Привет! Сюда отныне переезжают все книжные и околокнижные заметки и разговоры, которые раньше жили у меня на странице в Facebook. Добро пожаловать, располагайтесь поудобнее, потихоньку начинаем )

Актуальное до невозможности

"Каждое третье или четвертое поколение — поколение радикалов и революционеров. Мы, друзья мои, разбиваем волшебную лампу, выпускаем на свободу джинна. Мы бунтуем, в нас стреляют, к нам внедряют осведомителей, нас подкупают. Мы умираем, прогораем, продаемся... Но выпущенные нами джинны никуда не деваются. Они нашептывают молодежи то, что говорить вслух не принято: «Быть геем не позорно»; «Война — не проверка на патриотизм, а просто тупость»; «Почему горстка людей владеет всем, а остальные — ничем?». Поначалу кажется, что ничего не меняется. У молодежи нет власти. Пока нет. Но молодежь подрастает. И шепотки становятся планами будущего".

Дэвид Митчелл, "Утопия-Авеню", перевод А. Питчер

Все, конечно, уже видели, но вдруг нет - открыт предзаказ на новый роман Гузель Яхиной "Эшелон на Самарканд". У меня с Яхиной как с писателем не самые простые отношения - вижу в ней очень много таланта и какого-то масштаба, что ли, но полюбить целиком не смогла ни "Детей моих" (этих и вообще, пожалуй, никак не смогла), ни "Зулейху". Но тем не менее читать-то все равно буду, куда денусь. И вам советую, а то что мы потом с вами будем обсуждать (ругать, хвалить, недоуменно пожимать плечами и т. д.).
https://book24.ru/product/eshelon-na-samarkand-5927351/

Хорошие новости: стало известно, что новый роман Кадзуо Исигуро "Клара и солнце" выйдет в переводе Леонида Мотылева. Напомню, Мотылев же переводил "Не отпускай меня" (совершенно безупречно), а вот "Погребенный великан" выходил в переводе Марии Нуянзиной - не ужасном, но не без странностей (и на мой вкус слегка мимо нот).

На самом деле, это дважды хорошая новость: если Мотылев взялся за перевод, значит, роман ему понравился. Известно, что этот переводчик не придерживается принципа "своего автора" и в свое время бестрепетно отказался переводить "Министерство наивысшего счастья" Арундати Рой (который, ну, э, скажем так, не очень), хотя ее же дебютный роман "Бог мелочей" - одна из лучших работ Мотылева и вообще, как мне кажется, чуть ли не лучший перевод с английского на русский за последние десятилетия.

Ну, а если Мотылеву "Клара и солнце" понравилась, значит, и мне понравится - кроме того, что Мотылев, безусловно, выдающийся переводчик, наши вкусы еще и очень схожи. "Стоунер" Джона Уильямса, "Безгрешность" Джонатана Франзена, "Немезида" Филипа Рота, "Свет дня" Грэма Свифта, "ГУЛАГ" Энн Эппльбаум - если "Клара" ложится в этот ряд, значит, все с ней в порядке (а то ведь, сами знаете, нет ничего страшнее, чем разочароваться в любимом писателе, а Нобелевская премия всегда давит тяжко). На английском новый роман Исигуро выйдет 3-го марта, на русском ждем в апреле.

В замечательном канале @voxmediiaevi выложили главу из книги Энтони Калделлиса "Византийская кунсткамера", вышедшей под редакцией Сергея "В поисках Константинополя" Иванова. Там вообще практически все прекрасно, но меня особенно тронула вот эта история граффити, сделанного варяжским наемником на службе у византийского императора. Ужасно почему-то люблю и неизменно взволновываюсь историями о вещах с долгой и сложносочинённой прослеживаемой историей - таких, как Змеиная колонна в Стамбуле, например, или вот этот Пирейский лев.

"Другое граффити было вырезано на монументальной статуе льва, охранявшего порт Афин Пирей. Эта статуя была украдена венецианским адмиралом Франческо Морозини после того, как он взорвал Парфенон в 1678 году. Сейчас она стоит рядом с Арсеналом в Венеции".

В общем, now it's official: я теперь не только литературный критик, но и голос навигатора 2GIS. Have a space suit, will travel - берите меня с собой в дорогу, пожалуйста, а то что-то я засиделась дома.

Любимое чтение - выписки из прочитанных книг. Вот, например, искала нужную цитату, а нашла в планшете такое:

"Говорят, что Макиавелли готовился к чтению, одеваясь в костюм того периода, в котором жил автор выбранной им книги, и накрывая стол для себя и для него. Это был его знак уважения к дару писателя и понимание смысла общения с книгой".

