🇷🇺🇪🇺Энергетический фактор в санкционной политике ЕС в отношении России

Сегодня санкции стали одним из самых распространённых инструментов внешней политики — альтернативой и дополнением к применению силы, а также средством подкрепления переговорных позиций.

Энергетика представляет собой сферу взаимных интересов ЕС и России. Однако именно она является одной из тех областей, где ЕС активно проводит свою санкционную политику. Разное понимание и трактование энергетической безопасности придаёт ситуации ещё более острый характер. Европейский зелёный курс может повлечь за собой ужесточение санкционной политики наряду с введением пограничного корректирующего углеродного механизма, что может стать дополнительным способом оказания давления.

России необходимо встроиться в глобальный зелёный курс и стать активным актором в этой области, чтобы не остаться на периферии и не нести значительные экономические (снижение доходов бюджета) и политические издержки (падение имиджа на фоне введения санкций). Используя высокий научный потенциал и участвуя в двустороннем научном дискурсе для выявления основных энергетических потребностей ЕС на будущие десятилетия, Россия может совместно с европейскими партнёрами разрабатывать углеродно-нейтральные технологии и вырабатывать общие ориентиры и цели для избегания возможных разногласий. Иными словами, России необходимо открыто участвовать в диалоге, проявляя заинтересованность в борьбе с изменением климата, чтобы также влиять на определение «зелёных» правил и норм.

Текущая ситуация показывает, что данная повестка может стать дополнительным поводом для обвинения России в нарушении «экологических» норм и создать потенциал введения ещё более жёстких санкционных мер.

Подробнее об энергетике и санкциях в отношениях России и ЕС: https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/columns/sandbox/energeticheskiy-faktor-v-sanktsionnoy-politike-es-v-otnoshenii-rossii/

🇺🇸🇨🇳🇷🇺 {🇰🇵🇰🇷} В статье к 68-летию прекращения боевых действий в Корее Георгий Булычев анализирует, как изменялось восприятие корейской проблемы в треугольнике США — Китай — Россия.

Напомним, что формально война так и не была окончена, подписано лишь Соглашение о перемирии. Подписи поставили представители Китая («добровольцев»), КНДР и США (от имени «войск ООН»), тогда как Республика Корея подписывать документ отказалась. С самого начала в этой горячей точке столкнулись интересы наиболее влиятельных после окончания Второй мировой войны держав — США, СССР, и незадолго до того возникшей, но уже обретшей свою правосубъектность Китайской Народной Республики. Корейская война стала одним из первых шокирующих драматических эпизодов развернувшейся «холодной войны». А США впервые выступили прямой стороной конфликта с «коммунистическим миром».

В США в последние годы независимо от смены администраций, особенно после фактического приобретения КНДР ядерного статуса, позиция по корейской проблеме определяется как часть стратегии на китайском направлении. Ранее Вашингтон пытался привлечь Пекин к давлению на КНДР, а когда это предсказуемо не получилось, стал использовать корейскую карту против Китая. Пока стратегия Байдена больше похожа на «стратегическое терпение 2.0», так как Вашингтон значимых уступок предложить не готов, а КНДР на заходы американцев не откликается.

Для Китая корейское направление остается одним из приоритетных в военно-политической сфере. Китай озабочен ракетно-ядерными амбициями Пхеньяна и проблемой распространения ядерного оружия. Его появление в КНДР ставит под удар позиции самого Китая в мировом ядерном рейтинге и подрывает его глобальные позиции, служит предлогом для наращивания военного кулака США вблизи его границ. В этом позиции Китая и России близки. Однако КНР выступает и против попыток изолировать и подорвать КНДР. Китайские дипломатические концепции предлагают мирное дипломатическое урегулирование корейской проблемы по двум трекам — ядерное разоружение и обеспечение гарантий безопасности КНДР. Китай не против диалога с США по этой теме, но вряд ли питает большие надежды на то, что ему удастся убедить Вашингтон встать на позиции реализма и заставить принять «стратегическое решение» — признать КНДР и учесть ее озабоченности, закрыв глаза на несовместимую с американской идеологией парадигму режима.

