😍2
Ситуация с книгоизданием в России ухудшается день ото дня, а потребность в литературе, которая прямо и доступно говорит о сегодняшнем дне, только растет. До конца нашего опенколла осталось чуть больше недели, поэтому, если вы откладывали подачу заявки — самое время размять пальцы на клавиатуре.
А если вы ищете вдохновение и вдруг оказались в Берлине, приходите в субботу, 2 мая, на презентации двух книг фонда — «Озарения молнии» Михаила Башкирова (издательство «Бабель») и «Русский киберпанк» Андрея Захарова (издательство «Эхо книги») в галерее Kunstschule Berlin. Начало в 15:00 и 18:00 соответственно.
Вход свободный, по регистрации. До встречи!
А если вы ищете вдохновение и вдруг оказались в Берлине, приходите в субботу, 2 мая, на презентации двух книг фонда — «Озарения молнии» Михаила Башкирова (издательство «Бабель») и «Русский киберпанк» Андрея Захарова (издательство «Эхо книги») в галерее Kunstschule Berlin. Начало в 15:00 и 18:00 соответственно.
Вход свободный, по регистрации. До встречи!
🔥17❤4❤🔥2🤝2🫡1
Ура! Наш третий опен-колл закрыт с удивительным результатом: на 20% больше заявок, чем в самый рекордный урожай летом 2024-го, огромное спасибо всем, кто поучаствовал. Мы в очередной раз приятно удивлены разнообразием и качеством идей.
В ближайшее время наша команда отберет лонглист претендентов и начнет связываться с ними: можно ожидать письма в следующие две недели по указанному в анкете адресу от отправителя opencall@straightforward.foundation.
Если вы не успели в этот раз, не расстраивайтесь — это не последняя такая возможность.
В ближайшее время наша команда отберет лонглист претендентов и начнет связываться с ними: можно ожидать письма в следующие две недели по указанному в анкете адресу от отправителя opencall@straightforward.foundation.
Если вы не успели в этот раз, не расстраивайтесь — это не последняя такая возможность.
❤34