🦾 Проблема технологического суверенитета приобретает для многих государств первостепенное значение. Однако до сих пор нет общего понимания сущности данного феномена, что неизбежно отражается на эффективности стратегий по его реализации. Какова концептуальная основа технологического суверенитета и где пролегают его фактические пределы? Что должно стоять в приоритете технологической политики государства — разработка или производство? Кто выигрывает по уровню технологического суверенитета — США или Китай? Почему отказ от международной кооперации несет реальную опасность технологическому суверенитету?

Об этих и многих других проблемах мы побеседовали с Иваном Покровским, исполнительным директором Ассоциации российских разработчиков и производителей электроники (АРПЭ) @arperf. Беседовала Анастасия Толстухина.

С чего начинается технологический суверенитет?

Уровень технологического суверенитета определяется цепочкой создания конечного продукта. Разработка конечного продукта — это первый шаг к технологическому суверенитету. И такая разработка должна осуществляться на территории страны. Разработчик конечного продукта выбирает всех участников кооперации, которых он подключает к созданию и производству продукта. Принимая решение о том, что разработка будет происходить в России, мы будем сами определять выбор партнеров по кооперации, по технологиям, которые будем использовать, и т.д. Если этого не сделать, то какие бы замечательные технологии мы ни создавали, занимая отдельные ниши в цепочке поставок, они не продвинут нас в вопросе технического суверенитета, потому что цепочка принятия решений будет начинаться из-за рубежа.

Почему локализация — это увеличение технологической зависимости?

Когда, например, корейский производитель телевизоров переносит свое производство из других стран в Россию, он своей разработкой занимает российский рынок, а своим производством — рынок труда. Таким образом, он дважды ограничивает российских предпринимателей в развитии. Он занимает рынок и отнимает трудовой ресурс, который у нас в стране дефицитный. Мало того, он еще и вместе с рынком снижает инвестиционную привлекательность российских проектов, которые могли бы в этом направлении работать.

Международная кооперация и технологический суверенитет.

Подход, который предполагает отказ от международной кооперации, несет реальную опасность технологическому суверенитету, ограничивает возможности для принятия собственных решений, поскольку ограничение устанавливает не зависимость от зарубежных партнеров, а недостаток собственных ресурсов, чтобы провести ту или иную политику, реализовать то или иное техническое решение. Ограничения собственных ресурсов могут быть гораздо более серьезными, чем ограничения, которые накладывает кооперация с зарубежными партнерами, какими бы сложными отношения с ними не были.

🔗 https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/interview/razrabotka-konechnogo-produkta-pervyy-shag-k-tekhnologicheskomu-suverenitetu/

🇺🇸 Трампа может спасти только быстрое урегулирование украинского кризиса — считает Вениамин Попов, Чрезвычайный и Полномочный Посол России.

Процесс размежевания между Белым Домом и глобалистами принимает все более отчетливые формы: различия в подходах проявляются все более ощутимо. Противники Трампа в демократической партии заметно наращивают критику его действий как внутри страны, так и на международной арене. Американо-израильская агрессия против Ирана, начавшаяся 28 февраля 2026 г., явно не одобряется в американском обществе — даже соратники Трампа по движению МАГА начинают все больше дистанцироваться от главы Белого Дома. Что же касается европейских лидеров, то их осторожные попытки убедить американского лидера вернуться в лоно трансатлантической солидарности сменились позицией жесткого неприятия деятельности Трампа в отношении НАТО, главным образом войны в Персидском заливе...

Д. Трамп чувствует себя во все большей изоляции — его надежды на то, что празднование его 80-летия 14 июня и 250-летие создания США 4 июля сольются в одно сплошное чествование его «выдающихся» заслуг, тают на глазах по мере приближения юбилеев. По существу, ему нечего сказать американцам о своих «замечательных достижениях». Разумеется, это весьма огорчает его коллег по республиканской партии, которые осознают, что на промежуточных выборах 3 ноября их ждет неудача.

https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/analytics/protivniki-trampa-vnutri-ameriki-obedinyayutsya-s-liberalnymi-globalistami-evropy/

📌 На 60-м заседании Президиума Российского совета по международным делам были приняты новые члены РСМД. Подробная информация — в канале РСМД в МАКС.

