​​Ещё один пример любителя помахать оружием, ввернуть хлёсткое словечко и покусать руку, которая кормит

Мадам Ню была вьетнамской аристократкой и женой брата президента Южного Вьетнама в конце 1950-х/начале 1960-х гг. Так как президент был холостяк (и по слухам гей) мадам Ню выполняла функции первой леди. На этом посту она отметилась хамством по отношению к министрам, запредельной коррупцией, «борьбой за духовные скрепы» и одновременно собственными роскошными нарядами с вызывающим декольте. Когда правящая католическая верхушка Южного Вьетнама решила провести христианизацию в традиционно буддийской стране, буддийские монахи начали массово сжигать себя на камеры в знак протеста. Мадам Ню публично заявила, что единственное, о чём она сожалеет, так это о том, что жгут себя монахи дорогим импортным бензином. Вот если бы они не тратили дефицитный бензин, а самовозгорались сами, тогда бы она только аплодировала этому «барбекю». Во время своего визита в США мадам Ню заявила, что американцы на самом деле – сплошь латентные коммунисты, и лишь Южный Вьетнам стоит неприступной скалой на пути мирового коммунизма.

Выкрутасы мадам Ню стали последней каплей для президента Кеннеди, называвшего её «проклятой сукой», после чего тот одобрил государственный переворот в Южном Вьетнаме, чтобы заменить чрезвычайно непопулярную правящую семейку на какого-нибудь менее токсичного генерала. Пока мадам Ню разъезжала по Америке, её мужа и деверя убили путчисты. После этого мадам Ню с детьми поселилась в Европе, откуда не уставала проклинать американцев за предательство. Умерла она в Риме в 2011 г.

​​24 августа 1919 г. только что образованная Веймарская республика сотряслась от очередного политического скандала.

В наше время фотографии политиков с голым торсом уже никого не удивляют, более того, некоторые даже повышают с их помощью политический авторитет. Однако сто лет назад нравы были куда более суровы. Демонстрация обнажённого тела, не только женского, но и мужского, считалась «в приличном обществе» предосудительной. На этом, например, погорели первые руководители первой немецкой демократии.

В июле 1919 г. президент Фридрих Эберт и министр рейхсвера Густав Носке – оба социал-демократы, во время одной из инспекционных поездок на север страны решили искупаться. Поблизости оказался фотограф. Не особо размышляя о последствиях, руководители государства согласились сфотографироваться. Искупавшись, высокие гости уехали, а фотограф вывесил изображение в своём фотоателье.

Казалось бы, совершенно бытовая ситуация, но как бы не так. Кто-то увидел фотографию, и приобрёл её. 21 августа Эберт принёс присягу на недавно подписанной им же Конституции как первый рейхспрезидент республики. А три дня спустя одно из ведущих изданий Германии – «Berliner Illustrierte Zeitung», вышло с фотографией голых по пояс президента и военного министра на всю первую полосу. Издание придерживалось либеральных взглядов и, вероятно, те, кто размещал изображение, желали подчеркнуть, что президент – обычный человек, такой же как и прочие граждане. Но значительная часть немцев столетней давности как раз не хотела, чтобы ими правил кто-то, похожий на них. К тому же тогда понятия о степени дозволенной наготы отличались от современных, поэтому мужчины, как и женщины, старались при купании облачаться в закрытые купальные костюмы. Вид голых по пояс президента и военного министра, оскорбил чувства многих поборников общественной морали.

Для правых «неприличное фото» стало мощным аргументом против ненавистной республики. В правой печати появились коллажи, предлагающие читателям сравнить правителей «тогда» – Вильгельма II и Гинденбурга, в блеске мундиров и наград, и «сейчас» – двух голых мужиков в трусах. Консерваторы издевательски переделали старый кайзеровский гимн «Славься ты в венце победном» на «Славься на пляже». Свой вклад в травлю внесли и левые радикалы: на их карикатурах Эберт и Носке, которые в начале года подавили несколько попыток большевистских мятежей, стояли по колено в крови рабочих.

