Наш муниципалитет вновь последний. Не удивлен. Удивился, если бы МО Смольнинское при нынешнем руководстве заняло бы предпоследнее место – вот было б достижение.

Последнее место – объективный результат деятельности Людмилы Смирновой и ее раздутой команды, ни черта не понимающей в местном самоуправлении.

Гибнет наш муниципалитет. Все эти ребята, поставленные руководить округом, в МО Смольнинское не живут, они рано или поздно сгинут, оставив нам выжженную землю.

Что с этим делать, ума не приложу. Возможно, разок послушать меня, но кто же из начальства признает, что я всегда прав.

В два раза увеличился турпоток из России во Вьетнам. А что случилось? Вьетнам последнее место куда бы я поехал отдыхать. Проще до Купчино доехать.

Мудрый Эрдоган с намеком скорее застрелиться подарил Урсуле фон дер Ляйен именной пистолет и боевые патроны. А тетка сдала «подарок» на ответственной хранение. Пронырливая дрянь.

На остановке общественного транспорт поругались девушка с парнем.

- Как ты разговариваешь с девушкой? – возмущалась девушка.
- Ты не девушка, - парировал парень. – Ты злая баба.

Интересные дебаты, подумал я, но продолжения не было. Подошел зеленый автобус и забрал девушку в сторону Лиговского проспекта.

Я поднялся по ступенькам в «Дикси», размышляя, как отличить девушку от злой бабы – ведь все они на одно лицо.

Почетный гражданин Санкт-Петербурга Борис Эйфман с сегодняшнего дня Герой Труда России.

Могут же!

Обряд экзорцизма. Очищается наш ангел.

Утром в пятницу учимся любить Президента и Губернатора в муниципальных газетах. Заодно поздравили Бориса Михайловича с днем рождения.

Мастер-класс, организованный Комитетом территориального развития, открыл вице-губернатор Борис Пиотровский.

«Я проживаю в Курортном районе, это не секрет, есть у меня еще маленькая квартира в Центральном районе, читаю муниципальную газету и не вижу новостей о президенте и губернаторе», - поругал Борис Михайлович редактора муниципальной газеты, то есть меня.

Я не против писать о президенте, губернаторе, готов все полосы отдать лидеру списка, только, кто это будет читать? Бабушки перестали читать газеты, погружены в телик или приходят ко мне во двор на лавочки, чтобы послушать последние новости, я делюсь сокровенным. Газеты, говорят, собирают исключительно на растопку.

Следом за Пиотровским (другие начальники молчали; как мне пояснил опытный депутат Юрий Куликов, своим присутствием они повышают авторитет мероприятия) выступала девушка из «Петербургского дневника», она, напротив, сказала, что в муниципальной газете должно быть больше местных новостей и рассказов о жителях. Однако на страницах муниципальной прессы перебор с ветеранами, пора, почти приказала девушка, начать писать о врачах и учителях.

Две трети мастер-класса были посвящены презентации газеты «Петербургский дневник». Мы знаем, что Кирилл Смирнов делает замечательную газету, в которой я всегда рад публиковаться, но как пример для муниципалов «Петербургский дневник» не подходит. Масштаб не тот.

Нет у нас в штате по два десятков корреспондентов (у нас в газете МО Смольнинское ноль человек в штате), миллионов на издание – все деньги ушли на сотрудников аппарата (их там пять человек; что делают - тайна за семью печатями), видео и фотослужб, порой даже сотрудника, который сделает пост в ВК, нет, а те, что есть, без GPT-чата и стакана водки не в состоянии сложить двух слов.

Самым дельным было последнее выступление, которое, увы, уже слушали единицы. Докладывал начальник всех социальных сетей «Петербургского дневника» и других городских государственных изданий.

Я не знал, что в ВК бесполезно делать репосты, алгоритмы ВК репосты не подсвечивают, их читатели не видят. Поэтому бесполезно репостить в крупную группу что-то важное из мелкой (пост из паблика главы МО в группу МО, например), все равно никто не заметит.

Второе, что я усвоил, автор поста должен сразу лайкать свой пост. Логика такая: если автору не нравится пост, значит он никому не понравится. Где-то подсознательно всегда это понимал и чувствовал, лайкаю все свои посты ВК. Про каналы в МАХ или в запрещенке парень ничего не сказал.

После завершения мастер-класса вопросы остались лишь к главному художнику «Петербургского дневника». У питерских муниципалов по-прежнему форма превалирует над содержанием, убедился я и покинул «Невскую Ратушу».