В США фактически утеряли надежду на денуклеаризацию КНДР, то есть отказ от ядерного оружия. Следующим шагом может стать контроль за вооружениями, недопущение разрастания ракетно-ядерного потенциала КНДР. Вероятный ответ — возможная инициатива организации переговорного процесса по ограничению и сокращению стратегических вооружений на Корейском полуострове. Такие идеи уже бродят в Вашингтоне. Россия в этих условия могла бы взять на себя роль организатора такого переговорного процесса между КНДР и США с участием также Москвы и Пекина.

https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/analytics/koreyskaya-problema-v-treugolnike-ssha-kitay-rossiya/

С 2017 г. Ближний Восток все чаще становится ареной противостояния с использованием цифровых технологий, и с годами значение киберсил будет только возрастать. В связи с этим ССАГПЗ стремится действовать на упреждение и обеспечить многоуровневую защиту своей инфраструктуры (гражданской и военной) до того, как кибервойна в регионе вновь перейдет в активную фазу.

Тем не менее смотреть в будущее с оптимизмом, как это делает генералитет, вряд ли получится. Уже сейчас заметно, что разногласия по основополагающим вопросам в рамках «Щита полуострова» (проект объединенных сил быстрого реагирования, который позиционируется некоторыми экспертами как возможная основа для создания коллективных киберсил стран ССАГПЗ) ведут к постепенному формированию двух лоббистских групп, по-разному оценивающих долгосрочные цели и задачи ОСБР. Речь идет о группе «самозащиты» (самостоятельное выстраивание коллективной системы с опорой на национальные проекты и косвенной ориентированностью на зарубежный опыт) и группе «сотрудничества» (прямое использование зарубежного опыта и приоритет коллективных проектов над национальными).

Леонид Цуканов о формировании системы общеарабской кибербезопасности.

https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/columns/middle-east/sily-bezopasnosti-ssagpz-tsifrovoe-izmerenie/

Существует ли конкуренция между Большим евразийским партнерством и китайской инициативой Пояса и пути?

Со стороны может показаться, что у проекта БЕП есть конкурент на евразийском пространстве в лице китайского ЭПШП, что между Россией и Китаем неминуемо возникнет напряженность, вызванная конфликтом интересов. Однако детальное изучение политических действии Москвы и Пекина позволяет сделать вывод о том, что на практике реализуется абсолютно противоположный сценарий. Учитывая геополитические риски, к которым ведет необоснованная конкуренция в Евразии, политические руководители двух стран предлагают такие форматы двустороннего сотрудничества, которые позволяют делать акцент не на соперничестве, а на конструктивном сотрудничестве и учете взаимных интересов, то есть на сопряжении своих интеграционных проектов.

Юрий Кулинцев проводит сравнительный анализ двух интеграционных проектов на евразийском пространстве.

https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/analytics/sushchestvuet-li-konkurentsiya-mezhdu-bolshim-evraziyskim-partnerstvom-i-kitayskoy-initsiativoy-poya/

Эксперты, журналисты и политики говорят о текущем кризисе в США как о беспрецедентном по глубине и структуре. С другой стороны, о Соединенных Штатах Америки нередко отзываются как о «незаменимой стране» (“indispensable nation”).

Смыл формулы «незаменимости» в том, что без США просто невозможно сохранить даже относительный порядок в мире, не говоря уже о решении фундаментальных проблем как на глобальном уровне, так и в отдельных регионах планеты. Наверное, не случайно этот термин возник и приобрел популярность в момент почти состоявшегося «однополярного мира», в исторически краткий период наивысшего подъема американского влияния и авторитета в мире.

Однако насколько действительно США незаменимы в современном мире? Андрей Кортунов в новой статье формирует картину мира без Соединенных штатов.

