Поговорили с Петром Годлевским о моих претензиях к Нобелевке и о том, что происходит с литературой в России, довольно давно уже, но выложили только сейчас.
https://spektr.press/ukrainskie-pisateli-ne-poluchali-premiyu-ni-razu-kritik-galina-yuzefovich-o-nobelevke-po-literature-rossijskom-knizhnom-rynke-i-ego-inoagentah/

Я, по-моему, пишу про ЛГБТ-закон уже практически ежедневно - ну, что ж, напишу еще разок. Даже если оставить в стороне тот катастрофический вред, который он нанесет живым людям, лишая их, по сути дела, права на какую-никакую видимость, закон этот (чем я не Катон Старший, заунывно твердивший одно и то же много лет) нанесет тяжелейший удар по книгоизданию и книготорговле.

Причем - чтобы было особенно удобно - власти для этого почти ничего не придется делать: мы все сделаем более или менее сами.

Как и другие подобного рода законотворческие акты ("детский" закон, "экстремистский" закон, "просветительский" закон), ЛГБТ-закон не предполагает стопроцентного покрытия. Тотальной цензуры, препятствующей выходу книг с ЛГБТ-проблематикой, со стороны государства, конечно, введено не будет - дорого, да и сложно, это ж еще, не дай бог, читать придется.

Как же закон будет работать? Думаю (на самом деле, уверена), что в течение ближайших нескольких месяцев после его принятия мы увидим показательные штрафы и порки нескольких издателей и книготорговцев, причем среди них обязательно будут как знаковые и заметные, так и совершенно случайные. Почему так? Чтобы ни у кого не возникло мысли, что если держаться тихо и сильно не отсвечивать, за тобой не придут.

Штрафы устроены таким образом, что маленькое издательство после него не встанет, а большое - пошатнется и, возможно, накренится. Результатом этого избирательного террора станет самоцензура со стороны издателей и книготорговцев, которые окажутся перед вполне реальным выбором: бежать по минному полю под огнем противника (простите за военную метафору) или прикинуться мертвым. Кто-то выберет первую стратегию, но их будет меньшинство - и я точно не тот человек, кто кого-то в этой ситуации осудит, потому что книжный бизнес - вы будете смеяться - он не только про гуманистические идеалы (хотя и про них тоже, часто в первую очередь), но еще и про выживание, обязательства, рабочие места и тому подобные скучные вещи.

За последние годы тема ЛГБТ и прочего "нетрадиционного" стала частью обыденности, вокруг нее практически нет хайпа, она разлита в воздухе как элемент нормальности, которым и является. С изъятием из рынка книг, в которых эта тема хоть в каком-то виде присутствует, нам просто откачают значительную часть воздуха, которым мы дышим, не замечая того.

Вот, как-то так. То есть если вам кажется, что этот закон не про вашу душу, то зря оно вам так кажется.

Бросить камень в МДК легко и приятно - мало кто упустит такой шанс. Но мне бы хотелось сказать, что крупные магазины на видных местах в больших городах (МДК-Арбат, "Москва" и другие) сейчас находятся под колоссальным давлением и, в сущности, уже бегут по тому самому минному полю, о котором я писала постом выше. Если вы не в их положении, не торопитесь, пожалуйста, с осуждением. Или лучше адресуйте его тем, кто осуществлял минирование, а теперь ласково гладит приклад, смотрит в оптический прицел и только ждет повода спустить курок.

🤦‍♂️В Московском доме книги запретили ставить на видное место произведения оппозиционных писателей и «иноагентов»

В список, в частности, попали: Борис Акунин, Дмитрий Быков, Дмитрий Глуховский, Михаил Зыгарь, Владимир Кара-мурза, Андрей Макаревич, Александр Невзоров, Леонид Парфёнов, Сергей Пархоменко, Людмила Улицкая и Екатерина Шульман.

В распоряжении для сотрудников отдельно указано, что эти «авторы стоят только на полках, без разворота». Рекомендуется быть внимательными, так как «регулярно ходят проверки сторонних организаций».

В то же время на хит-столах и видных местах очень много патриотичной литературы: «Донбасс живи», «Новороссия: возвращение» и тд.

Когда уже неправильные книги начнут сжигать?

А, ну, и вдогонку к сказанному - поздравляю Захара Прилепина с победой. Вашими, дорогой Захар, молитвами - видите, идет процесс. Предлагаю не останавливаться на достигнутом и добиваться все же сожжения "неправильных" книг - милосердного, конечно, без людей, как вы и предлагали в случае с "Попкорн Букс". Вы же не варвар, в самом-то деле.