Не пересекся с Владиславом Валерьевич, видел его издалека, думал, как все завершится, подойти, поболтать, а глава МО Гражданка укатил по делам.

Ванеев на Гражданке делает, осмелюсь заявить, лучшую муниципальную газету в Санкт-Петербурге. Все в ней для меня чужое: улицы, дворы, люди, живу-то в другом месте, но каждый новый выпуск читаю целиком и всем советую.

Хотя художник «Петербургского дневника» полагает, что газете МО Гражданка есть еще куда расти с точки зрения визуального ряда (в черном списке плохого дизайна две трети муниципальных газет).

На моя взгляд, на любителя. Муниципальная газета выходит раз в месяц, хочется рассказать обо всем сразу, поэтому иногда полосы перегружены – но опять же, взгляд художника, жители читают и на подобные мелочи внимания не обращают. У Ванее вообще не газета, а скорее журнал.

Читаем, читаем и читаем. Хорошо, что еще жители читают, все меньше и меньше, но читают. А если не будут читать, для кого нам писать?

Добрался до петербургского выпуска столичного глянца «Мнение редакции». На обложке – писатель Евгений Водолазкин, внутри – плохое интервью и сногсшибательная фотосессия, Водолазкина не узнать.
 
С Водолазкиным понятно, любопытно было прочесть заметку Ирины Огановой. Не знаю, кто такая, в журнале аттестована как писатель и блогер, видимо, уважаемая женщина в светском Санкт-Петербурге, куда нам дверь закрыта, мы ж простые ленинградцы, для нас столовки и ночлежки.
 
Оганова пишет: «В Петербурге распространен подход не устраивать «междусобой», а максимально разнообразить аудиторию». И через абзац: «Сейчас светская жизнь в основном камерная: небольшие мероприятия, ограниченный круг гостей».
 
Не понял я, у вас там у богатых как на самом деле, «максимально разнообразить аудиторию» или «ограниченный круг гостей». Ирина не определилась. А нам как быть, позовут на тусовку или все камерно?
 
С чем согласен, так с этим: «Даже родившись здесь, я часто ловлю себя на мысли, что много не знаю о городских событиях и местных жителях». Слово «много» лишнее, не то слов, правильное слово – «ничего».
 
Помню, много лет назад, в прошлом веке, работал на московский глянец, месяц или два, дивился, сколько светских событий за один вечер в Санкт-Петербурге. В каждом доме выпивали, показывали, позировали, так сказать, жизнь била ключом. Как сейчас? Меня вот на муниципальные праздники перестали звать.
 
Ирина утверждает, что «в Петербурге ты не станешь востребованным и желанным только потому, что у тебя есть ресурсы или твое благополучие создано кем-то без твоих усилий».
 
Ирина пытается нам сказать, что всего добилась сама, ясно, понятно, но будем честны, человек при бабках и статусе всегда востребован, вокруг него толпы обожателей, всем плевать откуда ресурсы.
 
Оганова уверяет, что в Санкт-Петербурге «ценится репутация: что ты сделал, кого из себя представляешь или насколько ты интересный человек, чтобы с тобой тусоваться». Право, репутация и интерес к человеку совершенно разные понятия. Нет, конечно, никакой в Санкт-Петербурге репутации, а если бы была, все сидели по домам, пугаясь повстречаться на улице, или (при наличии совести) болтались в петле.
 
Под конец заметки на три полосы Ирины жалуется, что петербуржцы не танцуют. «Какой процент питерцев на танцполе? Практически никакой». Ну какой танцпол, Ирина, у коренного петербуржца в шестнадцать лет ломит спину, день прожить – счастье. Пускай танцуют москвичи.

Мало - 55 тысяч рублей в месяц. В Оренбурге.

Евгений наконец признал, что таланта фигуриста у его младшего сына нет, но в этом виноваты мы все, вот так.

Таланта нет у Гном Гномыча, а виновата Россия, поэтому бывший депутат от «Справедливой России» сдал кровиночку-неликвид в Азербайджан.

Каемся, Евгений, прости нас и перестань мучить сына. Не идут ему коньки, может, парень хочет в футбол играть или гуашью рисовать.

Гном Гномыч, моргни!

Бывает всё на свете хорошо, -
В чем дело, сразу не поймёшь, -
А просто летний дождь прошёл,
Нормальный летний дождь.

