13 марта – важный день австрийской национальной истории, аналогичный по наполнению смыслами немецкому 9 ноября.

13 марта 1741 г. родился император Иосиф II Габсбург (1780 – 1790). Если проводить параллели с российской историей, то этого фаната Пруссии и Фридриха II, сына великой императрицы Марии Терезии и олицетворение Просвещённого абсолютизма можно назвать «австрийским Павлом I». Вступив на престол зрелым человеком после длительного правления великой матери, император приступил к комплексным реформам, стремясь достичь «общего блага» для всех подданных независимо от их сословной или национальной принадлежности. Грубо и деспотично руша привычный уклад жизни привилегированных слоёв, Иосиф II заслужил их ненависть, и после своей, в отличие от российского коллеги естественной, смерти был замазан чёрной краской элитарного дискурса. Однако «простой народ», причём самые разные его категории, сохранил об императоре добрую память. Немецкие националисты чтили Иосифа II за его централизаторскую политику, опору на немецкое чиновничество, придание немецкому статуса государственного языка и покровительство немецкой культуре как унификационному «клею» империи. Для либералов император запомнился как сторонник свободы слова, отменивший цензуру, а также как противник аристократии и церкви, при котором прошла секуляризация, разогнаны многие монастыри и монашеские ордена, введён институт гражданского брака. Религиозные меньшинства, в том числе иудеи, уважали Иосифа II за Эдикт о веротерпимости. Наконец, для крестьян «народный император» являлся идеалом, так как отменил крепостное право. Каждый австрийский крестьянин знал легенду, как Иосиф II однажды лично взялся за плуг, выразив тем самым уважение «человеку труда».

13 марта 1848 г. митинг либералов в Вене в честь дня рождения Иосифа II перерос в восстание против абсолютистской монархии и канцлера Меттерниха. Открывшийся в этот же день ландтаг Нижней Австрии отправил императору Фердинанду I петицию с требованием конституционных реформ. Вечером толпа начала громить магазины, захватывать арсеналы и правительственные учреждения, вступать в столкновения с войсками. Город оброс баррикадами, Меттерних бежал, и через два дня император согласился на реформы. «Весна народов» пришла в Австрию. Консерваторы возьмут реванш уже в октябре, подавив революцию и отменив почти все её завоевания. Но всё же все. В Лету окончательно канули остатки феодальных повинностей крестьян, а граждане отныне хотя бы формально были равны перед законом. Но главное – революция 1848 г. дала либералам и социалистам первый опыт участия в государственном управлении, принесла саму конституционную идею в Австрию. Историческая память о 1848 г. в дальнейшем будет активно использоваться различными буржуазными и рабочими партиями для политической мобилизации масс.

Наконец, 13 марта 1938 г. в Отеле Вайнзингер города Линц Адольф Гитлер подписал Закон «О воссоединении Австрии с Германской империей». Если из всей совокупности причин аншлюса попробовать выделить основные, то, прежде всего, стоит сказать о предательстве Муссолини, который ради союза с Германией отказался защищать Австрию, за которую он столь эффективно вступался ещё летом 1934 г. Во-вторых, нельзя не отметить поразительную наглость Гитлера и Геринга на переговорах с австрийским канцлером Шушнигом в феврале – марте 1938 г. Если вкратце, то фашист и клерикал Шушниг ни при каких обстоятельствах не был готов проливать кровь сограждан в войне с соседом, предпочитая соглашаться на уступку за уступкой. Нацистам Гитлеру и Герингу пролить немецкую кровь не стоило ничего, а потому они безбоязненно балансировали на грани войны. После аншлюса термин «Австрия» был выведен из употребления и заменён на «Остмарк». С 1942 г. тот также был заменён на «Альпийские и дунайские рейхсгау» с целью вымарать любое напоминание о былой независимости этих земель. Государственность Австрии была восстановлена Декларацией независимости, подписанной в освобождённой русскими Вене 27 апреля 1945 г.

