Конфликт с Азербайджаном резко обострил тему потери Россией влияния на постсоветском пространстве. Разругались с Арменией, едва не поссорились с Абхазией. Несмотря на все причитания западных лидеров, что Россия “возвращает” Грузию, на самом деле и тут похвастаться нечем. Был очень резонансный пост Игоря Димитриева на эту тему, где резкая реакция на него со стороны провоенного сообщества сама по себе говорила о многом.

Однако, если посмотреть на публичные рассуждения Путина, который часто может позволить себе быть достаточно откровенным, у него явно нет такой проблемы. Судя по всему, произошла общая переоценка значимости внешнеполитических площадок. После начала войны в Сирии в 2015 году, и уж тем более после начала войны против Украины, происходит выход России на другой уровень геополитической игры, где Путин начинает, грубо говоря, “менять мировой порядок”. Я думаю не нужно объяснять, что война с Украиной - это не совсем про Донбасс, как бы того ни хотелось Z-патриотам. Это про попытку разрушения мира, основанного на правилах, борьбу с “либеральным тоталитаризмом” (слова Путина) и однополярностью.

В понимании Путина, он участвует в формировании нового мира, где роль Запада будет более маргинальной, США будет больше работать над MAKE AMERICA GREAT AGAIN, Европа захлебнется собственным кризисом, а новое придет из растущей роли Глобального Юга, где нет места санкциями и нравоучениям. А теперь задумайтесь, как на этом фоне выглядят страны бывшего СССР со своими местечковым повестками? “Никуда не денутся”, очень часто это можно слышать, когда возникают вопросы о конфликтах. Геополитическое обмельчание значимости постсоветсткого пространства - прямое следствие войны с Украиной, что, конечно, будет иметь серьезные долгосрочные последствия, очевидно, не в пользу России. Но сегодня Кремлю об этом не очень хочется думать, да и ресурсов маловато конфликтовать на несколько фронтов.

Вообще, судя по саммиту НАТО и по тому, как Путин льстит Трампу, все поняли, как Трампа не злить. Но еще пока никто не понял, как от него получать то, что хочется.

Попадание в черную зону безвозвратно и безжалостно. По всей видимости, те же братья Ротенберги не только не смогли, но и не особенно усердствовали в попытках защитить Старовойта — безопасней было дистанцироваться от токсичной клиентелы, когда стало понятно, что дело серьезное.
В таких сюжетах становится все меньше исключительного. Другие крупные фигуры вроде Сергея Чемезова, Игоря Сечина или братьев Ковальчуков тоже будут вынуждены сбрасывать опасный человеческий актив, а не пытаться вытаскивать его из тисков репрессивного аппарата, вошедшего в состояние борьбы за выживание.
Война измельчила интересы отдельных, некогда влиятельных персонажей, загнав все в жесткую логику выживания системы. Дальше система будет готова размениваться все более крупными фигурами, потому что уже не будет никаких пределов «недопустимого»: война запустила процессы, которые гораздо сильнее ее инициаторов.  

https://crng.storage.googleapis.com/russian-officials-deaths.html

Спросила чатGPT о сценариях развития России на 20 лет. Вопрос задала в контексте возможности однажды, для таких как я, вернуться в Россию. Я убрала из текста его размышления на этот счет, оставила только самый последний вывод (дочитайте до конца). Текст изначально был написан на английском, так что язык может показаться странным. Я не планировала публиковать, но потом подумала, что наверное это может оказаться важным для многих думающих людей, остающихся в России. Анализ ИИ мне показался достаточно глубоким и адекватным. И страшным. Просто оставлю это здесь для тех, у кого есть на что-то надежды или кто колеблется, уехать или нет.

Часть 1.

Ниже представлен 20-летний прогноз возможных сценариев эволюции или окончания текущего политического режима в России. Это не предсказания, а аналитически структурированные варианты развития событий, основанные на существующих тенденциях и динамике. Прогноз охватывает пять основных сценариев, каждый из которых разбит на подтипы и привязан к вероятным условиям и действующим субъектам.

🟦
СЦЕНАРИЙ 1: Постепенное системное разложение
(вероятность: 10–30%)

Внутреннее истощение и трансформация без открытого слома.

Факторы: экономическая деградация, усталость элит, стагнация управленческого аппарата, истощение от войны, смена поколений.