Наслаждаемся жизнью вместе с лидером фракции Дмитрием Павловым.

Академик и Герой труда Геннадий Онищенко предлагает повысить возраст молодежи до сорока лет. Идея хорошая, верная, следует воплотить в жизнь.

Сорок лет гуляешь, как бы настраиваешься на взрослую жизнь, потом четверть века в трудах и в 65 лет, отдышавшись, на пенсию, женщины и того раньше.

Хороший план на земное существование. А как после смерти, когда жизненный путь пройден и начинается вечная жизнь?

Верю, что мы, добрые христиане, попадем в рай, так вот, в раю молодежь - это кто? В аду понятно, в дьявольском коле все равны, у чертей возраста нет. Но как в раю?

Пойду спрошу отца Кирилла, он все знает.

Спикер Бельский пригрозил полностью запретить самокаты, если барыги не одумаются.

Про самокаты ничего не скажу, в центре Санкт-Петербурга их мало, к нам едут из других районов, пока не критично, но внимательно следим.

Другое дело – доставщики. У них мотоциклы, полноценные дома на двух колесах. Все чаще и чаще катаются на тротуарах, хотя для них свободна проезжая часть.

Только вчера меня едва не сбил доставщик, зачем-то гонявший по тротуару. Ну сверни, свободная проезжая часть, гоняй там, но нет, гнал, огибая пешеходов, создавая нервозную ситуацию.

Выбирая между безопасностью и комфортом горожан и заработком барыг, мы, конечно, за петербуржцев. Обойдемся без доставок, потерпим, в конце концов, для кого-то же придумали «Продукты 24».

Барыги в Санкт-Петербурге, культурной столице мира, должны знать свое место. Всех денег не заработаешь.

По опросу ВЦИОМ жители России начинают воспринимать старость где-то с 50 лет. Большинство опрошенных (24%) полагают, что старость начинается с 60 лет, но существуют и такие (1%), кто уверен, что старость наступает до 40 лет (я среди них).

Своеобразные выборы в Санкт-Петербурге.

Задерживают кандидата в депутаты от «Справедливой России», тотчас в отдел полиции защищать «эсера» мчится адвокат с билетом «Единой России».

Хорошо, что «единороссы» спешат на помощь, но второй месяц кампании, у «Справедливой России», оказываются, нет юриста, чтобы спасти не самого последнего кандидата в депутаты.

Потом выборы проиграют, начнут возмущаться, а разгадка вот она.

Старо-Невский отремонтировали.

Я, как ответственный петербуржец, сначала хотел найти недостатки. Прошёлся глазами по асфальту, поискал привычную яму или хотя бы забытый дорожниками знак. Не нашёл.

Две недели центр жил в режиме ремонта: автомобилисты стояли, автобусы ездили в объезд, пассажиры пытались вспомнить, где сегодня их остановка. Водители ругали дорожников, пассажиры - водителей, дорожники, думаю, ругали всех остальных.

Но ремонт Старо-Невскому действительно был нужен. Теперь от площади Восстания до площади Александра Невского новый асфальт - ровный и аккуратный. Заодно обновили инженерные коммуникации, чтобы через месяц не вскрывать всё заново. Любимую городскую традицию на этот раз решили не соблюдать.

Обещали сделать быстро. Я к таким обещаниям отношусь примерно как к долгосрочному прогнозу погоды Александра Колесова, но здесь и правда справились.

Окончательную оценку, конечно, даст зима. Она у нас главный специалист по дорогам.

Хохмят, мол, как это рэпер-террорист из Киева мог координировать закупку дронов для атаки на русские города.

Рэпер, признаю, отрабатывают свою роль на все сто процентов, настоящий актер, кстати, получивший все (бабки, славу) именно в России, но как прижало, стал лучшим учеником киевских нацистов – так всегда, пригрели гадюку, теперь расплачиваемся.

Однако ничего нового, в Голливуде много лет назад сняли фильм «Французский связной», пять «Оскаров», между прочим, в кино известный французский актер перевозит авто, набитое запрещенным веществом.

Конечно, всеми обожаемый актер «не был в курсе». Когда его разоблачили, пошел в отказ, столь же убедительно, как киевский рэпер-террорист.

Эти подонки, сбежавшие кто куда, кто в США, кто в Европу, спят и видят, как бы навредить нашему Отечеству. Пользуются известностью, ну кто на них подумает, закупают смертоносное оружие, потирают ручки, предвкушая сотни русских жертв.