О решении Банка России 19 декабря
Никаких существенных модуляций сигнала на пресс-конференции не было, но некоторые нюансы дополнительно прояснили.
ЦБ рассматривал три варианты: 16.5, 16 и 15.5%.
• За 16.5% - как мера предосторожности («страховка») против реализации проинфляционных рисков в начале следующего года на фоне роста инфляционных ожиданий последние два месяца и неясности относительно устойчивости дезинфляционного тренда.
• За 16.0% - снижение ставки необходимо, так как дезинфляционный тренд налицо, но шаг должен быть осторожным, чтобы не спровоцировать новый всплеск спроса перед повышением налогов.
• За 15.5% - текущая инфляция в ноябре замедлилась существеннее, чем ожидал ЦБ (годовая инфляция опустилась ниже 6%) при выходе экономики из перегрева.
Главным аргументом для снижения ставки стала динамика цен, которая оказалась лучше ожиданий регулятора. Несмотря на снижение, ЦБ не видит оснований для резких шагов, так как замедление пока не выглядит необратимым трендом.
Важнейшим сдерживающим фактором для более глубокого снижения ставки стало ожидание роста цен в начале 2026 года из-за налоговых и тарифных изменений.
Кредитование ускорилось, что требует поддержания жестких условий для контроля денежной массы.
По оперативным данным, рост экономики в четвёртом квартале несколько ускорился... темпы роста потребительской активности остаются высокими (экономика выйдет из перегрева в середин 2026).
ЦБ сохраняет жесткость политики, так как ожидания населения и бизнеса выросли, реагируя на новости о налогах.
Проинфляционные риски преобладают на горизонте следующего года, а именно:
• Рынок труда;
• Инфляционные ожидания;
• Реакция на повышение НДС и индексацию тарифов;
• Внешние условия и особенно цены на нефть (воздействие через рубль);
• Более быстрое ускорение кредитования и денежной массы.
На основе каких индикаторов ЦБ принимает решения?
Понятно, что речь идет о сложной совокупности данных на всех уровнях, но из основного:
🔘 Инфляционные ожидания являются доминирующими в принятии решении Банком России по ДКП, т.к. через ИО формируются действия экономических агентов на денежном, кредитном рынках, в инвестициях и потреблении.
🔘 ЦБ смотрит на сглаженную 3-месячную среднюю инфляцию, очищенную от сезонности.
🔘 ЦБ разделяет общую инфляцию (которая может замедляться за счет разовых факторов, например, цен на овощи или бензин) и устойчивую часть инфляции.
🔘 ЦБ следит за тем, насколько быстро растет кредит, так как это напрямую влияет на денежную массу и спрос.
🔘 Регулятор оценивает, находится ли экономика в состоянии перегрева, анализируя потребительскую активность и инвестиционный спрос.
Сейчас не актуально, но ЦБ считает, что к нейтральному уровню ставки перейдем в 2027 году.
Необычно дезинфляционная тенденция в ноябре-декабре может быть связана с тем, что компании опустошают складские запасы перед повышением НДС, предоставляя небольшие скидки в целях более лучшего управления запасами.
Есть риск, что инфляция в начале 2026 отыграет «недобор» ноября-декабря.
И финальная цитата от Набиуллиной:
Никаких существенных модуляций сигнала на пресс-конференции не было, но некоторые нюансы дополнительно прояснили.
ЦБ рассматривал три варианты: 16.5, 16 и 15.5%.
• За 16.5% - как мера предосторожности («страховка») против реализации проинфляционных рисков в начале следующего года на фоне роста инфляционных ожиданий последние два месяца и неясности относительно устойчивости дезинфляционного тренда.
• За 16.0% - снижение ставки необходимо, так как дезинфляционный тренд налицо, но шаг должен быть осторожным, чтобы не спровоцировать новый всплеск спроса перед повышением налогов.
• За 15.5% - текущая инфляция в ноябре замедлилась существеннее, чем ожидал ЦБ (годовая инфляция опустилась ниже 6%) при выходе экономики из перегрева.
Главным аргументом для снижения ставки стала динамика цен, которая оказалась лучше ожиданий регулятора. Несмотря на снижение, ЦБ не видит оснований для резких шагов, так как замедление пока не выглядит необратимым трендом.
«Однако по одному месяцу преждевременно судить о том, разовое это замедление или проявление долговременной тенденции».
Важнейшим сдерживающим фактором для более глубокого снижения ставки стало ожидание роста цен в начале 2026 года из-за налоговых и тарифных изменений.
Кредитование ускорилось, что требует поддержания жестких условий для контроля денежной массы.
Нам важно поддерживать такую жесткость денежно-кредитных условий, чтобы кредит рос сбалансированными темпами, совместимыми с устойчиво низкой инфляцией.
По оперативным данным, рост экономики в четвёртом квартале несколько ускорился... темпы роста потребительской активности остаются высокими (экономика выйдет из перегрева в середин 2026).
ЦБ сохраняет жесткость политики, так как ожидания населения и бизнеса выросли, реагируя на новости о налогах.
Проинфляционные риски преобладают на горизонте следующего года, а именно:
• Рынок труда;
• Инфляционные ожидания;
• Реакция на повышение НДС и индексацию тарифов;
• Внешние условия и особенно цены на нефть (воздействие через рубль);
• Более быстрое ускорение кредитования и денежной массы.
На основе каких индикаторов ЦБ принимает решения?
Понятно, что речь идет о сложной совокупности данных на всех уровнях, но из основного:
Сейчас не актуально, но ЦБ считает, что к нейтральному уровню ставки перейдем в 2027 году.
Необычно дезинфляционная тенденция в ноябре-декабре может быть связана с тем, что компании опустошают складские запасы перед повышением НДС, предоставляя небольшие скидки в целях более лучшего управления запасами.
Есть риск, что инфляция в начале 2026 отыграет «недобор» ноября-декабря.
И финальная цитата от Набиуллиной:
Масштаб и скорость дальнейшего смягчения политики будут зависеть от устойчивости замедления инфляции и динамики инфляционных ожиданий. Реализация проинфляционных рисков может потребовать пауз в движении ставки.
Это значит, что не будет снижения в режиме автопилота. Мы будем постоянно оценивать изменение всех ключевых параметров российской экономики и внешней среды и в случае необходимости корректировать траекторию нашего движения. В ближайшие месяцы в фокусе нашего внимания будет то, как цены, а также ожидания людей и бизнеса отреагируют на повышение НДС и тарифов, как будет развиваться ситуация с другими проинфляционными и дезинфляциоными рисками – будут они усиливаться или ослабевать.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
cbr.ru
Заявление Председателя Банка России Эльвиры Набиуллиной по итогам заседания Совета директоров Банка России 19 декабря 2025 года…
1🤔125👍71❤65🤡32🤬14👎8🔥8😁7❤🔥4👏4🙏4
О траектории ставки Банка России в 2026 году
Многие ожидают однозначной ставки в конце 2026, но этот сценарий с очень низкой вероятностью.
Почему принципиально неверно сравнивать макроэкономические модели и профили до 2022 с текущей реальностью?
▪️Экономика и финансовая система России до 2022 была относительно открытой – внешнеэкономическая деятельность шла с ограничениями (2014-2021), но в целом трансграничная циркуляция товаров, услуг и капитала шла беспрепятственно в сравнении с текущими реалиями. Не так, как до 2014, но приемлемо.
С 2014 года в основном отсеклись портфельные инвестиции западных инвестфондов и снизился интерес долгосрочных прямых инвестиций компаний из ныне недружественных стран (снизились инвестиции, но не прекратились).
Были фрагментарные ограничения на краткосрочное фондирование, но системных сбоев не было.
Российские контрагенты могли практически беспрепятственно выводить активы из российского контура финансовой системы и при необходимости вводить обратно. Ограничения касались преимущественно инвестиционных операций иностранных контрагентов.
С 2022 начался «глушняк». Тотальный и всеобъемлющий запрет на двусторонние денежные потоки иностранных контрагентов из недружественных стран, до 2022 формировали свыше 98% всех (вне офшоров) потоков по портфельным, прямым и прочим инвестициям в России.
Изъятие российских активов из внешнего контура (особенно государственных и корпоративных) стало практически невозможным, а вывод капитала из РФ сильно ограничен двусторонним валютным контролем (в основном с внешней стороны).
За 4 года не удалось выстроить трансграничной коммуникации с нейтральными странами (из РФ во вне – да, но инициатива иностранных агентов по инвестициям в Россию – практически ничего).
Внешний контур закупорен чуть менее, чем полностью, т.е. платежный баланс «сломан», особенно по финансовой части.
Изоляция от внешнеэкономической деятельности блокирует внешние инвестиции в России, ограничивает экспорт и импорт товаров и услуг, нарушая экспортный потенциал и мешая стравливать избыточный спрос через импорт.
▪️К этому добавляется полная изоляция России от международной науки и прогресса. Сейчас около 80% всех инноваций и технологий во всех науках и областях концентрируется в странах коллективного Запада (теперь недоступны), а остальное практически все в Китае (изначально закрыт ко всем – принимает из вне, но практически ничего не выпускает наружу из технологий).
Мировая история не знает ни одного примера развития науки и технологии на конкурентном международном уровне без международной кооперации и интеграции (примеры СССР и Китая не совсем релевантны из-за особой специфики).
▪️Ресурсные ограничения на всех уровнях (товарно-материальная база, оборудование, кадры) перманентно обостряют конкуренцию за ресурсы между бизнесом и государством, что само по себе имеет инфляционную сущность.
Любой инвестиционный цикл «спотыкается» об необходимость консолидации ресурсов: где взять оборудование, кто будет строить, кто будет обслуживать, кто будет работать на производственных мощностях? Тот самый кадровый голод.
В открытой экономике это решается через импорт оборудования, компонентов, технологий и кадров, либо задействование свободного буфера рабочей силы (индустриализация СССР шла на траектории перехода миллионов крестьян и безработных из сел в статус рабочих в городах, плюс к этому советская индустриализация была поддержана США и Великобританией с 1928 по 1937 и Германией до 1933 активно и вплоть до 1939 и после 1945 через оборудование, технологии и инженерные компетенции).
Сейчас кооперация только с Китаем, но управляемая со стороны Китая (дозировано и в интересах Китая).
Квалифицированные кадры в Россию не едут, скорее обратный процесс, а для воспитания нового поколения квалифицированных кадров необходимы десятилетия инвестиций в образовательную среду и науку (пример Китая). Пока этого нет.
▪️Плюс ранее неоднократно описанный фактор военного кейнсианства – экстремальное смещение государственных расходов в оборонный сектор, имеющее инфляционный профиль.
Продолжение следует…
Многие ожидают однозначной ставки в конце 2026, но этот сценарий с очень низкой вероятностью.
Почему принципиально неверно сравнивать макроэкономические модели и профили до 2022 с текущей реальностью?
▪️Экономика и финансовая система России до 2022 была относительно открытой – внешнеэкономическая деятельность шла с ограничениями (2014-2021), но в целом трансграничная циркуляция товаров, услуг и капитала шла беспрепятственно в сравнении с текущими реалиями. Не так, как до 2014, но приемлемо.
С 2014 года в основном отсеклись портфельные инвестиции западных инвестфондов и снизился интерес долгосрочных прямых инвестиций компаний из ныне недружественных стран (снизились инвестиции, но не прекратились).
Были фрагментарные ограничения на краткосрочное фондирование, но системных сбоев не было.
Российские контрагенты могли практически беспрепятственно выводить активы из российского контура финансовой системы и при необходимости вводить обратно. Ограничения касались преимущественно инвестиционных операций иностранных контрагентов.
С 2022 начался «глушняк». Тотальный и всеобъемлющий запрет на двусторонние денежные потоки иностранных контрагентов из недружественных стран, до 2022 формировали свыше 98% всех (вне офшоров) потоков по портфельным, прямым и прочим инвестициям в России.
Изъятие российских активов из внешнего контура (особенно государственных и корпоративных) стало практически невозможным, а вывод капитала из РФ сильно ограничен двусторонним валютным контролем (в основном с внешней стороны).