Эберт пытался судиться с наиболее жёсткими «троллями», но без особого успеха: консервативные суды отказывались признавать нападки оскорблениями. История с купальной фотографией преследовала Эберта на протяжении всей его последующей деятельности, а правые продолжили нападки на президента уже по другим поводам. Постоянный стресс и необходимость защищать своё честное имя в суде сыграли роль в том, что Эберт скончался на президентском посту в феврале 1925 г. в возрасте всего 54 лет.

Этническая карта держав Центрального блока времён Первой мировой войны

Смотреть в высоком разрешении: https://i.pinimg.com/originals/9e/99/36/9e9936a9ae1f03849edd7f3dba1cc28e.jpg

​​Про французскую «Зону отчуждения»

Во Франции вот уже сто лет существует собственная «Зона отчуждения». Речь идёт о территориях, пострадавших от боевых действий во время Первой мировой войны. Сразу после её окончания 3,3 млн га. на севере Франции были разделены на три категории. Через «зелёную зону» проходили армии, здесь размещались склады, тыловые госпиталя, утилизировались разнообразные отходы. «Жёлтая зона» находилась ближе к фронту, сюда долетали снаряды, а иногда проходили кратковременные боестолкновения. Наконец, «красная зона» - самый ад, непосредственная линия фронта, где разрушено всё, что можно было разрушить, где почва отравлена десятками тысяч разложившихся трупов, неразорвавшимися снарядами (не разорвался каждый третий), токсичными металлами и химикатами. Государство выкупило 120 тыс. га. «красной зоны» и запретило здесь всякую сельскохозяйственную и строительную деятельность. Конечно, со временем большая часть земли была разминирована и дезинфицирована, что позволило вернуть её в экономический оборот, однако некоторые территории так и остались невосстановленными. Частично их засадили лесами, частично превратили в мемориальные комплексы. Ежегодно с мест боёв столетней давности извлекают около 400 тонн боеприпасов, на окончательную очистку почвы от которых ориентировочно уйдёт 700 лет. В некоторых районах до сих пор ничего не растёт и не живёт.

Фотографии из "красной зоны" можно посмотреть тут: http://oliviersainthilaire.com/?page_id=38

Этнографическая карта Европейской части России, 1875 г.

Смотреть в высоком разрешении: https://akarlin.com/wp-content/uploads/2019/01/map-russia-ethnic-1875-rittich.jpg

​​26 августа 1921 г. в Веймарской республике произошло очередное громкое политическое убийство

Маттиас Эрцбергер родился в католической семье вюртембергского портного в 1875 г. Получил педагогическое образование и несколько лет проработал школьным учителем. Как и большинство немецких католиков поддерживал Партию Центра и даже стал одним из организаторов христианских профсоюзов. В 1903 г. в возрасте всего 28 лет Эрцбергер стал самым молодым депутатом рейхстага, где специализировался на колониальном и финансовом вопросах. Одобряя колониальную политику в целом, он осуждал с позиции христианской морали «перегибы на местах». С началом Великой войны Эрцбергер как и всякий патриот забыл о разногласиях с правительством и де-факто поступил на государственную службу: заведовал пропагандой на союзные Германии и нейтральные страны, параллельно курируя различные разведывательные и диверсионные инициативы, вроде создания шпионского центра в Стокгольме или плана вывоза Папы Римского в Лихтенштейн, чтобы избавить Понтифика от влияния враждебной Италии. Впрочем, Эрцбергер не забывал и о морали, став одним из немногих, кто публично и с негодованием говорил, что немецкие союзники – турки, проводят геноцид армян, ассирийцев и греков.

Вращаясь по долгу службы в самых высоких правительственных и военных кругах, Эрцбергер видел, что дела Германии плохи, и впереди маячит катастрофа. С 1917 г. он стал главным публичным проводником идеи компромиссного мира «без аннексий и контрибуций». Когда в следующем году в Германии началась революция, именно Эрцбергера генералы отправили подписывать в Компьень перемирие с союзниками. Выполнение этой обязанности он называл самым тяжёлым моментом в жизни. Для правых националистов Эрцбергер самим фактом своей подписи стал национал-предателем и объектом лютой ненависти (в своих постах на канале я неоднократно показывал, что умом веймарские правые никогда особо не отличались, а если умные мысли их и преследовали, то правые всегда оказывались быстрее).

