ОТКРЫВАЕМ АНДОМУ ЗАНОВО!

Известный этнограф Константин Кузьмич Логинов в одной из своих статей, имеющих важное значение для понимания истории и культуры Андомского края отмечал, что упоминания о Юго-Восточном Обонежье практически не встречались на страницах дореволюционной региональной печати

Положение не изменилось и позднее. Например, в серии книг «Дорогами искусства», посвященной Обонежью, его юго-восточной части посвящено несколько строк. «Пустыней» представлялся край и для фольклористов.

Изучение Юго-Восточного Обонежья всегда осложнялось изменчивым административно-территориальным делением: основные архивные материалы по территории сосредоточены в Петрозаводске, при этом с 1930-х годов большая часть края находится в Вологодской области. И ради нескольких «крайних» сельсоветов вологодские исследователи в основном не видели смысла заниматься данной территорией.

Вместе с тем Андомский край (север Вытегорского района Вологодской области и крайний юго-запад Пудожского района Республики Карелии) интересен и, не побоюсь этого слова, уникален своим природным (Великий Андомский водораздел, а также Андомская гора, ставшая одной из «визитных карточек» Вологодской области) и историко-культурным наследием

Благодаря географическим предпосылкам («Великий Андомский водораздел») Андома стала одним из ключевых пунктов на пути из Великого Новгорода к столице Двинской земли – Холмогорам и далее – к Белому морю и Сибири (это отмечал еще опричник Ивана Грозного Генрих фон Штаден)

Не случайно здесь были сосредоточены великие дворы – центры вотчин новгородских феодалов, а в центре Андомы в XVI веке стояли подворья Хутынского, Муромского и Соловецкого монастырей и таможенный двор

Важные транспортные пути контролировались двумя укреплениями – городками (по-вепсски – лидн ‘город’, откуда одинаковые названия Линдручей рядом с деревнями Загородской и Подгородье). Здесь же в Смутное время произошло одно из ключевых сражений на Севере.

Оживленная торговля способствовала богатству местной общины и развитию промыслов. В Андоме была построена одна из самых крупных церквей Карелии, по преданию увенчанная 60 главами. Она, по-видимому, стала одним из предшественников кижской и анхимовской многоглавой церквей. Прообразом утраченного шедевра деревянного зодчества – Кондопожского храма считается местная Саминская церковь. А одна из древнейших деревянных церквей России – Лазаревская также была построена в Андомском погосте («В Андомском погосте монастырь Муромской…»)

Мастеровые традиции андомского края были широко известны за его пределами:

андомские плотники участвовали в строительстве города Архангельска, шлюзов Мариинской системы и черноморского флота в XVIII веке;

андомская глина послужила основой для первого русского фарфора и доменных печей Петрозаводска, а гончарные изделия пользовались популярностью по всей губернии;

андомское домотканое льняное полотно (точиво) издавна закупалось Соловецким и Кирилло-Белозерским монастырями;

в деревне Терово в XVII веке работали оружейные мастера

Расположение на важнейших водоразделах и транспортных путях сделало территорию контактной зоной:

здесь древнерусское население встретилось с вепсским и карельским. В результате произошел языковой и культурный синтез, проявивший, например, в сохранении хозяйственных навыков (полоскание белья коромыслом), кулинарных традиций (кабуши, кюрзи < вепс. кюрз ‘блин’). При этом благодаря неоднократным миграциям вепсский и карельский языки в Юго-Восточном Обонежье сохранялись до первой половины XIX века;

здесь жили старообрядцы и никониане. В андомском сузёмке («тёмном лесу») в XVIII веке располагались деревни Андомского скита, связанного со знаменитой Выговской пустынью. Здесь какое-то время скрывался один из выговских основателей Андрей Денисов. А в андомской Курженской пустыни по преданию проходил старообрядческий Курженский собор.

На берегах реки Андомы прошло детство и юность поэта Николая Клюева, использовавшего в поэзии андомские диалектные слова

Да, Андомский край заслуживает дальнейшего изучения и ждет раскрытия своих тайн!

Возможно, за аббревиатурой MAGA скрывается Make Andoma Great Again

ПОЧЕМУ АНДОМА?