🪖🌐 Войны XXI века многолики и многомерны. И в прошлом физическое поле боя — театр военных действий — никогда не было единственным измерением военного конфликта, но сейчас количественный рост таких измерений приобрел новое качество. Экономика и финансы; технологии и ресурсы; информация и психология; киберпространство и космос — вот далеко не полный список «полей войны».

В целом динамика изменений в международной системе свидетельствует, что «объем мира» убывает, а «поле войны», напротив, расширяется. Угрозы войны для России разнообразны, но их общий характер на обозримую перспективу очевиден. Они представляют собой прямую или опосредованную борьбу против попыток стран Запада ослабить и, если удастся, разрушить Россию.

Дмитрий Тренин в статье для @ru_global анализирует облик и характер войн новой эпохи.
https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/analytics/oblik-i-kharakter-voyn-novoy-epokhi/

🇦🇺⚔️💵 Австралия продолжает адаптироваться к стремительно меняющейся стратегической обстановке, извлекая уроки из событий на Украине и Ближнем Востоке. На фоне большинства союзников США по НАТО Австралия может превратиться в серьезную военную силу.

16 апреля 2026 г. министр обороны и вице-премьер Австралии Ричард Марлз представил один из важнейших документов австралийского стратегического планирования — вторую по счету Стратегию национальной обороны (СНО), дополненную Комплексной инвестиционной программой.

Центральная тема документа — рост оборонных расходов и инвестиций в австралийский ВПК. Выступая в Национальном пресс-клубе, Р. Марлз заявил, что «Австралия сталкивается с самыми сложными и угрожающими стратегическими обстоятельствами со времен окончания Второй мировой войны» и что «сейчас мы наблюдаем самый большой рост расходов на оборону в мирное время в истории страны». Было объявлено об увеличении расходов на оборону до 3% ВВП к 2033 г., что технически отвечает требованиям администрации Д. Трампа к союзникам США.

Однако один из главных вопросов — как анонсированные изменения решат фундаментальную проблему Министерства обороны: попытка одновременно финансировать AUKUS и Сил обороны Австралии при бюджете менее 3% ВВП — пока не снят с повестки.

Дмитрий Кочегуров, с.н.с. Института США и Канады РАН им. Г.А. Арбатова @ISKRANnews, анализирует новую Стратегию национальной обороны Австралии.
https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/analytics/avstraliya-mozhet-prevratitsya-v-sereznuyu-voennuyu-silu/

🔖⚔️ Западные страны уже многое вложили в конфликт на Украине, экономическое развитие многих из европейских стран во многом обеспечивается именно украинским конфликтом. Поэтому весьма вероятно, что процессы углубления координации в рамках «Коалиции желающих» продолжатся, формируя экзистенциальную угрозу российским интересам.

Состав коалиции неоднороден. Опираясь на отношение стран к возможной отправке на Украину так называемых «многонациональных сил», их можно разделить на четыре категории: готовые и способные направить свой военный контингент; готовые, но неспособные это сделать; неготовые и открыто заявляющие об этом; колеблющиеся.

Для России особенно важно следить за изменениями внутриполитического ландшафта стран, отнесенных к третьей и четвертой группам («неготовые» и «колеблющиеся»). В совокупности эти две группы составляют большинство участников коалиции, и среди них есть такие крупные государства, как Германия, Польша, Италия и Япония. Изменение внешнеполитических предпочтений этих стран может существенно повлиять на позицию и уровень решимости всей коалиции.

Магистранты МГИМО МИД России Тимофей Зинько и Дарья Кожевникова в дебютном материале на сайте РСМД представили результаты исследования формирования и развития «Коалиции желающих» по оказанию помощи Украине.
https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/columns/sandbox/koalitsiya-zhelayushchikh-po-okazaniyu-pomoshchi-ukraine/

🎙🎦🍔🇺🇸 Настоящая «мягкая сила» с Максимом Сучковым!

