Сословия Российской Федерации

По мнению социолога С. Кордонского, социальная структура российского общества состоит из сословий.

Ключевое отличие класса от сословий в том, что сословия создаются государством, которое выделяет им ресурсы для нейтрализации угроз.

Чем страшнее угроза - тем больше выделяется ресурсов.

Есть угроза НАТО? - нужно сословие военнослужащих.
Есть угроза социальной справедливости? - нужно сословие государственных служащих.
Угроза бунтов? - нужно, сословие Росгвардии.

При этом, угрозы выдуманные, потому что заинтересованные сословия конструируют угрозу между реальным и статистическим, чтобы получить бюджетные средства.

Из-за сословного характера общества в стране не существует экономики.
Только промыслы.

Потому что промысел — это
всегда совокупность отношений с местной властью, с региональной властью, с населением, с теми, кто обслуживается.

Наша реальность — это ответ на усилия государства

У нас сформировались две нормативные системы.

Одна официальная, опирающаяся на закон, и другая, построенная по понятиям.

Они существуют в одном и том же пространстве, в одних и тех же людях.
Люди раздвоены: они живут по понятиям, но интерпретируют поведение окружающих в терминах закона.
И с их точки зрения получается, что все нарушают закон.

Эта реальность возникла как реакция на перманентные модернизирующие усилия государства.

Начиная, вероятно, с петровских времен у нас
сплошная модернизация.
Сталкиваясь с этим, люди пытаются выживать.
Жизнь по понятиям — это жизнь-выживание, жизнь промысловая.

Промысловик — это человек, который сегодня монтирует ЛЭП, завтра копает сортиры, а послезавтра идет на пушной или лесной промысел.

Это не фриланс. Фрилансер ищет работу по специальности, а промысловики осваивают специальности.
А когда появляются конкуренты, они переходят в другие промыслы.

Эта раздвоенность — между законом и понятиями — была всегда.

В советские времена, например, партийная организация решала проблемы не по советскому закону, а по партийной совести, то
есть по понятиям.

Kак на партбюро решались все проблемы, так они до сих пор и решаются, только вместо бюро — то, что мы называем гражданским обществом служивых людей.

Понятие возникает в момент разборки: «Ты ведешь себя не по понятиям».

Если человек действует не по понятиям, то его переводят под закон. Это не анархия. Это очень жесткий порядок — жизнь по понятиям.
Раньше за нарушение понятийных норм стреляли, а сейчас подводят под статью Уголовного кодекса.

При этом, закон у нас не признает сословий и иерархий.
Kто главнее — прокурорские или судейские?
Следственный комитет или гражданские госслужащие?

Ясности нет, поэтому они и иерархизируются естественным образом, причем на каждой территории по-разному.
Где-то прокурорские под чекистами, а где-то — под Следственным комитетом.

Чтобы узнать, кто выше в иерархии, нужно понять, кто кому платит, кто кому оказывает услуги. Kто выплачивает ренту, тот в положении подчиненного сословия, низкостатусного.

И данную проблему невозможно решить из-за отсутствия единого правового поля, которое могло бы учесть интересы всех заинтересованных лиц.

Например, Лесной и Земельный кодексы часто противоречат друг другу.
Чиновник на месте вынужден выбирать между применением того или иного закона. Вот было у нас сельское кладбище, эта земля не муниципальная, а непонятно какая.

На ней вырос лес: и по закону, по кадастру эта территория отнесена к лесному фонду, но людям хоронить-то надо.
Вот вам и общеправовой режим; и так в любом деле.

Эти проблемы нельзя решить по закону, поэтому они решаются по понятиям.

У нас нет общего правового пространства.
Оно разорвано, противоречиво и внутренне конфликтно.

И нужно жить с этим и понимать, как это все устроено.

Государство хочет нам всего хорошего и поэтому ломает уклад жизни каждым своим шагом, каждым новым законодательным актом, а людей принуждают выживать в этой системе, приспосабливаться.
И жить по понятиям — по-другому не выжить.

Интервью с С. Кордонским. 2018-2019

#Россия #Государство #Общество #Народ #Раскол #Кордонский