РЕЗНАЯ СВИРЕЛЬ, НЕ ПОГИБНИ!

Вот красотка в ночи заявилась в пивную,
Понадеявшись встретить любовь неземную.
И, признаться, такой дерзновенной красотке
Захотелось налить сразу пива и водки,
Поболтать с ней о Гоголе и Чингизидах,
Прислониться к груди, попросить: "сделай выдох",
И сказать ей затем сверху вниз в туалете:
"Для меня нет тебя распрекрасней на свете!
Ты принцесса, ты сладость моя неземная!
Но прости, тороплюсь, завтра ждёт посевная".
Посевная и пампинг, и подвиг на фронте,
Ордена, кресло губера на горизонте.
Красоте твоей искренней, нежной, но тленной,
Нету места в моей заскорузлой вселенной.

И ответит мне дева, глотнув благодати:
"Я б, конечно, прослушала это в кровати,
В таитянками взбитой цветочной постели,
Но зачем ты мне, милый, всё врешь, в самом деле?
Ты навеки с клеймом - бледный немочный странник,
Ты не фермер, не воин, не дикий нефтяник,
Ты пустой колосок в черном выжженном поле,
Пустобрёх, пустоцвет и сорняк поневоле,
Двухминутный наркотик, грибок чёрно-пыльный,
С послевкусием сна и землицы могильной.
Вот смотри, я сосу и тобою дышу -
А рассердишь меня - вмиг свирель откушу!"

Что за странный апломб и наезд, в самом деле?
И какая, к чертям, будет жизнь без свирели?
Пусть под мышкой окажется "Доктор Живаго",
Чтоб в момент роковой им огреть бедолагу,
Пусть всегда без опаски резные свирели
Изливают девчонкам жемчужные трели.

https://vk.ru/wall12123559_113368

Девица Лера Лепесткова,
Красавица и поэтесса,
Средь мастериц пера и слова
Имела ранг тяжеловеса.
Тяжелой поступью Брунгильды
Бродя по рощицам Парнаса,
Она себе завоевала
Титло поэта экстра-класса,
И толпы дамочек бесхозных
За ней на чтения ходили,
И в виршах мутных и серьезных
Глубины смыслов находили.
Ну а пиит Похмелин Вася
Был ясен, как стекло бутылки,
И ликом вовсе не прекрасен,
И плотничал на лесопилке.
Его любили патриоты,
Неофашисты и студенты,
Еще очки он заработал
Воспев движенье "белой ленты",
К своим поклонникам прибавив
Носатых ушлых либералов,
Но, жаль, к плакатной этой славе
Деньжонок прилагалось мало.
А вот пиит Ефрем Быковер
На революции поднялся,
Но Вася - он на то и Вася -
В бабле с Ефремом не сравнялся.
А ресторатор Герман Векслер,
Любитель муз и рифмоплетов,
Задумчиво качаясь в кресле,
Вел сам с собой разбор полетов.
"Да, в баре "Пятница, 13"
С культуркой ничего не вышло,
Хоть были там Ефрем и Вася,
Народ не въехал, ком им в дышло.
Вулканова вот тоже жалко,
Обидело блядво поэта.
Но, прямо скажем, кто их знал-то
До революции до этой?
Теперь же в "Лепестке купины",
Да вот хотя бы на открытье,
Я все устрою чин по чину,
Для всей Москвы создам событье!
Ефремку позову, и Васю,
А также Леру Лепесткову.
Я под нее в Барвихе квасил,
Хотя не понял, блин, ни слова.
Вулканов пусть пока покурит,
Пока что лирики не в моде.
Уж извини, любезный Шурик,
Кабак - всегда призыв к свободе!"
На следующий день у Геры
Сидел промоутер Боянов,
Занудно приводя примеры
Событий модных ресторанов.
"Да нахуй мне твои ивенты! -
Ему ответил Векслер прямо. -
Вот список, мне нужны поэты,
Вот эти два и эта дама.
Чего? Быковер просит тридцать?
Ибать, пошел он кверху жопой!
Пусть будут Вася и девица.
Ну, ладно, допивай и топай!"

