Объекты искусства продолжают жить за временными пределами вернисажей, ярмарок и сменяемых экспозиций. Не успел — видел, но не увидел — отвлекли — не дошёл — дошел, но не решился — наверное, продано: — самое заметное и обсуждаемое произведение может так и остаться у автора. Мы создаём пространство-напоминание, в котором искусство становится видимым.

В центре внимания Всеволода Абазова — скульптура как медиум, ее визуальные и интерактивные свойства. В проекте «Хор мандрагор» объектом скульптурных экспериментов стали растения, точнее, их корни. Обычно мы не видим их, но осознаем важность — иногда даже бессознательно, на уровне языка. Неслучайны вопросы: в чем корень зла, трагедии, проблемы? где наши корни?

В каждую скульптуру встроена аудиосистема, воспроизводящая музыку, частотность которой соответствует твердости и плотности древесины. Очеловечивание созданий, которым обычно отказывают в социальной, эмоциональной и интеллектуальной жизни, располагает проект на границе между серьезным философским размышлением и юмористическим высказыванием.

Рушник — это полотенце, которое используют в интерьере, обрядах и ритуалах. Его функции находятся в области между декоративным и сакральным. Для современного человека он утратил свою значимость и функциональность, так как всегда являлся предметом крестьянского прикладного искусства, к которому, так уж сложилось, сохраняется пренебрежительное отношение. Конфликт городской и деревенской культуры, культуры господ и крестьян отрицать сложно, точно так же как и невозможно не видеть их взаимодействие. Но для меня форма рушника — это медиум, через который можно рассказывать истории, волнующие людей во все времена. И рассказываю я их через прикладную форму ритуальных полотенец.