В целом, мир, конечно, не погибнет. Он переживет уход США, как пережил в свое время уход динозавров или мамонтов. Без Соединенных Штатов, особенно на первых порах, будет очень трудно и весьма дискомфортно, особенно для тех международных игроков, которые в течении многих десятилетий привыкли прятаться в тени американской сверхдержавы. После ухода США последуют многочисленные кризисы и конфликты, наступит длительная эпоха нестабильности и неопределенности — борьба за «американское наследство» не может не быть длительной и напряженной. Но все вместе, мы как-нибудь справимся. Тем более, что за годы президентства Дональда Трампа мир уже должен был свыкнуться с непредсказуемостью и ненадежностью Вашингтона как международного партнера. Какие-то проблемы без Вашингтона решать будет даже проще, поскольку во многих случаях США, к сожалению, оказываются не частью решения проблемы, а частью самой проблемы.

https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/analytics/chto-stalo-by-s-mirom-bez-ssha/

🇭🇹🇺🇸 Громкое убийство президента Гаити Жовенеля Моиза и его супруги в июле вызвало политический кризис и массовые беспорядки в стране, что привлекло внимание и международного сообщества. Преступление было совершено вооруженной группой, состоявшей из 26 колумбийцев и двух американцев с гаитянскими корнями. Минимум шестеро из наемников предположительно проходили военную подготовку в США, и один из них был информатором американского агентства по борьбе с наркотиками, сотрудниками которого якобы представились злоумышленники перед тем, как попасть в хорошо укрепленный дом президента. Через пять дней после убийства Ж. Моиза полиция Гаити арестовала и предполагаемого заказчика — 63-летнено пастора и доктора Кристиана Эммануэля Санона, который большую часть времени жил во Флориде и якобы хотел захватить власть в Гаити. Однако, несмотря на все эти детективные подробности в деле об убийстве президента, пока рано и далеко не просто делать выводы о предполагаемых заказчиках и их мотивах.

Павел Кошкин анализирует контекст, в котором было совершено убийство и последствия для США. https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/analytics/ubiystvo-prezidenta-gaiti-pochemu-ego-zastrelili-i-kakovy-posledstviya-dlya-ssha/

🇷🇺🇪🇺 Может ли «зеленый» диалог стать драйвером восстановления диалога России и ЕС?

Может — отвечает в своей статье Елена Алексеенкова. Однако это окно возможностей может быть одинаково использовано и для углубления конфронтации.

Для России вызов состоит не только в том, чтобы адаптироваться к неизбежно сокращающемуся рынку углеводородов и диверсифицировать свою экономику, но и в том, чтобы не потерять возможности ведения бизнеса в других странах и регионах. В частности, большой вопрос, как новые стратегии ЕС в отношении Африки и Средиземноморья повлияют на планы и перспективы российского экономического присутствия в регионе, существенная доля которых связана с проектами в сфере энергетики. По большому счету вопрос заключается в том, как не оказаться на обочине нового европейского зеленого энергетического курса и китайского «Пояса и пути», чьи интересы неизбежно пересекаются в Средиземноморье?

В изучении своих внутренних возможностей и потребности в ВИЭ России вряд ли кто-то поможет, здесь основными акторами выступают традиционно государство, бизнес и гражданское общество, артикулирующее потребность в «озеленении» и внедрении климатически нейтральных инноваций. Но коль скоро такая потребность осознана и артикулирована, самое время обратить взор на потенциальных партнеров, которые, с одной стороны, являлись бы технологическими лидерами отрасли, способными стать источником best-practices во внутренних проектах и одновременно «проводниками» России в проектах международного сотрудничества, а с другой — не отличались бы стремлением политизировать экономическое сотрудничество.

Вероятно, такое сотрудничество в обозримой перспективе начнет развиваться прежде всего на двустороннем уровне с рядом государств — членов ЕС. Однако при условии отказа Брюсселя от политизации «зеленого диалога», возможно, новый энергетический переход мог бы стать тем драйвером диалога и на уровне Россия-ЕС, которым в свое время не смогло стать «партнерство для модернизации».

https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/analytics/mozhet-li-zelenyy-dialog-stat-drayverom-vosstanovleniya-dialoga-rossii-i-es/

Пекин взял курс на цифровое превосходство, определяя технологический рывок в качестве стратегического приоритета обеспечения национальных интересов и обороноспособности страны.

С 2017 г. в КНР реализуется киберинициатива «План развития искусственного интеллекта нового поколения», в соответствии с которым ИИ рассматривается в качестве ключевой преобразующей технологии будущего экономического и военного доминирования. Установленный срок реализации — 2030 год.

