#МНЕНИЕ

— Вокруг технологии AI (англ. - Artificial intelligence, что в дословном переводе означает «имитатор разумности) сейчас наблюдается определённый хайп. Ранее мы уже наблюдали подобное – вокруг технологии блокчейн, которая, как показала практика и опыт, имеет очень ограниченное применение в повседневной жизни.

То же самое — и в сфере AI. Ремарка: AI - обширная область, где так же, как и в IT, множество специализаций. Это узконаправленные/специализированные модели, модели по генерации изображений, текстов и т.д. Поэтому, так или иначе, AI используют многие. Даже если в этом не сознаются.

Более того, как в и случае с блокчейн, включение аббревиатуры AI в название или анонс добавляет капитализации публичным компаниям. Другими словами, AI – это сейчас модно. И именно поэтому это может положительно сказаться на стоимости акций компании. Сама по себе довольно веская причина использовать AI только для этого, согласитесь.

Что же касается эффективности AI, то он на данном этапе полезен как инструмент в руках профессионала, но не как что-то самостоятельное. Более того: напомню историю про редколлегию научного журнала Journal of Human Evolution, которая отказалась полным составом от сотрудничества с издателем из-за того, что внедрение AI увеличило количество ручного труда и, кстати, падение качества (все же знают, что у AI проблемы с достоверностью и его надо перепроверять всегда, да?).

Справедливости ради добавлю, что для дизайнеров появление AI несколько упростило задачи, т.к. искусственный разум предоставляет неплохие «полуфабрикаты» для дальнейшей работы дизайнера-человека.

Итого. AI, как инструмент, где-то хорош, где-то не очень, и его применение не всегда несёт реальную пользу. При этом в части профессий он может давать неплохие, но требующие доработок вещи. Видимо, с этим и связан рост использования AI в российских организациях в целом.

Что касается перспектив… То они, очевидно, следующие: AI станет неотъемлемым инструментом в руках специалиста. Так же, как сейчас таким инструментом является операционная система или офисный пакет. И никакого волшебства.

Модой этой года станет тренд на пересмотр экономических стратегий

Правительства всего мира будут вынуждены пересматривать свои экономические стратегии, построенные как на средний, так и на долгий период.

Технологические изменения, как правило, имеют вихревой и революционный характер. Еле слышная 2 года назад песнь об искусственном интеллекте зазвучала во все горло. По законам технологической сингулярности  и смены парадигм этот шум будет только усиливаться, а эффекты - входить в реальную жизнь.

Еще непонятно, как в точности изменит мир искусственный интеллект вместе с роботами, но он его изменит, если не произойдет планетарных катастроф. Возможно, изменит, даже если произойдет.

И наиболее предсказуемо - это то, как все будет происходить в военной сфере. Военные задачи - более прозрачны, а значит - новый tech будет работать на ускорение, рост потенциала решения этих задач – стрелять быстрее, точнее, мощнее.

В человеческом обществе все гораздо сложнее. Никто еще не определил, в чем заключается конечная цель и идеальное состояние общества. Отсутствие этих рамок не позволит сдерживать потенциал двух мощнейших трендов (нет политик по этике, границам использования). Значит, использование будет происходить исходя из бизнес- и личных стратегий.

Постепенно станет не нужна дешевая рабочая сила. Замещение труда роботами снизит поток миграции из бедных стран в богатые, соответственно, ухудшая положение в первых, и улучшая в последних. Человечество будет обходиться домашними помощниками вместо нянь и горничных, а в малых городах водителей автобусов заменят беспилотные кабины.

Первой реакцией будут сотни тысяч или миллионы шатающихся безработных, которых должен будет адаптировать меняющийся рынок труда. В этом процессе важно не допустить тотальной роботизации, иначе все прибыли будут концентрироваться в руках собственников средств производства, а безработные просто не смогут найти работу.
Правительства будут вынуждены рассматривать расширение социальных пособий, а налоги будут увеличены. Как найти ту грань, где роботизация еще не означает дегуманизации, никто не знает. Вместо бесконечного поиска прибыли и бесформенного национального дохода придется поломать голову над этим.

Хоть вопль о помощи бедным и развивающимся странам продолжится, в реальности поляризация станет еще больше. Сильным странам придется оказывать помощь слабым роботами и бесплатными технологиями.

Самое страшное и интересное – неизвестно, как изменится роль человека. Будет ли он придатком к машине или все же высшим субъектом свободной воли, эти машины эксплуатирующим.
Недаром в набат забили все лидеры мировых религий: искусственный интеллект и роботы отнимают у них монополию на умы.

