Цѣловать да голубить.

Нѣтъ, не такъ: цѣловать въ сахарны уста да голубить.

Концентрація милоты въ этой рекламной иллюстраціи превышаетъ всѣ разумные предѣлы.

Но до чего-жъ красиво...

Главнокомандующій вооружёнными силами на Югѣ Россіи, генералъ-лейтенантъ Антонъ Ивановичъ Деникинъ пробуетъ пищу на благотворительномъ обѣдѣ въ русскомъ городѣ Харьковѣ, 1919 г.

#ДаПобеде

Изъ обращенія А. И. Деникина «Населенію Малороссіи» отъ 12 августа 1919 года:

«Доблестью и кровью арміи одна за другой освобождаются русскія области отъ ига безумцевъ и предателей, давшихъ обманутому народу рабство вмѣсто счастья и свободы.

Къ древнему Кіеву, „матери городовъ русскихъ“, приближаются полки въ неудержимомъ стремленіи вернуть русскому народу утраченное имъ единство. То единство, безъ котораго великій русскій народъ, обезсиленный и раздробленный, теряя молодыя поколѣнія въ братоубійственныхъ междоусобіяхъ, не въ силахъ былъ отстоять свою независимость. То единство, безъ котораго немыслима полная и правильная хозяйственная жизнь, когда сѣверъ и югъ, востокъ и западъ обширной державы въ свободномъ обмѣнѣ несутъ другъ другу все, чѣмъ богатъ каждый край, каждая область. То единство, безъ котораго не создалась бы мощная русская рѣчь, въ равной долѣ сотканная вѣковыми усиліями Кіева, Москвы и Петрограда.

Желая обезсилить русское государство, прежде чѣмъ объявить ему войну, нѣмцы задолго до 1914 года стремились разрушить выкованное въ тяжелой борьбѣ единство русскаго племени.

Съ этой цѣлью ими поддерживалось и раздувалось на югѣ Россіи движеніе, поставившее себѣ цѣлью отдѣленіе отъ Россіи ея девяти южныхъ губерній подъ именемъ „Украинской Державы“. Стремленіе отторгнуть отъ Россіи малорусскую вѣтвь русскаго народа не оставлено и понынѣ. Былые ставленники нѣмцевъ, Петлюра и его соратники, положившіе начало расчлененію Россіи, продолжаютъ и теперь совершать свое злое дѣло созданія самостоятельной „Украинской Державы“ и борьбы противъ возрожденія Единой Россіи».

#ДаПобеде

Ухъ какая чайная!

Пишутъ, что это чайная общества трезвости, Санктъ-Петербургъ, 1900-е.

Лѣпота!

#русскоечаепитіе #русскійстиль

Ничего особеннаго: просто левашники съ вишнями въ меню обѣда въ Зимнемъ дворцѣ 15 мая 1893 года.

Что ещё за левашники? Если заглянуть въ (пост)совѣтскіе словари русскаго языка, то ни левашниковъ, ни левашей тамъ не найти. Хотя слово это встрѣчается и у Сумарокова, и у Мельникова-Печерскаго, и у Мережковскаго, и даже у А. Н. Толстого. Ну да русская литература совѣтскимъ лексикографамъ не указъ.

Присутствуютъ левашники и во всѣхъ дореволюціонныхъ словаряхъ. Самое точное опредѣленіе содержится въ «Словарѣ Академіи Россійской»: «Пирогъ, ягодами приправленный, пряженый въ маслѣ».

Русскій поваренный словарь: левашъ и левашникъ.

Традиціонная заготовка впрокъ и разновидность пироговъ. Левашъ — тонкая безбѣлковая ягодная постила, высушенная на доскахъ, смазанныхъ растительнымъ масломъ, и свёрнутая въ трубки. Левашникъ — пряженый (жаренный въ маслѣ) пирогъ/пирожокъ изъ преснаго тѣста съ ягодной начинкой (изъ левашей, сушёныхъ ягодъ, варенья).