После публикации уважаемого «Севпростора» нескольких статей об Андомском крае (да, они тоже в свое время «угорели» по андомским темам) у читателя возник вопрос:

«Чем вызвана такая мощная просветительская энергия именно к этому самому месту?».

На него можно ответить как с субъективной стороны («у каждого своя Андома» и объяснить, почему она интересна тем, кто с ней соприкоснулся), так и с объективной стороны (почему это интересно и важно для тех, кто здесь не родился, не жил, не приезжал сюда на долгое или короткое время).

А можно ответить с юмором.

В соответствующей литературе описаны «географические» иерусалимский и парижский культуральные синдромы.

Андомский еще не описан (надеюсь, он имеет только положительное воздействие на человека), но название у него уже есть – андомания.

Кстати, так называлась популярная в 1990-е годы игрушка в виде пружинки.

Кстати, жир – производное от жить, также как пир – от пить (вепсский материал будет позже):

Принесла вам милую новость: благодаря манулу Тимофею словарный запас русского языка официально пополнился термином «зажировка»!

Зажировка — это создание у животных жирового запаса, необходимого для выживания в холодное время года во время спячки или при длительном дефиците пищи.

Изначально слово использовалось зоологами и киперами Московского зоопарка в рабочих беседах и рассказах для посетителей о мануле Тимофее. Из постов и пресс-релизов зоопарка слово постепенно перекочевало в лексику журналистов и блогеров, а оттуда — в активный словарь более широкой публики.

Сейчас же термин «зажировка» официально попал в метасловарь русского языка справочно-информационного портала «Грамота.ру». Такой вот вклад котиков в наше словарное богатство!

ЖИР

К глаголу жить восходит жилище, жильё, жúло 'жильё' ( > вепс. žilo 'жильё, селение'), диалектное новгородское и архангельское жилó 'этаж'.

От праславянского глагола *žiti образован и *žir 'то, что нужно для жизни (корм, пропитание, жильё)' с дальнейшим развитием 'достаток, корм, жир'.

Интересно также значение этого слова как места нагула животных:

жиры 'тропинки кабанов в лесах и камышах';

жир (архангельское) 'место кормежки или икрометания у рыб';

в свои жиры 'в излюбленные места кормления зверей' (XVI век).

Значение 'этаж' слово жир приобрело в архангельских, вологодских говорах, говорах Обонежья и Ленинградской области (двужирный = 'двухэтажный' дом).

Отсюда слово попало в вепсский (žir 'этаж', kakśžiruine perť [каксьжируйне перть] 'двухэтажный дом') и коми жыр 'комната'.

От жир в значении 'богатство' образованы староновгородские личные имена Жиробуд ('будь богатым') и Жирослав ('(будь) славен богатством').

---
С использованием Русского этимологического словаря А.Е. Аникина

Онежское озеро в районе устья Вытегры

БОЛЬШОЕ ОНЕГО И ЕЁ ТЁЗКИ

Наша история о названии Онежского озера, которое по-вепсски зовется Änine или Änižjärv (-järv ‘озеро’). Названия больших озер чаще всего невозможно объяснить из данных современных языков, поскольку история их уходит в глубокую древность.

Многочисленные озерные и речные названия южного Обонежья появились еще в довепсское время, когда население этой территории говорило на языке, который принято называть западноуральским – едином предке прибалтийско-финских, саамских и мордовских языков.

Их расшифровка – это всегда сложная задача, решать которую надо с учетом закономерностей и принципов называния. А также пониманием того, что за долгую жизнь топоним, переходя из языка в язык, был вынужден приспосабливаться всякий раз к особенностям каждого из них. Поэтому эта история будет во многом «звуковой», т.е. фонетической.

Иллюстрация:
Закат на Онежском озере (Тудозерская коса)

⬇️

⬆️

Начнем с того, что вряд ли уместно возводить название к финским словам onni ‘счастье’ или ääni ‘звук, голос’, как предлагалось когда-то. Очень уж сложные и вычурные мотивы называния. Надо искать что-то более простое, какой-то характерный признак, отличающий это озеро от других.