Марианна Вулф, "Пруст и кальмар". Перевод Е. Мягковой.

Представила себе, что при таком подходе в молодые годы половину времени протусила бы в гиматии или пеплуме...

Пишут, что умерла Роза Зарипова из "Arsis Books" - отважная женщина, решавшаяся выпускать прекрасные книги, которые другие издатели не брали. Вы скорее всего не помните уже, но именно Розе мы обязаны "Мэбэтом" и "Ильгетом" Александра Григоренко, потрясающим "Заххоком" Владимира Медведева, "Моим частным бессмертием" Бориса Клетинича. Светлая память и ужасно жаль, что так рано.

Дорогой канал "Пробковый шлем", где ты был всю мою жизнь? Залипла и уже второй час, презрев свой долг, читаю от конца к началу - про современную Индию и про колониальную историю в целом. А всего-то хотела посмотреть одну штуку в связи с любопытнейшим романом "Широты тягот" Шубханги Сварупа, который вот-вот должен выйти в издательстве "Фантом-пресс". Про него тоже расскажу обязательно (и довольно скоро), но пока вот - не одной мне мучиться, читайте тоже.

Ну, и, смахивая старушечью слезу умиления, добавлю: какое счастье, что в мире сегодня есть столько талантливых и умных молодых людей, посвящающих жизнь таким странным, не вполне практичным и безусловно прекрасным вещам.

https://xn--r1a.website/pithhelmet

Давно планировала этот "лонгрид о лонгриде", но в Facebook его выкладывать не хотелось, а вот теперь, что называется, нашла время и место. Итак, давайте поговорим о том, почему в книгоиздании дела обстоят так, как обстоят, и что можно с этим поделать. Ооооочень много букаф, берегитесь.

Есть популярное мнение, что в книгоиздании все "схвачено", все определяется какими-то мафиозными схемами и что молодому автору никогда и ни за что не пробиться, потому что ему "не дадут". Молодому автору (независимо от его возраста) пробиться и правда очень сложно, но дело тут, увы, совершенно не в мафиозности книжного рынка, преступном сговоре или чем-то таком ("увы" потому, что с этим всем можно было бы бороться традиционными средствами - и победить). Именно об этом пишет в своей очень милой статье молодая (и не особенно успешная) романистка Эль Гриффин (спасибо Владимиру Харитонову и его замечательному каналу @words_and_money - именно оттуда я узнала об этой публикации). Далеко не все американские тексты о книгоиздании и чтении в полной мере применимы к России, но эта подходит процентов на 80 - с точностью до того, что российский рынок книг раз в 10 меньше американского, а значит, все обстоит еще немного печальнее.

Оригинал статьи в следующем посте, а мне хотелось бы ее тезисно пересказать, снабдив некоторыми комментариями и важными для российской специфики дополнениями.

Итак (внимание, это самое важное - и дальше по большому счету можно уже не читать), главная проблема книжного рынка состоит в том, что у нас слишком мало читателей на имеющееся количество писателей - живых и мертвых. Читательская аудитория банально не может поддерживать такое количество людей, пишущих книги: фундамент пирамиды слишком узок, чтобы выдерживать ее верхушку (примерно как в пирамиде Джосера, в которой строители облажались с проектом и пришлось его срочно перекраивать, добавляя угол посередине).

По самым смелым прикидкам в России около половины читателей не читают ни одной книги в год, что дает нам грубо 75 000 000 читателей. Казалось бы, очень много, но даже из этих 75 миллионов большинство читает ну, скажем, десять книг в год (не так мало). Также в год выходит, ну, допустим, 200 000 наименований того, что можно определить как книгу. Поделим одно на другое - и получится, что в среднем одна книга может претендовать (повторю, это очень-очень грубые прикидки) на 3750 читателей. И тоже, казалось бы, не так плохо, но теперь давайте представим, что один из этих авторов - молодой и начинающий, а второй - Борис Акунин, Гузель Яхина, Джоан Роулинг, you name it. Понятно же, к чему я клоню, да?

А теперь - пабам! - давайте вспомним, что на самом деле нормальный обычный читатель выбирает не обязательно из новых книг: в действительности новая книга (непонятная, за деньги и в магазине) конкурирует еще и с сотнями не прочитанных старых книг в домашних и публичных библиотеках (бесплатных, с хорошо задокументированным трек-рекордом и ходить никуда не надо) и с поистине неисчерпаемым морем бесплатного или почти бесплатного контента в интернете...