В рамках стратегии «военно-гражданской интеграции» в КНР сформирован целый ряд политических механизмов для стимулирования промышленного сотрудничества госкомпаний с частным сектором в сфере разработок ИИ.

В 2017 г. на базе Университета Цинхуа создана военно-гражданская лаборатория синтеза, которая обеспечила научно-исследовательскую платформу для достижений двойного назначения в области ИИ.

В развитие данной тенденции китайский IT-гигант Baidu в партнерстве с Китайской академией наук, Университетом Цинхуа и Университетом Бэйхан создал первую национальную лабораторию глубокого обучения ИИ.

Данные шаги сформировали разветвленную сеть научно-исследовательской базы, позволяющую обеспечить масштабные разработки в области ИИ под контролем национального правительства, направленные на достижение технологического превосходства в области облачных инфраструктур машинного обучения.

Стратегия НОАК прежде всего направлена на парализацию систем управления сил и средств противника, что не предполагает их тотального уничтожения, но предусматривает нивелирование возможности их эффективного использования в реальном бою. Война на истощение уходит в прошлое. Разрушение информационных коммуникаций определяет исход противостояния. Ставка на автономные интеллектуальные системы и беспилотные платформы, действия которых будут носит хирургически точный характер, заложена в основу нового вида противоборства.

Александр Степанов анализирует планы КНР использованию ИИ в военных целях.

https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/columns/military-and-security/obgon-po-krivoy-iskusstvennyy-intellekt-na-vooruzhenii-noak/

Одному из самых подробных и эффективных соглашений в сфере контроля над вооружениями — Договору о сокращении стратегических наступательных вооружений (СНВ-1) исполняется 30 лет. Он сыграл важную роль в поддержании стратегической стабильности после распада СССР, но теперь вследствие новых технических достижений в военной сфере его положений и формата недостаточно. Кроме того, все большее значение в области международной безопасности приобретает Китай. Может ли новое соглашение о сокращении стратегических вооружений расширить свой формат и привлечь все страны ядерной пятерки? В каких сферах государства с разными ядерными потенциалами могли бы прийти к компромиссу? На эти вопросы журнала «Международная жизнь» отвечает Андрей Баклицкий, старший научный сотрудник Института международных исследований МГИМО МИД России, консультант ПИР-Центра, эксперт РСМД.
https://interaffairs.ru/news/show/30983

#СНВ1 #ДСНВ #ЯдернаяПятерка #Китай #ЯдерноеОружие

О том, каким может быть новое соглашение о сокращении стратегических вооружений, отвечая на вопрос журнала «Международная жизнь», рассуждает Дмитрий Стефанович, научный сотрудник Центра международной безопасности ИМЭМО РАН, внештатный научный сотрудник Института исследования проблем мира и безопасности при Гамбургском университете (IFSH), сооснователь проекта «Ватфор», эксперт РСМД.
https://interaffairs.ru/news/show/30984

#СНВ1 #ДСНВ #СтратегическиеВооружения

К 30-летию СНВ-1 РСМД и @vatfor подготовили материал, в котором эксперты в области контроля над стратегическими вооружениями отвечают на несколько вопросов о важности СНВ-1 и перспективах заключения новых соглашений.

Андрей Баклицкий: Успешное проведение переговоров по ядерным и космическим вооружениям потребовало многолетней напряженной слаженной работы и с советской, и с американской стороны. Чтобы повторить этот успех сегодня, совместить иногда диаметрально противоположные позиции и заключить новые договора, повышающие безопасность обоих сторон, понадобились бы не меньше труда даже в самых идеальных условиях. К сожалению, с учетом всего вышеперечисленного, на идеальные условия рассчитывать не приходится.

