Розники в Рожественский сочельник по крюкам

С нами Бог, разумейте языцы и покаряйтеся, яко с нами Бог.

Христос раждается, славите!

Икона втор. пол. XVIII в., Палех.

С великим священным праздником Рожества Христова!

Религиозный аспект русско-литовской войны конца XV-начала XVIв

Княжна Елена, дочь великого князя московского Иоанна III [дед Иоанна IV Грозного] и византийской принцессы Софьи Палеолог, в 1495 году была выдана замуж за великого князя литовского и короля польского Александра Ягеллона. Этот брак был политическим союзом, скреплявшим мир между государствами, и одним из его условий было сохранение Еленой греческой (православной) веры. Великое княжество Литовское было многоконфессиональным и полиэтническим государством, где преобладало (особенно среди элиты и в западных землях) католичество, но большинство населения русских (восточнославянских) земель исповедовало православие. Государство долгое время балансировало между конфессиями, но с конца XIV века, после Кревской унии с Польшей, католичество стало религией правящей династии и все больше ассоциировалось с политическим влиянием.

Жизнь в католической среде оказалась для Елены тяжким испытанием. Елена подвергалась постоянному давлению со стороны высшей знати и католического духовенства, особенно кардинала Фридриха Ягеллона, которые требовали от неё перехода в католичество ради укрепления унии с Польшей. Несмотря на угрозы, оскорбления и фактическую изоляцию при дворе, княгиня проявила стойкость и отказалась изменить вере отцов, став для московского государства символом верности православию на чужбине. После Флорентийской унии (1439) и падения Константинополя (1453) Русь считала себя единственной чистой православной державой. Любые попытки унии с Римом в великом княжестве Литовском (которые периодически возникали) воспринимались как вероотступничество и давали моральное право на вмешательство.

С.М. Соловьев, История России с древнейших времен, т. 5, гл. 4: "Александр не хотел построить для жены православной церкви, не хотел окружать ее людьми православного исповедания, ибо понятно, как духовенство католическое и паны литовские латинского исповедания должны были смотреть на то, что их великая княгиня была греческой веры. Александр, давая знать римскому двору о браке своем с Еленою, обманул его насчет грамоты о вере, данной Иоанну, писал, что он обещал тестю не принуждать жены к принятию католицизма, если она сама не захочет принять его, следовательно, указывал на свою прежнюю грамоту, которая была отвергнута Иоанном. Но что значила для папы присяга, данная некатолику? И Александр VI отвечал литовскому князю, что совесть его останется совершенно чиста, если он употребит все возможные средства для склонения Елены к католицизму; только в 1505 году папа Юлий II позволил Александру жить с иноверною женою в ожидании смерти отца ее, который уже очень стар, или в ожидании какого-нибудь другого обстоятельства. Поэтому неудивительно, что в 1499 году подьячий Шестаков прислал к вяземскому наместнику, князю Оболенскому, письмо следующего содержания: «Здесь у нас произошла смута большая между латинами и нашим христианством: в нашего владыку смоленского дьявол вселился, да в Сапегу еще, встали на православную веру. Князь великий неволил государыню нашу, великую княгиню Елену, в латинскую проклятую веру, но государыню нашу бог научил, да помнила науку государя отца своего, и она отказала мужу так: вспомни, что ты обещал государю отцу моему, а я без воли государя отца моего не могу этого сделать, обошлюсь, как меня научит? Да и все наше православное христианство хотят окрестить; от этого наша Русь с Литвою в большой вражде. Этот списочек послал бы ты к государю, а государю самому не узнать. Больше не смею писать, если бы можно было с кем на словах пересказать».

Иоанн, получив записку Шестакова, послал в Литву Ивана Мамонова с приказом от себя и от жены к Елене, чтоб пострадала до крови и до смерти, а веры греческого закона не оставляла."

Вечер духовных песнопений 2 февраля 2025

"Днесь раждает девая" стихера на праздник Рожества Христова - Хор Ржевской Покровской Старообрядческой общины.

Видео Антона Япарова

Интересно, что в России «вольными каменщиками», «каменщиками» называли не масонов, а старообрядцев, укрывшихся на Алтае. Увидел об этом в книге этнографа, д.и.н. Марины Громыко «Мир русской деревни».

«Характерно в этом плане то, что случилось с современными представлениями о так называемом Беловодье. Сначала оно считалось легендарным, а в ходе дальнейших исследований историков обернулось вполне реальными крестьянскими поселениями XVIII века в долинах Бухтармы, Уймона и других рек на Алтае, история которых полноценно прослеживается по письменным источникам.

«Каменщики» (так назывались у местных крестьян поселившиеся в горах беглецы, так как Алтай, как и многие другие горы, называли в народе «Камнем») Бухтармы и Уймона – это одновременно и прототип народной легенды об обетованной земле и фактическая попытка реализации крестьянского социально-утопического идеала.

До 1790-х годов в наиболее неприступных горных долинах Алтая существовали поселения беглых, которые управлялись вне государственной власти. В сентябре 1791 года вышел указ Екатерины II, объявленный «каменщикам» в июле 1792 года, по которому их принимали в русское подданство, простив их «вины». На протяжении нескольких десятилетий в этих общинах действовало самоуправление, осуществлялись крестьянские представления о социальной справедливости. Население вольных общин Бухтармы и Уймона сформировалось из крестьян (в значительной части – раскольников) и беглых заводских работников.