В новом выпуске подкастов мы снова говорим о США — Максим Сучков @postamerica, директор @imi_mgimo, рассказывает о государстве, обществе и культурных кодах Соединенных Штатов. Уже по традиции выпускаем тизер будущего выпуска, в котором эксперт совершает тяжелый выбор главного внешнего символа США.

🇦🇲 Пока в Армении не появится третья сила, которая могла бы собрать воедино в себя только плюсы для армянского народа, по всей видимости, шансы Никола Пашиняна находиться у власти высоки. Да, авторитет Самвела Карапетяна для широких кругов армянского общества непререкаем. Поэтому какие-то риски для действующего премьера есть. Но, учитывая проблемы в оппозиции и усталость армянского общества, а также содействие ЕС Пашиняну на выборах, это все повышает шансы действующего премьера удержать власть.

Оппозиция в Армении так и не смогла за годы пребывания Пашиняна у власти консолидироваться и выступить единым фронтом. И это делает оппозицию слабее. Все-таки восемь лет — это немалый срок, за этот период, если бы внутри оппозиции не было проблем с пониманием, а также если бы большинство населения поддерживало подходы оппозиционных сил, наверняка бы эти силы уже сместили действующего премьера. Но этого не произошло. Дело в том, что разительно нового со своей стороны оппозиция не предлагает. Все, что она предлагает — вернуться к старым политическим нарративам, которые содержат много радикальных элементов, что едва ли можно назвать позитивным для настоящего и будущего армянского общества: это отрицание возможности мира и искусственное создание образа врага в лице Азербайджана и Турции, постоянное поднимание темы Карабаха в неконструктивном русле. И это является слабым фактором в занятой оппозицией линии. Потому что непринятие движения Армении к миру будет означать одно: войну.

Стремление Пашиняна максимально сблизить Армению с ЕС, как и, собственно, для ЕС намерение приблизить к себе Армению — это чисто политический момент. На практике — это совершенное далекая история. Здесь далеко все — и географический фактор, и экономический и т.д. Все, что транслирует ЕС в отношении Армении: как они уважают ее евроустремления, как они готовы помогать, все подписываемые документы о стратегическом партнерстве со странами Запада — по большому счету не более чем красивая обертка. По факту все это будет использоваться исключительно против России. Но не в пользу самой Республики Армения.

Вместе с тем любой силе в Армении стоит осознавать, что хорошие отношения с Россией — это залог безопасности. То, что мы сейчас наблюдаем в заявлениях, действиях Пашиняна, свидетельствует о том, что в Ереване не хотели бы полного разрыва с РФ, поскольку понимают, что это сулит проблемами для республики – в сфере экономики и безопасности. Поэтому армянский премьер и в случае победы на выборах будет стараться максимально долго получать экономическую выгоду от сотрудничества с РФ. Насколько это возможно на практике — это уже отдельный вопрос.

Милан Лазович для @moscowbakuru комментирует внутриполитическую ситуацию в Армении за месяц до парламентских выборов.

https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/columns/postsoviet/armeniya-na-finishnoy-predvybornoy-pryamoy/

📌🇷🇺🌎 20 мая РСМД совместно с Центром по интеграции и сотрудничеству России и Латинской Америки (CICRAL @CICRALglobal) проводят конференцию на тему «Россия — Латинская Америка: сотрудничество для создания устойчивых энергетических систем».

На полях конференции пройдут три тематические сессии, посвященные отдельным секторам энергетического диалога.

⚛️ Первая сессия затронет вопросы атомной энергетики как источника чистой энергии для растущей экономики: участники обсудят строительство АЭС большой и малой мощности, подготовку кадров для атомной отрасли латиноамериканских стран, а также ядерные решения для медицины и сельского хозяйства.

🛢 Вторая сессия будет посвящена нефтегазовому комплексу — от геологоразведки до логистики, включая совместные проекты геологоразведки, потенциал сотрудничества для различных регионов и условий добычи, а также создание логистических цепочек и танкерного флота.