Так что честным для любого правительства будет сказать – мы витали в облаках, пора посмотреть в реальность и переоценить не только модели, но и ценности. Сколько будет смелых? Пока не много, но их будет больше и больше. Надо не отстать.

#МНЕНИЕ

Кадровый кризис в агросекторе: угроза или неизбежная трансформация?

Дефицит 200 тысяч специалистов в сельском хозяйстве выглядит пугающе, но стоит ли паниковать? На первый взгляд, нехватка рабочих рук — тревожный сигнал, но если копнуть глубже, то это закономерный процесс, связанный с технологической эволюцией отрасли.

Число занятых в сельском хозяйстве стабильно снижается: с 4,46 млн человек в 2017 году до 4,2 млн в 2023-м. Однако это не только проблема, но и отражение автоматизации. Дроны контролируют посевы, комбайны с GPS собирают урожай, а ИИ-управление снижает потребность в людском труде. Возможно, ключевой вопрос не в количестве кадров, а в их квалификации?

Минсельхоз это понимает и активно развивает систему подготовки специалистов. К 2030 году планируется создать 18 тысяч школьных агроклассов, а количество заявок в профильные вузы за год выросло на 10,6%. И неудивительно: средняя зарплата в отрасли подскочила на 36%, достигнув 53 877 рублей. Однако молодых специалистов привлекать в глубинку сложно — технологии еще не позволяют управлять агроцифровыми процессами из уютного офиса в мегаполисе.

Есть и другая сторона медали — экономика сельского хозяйства. Урожай зерна в 2025 году ожидается на уровне 125 млн тонн, но при этом затраты растут: дорогие семена, топливо, техника, кредиты. При относительно низких ценах на зерно маржинальность агробизнеса снижается. В таких условиях найти и удержать квалифицированные кадры — задача не из простых.

На мой взгляд, кадровый кризис в агросекторе — это не просто нехватка работников, а вызов для всей отрасли. Без грамотного баланса между автоматизацией, инвестициями в людей и экономическими условиями рост сельского хозяйства окажется под вопросом.

Канал Евгения Когана и его команды — https://xn--r1a.website/bitkogan

Похоже, в мире назревает дискуссия об актуальности так называемых «таргетов» (целевых показателей по инфляции), ради достижения которых центральные банки повышают процентные ставки.

Исходя из бумаг BIS (Bank for international settlements), трансформации в мире, от фрагментации мировой экономики до технологических могут повысить естественный уровень инфляции. Тогда уровень в 2 %, например, в США может оказаться под сомнением. Ранее, еще в 2020 году, ФРС сделала послабление для американской экономики, заменив жесткий таргет таргетом за определенный период (то есть инфляция должна быть в среднем не выше таргета за период).

В мире очень много экономик, которые используют интервальный таргет - изменение инфляции в установленных пределах отклонения от таргета (+/-), что позволяет не ужесточать чрезмерно денежно-кредитную политику.

Более того, научные бумаги говорят о том, что реагирование на инфляцию с точки зрения ДКП должно быть разным, в зависимости от факторов, вызвавших инфляцию (ограничения предложения или исключительно резкий рост спроса).

То есть в мире вполне осознают, что инфляционный таргет – не священная корова, а инструмент, который должен использоваться с учетом макропоследствий для экономики и конкретных условий каждой страны.

☝️Пора осознать это и в России, рассмотрев актуальность таргета в 4 %.

К 2035 году более четверти машин на российских дорогах будут беспилотными, а к 2042 г. доля автономного транспорта достигнет 80%

К такому выводу пришла консалтинговая компания "Яков и партнеры" в своем новом исследовании. Эксперты ЯиП оценивают общий позитивный эффект для экономики России при переходе на беспилотные автомобили в 4,6 трлн руб. ежегодно. Это без учета выгоды для смежных высокотехнологичных отраслей - сенсорики, электроники и ПО. Однако чтобы достигнуть таких результатов, для отрасли необходимо будет обеспечить правовую базу и финансирование. Так как только на создание умной инфраструктуры до 2035 г. потребуется порядка 1,5 трлн руб.

🚛 Один из интересных выводов в исследовании касается того, что беспилотные решения позволят сгладить кадровый голод в сегменте грузоперевозок. Как известно, в стране наблюдается острая нехватка водителей-дальнобойщиков. По состоянию на середину 2024 года потребность в таких специалистах достигала 150 тыс. человек, спрос вырос на 50% к 2023 году. По оценкам ЯиП, замещение даже 25% действующего парка автономными грузовыми машинами позволило бы закрыть все актуальные на сегодня вакансии водителей-дальнобойщиков.