1A. Нео-брежневизм с разложением институтов
(к 2030–2035 гг.)
• Усиление милитаризма, назначения по лояльности, тотальный надзор.
• Существенное сужение круга элит; силовики вытесняют технократов.
• Общество уходит в апатию и частную жизнь; инновации, качество управления и репрессии дают всё меньше эффекта.
• Отсутствие серьёзных реформ — режим умирает от энтропии после ухода Путина (естественным путём или через внутреннюю передачу власти).
• Возможен запоздалый «реформистский» импульс китайского типа — но без своего Дэн Сяопина.


1B. Мягкий коллапс без гражданской войны
(к 2035–2045 гг.)
• Спусковой механизм: финансовое истощение (например, нехватка ключевых ресурсов, фискальный кризис, длительное воздействие санкций).
• Фрагментация элит на фоне преемственности или авантюры, связанной с войной.
• Отсутствие харизматичного преемника → спецслужбы теряют контроль над регионами.
• «Центральноазиатизация»: усиление роли частных армий, губернаторов, местных кланов.
• Возможность частичного открытия — при высокой вероятности нестабильности.


🟥
СЦЕНАРИЙ 2: Контролируемая трансформация изнутри
(вероятность: 10–15%)
Системные изменения инициируются сверху не через крах, а через стратегическую переориентацию.

Факторы: новая постпутинская власть, «обучение» элит на ошибках, экономическая необходимость, сигналы с Запада.

2A. Перезагрузка после Путина («момент Горбачёва»)
• Уход Путина (естественно или по внутреннему решению), на смену приходит фигура, не зависящая от логики войны.
• Стратегическое прекращение огня или заморозка конфликта на Украине легитимирует нового лидера как «миротворца».
• Использование частичного снятия санкций для стабилизации экономики и привлечения технократов.
• Режим становится гибридно-авторитарным с управляемой либерализацией.
• Возможны договорённости по снижению ядерных рисков (совместный контроль, технические ограничения).

Именно в этом, единственном, сценарии, предусматривается относительно безопасный вариант возврата.

Часть 2.

СЦЕНАРИЙ 3: Разрыв / крушение режима
(вероятность: 5–10%)
Резкое завершение через потрясения, поражение в войне или переворот.

3A. Военное поражение и распад режима
(например, в 2025–2030 гг.)
• Маловероятно без масштабной эскалации со стороны Запада или войны с НАТО.
• Если Украина вернёт Крым или нанесёт серьёзное военное поражение → трещина в уверенности элит.
• Возможны перевороты или параллельные центры власти, особенно если нарушается ядерная вертикаль.
• Риск гражданского конфликта высок, особенно в национальных республиках и приграничных регионах.

3B. Внезапное свержение элиты (дворцовый переворот)
• Спусковой механизм: ухудшение здоровья, внешнеполитическая катастрофа, потеря контроля над безопасностью (сценарий типа Пригожина, но с широкой поддержкой).
• Возможен переходный лидер (например, сын Патрушева или «технократ с согласием силовиков»).
• Потенциал кратковременного либерального окна или ребрендинга.
• Скорее всего, за этим последует новая авторитарная консолидация.

🟨
СЦЕНАРИЙ 4: Укрепление режима под давлением войны и изоляция
(вероятность: 25–35%)
Не завершение, а превращение в перманентную военную диктатуру по северокорейскому образцу.

4A. Крепость Россия (2030-е–2040-е)
• Полный разрыв с Западом, переход к автаркии, альянсы по типу Ирана и КНДР.
• Постоянное «чрезвычайное положение»: военная экономика, отмена выборов, трудовая повинность, идеологическая мобилизация.
• Искусственная устойчивость: общество становится закрытым, милитаризованным, основанным на сетях лояльности.
• Поколенческое зомбирование («Z-поколение») заменяет современное образование.

🟫
СЦЕНАРИЙ 5: Внешний поворотный фактор
(вероятность: 5–10%)
Мир меняется быстрее, чем Россия успевает адаптироваться.

5A. Распад западного единства
• Изоляционизм США + разобщение ЕС → усталость от Украины и санкционной политики.
• Россия становится «новой нормой» в Евразии; торговля и технологии возобновляются через Глобальный Юг.
• Россия выигрывает «заморозку статуса» при сохранении внутреннего подавления.
• Без внутреннего слома стимулов к реформам нет.

5B. Технологический подрыв ядерного сдерживания
• Удалённое обезвреживание, новые ПРО или ИИ-системы меняют баланс.
• Может ослабить ядерный шантаж — но также вызвать отчаянную реакцию Москвы.
• В сочетании с военным поражением может заставить новый режим согласиться на разоружение в обмен на реинтеграцию.