В июне 1919 г. Эрцбергер стал министром финансов. Можно сказать, что если Бисмарк объединил Германию политически, то Эрцбергер объединил её экономически. В Кайзеррайхе, представлявшем собой федерацию 25 полусуверенных государств, каждое из них имело собственную налоговую систему, а центр мог довольствовался лишь доходами от таможенных тарифов. Эрцбергер впервые в немецкой истории централизовал налоговые сборы, лишил земли их налогового суверенитета и передал его Берлину. Были введены новые налоги, вроде налога с оборота, налога на наследство или единовременного «чрезвычайного» налога на имущество. Максимальная ставка подоходного налога выросла с 4% до 60%. Стоит ли говорить, что Эрцбергер как главный мытарь Рейха возбудил против себя ещё более жгучую ненависть, и снова, прежде всего, со стороны правых, кошельки юнкерских и промышленных спонсоров которых сильно похудели. Справедливости ради стоить сказать, что при всех положительных аспектах централизации, реформа Эрцбергера лишила значительную часть земель и муниципалитетов средств к существованию и подсадила их на дотации из центра. Это ещё аукнется республике в годы Великой депрессии.

Однако Эрцбергер этого уже не застал. Он ушёл с поста министра финансов в марте 1920 г. после судебного разбирательства против одного из правых депутатов. Оппонент министра был приговорён к штрафу за клевету, но суд признал справедливыми часть его обвинений, что Эрцбергер пользовался служебным положением для продвижения интересов близких к себе компаний. Незадолго до этого в политика в первый раз стреляли: пуля застряла в карманных часах. Однако во второй раз Эрцбергеру уже не повезло. 26 августа 1921 г. во время прогулки в лесу его настигли два бывших офицера и расстреляли из револьверов. Убийцы смогли скрыться заграницей, были амнистированы при нацистах, а в послевоенной ФРГ отсидели пару лет и вышли на свободу уже в начале 1950-х гг.

Иллюстрированная карта Европейской части России с огромным массивом статистической информации, 1903 г.

Смотреть в высоком разрешении: https://i.redd.it/2l19xyos4u5z.jpg

Ровно сто лет назад, летом 1920 года, греческая армия активно наступала в Анатолии и на османской государственности уже ставили крест. В августе султаном со странами Антанты был подписан Севрский договор, по которому от империи оставался небольшой огрызок в Малой Азии. Без арабских территорий, европейских, Константинополя, побережья Эгейского моря, Армении, Курдистана. Договор был подписан султаном, но не признан кемалистами.

"Тем временем в самой Греции премьер Элефтериос Венизелос, сторонник "Великой Идеи" (возрождения греческой империи) и победитель турок в Балканской войне, на фоне новых дипломатических и военных побед согласился провести выборы, уверенный в своей победе.

Монархистская «Народная партия» провела предвыборную кампанию под лозунгом «мы вернём наших парней домой». Получив поддержку, значительного тогда, мусульманского населения, на выборах 30 ноября 1920 года победили монархисты. Партия Венизелоса получила 308 тыс. голосов, монархисты 340 тыс., из которых 100 тыс. голоса мусульман Македонии. Победа монархистов нанесла неожиданный удар внешнеполитическим позициям Греции и стала роковым событием для греческого населения Малой Азии. Союзники заявили, что в случае возвращения в Грецию германофила короля Константина они прекратят финансовую помощь и заморозят кредиты.