🌏 А что там в мире с беспилотными технологиями на транспорте? По данным исследования, крупнейшие игроки в индустрии – США и КНР - делают ставку как на индивидуальный, так и на общественный транспорт. Так, в американских Финиксе, Лос-Анджелесе, Остине и Сан-Франциско работают 200 роботакси. В Китае еще в 2023 году больше десяти городов, включая Пекин и Шанхай, получили разрешение от властей на эксплуатацию роботакси на трассах. А прошлой весной в Пекине запустили движение автономных микроавтобусов на 9 пассажиров.

С 10 февраля в Китае начинают действовать дополнительные пошлины в отношении ряда товаров, импортируемых в Республику из США. Их введение стало ответной мерой на решения Дональда Трампа, который 1 февраля подписал указ о введении пошлин в 10% на товары из КНР - в дополнение к уже действующим на китайский импорт.

▪️ 15% надбавки будут действовать на ввозимые из Америки уголь и СПГ
▪️10% составит пошлина на нефть, сельскохозяйственную технику и автомобили с большим объемом двигателя.

Одновременно Пекин подал жалобу на налоговые меры США в механизм разрешения споров ВТО, а Государственное управление по регулированию рынка КНР запустило антимонопольное расследование в отношении компании Google. Эксперты уже назвали эти взаимные перипетии выходом торговой войны между США и КНР на новый уровень. Давайте-ка разберемся, что происходит.

Сергей Васильковский, руководитель направления аналитики Института им. Столыпина прокомментировал ситуацию так:

- Ответные китайские санкции в отношении американских нефти, СПГ, угля и сельхозтехники пока что являются скорее символической мерой. Во-первых, основные энергоносители КНР импортирует из других стран (например, Иран и Россия). Во-вторых, торговый баланс складывается не в пользу Пекина: Китай экспортирует гораздо больше товаров и услуг в США.

Что касается претензий Китая к корпорации Google и инициированных расследований, то они также не повлекут никаких негативных последствий, поскольку компания давно, еще в начале 2010-х, покинула китайский рынок. Монопольное преследование может касаться системы Android, но она является открытым кодом, на котором китайские производители девайсов могут по собственному выбору писать или не писать свои операционки.

Вместе с тем нельзя не отметить, что все же происходящее – не что иное, как намек на переговоры, за которыми могут последовать более серьёзные шаги. Вряд ли стоит испытывать иллюзии: китайская экономика для Америки много значит.

Фото: Reuters

#МНЕНИЕ
Торговые войны: угроза или новые возможности для России?

По всему миру разгораются торговые конфликты. США ссорятся с Китаем, пересматривают отношения с Мексикой и Канадой, Европа готовится к своим экономическим битвам. А что это значит для России?

С одной стороны, глобальная напряженность отвлекает основные экономики от нас. Пока страны спорят о тарифах, Россия остается в стороне, а значит, может выиграть за счет переориентации торговых потоков. Если США расширят ограничения на азиатские страны, российский рынок получит больше товаров из Китая, Индии и других государств. Это приведет к насыщению рынка и снижению инфляции.

Да, риски тоже есть. Политика тарифов может замедлить мировую экономику и снизить цены на нефть — для России это чувствительный момент, ведь нефтегазовые доходы остаются важной частью бюджета. Однако в среднесрочной перспективе фрагментация мирового рынка только усилится, что позволит России выстраивать свою торговую стратегию в обход санкций.

Если же США всерьез углубят конфликт с Китаем, Москва и Пекин станут еще ближе в сфере энергетики. В таком случае для Китая соблюдение санкций против России окончательно потеряет смысл.

Так что в торговых войнах можно найти и плюсы. Главное — использовать новые ниши с выгодой для себя. Ведь пока другие делят мировые рынки, у России появляется шанс занять свое место в этой игре.

Канал Евгения Когана и его команды — https://xn--r1a.website/bitkogan

Хорошая новость: годовая инфляция в России замедлилась. Снижение темпа роста пока зафиксировано небольшое – с 9,95% до 9, 92%, но тренд не может не радовать.

Замедление наблюдается как в целом по году, так и по итогам минувшей недели. Так, по данным Минэкономразвития, за период с 28 января по 3 февраля 2025 года недельный рост цен замедлился с 0,22% на прошлой неделе до 0,16. Есть снижение цен в сегменте продовольственных товаров, здесь темп роста цен снизился на 0,27%. В сегменте непродовольственных товаров цены не изменились.