Исторія

«Пироги-левашники пряженые» впервые упоминаются въ Домостроѣ, наряду съ «левашами всякихъ ягодъ». Въ поварнѣ XVI–XVII вѣковъ леваши заготавливали въ томъ числѣ для царскаго стола. Въ 1676 г. царь Алексѣй Михайловичъ отправилъ посламъ Священной Римской Имперіи «2 блюда левашниковъ съ ягоды да съ постилою» и «2 блюда левашниковъ съ постилою черною».

Традиція приготовленія левашей сохранялась и позднѣе. Въ комедіи А. П. Сумарокова «Рогоносецъ по воображенію» (1772) небогатая помѣщица приказываетъ приготовить къ пріѣзду знатнаго гостя «левашники съ сушеною малиной». Дважды упоминаются левашники въ кулинарныхъ росписяхъ богатой дворянской семьи Дурново 1857 г.

Левашники завершали «старшинскій» обѣдъ 21 мая 1883 года (для крестьянства въ лицѣ волостныхъ старшинъ) у Петровскаго дворца, данный въ честь коронаціи Императора Александра III и Императрицы Маріи Ѳеодоровны. Поскольку кормили людей простого званія, то и десертное, сладкое блюдо взяли изъ традиціонной русской кухни.

Въ Каргополѣ (нынѣ въ Архангельской обл.) сер. XIX в. левашники были праздничнымъ угощеніемъ. Каргопольцы дѣлали леваши изъ земляники и черники. Въ академическомъ «Опытѣ областного великорусскаго словаря» (1852) зафиксированъ костромской диалектизмъ «левашни» (мн. ч.) — «тоненькая земляничная постила, дѣлаемая на подобіе блиновъ».

Этимологи возводятъ слово «левашъ» къ тюркскому lavaš — лепёшка. Учитывая словообразовательную модель, можно предположить, что изначально левашники дѣлались съ начинкой изъ левашей, а затѣмъ этимъ словомъ стали обозначать пряженые пирожки съ любой ягодной начинкой. Левашники могли быть какъ постными, такъ и скоромными.

Современность

Въ наши дни въ Каргополѣ было записано свидѣтельство, въ которомъ левашами называютъ высушенныя въ печи ягоды черники. Передъ употребленіемъ (напримѣръ, въ начинку для пироговъ) ихъ размачиваютъ и смѣшиваютъ съ сахарнымъ пескомъ.

#поваренныйсловарь #левашникъ

Сочное описаніе приготовленія земляничныхъ левашей и левашниковъ въ Каргополѣ середины XIX вѣка:

Послѣдняя [земляника] замѣчательна тѣмъ, что изъ нее притотовляютъ ЛЕВАШЪ, нѣчто въ родѣ постилы, тонкой, какъ сафьянъ, для употребленія съ чаемъ и въ пирожное. Левашъ приготовляютъ такимъ образомъ: берутъ сырой земляники сколько угодно, раздавливаютъ ее ложкою въ чашкѣ и смѣшиваютъ съ краснымъ медомъ, такъ что изъ смѣси дѣлается родъ тѣста, потомъ берутъ доску аршина въ 2 или 3, по тамошнему сочелицу, употребляемую при стряпнѣ, покрываютъ ее тонкимъ слоемъ масла скоромнаго или постнаго, размазываютъ ложкою по доскѣ земляничное тѣсто въ толщину сафьяна, доску съ нимъ выставляютъ па солнце или въ теплую печь и послѣ 2–3 часовъ сушенья левашь готовъ, отстаетъ какъ кожа и его свертываютъ въ куски. Замѣчательно, что левашь никогда не портится, слѣдовательно этимъ способомъ можно имѣть всегда и вездѣ сушеную землянику въ уютномъ видѣ. Дѣлаютъ левашь и изъ черники, но тотъ не такъ вкусенъ и черенъ. Съ левашомъ, этой постилой или лучше снадобьемъ дѣлаютъ въ городѣ сладкіе пироги, въ праздники, именины или гостьбы. Для этого берутъ нужное количество левашу, раздираютъ на мелкіе куски и обливаютъ кипяткомъ, левашь въ ½ часа разопрѣетъ, воду сливаютъ съ него и въ гущу подбавляютъ сахару или меду и начинка въ пироги готова. Самые пироги прягутъ въ маслѣ скоромномъ или постномъ.