🌿 Третья сессия коснется возобновляемых источников энергии и водорода: совместных проектов в области гидро-, ветровой и солнечной энергетики, потенциала производства «зеленого» водорода, а также гибридных энергетических систем на возобновляемых источниках энергии.

В списке участников: Иван Тимофеев @sanctionsrisk, генеральный директор РСМД; Эстебан Перие, президент CICRAL; Дмитрий Белов, заместитель директора Латиноамериканского департамента МИД России @MID_Russia; Эдуардо Вильегас Мехиас, Чрезвычайный и Полномочный Посол Мексики в России; Хорхе Игнасио Сорро Санчес, Чрезвычайный и Полномочный Посол Республики Колумбия в России; Сергей Брилев @sergiobrilev, президент Ассоциации «Глобальная энергия»; Дмитрий Розенталь, директор ИЛА РАН @ila_ran; Илья Платонов, директор Департамента маркетинга «Росатом Международная сеть» @rosatomru; Игорь Макаров @igor_a_makarov, директор Института экономики природных ресурсов и изменения климата НИУ ВШЭ; Джулиан Марко Барбоса Шорто, менеджер по исследованиям, разработкам и инновациям центра ядерной инженерии IPEN и др.

✅ Для дистанционного участия открыта регистрация.
https://russiancouncil.ru/news/v-rsmd-sostoitsya-mezhdunarodnaya-konferentsiya-rossiya-latinskaya-amerika-sotrudnichestvo-dlya-sozd/

С Днем Победы!

Сохраняя память о великой Победе и ужасах войны, Россия не имеет права забыть уроки прошлых сражений - иначе мы рискуем проиграть борьбу за то, что будет после нас.

Фото Бориса Кудоярова / РИА Новости

🇷🇺🇨🇳🇺🇸 Дмитрий Тренин: действовать порознь на американском направлении, не говоря уже о конкурировании между собой, — и для Москвы, и для Пекина означает действовать в ущерб себе.

С точки зрения мировой дипломатии, руководство Китая находится сейчас в блестящей позиции. На этой неделе председатель КНР Си Цзиньпин принимает в Пекине президента США Д. Трампа, а несколько дней спустя там же состоятся его переговоры с президентом России В.В. Путиным. Высокие гости не пересекутся в китайской столице: встреча новой «большой тройки» пока не планируется. До закрепления нового мироустройства еще очень далеко. Беседы в Пекине, однако, приковывают внимание всего мира.

Глобальное геополитическое контрнаступление США в значительной степени нацелено на ограничение доступа Китая к энергоресурсам, разрыв логистических цепочек КНР и лишение ее потенциальных геополитических плацдармов. Поведение союзников США свидетельствует, что в решающий момент геополитические соображения берут у них верх над трезвыми геоэкономическими расчетами. Геополитика в условиях кризиса побеждает геоэкономику.

Нужно хорошо понимать, что надежды на то, что по стратегическим вопросам будущего миропорядка Москве и Пекину можно договориться с Вашингтоном, выторговав у него для себя какие-то специальные привилегии, невозможно. Действовать порознь на американском направлении, не говоря уже о конкурировании между собой, — и для Москвы, и для Пекина означает действовать в ущерб себе.

Визит Трампа в Пекин вряд ли станет историческим по своим итогам. Возможности Трампа содействовать установлению прочного мира на Украине стремительно убывают. Вероятный исход ноябрьских промежуточных выборов в США открывает перспективу политической нейтрализации действующего американского президента и — в любом случае — начала борьбы за Белый дом. В таких условиях шансы на стратегическое соглашение с Америкой стоит признать минимальными.

Визит Путина, напротив, может придать российско-китайскому стратегическому партнерству гораздо более высокое качество коалиции за миропорядок. «Треугольник» Вашингтон — Москва — Пекин, который задумывался Генри Киссинджером для того, чтобы совместно с Пекином «сдерживать» Москву, а затем — уже после окончания Холодной войны — рассматривался некоторыми стратегами в США уже как инструмент «сдерживания» Пекина с помощью Москвы, может стать ключевым фактором формирования нового равновесного миропорядка.