А что, собственно, повлияло? Учитывая, что попытки влиять на инфляцию путем ужесточения ДКП, как правило, заметного эффекта не приносили. Очевидно, замедление инфляции связано с укреплением рубля. Но что стало причиной укрепления рубля? Открытие некоторых санкционных каналов в связи со сложными договорённостями в рамках смены парадигмы в заокеанском соседе? А может быть, нам больше рассказали о том, как раньше формировался курс рубля?

Вопросов много, ответы пока есть не на каждый из них. Но главное, чтобы с учетом всех обстоятельств инфляция наконец пошла на спад. На это и надеемся.

Промышленное производство может показать существенный спад выпуска в первые месяцы 2025 года - об этом предупреждает ЦМАКП

Как заявляют аналитики центра, рекордный итог декабря 2024-го года был обеспечен преимущественно за счет увеличения выпуска в видах деятельности с преобладанием продукции ОПК. За вычетом этих производств (в виду имеются
выпуск готовых металлоизделий, компьютеров, электронных и оптических изделий; летательных аппаратов и транспортных средств для нужд ВПК) прирост в декабре по сравнению с ноябрем оценивается в 1,2%, а индекс СППГ – в 101,3% (после 99,9% в ноябре).

При этом рост производства по «чисто гражданским» видам деятельности в декабре обусловлен восстановлением производства нефтепродуктов и краткосрочным, конъюнктурным увеличением выпуска пищевых продуктов.

На основе этих данных эксперты ЦМАКП делают вывод, что говорить о новой фазе промышленного подъема не приходится. А в первые месяцы 2025 г., по их оценке, следует ожидать существенной отрицательной коррекции выпуска.

Европейский бизнес начал открыто указывать на то, к чему приводят противоречия между политическими установками и тем, что действительно нужно предпринимателям. Немецкий Миттельштадт (собирательный образ малого и среднего бизнеса ФРГ, часто фамильного) будет готов инвестировать, только если увидит реальные усилия правительства по решению структурных проблем, борьбе с бюрократией, повышению эффективности госсектора и стимулированию инноваций.

Уже стало понятно, что прежние политические установки вроде оголтелого стремления к максимально быстрому достижению углеродной нейтральности чуть не угробили всю промышленную базу, на которую опиралось развитие и благополучие. По факту же единственной действительно хорошей идеей было создание Большой Европы от Лиссабона до Владивостока.

Прямо сейчас и в Европе, и в США мы можем наблюдать как формируются новые требования к экономической политике, своего рода «новый вашингтонский консенсус» для постконфликтного мира. И игнорировать эти процессы не стоит, ведь мы тоже часть Европы.

#столыпин_летопись

Только тьма, бой барабанов и ... каучук?

«Ужас!», – воскликнул Куртц в конце романа Джозефа Конрада «Сердце тьмы». Именно так можно описать весь тот ад, которой творился в вечнозеленых лесах долины реки Конго в конце XIX века. Сам Конрад наблюдал его, будучи капитаном корабля, поднявшегося вверх по течению в самые богом забытые джунгли. Последнее выражение — не метафора, а, скорее, правда: что творили в этих лесах бельгийские колонизаторы, их частные военные компании и сами африканцы, сложно представить даже в жутких кошмарах.

Итак, 5 февраля 1885 (140 лет назад) король Бельгии Леопольд II объявил Свободное государство Конго «личным владением» короля. Бельгия к тому времени уже стала первой конституционной монархией, так что власть монарха строго ограничивалась. Основные колонии были распределены, королевство даже распустило флот, а править хотелось. На Берлинской конференции 1884 года король получил «право на исследование» долины реки Конго, что послужило началом апокалипсиса под прикрытием освобождения от рабства и работорговли (в названии же было слово «свободное»).

Вскоре исследования превратились в безжалостную эксплуатацию. Первоначально главным объектом экономического интереса стала слоновая кость. Была создана жесткая система из торговых постов, дискритов под контролем европейцев. Силовую поддержку оказывала ЧВК Force Publique, которая была посажена на самообеспечение. Выстроенная машина могла попросту лишиться экономической основы, и Россия бы навсегда осталась родиной слонов. Однако почти в то же время шотландский ветеринар Данлоп разрабатывает шину, а на континенте изобретатели Даймлер и Бенц – автомобили с бензиновыми двигателями. Слонов спас прогресс.