И это подводит нас ко второму важному тезису. Успех книги зависит не столько от ее качества, сколько от успеха предыдущих книг автора. Все алгоритмы, ненавязчиво (или навязчиво) рекомендующие читателю книги, устроены по принципу самосбывающихся пророчеств: хорошо продается то, что уже хорошо продается или продавалось. Новая книга Бориса Акунина (сколь бы ужасной она ни была), что ни делай, продастся лучше, чем самый блестящий дебют. Чехов одной левой уделает самое яркое юное дарование, и дело вовсе не только в том, что он Чехов, а дарование, кажется, нет.

В легендарном списке бестселлеров New York Times только 14% приходится на книги дебютантов или почти дебютантов - все остальное написано авторами, которые и раньше хорошо продавались. Более того, 26% процентов книг задерживаются в списке бестселлеров только на одну неделю, после чего снова исчезают в пучинах безвестности, и среди этих 26% более двух третей составляют книги дебютантов.

Продолжение в следующих постах, не переключайтесь!

Часть II

Продержаться в списке бестселлеров дольше 10 недель можно только если по твоей книге снят нашумевший фильм или сериал. Больше года не держится практически никто - у книги сегодня короткая жизнь, потому что ее подпирают десятки и сотни новинок.

С учетом сказанного Эль Гриффин делает вывод, что автор бестселлера в Америке может заработать за год от 18 до 180 тысяч долларов. И снова, казалось бы, вполне ничего, но обратите внимание: из 100 000 новых книг в список NYT попадает 500, и из них две трети находятся куда ближе к границе 18, а вовсе не 180 тысяч. Если же вспомнить, что книга часто пишется не один год, то даже эти цифры - напомним, речь идет об Америке (где хоть и исчезающе редко, но все же в самом деле встречаются шестизначные авансы для дебютантов) и о бестселлерах - оказываются куда менее впечатляющими. Что уж говорить о России, где книги стоят меньше, тиражи существенно ниже, а о шестизначных авансах (даже в рублях) никто не слышал уже лет десять. Окей, я слышала, но авторов, которые могут на них претендовать, допустим, пять на страну, и вы все их знаете.

От себя замечу, что заполнить дыру между издаваемым и покупаемым, по идее, должны книжные критики и блогеры, однако не нужно представлять их небожителями, способными, как Нео, уклоняться от лучей маркетинга. Да, иногда нам с коллегами удается нырнуть поглубже и вытащить на поверхность не замеченную никем жемчужину. Но по большей части мы тоже обращаем внимание на то, на что издатели (особенно крупные) хотели бы наше внимание обратить. И дело тут не в продажности, которую нам многие инкриминируют, а в том, что пресс-службы крупных издательств часто сами не представляют, что они издают, а критикам и блогерам очень сложно бывает найти книгу, о которой никто (включая самого издателя, выпустившего ее в свет) никогда не слышал.

Казалось бы, это полнейший нонсенс - зачем издавать книгу, если ты не хочешь, чтобы она продалась? Увы, это правило касается только маленьких издательств с очень ограниченным портфелем. Большим издательствам (в России, понятное дело, это pluralis poeticus - большое издательство у нас одно, ЭКСМО-АСТ) вообще все равно, как продастся каждая отдельная их книга. Они заранее знают, что кто-то выплывет (примерно 20%), а кто-то (примерно 80%) потонет, и выплывшие оплатят похороны утонувших. Именно поэтому они очень экономно расходуют маркетинговый бюджет - и именно поэтому пресс-службы крупных издательств "получают на продвижение" едва ли 20% выходящих книг. Все остальное нужно искать с лупой - и читателям, и критикам, а авторам надеяться на чудо (их прочитает Ксения Собчак, упомянет в программе Дудь или кто-то из его собеседников, или произойдет еще какая-то таинственная флуктуация ноосферы).

Иными словами, хотя бОльшая часть бестселлеров и у нас, и в Америке, выходит в больших издательствах, издаться в большом издательстве далеко не оптимальный путь к успеху. Российская специфика еще усугубляет дело: у нас фактически только ЭКСМО-АСТ способно обеспечить эффективную дистрибуцию - это значит, что в маленьком издательстве ты не ляжешь в братскую могилу с остальными 80% книг, но и не попадешь в книжные магазины Красноярска, Иркутска, Пензы или Калининграда. Москва, Питер и десяток независимых книжных магазинчиков по стране - лучшее, на что можно рассчитывать.

https://writingcooperative.com/why-no-one-will-read-your-book-caa0e77ed5aa

Продолжение следует.

