Город, в котором строился метрополитен, населяли недавние крестьяне. Для многих из них спуск под землю — это почти спуск к чёрту. То есть на этом эскалаторе, в их представлении, ты едешь прямо в ад. Ниже двух метров под землю спускаться нельзя (а два метра — это уровень могилы). Это было очень страшно: какие-то самоходные лестницы, на входе женщины проверяют билетики… Автоматов же первоначально не было. Поэтому архитекторы старались скрыть подземность сооружения, в том числе и с помощью системы освещения.

Сейчас — нет. Они должны были сомкнуться в районе «Кропоткинской», но сейчас это невозможно из-за грунта: там очень сложно копать, трудно строить. Я не думаю, что это произойдёт. Она, в общем-то, уже почти и соединена, просто окольными путями. В московском метро вообще много таких несуразностей, потому что его проектировали быстрее, чем строился город, и очень многие решения оказались не востребованы. Или востребованы, но только сейчас. Самый яркий пример — это «Полежаевская»: на протяжении очень долгого времени совершенно непонятно было, почему у неё три платформы. И только сейчас, когда построили БКЛ, МЦК, все эти дополнительные системы транспорта, которые были спроектированы ещё в брежневском Генплане, стало ясно, зачем это надо. Таких примеров масса.

Многие станут вспоминать цитату Антона Чехова из его фельетона 1885 года. Её часто приводят, несколько неуклюже переиначив, но вот как она выглядела изначально — «Татьянин день — это такой день, в который разрешается напиваться до положения риз даже невинным младенцам и классным дамам. В этом году было выпито всё, кроме Москвы-реки, которая избегла злой участи благодаря только тому обстоятельству, что она замёрзла… Было так весело, что один студиоз от избытка чувств выкупался в резервуаре, где плавают натрускинские стерляди».

Уже два года мой сын совершенно не учится, хотя и ходит в школу пообщаться с друзьями. У него нет никакой мотивации, я никак не могу его заставить (даже телефон уже отбирала, но и это не помогает — я больше сама нервничаю, потому что не знаю, где он и что, а кнопочный он брать с собой отказывается и демонстративно оставляет в комнате на столе). Мне кажется, сын хочет только гулять, играть и смотреть ролики в интернете и больше ничего. А развиваться не хочет от слова совсем.

Вероятность появления детей в собственном жилье всегда выше, чем в арендном. Это связано с представлениями людей о стабильности. В России рынок арендного жилья развит очень слабо — он относится к теневому сектору экономики. Юридических гарантий у арендодателя и квартиросъёмщика в России мало — в любой момент человека могут выселить из жилья. Понимание такого положения создает у пар неуверенность в завтрашнем дне.

Китчевость позднего Вознесенского — наверное, самая недооценённая и неосмысленная часть его творческой стратегии и истории, я надеюсь, что она ещё получит своего исследователя. Это как раз то раблезианство, столкнувшееся с пустотой и вакуумом позднесоветской исторической парадигмы, а после — и с культурной горячкой девяностых, когда каждый художественный жест пропускался через лихорадочную оптику массмедиа.