Спустя неделю за накрытой
Поляной в "Лепестке купины",
Кто с "дьюарсом", кто с "Маргаритой",
Сидели дамы и мужчины.
Сияли мисочки с икрою,
И поросюк блестел умильно,
И тарталетки с фуагрою
Повсюду высились обильно.
Под микс из Лепса и Носкова
Две пары бодро танцевали.
В углу Похмелин с Лепестковой
Друг другу водки подливали.
Валерия чуть пригубляла,
Зато Похмелин пил как бочка,
И восклицал: "А чо, халява!
Давай, хуйни со мною, дочка!"
Но Герман подошел к ним грозно
И произнес: "Какого хера?
Короче, блин, пока не поздно,
Идите и читайте, Лера".
И Лера, кутаясь в платочек,
Взошла лебедушкой на сцену
И молвила, прищуря  очи:
"Привет вам, зеркала и стены.
Ну и респекты непременно
всем, кто собрался в этом зале".
Но тихо вполз за ней Похмелин,
Певец сиротства и печали.
Спустил он брюки неуклюже,
Едва лишь Лера рот открыла:
"Арман любил Адель и Жужу,
Но  всем им досаждал Гаврила..."
Покуда Лера Лепесткова
Читала байку про Гаврилу,
Седой творец ржаного слова
Драконил лысого дурилу.
Сначала дамы рты открыли
Как бы в глубоком упоеньи,
И Лепесткова о Гавриле
Сурово продолжала чтенье,
Но публикум заволновался,
Смешки по залу прокатились,
"Арман с Гаврилою остался,
Адель и Жужа покорились", -
Так завершила Лепесткова
Бессмертный опус про Гаврилу,
И зал взорвался смехом, ревом
И криками: "Что это было?!"
А Лепесткова оглянулась,
И вспыхнула, как куст купины,
В платочек гордо завернулась
И плюнула в лицо мужчины,
В его лицо в простой оправе
Из редкого седого пуха,
И взвизгнув: "Сдохни, тварь, в канаве!" -
Умчалась прочь от пира духа.
Похмелин под аплодисменты,
Шатаясь, к микрофону вышел,
В такие пьяные моменты
Он гул миров нездешних слышал,
И запихнув елду обратно,
И брюки подобрав немножко,
Он возгласил: "Я ссал, понятно?
Я ссал на лунную дорожку!
Когда в душе дерьмо и смута,
Когда скребется в сердце кошка,
Так классно ссытся почему-то
На снег и лунную дорожку.
Она бывает в речке, в луже,
Но снег и лунная дорожка,
Оно тоскливее и хуже...
Подайте мне Адель и Жужу,
А лучше - водки и картошки!"

Он принял в руки батл "Столичной",
Хлебнул из горлышка грамм двести,

(Продолжение. Начало☝️)

Икнул и произнес: "Отлично", -
И, блеванув, упал на месте.
"Иваныч! Гера! Гений сцены! -
Со всех сторон раздались крики. -
Ну ты красава! Ахуенно!
А Вася, бля, поэт великий!
Ну ни хуя себе перфоманс!
Быковер просто не канает,
Замучили стишки про совесть!
Всё! Твой кабак теперь узнают".
Иваныч гордо улыбался,
Как режиссер Больших и Малых,
И подсчитать барыш старался,
И фото в глянцевых журналах,
И как не обойти поэтов,
Чтобы и им достались крошки,
И звал под своды кабинетов
Пройтись по снежной по дорожке...

Но поэтесса Лепесткова
Мыслишек рой приятный сбила,
Когда, вдруг появившись снова,
Бесстыже бабки попросила.
И на заблеванного Васю
Скосив глазастую мордаху,
Промолвила: "Как он прекрасен!
Он мой! А вы идите на хуй!"

Постскриптум барышням и дамам.
Поэт - он не совсем мужчина,
Он куст ползучий с красным срамом,
Неопалимая купина.

https://xn--r1a.website/mash/71295?single

День баночного пива сегодня, говорят. А мы по старинке, бутылочного.

ПИСЬМО ТАРАСУ

И не брат, и не сват... Не поймёшь, кем ты стал, Тарас,
Покупая трусы с кружевами своей Оксане.
Ночь разрезана пополам огоньками трасс,
И русалки стонут охрипшими голосами.

А теперь поздно каяться, коль на руках билет.
В лесополке будет решаться, чего ты стоишь.
И двенадцать страшных, обрыдлых, кровавых лет
Поезд шёл в Брюссель. Но свернул по пути в Анкоридж.

Выходи на площадь, спляши боевой гопак!
Накрути свой чуб в кураже хоть на всю планету!
Непреложные истины нынче звучат вот так:
С Дону - выдачи нет.
За Днепром - нет тепла и света.

Слышишь в поле надсадный, заливистый лисий лай?
Это страх за тобой идёт и берёт за жабры.
И когда ты будешь шептать: "Подожди... Не стреляй!",
Я отвечу тебе, Тарас: "Чому не державний?"

Я однажды, конечно, прощу тебя, дурака,
Потому что, ну, сколько можно ходить по кругу?
Будем жить и трудиться, и песни петь. А пока...
Допивай самогон, и айда убивать друг друга.

Небо вылито из половника,
Мы в нем плаваем до зимы.
Едет солнце с лицом уголовника
И скрывается за холмы.

Окна дождик целуют под тогу
И по лету грустят всерьез.
Но готовятся клёны к острогу,
Разглядев наготу берёз.