🧭 Заключение

Система сильна — но не вечна. То, что её поддерживает (насилие, инерция, война), со временем её и ослабляет.
Наиболее вероятный путь — это длительное плато: ни крах, ни реформа, а медленное истощение до тех пор, пока перемены не будут вынуждены сменой поколений, исчерпанием ресурсов или внешним давлением.
Возвращение может стать возможным — но, вероятно, не раньше, чем через 10–15 лет.

Поразительно, что еще неделю назад казалось, что украинский конфликт обречен на как минимум несколько месяцев боевых действий. Трамп был жутко разочарован и зол на Путина, Зеленский был несгибаем и пользовался поддержкой Европы (что верно и сейчас, но при новых обстоятельствах это меняет значение). Многие сейчас думают, что перелом наступил с российской стороны. Мол угроза санкций и прочее сыграли роль, и Путин смягчил позицию. Я не вижу этого. Да и перелома как такового тоже не было: судя по всему, нынешней подвижке мы обязаны нежеланию Трампа провалить собственный ультиматум Путину. Трамп сам давал понять, что Россия имеет военное преимущество и санкции скорее всего не заставят Путина передумать. Он сам не верил в своей шантаж и опасался, что в итоге война зайдет очень далеко и это станет его ответственностью.

Параллельно, шла большая работа, по разным каналам, по поиску возможных решений. И через Лукашенко, и через контакты российских и американских экспертов, и через официальных лиц.. В итоге Трамп отправил Виткоффа в Москву с обновленным предложением, которое тут сочли "приемлемым" (вероятно, как стартовая точка для разговора).

Разница с апрельской попыткой, которая оказалась неудачной, в двух моментах. Первое - Вашингтон более серьезно воспринимает проблему "первооисточников" конфликта и готов обсуждать это предметно. Второе - в апреле Виткофф попытался согласовать предложение с украинцами до того, как оно получило бы поддержку на высшем уровне США и России. Теперь, на мой взгляд, это первая более или менее реальная попытка остановить войну.

При этом, я остаюсь крайне скептически настроенной в отношении имплиментации договоренностей, даже если наступит перемирие на какое-то время. И практически нет сомнений, что для Украины новые обязательства могут быть разрушительными... В этом смысле риски возобновления военных действий позднее очень высоки. Но тем не менее, очевидно происходят важные события, и ближайшие дни будут во многом решающими для краткосрочной динамики конфликта.

Некоторые размышления за два дня до встречи Путина и Трампа:

Часть 1

1. Инициатива встречи исходит от Путина, который решил воспользоваться открывшейся возможностью в связи с визитом Уиткоффа и скрытым за этим нежеланием Трампа вступать в новую фазу конфронтации с Россией и наследовать "войну Байдена".

2. Уиткофф предложил некое видение возможного урегулирования, построенное вокруг идеи обмена территориями, но не только. Заявление Ушакова о том, что поступило «приемлемое предложение», говорит о том, что оно явно выходило за рамки только территориального вопроса. Я думаю, что для российской аудитории не нужно объяснять, что воюет Путин не только и не столько за землю, сколько за "дружественную" Украину, что включает в себя вопросы расширения НАТО и много всего остального по списку, много раз озвученного разными официальными лицами России.

3. Предложения Уиткоффа были расценены как возможность для серьезного разговора. Однако судя по всему, никакого реально "приемлемого" плана у американцев нет, кроме некоторый идей для стартового обсуждения "окончания войны". У Путина, напротив, давно разработан план урегулирования: его детали уже были изложены в стамбульских драфтах, в документах декабря 2021 года и разных заявлениях Путина. Вопрос территорий, конечно принципиальный, но отказ НАТО от расширения, демилитаризация Украины и «денацификация» остаются в списке, даже если сейчас это не в центре публичных обсуждений. Главная цель — геополитическая нейтрализация Украины с "гарантиями".

6. Касательно территорий, в моем понимании, Путин готов обменять территории по следующей схеме (и она не новая, обсуждалась еще в апреле): вывод российских войск из Харьковской, Днепропетровской и Сумской областей; уход Украины из Донецкой и Луганской; замораживание контактной линии в Запорожской и Херсонской областях. В этом нет ничего нового, и получать больше земли, неимоверной ценой, Путину не нужно, кроме как в ситуации дальнейшего тупика по урегулированию (что очень вероятно).