(Кораблевъ С. П. Этнографическiй и географическiй очеркъ г. Каргополя... 1851).

#левашникъ

Оказывается, сѣрыми хлѣбами въ русскомъ товаровѣдѣніи называли рожь, ячмень и овёсъ, а красными хлѣбами — озимую пшеницу и просо.

Въ кулинаріи морковь и рѣпа считались красными кореньями, а сельдерей, порей и петрушка — бѣлыми.

Красной рыбой именовали четыре породы осетроваго рода: бѣлугу, осетра, шипа и севрюгу, а чёрной — частиковую: всѣ прочія породы, кромѣ осетровыхъ и бѣлорыбицы. Но такъ было въ каспійско-волжскомъ рыболовствѣ. На Русскомъ Сѣверѣ красной рыбой называли сёмгу, а на Дальнемъ Востокѣ — нерку.

Бѣлый кисель — овсяный, красный кисель — клюквенный или, на старый ладъ, клюковный (на картофельномъ или рисовомъ крахмалѣ).

Лѣпота!

#кулинарныйлексиконъ

А вотъ ещё хорошее потерянное слово: ягодникъ. Помимо трёхъ значеній, фиксируемыхъ въ (пост)совѣтскихъ словаряхъ, у этого слова было и четвёртое: такъ называли ягодныя варенья (иногда также варенья плодовыя). Брусничный, земляничный, смородинный ягодникъ. Для русскаго человѣка XVIII–XIX вѣковъ это рядовое, нормальное словоупотребленіе. Поэтому и въ дореволюціонныхъ словаряхъ это значеніе было первымъ, а въ «Словарѣ Академіи Россійской» оно вообще единственное. Почему и какъ оно исчезло изъ современныхъ словарей — очередная загадка совѣтской лексикографіи.

#кулинарныйлексиконъ

Для многихъ современниковъ трактиръ — это что-то архаически-фольклорное, изъ эпохи то ли Алексѣя Михайловича, то ли Александра Сергѣевича. Однако въ началѣ XX вѣка «гостиничный и ресторанный бизнесъ» назывался «трактирнымъ промысломъ» — и это было закрѣплённое въ законодательствѣ наименованіе. Трактиры служили оплотами русской національной кухни.

Типичный трактиръ выглядѣлъ такъ, какъ на этой рекламѣ чая Петра Соловьёва. Оклеенныя неброскими обоями стѣны украшены картинами и зеркалами въ золочёныхъ рамахъ. Простые деревянные столы покрыты бѣлыми скатертями. Изящные свѣтильники, цвѣты на подоконникахъ, канарейка въ золотой клѣткѣ подъ потолкомъ. Услужливые половые въ бѣлой одеждѣ съ малиновыми поясами.

Ни горшковъ по стѣнамъ, ни хохломы, ни платковъ, ни деревянныхъ лавокъ, ни прочей назойливой крестьянщины, которую такъ любятъ нынче пихать во всѣ углы для выпячиванія «русскости».

Отличная иллюстрація того, какъ выглядѣло (и должно выглядѣть) русское заведеніе общественнаго питанія средней руки.

#трактиръ

Извѣстная картина Владиміра Егоровича Маковскаго «Въ трактирѣ» (1887). Дословное совпаденіе съ рекламой чая Петра Соловьёва (убранство, типажи героевъ, мизансцена) говоритъ о типичности изображённаго для Россійской Имперіи конца XIX вѣка.