Мир исправленный летним обжигом,
Рыжий отсвет даёт, как медь.
И воскресший Есенин с ножиком
С крыши в облако
рад лететь.
___

Влад Маленко, ты Моцарт, ты бог!

https://xn--r1a.website/vmalenko/2328

Обожаю Маленко!

Поцелует солнце
неба край.
Оживет таинственная
фреска.
Покажи сама свой влажный рай,
А не то порвется
занавеска.

https://xn--r1a.website/vmalenko/2247

Щекотно чуть, когда всё сердце из рубцов,
Но вытянем ещё полстолько, да маленько.
Сейчас зайдет кривляка Степанцов
И обосрет Прилепина с Маленко.

https://xn--r1a.website/zakharprilepin/29484?single

Вадим Степанцов

Поэты

Все поэты были подонками,
били стёкла , извозчиков, баб,
кувыркаться любили с девчонками,
измывались над теми кто слаб,
и пугали народ хуже мафии -
не найдёшь между ними гуся,
что б хоть раз он в своей биографии
не нагадил бы, как порося.
Эдак, оду напишет о вольности,
сам же шарит в умишке своём,
как бы чей насолить хлебосольности,
чьей бы жёнке заделать проём.
О народных напишет ли бедствиях,
о надуманной чести ль своей-
всё буянит, и мысль о последствиях
в голове не забрезжит ей-ей,
А когда он дотла набуянится -
ищет жертву средь смачных вдовиц,
и твердит, что он вовсе не пьяница,
и слезинку стирает с ресниц.
Промотав же деньжонки старушкины,
он вопит в алкогольном бреду:
"Я хочу, чтоб убили, как Пушкина!"-
и дубасит жену на ходу.
Но Дантесов, увы, не находится,
и тогда он берёт пистолет,
и стреляется в сердце, как водится,
и в учебниках пишут: ПОЭТ.

И как у Есенина баба заграничная, шоб до Парижу мотаться и польта-сапоги импортные привозить.
https://xn--r1a.website/zdravye_smysly/4421

В преддверии концерта Буэно Каминанте тисну, пожалуй, в ближайшее время несколько текстов из бахкомпотовских песен, исполняемых ныне биг-бендом.

https://xn--r1a.website/rymochnayazyzino/3067

ДР Влада Маленко в моем чатике прошёл бурно. Делюсь образцами народного творчества:

Достали и кривляка Степанцов, и ваш Прилепин, лысый, как коленка. Уймитесь вы уже в конце концов. И, да, поcpать на этого Маленко.

*
Нарезал я салат из огурцов и пригласил к себе на ужин Ленку. Но тут пришли Прилепин, Степанцов, и с ними третий, некий Влад Маленко.

*
Прилепин почесал свое яйцо и зачитал про Разина
нетленку. Все напряглись: и я и Степанцов, и даже этот, некий Влад Маленко.

Потом мы пили красное винцо, затем, забивши на самооценку, я вышел проблеваться на крыльцо, за мною Степанцов и Влад Маленко.

А после наступили холода,
И ссал я на Кутузовском на стенку,
И подрулила Бузова тогда,
Сказала: – Вот я тормоз, вот пизда!
Поздравим же великого Маленку!

РАЗДЕНЬ МЕНЯ ПО ТЕЛЕФОНУ

И солнце в облаках, и дождь в разгаре дня,
И козыри в руках, и банк не у меня,
И синие глаза на карточке цветной,
Я трогаю тебя, хоть ты и не со мной.

Раздень меня по телефону
Вгони в меня свою волну
Раздень меня по телефону
Ведь я люблю тебя одну
Пусть трубка телефона ляжет
На твой разгоряченный лик
Пусть твой язык тебе докажет
На что способен твой язык
Раздень меня по телефону
Зови на помощь сатану
Раздень меня по телефону
Ведь я люблю тебя одну!

Ты множество сердец проткнула каблуком,
По куполу небес ты ходишь босиком.
Как мертвый я лежу прошитый каблуком,
На фото я гляжу и плачу в телефон.

Раздень меня по телефону
Вгони в меня свою волну
Раздень меня по телефону
Ведь я люблю тебя одну
Пусть трубка телефона ляжет
На твой разгоряченный лик
Пусть твой язык тебе докажет
На что способен твой язык
Раздень меня по телефону
Зови на помощь сатану
Раздень меня по телефону
Ведь я люблю тебя одну!

https://vk.ru/wall12123559_124149

В прилепинском птичнике невероятный гвалт из-за назначения Богомолова, мужа Собчак, ректором школы-студии МХАТ. Ребятки, если Проханов с "Лемнером» для вас авторитет и учитель, Будда на зияющих вершинах искусства, то чем Богомолов-то хуже?