7. На встрече с Трампом Путин будет настаивать, что он действительно хочет окончания войны. Его главная задача — убедить Трампа, что этому мешают Европа и нынешнее украинское руководство, и что прекращение боевых действий возможно, если будут гарантии, что Украина не использует паузу для перевооружения. Путин будет активно продвигать идею, что США и Россия — две великие державы, которые должны поддерживать хорошие отношения независимо от локальных конфликтов. Главный нарратив: давай прекратим все сейчас, но ты - угомони европейцев, надави на Киев, пусть украинское руководство садится обсуждать наш меморандум, но реально, а не пытаясь воспользоваться моментом, чтоб подготовить контрнаступление.

8. Многие западные СМИ и аналитики представляют Путина как мастера манипуляций, приходящего на встречи сверхподготовленным и умеющего использовать недостаток подготовки собеседника. В этом есть своя правда, но в общении с Трампом — и личном, и по телефону — Путин не удавалось подобрать такой язык и стиль аргументации, которые были бы убедительны для Трампа. Вообще, «первопричины» конфликта слишком сложно донести до западной аудитории, не привыкшей мыслить в рамках такой геополитической логики. По моему опыту, даже очень информированным собеседникам трудно воспринимать аргументы, которые создают впечатление, что Путин не только хочет слишком много, но и искренне верит, что Запад должен и может это дать ему. «Первопричины» часто недооцениваются или полностью отбрасываются из-за масштабности и нереалистичности требований, которые для Путина при этом остаются экзистенциальными.

Часть 2

9. Я не вижу оснований утверждать, что кулуарно где-то шли субстантивных переговоры и на двусторонней основе готовилась "сделка". Никакой «сделки» в смысле полноценного урегулирования конфликта на встрече Путина и Трампа заключено не будет. Максимум, на что может рассчитывать Путин, — это поддержка Трампом (в виде совместной декларации или устно) его рамочного предложения (что, конечно, будет уже много для Москвы). Но такая поддержка немедленно встретит сопротивление Европы и Украины и может быть быстро обесценена.

10. Саммит может стать повторением Хельсинки 2018, когда после нескольких часов с Путиным Трамп выглядел растерянным и подавленным. Тогда это сочли личным успехом Путина, но саммит оказался в итоге пустышкой. Я не утверждаю, что сейчас будет также. Тем не менее, любой итог встречи в Аляске будет хрупким, а развитие событий в самой Украине окажется куда важнее, чем всё, о чём там смогут договориться Путин и Трамп.

Российская делегация:
Лавров-Ушаков... Понятно и очевидно. Два главных лица по внешней политике и российско-американским отношениям. Кураторы "сделки"

Антон Силуанов. Тема санкций.

Андрей Белоусов. Тема войны.

Кирилл Дмитриев. Все про выгодную коммерцию.

Компактно, ничего лишнего

Саммит — если вообще можно употреблять это слово для столь урезанного двустороннего мероприятия — завершился практически так, как я и говорила: мы стали свидетелями «Хельсинки-2». Но не Хельсинки 1975 года, а вариации встречи двух лидеров а 2018. Как и тогда, все выглядит как личная победа Владимира Путина, но никаких ощутимых результатов нет.

Дональд Трамп вновь был явно очарован и впечатлён своим собеседником. Поэтому главным итогом стал эмоциональный эффект. Но тут есть проблема. Во-первых, этот эффект быстро рассеивается. Во-вторых, он не сильно помогает Путину полностью переманить собеседника на свою сторону. Можно уважать партнёра и при этом не соглашаться с ним — что здесь и наблюдалось. Трамп явно не принял в полном виде тот вариант урегулирования, которое продвигает Путин.

⚡️⚡️Главный же итог заключается в том, что у Трампа укрепилось убеждение: Россию невозможно победить. Путин, как и следовало ожидать, не скромничал по поводу ядерных возможностей России, что имело свое воздействие. Но на это есть и основания: у меня нет сомнений, что Путин может прибегнуть к ядерному оружию, если почувствует, что проигрывает войну. Трамп же всегда был особенно чувствителен к теме ядерного статуса России. И из этого следует главный стратегический вывод из прошедшей встречи: он никогда не станет поддерживать Украину так же полностью, как это делает Европа, так как просто не верит, что Украина способна выиграть войну у ядерной державы. Это даёт ответ на частый вопрос: что произойдёт, если Трамп разочаруется в Путине? Даже в этом случае "байданизации" политики США ожидать не стоит из-за страха перед российским ядерным возмездием.