Президент РСМД о важности и возможных результатах визитов Д. Трампа и В. Путина в КНР.
https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/analytics/geometriya-geopolitiki/

📌🇷🇺🇨🇳🎓 22 мая РСМД совместно с @urfu_ru проводят экспертный семинар на тему «Перспективы развития межвузовского сотрудничества России и Китая и международного маркетинга российского высшего образования».

В рамках дискуссии ведущие эксперты и практики из университетской среды поделятся своим видением текущего состояния межвузовских связей России и Китая, перспектив развития образовательного сотрудничества, наиболее актуальных и востребованных форм такого сотрудничества, имеющихся ограничений и возможностей для реализации новых инициатив.

Отдельная сессия будет посвящена стратегиям российских университетов в цифровом пространстве Китая, наиболее эффективным каналам, форматам и инструментам продвижения. С учетом анализа потребностей китайских студентов в той или иной информации на разных этапах контакта будут даны рекомендации по адаптации сайтов российских университетов под потребности иностранных поступающих. Кроме того, новым элементом дискуссии в цикле мероприятий по электронной интернационализации российских университетов станет осмысление того, как широкое распространение технологий ИИ уже влияет и будет влиять на маркетинг вузов.

Представители УрФУ, Политеха, ДВФУ и др. поделятся своим опытом продвижения в цифровой среде Китая.

Формат мероприятия гибридный: г. Екатеринбург, ул. Мира 19 (УрФУ) / онлайн-платформа.

Дата и время: 22 мая 2026 г., 10:00 по Екб (8:00 по московскому времени).

Для дистанционного формата участия необходимо пройти регистрацию.

https://russiancouncil.ru/news/ekspertnyy-seminar-rsmd-i-urfu-perspektivy-razvitiya-mezhvuzovskogo-sotrudnichestva-rossii-i-kitaya-/

🇮🇳🌐 Перспективы цифрового сотрудничества в БРИКС будут зависеть от того, смогут ли страны объединения перейти от обсуждения общих принципов к работающим механизмам взаимодействия, пусть даже в ограниченном виде. Цифровая общественная инфраструктура (Digital Public Infrastructure, DPI) как раз выглядит одной из немногих областей, где такой сдвиг возможен. Наиболее реалистичным направлением выглядят системы трансграничных расчетов и отдельные элементы цифровой общественной инфраструктуры. Например, развитие может пойти в рамках механизмов расчетов в национальных валютах, совместимости сервисов цифровой идентификации и обмена данными. Именно в этих сферах имеется запрос со стороны государств объединения и бизнеса.

Ольга Харина, руководитель Сектора исследований Южной Азии Института Китая и современной Азии РАН @asiatica_ru, рассказывает об индийском подходе в цифровой повестке БРИКС.

https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/analytics/ot-servisov-k-arkhitekture-indiyskiy-podkhod-v-tsifrovoy-povestke-briks/

🇮🇳🌐 Кризис капиталистического общества вынуждает страны глобального Юга искать пути изменений, благодаря которым будут решены социальные противоречия, накопившиеся за годы колониализма, глобализации и универсализации.

БРИКС способна предложить миру варианты развития будущего, используя синергетический эффект: опыт России по практической реализации социального государства, опыт Индии по работе с маргинальными слоями населения через сообщества в условиях кастового общества, опыт Китая по гармоничному сочетанию государственно-плановой экономики и капиталистических инструментов.

При этом запрос на социальное государство и социальную справедливость в условиях турбулентности особенно актуален не только в странах глобального Юга, но и у молодежи Запада. Возникают риски формального и без обязательств декларирования новых практик. Во избежание этого перед академическим сообществом БРИКС возникает необходимость по выработке четких критериев/индикаторов социальных изменений, чтобы они не остались декларативными, а принесли реальные результаты странам БРИКС и всему миру.

В 2026 г. право председательства в БРИКС передано Республике Индия, и перед Нью-Дели стоит задача дать членам БРИКС свой ответ на проблему реализации человеко-ориентированного подхода в политике.