Возвращение Константина (6/19 декабря) освободило союзников от обязательств по отношению к Греции. У. Черчилль, в своей работе «Aftermath» (стр. 387—388) писал: «Возвращение Константина расторгло все союзные связи с Грецией и аннулировало все обязательства, кроме юридических. С Венизелосом мы приняли много обязательств. Но с Константином, никаких. Действительно, когда прошло первое удивление, чувство облегчения стало явным в руководящих кругах. Не было более надобности следовать антитурецкой политике». "

В условиях дипломатической изоляции и прекращения снабжения армии, новое правительство пришедшее на антивоенной риторике к власти, сменило армейское руководство и решилось на самоубийственный Рейд на Анкару через пустыню, горы и укрепрайон с недостаточным снабжением. Тем временем Кемаль получал поставки оружия от Советской России и Италии.
Рейд на Анкару закончился катастрофой и для греческой армии и для всего греческого населения Малой Азии.

Эта победа Ататюрка спасла Турцию от раздела и теперь даёт возможность Эрдогану выступать с трибуны.

Первая диалектологическая карта русского языка, 1914 г.

Смотреть в высоком разрешении: https://2ch.hk/hi/src/646193/15911614917300.png

Сегодня хотел бы рассказать о Доме Культуры Льва Лурье @dklurie - организации, основанной известным историком Петербурга. Дом Культуры проводит экскурсии и лекции по истории и культуре в Санкт-Петербурге и Москве.
Например, 5 сентября в Петербурге у них пройдет экскурсия Константина Шолмова «Война на пороге» - о том, как в 1941 году город готовился к наступлению противников.

Подписывайтесь на их канал @dklurie - там они делятся интересными историческими фактами и рассказывают о грядущих мероприятиях.

"Она представляет". Жанна Маммен, 1928 г.

Эта акварель немецкой художницы-феминистки была опубликована в сатирическом журнале "Симплициссимус" с подписью: "Папа - прокурор, мама - депутат, а я единственная из всей семьи с личной жизнью!"

Читаю сейчас сборник статей о теории «Особого пути» от издательства «НЛО». Как-нибудь сделаю отдельный пост по теме этой книжки, а пока поделюсь кратким пересказом одной из статей сборника.

В своих подкастах и статьях многоуважаемый Ватоадмин неоднократно пересказывал теорию Дипака Лала, что индивидуализмом своей культуры Запад обязан культуре вины, которая прививалась из корыстных побуждений католической Церковью посредством концепции первородного греха. Благодаря насаждению культуры вины замещалась культура стыда, более свойственная традиционным обществам, при которой человек рефлексирует над своим поведением, озираясь, прежде всего, на мнение коллектива, а не на собственную совесть.

В своей статье «Особый путь и пути спасения в России» исследователь Виктор Живов проводит сравнительный анализ традиционных представлений о месте исповеди и возможностях религиозного спасения в культурах католических и протестантских стран с одной стороны и в русской православной культуре с другой. Учёный приходит к выводу, что западная христианская традиция ещё с середины первого тысячелетия начала работать над детальной проработкой образов загробного существования, кульминацией чего стало «изобретение» Чистилища: промежуточной области между Раем и Адом, в которой душа подвергается мукам, но не навсегда, а только на время. Страх перед Чистилищем стал стимулом перед калькуляцией каждым верующим баланса своих грехов и благих поступков, чтобы примерно представлять, на что он может рассчитывать после смерти. Подобная саморефлексия стала мощным стимулом для развития института регулярной исповеди, на которой верующие обязаны были перечислять все свои прегрешения, раскаиваться и по итогу получать отпущение грехов от священника. Спасение человека, таким образом, превращалось в его личное дело и зависело от его личных усилий: будь то совокупность благих дел в католицизме или сила веры в лютеранстве.