За 4 года не удалось выстроить трансграничной коммуникации с нейтральными странами (из РФ во вне – да, но инициатива иностранных агентов по инвестициям в Россию – практически ничего).
Внешний контур закупорен чуть менее, чем полностью, т.е. платежный баланс «сломан», особенно по финансовой части.
Изоляция от внешнеэкономической деятельности блокирует внешние инвестиции в России, ограничивает экспорт и импорт товаров и услуг, нарушая экспортный потенциал и мешая стравливать избыточный спрос через импорт.
▪️К этому добавляется полная изоляция России от международной науки и прогресса. Сейчас около 80% всех инноваций и технологий во всех науках и областях концентрируется в странах коллективного Запада (теперь недоступны), а остальное практически все в Китае (изначально закрыт ко всем – принимает из вне, но практически ничего не выпускает наружу из технологий).
Мировая история не знает ни одного примера развития науки и технологии на конкурентном международном уровне без международной кооперации и интеграции (примеры СССР и Китая не совсем релевантны из-за особой специфики).
▪️Ресурсные ограничения на всех уровнях (товарно-материальная база, оборудование, кадры) перманентно обостряют конкуренцию за ресурсы между бизнесом и государством, что само по себе имеет инфляционную сущность.
Любой инвестиционный цикл «спотыкается» об необходимость консолидации ресурсов: где взять оборудование, кто будет строить, кто будет обслуживать, кто будет работать на производственных мощностях? Тот самый кадровый голод.
В открытой экономике это решается через импорт оборудования, компонентов, технологий и кадров, либо задействование свободного буфера рабочей силы (индустриализация СССР шла на траектории перехода миллионов крестьян и безработных из сел в статус рабочих в городах, плюс к этому советская индустриализация была поддержана США и Великобританией с 1928 по 1937 и Германией до 1933 активно и вплоть до 1939 и после 1945 через оборудование, технологии и инженерные компетенции).
Сейчас кооперация только с Китаем, но управляемая со стороны Китая (дозировано и в интересах Китая).
Квалифицированные кадры в Россию не едут, скорее обратный процесс, а для воспитания нового поколения квалифицированных кадров необходимы десятилетия инвестиций в образовательную среду и науку (пример Китая). Пока этого нет.
▪️Плюс ранее неоднократно описанный фактор военного кейнсианства – экстремальное смещение государственных расходов в оборонный сектор, имеющее инфляционный профиль.
Продолжение следует…
4👍244🤔138❤88😢32🤡31💯26😱12👎10🥱8🤬5🐳4
О траектории ставки Банка России в 2026 году
Рынок и общество традиционно пытается проецировать слишком оптимистичные ожидания по ключевой ставке на 2026.
Нет никаких реалистичных предпосылок для существенного снижения ставки.
• Инфляция за 3м составляет 5.2% SAAR, а за 6м – 5.5%, тогда как базовая инфляция 4.4% и 4.2% соответственно, т.е. почти у цели, т.е. отклонение от цели за счет топлива в основном.
• Сейчас аномально высокие реальные ставки: на 22 декабря реальная ставка по 6м инфляционному импульсу составляет 10.5%.
• С июля 2025 в среднем 11.8%, с начала года – 11.7%, в 2024 – 8.6%, в 2023 – 3.6%, от начала цикла ужесточения в сен.23 и выходе на пик в дек.24 – средняя реальная ставка 7.4%.
• С 2П15 по конец 2019 средняя реальная ставка составляла 4.3% и 4.5% в период с 2017 по 2019, когда инфляция составляла в среднем 3.5% SAAR по 6м импульсу.
• Был период повышенной жесткости с июл.16 по апр.18, когда средняя реальная ставка была 5.7%, доходя в моменте до 6.9% весной 2017.
Из этого выходит, что условно нейтральная ставка балансирует около 4.5% (когда инфляция вышла к цели и закрепилась) и 6-7% по реальной ставке в период поддержания жестких ДКУ в условиях относительной «нормальности».
Так какая реальная ставка может быть с 2026 года и далее? Моя гипотеза заключается в том, что с каждым годом реальная ставка будет только РАСТИ!
Реальная ставка 5.7% была в 2016-2018, когда экономика России была открыта к внешнему миру и не было столь выраженных дисбалансов. Однако, сейчас нет ничего, что можно было охарактеризовать, как «нормальность».
Все вышеописанные дисбалансы продолжают действовать и ухудшаются:
- критические ограничения по внешнеэкономической деятельности,
- отсечение от технологичного и научного обмена с миром,
- запрет или серьезные ограничения по критическому импорту в основном в сегменте наукоемкого импорта,
- ресурсные ограничения (кадровый резерв, оборудование и т.д),
- рекордный за 40 лет перекос расходов в пользу оборонного сектора,
- вдвое раздутая М2 при снижении предложения товаров и услуг относительно 2021 и т.д.) .
Учитывая, что «проект мирного плана» не сдвинулся ни на сантиметр за 2025 год, соответственно, все дисбалансы и ограничения переносятся на 2026 год и далее.
Из базового сценария: дефицит кадров будет только усиливаться, как и ресурсные ограничения, санкции ужесточаться, закупорка от внешнего мира увеличиваться (особенно в части науки и технологий), а разрыв между денежной массой и предложением товаров и услуг будет стремительно нарастать.
При начале цикла смягчения ДКП со стороны Банка России, резко усилилась кредитная активность и началось перераспределение денежной массы из срочных счетов в текущие счета. Это опасная тенденция, которая может увеличить скорость оборота денег, разгоняя инфляционный импульс.
Откуда сейчас берется инфляция? Несоответствие спроса и предложения. Доходы и зарплаты распухли в 1.7 раза с 2021, денежная масса удвоилась, тогда как предложение товаров и услуг интегрально снизилось особенно в потребительском сегменте.
Чтобы сдержать двукратный необеспеченный навес денежной массы Банк России поддерживает ставки сильно выше инфляции для связывания денежной массы на срочных счетах и актуализации сберегательной модели потребления, одновременно делая кредиты недоступными, что снижает спрос на труд и товарно-материальные ресурсы, остужая гонку зарплат и конкуренцию за ресурсы.
В открытой экономике избыток спроса и кэша мог бы абсорбироваться, либо в импорте, либо через отток капитала, но импорт ограничен санкциями и логистикой (основной канал только через Китай), а отток капитала – инфраструктурными рисками и валютным контролем с двух сторон.
Получается, что дисбалансы только усиливаются, рублевый котел распухает, а гражданское предложение сжимается, при этом любые попытки повысить предложение товаров и услуг сталкиваются с ростом инфляции.
Учитывая, что реальная ставка сейчас формируется на уровне 10%, а инфляционное давление может усилиться, пространства для смягчения ДКП не так и много (не исключаю роста ставки в 2026)
Рынок и общество традиционно пытается проецировать слишком оптимистичные ожидания по ключевой ставке на 2026.
Нет никаких реалистичных предпосылок для существенного снижения ставки.
• Инфляция за 3м составляет 5.2% SAAR, а за 6м – 5.5%, тогда как базовая инфляция 4.4% и 4.2% соответственно, т.е. почти у цели, т.е. отклонение от цели за счет топлива в основном.
• Сейчас аномально высокие реальные ставки: на 22 декабря реальная ставка по 6м инфляционному импульсу составляет 10.5%.
• С июля 2025 в среднем 11.8%, с начала года – 11.7%, в 2024 – 8.6%, в 2023 – 3.6%, от начала цикла ужесточения в сен.23 и выходе на пик в дек.24 – средняя реальная ставка 7.4%.
• С 2П15 по конец 2019 средняя реальная ставка составляла 4.3% и 4.5% в период с 2017 по 2019, когда инфляция составляла в среднем 3.5% SAAR по 6м импульсу.
• Был период повышенной жесткости с июл.16 по апр.18, когда средняя реальная ставка была 5.7%, доходя в моменте до 6.9% весной 2017.
Из этого выходит, что условно нейтральная ставка балансирует около 4.5% (когда инфляция вышла к цели и закрепилась) и 6-7% по реальной ставке в период поддержания жестких ДКУ в условиях относительной «нормальности».
Так какая реальная ставка может быть с 2026 года и далее? Моя гипотеза заключается в том, что с каждым годом реальная ставка будет только РАСТИ!
Реальная ставка 5.7% была в 2016-2018, когда экономика России была открыта к внешнему миру и не было столь выраженных дисбалансов. Однако, сейчас нет ничего, что можно было охарактеризовать, как «нормальность».
Все вышеописанные дисбалансы продолжают действовать и ухудшаются:
- критические ограничения по внешнеэкономической деятельности,
- отсечение от технологичного и научного обмена с миром,
- запрет или серьезные ограничения по критическому импорту в основном в сегменте наукоемкого импорта,
- ресурсные ограничения (кадровый резерв, оборудование и т.д),
- рекордный за 40 лет перекос расходов в пользу оборонного сектора,
- вдвое раздутая М2 при снижении предложения товаров и услуг относительно 2021 и т.д.) .
Учитывая, что «проект мирного плана» не сдвинулся ни на сантиметр за 2025 год, соответственно, все дисбалансы и ограничения переносятся на 2026 год и далее.
Из базового сценария: дефицит кадров будет только усиливаться, как и ресурсные ограничения, санкции ужесточаться, закупорка от внешнего мира увеличиваться (особенно в части науки и технологий), а разрыв между денежной массой и предложением товаров и услуг будет стремительно нарастать.
При начале цикла смягчения ДКП со стороны Банка России, резко усилилась кредитная активность и началось перераспределение денежной массы из срочных счетов в текущие счета. Это опасная тенденция, которая может увеличить скорость оборота денег, разгоняя инфляционный импульс.
Откуда сейчас берется инфляция? Несоответствие спроса и предложения. Доходы и зарплаты распухли в 1.7 раза с 2021, денежная масса удвоилась, тогда как предложение товаров и услуг интегрально снизилось особенно в потребительском сегменте.
Чтобы сдержать двукратный необеспеченный навес денежной массы Банк России поддерживает ставки сильно выше инфляции для связывания денежной массы на срочных счетах и актуализации сберегательной модели потребления, одновременно делая кредиты недоступными, что снижает спрос на труд и товарно-материальные ресурсы, остужая гонку зарплат и конкуренцию за ресурсы.
В открытой экономике избыток спроса и кэша мог бы абсорбироваться, либо в импорте, либо через отток капитала, но импорт ограничен санкциями и логистикой (основной канал только через Китай), а отток капитала – инфраструктурными рисками и валютным контролем с двух сторон.
Получается, что дисбалансы только усиливаются, рублевый котел распухает, а гражданское предложение сжимается, при этом любые попытки повысить предложение товаров и услуг сталкиваются с ростом инфляции.
Учитывая, что реальная ставка сейчас формируется на уровне 10%, а инфляционное давление может усилиться, пространства для смягчения ДКП не так и много (не исключаю роста ставки в 2026)
4🤔202❤59👍55🙏47👎25🤡25💯19🤯12🤬6🐳6😱5
Сколько бизнес и население в России платят по кредитам и сколько получают по депозитам?
В инвестиционной среде много спекуляций относительно того, сколько население получает доходов по депозитам. Обычно берется текущий или средний объем депозитов на счетах у населения в отчете по денежной массе Банка России и умножается на среднюю доходность денежного рынка (иногда с поправочными коэффициентами).
Эти расчеты неверные, т.к. не учитываются структуру депозитов (долю беспроцентных, долю долгосрочных, размещенных в период низких ставок, долю текущих депозитов по более низким ставкам и т.д). Здесь не нужно ничего придумывать, достаточно посмотреть отчетность банков.
За последние 12м банки выплатили населению 8.15 трлн доходов по депозитам, имея средний уровень депозитов на уровне 58.32 трлн, т.е. фактическая средневзвешенная доходность – 13.97% (для простоты 14%). Для справки, средняя ключевая ставка за указанный период составила 20.14% по собственным расчетам на основе консолидированной отчетности российских банков.