Такой признак налицо: Онежское озеро – по-настоящему большое озеро, а размер – универсальная для топонимических систем разных языков и народов особенность, отражающаяся в топониме. Наготове оказывается и древнее финно-угорское слово *еnä ‘большой’, которое в языке довепсских обитателей края, говоривших на языке прасаамского типа, родственном вепсскому, звучало как *äne. Именно это «саамское» слово в сочетании с суффиксом прилагательного и лежит в основе вепсского названия Онежского озера Änine или Äniž(järv). Вепсы, таким образом, получили название в наследство от предшественников, а затем передали его новгородцам, которые появились в Обонежье уже в начале II тысячелетия. Вепсское Äniž- новгородцы усвоили как Онеж-, поскольку в их языке не было соответствующего вепсскому звука.

Онежское озеро – не единственное большое озеро в южном Обонежье, название которого восходит к древнему прилагательному *äne ‘большой’. Оно входит в один ряд с названиями озер Än’järv (русское Яндозеро или Янезеро) на верхней Ояти, Ändärv или Jändärv (рус. Яньдозеро) в Шимозерье, оз. Янишевское, а также рек Янега, Яндома, Янсорка, Яниш и другими. Будучи усвоенными в русский язык позднее, чем Онежское озеро, они отражают более позднюю фонетическую ситуацию, спровоцированную изменениями, которые произошли к тому времени в качестве первого гласного и в вепсском, и в русском языках. При этом каждое из перечисленных здесь названий принадлежит наиболее крупным в своей местности озерам и рекам, подтверждая тем самым истинность этимологии.

Финно-угорское прилагательное enä ‘большой’ бытовало в прошлом и в языке вепсских насельников края. Следы его сохранились в наречии enamb ‘больше’. Память о нем живет и в некоторых топонимах, например, названии озера Enarv, в более раннем виде *Еnäjärv – по-русски Вонозеро в бассейне р.Ояти. Неподалеку в Лодейнопольском районе, на водоразделе рек Свири и Ояти, располагается другое озеро с названием Вонозеро. Оба топонима стали фактом русской речи еще в новгородское время, когда древний вепсский звук e адаптировался как новгородское о (вспомним скандинавское имя Хельги, преобразованное в Новгороде в Олег и Ольга), которое, к тому же, нередко требовало перед собой вставку в.

Однако со временем ситуация меняется: вепсский е, первоначально напоминавший звук э (этаж, этажерка), приближается по качеству к русскому е (ель, если). Поэтому вепсское название верховий реки Капши Enoja (-oja ‘ручей’) по-русски звучит как Енуя или Генуя – с характерным для русских говоров этих мест нарастанием протезы г. При этом вепсское название имеет вариант Sur'jogi ’большая река’, подтверждающий правильность этимологии.

В список топонимов с забытым вепсскими говорами прилагательным *еnä входят еще:
- оз. Еное в бассейне р. Викшеньги (бассейн Паши);
- Енручей в нижнем течении р. Шокши (бассейн Ояти);
- Еноручей с вариантом Ендручей в бассейне Пидьмы,
- руч. Гение или Генинский, вытекающий из обширного Важевского болота в бассейне р. Шапши;
- Енговда, урочище с залежами железной руды у дер. Багулы в бассейне р. Андомы, где -говда – из вепсского houd 'яма'.

Подведем итог. Финно-угорское прилагательное *еnä ‘большой’ воплотилось в южном Обонежье по крайней мере на двух этапах освоения этой территории: вначале в виде *äne, характерном для языка прасаамского типа, а затем как древневепсское *еnä. Название Онежского озера родилось на первом, довепсском этапе, а Вонозеро и Генуя– это вепсское наследие.

Ирма Муллонен

Еще по теме:

➡️ Муллонен И.И. Большие озера маленького народа: идентификация по размеру в вепсской топонимии // Вепсские ареальные исследования. Петрозаводск, 2013. C. 130-144. URL: http://illhportal.krc.karelia.ru/publ.php?id=11224&plang=r

➡️ Ладога

ЗА ОНЕГОМ ОЗЕРОМ

В Обонежье Онежское озеро называют Онего. В последнее время встречается ошибочная (даже с диалектной точки зрения) форма Онега в отношении озера в именительном падеже, а также случаи несклоняемости названия («Столица на Онего»).