Виктор Есин: Выработанные при разработке и заключении Договора СНВ-1 подходы к ограничению и сокращению стратегических ядерных сил и формированию системы верификации нашли своё отражение во всех последующих российско-американских договорённостях по ядерным вооружениям, включая и ныне действующий Договор СНВ-3. Это является ярким свидетельством того, насколько прозорливыми были разработчики Договора СНВ-1 как со стороны СССР, так и США. Они чётко понимали и ясно осознавали, что без заключения между СССР и США юридически обязывающего соглашения по стратегическим ядерным силам невозможно обеспечить в их отношениях стратегическую стабильность. Это остаётся верным и бесспорным и применительно к сегодняшним отношениям между Россией и США.

Ольга Оликер: Позиции США и СССР в начале переговоров по СНВ-1 также (как и сейчас) были очень далеки друг от друга. Одна из причин, по которой контроль над вооружениями работает заключается в том, что в этом случае признаются изначально враждебные отношения, но подтверждается, что противники или вероятные противники хотят сделать их менее опасными. Если переговорщики и лидеры Москвы и Вашингтона будут мыслить творчески и проявят целеустремленность и навыки своих предшественников, они все же смогут найти решения, которые повысят безопасность для всех.

Александр Савельев: Договор СНВ-1 сумел переломить негативные тенденции в отношениях двух стран, которые нарастали с конца 1970-х гг.: с началом переговоров 1985 г. ситуация в советско-американских отношениях стала меняться, и к моменту его подписания эти отношения вполне могли характеризоваться как «партнерские», хотя, конечно, сближению двух стран способствовал не только прогресс на переговорах по разоружению. Но подписание СНВ-1 стало одним из ярчайших символов улучшения двусторонних отношений и их перехода на новый этап.

Дмитрий Стефанович: Нельзя не отметить одну важную особенность СНВ-1: фактически, при его подписании речь шла не только об ограничениях и сокращениях, предусмотренных самим договором, но и целом пакете дополнительных документов, включавших себя и политически обязывающие договоренности, в частности, по «потолкам» крылатых ракет морского базирования в ядерном оснащении. Подобная архитектура (возможно, даже более открытая), как представляется, может быть использована и для новых соглашений в области контроля над вооружениями, в первую очередь в связи с необходимостью охвата новых акторов и новых технологий.

https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/analytics/30-let-revolyutsionnomu-dogovoru-snv-1-otsenki-i-perspektivy/

Санкционные итоги – Июль 2021⚡️⌛️. Основные события.

🔸Санкции против России🇷🇺:

- Продление секторальных санкций ЕС против России - https://xn--r1a.website/sanctionsrisk/1216📌🇪🇺
- Попадание шести российских юрлиц в «Entity List» Минторга США - https://xn--r1a.website/sanctionsrisk/1243🔍
- Санкции Украины против Wildberries - https://xn--r1a.website/sanctionsrisk/1251🛍
- Одобрение Палатой представителей Конгресса США законопроекта, запрещающего Президенту США вводить исключения по санкциям (в т.ч. по Северному потоку-2) - https://xn--r1a.website/sanctionsrisk/1257👀

🔸Отношения США и КНР🇺🇸🇨🇳:

- Публикация США Xinjiang Supply Chain Business Advisory и Hong Kong Business Advisory, подчеркивающие риски для бизнеса, которые работают с регионами Китая📊
- Санкции КНР против США - Прецедент применения КНР закона о контрсанкциях. Под санкции попал Гонконгский демократический совет, который базируется в Вашингтоне, и 7 физлиц)❕

🔸Прочее:

- Санкции США против Никарагуа и Кубы🚦
- Исключение бывшего замглавы Организации по атомной энергии Ирана из санкционного списка ЕС вслед за решением Суда - https://xn--r1a.website/sanctionsrisk/1258⚖️
- Новые кейсы штрафов Минфина США (Alfa Laval Middle East Ltd., Payoneer) - https://xn--r1a.website/sanctionsrisk/1236 https://xn--r1a.website/sanctionsrisk/1246💵

🇨🇳💉 КНР прикладывает усилия, чтобы с помощью вакцины получить влияние в различных регионах земного шара (в первую очередь, в развивающихся странах). Однако если на более ранних этапах «коронакризиса» вакцины воспринимались лишь как некая мягкая сила или демонстрация доверия той или иной стране, то сегодня, в условиях растущей третьей волны коронавируса на примерах Бразилии, Парагвая или Украины можно наблюдать, что КНР способна использовать вакцину как предмет для торга с другими странами. Вакцинация становится жизненной необходимостью, и некоторым странам, не имеющим возможности получить нужное количество вакцин из России, ЕС, США или Индии, приходится идти на уступки Китаю.