В 3кв25 население получило по депозитам 2.12 трлн руб доходов, средневзвешенная ставка 13.78% при средней ставке ЦБ на уровне 18.37%.
С 3кв23 по 3кв25 средний отрицательный спрэд средневзвешенной доходности депозитов населения был 6.5 п.п, за последние 12м около 6.2 п.п, а в период низких ставок составлял 2.2-2.5 п.п.
Как изменялись доходы населения по депозитам? 9м25 – 6.45 трлн, 9м24 – 3.48 трлн, 9м23 – 1.34 трлн, а за 9м21 всего 0.66 трлн. В 2025 за весь год могут получить свыше 8.4 трлн доходов vs всего 0.9 трлн в 2021, т.е. доходы выросли более, чем в 9 раз!
▪️Корпоративные клиенты получили 1.86 трлн доходов по депозитам в 3кв25, за 9м25 – 5.98 трлн vs 4.20 трлн за 9м24, 1.78 трлн за 9м23 и 0.78 трлн за 9м21.
За последние 12м доходы составили более 8 трлн руб при средней доходности 19.1%, что всего на 1 п.п ниже ключевой ставки.
С 3кв23 по 3кв25 средний отрицательный спрэд корпоративных депозитов с ключевой ставкой составил 1.6 п.п. В отличие от физических лиц, корпоративные депозиты с минимальным лагом реагируют на изменения ставок денежного рынка и имеют спрэд в пределах погрешности.
В 2025 доходы по депозитам корпоративных клиентов могут составить 7.9 трлн vs 1.1 трлн в 2021.
▪️Что касается процентных расходов, бизнес заплатил банкам 3.68 трлн в 3кв25 (пик был в 2кв25 – 3.82 трлн), за 9м25 – 11.23 трлн, 9м24 – 7.84 трлн, 9м23 – 4.1 трлн, 9м21 – 2.18 трлн, за последние 12м – 14.86 трлн при прогнозируемых процентных расходах 14.6 трлн по итогам 2025 vs 3.1 трлн в 2021, т.е. процентная нагрузка выросла в 4.7 раза!
▪️Население по процентам заплатило 1.68 трлн в 3кв25 (пик был в 4кв24 – 1.74 трлн), за 9м25 – 5.05 трлн, 9м24 – 4.2 трлн, 9м23 – 2.67 трлн, 9м21 – 1.89 трлн. За последние 12м процентные расходы составили 6.79 трлн, в 2025 прогнозируются выплаты на уровне 6.7 трлн vs 2.6 трлн в 2021.
Процентная нагрузка населения выросла в 2.6 раза, но особую роль играет льготная ипотека, имеющая высокий вес в структуре розничного кредитного портфеля, где кредитные ставки не чувствительны к ключевой ставке.
▪️В совокупности от населения и бизнеса банки получили 5.35 трлн в 3кв25 по процентным расходам по кредитам, за 9м25 – 16.3 трлн (выплатили по депозитам – 12.43 трлн), 9м24 – 12 трлн (7.67 трлн), 9м23 – 6.77 трлн (3.11 трлн), 9м21 – 4.07 трлн (1.44 трлн).
В инвестиционной среде много спекуляций относительно того, сколько население получает доходов по депозитам. Обычно берется текущий или средний объем депозитов на счетах у населения в отчете по денежной массе Банка России и умножается на среднюю доходность денежного рынка (иногда с поправочными коэффициентами).
Эти расчеты неверные, т.к. не учитываются структуру депозитов (долю беспроцентных, долю долгосрочных, размещенных в период низких ставок, долю текущих депозитов по более низким ставкам и т.д). Здесь не нужно ничего придумывать, достаточно посмотреть отчетность банков.
За последние 12м банки выплатили населению 8.15 трлн доходов по депозитам, имея средний уровень депозитов на уровне 58.32 трлн, т.е. фактическая средневзвешенная доходность – 13.97% (для простоты 14%). Для справки, средняя ключевая ставка за указанный период составила 20.14% по собственным расчетам на основе консолидированной отчетности российских банков.
В 3кв25 население получило по депозитам 2.12 трлн руб доходов, средневзвешенная ставка 13.78% при средней ставке ЦБ на уровне 18.37%.
С 3кв23 по 3кв25 средний отрицательный спрэд средневзвешенной доходности депозитов населения был 6.5 п.п, за последние 12м около 6.2 п.п, а в период низких ставок составлял 2.2-2.5 п.п.
Как изменялись доходы населения по депозитам? 9м25 – 6.45 трлн, 9м24 – 3.48 трлн, 9м23 – 1.34 трлн, а за 9м21 всего 0.66 трлн. В 2025 за весь год могут получить свыше 8.4 трлн доходов vs всего 0.9 трлн в 2021, т.е. доходы выросли более, чем в 9 раз!
▪️Корпоративные клиенты получили 1.86 трлн доходов по депозитам в 3кв25, за 9м25 – 5.98 трлн vs 4.20 трлн за 9м24, 1.78 трлн за 9м23 и 0.78 трлн за 9м21.
За последние 12м доходы составили более 8 трлн руб при средней доходности 19.1%, что всего на 1 п.п ниже ключевой ставки.
С 3кв23 по 3кв25 средний отрицательный спрэд корпоративных депозитов с ключевой ставкой составил 1.6 п.п. В отличие от физических лиц, корпоративные депозиты с минимальным лагом реагируют на изменения ставок денежного рынка и имеют спрэд в пределах погрешности.
В 2025 доходы по депозитам корпоративных клиентов могут составить 7.9 трлн vs 1.1 трлн в 2021.
▪️Что касается процентных расходов, бизнес заплатил банкам 3.68 трлн в 3кв25 (пик был в 2кв25 – 3.82 трлн), за 9м25 – 11.23 трлн, 9м24 – 7.84 трлн, 9м23 – 4.1 трлн, 9м21 – 2.18 трлн, за последние 12м – 14.86 трлн при прогнозируемых процентных расходах 14.6 трлн по итогам 2025 vs 3.1 трлн в 2021, т.е. процентная нагрузка выросла в 4.7 раза!
▪️Население по процентам заплатило 1.68 трлн в 3кв25 (пик был в 4кв24 – 1.74 трлн), за 9м25 – 5.05 трлн, 9м24 – 4.2 трлн, 9м23 – 2.67 трлн, 9м21 – 1.89 трлн. За последние 12м процентные расходы составили 6.79 трлн, в 2025 прогнозируются выплаты на уровне 6.7 трлн vs 2.6 трлн в 2021.
Процентная нагрузка населения выросла в 2.6 раза, но особую роль играет льготная ипотека, имеющая высокий вес в структуре розничного кредитного портфеля, где кредитные ставки не чувствительны к ключевой ставке.
▪️В совокупности от населения и бизнеса банки получили 5.35 трлн в 3кв25 по процентным расходам по кредитам, за 9м25 – 16.3 трлн (выплатили по депозитам – 12.43 трлн), 9м24 – 12 трлн (7.67 трлн), 9м23 – 6.77 трлн (3.11 трлн), 9м21 – 4.07 трлн (1.44 трлн).
2👍150🤔54❤40🔥8😱6🤯4🙏4😁3👏2👌2🤬1
Отчетность российских банков за 3 квартал 2025
За последние 12м банки заработали 3.86 трлн руб чистой прибыли, но это мало о чем говорит, т.к. необходимо понимать структуру операционных показателей и тенденции.
▪️Чистые процентные доходы достигли исторического максимума – 2.11 трлн в 3кв25 (до этого пик был в 3кв24 – 1.72 трлн) за счет того, что средневзвешенная стоимость фондирования снижается быстрее, чем средневзвешенные ставки по кредитам.
За 9м25 чистые процентные доходы составили 5.56 трлн vs 4.95 трлн за 9м24, 4.32 трлн за 9м23 и 3 трлн за 9м21, а за 12м – 7.27 трлн.
Чистые процентные доходы сформированы из:
🔘 Процентных доходов, которые составили 22.33 трлн за 9м25 vs 16.4 трлн за 9м24, 9 трлн за 9м23 и 5.16 трлн за 9м21, за последние 12м – 29.58 трлн.
🔘 Процентных расходов на уровне 16.8 трлн за 9м25 vs 11.4 трлн за 9м24, 4.67 трлн за 9м23 и 2.17 трлн за 9м21, за последние 12м - 22.3 трлн.
▪️Однако, выросли резервы по кредитным и прочим потерям до 873 млрд в 3кв25, за 9м25 – 1.61 трлн vs 1.34 трлн за 9м24, 1.59 трлн за 9м23 и всего 0.38 трлн за 9м21. За последний год – 2.15 трлн, а с 2022 года российские банки перераспределили почти 8 трлн (!) на кредитные потери – это фактические расходы.
▪️Соответственно, чистые процентные доходы за вычетом резервов по потерям составили 1.24 трлн в 3кв25 (максимум был в 2кв24 – 1.32 трлн), за 9м25 – 2.71 трлн vs 2.45 трлн за 9м24, 1.78 трлн за 9м23 и 1.66 трлн за 9м21.
Ухудшение качества кредитного портфеля становится серьезным вызовом в 2026, которое может съесть всю «избыточную» прибыль.
▪️Чистые комиссионные доходы составили 1.71 трлн за 9м25 vs 1.59 трлн за 9м24, 1.41 трлн за 9м23 и 1.11 трлн за 9м21.
▪️Чистые доходы от инвестиционных и валютных операций составили 1 трлн за 9м25 vs 1 трлн за 9м24, 1.37 трлн за 9м23 и 0.33 трлн за 9м21, за 12м – 1.78 трлн.
▪️Совокупный чистый доход, как сумма чистого процентного дохода за вычетом резервов, чистых комиссионных доходов и чистых инвестиционных доходов составили 6.67 трлн за 9м25 vs 6.21 трлн за 9м24, 5.52 трлн за 9м23 и 4.06 трлн за 9м21, а за 12м – 9.19 трлн.
▪️Операционные расходы составили 3.16 трлн за 9м25 vs 2.75 трлн за 9м24, 2.24 трлн за 9м23 и 1.79 трлн за 9м21, а за 12м – 4.41 трлн.
Несмотря на попытки банков резать расходы и проводить внутреннюю оптимизацию подразделений, расходы растут на 15% за год и почти в 1.8 раза за 4 года.
▪️Вот эти показатели и формируют финансовый результат до налоговых расходов и внеоперационных корректировок, за 9м25 – 3.51 трлн vs 3.45 трлн за 9м24, 3.28 трлн за 9м23 и 2.27 трлн за 9м21, за последний год – 4.8 трлн.
Около 1 трлн – это налоги и внеоперационные корректировки, вот так и формируется чистая прибыль 3.86 трлн за 12м vs 4.04 трлн в 2024, 3.28 трлн в 2023, 0.2 трлн в 2022 и 2.37 трлн в 2021.
Что съедает прибыль в 2025? Рост операционных расходов на 15% (эффект 0.6 трлн в годовом выражении) и еще около 400 млрд – это рост расходов по резервам.
Финансовые показатели банков остаются устойчивыми – по всем ключевым статьям улучшение позиций (чистые процентные доходы, чистые комиссионные доходы и чистые инвестиционные доходы).
По инвестиционным доходам невозможно прогнозировать (там очень волатильная категория по валютным доходам и производным финансовым инструментам).
Чистые комиссионные доходы интегрально зависят от скорости оборота денежной массы, объема инвестиционных транзакций, активности по брокерским операциям и инвестиционной деятельности (размещение акций, облигаций). Здесь прогресс не такой существенный – рост в 1.5 раза за 4 года, на 20% за 2 года и на 7-8% за последний год.
Что касается чистых процентных доходов. Качество управление активами и пассивами меня удивило, проблемы 2009 и 2025-2026 ушли (резкие разрывы в связи с циклами ДКП), но рост зависит больше не от процентной маржи (на максимуме), а от темпов роста кредитования и качества кредитов (рост резервов).