Сами же результаты касательно непосредственно конфликта оказались минимальными. Встреча не стала ни провалом, ни успехом для обоих. Трамп и Путин сошлись на том, в чем согласны и зафиксировали точки разногласий, договорившись продолжить обсуждать последние. Обещают второй саммит в России, но я сомневаюсь, что он состоится. Представления Путина о «первопричинах» конфликта столь сильно расходятся с понимаем реальности Трампа, что найти общие основания, вероятно, невозможно (да и объективно вряд ли реально, если на российских условиях). А если такая встреча и состоится, она, скорее всего, будет выглядеть очень похоже на вчерашнюю.

Теперь Трамп, похоже, перекладывает большую часть ответственности на Киев и Европу, но оставляет за собой некоторую роль. Следует отметить: Путин хотел, чтобы Трамп встал на его сторону и оказал давление на Киев, вынудив его к сущностному обсуждению российского меморандума. Добиться этого, в желаемой мере, не получилось.

На данный момент трёхсторонний саммит Трамп–Путин–Зеленский представляется крайне маловероятным. Юрий Ушаков уже заявил, что такая встреча не стоит в повестке. Это соответствует позиции Кремля: Путин согласился бы только в случае, если бы соглашение, составленное на российских условиях, уже лежало на столе, и Киев был готов его подписать.

В ближайшие дни появятся новые подробности, возможно мы узнаем что-то интересное. Но пока мало что поменялось — за одним исключением: теперь Украина, скорее всего, столкнётся с бОльшим давлением со стороны США начать субстантивное обсуждение меморандума Путина. Однако это давление не будет достаточным, чтобы заставить Киев принять эти условия.

А пока война продолжается; тема прекращение огня остаётся на столе; Киев и Москва должны продолжать переговоры в Стамбуле.

В итоге украинское руководство сейчас втягивают в формат переговоров, который можно условно назвать Стамбул-2. Те же требования, не считая новых территориальных претензий, то же место и те же лица — по крайней мере, с российской стороны. Правда, в отличие от 2022 года, сейчас Украина находится в гораздо более тяжелом положении с перспективой потерять Донбасс к очередному российскому наступлению следующей весной.

У Европы в этом формате складывается весьма декоративная роль. У нее нет ни военных, ни финансовых ресурсов, чтобы быстро изменить ситуацию на поле боя, а ее ключевой стратегический союзник — США — теперь требует обсуждать сделку на основе российских вводных — то есть в рамках прямого диалога России с Украиной.

Все это может обречь Киев на несколько месяцев тяжелых переговоров с Москвой в Стамбуле, которые будут идти на фоне продолжающегося наступления российской армии (что, однако, не исключает возможного периодического согласия сторон на прекращение огня).

https://storage.googleapis.com/crng/russia-usa-ukraine-alaska-goals.html

В начале этого года, когда Трамп только вступил в должность президента, меня часто спрашивали, а что будет, когда он разочаруется в Путине? Мне тогда это казалось маловероятным: Трамп человек обстоятельств, и трудно представить, чтоб наступило некое “разочарование” как стабильное и невозвратное событие. Моя правота подтверждалась все эти месяцы. Но сейчас, кажется, ситуация меняется. И дело не только в Трампе - его вчерашний пост о способности Украины победить отражает некие новые обстоятельства (которые, конечно, никакие не новые, но речь скорее о восприятии). И это новое заключается в том, что весной и летом на Западе росли сомнения, что Украина выстоит. Россия наращивала наступление, Трамп давал понять, что Россия выигрывает, и многие действительно непублично считали, что Украина скоро все…

Прошло несколько месяцев, а воз и ныне там. Россия не смогла преобразовать свое тактическое военное преимущество в стратегически новую ситуацию. То есть, если смотреть на то, что Путин хочет в Украине (институциональные изменения для установления “дружественного” режима, радикально сокращенную армию, гарантии нерасширения НАТО и т.д.), то Россия за три с половиной года не сильно стала ближе к своим целям. Да, взяли больше земли, но воюют то не за это.

На этом фоне накапливаются проблемы и в российской экономике, которая выглядит, прямо скажем, не лучшим образом, а перспектива туманна. Конечно, Путин будет воевать, несмотря на ограничение ресурсов и ничто не заставит его передумать, но та ситуация, которая сложилась на сегодня, она не предвещает большой победы. Тут можно сделать оговорку, что не предвещает, если в самой Украине все не рухнет. Но даже если и рухнет, на что многие в Москве рассчитывают, далеко не факт, что это поможет сделать ее “дружественной”. Скоре даже наоборот: чем масштабней там политический хаос, тем сложнее будет договариваться, не говоря уже о реализации подписанного. В каком бы самом дестабилизированном состоянии Украина не была, никакой новый Стамбул 2 или Минск 3 реализован не будет. Это, конечно, тоже стратегическая ошибка Путина, который верит, что Украина рано или поздно будет в кармане.