Доцент кафедры зарубежного регионоведения УрФУ Анна Курумчина о гуманитарном аспекте индийского председательства в БРИКС.
https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/columns/humanitarianpolicy/o-gumanitarnom-aspekte-indiyskogo-predsedatelstva-v-briks-v-2026-godu/

⚗️🌐🐁 Идея прогресса долгое время оставалась центральной для самых разных политических доктрин. Изначально идея прогресса легла в основу либеральной теории, а затем была подхвачена и существенно переработана социалистической теорией. Либерализм и социализм предложили два разных взгляда на прогресс, но сама его ценность — основа обеих доктрин. Даже консерватизм, отрицая идею бесконечной социальной инженерии, был вынужден работать с идеей прогресса: концепции осторожного и эволюционного прогресса родились именно в консервативной парадигме.

С окончанием холодной войны, казалось бы, ушла в прошлое и тематика прогресса. В гонке двух идей прогресса вроде победила условно либеральная версия. Столкновение двух модернистских идеологий заменилось постмодернистскими симуляциями. Либералы, социалисты, консерваторы становились информационными фантомами ушедшей эпохи.

Сегодня ситуация меняется. Идея прогресса ощутимо проявляется себя. Ее пока сложно уместить в готовые идеологические и политико-философские продукты. Но она ясно читается в нескольких ключевых политических проектах современности.

Трамп хотел бы сохранить для Америки ключи от прогресса и быть единственным, у кого они есть. Смысл доктрины Си: нельзя развиваться за счёт Китая – развиваться можно вместе с Китаем. Доктрина Путина – это «крепость Россия» без претензий на глобальные проекты, но со своими ключами от будущего.

Все эти модели не снимают проблемы прогресса для человека. Отчуждение лишь нарастает. ИИ и цифровизация позволяют «отжимать» человека в беспрецедентной степени. Его личная свобода и автономия сужаются все больше. Демографические тенденции в развивающихся странах сближаются с западными там, где достигаются западные стандарты социального прогресса. То есть они тоже приближаются к ловушке «мышиного рая» Кэлхуна. Пока нет ни одной новой доктрины, которая предлагала бы системные решения. И если в XIX веке проблему отчуждения системно поднял марксизм, то сегодня ниша остается свободной.

Иван Тимофеев @sanctionsrisk для @valdaiclub размышляет о доктринах прогресса, предлагаемых сегодня ведущими мировыми державами.
https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/analytics/doktriny-progressa-tramp-si-putin-modi/

🌏 Американо-китайское противостояние сегодня является структурным стержнем, определяющим всю архитектуру безопасности в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Для АСЕАН это противостояние преломляется через глубокий институциональный и экзистенциальный кризис.

На горизонте 5–10 лет возможны следующие сценарии:

🔹 Сценарий «Блоковая фрагментация» (вероятность — высокая): АСЕАН утрачивает единство, превращаясь в арену прокси-конфликтов. Экономика региона стагнирует из-за тарифных войн и санкций. Усиление присутствия AUKUS и подобных структур приводит к расколу АСЕАН на прозападный и прокитайский лагеря. Центральность АСЕАН де-факто исчезает, регион становится ареной постоянных военных инцидентов. Россия сохраняет точечное партнерство с отдельными странами (Вьетнам, Мьянма, Лаос).

🔹 Сценарий «Вооруженный нейтралитет» (вероятность — средняя): страны АСЕАН успешно консолидируются как «третья сила». АРФ трансформируется в жесткий механизм медиации. Регион сохраняет суверенитет, но ценой огромных расходов на оборону и постоянного маневрирования между центрами силы.

🔹 «Инклюзивная ревитализация»: АСЕАН удается трансформировать АРФ в действенный инструмент превентивной дипломатии. Россия и Китай успешно блокируют создание закрытых блоков, а региональные споры (ЮКМ, Мьянма, Таиланд — Камбоджа) переходят в фазу институционализированного диалога. Россия выступает как «балансир», обеспечивая технологический и энергетический суверенитет региона.