За последние 12м банки заработали 3.86 трлн руб чистой прибыли, но это мало о чем говорит, т.к. необходимо понимать структуру операционных показателей и тенденции.
▪️Чистые процентные доходы достигли исторического максимума – 2.11 трлн в 3кв25 (до этого пик был в 3кв24 – 1.72 трлн) за счет того, что средневзвешенная стоимость фондирования снижается быстрее, чем средневзвешенные ставки по кредитам.
За 9м25 чистые процентные доходы составили 5.56 трлн vs 4.95 трлн за 9м24, 4.32 трлн за 9м23 и 3 трлн за 9м21, а за 12м – 7.27 трлн.
Чистые процентные доходы сформированы из:
▪️Однако, выросли резервы по кредитным и прочим потерям до 873 млрд в 3кв25, за 9м25 – 1.61 трлн vs 1.34 трлн за 9м24, 1.59 трлн за 9м23 и всего 0.38 трлн за 9м21. За последний год – 2.15 трлн, а с 2022 года российские банки перераспределили почти 8 трлн (!) на кредитные потери – это фактические расходы.
▪️Соответственно, чистые процентные доходы за вычетом резервов по потерям составили 1.24 трлн в 3кв25 (максимум был в 2кв24 – 1.32 трлн), за 9м25 – 2.71 трлн vs 2.45 трлн за 9м24, 1.78 трлн за 9м23 и 1.66 трлн за 9м21.
Ухудшение качества кредитного портфеля становится серьезным вызовом в 2026, которое может съесть всю «избыточную» прибыль.
▪️Чистые комиссионные доходы составили 1.71 трлн за 9м25 vs 1.59 трлн за 9м24, 1.41 трлн за 9м23 и 1.11 трлн за 9м21.
▪️Чистые доходы от инвестиционных и валютных операций составили 1 трлн за 9м25 vs 1 трлн за 9м24, 1.37 трлн за 9м23 и 0.33 трлн за 9м21, за 12м – 1.78 трлн.
▪️Совокупный чистый доход, как сумма чистого процентного дохода за вычетом резервов, чистых комиссионных доходов и чистых инвестиционных доходов составили 6.67 трлн за 9м25 vs 6.21 трлн за 9м24, 5.52 трлн за 9м23 и 4.06 трлн за 9м21, а за 12м – 9.19 трлн.
▪️Операционные расходы составили 3.16 трлн за 9м25 vs 2.75 трлн за 9м24, 2.24 трлн за 9м23 и 1.79 трлн за 9м21, а за 12м – 4.41 трлн.
Несмотря на попытки банков резать расходы и проводить внутреннюю оптимизацию подразделений, расходы растут на 15% за год и почти в 1.8 раза за 4 года.
▪️Вот эти показатели и формируют финансовый результат до налоговых расходов и внеоперационных корректировок, за 9м25 – 3.51 трлн vs 3.45 трлн за 9м24, 3.28 трлн за 9м23 и 2.27 трлн за 9м21, за последний год – 4.8 трлн.
Около 1 трлн – это налоги и внеоперационные корректировки, вот так и формируется чистая прибыль 3.86 трлн за 12м vs 4.04 трлн в 2024, 3.28 трлн в 2023, 0.2 трлн в 2022 и 2.37 трлн в 2021.
Что съедает прибыль в 2025? Рост операционных расходов на 15% (эффект 0.6 трлн в годовом выражении) и еще около 400 млрд – это рост расходов по резервам.
Финансовые показатели банков остаются устойчивыми – по всем ключевым статьям улучшение позиций (чистые процентные доходы, чистые комиссионные доходы и чистые инвестиционные доходы).
По инвестиционным доходам невозможно прогнозировать (там очень волатильная категория по валютным доходам и производным финансовым инструментам).
Чистые комиссионные доходы интегрально зависят от скорости оборота денежной массы, объема инвестиционных транзакций, активности по брокерским операциям и инвестиционной деятельности (размещение акций, облигаций). Здесь прогресс не такой существенный – рост в 1.5 раза за 4 года, на 20% за 2 года и на 7-8% за последний год.
Что касается чистых процентных доходов. Качество управление активами и пассивами меня удивило, проблемы 2009 и 2025-2026 ушли (резкие разрывы в связи с циклами ДКП), но рост зависит больше не от процентной маржи (на максимуме), а от темпов роста кредитования и качества кредитов (рост резервов).
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
1👍122🤔65❤35🤬7🔥5😱3🙏3💯3👌2😁1🤡1
Самая большая стратегическая ошибка в ожиданиях – предполагать быструю нормализацию ДКП, т.е. переход к «мягкости» ДКУ, когда реальная ставка балансирует около 4-6%, что предполагает ключевую ставку на уровне 8-10% в условиях, если инфляция «ляжет» в диапазон 3.5-4% SAAR по 6м средней, а инфляционные ожидания закрепятся на устойчиво низком уровне.
Это некая сказочная, идеальная комбинация, которая открывает дорогу к смягчению ДКП, но НЕ в область нейтральной ставки, характерной для периода 2017-2019.
За какими индикаторами следует следить?
• Инфляционный импульс по 3м и 6м средней SAAR, очищенный от разовых факторов.
• Инфляционные ожидания прежде всего бизнеса, но и важны ИО населения. ИО является доминирующим индикатором для ЦБ в принятии решений по ДКП.
• Параметры бюджета. Нет возможности оценить структуру расходов (эти данные закрыты с 2022), но из доступных данных можно следить за темпами роста расходов и дефицитом бюджета. Бюджет является одним из основных проинфляционных факторов с 2023 года, на что Банк России обратил внимание на сентябрьском заседании.
• Темпы роста корпоративного кредитования (оказывают влияние на инвестиции и конкуренцию за ресурсы) и кредитования физлиц (в особенности потребительское, как главный провайдер инфляционного импульса).
• Структура денежной массы. В особенности важен индикатор М1, т.к. он напрямую влияет на скорость обращения денежной массы. Чем ниже доля срочных депозитов в структуре М2 – тем выше потенциал разгона инфляции. Стабилизация инфляции с 2024 обусловлена «связыванием» денежной массы в части концентрации депозитов населения на срочных счетах (сейчас идет обратная тенденция).
• Темпы роста реальных расходов населения, показывая меру склонности населения к сберегательной активности (чем выше расходы, тем обычно выше потенциал инфляции).
• Темпы роста реальных доходов населения, как база под потребление. Если доходы будут замедляться, на фоне жесткой ДКП это с минимальным лагом приведет к замедлению потребительской активности.
• Кредитный профиль банков. Ожидаю роста дефолтов и ухудшение качества кредитного портфеля в 2026. Реализация кредитного риска может несколько смягчить «клапана» в части смягчения ДКП.
• Экономическая активность. Риски реализации рецессии могут смягчить риторику ЦБ.
• Валютный контур. Баланс спроса и предложения валюты. Уже в начале 2026 может реализоваться масштабная девальвация. Вопрос лишь в скорости и масштабе. Это проинфляционный фактор.
В закрытой экономике или точнее в закрывающиеся от внешнего мира экономике любое смещение спроса и/или курса всегда ведет к инфляции, т.к. предложение ограничено.
Откуда возьмется спрос?
• Бюджетный импульс, как через структуру и темп расходов, так и через дефицит бюджета;
• Снижение сберегательной активности по комплексу причин (снижение реальной ставки, как один из главных триггеров).
Как увеличить предложение товаров и услуг?
• Прежде всего инвестиции, но при дефиците ресурсов инвестиции провоцируют инфляцию, поэтому только медленные и равномерные инвестиции в темпах подстройки ресурсной базы.
• Рост производительности труда (через организацию производства, но в основном через технологии, но с наукой и технологиями сейчас все скверно), здесь пространство ограничено в среднесрочной перспективе.
• Ослабление и/или снятие санкций, что открывает пространство для беспрепятственного импорта и иностранных инвестиций, оборудования, технологий, об которые можно абсорбировать спрос. Здесь нет никаких шансов в сложившиеся обстановке.
Учитывая концентрацию проинфляционных факторов и фундаментальные ограничения на стороне предложения (ресурсный и кадровый дефицит; санкции, делающие внешнеэкономическую деятельность неэффективной; бюджет, смещенный в оборонный сектор; риски девальвации рубля; сильный кредитный импульс при ожиданиях смягчения ДКУ, денежная масса, удвоенная с 2021 года при снижении предложения товаров и услуг), пространство для смягчения ДКП минимально.
В этом смысле, жесткая ДКП надолго, учитывая все вышеописанные ограничения. Пространство смягчения минимально.
Это некая сказочная, идеальная комбинация, которая открывает дорогу к смягчению ДКП, но НЕ в область нейтральной ставки, характерной для периода 2017-2019.
За какими индикаторами следует следить?
• Инфляционный импульс по 3м и 6м средней SAAR, очищенный от разовых факторов.
• Инфляционные ожидания прежде всего бизнеса, но и важны ИО населения. ИО является доминирующим индикатором для ЦБ в принятии решений по ДКП.
• Параметры бюджета. Нет возможности оценить структуру расходов (эти данные закрыты с 2022), но из доступных данных можно следить за темпами роста расходов и дефицитом бюджета. Бюджет является одним из основных проинфляционных факторов с 2023 года, на что Банк России обратил внимание на сентябрьском заседании.
• Темпы роста корпоративного кредитования (оказывают влияние на инвестиции и конкуренцию за ресурсы) и кредитования физлиц (в особенности потребительское, как главный провайдер инфляционного импульса).
• Структура денежной массы. В особенности важен индикатор М1, т.к. он напрямую влияет на скорость обращения денежной массы. Чем ниже доля срочных депозитов в структуре М2 – тем выше потенциал разгона инфляции. Стабилизация инфляции с 2024 обусловлена «связыванием» денежной массы в части концентрации депозитов населения на срочных счетах (сейчас идет обратная тенденция).
• Темпы роста реальных расходов населения, показывая меру склонности населения к сберегательной активности (чем выше расходы, тем обычно выше потенциал инфляции).
• Темпы роста реальных доходов населения, как база под потребление. Если доходы будут замедляться, на фоне жесткой ДКП это с минимальным лагом приведет к замедлению потребительской активности.
• Кредитный профиль банков. Ожидаю роста дефолтов и ухудшение качества кредитного портфеля в 2026. Реализация кредитного риска может несколько смягчить «клапана» в части смягчения ДКП.
• Экономическая активность. Риски реализации рецессии могут смягчить риторику ЦБ.
• Валютный контур. Баланс спроса и предложения валюты. Уже в начале 2026 может реализоваться масштабная девальвация. Вопрос лишь в скорости и масштабе. Это проинфляционный фактор.
В закрытой экономике или точнее в закрывающиеся от внешнего мира экономике любое смещение спроса и/или курса всегда ведет к инфляции, т.к. предложение ограничено.
Откуда возьмется спрос?
• Бюджетный импульс, как через структуру и темп расходов, так и через дефицит бюджета;
• Снижение сберегательной активности по комплексу причин (снижение реальной ставки, как один из главных триггеров).
Как увеличить предложение товаров и услуг?
• Прежде всего инвестиции, но при дефиците ресурсов инвестиции провоцируют инфляцию, поэтому только медленные и равномерные инвестиции в темпах подстройки ресурсной базы.
• Рост производительности труда (через организацию производства, но в основном через технологии, но с наукой и технологиями сейчас все скверно), здесь пространство ограничено в среднесрочной перспективе.
• Ослабление и/или снятие санкций, что открывает пространство для беспрепятственного импорта и иностранных инвестиций, оборудования, технологий, об которые можно абсорбировать спрос. Здесь нет никаких шансов в сложившиеся обстановке.
Учитывая концентрацию проинфляционных факторов и фундаментальные ограничения на стороне предложения (ресурсный и кадровый дефицит; санкции, делающие внешнеэкономическую деятельность неэффективной; бюджет, смещенный в оборонный сектор; риски девальвации рубля; сильный кредитный импульс при ожиданиях смягчения ДКУ, денежная масса, удвоенная с 2021 года при снижении предложения товаров и услуг), пространство для смягчения ДКП минимально.