Как известно, в любой сложной жизненной ситуации я задаю себе вопрос "А что бы сделал на моем месте Владимир Галактионович Короленко?" - и полученный ответ мне всегда помогает. Вот, приведу жизненный пример.

Как многие знают, убийство Александра II и восшествие на престол Александра III застали Короленко в административной ссылке в моей родной Перми. Жил он там относительно комфортно, служил на какой-то довольно бессмысленной, но не слишком обременительной службе в железнодорожной конторе, обзавелся приятными знакомствами, выписал к себе после долгой разлуки родных. Словом, после нескольких лет мытарств жизнь немножко наладилась - не та жизнь, которой хотелось, и не так наладилась, но хоть как-то.

И вот убийство и коронация. Внезапно всем губернаторам приходит распоряжение - помимо общей коллективной присяги, которую подданные царя принимают во время молебна, провести отдельную персональную присягу для политических ссыльных. Каждый ссыльный должен в индивидуальном порядке принести присягу перед священником и подписать именную бумагу с клятвой никогда, ни словом, ни делом, ни помыслом не посягать на нового помазанника.

Короленко эта идея сразу не понравилась, однако расположенный к нему пермский губернатор Енакиев почти уговорил его все же присягу принести и клятву подписать. Доводы его были разумны - все это пустая формальность, а отказ может привести к последствиям непредсказуемым и катастрофическим (как показали дальнейшие события, губернатор был прав). И вот прослушав убедительную речь губернатора и как бы даже с ней согласившись, Короленко идет домой, с тяжелым сердцем ложится спать, мается еще пару дней.

А потом вдруг понимает, что просто не может принести эту присягу. И дело не в том, что он обязательно что-то против нового царя предпримет - нет, он просто не может. Это и не выбор даже - выбор предполагает альтернативу, а у него ее нет. Короленко - единственный на всю Россию - рвет текст присяги и мгновенно успокаивается, объявляет о своем решении губернатору и родным, а после начинает ждать последствий, которые, как уже было сказано выше, не замедляют последовать. Из относительного пермского комфорта Короленко едет в самую страшную глушь, в якутскую слободу Амга, где полтора года выживает в тяжелейших условиях.

В последние дни (или уже недели? не упомнишь теперь) мне как-то особенно тяжело. Я много общаюсь с уехавшими друзьями и слушаю довольно ужасные рассказы об отношении к русским политэмигрантам (да и просто русским) в Европе. О несправедливости и жестокости. О блокировках счетов и отзывах видов на жительство. О невозможности снять жилье. О разрыве культурных и академических связей. Что я думаю об уходе из России западных книжных правообладателей я уже говорила много раз.

И в этой ситуации в голове невольно начинает звучать голос вполне благонамеренного пермского губернатора, нашептывающий что-то в духе "видишь, не все так однозначно".

Именно тут на помощь и приходит Владимир Галактионович с этим его органическим железобетонным "не могу". Пусть неоднозначно, но разве у меня есть выбор? Ведь нет - я же все равно не могу поддержать войну и все с ней сопряженное в силу внутреннего устройства. Да ладно поддержать - хотя бы увидеть в ней неизбежность, необходимость, обоснованность и смысл. Поверить, что хоть кому-то в мире или в нашей стране она делает или может сделать лучше. Не могу не по каким-то сложным причинам интеллектуального или этического свойства, а вот просто - ну не могу, как не могу летать или задерживать дыхание под водой на сорок минут. То есть выбора-то нет, что бы ни творилось снаружи.

И вот если нащупать эту точку устойчивости внутри себя, если найти этот безусловный и спасительный момент "не могу", как ни парадоксально, становится легче. Снимаются сомнения и хотя бы отчасти отпускает боль. Ты уходишь за море, но остаешься Галадриэлью.

В общем, спасибо Короленко - как и всегда.

Привычка к гиперсемиотизации (писала о ней чуть выше) формирует опасные мыслительные паттерны - привяжется не отвяжется, во всем начинаешь видеть странности. "Совпадение? Не думаю..."

Вот и сейчас не могу отделаться от подозрения, что и высказывания Антона Красовского о необходимости топить или жечь детей в Украине, и демонстративная реакция на них со стороны Маргариты Симоньян неслучайно совпали с неделей, когда в Думе будет рассматриваться закон о запрете ЛГБТ-пропаганды. Единственный публичный гей в официальных российских медиа с максимальным шумом и грохотом признан чудовищем и изгнан из RT-шного сонма праведников. Нет, Красовского не жалко совсем (также имею дежурные уже вопросы к писателю-гуманисту Сергею Лукьяненко с его контрпредложением детей не топить, но обойтись розгами). Но и злорадство по этому поводу видится мне как минимум преждевременным. Вся эта ситуация неприятным образом напоминает ритуальную жертву на алтарь гомофобии, фиксирующую в массовом сознании государственный тезис, что все геи - монстры. Ну, и то что реплика Красовского касалась именно детей - главного российского пропагандистского фетиша, тоже кажется мне примечательным: геи же, как известно, все поголовно повёрнуты на детях и только о том и думают, как бы причинить им вред. Ну, вот Красовский и подтвердил.