Пугает в этой ситуации перспектива резкого наращивания военных действий. Украина не ломается, Трамп нам больше не помощник… Что остается? Воевать с удвоенной силой…

Интересно, что предложение Путина придерживаться количественных ограничений по СНВ еще год после его истечения, практически не замечено западными (американскими) аудиториями. Какая-то небольшая дискуссия прошла в среде экспертов по разоружению, но в целом реакции практически нет. В России же это видят, я не говорю про пропаганду сейчас, как ключевое событие стратегической значимости. Однако на Западе и война, и особенно последний год игры Москвы в "мы хотим мира и переговоров" (на фоне интенсивных бомбардировок), привели к сильной девальвации значимости любых шагов Путина, даже в тех сферах, которые значимы с точки зрения мировой долгосрочной безопасности. Даже если профессионалы в вопросах стратегической стабильности осторожно приветствуют это предложение (и то, тут тоже дискуссия имела место), за пределами этого сообщества царит скептицизм.

В этом плане достаточно грустно наблюдать, как в России безнадежно повисла эта главная интрига - как отреагирует Трамп, Путин же сделал такой существенный шаг в его сторону - а в США эта тема совсем маргинальна (правда и причины тут не только в Путине и войне). Уже понятно, что с российской стороны этот выстрел был вхолостую, если говорить о попытке подступиться к нормализации... Кстати, не факт, что предложение в итоге отклонят, но если примут, то это будет с минимальными позитивным эффектом для двусторонних отношений.

Мне это напоминает роль Лукашенко в подавлении мятежа Пригожина. Примерно такая же самостоятельность. Не спрашивайте, кто тут Пригожин.

https://xn--r1a.website/ejdailyru/357534

Всем сесть, война идет...

Никто на федеральном уровне не рискнет заступаться за потенциальных жертв коррупционных дел в условиях войны, когда экономические ресурсы собираются любой ценой и под любым предлогом на дело спасения нации. Преследования же более мелких представителей региональной и местной власти стали ежедневной рутиной: почти каждый день можно слышать о новых уголовных делах против чиновников городских и областных администраций, включая местных силовиков.

С войной пришла и борьба с военной коррупцией, где, например, за арестом бывшего курского губернатора Алексея Смирнова следует самоубийство его предшественника, федерального министра Романа Старовойта. И все это шлифуется признанием иностранным агентом известного курского военкора Романа Алехина.

Это стало громким процессом, затрагивающим региональные власти целых трех приграничных регионов, которых обвиняют в неэффективном строительстве приграничных фортификаций. Якобы из-за этого стало возможным украинское наступление в Курской области в августе прошлого года — аргумент, который не выдерживает критики.

Военная реальность пытается диктовать новые правила: на войне нельзя воровать, а так как воруют много и многие, любой, даже минимальный конфликт или неосторожное слово ведет к уголовным делам и посадкам просто из-за привлеченного внимания. Достаточно вспомнить громкие посадки в Минобороны, где произошел де-факто демонтаж команды Шойгу на фоне конфликта с ВПК, — неприкасаемых тут нет.

https://storage.googleapis.com/crng/russia-elites-hunt.html

Некоторые размышления по поводу последних утечек разговоров Виткоффа, Ушакова и Дмитриева, а также общего состояния мирных "переговоров" (да, в кавычках, потому что пока это не переговоры). Это быстрый перевод моего поста в X на английском (может кому удобней), так что прошу прощения, если язык немного коряв.

1. У Москвы есть серьёзная структурная проблема: с кем именно на американской стороне вообще вести разговор?

• Стив Виткофф удобен и восприимчив к российским идеям, но он бюрократически изолирован и политически уязвим. Он берет хорошо известные российские позиции, переупаковывает их, но потом они исчезают в дебрях геополитических и внутриполитических битв.

• Сам Трамп не хочет погружаться в детали.

• Марко Рубио без энтузиазма относится к российским "целям" и с трудом находит общий язык с Лавровым.

Передавать предложения через Виткоффа тактически просто, но это не несёт никакого реального административного веса. Последние утечки только усиливают эту слабость.