🔹Сценарий «Евразийский синтез» (оптимальный для РФ): постепенная интеграция АСЕАН в широкую архитектуру евразийской неделимой безопасности. Происходит смычка АСЕАН с БРИКС и ШОС; формирование новых логистических и финансовых хабов, независимых от западной инфраструктуры, превращает Юго-Восточную Азию в «тихую гавань» многополярного мира.

Георгий Толорая в преддверии пятого саммита Россия — АСЕАН анализирует положение и роль стран ЮВА в условиях глобального геополитического перелома.
https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/analytics/serdtsevinnaya-aziya-v-epitsentre-kak-rossii-i-asean-sokhranit-inklyuzivnyy-poryadok-v-atr/

🇺🇸🇨🇳🇮🇷 Трамп прилетел в КНР в достаточно необычном для себя положении — возможно, впервые ему приходится совершать официальный визит в «недружественную» страну скорее с просьбой, нежели с требованиями.

В некотором смысле Пекин уже намекнул Вашингтону на то, что встреча может стать для Трампа спасительным кругом на Ближнем Востоке, — незадолго до майского визита президента США в Китай прибыл министр иностранных дел Ирана Аббас Арагчи для обсуждения кризиса в регионе. Вероятно, поездка была назначена на такое время, помимо прочего, еще и для того, чтобы прозрачно намекнуть Трампу на то, что Пекин имеет не только желание, но и фактическую возможность протянуть ему руку помощи. Кроме того, в Белом доме прекрасно понимают, что хотя экономика Китая пока что относительно стойко переносит закрытие Ормузского пролива благодаря своим нефтяным резервам и диверсификации импорта энергоресурсов, в средне- и долгосрочной перспективе эффект от закрытия главной нефтяной артерии мира начнет чувствовать даже Китай, так что Си Цзиньпин также весьма заинтересован в урегулировании иранского кризиса.

Со своей стороны, Трамп также не может позволить себе уехать из Китая, полностью отдав урегулирование иранского кризиса на откуп Пекину. Потеряв значительную долю своих позиций на Ближнем Востоке в связи с иранской войной, Вашингтон не может допустить дальнейшего укрепления влияния Китая на Исламскую Республику и страны Залива. В условиях нарастающего глобального противостояния между Китаем и США, Трамп не может подарить Си Цзиньпину еще одну дипломатическую победу, так что любое соглашение по поводу Ормузского пролива в Пекине Трамп попытается представить как результат совместных усилий по урегулированию глобальной проблемы.

Таким образом, пространство для конструктивного сотрудничества по иранскому вопросу в известной степени ограничено с обеих сторон. Китай не может и не желает в полной степени удовлетворить требования США в иранском контексте, а Вашингтон не может позволить показать себя неспособным закончить собственную войну без деятельного участия Пекина.

Петр Кортунов комментирует иранский контекст встречи Трампа и Си в Пекине.
https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/columns/riacdigest/vizit-trampa-v-kitay-s-avianostsa-na-pekinskiy-bal/

Мировые СМИ трубят о визите президента США Д. Трампа в КНР. Мы, разумеется, тоже добавим музыки, сыграв на санкционной арфе.

О санкциях в контексте визита официально почти не говорят. Однако у обоих лидеров на столе они лежат. Пусть и прикрытые свежим выпуском 人民日报 у хозяина и WSJ у гостя.

Санкционный маховик против КНР начал раскручиваться еще в первый срок Трампа. Тогда президент США проводил ярко антикитайскую линию. Была развернута заметная кампания экспортного контроля, вводились ограничения против китайских телекомов, раскручивалась правочеловеческая тема в связи с Гонконгом, Синьцзяном и Тибетом. Одновременно против китайских компаний вводились вторичные санкции за работу с Северной Кореей и Ираном.

При Байдене этот курс стал риторически мягче. Но практически тем же. К нему добавились достаточно массовые вторичные санкции против китайских компаний (почти все они были небольшими) в связи с работой на российском направлении.