Однако, не следует выводить Онего за рамки правил. Оно склоняется также как, например, слово село:

им.п.
село, Онего.
Онего покрылось льдом.

род.п.
села, Онега.
Из Онега вытекает Свирь.

дат.п.
селу, Онегу.
Они ехали по Онегу на снегоходе.

вин.п.
село, Онего.
Онего сковало льдом.

твор.п.
селом, Онегом.
Село стояло за Онегом.

предл.п.
селе, Онеге.
Рыбачил на Онеге.

Неправильная форма Онега вместо Онего в отношении Онежского озера, по-видимому, возникла из-за совпадения формы названий озера и реки Онеги в предложном падеже («рыбачили на Онеге»).

Иллюстрация:
Ерёмин Алексей Григорьевич. На Онеге (1963)

Почему немцы по-английски Germans, тогда как по-немецки это Deutsch?

Английское German зафиксировано как название немцев не позднее 1520 года. Оно постепенно вытеснило более ранние обозначения — Almain и Dutch. У Шекспира и Марло слово Almain прямо означает «немец» или «немецкий». В среднеанглийский период dutch / duche обозначало вообще континентальных германцев, без различия между немцами и нидерландцами.

Deutsch и Dutch, в свою очередь, восходят к прагерманскому *þeudiskaz — «народный, принадлежащий народу», где *þeudō «народ». Это индоевропейский корень, от которого происходят:

Латынь — tōtus "весь, целый".
Литовский — tauta "народ, люди"
Латышский — tàuta
Русский — чудь (собирательное название ряда финно-угорских племён и народов)

Со временем значение сузилось. В XVI–XVII веках Англия чаще контактировала именно с Нидерландами, и Dutch закрепилось за нидерландцами. Для обозначения немцев английский язык всё чаще использовал слово German. Оно заимствовано из латинского Germani — так римляне называли племена к востоку от Рейна. Значение этого этнонима неясно, по одной версии, это кельтское слово со значением «соседи» или «шумные».

Кстати, про это пост уже был, но в английском когда-то тоже был свой "дойтч", а именно слово þēod "народ" и куча производных слов.
þēoden - вождь, лидер, правитель. Да, Теоден из Властелина Колец сюда же.
Ongelþēod - английская нация или даже народ англов.
ġeþēode - язык.
В среднеанглийском языке было прилагательное THEDISH - коренной, свой, нативный.

ЧУДСКИЕ ТЕВТОНЫ

Член-корреспондент АН СССР Д.В. Бубрих, один из крупнейших отечественных лингвистов, в автобиографии объяснял, почему он к середине двадцатых годов стал особенно интересоваться финно-угорскими языками:

«Толчок был следующий. Работая по славянским языкам, занялся и германскими, а работая по германским языкам, столкнулся с проблемой происхождения германцев. В этой проблеме стал на точку зрения не-арийского происхождения германцев и провел исследование в направлении испытания финно-угорских возможностей в проблеме происхождения германцев. Результатом была большая статья «О языковых следах финских тевтонов «Чуди», написанная в 1924 г. и вышедшая в 1926 г. Утвержденный в 1925 г. в качестве профессора по финно-угорскому языкознанию в ЛГУ, отдал финно-угорскому языкознанию все силы.»

КУКСА И КАЛЬЯ

Не все знают, как называется эта кружка, вырезанная из берёзового капа.

Это – кукса. Источник слова – финское kuksa, происходящее из саамского обозначения этой посуды (куккьс, кукксе).

По-карельски такая чашка называется kalja. Источник слова – латинское calix 'рюмка, чашка', которое сначала попало в германские языки, а уже из шведского (kalk) – в финский (kalkki 'чаша, кубок'), из финского – в карельский.

Но и здесь calix не остановила свой ход, проникнув из карельского в русские говоры Обонежья, став здесь вновь стеклянной банкой (калья).

Источник фото:
уважаемый Кривотроп
https://xn--r1a.website/kriwatrop/1726?single

КУКША – ПТИЦА ИЛИ КУВШИН?