Восточная христианская традиция в целом проигнорировала детализацию загробного мира, никакого Чистилища в православии нет. Институт исповеди в России традиционно был крайне слаб, что шокировало приезжавших сюда иностранцев. По их словам, большинство русских воспринимали исповедь как удел высших слоёв, сами ходили на неё в лучшем случае раз в год, да и там предпочитали утаивать большинство грехов, публично хвастаясь: «что мы за дураки такие, что станем попу сознаваться!». Спасение души являлось не личным делом человека, а таинственным промыслом Божьим, который совершенно не зависел от какого-либо вклада верующего. Попытка «задобрить» Бога хорошими поступками скорее воспринималась как проявление гордыни и дерзновение предугадать Божий замысел. Важным считалось разве что предсмертное покаяние, но иногда можно было обойтись и без него: в православных Житиях можно встретить истории, как нераскаявшиеся грешники были спасены либо заступничеством чудотворных икон, либо исключительно потому-то их похоронили в «правильном» монастыре. Саморефлексия в таких условиях отступала куда-то далеко и заменялась на «авось», надежду на всепрощающего Господа, пути которого неисповедимы. Важным становилась не личная религиозность, а коллективное соблюдение «миром» общей религиозности.

Российское государство в XVII – XVIII вв. пыталось провести «дисциплинарную революцию», заставив верующих регулярно ходить на исповеди. Однако цели у этих мероприятий были преимущественно фискальными: с их помощью намеревались вычислять старообрядцев, подлежащих дополнительному налогообложению. Исповедь так и осталась в большинстве своём сухой формальностью, а русские верующие продолжили искать спасения скорее у чудодейственных икон, мощей, источников и блаженных. Государство, которое в течение XVII – XVIII вв. нещадно боролось с «народными суевериями», к началу XIX в. сдалось. В какой-то степени русское общество победило.

P.S. Совершенно очевидно, что различия между обществами не программируются каким-либо одним явлением или институтом в вакууме, но только целой совокупностью множеств, вписанных в исторический контекст.

​​Восемьдесят лет назад, 30 августа 1940 г., состоялся Второй Венский арбитраж, согласно которому Северная Трансильвания была возвращена Венгрии.

Трансильвания, которая издревле являлась венгерской землёй, но где большинство населения составляли румыны, была передана Румынии в 1920 г. согласно условиям Трианонского мирного договора. При этом на переданных территориях оставались жить более 1,6 млн. мадьяр, что только распаляло венгерский реваншизм. С 1938 г. Венгрия в союзе с Германией начала постепенно возвращать то, что она потеряла в Трианоне.

Румыния до лета 1940 г. являлась союзницей Франции, но после того, как последняя оказалась разгромлена, румынам пришлось искать нового заступника. Обратились к Гитлеру, но тот пообещал заключить союз только после разрешения территориальных споров с Венгрией. Летом 1940 г. румыны и венгры несколько раз садились за стол переговоров, и каждый раз те срывались из-за недоговороспособности сторон. В итоге венгры мобилизовали армию и приготовились забрать Трансильванию силой. Гитлеру война на Балканах между двумя потенциальными союзниками была не нужна, а потому Германия и Италия возложили решение трансильванской проблемы на себя. 30 августа 1940 г. в Вене министры иностранных дел Германии и Италии – Риббентроп и Чиано, провели арбитраж, согласно которому Северная Трансильвания передавалась Венгрии, а Южная оставалась за Румынией.

К Венгрии отходили 43.5 тыс. квадратных километров с населением в 2,6 млн. человек. Однако арбитраж так и не решил трансильванской проблемы. Даже согласно максимально пристрастной венгерской переписи населения 1941 г. в регионе проживали 1,4 млн. мадьяр и целый 1 млн. румын. Согласно румынским оценкам в утраченной Северной Трансильвании румын вовсе было большинство: 1,3 млн. против 1 млн. венгров. К тому же оставшаяся под румынской властью Южная Трансильвания также не была гомогенной: там оставались проживать от 350 до 500 тыс. мадьяр. В итоге из обеих заинтересованных сторон арбитражом не был доволен никто, и в течение следующих нескольких лет румыны и венгры пытались перетянуть симпатии Гитлера каждый на свою сторону.

Успеха в итоге добились румыны, но связано это было не с лояльностью Гитлеру, а наоборот: с переходом на сторону его противников. В августе 1944 г. Румыния перешла в стан антигитлеровской коалиции и в ходе боевых действий совместно с Красной армией вернула себе Северную Трансильванию.