В этом смысле, жесткая ДКП надолго, учитывая все вышеописанные ограничения. Пространство смягчения минимально.
52🤔148👍101❤42🤡19🤯7🔥6🤬5🙏5💯5🤣5🐳4
Растут темпы корпоративного кредитования в России
▪️В ноябре кредитование нефинансовых компаний выросло на 1.98% м/м после 2.75% в октябре, за 3м – 1.92%, 6м – 1.52%, за 11м25 – 0.97% vs 1.82% за 11м24, а за последние 12м – 0.97% (12.2% в годовом выражении) по среднемесячным темпам.
При этом динамика кредитования идет с ускорением, т.к. за первые 6м из 12м диапазона темпы составляли 0.42% и ускорились в 3.6 раза до 1.52% за последние 6м.
Это уже нельзя назвать сезонным процессом (во второй половине года кредитование всегда ускоряется, но здесь заметное формирование тенденции).
Ускорение достаточно существенное (соответствует почти 20% годовых за последние 6м) и не так далеко от интенсивного кредитного расширения 2023-2024 (в среднем 1.79% по среднемесячным темпам), где в 2023 – 1.84%, а в 2024 – 1.75%.
Кредитное расширение 2021 характеризовалось среднемесячным темпом роста 1.51%, а в 2017-2019 всего 0.44%.
С февраля 2022 среднемесячный прирост кредитования нефинансовых компаний составляет 1.72% (22.7% в год), что в 2.7 раза интенсивнее, чем долгосрочный тренд 2015-2021 (0.63% в месяц).
Общий объем рублевого кредитования нефинансовых компаний оценивается на уровне 66.6 трлн, рост в 2.2 раза с янв.22.
Кредитование прочих финансовых организаций достаточно волатильно и не следует слишком вдаваться в краткосрочную динамику, за 11м25 – сокращение на 0.03% vs +1.9% за 11м24, за последние 12м +0.27% , в 2024 – 2.04%, 2023 – 2.16%, 2021 – 0.68%, 2017-2019 – 3.09%.
▪️Объем рублевого кредитования прочих финансовых организаций составляет 10.9 трлн, от янв.22 рост в 1.72 раза.
С начала 2025 роста кредитования в этом сегменте прекратился, схожий период консолидации был 2 года с мар.21 по фев.23.
В эту группу входят брокеры, дилеры, депозитарии, управляющие компании и инвестфонды, страховые компании, лизинговые компании, государственные финансовые корпорации, холдинговые и трастовые компании.
Здесь нет стандартной макроэкономической логики кредитных циклов, как по нефинансовым компаниям, вот именно поэтому я всегда жду детализированные данные, разделяя нефинансовый и финансовый сектор, чтобы не искажать логические выводы из анализа тенденций.
Интенсивное расширение кредитования прочих финансовых компаний в 2023-2024 могло быть связано с циклом накопления теневого флота танкеров и операциями слияния и поглощения по выкупу за бесценок уходящих или заблокированных иностранных компаний, как одна из рабочих гипотез, но подтвердить нет возможности.
▪️Кредитование индивидуальных предпринимателей сократилось на 1.42% м/м в ноябре – это 13 сокращение из 14 последних месяцев – рекордная негативная серия с 2015-2016.
Темпы сокращения очень высоки: за 3м – (-1.1%), 6м – (-0.84%), 12м – (-0.92%), за 11м25 – (-0.92%) vs +0.69% за 11м24, в 2024 +0.55%, в 2023 +3.01%, в 2021 +1.25%, а в 2017-2019 +0.82% по среднемесячным темпам.
Сокращение кредитования у ИП – это индикатор состояния малого бизнеса в России. Каждый раз, когда кредитование у ИП сокращалось (2009, 2015-2016 и 2025) происходит кризис.
От максимума сокращение кредитования ИП составило уже 12% (!) и это по номиналу.
▪️Совокупное корпоративное рублевое кредитование (нефинансовый сектор, прочие финансовые организации и ИП) выросло на 1.63% м/м в ноябре после 2.37% в октябре. За 3м – 1.64%, 6м – 1.40%, 12м – 0.84%, 11м25 – 0.79% vs 1.81% за 11м24, в 2024 – 1.77%, 2023 – 1.90%, в 2017-2019 – 0.75%.
Совокупное кредитование по 6м средней растет вдвое интенсивнее, чем 2017-2019 и сопоставимо с 2021, но четверть медленнее, чем кредитный бум 2023-2024.
От начала 2022 совокупное кредитование выросло в 2.1 раза.
Здесь нужно учитывать, что основной драйвер прироста – нефинансовые компании, отсеченные от внешнего рынка фондирования, которые поэтому вынуждены фондироваться по любым ставкам для закрытия кассовых разрывов по операционной или инвестиционной деятельности.
▪️В ноябре кредитование нефинансовых компаний выросло на 1.98% м/м после 2.75% в октябре, за 3м – 1.92%, 6м – 1.52%, за 11м25 – 0.97% vs 1.82% за 11м24, а за последние 12м – 0.97% (12.2% в годовом выражении) по среднемесячным темпам.
При этом динамика кредитования идет с ускорением, т.к. за первые 6м из 12м диапазона темпы составляли 0.42% и ускорились в 3.6 раза до 1.52% за последние 6м.
Это уже нельзя назвать сезонным процессом (во второй половине года кредитование всегда ускоряется, но здесь заметное формирование тенденции).
Ускорение достаточно существенное (соответствует почти 20% годовых за последние 6м) и не так далеко от интенсивного кредитного расширения 2023-2024 (в среднем 1.79% по среднемесячным темпам), где в 2023 – 1.84%, а в 2024 – 1.75%.
Кредитное расширение 2021 характеризовалось среднемесячным темпом роста 1.51%, а в 2017-2019 всего 0.44%.
С февраля 2022 среднемесячный прирост кредитования нефинансовых компаний составляет 1.72% (22.7% в год), что в 2.7 раза интенсивнее, чем долгосрочный тренд 2015-2021 (0.63% в месяц).
Общий объем рублевого кредитования нефинансовых компаний оценивается на уровне 66.6 трлн, рост в 2.2 раза с янв.22.
Кредитование прочих финансовых организаций достаточно волатильно и не следует слишком вдаваться в краткосрочную динамику, за 11м25 – сокращение на 0.03% vs +1.9% за 11м24, за последние 12м +0.27% , в 2024 – 2.04%, 2023 – 2.16%, 2021 – 0.68%, 2017-2019 – 3.09%.
▪️Объем рублевого кредитования прочих финансовых организаций составляет 10.9 трлн, от янв.22 рост в 1.72 раза.
С начала 2025 роста кредитования в этом сегменте прекратился, схожий период консолидации был 2 года с мар.21 по фев.23.
В эту группу входят брокеры, дилеры, депозитарии, управляющие компании и инвестфонды, страховые компании, лизинговые компании, государственные финансовые корпорации, холдинговые и трастовые компании.
Здесь нет стандартной макроэкономической логики кредитных циклов, как по нефинансовым компаниям, вот именно поэтому я всегда жду детализированные данные, разделяя нефинансовый и финансовый сектор, чтобы не искажать логические выводы из анализа тенденций.
Интенсивное расширение кредитования прочих финансовых компаний в 2023-2024 могло быть связано с циклом накопления теневого флота танкеров и операциями слияния и поглощения по выкупу за бесценок уходящих или заблокированных иностранных компаний, как одна из рабочих гипотез, но подтвердить нет возможности.
▪️Кредитование индивидуальных предпринимателей сократилось на 1.42% м/м в ноябре – это 13 сокращение из 14 последних месяцев – рекордная негативная серия с 2015-2016.
Темпы сокращения очень высоки: за 3м – (-1.1%), 6м – (-0.84%), 12м – (-0.92%), за 11м25 – (-0.92%) vs +0.69% за 11м24, в 2024 +0.55%, в 2023 +3.01%, в 2021 +1.25%, а в 2017-2019 +0.82% по среднемесячным темпам.
Сокращение кредитования у ИП – это индикатор состояния малого бизнеса в России. Каждый раз, когда кредитование у ИП сокращалось (2009, 2015-2016 и 2025) происходит кризис.
От максимума сокращение кредитования ИП составило уже 12% (!) и это по номиналу.
▪️Совокупное корпоративное рублевое кредитование (нефинансовый сектор, прочие финансовые организации и ИП) выросло на 1.63% м/м в ноябре после 2.37% в октябре. За 3м – 1.64%, 6м – 1.40%, 12м – 0.84%, 11м25 – 0.79% vs 1.81% за 11м24, в 2024 – 1.77%, 2023 – 1.90%, в 2017-2019 – 0.75%.
Совокупное кредитование по 6м средней растет вдвое интенсивнее, чем 2017-2019 и сопоставимо с 2021, но четверть медленнее, чем кредитный бум 2023-2024.
От начала 2022 совокупное кредитование выросло в 2.1 раза.
Здесь нужно учитывать, что основной драйвер прироста – нефинансовые компании, отсеченные от внешнего рынка фондирования, которые поэтому вынуждены фондироваться по любым ставкам для закрытия кассовых разрывов по операционной или инвестиционной деятельности.
1👍103🤔36❤24🔥11🙏5👌5🐳3👎2😁2🤬2
Кредитование физлиц в России немного оживает, но остается все еще вялым
▪️Совокупное рублевое кредитование физлиц (ИЖК + авто + необеспеченный потребительский кредит) выросло на 0.44% м/м после 0.78% в октябре, за 3м – 0.60%, 6м – 0.41%, 12м – 0.10%, 11м25 – 0.21%, 11м24 – 0.95%, 11м23 – 1.87%, в 2023-2024 в среднем 1.25%, в 2021 – 1.73%, в 2017-2019 – 1.40% по среднемесячным темпам (далее в этом же формате).
Объем кредитования физлиц достиг почти 38 трлн руб, что все еще ниже максимума в окт.24 на уровне 38.15 трлн, т.е. речь идет об оживлении, восстановлении от локального минимума, сформированного весной 2025.
В структуре 38 трлн кредитного портфеля:
▪️Ипотечное кредитование (21.3 трлн), в ноябре +1.19% м/м после роста на 1.39% в октябре, за 3м – 1.21%, 6м – 0.79%, 12м – 0.52%, 11м25 – 0.53% vs 0.88% за 11м24, 2.23% за 11м23, в 2023-2024 в среднем 1.51%, в 2021 – 1.98%, а в 2017-2019 – 1.54%.
Хотя ИЖК ускорилось с августа (среднемесячный темп 1.17%), по 6м средней (0.79%) все еще минимум за 10 лет. Для ИЖК типичные 6м темпы находятся в диапазоне 1.5-2% по среднемесячным темпам с кратковременным вылетом выше 2% в условиях кредитного бума.
При этом ИЖК в значительной степени поддерживается за счет льготного ИЖК (около 85% в структуре валовой выдачи ипотеки в 2025 при адекватном показателе около половины).
Если вычесть льготное ИЖК, общий объем ИЖК будет сокращаться, т.к. темпы выдачи рыночной ипотеки недостаточны для компенсации объема погашений.
▪️Потребительское кредитование (13.6 трлн) продолжает интенсивно сокращаться, в ноябре минус 0.99% м/м после (-0.54%) в октябре, за 3м – (-0.72%), 6м – (-0.58%), 12м – (-0.72%), за 11м25 – (-0.48%) vs +0.64% за 11м24, 1.33% за 11м23, в 2023-2024 в среднем +0.68%, в 2021 – 1.49%, а в 2017-2019 – 1.32%.
Максимум кредитной активности в потребительском кредитовании был в сен.24 (15.73 трлн), с тех пор сокращение на 2.13 трлн или свыше 13.5% по номиналу – это сильнейшее сжатие с 2015-2016, тогда накопленное сжатие составило 16.1% или всего 1.1 трлн.
В реальном выражении потребительское кредитование находится на уровне середины 2019.