С.И.Гуляев, собравший сведения о «Беловодье» не только по «изустным рассказам некоторых каменщиков», но и по документам архивов Змеиногорской горной конторы и Усть-Каменогорской комендантской канцелярии, писал о них: «Связанные одинаковою участию, одним образом жизни, отчужденные от общества каменщики составляли какое-то братство, несмотря на различные верования. (Гуляев имеет в виду разные толки старообрядчества) Они сохранили многие хорошие качества русского народа: были надёжные товарищи, делали взаимные пособия друг другу, особенно же помогали всем неимущим припасами, семенами для посева, земледельческими орудиями, одеждою и прочим».

(к предыдущему посту)
«Руководили «каменщиками» «старики» (начётчики, кто лучше всего знал Библию – Т.). Самой высокой мерой наказания было насильственное изгнание из общины «каменщиков».

Марина Громыко, описывая жизнь старообрядческой общины Выги, делает вывод, что её основу составлял «теологический коммунизм» - как у ряда протестантских общин Европы и протестантских колоний в Новом Свете.

«В личной собственности членов общежительства Выги было только платье; в порядке исключения за некоторыми оставляли и другие вещи, но наследовались они общиной. Обширное хозяйство Выгорецкого общежительства и тяготевших к нему скитов основывалось на кооперированном труде его членов. Всё хозяйственное и административное управление было выборным. Наиболее важные дела подлежали соборному обсуждению».

Но всё же старообрядческие общины «каменщиков» и Выги идеологически больше тяготели к протестантам в будущих США. Объединяло их то, что «никакого царя и бояр людям не нужно; люди сами могут руководить собой».

(к предыдущим двум репостам) Я впервые прочитал про Выговскую старообрядческую республику именно у ув. Павла Пряникова в блоге Толкователь на материале книг Бориса Кутузова, известного пламенного защитника старообрядчества в лоне господствующей церкви, регента церковного хора и знатока знаменного пения. Далее я погрузился в тему по книге Сергея Зеньковского и уже не мог остановиться, пока не прочитал все, что опубликовано по теме. Так вот мне тоже в какой то момент пришла мысль о том, что Выгорецкое общежительство это первый пример коммуны на Руси с обобществлением хозяйства и демократическими выборами руководства (киновиарх выбирался на соборе братии монастыря).

При этом характерно, что лидеры революции никак не опирались на этот опыт, хотя могли бы сделать акцент на противостоянии "царизму и империализму" со стороны выговских беспоповцев, которые по началу не молились за царя, а Петра I почитали за Антихриста. Судя по его письмам и трудам, Бонч-Бруевич просто не знал в деталях историю Выголексинского монастыря, этого государства в государстве, которое просуществовало почти полтора века с 1702 г по конец 1840х и было разрушено на пике антистарообрядческих гонений Николая I.

https://xn--r1a.website/russianoldbelievers/641

Наталья Семеновна Серегина, Песнопения русским святым, 1994.

Как часто бывает, искал что-то по теме знаменного пения, а случайно обнаружил жемчужину — скурпулезное академическое исследование стихер знаменного пения, посвященных русским святым, на материале рукописных певческих сборников XII-XIX вв. Автор ученица Максима Бражникова. Рецензию на книгу писал академик Лихачев.

Буду давать самые яркие выдержки по мере изучения — автор пишет, что после реформ Никона у новообрядцев корпус стихер сильно обеднел, а певческое наследие Древней Руси во всей доступной полноте сохраняется у старообрядцев:

"При смене Устава Студийского на Иерусалимский (в стихираре эта смена наблюдается, как уже было сказано, на рубеже XV и XVI вв.) количество стихир увеличивается за счет добавления групп стихир на малую вечерню и на литию. Кроме того, во многих певческих циклах в XVI в. стали составляться новые группы стихир на тот или иной момент службы в дополнение к уже существующим. В рукописях они обозначались как «ины» стихиры. Текст в таких стихирах был новый, роспев мог оставаться старым либо составляться на другой стереотип (подобен). «Ины» стихиры были сложены в службах митрополиту Петру, Владимирской иконе, Сергию Радонежскому и др. В этих дополнительных стихирах наблюдается особое внимание к историческим сюжетам, повествованию о конкретных исторических событиях, которым посвящена служба. Наибольшее число текстов содержится в уже упоминавшихся полных стихирарных сводах и особенно в стихирарных сводах середины XVII в. После этого исторического рубежа число песнопений внутри певческих циклов начинает сокращаться, причем первыми уходят стихиры с историческим содержанием. Под сводами церквей в конце XVII в. начинает преобладать, так сказать, тема неба, тема божественного. Тема же земли, истории, народной памяти постепенно теряет свое конкретное выражение через воспоминания о событиях прошлого. Годовое историческое действо, по-видимому, не очень заметное для современников, высветляется лакунами; идеалы Святой Руси постепенно теряют живительную связь с землей, с историческими источниками духа, с богатейшей национальной христианской мифологией.

Правда, в крюковых старообрядческих рукописных сборниках корпус русских стихир после значительных сокращений все же смог стабилизироваться, отлиться в определенную структуру и сохраниться на протяжении XVIII и XIX вв. Традиция Святой Руси поддерживается в книжно-певческой культуре старообрядцев."