Финских фашистов из Лапуаского движения вам в ленту с утра

На канале @septicscepsis вышел интересный пост, как в сталинском СССР в мае 1935 г. публично оплакивали «уважаемого партнёра» Юзефа Пилсудского, разгромившего Красную армию под Варшавой в 1920 г., уморившего голодом десятки тысяч советских военнопленных, беспощадно репрессировавшего коммунистов в концлагерях и проводившего максимально агрессивную полонизацию Западных Украины и Белоруссии. Причиной такой удивительной лояльности к натуральному невыдуманному классовому врагу коллега считает общие истоки у большевиков и Пилсудского: революционный террор против Российской империи, участие в уголовных «эксах», социалистическая ориентация в период подпольной борьбы.

Лично мне кажется, что причина столь неожиданно уважительной риторики лежит в практической плоскости, связанной с внешней политикой. В 1929 г. во Франции началось строительство Линии Мажино. Это означало, что в потенциальной войне против Германии Франция будет придерживаться оборонительной стратегии, а значит Польша - восточный союзник французов по договору 1921 г., оставалась с немцами один на один. Тревога в Варшаве усилилась, когда летом 1933 г. Италия, Германия, Франция и Великобритания подписали «Пакт четырёх», после чего в Центральной Европе усилились опасения, что французы могут «слить» своих союзников ради нормализации отношений с немцами. Тогда поляки решили нормализовать отношения с Германией первыми. Осенью 1933 г. ходили слухи, будто Пилсудский убеждал Францию начать превентивную войну против практически безоружной гитлеровской Германии, которая только что вышла из Лиги Нации. Впрочем, впоследствии подтверждающих такие предложения документов не обнаружили, поэтому, возможно, слухи распространяли сами поляки, чтобы сделать немцев более сговорчивыми. В январе 1934 г. Германия и Польша подписали Пакт о ненападении сроком на 10 лет. Гитлер гарантировал польские границы, чего не позволяли себе даже либералы в Веймарской республике, не скрывавшие того, что рано или поздно они расквитаются с поляками. Вплоть до начала 1939 г. между Германией и Польшей поддерживались активные и взаимоуважительные контакты в политической, экономической и культурной сферах, апофеозом чего стал совместный раздел Чехословакии осенью 1938 г.

Советский Союз не мог не опасаться, что польско-немецкие контакты могут привести к совместному антисоветскому блоку, даже несмотря на аналогичный советско-польский Пакт о ненападении 1932 г., продлённый в мае 1934 г. до 1945 г. Поэтому, как мне кажется, СССР всеми силами старался показать, что он не хуже немцев в лояльности Второй Польской республике, в том числе и в своей скорби по её создателю.

P.S. К польскому политическому руководству 1930-х гг. можно относиться по-разному (лично я отношусь отрицательно), однако стоит отдать ему должное за возведённый в абсолют принцип «Родиной не торгуем». Немцы действительно предлагали полякам союз и присоединение к Антикоминтерновскому пакту с перспективой захвата всей Украины, но взамен просили отдать Данциг и Польский коридор. Режим Санации имел много пороков, но торговля национальной территорией в их число не входила. С весны 1939 г. от былой польско-немецкий дружбы не осталось и следа.

2 марта (15 по новому стилю) 1917 г. Николай II отрёкся от престола. Февральская революция победила.

P.S. Не знаю как вас, а меня поражает, что на плакате 1917 г. уже есть КОНТАКТНЫЕ ТЕЛЕФОНЫ

P.P.S. Порядок цветов триколора девочки-дизайнеры путали уже сто лет назад. Капитуляция Протектората Богемии и Моравии прошла успешно в марте 1917 г.

Экспорт Февральской революции

Советский Союз до середины 1930-х гг. не скрывал, что целью его внешней политики является экспорт мировой революции. Однако риторика экспорта революции появилась в России не после Октября, а уже после Февраля. Процитирую отрывки из книги Б. Колоницкого «Товарищ Керенский»:

«Нельзя игнорировать и ещё одно обстоятельство: в России с момента свержения монархии было ощутимо стремление экспортировать революцию, «освободить другие народы», при подготовке же наступления эта тема зазвучала с большей силой. Автор газеты, постоянно поддерживавшей Керенского, писал: «Если мы через войну получили свободу, то должны получить свободу и другие народы».