В то же время вакцинные гонки в Латинской Америке, а также Южной и Восточной Азии обнажили потенциал влияния КНР на ряд стран, привычно воспринимавшихся как сфера влияния стран Запада и стран QUAD (в первую очередь, это заметно на примере Таиланда). Они также продемонстрировали недоработки Пекина в отношениях с рядом стран, воспринимавшихся как государства китайской сферы влияния (Мьянма, Мальдивы, Непал).

Максим Гриценко в дебютном тексте анализирует роль экспорта вакцины от COVID-19 во внешней политике КНР https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/columns/sandbox/-vaktsinnaya-diplomatiya-rol-eksporta-vaktsiny-ot-em-covid-19-em-vo-vneshney-politike-knr/

Дроны в руках террористов: что будет дальше?

Как развитие беспилотных технологий может изменить террористическую угрозу для городов Запада, а также насколько эффективно применяются дроны в контртеррористической деятельности, рассказал в интервью для РСМД исследователь в области противодействия терроризму, директор Американского института противодействия терроризму Ардиан Шайковци.

https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/interview/drony-v-rukakh-terroristov-chto-dalshe/

Одной из особенностей СВА является то, что в этом регионе холодная война не имела какого-то определенного завершения. Здесь не было события, аналогичного падению Берлинской стены в Европе, здесь не было попыток создания системы коллективной безопасности, не было никаких договоренностей об ограничении вооружений — ни ядерных, ни конвенциональных. Даже распад Советского Союза не имел такого значения для СВА, которое он имел для Европы; он не привел к радикальному изменению региональных балансов и означал безусловной победы западных моделей развития. Поэтому будет справедливо заключить, что регион СВА вошел в XXI век, так и расставшись с предыдущим столетием.

Нынешний уровень экономической взаимозависимости государств Северо-Восточной Азии очень высокий; он значительно выше, чем в Латинской Америке или на Ближнем Востоке. Тем не менее, никакой автоматической конвертации экономической взаимозависимости в региональную политическую стабильность не происходит. Высокие показатели региональной торговли и иностранных прямых инвестиций сосуществуют со столь же высокими показателями военных расходов и фиксируемыми опросами общественного мнения националистическими настроениями в большинстве стран региона. Асимметричная экономическая взаимозависимость в некоторых случаях становится рычагом политического давления, а региональные технологические цепочки оказываются заложниками геополитического противостояния великих держав.

Андрей Кортунов анализирует проблемы безопасности и развития в Северо-Восточной Азии.
https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/analytics/bezopasnost-i-razvitie-severo-vostochnoy-azii-nuzhny-novye-podkhody/

Набор видов деятельности, которые включаются в сферу содействия международному развитию в России, и их масштабы — предмет для дискуссий как минимум последних десяти лет.

Михаил Ермолов, заместитель начальника Управления экономического сотрудничества @rossotrudnichestvo в своей статье дает экспертную оценку масштабов и содержания российского содействия развитию других государств.

Основные выводы

❗️Общий объем различных потоков помощи из России за последние десять лет, по консервативным оценкам, превысил 300 млрд долл.

❗️Основной объем российского СМР в порядке убывания объемов предоставляется в виде репатриации доходов трудовых мигрантов в СКВ, ПИИ, в форме субсидирования энергопотребления в странах ближнего зарубежья через внешнеторговые преференции, а также путем предоставления государственных кредитов, связанных с целями развития.

❗️Реальный объем российского содействия международному развитию на два порядка превышает официальную помощь развитию, что связано как с пробелами в системе учета потоков самой официальной помощи, так и со сложившейся практикой предоставлять основной объем поддержки не по официальным каналам, а в виде поддержки трудовой иммиграции, зарубежных инвестиций и внешнеторговых преференций.

