Самая дешевая гордость – национальная. Она заменяет дефицит личных и общественных достижений вымышленным ощущением принадлежности к чему-то «великому» и работает как костыль для тех, кто лишён реальных оснований для самоуважения. Что обычно и бывает у правых.

Энгельсу — 205 лет!

28 ноября родился Фридрих Энгельс (1820 — 1895) — один из основоположников марксизма, вождь и учитель международного пролетариата, друг и соратник Карла Маркса.

«Для правильной оценки взглядов Маркса безусловно необходимо знакомство с произведениями его ближайшего единомышленника и сотрудника Фридриха Энгельса. Нельзя понять марксизм и нельзя цельно изложить его, не считаясь со всеми сочинениями Энгельса» (В. И. Ленин, ПСС, т. 26, с. 93).

#История #Энгельс

«Шторм» после раскола с Эрой продолжает демонстрировать не организационную зрелость, а сектантскую замкнутость. Их «призыв» в организацию достаточно идеальный пример того, как авангардность подменяется кастингом.

Требования к кандидатам поражают классической оторванностью от реальности: «никаких поленьев», «никаких догматиков буржуазной науки», «никаких субкультурных и слабых». То есть 99 процентов рабочего класса, которое живёт и мыслит внутри капиталистической среды, объявляется недопустимым. А обучать людей и выводить их из заблуждений как оказывается не их метод. Им нужен не пролетариат, а «краснодипломные марксисты», которых в природе практически нет.

Параллельно они морально объявляют, что им не нужны люди с «девиантным поведением» нарушающие закон и портящие имущество, но их агитация регулярно появляется на стенах, остановках и электричках ровно теми «методами», которые они сами называют девиантными.Получается аккуратный парадокс: принципы для других, исключения для себя.

Взамен всего этого набора требований «Шторм» предлагает восемь лет существования, «товарищество» и обещание «гонять по теории», противопоставляя это «кружковой волоките». Под пафосом скрывается отсутствие реального понимания того, что кружки это основа подготовки кадров и роста рабочего движения, а не кружок по интересам.

Заявления о «нахождении в авангарде» и «переосмыслении всех наук» звучат особенно комично, учитывая отсутствие хоть какого-то вклада в теорию или практику кроме очередных тэгов на заборе.

Такое «воззвание» не привлекает рабочего, а демонстрирует чуждость и высокомерие. Для токаря, водителя, учителя это выглядит как приглашение не в организацию, а в кружок людей с манией величия. И хуже всего то, что после подобных «манифестов» именно о них судят обо всех коммунистах.

«Системный оппозиционер» Бондаренко в очередной раз решил сыграть в народного борца за социализм и прокомментировал «новые события» в истории с Долиной. Всё бы ничего, если бы его гневный разбор не опирался на сатирическую статью из «Панорамы» (это подтверждает и само издание).

Комично смотреть, как человек, которого называют левым и состоящем в «компартии», выкладывает эмоциональный ролик с лозунгами о справедливости, даже не проверив источник. Видимо вот он «коммунизм» по-бондаренковски.

Жители микрорайона Краснодара стали идеальной иллюстрацией того, как «благородная» и «прогрессивная» система относится к проблемам простого народа.

Депутат от «компартии» изображает защитника интересов жителей, но тут же спешит заверить всех в своей лояльности, ведь малейшее отклонение от линии опасно. Слишком вовремя появляется «коллега» с этническими фантазиями, явно призванными увести разговор от реальных причин конфликта, но публика быстро гасит эту попытку, показывая, что дешевые расколы здесь не работают. Депутат напоминает о камерах и тем самым подчеркивает, что рамки обсуждения заданы заранее. Между тем жители говорят по существу: храмов хватает, береговая зона хрупкая, а строить потенциальный ориентир для беспилотников просто нелепо.

И над всей этой сценой глухо гремит небо, словно подчеркивая, насколько тяжёлым стал обычный спор о городском пространстве.

Левые упускают тот факт, что рабочий или крестьянин из Таджикистана или Азербайджана, как правило, является в первую очередь патриотом своей страны. Даже если живет и работает в России. А часто – таджикским или азербайджанским националистом. 

И тут же правые в своей «гениальности» предлагают: А давайте, русские, мы тоже сядем в свой национальный уголок, обнесём его колючкой из предрассудков и будем рычать на всех, кто с другим паспортом.

И в большинстве случаев он поставит национальную солидарность со своим народом и своей диаспорой выше классовой солидарности с русским рабочим или крестьянином.

 

Только ведь описали проблему: люди замыкаются в своих национальных скорлупах, и это мешает им увидеть общие интересы. И их гениальное решение — что? Верно! Предложить русским рабочим залезть в точно такую же скорлупу и захлопнуть крышку. 

Плачут, что таджик ставит национальное выше классового... и тут же, как попугаи, повторяют: «Русский, ставь национальное выше классового!». У правых в головах настолько идеальный вакуум, что там даже эхо от таких банальных мыслей застревает.

И наоборот, любой нормальный русский человек, вне зависимости от классовой принадлежности, является патриотом России, любит свой народ, защищает свою Веру. 

Да-да, видели, каждый русский патриот - высок, белокур и отличный знаток истории.

А почему ты думаешь больше о “гипотетических таджиках”, которых в природе не существует (!), нежели о русских?