Что касается Дэна Дрисколла, который наивно поехал в Абу-Даби в ожидании начать там "переговоры" с российскими представителями (а Кремль проигнорировал его попытки договориться о встрече в Москве, например, с Белоусовым), просто попал там не на тех людей (ГРУ), и никто с ним всерьез ничего обсуждать не стал. В итоге он уехал ни с чем. В Кремле до сих пор не понимают, в каком качестве он действует и какой мандат у него на самом деле есть.

2. Нет сомнений, что 28-пунктовый план отражает значительную часть российских приоритетов. Но есть нюансы, как скажет Путин:

• Некоторые положения прямо противоречат ключевым российским требованиям (например, допустимая численность украинской армии, отсутствие запрета на дальнобойные вооружения).

• Формулировки позволяют слишком широко трактовать содержание и рискуют быть размытыми на стадии реализации.

3. В Москве вообще не понимают, где предмет переговоров.
28 пунктов? 19 пунктов? 22 пункта? Даже вроде как согласованный с украинцами 19-пунктовый вариант ещё не финализирован, потому что Зеленский должен напрямую обсудить ряд острых вопросов с Трампом. Кремлю нужен официальный письменный текст с понятным статусом, от которого можно отталкиваться. Пока его нет, и Москва ждёт.

Добавлю здесь также, что все же постепенно уже формируется "концепция" мирного урегулирования, но плана нет (об этом сказал Трамп). Эта концепция пока слишком подвижная и может как очень понравится Москве, так и не понравится вовсе.

И главное - на сегодняшний день не видно ничего, что заставило бы Путина пересмотреть свои цели или отказаться от базовых (они же максималистские, с точки зрения Запада) требований. Эти требования остаются по сути неизменными уже более двух лет (с некоторыми корректировками, конечно, на территориальные изменения). Сейчас Путин даже более уверен в своих силах на фронте, чем прежде, и убеждён, что может дождаться момента, когда Киев окончательно признает невозможность победить и будет вынужден вести переговоры на российских условиях. Если американцы помогут ускорить движение в этом направлении — хорошо. Если нет, то Путин знает, что делать. Такова сегодняшняя логика Кремля.

Уиткофф взял за основу наработки из его прошлых встреч с Путиным и Ушаковым. Потом он получил от Дмитриева более свежий — максималистский, как выразился Ушаков, — вариант российских предложений и в каком-то виде интегрировал его в свой план.

Судя по получившимся в итоге 28 пунктам, львиная доля вошедших в него идей так или иначе была в пользу России. Тем не менее это еще не делает план чистой калькой с российских предложений — там есть и пункты, вызвавшие обеспокоенность Кремля. Это прежде всего ограничение украинской армии на уровне 600 тысяч человек (Москва требовала до 100 тысяч) и отсутствие пункта о запрете на размещение дальнобойных вооружений, отягощенное упоминанием, что Киев может ударить по Москве или Санкт-Петербургу.

Другие положения плана хоть и отражали в основном приоритеты Москвы, но были сформулированы так, что их смысл рисковал быть выхолощенным в ходе последующего обсуждения мер по реализации.

https://storage.googleapis.com/crng/russia-us-talk-leaks.html

Недавние заявления Путина на пресс-конференции были достаточно откровенными и позволяют сформулировать несколько важных моментов в преддверии встречи с Виткофф в Москве.

1. Путин дал понять, что согласованный между США и Украиной план он готов обсуждать (то есть обрезанную вариацию). Это конечно жест - демонстрация открытости, которая не означает смягчение позиции (в нынешнем виде план остается неприемлемым).

2. (Не ново, но сказано однозначно): каждый пункт даже изначального плана из 28 позиций критично важен, и формулировки пока Россию не устраивают.

3. Путин дал понять, что России все равно, как юридически будет оформляться власть в Украине, выборы должны пройти, но это не выведет из конституционного кризиса. А значит, как он считает, с Украиной юридически договориться невозможно . Поэтому фокус сейчас на том, чтоб Россия получила гарантии от Запада, включая юридическое признание Донбасса (весь), Запорожья и Херсонской области (по линии контакта), а также Крыма российской территорией. Не де факто, как сказано в 28 пунктах, а де юре. Украина может не признавать.

4. Стоит обратить внимание, и это уже не в первый раз, что Путин говорит, что военные действия прекратятся, если Украина выведет войска из Донбаса. Это не стоит принимать как абсолютную истину, бомбить территорию Украины он может и дальше, но именно территориальное продвижение может остановиться. Это его предложение Западу, которое он двигает с Аляски.