Во второй срок Трампа последовала новая атака в виде торговой войны. Но в КНР к такому готовились. Там разработали свои правовые механизмы односторонних санкций и стали их применять против американских фирм. В основном оборонных. Не сказать, чтобы это что-то решало. Но сигнал посылало. В ответ на американские угрозы китайцы ударили экспортным контролем на редкоземельные металлы и встречными тарифами. КНР оказалась единственной страной, которая пошла на пропорциональные ответы американцам. И ситуация стала разряжаться. Надо отдать должное китайским фирмам. Они со своей стороны проявляли высокую гибкость и на рожон не лезли. Комплаенс изучали прилежно, хотя и чисто в прагматичных целях.

Американский бизнес от санкционных перестрелок был не в восторге. Связи с Китаем нарабатывались десятилетиями. И потерять рынок из-за политики мало кто хотел. В Китае тоже не спешат рвать с США. Там многого добились в технологиях и промышленности. Но по ряду направлений еще отстают. И хотя учиться, перенимать опыт или, хотя бы, о нем знать. Поэтому и занавес опускать не хотят. Представительство американских компаний в делегации Трампа впечатляет.

Сейчас Д. Трамп в ситуации, когда политическая полезность санкций в отношениях с КНР существенно ограничена возможностями китайского ответа и привлекательностью рынка. А Китай в ситуации, когда ответить он при необходимости может, но первым стрелять не будет. Слишком дорого. И слишком много можно узнать и получить за океаном.

В сухом остатке - многополярность в ее идеальном изводе. Два до зубов вооруженных джентельмена мило улыбаются друг другу, жмут руки, желают здоровья и счастья.

Выводы для нас: (1) Китай хочет контролировать конкуренцию с США сам; Пекин заинтересован в российском надежном тыле. Но не втягивается в наши непростые отношения с Западом. С ЕС, напомним, Китай тоже выстраивает свою линию. (2) Политическое соперничество пока не отменяет торговли. Но торговля не снимает политических проблем. Как мы знаем, политика может сожрать экономику. Но это пока не случай США и КНР. Скорее случай России и ЕС. Посмотрим как будет дальше.

Из архива. Анализ санкций США против КНР и ответных мер.

https://journals.rudn.ru/international-relations/article/view/46269?ysclid=mp5cjskfgl523731979

🇷🇺🛥🇮🇳 Спустя несколько лет обсуждений в 2026 г. вступило в силу Соглашение между Россией и Индией о порядке направления воинских формирований, военных кораблей и военных воздушных судов (Agreement on Reciprocal Logistics Support, RELOS). С одной стороны, этот документ носит сугубо технический характер, а с другой, демонстрирует последовательность в развитии военно-технического сотрудничества между Россией и Индией. Для России и Индии основная ценность соглашения заключается прежде всего в том, что оно сокращает объем бюрократических процедур и время на подготовку совместных действий.

Соглашение с Россией о взаимном обмене логистическими услугами для Индии не первое в своем роде. На текущий момент Индией уже подписаны аналогичные документы со странами — участницами QUAD, а также с Францией, Южной Кореей и Сингапуром. Подписание подобного документа с Россией становится логичным продолжением индийской стратегии прагматичного баланса между сохранением стратегической автономии и наращиванием оперативных возможностей собственного флота. Индия закрепляет за собой свободу маневра, получая доступ к инфраструктуре как западных, так и незападных партнеров, не подрывая при этом ни с кем отношений.

Подписание документа свидетельствует о продолжении движения двух стран к полноценному и более экосистемному взаимодействию, где взаимный доступ к инфраструктуре становится логичным продолжением предыдущих договоренностей. Более того, факт подписания RELOS на фоне уже заключенных соглашений с США и другими странами демонстрирует, что для Индии российское направление представляет стратегическую важность, что необходимо закреплять соответствующими документами.

Учитывая высокий уровень российско-индийского военно-технического сотрудничества, а также опыт Индии по углублению взаимодействия с США, можно предположить, что в будущем Россия и Индия также подпишут ряд более узкоспециализированных документов в военной сфере.

Артур Махлаюк объясняет значение соглашения России и Индии о военной логистике.

https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/analytics/khozhdenie-za-tri-morya-stalo-proshche-znachenie-soglasheniya-rossii-i-indii-o-voennoy-logistike/