Тут и сказать нечего, вероятно из окна дорогих машин и правда не видно что рабочими бывают не только “гипотетические русские”. Впрочем и без этого всего понятно, чьи именно интересы Андрей Ткачук так рьяно защищает под словами о «солидарности»

Бедный АвтоВАЗ опять плачет в уголке, потому что народ не понял его величия. Государство стелит ковровую дорожку, разгоняет конкурентов, размахивает субсидиями, а люди почему-то продолжают смотреть на цену, качество и здравый смысл.

ЕС закручивает гайки в интернете и этому очень не доволен Дуров. Недавно на конференции он решил пожаловаться народу на «невыполнимые правила» приводя в пример штраф Маска. Оба атланта играют роль защитников свободы, хотя свобода здесь никого не волнует. Ситуация проста. Когда система начинает скрипеть, власть давит тех, кто не входит в круг доверенных собственников, а бизнес прячет свои интересы за громкими словами.

Дуров вспоминает французов не из ностальгии, а потому что уже видел, как легко надавить на того, кто не считается «своим». ЕС закручивает гайки по той же причине, по которой это делают все правительства мира: противоречия растут, и контроль становится важнее правил.

Корпорации тоже кричат о свободе, но только потому, что не хотят потерять доходы. А пользователи в этой игре остаются теми, кого передвигают по доске, даже не спросив, хотят ли они вообще участвовать.

Когда человек понимает, за кого он борется, он выступает против приватизации. Когда человек играет роль, его борьба заканчивается там, где начинается семейное финансирование. 

На этом фоне фраза Бондаренко «выборы близко» звучит забавно. Чем ближе предвыборная кампания, тем громче он изображает защитника рабочих, хотя вся его борьба притупляется когда это касается между элитными клубами и бизнесом родственников. Критика для него всего лишь способ набрать просмотры, а не изменить что-то для тех, за кого он якобы выступает.

Если вам вдруг мерещится, что у руководителя АвтоВАЗа имеющего личный автопарк есть какие-то двойные стандарты, то это не галлюцинации, а правильный образ «патриота отечественного автопрома».

Видимо АвтоВАЗ переживает золотую эпоху. Прибыль прям бьет все рекорды. Рабочих никто не планирует увольнять. Деталей прям целая гора. Цены поднимаются на авто из-за высокого спроса. Непонятно только, почему они плачут и жалуются. Видимо люди не те.

Замечательные креативщики из агенства «Национальные приоритеты» решили, что высмеять принципы россиян будет очень здорово и точно поднимет демографию. Это очень «продуманный» ход.

Особенно понравился момент в конце ролика. Детская кроватка стоит в благоустроенной не однокомнатной квартире, не в общаге и даже не в хрущевке, где в соседней комнате родители.

Видимо вот как решили экранизировать великую цитату одного чиновника.

Во «ВКонтакте» выложили пиратскую версию «Зверополиса 2», в которой герои рекламируют мессенджер Max.

Так что Max ловит не только во Франции или в России, но и в параллельном мире.

«Свободный рынок» – это когда два крупных игрока грызут полуживой труп бывшего гиганта, а один из них ещё бежит в антимонополную службу жаловаться на конкурента мол: «он плохой, а я хороший, разрешите мне его доесть».

«Сыны Монархии» снова пишут сагу о спасении цивилизации, старательно обходя экономику, как будто она и не рулит процессом. Пока владельцы таксопарков и стройфирм радостно считают прибыль с дешёвой рабочей силы, правые ищут угрозу в узбекском разнорабочем Махмуде. Бизнесмен, который нанимает Махмуда за копейки и выкидывает «коренного» с рынка труда, остаётся у них вне кадра. Он же свой, сакральный, почти святой.

Кульминацией стал стрим, где узбек Акмаль защищает «русскую цивилизацию» от… других узбеков. То есть правые воюют не с реальной причиной бедности, а с теми, кого им удобнее представить врагами. Социальный конфликт снова подменяют этническим, а жадность капитала заменяют страшилкой про «дикий кишлак». Угроза всегда где-то там, лишь бы не смотреть на тех, кто на самом деле распоряжается прибылью.

В системе, где такие вещи, как труд, отдых и творчество превращены в товар часть разработчиков вдруг требует особого режима именно для своего продукта. И способы у них соответствующие. Одни предлагают оставлять только деньги, но без условий: мол, «дайте нам просто так, а дальше мы сами». Это попытка построить уютный мирок вне тех самых отношений, которые формируют всю индустрию. Наивность уровня «если закрыть глаза, рынок исчезнет».

Но как только кооперация попадает под давление капитала, она превращается в обычную фирму, где главным становится борьба за выживание, а не творчество. Можно сколько угодно ненавидеть ЕА, Activision Blizzard, Embracer Group, но большинство альтернатив – это просто вариант «то же самое, но мы сами». И результат тот же: простые люди опять остаются в стороне.

И выходит всё по старой схеме. Меняют вывески, подкрашивают фасады, обещают особую «творческую атмосферу», но ядро остаётся тем же. Пока средства и власть в руках немногих, разговоры о душе и качестве – это красивый фантик на одном простом принципе: «прибыль важнее всего».

Сенатор объяснил, что неприкосновенность нужна для защиты «публичных интересов», и тут важно не перепутать, чьих именно. Для одних публичный интерес это платить штраф за камеру, для других это обсуждать, как правильно не платить штраф за ту же камеру. Власть называет это независимостью, хотя на практике речь идёт о защите самой себя от последствий собственных действий. Чем выше статус, тем аккуратнее прописывают правила, чтобы ответственность всегда оставалась где то внизу.

Вот оно равенство перед законом при «прогрессивной демократии». Всё красиво звучит на бумаге, но в реальности закон сначала обслуживает тех, кто его пишет, а уже потом всех остальных.