Возможно, саам. кукксе 'кукса' < рус. диал. кукшин < кувшин (но это не точно).

Вспоминается также, что ув. «Князь Ярославский», продолжая тему вятичей, рассказал о святом Кукше – проповеднике в Вятичских землях.

Происхождение имени Кýкша дискуссионно.

Выдвигались следующие версии, определяющие его как прозвищное:

1) от кýкша 'птица из семейства воробьиных' (Н.А. Петровский, 1980);

2) от марийского ку‌кшо 'сухой', кокша‌ 'плешивый'. При этом отмечалось, что имя Кукша в списке монахов Киево-Печерской лавры отсутствует (А.В. Суперанская, 2005).

Однако, имя Кукша всё же встречается в наиболее раннем патерике в форме Купша. Поэтому А.Ю. Карпов предложил, что это форма имени Кипреян (Купреян).

Но форма Кукша не может быть выведена напрямую из Купша, а равно и наоборот.

Скорее всего, мы должны найти третью форму имени, которая могла дать обе формы (Купшу и Кукшу).

Похоже, что такой основой могла быть *kuwš- / *kuhš- (о разных способах адаптации [h], хотя и не на чисто славянском материале см.: Как лось стал деревом):

kupš- < *kuwš- / *kuhš- > kukš-

По-видимому, основа *kuwš- связана с кувшином (ср. также белорус. диал. кyўшын = *kuwšyn) и ковшом (ср. ковшик, ковшиц, ковшок).

Источник обоих слов видят в балтских языках (ср. литовское káušas 'половник, ковш').

При этом кувшин фиксируется в формах кукшин (XVI в.) (кувш- > кукш-) и кухшин.

Причем форма на кукш- отмечается в белорусском языке (кукшын) и русских народных говорах (кукшин). Более того, если вернуться к Обонежью, то данная форма стала источником для вепсского языка (вепс. kukšin 'глиняный кувшин'), а андомская деревня Кувшиново отмечается в ранних источниках как Кукшинова.

Таким образом, Кукша – скорее всего прозвище.

К названию птицы мы еще вернемся!

«ЯНИНЕ» В ПАДЕЖАХ

Просклоняем Онежское озеро / Онего / Änine еще и на вепсском:

1) номинатив (именительный): Änine [янине]. Änine om suŕ, dai kalad om äi [янине ом сурь дай кáлад ом яй] 'Онего большое, да и рыбы много'

2) генетив (родительный): Änižen [янижен]. Ajada Änižen kaĺt [áяда янижен кáльт] 'ехать через Онего' (здесь применен послеслог kaĺt, требующий генетива)

3) аккузатив (винительный): jä katoi Änižen [я катой янижен] 'лёд покрыл Онего'. Падеж не обладает собственным формальным показателем падежа (на его месте выступает номинатив или генетив), поэтому он не всегда выделяется отдельно

4) партитив (частичный или разделительный): Äništ [яништ]. Ladoganjärv levedamb om Äništ [лáдоганъярв леведамб яништ] 'Ладога шире Онега'

5) транслатив (превратительный): Änižeks [янижекс]. Järved kuctas Änižeks [ярвед кýцтас янижекс] 'озеро называют Онегом'

6) абессив (лишительный или изъятельный): Änižeta [янижета]. Änižeta ei ole hüväd kalastust [янижета эй оле хювяд кáластуст] 'без Онега нет хорошей рыбалки'

7) эссив-инструктив

эссив (изобразительный): Änižen [янижен] < *Änižena [янижена]. Noid oli Änižen, sikš miše joi järven jänduseta [нойд óли янижен сикш мúше ёй ярвен яндусета] 'колдун был Онегом, потому что выпил озеро без остатка'. Эссив выражает пребывание в качестве кого-либо, чего-либо. Здесь говорится, что он был Онежским озером. Но если мы акцентируем, что он превратился в озеро, то это требует транслатива: noid kändihe Änižeks 'колдун превратился в Онего'

инструктив: Änižin [янижин]. Пример в отношении озера бессмысленен, так как падеж выражает значение «по скольку, по какому количеству»