▪️Автокредитование (3 трлн) продолжает интенсивно расти на 1.79% м/м в ноябре после 2.71% в октябре, за 3м – 2.52%, 6м – 2.52%, 12м – 1.27%, 1м25 – 1.34% vs 3.83% за 11м24, 2.90% за 11м23, в 2023-2024 – 3.25%, в 2021 – 1.68%, 2017-2019 – 1.20%.
Для автокредитования типичный темп роста ранее находился в диапазоне 1-2% в месяц по 6м средней и лишь на пару месяцев темп вырос выше 2% в середине 2021, поэтому текущие темпы свыше 2.5% в месяц аномально высоки по историческим меркам и классифицируются, как кредитный бум.
Одна из причин – льготные программы автодилеров (скидки под кредитные программы, льготные ставки от автопроизводителей, рассрочки и так далее) и ажиотажный спрос в ожидании роста налога на авто (тот самый «утилизационный сбор»).
Если исключить разовые факторы (спрос на авто перед ростом цен) и льготные формы кредитования (автодилеры и ИЖК), рыночное кредитование в наиболее депрессивном состоянии за 10 лет (хуже было только в 2015 и 2009).
Другими словами, кредитование по рыночным ставкам мертво чуть менее, чем полностью, но с незначительным оживлением с середины 2025, которое не меняет общей картины.
В этой части кредитная активность является скорее подавленной, т.е. дезинфляционный эффект интегрально продолжает действовать, если убрать «шумы» и льготное кредитование на различных уровнях.
▪️Совокупное рублевое кредитование физлиц (ИЖК + авто + необеспеченный потребительский кредит) выросло на 0.44% м/м после 0.78% в октябре, за 3м – 0.60%, 6м – 0.41%, 12м – 0.10%, 11м25 – 0.21%, 11м24 – 0.95%, 11м23 – 1.87%, в 2023-2024 в среднем 1.25%, в 2021 – 1.73%, в 2017-2019 – 1.40% по среднемесячным темпам (далее в этом же формате).
Объем кредитования физлиц достиг почти 38 трлн руб, что все еще ниже максимума в окт.24 на уровне 38.15 трлн, т.е. речь идет об оживлении, восстановлении от локального минимума, сформированного весной 2025.
В структуре 38 трлн кредитного портфеля:
▪️Ипотечное кредитование (21.3 трлн), в ноябре +1.19% м/м после роста на 1.39% в октябре, за 3м – 1.21%, 6м – 0.79%, 12м – 0.52%, 11м25 – 0.53% vs 0.88% за 11м24, 2.23% за 11м23, в 2023-2024 в среднем 1.51%, в 2021 – 1.98%, а в 2017-2019 – 1.54%.
Хотя ИЖК ускорилось с августа (среднемесячный темп 1.17%), по 6м средней (0.79%) все еще минимум за 10 лет. Для ИЖК типичные 6м темпы находятся в диапазоне 1.5-2% по среднемесячным темпам с кратковременным вылетом выше 2% в условиях кредитного бума.
При этом ИЖК в значительной степени поддерживается за счет льготного ИЖК (около 85% в структуре валовой выдачи ипотеки в 2025 при адекватном показателе около половины).
Если вычесть льготное ИЖК, общий объем ИЖК будет сокращаться, т.к. темпы выдачи рыночной ипотеки недостаточны для компенсации объема погашений.
▪️Потребительское кредитование (13.6 трлн) продолжает интенсивно сокращаться, в ноябре минус 0.99% м/м после (-0.54%) в октябре, за 3м – (-0.72%), 6м – (-0.58%), 12м – (-0.72%), за 11м25 – (-0.48%) vs +0.64% за 11м24, 1.33% за 11м23, в 2023-2024 в среднем +0.68%, в 2021 – 1.49%, а в 2017-2019 – 1.32%.
Максимум кредитной активности в потребительском кредитовании был в сен.24 (15.73 трлн), с тех пор сокращение на 2.13 трлн или свыше 13.5% по номиналу – это сильнейшее сжатие с 2015-2016, тогда накопленное сжатие составило 16.1% или всего 1.1 трлн.
В реальном выражении потребительское кредитование находится на уровне середины 2019.
▪️Автокредитование (3 трлн) продолжает интенсивно расти на 1.79% м/м в ноябре после 2.71% в октябре, за 3м – 2.52%, 6м – 2.52%, 12м – 1.27%, 1м25 – 1.34% vs 3.83% за 11м24, 2.90% за 11м23, в 2023-2024 – 3.25%, в 2021 – 1.68%, 2017-2019 – 1.20%.
Для автокредитования типичный темп роста ранее находился в диапазоне 1-2% в месяц по 6м средней и лишь на пару месяцев темп вырос выше 2% в середине 2021, поэтому текущие темпы свыше 2.5% в месяц аномально высоки по историческим меркам и классифицируются, как кредитный бум.
Одна из причин – льготные программы автодилеров (скидки под кредитные программы, льготные ставки от автопроизводителей, рассрочки и так далее) и ажиотажный спрос в ожидании роста налога на авто (тот самый «утилизационный сбор»).
Если исключить разовые факторы (спрос на авто перед ростом цен) и льготные формы кредитования (автодилеры и ИЖК), рыночное кредитование в наиболее депрессивном состоянии за 10 лет (хуже было только в 2015 и 2009).
Другими словами, кредитование по рыночным ставкам мертво чуть менее, чем полностью, но с незначительным оживлением с середины 2025, которое не меняет общей картины.
В этой части кредитная активность является скорее подавленной, т.е. дезинфляционный эффект интегрально продолжает действовать, если убрать «шумы» и льготное кредитование на различных уровнях.
1🤔96👍65❤33😁6👏4💯3🤬2👌2😢1
Структура роста ВВП США в 3 квартале 2025
Данные по ВВП за 3кв25 были задержаны более, чем на 2 месяца от типичного времени публикации, но тем не менее – это последние данные, которые собирались в относительной «нормальности». С начала октября по середину ноября – глушняк и бардак, спровоцированный 1.5 месячной клоунадой с шатдауном, что отразилось на фейковых данных по инфляции и другим макро-показателям.
Это важно понимать, чтобы корректно интерпретировать макро данные в США – это концентрат статистических галлюцинаций, манипуляций и искажений, наложенных на «политическую повестку» имитировать успех там, где его нет.
Другими словами, нет теперь возможности понять, что происходит в США по официальным данным, придется синтезировать и синхронизировать альтернативные показатели и индикаторы.
Из того, что заявлено – рост ВВП на 4.35% SAAR в 3кв25 (максимальный рост с 3кв23) после +3.83% в 2кв25 и (-0.64%) в 1кв25.
Какая структура роста и тенденции?
▪️Потребительский спрос – положительный вклад 2.39 п.п в общем росте ВВП на 4.35% по сравнению с со средним темпом 1.5 п.п за 9м25, 1.73 п.п с 1кв22 по 3кв25, 1.78 п.п в 2017-2019 и 1.59 п.п в 2011-2019 (далее перечисление строго в указанной последовательности).
Потребительский спрос в 3кв25 сформирован из товаров (0.66 п.п) и услуг (1.74 п.п).
• Товары находятся на долгосрочном тренде: 0.39, 0.41, 0.80 и 0.75 п.п соответственно по вышеуказанным периодам сравнения.
• Услуги аномально растут (вдвое выше долгосрочного тренда): 1.11, 1.32, 0.98 и 0.83 п.п.
▪️Валовые частные инвестиции дали отрицательный вклад 0.02 п.п в 3кв25 после (-2.66) п.п в 2кв25 и +3.79 п.п в 1кв25, по периодам: 0.37, 0.22, 0.65 и 0.87 п.п.
В структуре инвестиций:
• Нежилые инвестиции в основной капитал: +0.4 п.п в 3кв25, 0.87, 0.73, 0.65 и 0.70 п.п соответственно. Резкое замедление почти вдвое и это с учетом рекордных инвестиций в дата-центры, ИТ и смежную инфраструктуру.
• Жилые инвестиции: сокращение на 0.21 п.п в 3кв25, (-0.15), (-0.20), +0.04 и +0.18 п.п. Здесь тренд устойчиво негативный с разрывов почти в 0.4 п.п от долгосрочного тренда.
• Изменение в запасах: (-0.22) п.п в 3кв25, (-0.36), (-0.30), (-0.04), +0.00 п.п. Долгосрочный фактор запасов является полностью нейтральным с точки зрения формирования экономической динамики, но локально может быть высокая волатильность. При накоплении запасов – положительный вклад, при распределении/реализации запасов – отрицательный вклад. Сейчас продают запасы, сформированные в 1кв25.
▪️Чистый экспорт: положительный вклад на 1.59 п.п в 3кв25 после +4.83 п.п в 2кв25 и (-4.68) п.п в 1кв25, по периодам: 0.58, 0.07, (-0.03) и (-0.11) п.п.
Расширение торгового дефицита имеет негативный вклад в ВВП, а сокращение торгового дефицита – положительный вклад.
• Экспорт обеспечил положительный вклад 0.92 п.п в 3кв25, 0.25, 0.37, 0.31 и 0.33 п.п. Рост экспорта работает, как положительный вклад. В 3кв25 заявлено, что рост экспорта был почти втрое сильнее, чем по долгосрочного тренду, компенсируя скверные показатели начала года, но даже с 3кв25 результаты за 9м25 слабее долгосрочного тренда.
• Импорт обеспечил 0.67 п.п в 3кв25, +0.33, (-0.29), (-0.34) и (-0.44) п.п. Сокращение импорта – положительный вклад, а рост импорта – отрицательный вклад.
Рост тарифов привел к сокращению импорта, что обеспечило положительную дельту в 0.77 п.п в сравнении с долгосрочным трендом.
Вообще, фактор внешней торговли обеспечил с начала 2025 положительный дифференциал почти в 0.7 п.п с начала 2025 в сравнении с 2011-2019.
▪️Государственное потребление и инвестиции: +0.39 п.п в 3кв25 после (-0.01) п.п в 2кв25 и (-0.17) п.п в 1кв25, +0.07, +0.38, +0.44 и +0.06 п.п.
• Федеральное правительство: +0.19 п.п в 3кв25, (-0.18), +0.07, +0.19 и (-0.04 п.п).
• Штаты и местные органы власти: +0.20 п.п в 3кв25, +0.24, +0.31, +0.25 и +0.10 п.п.
Данным в США сейчас доверять нельзя, но важно понимать актуальный срез и тенденции, даже если они частично сфальсифицированы.
Данные по ВВП за 3кв25 были задержаны более, чем на 2 месяца от типичного времени публикации, но тем не менее – это последние данные, которые собирались в относительной «нормальности». С начала октября по середину ноября – глушняк и бардак, спровоцированный 1.5 месячной клоунадой с шатдауном, что отразилось на фейковых данных по инфляции и другим макро-показателям.
Это важно понимать, чтобы корректно интерпретировать макро данные в США – это концентрат статистических галлюцинаций, манипуляций и искажений, наложенных на «политическую повестку» имитировать успех там, где его нет.
Другими словами, нет теперь возможности понять, что происходит в США по официальным данным, придется синтезировать и синхронизировать альтернативные показатели и индикаторы.
Из того, что заявлено – рост ВВП на 4.35% SAAR в 3кв25 (максимальный рост с 3кв23) после +3.83% в 2кв25 и (-0.64%) в 1кв25.
Какая структура роста и тенденции?
▪️Потребительский спрос – положительный вклад 2.39 п.п в общем росте ВВП на 4.35% по сравнению с со средним темпом 1.5 п.п за 9м25, 1.73 п.п с 1кв22 по 3кв25, 1.78 п.п в 2017-2019 и 1.59 п.п в 2011-2019 (далее перечисление строго в указанной последовательности).
Потребительский спрос в 3кв25 сформирован из товаров (0.66 п.п) и услуг (1.74 п.п).
• Товары находятся на долгосрочном тренде: 0.39, 0.41, 0.80 и 0.75 п.п соответственно по вышеуказанным периодам сравнения.