Этот настрой проявлялся в требованиях уничтожения «германского империализма» (с Февральских дней ходили слухи о начале революции в Германии). Русские солдаты рассматривались как союзники Карла Либкнехта и других германских интернационалистов: немецкие социалисты якобы ждут российского наступления, которое должно укрепить их политические позиции. На Либкнехта, авторитетного для многих социалистов, Керенский неоднократно ссылался в своих речах. Корреспондент одной из газет даже цитировал некоего немецкого пленного, социал-демократа, который будто бы утверждал: «Что ж, пусть русские перейдут в наступление. Это будет очень хорошо. Теперь они свободно дойдут до Берлина и выбросят вместе с нами красные знамёна».

<…> Некоторые «революционные оборонцы» заявляли, что вскоре красное знамя революции будет развеваться в Берлине. Оратор, выступавший на съезде солдатских депутатов в Риге, провозгласил: «Мы пойдём вперёд и разобьём войско Вильгельма и будем биться до того момента, пока германский народ не водрузит красное знамя над рейхстагом».

Продолжение войны рассматривалось как выполнение не только патриотического, но и интернационального долга. Некоторые солдаты заявляли, что пойдут в бой не только ради защиты родины и революции: они тем самым будут бороться и за «торжество правды во всём мире», «за Третий Интернационал».

И французский министр А. Тома, посетивший русские войска на фронте, призывал к экспорту революции: «Русская армия свободы, твёрдо верю, вместе с нами понесёт на своих штыках знамя свободы туда, где царит последний оплот царизма, обеспечит свободу всему миру, за что потомки назовут её, как некогда французскую, армией свободы мира… (Бурная овация). Я верю, что близок час, когда русские красные знамёна появятся в Валахии, в долинах Венгрии…». Эти слова были встречены бурными аплодисментами».

Не грустите, даже если вы оказались на карантине

Как чума сделала Россию, капитализм и протестантизм.

Дисклеймер: я не специализируюсь на средневековой истории, все дальнейшие выводы вдохновлены, прежде всего, соответствующей русскоязычной статьёй о «Чёрной смерти» в Википедии, которая признана одной из лучших статей по теме среди всех языковых разделов.

Эпидемия чумы обрушилась на Евразию в середине XIV в. и унесла ориентировочно от 75 до 200 млн. жизней при мировом населении в 475 млн. Европа лишилась от 30% до 60% населения. При этом чума прошлась неравномерно, затронув преимущественно Западную Европу и Средиземноморский регион. Центральная и Восточная Европа, хоть и пострадали, но не так сильно. Будучи громадным катаклизмом, чума не могла не оказать влияние на глобальные исторические процессы.

1) Начнём с родной отечественной истории, в которой «Чёрная смерть» стала важным фактором возвышения Москвы. Она проредила московскую династию: из сыновей Ивана Калиты выжил только Иван Красный, да и тот скоро умер, оставив одного сына Дмитрия. Звучит жестоко, но то, что на протяжении двух поколений в московской династии выживал лишь единственный наследник, помогло Москве добиться достаточной концентрации ресурсов, избежав их разбазаривания, так как князьям не с кем было делить имущество.

2) Чума катком прошлась по коммуникациям и государственному аппарату Золотой Орды. Началась двадцатилетняя гражданская война, известная русским как «Великая замятня». Пока бесчисленные ордынские ханы с упоением резали друг друга, ушлый москвичи копили силы. Когда в конце 1370-х гг. победителем в грызне вышел Мамай, он столкнулся с мощной коалицией русских княжеств во главе с тем самым уцелевшим сыном Ивана Красного – Дмитрием. Мамай попытался привести обнаглевших русских к порядку – и получил по зубам на Куликовом поле.

3) Обратимся к Западной Европе. Чума не щадила ни бедных, ни богатых, так что многие представители зажиточных семейств оставались единственными наследниками значительных состояний, которые могли быть пущены в капиталистический оборот. При этом депопуляция привела к тому, что поредевшая феодальная верхушка больше не могла эффективно держать в повиновении крестьянскую массу. Учитывая зависимость феодалов от земли, они были вынуждены заманивать немногочисленных работников более выгодными условиями труда и оплатой за него. Тем самым барщина уходила в прошлое, сменяясь арендными отношениями. Для простого труженика столетие после чумы стало «золотым». Лишь восстановление численности населения Европы к 1500 г. и вызванная этим совокупность факторов от создания первых национальных государств до Реформации, остановили улучшение качества жизни. В следующий раз улучшение своего положения «человек труда» почувствует лишь во второй половине XIX в.