«А певица Вика Цыганова 
поёт песню на мои слова: «Красавчик Лемнер, улыбни-
тесь. Я вас люблю, мой храбрый витязь!»
— Неужели всё это вы, Иван Артакович? — благо-
дарил Лемнер, слыша дуновение тухлого сквознячка. — 
Мне казалось, вы испытываете ко мне неприязнь.
— Только казалось, мой друг, только казалось. Я уга-
дал в вас человека небесной судьбы, избранника. Мои 
предчувствия подтвердились. Вы явились с войны геро-
ем, как Александр Невский после Ледового побоища. 
Вы пролили кровь за Россию. Вы гордость нации. На 
вашем примере будут воспитывать молодёжь. Но, мой 
друг, одно дело открытый бой на фронте, другое дело 
незримые придворные схватки. В них решается судьба 
государства...»

(Проханов, «Лемнер»)

А в 2026 году, Дима, я буду пить эксклюзивный степанцовский «оранж», а ты елду на чужбине сосать.

Роняя айфоны, роняя айфоны, роняаайа!

В 2014, кажется, году Пётр Порошенко говорил про жителей Донбасса дословно вот что.

"У нас будет работа - у них нет. У нас будут пенсии - у них нет. У нас будет поддержка детей и пенсионеров - у них нет. Наши дети пойдут в школы и детские сады - их дети будут сидеть по подвалам. Потому что они ничего не умеют. Вот так мы и выиграем эту войну".

Спустя годы колесо Генотьбы повернулось жестоко, беспощадно и страшно.

Харьковских детей, безусловно, жаль. Потому что они наши, русские дети, которые просто пока что этого не понимают, а взрослые им в головы пихают мову, перемогу и ненависть к "русне".

Но все могло быть совсем иначе. Украине было достаточно выполнить Минские соглашения. Первые, вторые. Не важно. Выполнить, а не петлять и не готовить операцию по решению "донбасского вопроса" и не грозить ядерным оружием России. И была бы почти целая Украина, фактически конфедерация с Донбассом как субъектом. Но не захотели.

Ну и самое главное. Вся история со школой в бомбоубежище, это такой пиар для западного зрителя. Душещипательная история про "вот что творят эти русские".

Но тут мы снова вспоминаем "наши дети пойдут в школы и детские сады - их дети будут сидеть по подвалам", и вспоминаем, как Украина довольно хихикала и кивала в такт словам Порошенко. Вспоминаем шутейки про "донбили бомбас" и рассказы про самообстрелы Донецка.

Смотрю, чего-то нынче не очень смешно для жителей Украины выходит. Да, шановни?

БУДЬ СИЛЬНОЙ. ЧИТАЙ

Пантелеймон Морковер -
Повеса и шалбер,
Работал консультантом
В ток-шоу «Универ».

С утра до самой ночи
Морковер был готов
Актрис учить сопливых
Жить честно, без понтов.

Пришла работать, что ли?
Ну, подходи, не ссы.
Наверно, хочешь роли?
Тогда снимай трусы

Тут все такие были -
Невинность, политес,
А щас вон воспарили -
Не сковырнуть с небес!

Монеточка-певичка
Такая, слышь, была.
И ей взлохматил птичку,
И фиг ли - родила,

Копеечкой назвали
Дочурку мы тогда.
Ушла в иноагенты
Тупая дребезда.

Ни слова не сказала,
В Эстонию молчком,
И сына там рожала -
Назвали Пятачком.

Бутуз такой хороший,
Гугукает, поёт.
А следующего Грошик,
Наверно, назовёт.

Была такая Асмус,
Я водки ей налил:
Смеялась рифме «анус»
Всю ночь она без сил,

Хватило ей полрюмки.
Но выжрала пузырь,
Чтоб расстегнуть мне брюки,
Корнелия Мизгирь.

Без сил и Пересильды
Отсель поутру шли.
Снимай трусы, будь сильной,
Не бзди и не юли.

Пантелеймон Морковер
Успешен был всегда,
Без слёз и без условий
Ему давали, да.

Читательница спросит:
А вот словцо «шалбер»,
Какой оттенок носит?
Ведь это про размер?

Нет, слово это, ребцы,
Про тех, в ком пляшет бес,
Про то же и «повесы» -
А вовсе не про вес.

Ходи в библиотеки,
Фон Триера смотри,
И ради хохм в смартфоне
Стекло пореже три.

Вы знаете Ганвеста
И Валю Карнавал,
А старичок-повеса,
Вопрос бы вам задал:

Островского читала?
Фонвизина, Мюссе?
Что ж, как бы ни смоктала
Морковный фрикасе,

Но если ты в актрисы
С пустой башкой идешь,
Цена, хоть обсосися,
Твоей карьере - грош.