С утра сижу и протираю глаза каждые десять минут. Интеллектуалы разных типов всерьез обсуждают, можно ли убивать детей и если да, то чьих именно. Воистину, Хармс с нами - топить детей жестоко, ноооо...

И о хорошем. Несмотря ни на что в России продолжают выходить замечательные книги. В ближайшее время расскажу подробнее в медиа-иноагенте, но пока просто анонс - отличный дебютный роман Михаила Турбина "Выше ноги от земли" и "Тилль" моего любимого Даниэля Кельмана. Турбин - жесткая и болезненная семейно-социальная драма (плюс немножко детектива), "Тилль" - по-кельмановски виртуозный пересказ легенд о Тилле Уленшпигеле (на, увы, все более актуальном для нас фоне Тридцатилетней войны в Германии).

Словом, увидите в магазине - не проходите мимо. Ну, и помните (нет, все же не могу удержаться от пессимизма), что любая книга, не купленная сегодня, завтра может исчезнуть с прилавков или, если повезет, просто обойдется еще дороже.

Закончился мой курс в "Страдариуме" про античные и средневековые мотивы в современной литературе. Это были пять очень счастливых недель - спасибо дорогим слушателям и организаторам, а наш чудесный чатик, в котором на 350 человек не нашлось ни одного неприятного, на это время стал моим любимым прибежищем и спасением от всего.

У ребят совсем скоро стартует еще один курс - "Плохой хороший человек" о визуальной культуре советского времени. Его читает Кирилл Светляков - однажды мне довелось попасть на его лекцию и это было прямо очень здорово. Если есть время, силы и немного денег - горячо рекомендую. Ну, и вообще "Страдариум" (как и все, что делает "Страдающее Средневековье") - это 💚.

https://stradarium.ru/good-bad-person-ussr

Еще одна хорошая книжная новость - выходит долгожданный (окей, лично мной очень долгожданный) "Огненный поток", заключительная часть трилогии Амитава Гоша о шхуне "Ибис" и ее пассажирах. Просторная колониальная сага, с кучей персонажей, тайн и приключений, написанная с каких-то очень здравых постколониальных позиций - без фиксации на Европе и европейцах, но и без исключения их из повестки. Если бы нужно было придумать ближайший аналог в современной русской прозе, то получится такой "Тобол" Алексея Иванова, только в более солнечном тропическом климате.

В книжном магазине "Москва" (и, наверняка, не только в нем) можно сделать предзаказ.

https://www.moscowbooks.ru/book/1129371/

Теперь каждую неделю буду советовать на канале движения "Мягкая сила" хорошие книги, которые можно почитать с детьми и подростками по темам "Разговоров о важном". Обратите, пожалуйста, внимание - это реально наш шанс если не искоренить, то во всяком случае сгладить вредоносный эффект пропагандистских уроков. Ну, и вообще подписывайтесь на "Мягкую силу" - sisterhood как он есть.

✊🏻Книжная подборка от Галины Юзефович VS «Разговоры о важном»

Пришло время новой рубрики в наших социальных сетях! Теперь каждую неделю прекрасная Галина Юзефович будет делать подборку хорошей детской литературы. Но не просто так, а в противовес каждому пропагандистскому уроку «Разговоры о важном». Будем предлагать вам, родители, альтернативный и адекватный вариант того, как можно поговорить с детьми на предложенные темы.

Сегодняшняя подборка – про науку, атомную энергетику и Арктику! Как раз тема урока «Разговоры о важном», который прошел в этот понедельник, звучит так: «Россия – мировой лидер атомной отрасли». Как ваш ребенок может узнать об этой теме, но без пропагандистских лозунгов?👇🏻

🔺 «Джордж и Тайны вселенной»
Стивен Хокинг, Люси Хокинг, Кристоф Гальфар
М.: Розовый Жираф, 2009
Возраст: 8-12 лет

Книга великого физика Стивена Хокинга, созданная им в соавторстве с дочерью и учеником – прекрасный путеводитель по актуальному состоянию науки об устройстве мира, в том числе атомной энергетики. Причем написан этот путеводитель не в скучном энциклопедическом формате, а в виде захватывающего и необычного приключения, герои которого – сверстники читателя. Приятный бонус: у книги несколько продолжений, одно другого лучше.