❗️Основными получателями различных потоков российской помощи по официальным каналам являются Куба и Киргизия, по репатриации трудовых доходов — государства Центральной Азии и Турция, по прямым иностранным инвестициям — Беларусь, Казахстан, Украина, Турция, по внешнеторговым преференциям — Беларусь, Таджикистан, Армения, по предоставлению государственных кредитов — Беларусь, Бангладеш, Венесуэла.

❗️По причине малой доли собственных проектов развития и использования каналов международных организаций российская официальная помощь развитию пока не стала «драйвером» для различных видов внешнеэкономической деятельности, а также для других потоков помощи развитию. Крупнейшим бенефициаром потоков российской помощи за рамками ОПР является, несомненно, Беларусь, и только в случае с Киргизией можно условно говорить о корреляции потоков официальной помощи и частных потоков в виде денежных переводов трудовых мигрантов.

❗️В течение последнего года были приняты принципиально важные решения о координации российского содействия международному развитию в рамках Межведомственной комиссии по вопросам содействия международному развитию и разрабатываемой государственной программы «Содействие международному развитию», что должно обеспечить синергетический эффект и повысить эффективность различных видов российского СМР.

https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/analytics/granitsy-i-masshtaby-rossiyskogo-sodeystviya-mezhdunarodnomu-razvitiyu/

🇬🇪🇪🇺 Председатель Европейского совета Шарль Мишель снова пытается урегулировать внутриполитический кризис в Грузии. А заодно и спасти собственную репутацию — ведь именно при его посредничестве в апреле было достигнуто соглашение между правящей партией и оппозицией, которое позволило на пару месяцев приглушить противостояние между ними. Успех не очевиден. Противостояние возобновилось. Оппозиция выводит людей на улицы и требует отставки премьер-министра, к ним присоединились и представители СМИ. А правящая партия «Грузинская мечта» объявила о выходе из соглашения с оппозицией, заключенного при посредничестве главы Европейского совета, сославшись на то, что оно исчерпало себя.

А ведь прошло только три месяца с тех пор, как был худо-бедно урегулирован прошлый политический кризис. Тогда на протяжении нескольких месяцев западные дипломаты уговаривали своих грузинских партнеров прийти к согласию. Теперь им опять нужно делать эту работу, но, похоже, сейчас это будет труднее.

Маловероятно, что политическая ситуация в Грузии в среднесрочной перспективе стабилизируется. Для России это означает, что ожидать каких-либо сдвигов на грузинском направлении пока не стоит. Сама риторика грузинских политиков, которые постоянно обвиняют друг друга в работе на Москву, препятствует какому бы то ни было политическому диалогу. Да и самим выдвигать какие-либо публичные инициативы вряд ли уместно: такой пас в Грузии принять некому. Видимо, наиболее разумным было бы ждать, пока политическая чехарда сменится более или менее устойчивым порядком. И, конечно, не мешать Западу пожинать плоды его ошибок в Грузии и совершать новые.

Давид Сухиашвили объясняет, почему политический кризис в Грузии стал постоянным.
https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/analytics/pochemu-politicheskiy-krizis-v-gruzii-stal-postoyannym/

🇷🇺🇮🇹 Введенные ограничительные меры продемонстрировали, что даже относительно небольшое снижение антропогенного воздействия на окружающую среду приводит к быстрым и положительным последствиям. Другими словами, феномен быстрого самоочищения природы на фоне снижения антропогенной нагрузки представил трудноопровержимые доказательства для эконегативистов. В «мире после пандемии» формируется новый императив развития — борьба с климатическими изменениями (так называемая экологическая этика), при этом «зеленый» курс становится также и парадигмой развития, то есть условием экономического роста.

На глобальном уровне уже сложился международный климатический режим как система межправительственных институтов по борьбе с климатическими изменениями при главенствующей роли ООН. Однако, несмотря на наличие «зеленого» консенсуса и признания борьбы с изменением климата как общего вызова и ценности, реализация целей Парижского соглашения на национальном уровне происходит по-разному. Это приводит к формированию так называемых мезоуровней глобального климатического режима. Другими словами, формируются кластеры (группы стран), которые по-разному видят борьбу с глобальным потеплением, а борьба с климатическими изменениями не означает автоматически декарбонизацию.