8) инессив (падеж нахождения внутри): Änižes [янижес].Vezi Änižes om vauged [вéзи янижес ом вáугед] 'вода в Онеге прозрачная' (букв. «белая»)

9) элатив (падеж движения изнутри): Änižespäi [янижеспяй]. Sada verk Änižespäi [сáда верк янижеспяй] 'вытащить сеть из Онего'

10) иллатив (падеж движения внутрь): Änižehe [янижехе]. Šušt lankteb Änižehe [шушт лáнктеб янижехе] 'Ошта впадает в Онего' (букв. «падает»)

11) адессив (падеж нахождения на внешней стороне): Änižel [янижел]. Änižel rogod kazdas [янижел рóгод кáздас] 'на Онеге растёт тростник'

12) аблатив (исходный, падеж движения с внешней стороны): Äniželpäi [янижелпяй]. Vezi jokseb Äniželpäi Ladogaha [вéзи ёксеб янижелпяй лáдогаха] 'вода течёт («бежит») с Онега в Ладогу' (Ладога здесь и далее – Ладожское озеро)

13) аллатив (падеж движения на внешнюю сторону): Änižele [янижеле]. Mända Änižele ongitamha [мянда янижеле óнгитамха] 'пойти на Онего удить'

14) комитатив (совместный): Äniženke [яниженке]. Ladog da Äniženke oma lujas sured järved [лáдог да яниженке óма лýяс сýред ярвед] 'Ладога с Онегом – очень большие озёра'

15) терминатив I (ограничительный): Änižehesai [янижехесай]. Minun hebo tuli Änižehesai [мúнун хéбо тýли янижехесай] 'мой конь дошёл до Онега'

16) терминатив II: Äniželesai [янижелесай]. Libuin Süväridme Äniželesai venehel [лúбуйн сювяридме янижелесай вéнехел] 'я поднялся по Свири до Онега на лодке'

17) терминатив III: Änižesai [янижесай]. Пример в отношении озера бессмысленен, так как падеж выражает значение «с такого-то времени»

18) пролатив I (падеж движения по поверхности предмета): Äništme [яништме]. Jäsupalad mändas Äništme [ясупалад мяндас яништме] 'льдины плывут («идут») по Онегу'

19) пролатив II (ограничен главным образом употреблением с географическими объектами). В качестве примера можно создать «искусственную» фразу: laiv kävub Änižiči Vitegrišpäi Petroskoihe [лáйв кявуб вытегришпяй пéтроскойхе] 'судно идёт по Онегу из Вытегры в Петрозаводск'. Чтобы сделать фразу жизненной, здесь лучше заменить Änižiči на järviči 'по озеру'

20) аппроксиматив I (падеж  нахождения около предмета): Äniženno [яниженно]. Äniženno om kanabrkangaz [яниженно ом канабркангаз] 'рядом с Онегом есть вересковый бор'

21) аппроксиматив II (падеж движения по направлению к предмету): Änižennoks [яниженнокс]. Mecnik töndui Änižennoks [мецник тёндуй яниженнокс] 'охотник отправился к Онегу'

⬇️

⬆️

22) адитив I (направительный падеж): Änižehepäi [янижехепяй]. Kirjav lehm šišitab Änižehepäi [кúрьяв лехм шúшитаб янижехепяй] 'пёстрая корова плетётся по направлению к Онегу'

23) адитив II: Äniželepäi [янижелепяй]. Majeg ujub Süväridme Äniželepäi [маег уюб сювяридме янижелепяй] 'бобр плывёт по Свири по направлению к Онегу'

24) адитив III или эгрессив (отдалительный, падеж движения от предмета): Änižennopäi [яниженнопяй]. Kalanikad tuldas Änižennopäi [кáланикад тýлдас яниженнопяй] 'рыбаки возвращаются («прибывают») от Онега'

Сразу предупреждаю, что не являюсь грамматиком, поэтому мое видение может отличаться от принятых канонов вепсской грамматики.

Каждый из падежей заслуживает более подробного рассмотрения в последущем.

Еще по теме:

➡️ Начинаю движение к дому!