🔺 «Мальчик, который хотел стать человеком»
Йорн Риэль
М.: Самокат, 2012
Возраст: 10-14 лет

Увлекательный роман датчанина Йорна Риэля переворачивает привычную коллизию с ног на голову: маленький викинг Лейв после кораблекрушения попадает к гренландским инуитам, коренным жителям Арктики. Казалось бы, представитель более развитой цивилизации должен многому научить своих новых соплеменников, однако все происходит с точностью до наоборот: инуиты знакомят Лейва с подлинной мудростью Севера, учат его жить в гармонии с суровой природой и бережно пользоваться ее дарами.

🔺 «Героические истории покорения Арктики»
Олег Бундур, Юрий Бурлаков, Савва Сафонов и другие
М.: Паулсен, 2022
Возраст: 6-10 лет

В красочный познавательный комикс вошли рассказы о самых известных сюжетах в освоении Арктики в XIX, ХХ и ХХI веках – от покорителей полюса Фредерика Пири и Роберта Кука до «папанинцев» и «красинцев», и от Руала Амундсена до наших современников, российских и зарубежных ученых.

Дорогие родители, учите своих детей правильно!

#ЮзефовичСоветует #ШколаБезПропаганды

По поводу Ксении Собчак и ее команды сегодня мне кажется важным сказать следующее. После начала войны она могла замолчать или занять позицию "не все так однозначно" - она этой возможностью не воспользовалась.

Да, в силу родословной ей можно немного больше, чем остальным - других бы раскатали куда раньше и куда жестче, но эту относительную свою полусвободу Собчак использовала для того, чтобы хоть вполголоса, но говорить о войне и ее недопустимости. Причем - что важно - с этими своими посланиями Ксения Анатольевна в силу колоссального охвата добиралась до тех, до кого не добирается никто из куда более конвенциональных и либеральных антивоенных спикеров. Много ли мы знаем людей такого медийного масштаба, которые сделали так же?

И в этой ситуации злорадствовать, многозначительно хмыкать и припоминать Ксении Анатольневне все ее давние грехи - воображаемые и истинные, мне представляется неэтичным и неправильным.

Да, и отдельно интересно - почему когда людям шьют статьи открыто политические, мы им сочувствуем безусловно, а когда та же, по сути дела, политика принимает формы "хищений" и "вымогательства", мы тут же оказываемся в позиции "не все так однозначно"? Это какие-то другие силовики, что ли? Другой СК? Другая прокуратура? Почему презирая их в одних случаях, мы в других неосознанно становимся на их сторону?

Новости с родины: в нашем подъезде оборудуют бомбоубежище. В центре, говорят, побольше будет бомбоубежищ, на окраине и за МКАДом - по одному на район, профанация и распил, как всегда.

Умные люди говорят, что мы несемся вниз по спирали, уже почти достигли дна и хуже будет, но недолго, а потом все происходящее станет неважно, принятые законы перестанут работать и вообще мы вылетим из черной дыры в какой-то новый мир, контуры которого пока даже не прорисовываются.

Наверное все так. Но я не могу перестать оплакивать все то хрупкое, ценное и прекрасное, что будет уничтожено во время падения - даже недолгого, а также все то, что вдребезги разобьется при ударе о землю. Бедные наши книжечки - не жили хорошо, а теперь вообще хоть помирай.

Связь периодически отваливалась, но это не помешало мне прокомментировать для Bild закон о запрете пропаганды ЛГБТ. Посмотреть можно здесь.
https://youtu.be/gyF0LMmPthw

За прошедшие сутки читатели и медиа много раз попросили меня составить список хороших книг, которые могут оказаться в зоне риска из-за нового закона о запрете ЛГБТ-пропаганды и которые нужно купить немедленно - пока не запретили. Почти всем отказала - и здесь такой список не напишу.

Почему? Потому что не хочу подсказывать тем, кто уже занес перо писать донос. Не хочу никого ставить под удар, поскольку знаю, что меня читают люди эээ... разные, и многие будут рады воспользоваться моими рекомендациями не по прямому их назначению. Поэтому нет - не ждите конкретного списка книг с ЛГБТ-проблематикой и сами по возможности таких списков не публикуйте. Читать книги никто из поборников традиционных ценностей не будет, не их это, а вот положиться на наше мнение и начать травлю - это как раз их стиль.

Я за последние годы написала много рецензий на самые разные книги - преимущественно хорошие. Все они доступны, можно найти, перечитать, взять на вооружение. Книги о ЛГБТ - такие же книги, как все остальные, так же как ЛГБТ-люди - такие же люди, как и все. Давайте не будем загонять их в гетто, где их так легко окружить и уничтожить. Видимость важна и необходима, но, кажется, не прямо сейчас.