• Услуги аномально растут (вдвое выше долгосрочного тренда): 1.11, 1.32, 0.98 и 0.83 п.п.
▪️Валовые частные инвестиции дали отрицательный вклад 0.02 п.п в 3кв25 после (-2.66) п.п в 2кв25 и +3.79 п.п в 1кв25, по периодам: 0.37, 0.22, 0.65 и 0.87 п.п.
В структуре инвестиций:
• Нежилые инвестиции в основной капитал: +0.4 п.п в 3кв25, 0.87, 0.73, 0.65 и 0.70 п.п соответственно. Резкое замедление почти вдвое и это с учетом рекордных инвестиций в дата-центры, ИТ и смежную инфраструктуру.
• Жилые инвестиции: сокращение на 0.21 п.п в 3кв25, (-0.15), (-0.20), +0.04 и +0.18 п.п. Здесь тренд устойчиво негативный с разрывов почти в 0.4 п.п от долгосрочного тренда.
• Изменение в запасах: (-0.22) п.п в 3кв25, (-0.36), (-0.30), (-0.04), +0.00 п.п. Долгосрочный фактор запасов является полностью нейтральным с точки зрения формирования экономической динамики, но локально может быть высокая волатильность. При накоплении запасов – положительный вклад, при распределении/реализации запасов – отрицательный вклад. Сейчас продают запасы, сформированные в 1кв25.
▪️Чистый экспорт: положительный вклад на 1.59 п.п в 3кв25 после +4.83 п.п в 2кв25 и (-4.68) п.п в 1кв25, по периодам: 0.58, 0.07, (-0.03) и (-0.11) п.п.
Расширение торгового дефицита имеет негативный вклад в ВВП, а сокращение торгового дефицита – положительный вклад.
• Экспорт обеспечил положительный вклад 0.92 п.п в 3кв25, 0.25, 0.37, 0.31 и 0.33 п.п. Рост экспорта работает, как положительный вклад. В 3кв25 заявлено, что рост экспорта был почти втрое сильнее, чем по долгосрочного тренду, компенсируя скверные показатели начала года, но даже с 3кв25 результаты за 9м25 слабее долгосрочного тренда.
• Импорт обеспечил 0.67 п.п в 3кв25, +0.33, (-0.29), (-0.34) и (-0.44) п.п. Сокращение импорта – положительный вклад, а рост импорта – отрицательный вклад.
Рост тарифов привел к сокращению импорта, что обеспечило положительную дельту в 0.77 п.п в сравнении с долгосрочным трендом.
Вообще, фактор внешней торговли обеспечил с начала 2025 положительный дифференциал почти в 0.7 п.п с начала 2025 в сравнении с 2011-2019.
▪️Государственное потребление и инвестиции: +0.39 п.п в 3кв25 после (-0.01) п.п в 2кв25 и (-0.17) п.п в 1кв25, +0.07, +0.38, +0.44 и +0.06 п.п.
• Федеральное правительство: +0.19 п.п в 3кв25, (-0.18), +0.07, +0.19 и (-0.04 п.п).
• Штаты и местные органы власти: +0.20 п.п в 3кв25, +0.24, +0.31, +0.25 и +0.10 п.п.
Данным в США сейчас доверять нельзя, но важно понимать актуальный срез и тенденции, даже если они частично сфальсифицированы.
6🤔97❤51👍49🔥7🤬3👌3🙏2😁1
⚡️ 63% строительных компаний планируют больше инвестировать в нейротехнологии в ближайшие два года
ИИ становится главным драйвером эффективности, и это только начало. По данным исследований, нейросети уже экономят до 20% бюджета, сокращают сроки на 15% и могли бы предотвратить до 30% несчастных случаев — благодаря точным сметам и расчётам, снижению ошибок и автоматическому мониторингу рисков.
Иными словами: кто умеет работать с нейросетями — работает быстрее, безопаснее и экономит деньги, а кто не умеет — начинает проигрывать в скорости и качестве.
Новый рабочий сезон — отличный повод обновить подходы к сметам, графикам, проверкам по ГОСТам и документообороту, чтобы не тратить часы на то, что давно можно автоматизировать.
Подтяните навыки к 2026 году с курсом «Нейросети в строительстве» от Академии Eduson. За 8 недель вы:
— Внедрите в работу 20+ ИИ-сервисов, которые уже используют крупнейшие компании.
— Делегируете им рутину и начнёте экономить до 30% времени.
— Перестроите рабочие процессы так, чтобы направить силы на важные решения.
У Академии Eduson уже действует щедрое новогоднее предложение: скидка 65% по промокоду
Реклама. ООО "Эдюсон", ИНН 7729779476, erid: 2W5zFGxX68x
ИИ становится главным драйвером эффективности, и это только начало. По данным исследований, нейросети уже экономят до 20% бюджета, сокращают сроки на 15% и могли бы предотвратить до 30% несчастных случаев — благодаря точным сметам и расчётам, снижению ошибок и автоматическому мониторингу рисков.
Иными словами: кто умеет работать с нейросетями — работает быстрее, безопаснее и экономит деньги, а кто не умеет — начинает проигрывать в скорости и качестве.
Новый рабочий сезон — отличный повод обновить подходы к сметам, графикам, проверкам по ГОСТам и документообороту, чтобы не тратить часы на то, что давно можно автоматизировать.
Подтяните навыки к 2026 году с курсом «Нейросети в строительстве» от Академии Eduson. За 8 недель вы:
— Внедрите в работу 20+ ИИ-сервисов, которые уже используют крупнейшие компании.
— Делегируете им рутину и начнёте экономить до 30% времени.
— Перестроите рабочие процессы так, чтобы направить силы на важные решения.
У Академии Eduson уже действует щедрое новогоднее предложение: скидка 65% по промокоду
НЕЙРОНКИ + второй курс в подарок. Оставьте заявку, чтобы начать новый год во всеоружии.Реклама. ООО "Эдюсон", ИНН 7729779476, erid: 2W5zFGxX68x
1🤡106👍86❤14👎7🤣6🤔5🐳5🤬4🔥2😁2🥱1
Какие структурные изменения в динамике ВВП США?
С начала года рост ВВП США соответствует 2.5% SAAR vs 2.39% с 1кв22 по 3кв25, 2.84% в 2017-2019 по среднесрочной тенденции и 2.41% в 2011-2019 по долгосрочной тенденции в эпоху условной нормальности (до монетарной, фискальной вакханалии и массового отупения с 2020 года).
С начала года (2.5%) экономическая динамика мало, чем отличается от долгосрочной тенденции (2.41%) в 2011-2019, но структурно различия существенные.
Если оценивать только 9м25, основной положительный вклад в изменение динамики оказала внешняя торговля (+0.69 п.п) за счет сокращения торгового дефицита, фактор государственного сектора и спроса нейтральный (+0.01 п.п), потребительский спрос внес негативный вклад (-0.09 п.п), а валовые частные инвестиции также в минусе (-0.50 п.п).
Это следует читать, как дельту (разницу) вклада в формирование прироста ВВП за 9м25 в сравнении с 2011-2019. Минус по инвестициям означает не сокращение, а снижение темпов положительной динамики (0.37 п.п положительного вклада за 9м25 vs +0.87 п.п в 2011-2019).
Динамика инвестиций наиболее удивительна в контексте обстоятельств. Предполагалось, что рекордные инвестиции в дата центры должны положительно отразиться в совокупной динамике инвестиций, учитывая их высокий вес.
Если произвести детализированную декомпозицию станет понятно, что бигтехи лишь компенсируют ужасающие тенденции в реальном секторе экономики и вот, как это происходит:
Валовые инвестиции в нежилую инфраструктуру: 0.4 п.п положительного вклада в ВВП в 3кв25, +0.87 п.п за 9м25, +0.73 п.п с 2022 по 2025, +0.65 п.п в 2017-2019 и +0.70 п.п в 2011-2019 (далее в указанной последовательности) подразделяются на:
• Инвестиции коммерческую, промышленную, торговую и инфраструктурную (энергетика, транспорт, связь, коммунальные услуги и т.д) недвижимость: (-0.19) п.п в 3кв25, (-0.17), +0.13, +0.09 и +0.11 п.п. Отрицательный дифференциал в 0.29 п.п в сравнении 9м25 с 2011-2019.
• Инвестиции в оборудование (машины, станки, промышленное, энергетическое, ИТ и прочие виды оборудования): 0.29 п.п в 3кв25, +0.58, +0.26, +0.17 и +0.28 п.п, дельта +0.30 п.п.
• Инвестиции в интеллектуальную собственность (в основном софт и технологии): +0.30 п.п в 3кв25, +0.47, +0.34, +0.38 и +0.30 п.п. Дельта +0.17 п.п.
Как это интерпретировать? Инвестиции в технологии растут, по крайней мере с начала 2025, формируя почти 0.5% роста ВВП и еще почти 0.6% роста концентрирует в инвестициях в оборудование, но где здесь дата центры?
Непосредственно дата центры, компьютеры и ИТ оборудование обеспечивает 0.42 п.п вклада в ВВП с начала 2025 Vs 0.12 п.п в 2011-2019, т.е. дельта +0.30 п.п и именно этот сегмент обеспечил весь положительный вклад в подгруппе «инвестиции в оборудование», т.е. все прочие категории оборудования растут в темпе 2011-2019.
Технологии + ИТ оборудование сформировали +0.46 п.п вклада в ВВП в 3кв25, +0.90 п.п за 9м25, +0.45 п.п в 2022-2025, +0.49 п.п в 2017-2019 и +0.42 п.п в 2011-2019.
Удивительно здесь вот что: весь хайп ИИ (пришелся как раз на 2022-2025) не оказал существенного изменения на ВВП (0.45 vs 0.42 п.п), но указывает удвоенный эффект в 2025 в эквиваленте 0.5 п.п в ВВП (но здесь не только ИИ, а вообще все технологии и все ИТ оборудование, но основной триггер в ИИ).
Аномально растет потребительский спрос, но в основном за счет услуг.
Потребительский спрос обеспечил 2.39 п.п вклада в ВВП в 3кв25, где товары +0.66 п.п, а услуги +1.74 п.п. В услугах основной эффект концентрирует в здравоохранении (+0.76 п.п), в прочих видах услуг (+0.4 п.п), культура, спорт и развлечения (+0.17 п.п).
• Товары дали +0.39 п.п в рост ВВП за 9м25, +0.41 п.п в 2022-2025, +0.80 в 2017-2019, +0.75 п.п в 2011-2019. Дельта отрицательная на 0.36 п.п, т.е. интенсивность в товарах снизилась в сравнении с 2011-2019.
• Услуги обеспечили +1.11 п.п в 3кв25, +1.32 п.п в 2022-2025, +0.98 в 2017-2019 и +0.83 п.п в 2011-2019. Дельта положительная на 0.27 п.п.
Весь эффект роста спроса за 9м25 в сравнении с 2011-2019 за счет здравоохранения (+0.23 п.п) и финансовых-страховых услуг (+0.12 п.п).
С начала года рост ВВП США соответствует 2.5% SAAR vs 2.39% с 1кв22 по 3кв25, 2.84% в 2017-2019 по среднесрочной тенденции и 2.41% в 2011-2019 по долгосрочной тенденции в эпоху условной нормальности (до монетарной, фискальной вакханалии и массового отупения с 2020 года).
С начала года (2.5%) экономическая динамика мало, чем отличается от долгосрочной тенденции (2.41%) в 2011-2019, но структурно различия существенные.
Если оценивать только 9м25, основной положительный вклад в изменение динамики оказала внешняя торговля (+0.69 п.п) за счет сокращения торгового дефицита, фактор государственного сектора и спроса нейтральный (+0.01 п.п), потребительский спрос внес негативный вклад (-0.09 п.п), а валовые частные инвестиции также в минусе (-0.50 п.п).