Часть III

Раз в традиционном книгоиздании все так ээээ... не очень хорошо, возникает естественная идея: а не податься ли на альтернативные площадки? Литрес.Самиздат, Ридеро, Автор.Тудей или, в конце концов, просто собирать донаты на Патреоне?

В этой точке у Эль Гриффин для нас тоже довольно скверные новости - увы, вполне применимые и для России.

Если из книг, вышедших в издательствах, "выстреливают" условно 20%, то в случае с электронным самиздатом (понятное дело, Гриффин говорит в первую очередь о Kindle Direct Publishing) счет идет на доли процента. Издательства тут выступают в качестве глобального фильтра. Книга, вышедшая в издательстве, оказывается одной из 100 000 новинок - песчинка в Сахаре, конечно, но не нужно забывать, что на одном только Amazon в год появляетя 1.2-1.4 миллиона "самиздатных" новинок, и никто толком не знает, как они сортируются, размечаются и продвигаются (и продвигаются ли вообще - есть гипотеза, что Безос не склонен тратить деньги на продвижение книг, оставляя это на усмотрение самого автора. Ну, а что, direct так direct, все сами). Иными словами, получить признание в самиздате можно только если автор уже чем-то знаменит - впрочем, знаменитого автора и обычный издатель, скорее всего, возьмет с готовностью.

Остаются условные Автор.Тудей и тому подобные платформы прямой "серийной" публикации и Патреон. Последний сразу можно списывать - художественная литература там "продается" очень плохо. Ну, то есть при некотором везении можно насобирать несколько тысяч рублей в месяц донатов (или несколько сотен долларов в американских реалиях), но это определенно не те суммы, которые позволят автору выживать и не заниматься ничем, кроме писательства. Для многих идея подписываться на одного автора, скажем, за 500 рублей в месяц, кажется странной и неочевидной, потому что за те же деньги ты можешь получить доступ ко всем богатствам Storytel, MyBook или Bookmate. Благотворительность и поддержка любимого автора - да, конечно, но все же это не самый распространенный ход мысли среди читателей художественной (то есть совершенно непрактичной и ни для чего, кроме собственного удовольствия, не нужной) литературы.

Остается Автор.Тудей и иже с ним - это в самом деле площадка, где сегодня писателю можно заработать (я лично знаю по меньшей мере двух авторов, которые зарабатывают там сотни тысяч рублей в месяц, а есть, говорят, и "миллионеры"). Но и тут работают те же принципы: по сути дела, это пирамида, где успех единиц покупается потом и трудом тысяч участников. Ну, и кроме того, это совсем другие правила игры и другая (процентов на 80%) аудитория - иными словами, если вы хотите заниматься литературой в традиционном смысле слова, то такого рода места едва ли вам понравятся.

Окончание (совсем короткое) следует

Ну, и собственно, окончание (часть IV)

Какие же выводы можно сделать из всего сказанного? Мне кажется, что все это убедительно свидетельствует об одном: как бы банально это ни прозвучало, единственные по-настоящему ценные люди на книжном рынке - это не издатели, не издательские пиарщики, не критики и не книжные блогеры. Ценность сегодня представляют только и исключительно читатели - их а) мало, б) только у них на этом рынке есть деньги (не очень много, но все, которые есть, те у них).

Это значит, что единственный путь к улучшению ситуации - расширять (извините за канцеляризм) читательскую базу. Добираться до тех людей, которые не читают (но могли бы), читают мало или застряли в классике. Единственный, с кем стоит разговаривать на рынке, это читатель - и это, конечно, плохая новость для всех, кто верует, что если отобрать у условной Елены Шубиной руль, а критикам Юзефович, Биргер, Мильчину и Ломыкиной отключить газ, свет и воду, то жизнь наладится. Сколько ни пытайся переделить в свою пользу шкуру неуклонно усыхающего медведя, ничего не наладится, пока читателей банально не станет больше. Ну, или пока две трети писателей не вымрут с голоду или не переключатся на журналистику, пиар, сценарии и тому подобные хорошие вещи - чего, если честно, хотелось бы избежать.

Спасибо огромное всем, кто добрался до этой точки - постараюсь не злоупотреблять вниманием и не строчить такие простыни слишком часто. Вот что, называется, дорвалась.

Друзья, если у вас есть любимая свежепереведенная фантастическая книга, то вы можете поддержать ее переводчика, номинировав его на премию "Вавилонская рыбка"! Обратите внимание - прежде, чем номинировать, вам нужно вступить в соответствующую группу. Я в этом году в жюри - ужо почитаю!