5. Он готов говорить с Европой о европейской системе безопасности и подписать обязательства не напасть на Европу, хотя и считает такие опасения чушью. Эта тема обсуждается с лета с американцами. Мне кажется этот акцент важен, так как впервые публично он дал понять, что Европа для него все же в каком-то виде существует.

6. Путину все равно, позовут Россию в G7 или нет. Тут тоже нет ничего нового, но многие на Западе еще верят, что это рычаг. Давно нет.

7. Путина явно разочаровывает вся эта внутриполитическая возня в США и неопределенность в отношениях с Россией. Но у него нет сомнений, что по мере того, как Украина будет терять больше территорий, число тех, кто призывает к прекращению боевых действий на Западе будет расти.

Путин поручил группировке войск «Север» на вверенной ей территории создать зону безопасности вдоль границы с Украиной. Это совсем не новость, о буферной зоне он говорил месяцы назад. Но сразу приходит в голову мысль, насколько далеки все возможные посредники/переговорщики по миру с Украиной (не из числа русских, конечно) от понимания всего того пласта запросов, которые у действительности есть у Кремля. То, о чем идет торг, и то что воспринимается как максималистские запросы - это лишь верхушка айсберга.

С удивлением обнаружила себя в этом странном рейтинге (никакой методологии не дано), и доверять ему сложно (как и всему, что появляется в анонимных телеграмах). Но что хочу сказать - хорошо, для общего блага, что включили целых четырех иностранных агента. И состав получился такой инклюзивный, как сказали бы дипломаты. Пусть будет больше таких, где нет своих или чужих, черных или белых, за нас или против нас ....

https://xn--r1a.website/ejdailyru/374989

Дорогие друзья и коллеги,

Я знаю, что сейчас многие из нас поглощены событиями в Венесуэле, но у меня есть важные новости. На протяжении последних двух лет я активно работала над идеей создать виртуальный эквивалент Track 2 дискуссий, для ведущих российских и западных экспертов по стратегической безопасности, внешней политике, контролю над вооружениями и смежным областям. На сегодня работа практически завершена, и я рада объявить о запуске проекта StarkTalk.

Что такое StarkTalk? Это онлайн возможность для российских и западных экспертов обмениваться идеями и дискутировать о том, как нам жить дальше в условиях, когда мировой порядок претерпевает тектонические сдвиги, международные правила игры рушаться, созданная десятилетиями архитектура безопасности уходит в прошлое. Идея проекта заключается в том, чтобы выйти за рамки обсуждения войны в Украине и попытаться взглянуть на более общую картину: быстро и непредсказуемо меняющийся мир, где Запад вопреки некоторым пожеланиям так и не загнивает, а Россия, будучи ядерной державой, военным путем побеждена быть не может. StarkTalk предоставляет возможность экспертам высказывать точки зрения в формате «за и против», а также участвовать в дискуссиях и чатах, выстраивать контакты с коллегами и выдвигать предложения для создания общего банка решений глобальных проблем безопасности.

StarkTalk это мой личный, некоммерческий проект, финансируемый из собственных средств, без спонсоров, доноров или институциональных связей. Чтобы сохранить его высокий уровень, аполитичность и профессионализм, регистрация требует предварительного одобрения. Это позволит сохранить StarkTalk эксклюзивным профессиональным пространством, свободным от пропаганды или скрытых повесток.

Такие выдающиеся эксперты как Александр Габуев, Самуэль Чарап, Татьяна Митрова, Павел Подвиг и Уильям Альберк, уже присоединились. Если Вы — профессионал в международных вопросах, и/или считаете что Ваш опыт и знания могут быть ценными для дискуссий по стратегическим вопросам, присоединитесь к StarkTalk.

Есть два способа это сделать:
- Перейдите по ссылке, и подайте заявку на регистрацию.
- Напишите мне напрямую contact@starktalk.com, чтобы обсудить участие или задать вопросы.

Для экспертов, опасающихся за свою безопасность, (например, базирующихся в России), мы предлагаем полностью анонимные аккаунты: пройдите регистрацию или свяжитесь со мной, и мы создадим для вас специальную форму без следов ваших персональных данных на платформе. Конечно, абсолютной безопасности никто не обеспечит, но справедливости ради, заметная часть нынешнего российского руководства тоже заинтересована в выстраивании мостов с Западом и мирном сосуществовании с остальным миром.

Запуск самой платформы состоится скоро (точная дата будет объявлена). Дальнейшие обновления следуют.

Давайте говорить прямо. 💬
PS Да, проект англоязычный, но я думаю с развитием ИИ это уже не преграда.