Это следует читать, как дельту (разницу) вклада в формирование прироста ВВП за 9м25 в сравнении с 2011-2019. Минус по инвестициям означает не сокращение, а снижение темпов положительной динамики (0.37 п.п положительного вклада за 9м25 vs +0.87 п.п в 2011-2019).
Динамика инвестиций наиболее удивительна в контексте обстоятельств. Предполагалось, что рекордные инвестиции в дата центры должны положительно отразиться в совокупной динамике инвестиций, учитывая их высокий вес.
Если произвести детализированную декомпозицию станет понятно, что бигтехи лишь компенсируют ужасающие тенденции в реальном секторе экономики и вот, как это происходит:
Валовые инвестиции в нежилую инфраструктуру: 0.4 п.п положительного вклада в ВВП в 3кв25, +0.87 п.п за 9м25, +0.73 п.п с 2022 по 2025, +0.65 п.п в 2017-2019 и +0.70 п.п в 2011-2019 (далее в указанной последовательности) подразделяются на:
• Инвестиции коммерческую, промышленную, торговую и инфраструктурную (энергетика, транспорт, связь, коммунальные услуги и т.д) недвижимость: (-0.19) п.п в 3кв25, (-0.17), +0.13, +0.09 и +0.11 п.п. Отрицательный дифференциал в 0.29 п.п в сравнении 9м25 с 2011-2019.
• Инвестиции в оборудование (машины, станки, промышленное, энергетическое, ИТ и прочие виды оборудования): 0.29 п.п в 3кв25, +0.58, +0.26, +0.17 и +0.28 п.п, дельта +0.30 п.п.
• Инвестиции в интеллектуальную собственность (в основном софт и технологии): +0.30 п.п в 3кв25, +0.47, +0.34, +0.38 и +0.30 п.п. Дельта +0.17 п.п.
Как это интерпретировать? Инвестиции в технологии растут, по крайней мере с начала 2025, формируя почти 0.5% роста ВВП и еще почти 0.6% роста концентрирует в инвестициях в оборудование, но где здесь дата центры?
Непосредственно дата центры, компьютеры и ИТ оборудование обеспечивает 0.42 п.п вклада в ВВП с начала 2025 Vs 0.12 п.п в 2011-2019, т.е. дельта +0.30 п.п и именно этот сегмент обеспечил весь положительный вклад в подгруппе «инвестиции в оборудование», т.е. все прочие категории оборудования растут в темпе 2011-2019.
Технологии + ИТ оборудование сформировали +0.46 п.п вклада в ВВП в 3кв25, +0.90 п.п за 9м25, +0.45 п.п в 2022-2025, +0.49 п.п в 2017-2019 и +0.42 п.п в 2011-2019.
Удивительно здесь вот что: весь хайп ИИ (пришелся как раз на 2022-2025) не оказал существенного изменения на ВВП (0.45 vs 0.42 п.п), но указывает удвоенный эффект в 2025 в эквиваленте 0.5 п.п в ВВП (но здесь не только ИИ, а вообще все технологии и все ИТ оборудование, но основной триггер в ИИ).
Аномально растет потребительский спрос, но в основном за счет услуг.
Потребительский спрос обеспечил 2.39 п.п вклада в ВВП в 3кв25, где товары +0.66 п.п, а услуги +1.74 п.п. В услугах основной эффект концентрирует в здравоохранении (+0.76 п.п), в прочих видах услуг (+0.4 п.п), культура, спорт и развлечения (+0.17 п.п).
• Товары дали +0.39 п.п в рост ВВП за 9м25, +0.41 п.п в 2022-2025, +0.80 в 2017-2019, +0.75 п.п в 2011-2019. Дельта отрицательная на 0.36 п.п, т.е. интенсивность в товарах снизилась в сравнении с 2011-2019.
• Услуги обеспечили +1.11 п.п в 3кв25, +1.32 п.п в 2022-2025, +0.98 в 2017-2019 и +0.83 п.п в 2011-2019. Дельта положительная на 0.27 п.п.
Весь эффект роста спроса за 9м25 в сравнении с 2011-2019 за счет здравоохранения (+0.23 п.п) и финансовых-страховых услуг (+0.12 п.п).
6👍94🤔47❤23🔥7🤬2👌2💯1
Тянут ли бигтехи рост инвестиций в США?
Главное открытие в статистике по ВВП США – это негативная тенденция в инвестициях, которая достаточно значима, чтобы нейтрализовать положительный эффект от ИИ хайпа.
Частные инвестиции в основной капитал за год (3кв25 к 3кв24) выросли на 3.2% в реальном выражении. Эти инвестиции делятся на два крупных подкласса: нежилые (Nonresidential) и жилые (Residential) и не учитывают изменения в запасах.
В структуре годового изменения частных инвестиций (3.2%) на недвижимость (жилая и нежилая) приходится отрицательный вклад 1.33 п.п, оборудование за исключением компьютерного и ИТ оборудования – нулевое изменение, а интеллектуальная собственность и ИТ оборудование обеспечили 4.54 п.п положительного вклада в инвестициях.
С 4кв22 по 3кв25 включительно (как раз весь период ИИ хайпа) рост инвестиций составил 10.7%, где:
- недвижимость обеспечила +2.63 п.п,
- оборудование за исключением ИТ +1.5 п.п,
- а интеллектуальная собственность с учетом ИТ оборудования +8.1 п.п.
По методологии расчетов, чтобы не было противоречий:
Сооружения (Structures):
• Коммерческие здания (офисы, торговые центры, склады).
• Производственные объекты и заводы.
• Инфраструктурные объекты, построенные частным сектором (энергетические, телекоммуникационные, транспортные и т.д)).
Оборудование (Equipment):
• Информационное оборудование (компьютеры, серверы, периферия и т.д.).
• Промышленное оборудование (станки, турбины, двигатели и т.д.).
• Транспортное оборудование (грузовики, самолеты, ЖД поезда и т.д.).
• Прочее оборудование (мебель, строительная техника, медицинские приборы и т.д.).
Продукты интеллектуальной собственности (Intellectual Property Products):
• Программное обеспечение
• Научные исследования и разработки (R&D):
• Развлекательные, литературные и художественные оригиналы: затраты на создание фильмов, телепрограмм, книг и музыкальных произведений, которые приносят доход в течение длительного времени.
В недвижимость я включил жилую и нежилую (в разделе «Structures»). Из оборудования убрал сегмент информационного и компьютерного оборудования, совместив его с интеллектуальной собственностью.
Так вот, жилая, производственная и коммерческая невжижимость в совокупности находятся на уровне 2018 года (нулевой прогресс за 7 лет!).
Производственное, транспортное и прочее оборудование, за исключением ИТ, дата центров и компьютеров находится также на уровне 2018 и сопоставимо с 2014, т.е. за 7-11 лет нулевой прогресс).
За это время частные инвестиции выросли на 23.2% и соответственно, в полной мере этот рост обеспечен технологиями и инвестициями в ИТ, которые выросли на 58.5%, обеспечив весь положительный вклад в общем росте инвестиций (прочие позиции интегрально в нуле).
Важно отметить, что здесь не только технологии в ИИ, а учитываются все технологии по всем секторам (R&D + разнокалиберный софт), но основной драйвер – очевидно ИИ.
Общенациональные инвестиции в компьютеры, сервера, дата-центры и ИТ оборудование выросли в 2.7 раза от средних инвестиций в 2011-2016 и почти удвоились с начала 2023, т.е. основной эффект концентрируется с 2024 и особенно в 2025 году.
Если изолировать все прочие категории, а рассматривать исключительно компьютеры, дата-центры и ИТ оборудование, за год только эта категория обеспечила 62% или 2 п.п в общенациональном росте всех инвестиций за год (3.2%).
С 4кв22 результат скромнее – 27% или 2.9 п.п в общем росте всех инвестиций на 10.7%.
Так что бигтехи действительно тянут инвестиции в США, особенно последний год – это уже отражается в статистике.
Инвестиции в ИТ оборудование и интеллектуальную собственность в % от совокупных инвестиций бизнеса достигли исторического максимума 60.9% vs 59% в 2022, около 50% в 2019, 44% в 2011-2015 и 28% в 2007.
Главное открытие в статистике по ВВП США – это негативная тенденция в инвестициях, которая достаточно значима, чтобы нейтрализовать положительный эффект от ИИ хайпа.
Частные инвестиции в основной капитал за год (3кв25 к 3кв24) выросли на 3.2% в реальном выражении. Эти инвестиции делятся на два крупных подкласса: нежилые (Nonresidential) и жилые (Residential) и не учитывают изменения в запасах.
В структуре годового изменения частных инвестиций (3.2%) на недвижимость (жилая и нежилая) приходится отрицательный вклад 1.33 п.п, оборудование за исключением компьютерного и ИТ оборудования – нулевое изменение, а интеллектуальная собственность и ИТ оборудование обеспечили 4.54 п.п положительного вклада в инвестициях.
С 4кв22 по 3кв25 включительно (как раз весь период ИИ хайпа) рост инвестиций составил 10.7%, где:
- недвижимость обеспечила +2.63 п.п,
- оборудование за исключением ИТ +1.5 п.п,
- а интеллектуальная собственность с учетом ИТ оборудования +8.1 п.п.
По методологии расчетов, чтобы не было противоречий:
Сооружения (Structures):
• Коммерческие здания (офисы, торговые центры, склады).
• Производственные объекты и заводы.
• Инфраструктурные объекты, построенные частным сектором (энергетические, телекоммуникационные, транспортные и т.д)).
Оборудование (Equipment):
• Информационное оборудование (компьютеры, серверы, периферия и т.д.).
• Промышленное оборудование (станки, турбины, двигатели и т.д.).
• Транспортное оборудование (грузовики, самолеты, ЖД поезда и т.д.).
• Прочее оборудование (мебель, строительная техника, медицинские приборы и т.д.).
Продукты интеллектуальной собственности (Intellectual Property Products):
• Программное обеспечение
• Научные исследования и разработки (R&D):
• Развлекательные, литературные и художественные оригиналы: затраты на создание фильмов, телепрограмм, книг и музыкальных произведений, которые приносят доход в течение длительного времени.
В недвижимость я включил жилую и нежилую (в разделе «Structures»). Из оборудования убрал сегмент информационного и компьютерного оборудования, совместив его с интеллектуальной собственностью.
Так вот, жилая, производственная и коммерческая невжижимость в совокупности находятся на уровне 2018 года (нулевой прогресс за 7 лет!).
Производственное, транспортное и прочее оборудование, за исключением ИТ, дата центров и компьютеров находится также на уровне 2018 и сопоставимо с 2014, т.е. за 7-11 лет нулевой прогресс).
За это время частные инвестиции выросли на 23.2% и соответственно, в полной мере этот рост обеспечен технологиями и инвестициями в ИТ, которые выросли на 58.5%, обеспечив весь положительный вклад в общем росте инвестиций (прочие позиции интегрально в нуле).
Важно отметить, что здесь не только технологии в ИИ, а учитываются все технологии по всем секторам (R&D + разнокалиберный софт), но основной драйвер – очевидно ИИ.
Общенациональные инвестиции в компьютеры, сервера, дата-центры и ИТ оборудование выросли в 2.7 раза от средних инвестиций в 2011-2016 и почти удвоились с начала 2023, т.е. основной эффект концентрируется с 2024 и особенно в 2025 году.
Если изолировать все прочие категории, а рассматривать исключительно компьютеры, дата-центры и ИТ оборудование, за год только эта категория обеспечила 62% или 2 п.п в общенациональном росте всех инвестиций за год (3.2%).
С 4кв22 результат скромнее – 27% или 2.9 п.п в общем росте всех инвестиций на 10.7%.
Так что бигтехи действительно тянут инвестиции в США, особенно последний год – это уже отражается в статистике.
Инвестиции в ИТ оборудование и интеллектуальную собственность в % от совокупных инвестиций бизнеса достигли исторического максимума 60.9% vs 59% в 2022, около 50% в 2019, 44% в 2011-2015 и 28% в 2007.
11👍115🤔54❤28🔥11😁6👌4❤🔥2🤯2🤬2🤡1