В новой статье на сайте РСМД Елена Маслова рассматривает российскую и итальянскую позиции по борьбе с изменением климата, а также потенциал сотрудничества двух стран.

https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/analytics/zelenyy-dialog-rossiya-italiya-potentsial-dlya-razvitiya-/

🇺🇸🧐🇨🇳 На недавней встрече с руководством американского разведывательного сообщества президент Джо Байден призывал своих собеседников удвоить усилия в их поисках истинных источников возникновения коронавируса. Само по себе желание американского лидера докопаться до истины можно только приветствовать — все мы хотели бы большей ясности в этом важнейшем вопросе, где спустя уже почти два года после первых случаях заражений COVID-19 остается немало очевидных белых пятен. Чем больше мы будем знать о генезисе коронавируса, тем легче будет с ним бороться. Правда, не совсем понятно, почему на американскую разведку возлагается задача, которую было бы логичнее передать международному медицинскому сообществу экспертов и профильным многосторонним организациям типа ВОЗ.

Закрадывается подозрение, что настоящая цель Джо Байдена состоит в том, чтобы найти убедительные данные, позволяющие связать распространение коронавируса со злонамеренными действиями или, по крайней мере, с непростительной халатностью со стороны китайских властей. Иными словами, цель состоит в том, чтобы перейти в решительное контрнаступление на американо-китайском фронте информационной войны. Если дела обстоят действительно так, то это вызывает сожаление.

Никто не стал бы упрекать администрацию Байдена за ее стремление возродить привлекательность «американской модели» и восстановить американское лидерство в международных делах. Мир в целом нуждается как в первом, так и во втором. Однако, если администрация намерена добиваться этих целей преимущественно в формате активизации информационной войны с Пекином, то она преследует ложную повестку дня. Ни к чему хорошему эти действия не приведут — ни для США, ни для остального мира.

Андрей Кортунов об особой ответственности США за состояние международного сотрудничества в вопросах противодействия коронавирусу.
https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/analytics/ssha-i-covid-lozhnaya-povestka/

🇨🇳 ₿ мае–июне 2021 г. под предлогом обеспечения финансовой стабильности власти Китая ввели запрет на добычу биткоинов и других криптоактивов в таких крупнейших китайских добывающих центрах, как Внутренняя Монголия, Сычуань, Синьцзян и Юньнань.

Стремление властей Китая ограничить активность в сфере добычи криптовалют вызвано опасениями нарушения работы национальной платежной системы в период проведения эксперимента по внедрению в китайскую экономику цифрового юаня.

До сих пор ни одной стране не удавалось удержать лидерство в мировой экономике без получения контроля над международными финансами. Поскольку в мировой финансовой системе позиции доллара и евро остаются незыблемыми (доля юаня в структуре международных валютных резервов к концу 2020 г. возросла лишь до 2,3%. Доля евро составляет 21,2%, доллара — 59%), насущная задача КНР состоит в занятии ведущих позиций в финансовых системах азиатского региона. Успешный запуск цифрового юаня в рамках национальной экономики может в дальнейшем расширить сферу его использования, например, для обслуживания транзакций в рамках Инициативы пояса и пути. Однако в случае провала цифрового эксперимента интерес инвесторов к китайской экономике может быть ослаблен, что пошатнет репутацию Китая как экономической, финансовой и технологической сверхдержавы. Логично допустить, что именно эти умозаключения и являются основной причиной введения текущего запрета на добычу криптовалют в Китае.

Две другие причины, поясняющие вмешательство регуляторов в деятельность китайских криптомайнеров, — необходимость проведения борьбы с отмыванием незаконных доходов и предотвращение нанесения экологического ущерба обществу (рост спроса на уголь, вызванный добычей криптовалют, побудил некоторых производителей без официального разрешения перезапустить бездействующие шахты).

Алексей Кузнецов анализирует мотивы китайских властей в их борьбе с криптовалютами.

https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/analytics/kriptorynok-kitaya-tsifrovoy-yuan-kak-alternativa-chastnym-kriptovalyutam/