Оказалось, что в долине реки Конго повсеместно произрастает лиана, из сока которой можно делать каучук – сырье для резины и, соответственно, автомобильных шин. Тут и начались самые жуткие события, которое принесли Бельгии процветание, а Конго – годы экономических проблем, мор и гражданскую войну впридачу. Условия работы для местных были жуткими. Люди гибли от голода, эпидемий и рук карательных сил. За отказ выполнять план сбора сырья власти истребляли местных жителей, сжигали селения, опустошали целые районы, брали женщин и детей в плен на время сезона сбора каучука.

За малейшую провинность людей калечили или убивали. В качестве доказательства «целевого расходования» патронов солдатам Force Publique необходимо было принести кисть руки убитого. Вкупе с палочной системой это превращалось в немотивированное насилие. Нередко офицеры убивали людей на спор или ради забавы. В Конго произошел настоящий геноцид: численность населения упала с 30 до 15 млн чел.

В экономическом плане властям в итоге удалось существенно увеличить производство каучука. Компания, занимавшаяся производством каучука, достигла прибыльности в 700%. Тем не менее, королевские доходы были сопряжены с поистине королевскими расходами на все мероприятие, и вскоре Леопольд II продал свои владения своему же государству. Считается, что на это повлияло мировое общественное мнение и порицание, но уже в 1970-х годах ученые выяснили, что доходность начала резко падать из-за истребления лиан, бегства и смертности населения. Экономически больше было нецелесообразно держать такую колонию. Тем более что уже к 1909 году немецкий концерн Bayer изобрел искусственный каучук.

Спустя почти полвека сценарист Джон Милиус поспорил, что не адаптирует роман «Сердце тьмы» для кино. Он соединил его с другими драматическими событиями – войной во Вьетнаме. Так впоследствии родился фильм Копполы «Апокалипсис сегодня», раскрывающий все те же мрачные и потаенные места человеческой души, жажду наживы, прикрытую идеей превосходства и ужас, творимый государствами и их «куртцами».

ВВП России по итогам 2024 года вырос на 4,1% и достиг исторического максимума в 200 трлн рублей

Озвученные Росстатом данные оказались на 0,2 процентных пункта выше ожиданий Минэка и на 1% выше верхнего предела по версии ЦБ. Свой вклад в итоговый результат, очевидно, внес декабрь, по итогам которого валовый внутренний продукт показал 4,5%-й рост. О чем говорят эти показатели и какие прогнозы можно делать на текущий 2025 год, объяснил эксперт Института Столыпина Антон Табах.

Антон ТАБАХ, управляющий директор по макроэкономическому анализу и прогнозированию «Эксперт РА», доцент экономического факультета МГУ:

- Высокий рост ВВП по итогам 2024 года – это не новость: прогнозировался рост в 3,9%, то есть на уровне предшествующего года. Но, во-первых, в конце 2024-го были высокие госрасходы и, во-вторых, из-за изменений в налоговой системе часть выплат гражданам и закрытие определенных проектов ушли на конец года, или, говоря на профессиональном жаргоне, влево. Именно поэтому IV квартал оказался таким ударным.

Отсюда делаем два вывода: скорее всего, статистика по I кварталу 2025-го будет значительно менее "розовой", потому что мы уже наблюдаем замедление экономики, кредитной активности. И это будет отражено именно в I квартале, потому что ВВП за прошлый год – все-таки "зеркало заднего вида".

А вторая история: если все-таки рост будет продолжаться такими же быстрыми темпами, то для нашего Центрального банка это станет аргументом за сохранение ставок на высоком уровне, а может быть, и за их повышение. Сейчас ЦБ РФ держит паузу и с высокой вероятностью продолжит это делать 14 февраля. Но когда пойдет статистика по I кварталу – такие показатели будут иметь значение. Пока же данные по ВВП не требуют от Центробанка каких-либо действий.

Центробанку необходимо оценить актуальность таргета по инфляции в 4%

Целесообразность достижения такого показателя вызывает все больше вопросов. Один из главных - насколько вообще реален этот таргет с учетом волатильности курса рубля, санкций и высоких бюджетных расходов?

«Если оставить его неизменным во что бы то ни стало, то ключевую ставку нужно будет держать на уровне 21% долго», - таково мнение исполнительного директора Института экономики роста им. Столыпина Антона Свириденко, которое приводится в материале журнала «Эксперт».

Тема весьма дискуссионная, что подтверждает позиция других опрошенных изданием экономистов.

Очевидно следующее:
- на текущем уровне ключевая ставка только усиливает инфляцию;
- жесткая ДКП ограничивает кредитование бизнеса, который несет дополнительные издержки;
- при сохраняющемся уровне ключевой ставки обеспечить рост объемов промышленного производства крайне сложно, а это означает, что импорт сохранится на высоком уровне.