4) Так как «Чёрная смерть» слабо затронула Центральную и Восточную Европу, тамошним феодалам не пришлось заискивать перед крестьянами. Отсутствие социального опыта, аналогичного западноевропейскому, приведёт к воцарению на этих землях в XVI – XVII вв. «второго издания крепостного права».

5) Кстати о Реформации. В силу своих обязанностей священники должны были присутствовать при кончине многочисленных больных. Естественно это вело к заражению и гибели самих священников. Из чумной полосы Церковь вышла не менее депопулированной, нежели её паства. Нуждаясь в кадрах, ей пришлось снизить квалификационные требования к новым служителям культа. Священник Средневековья до середины XIV в. обладал колоссальной интеллектуальной подготовкой. На смену ему пришёл поверхностно образованный попик, уверенный , что настали последние времена, а значит индивидуальная греховность не столь важна на фоне грядущего светопреставления. Распространение суеверий и ересей, реставрация языческих культов, укрепление института индульгенций (заплати денег – и грех прощён) связаны с коллективной травмой после «Чёрной смерти». Наряду с некомпетентностью и расхлябанностью клира эти факторы также сыграли роль в запросе части общества на Реформацию церковной жизни.

17 марта 1861 г. вступил в силу Закон No. 4761 Парламента Сардинского королевства, провозглашавший Виктора Эммануила II и его наследников «королями Италии». Хотя процесс итальянского объединения, известный как «Рисорджименто», продолжился и после, именно этот день считается датой создания Итальянского королевства.

На карте августа 1939 г. газета Sunday News знакомила читателей с вехами объединения Италии и с дальнейшим расширением её колониальной империи.

Про венгерский национал-большевизм.

Попытки совместить большевистскую и националистическую идеологии в одном флаконе начали предприниматься едва большевизм как оформленная политическая идея выступил на глобальной политической арене в конце Великой войны.

Первыми практиками в этом отношении стали венгры. Созданная в конце марта 1919 г. Венгерская Советская республика все четыре месяца своего существования пребывала в состоянии войны с румынами и чехами, пытаясь сохранить под своей властью исторические земли Венгерского королевства. В Красную армию массово «военспецами» записывались офицеры прежней Королевской армии, по свидетельству очевидца: «коммунист встретился с националистом на общей почве защиты Отечества». При этом контроля над офицерами, схожего с политикой в отношении «военспецов» в России, не было. Дошло до того, что в разгар боевых действий против интервентов венгерские офицеры Красной армии начали требовать замены красного флага Советской республики на национальный красно-бело-зелёный триколор. Представьте, чтобы «военспецы» в Красной армии Троцкого в каком-нибудь июне 1919 г. массово начали требовать введения бело-сине-красного флага РСФСР. Как только венгерские коммунисты приостанавливали боевые действия и вступали в переговоры с Антантой, офицеры массово покидали Красную армию и переезжали к белым.

После окончательного краха Советской республики в августе 1919 г. почти весь офицерский корпус Красной армии плавно перекатился в Национальную армию Хорти. В итоге практически всё руководство венгерских вооружённых сил периода Второй Мировой войны, включая начальников Генштаба и военных министров, прошло школу краскомов Красной армии Советской Венгрии, что не помешало им спустя 20 лет активно поддерживать Германию в войне против СССР.

Переизбравшись на второй президентский срок в 1904 г., Теодор Рузвельт публично пообещал соблюдать традицию, заложенную Джорджем Вашингтоном, и не баллотироваться на третий срок в 1908 г. Желая сохранить контроль над президентской администрацией, Рузвельт выдвинул в преемники послушного военного министра Уильяма Тафта, который легко победил на выборах 1908 г.

Однако преемник очень быстро почувствовал вкус к власти и отказался быть бесцветным исполнителем политической воли предшественника. В 1912 г. Рузвельт, нарушив обещание, выдвинул свою кандидатуру на третий срок. В итоге Республиканская партия раскололась между Рузвельтом и Тафтом, и в Белый дом въехал демократ Вудро Вильсон.