ЧУДЬ АРХАНГЕЛЬСКАЯ И ВОЛОГОДСКАЯ
В XIX веке на территории Архангельской и Вологодской губерний были не только русские, белорусские, карельские («корельские»), коми («зырянские») деревни, но и чудские.
Остановимся на чудских деревнях подробнее. С чудским населением Олонецкой и Новгородской губерний XIX – начала XX веков все более-менее ясно – чудью там называли вепсов, а в Петербургской губернии – водь.
В бланках первой Всероссийской переписи 1897 г. чудский язык в качестве родного указали 25,6 тыс. жителей Олонецкой и Новгородской губерний, в том числе 7 потомственных дворян, 5 лиц духовного звания и 3 почетных гражданина. Фактическая же численность вепсов была еще больше. Так, из всех вепсов Вытегорского уезда в качестве родного чудский язык указало только 5 человек. При этом вепсы, для которых русский язык стал родным, а вепсский еще утрачен не был, жили в то время в двух волостях уезда (Чернослободской и Коштугской). Кстати, в последней родился известный поэт Николай Клюев, активно использовавший в своих стихах наряду с церковнославянской севернорусскую лексику вепсского происхождения.
Что касается чудского населения Архангельской и Вологодской губернии, то вопрос о его точной этнической и языковой принадлежности остается открытым. По-видимому, архангельская чудь в XVIII–XIX вв. уже не говорила на своем языке, но сохраняла память о своем происхождении.
В Архангельской губернии по спискам населенных мест 1861 г. «новгородцы в смешении с чудью» отмечены в 60 деревнях и 2 селах Архангельского, Холмогорского и Пинежского уездов. Еще 9 деревень Холмогорского уезда согласно данным приходских священников названы отдельными селениями чуди. В Вологодской губернии списки населенных мест 1859 г. показывают чудские селения: в Никольском уезде – 20 селений с населением 1 630 чел., в Сольвычегодском уезде – 28 селений с населением 1 555 чел.
В отношении архангельской чуди «Двинской летописец» пишет: «Жителие убо двиняне вначале именовахуся заволоческая чюдь». Англичанин Ричард Джемс в 1618–1620 гг. побывавший в Холмогорах, засвидетельствовал слово Chiudi [чуди]: 'так называли в древности народ около Холмогор, язык этого народа отличался от языка самоедов и лопарей. Теперь их там больше нет'.
Михаил Ломоносов, уроженец тех мест, пишет о поныне живущих по Двине чудского рода остатках, «которые через сообщение с новгородцами природный свой язык позабыли», отмечая при этом, что «Сих народов [то есть славян и чуди], положивших по разной мере участие свое в составлении россиян, должно приобрести обстоятельное по-возможности знание, дабы увéдать оных древность и сколь много их дела до наших предков и до нас касаются».
Вместе с тем, в Вологодской губернии (тогда ее самым западным уездом был Грязовецкий) отдельные бланки распределения населения по родному языку (1897 г.) все еще содержат информацию о «чудском» языке в качестве родного.
В XIX веке на территории Архангельской и Вологодской губерний были не только русские, белорусские, карельские («корельские»), коми («зырянские») деревни, но и чудские.
Остановимся на чудских деревнях подробнее. С чудским населением Олонецкой и Новгородской губерний XIX – начала XX веков все более-менее ясно – чудью там называли вепсов, а в Петербургской губернии – водь.
В бланках первой Всероссийской переписи 1897 г. чудский язык в качестве родного указали 25,6 тыс. жителей Олонецкой и Новгородской губерний, в том числе 7 потомственных дворян, 5 лиц духовного звания и 3 почетных гражданина. Фактическая же численность вепсов была еще больше. Так, из всех вепсов Вытегорского уезда в качестве родного чудский язык указало только 5 человек. При этом вепсы, для которых русский язык стал родным, а вепсский еще утрачен не был, жили в то время в двух волостях уезда (Чернослободской и Коштугской). Кстати, в последней родился известный поэт Николай Клюев, активно использовавший в своих стихах наряду с церковнославянской севернорусскую лексику вепсского происхождения.
Что касается чудского населения Архангельской и Вологодской губернии, то вопрос о его точной этнической и языковой принадлежности остается открытым. По-видимому, архангельская чудь в XVIII–XIX вв. уже не говорила на своем языке, но сохраняла память о своем происхождении.
В Архангельской губернии по спискам населенных мест 1861 г. «новгородцы в смешении с чудью» отмечены в 60 деревнях и 2 селах Архангельского, Холмогорского и Пинежского уездов. Еще 9 деревень Холмогорского уезда согласно данным приходских священников названы отдельными селениями чуди. В Вологодской губернии списки населенных мест 1859 г. показывают чудские селения: в Никольском уезде – 20 селений с населением 1 630 чел., в Сольвычегодском уезде – 28 селений с населением 1 555 чел.
В отношении архангельской чуди «Двинской летописец» пишет: «Жителие убо двиняне вначале именовахуся заволоческая чюдь». Англичанин Ричард Джемс в 1618–1620 гг. побывавший в Холмогорах, засвидетельствовал слово Chiudi [чуди]: 'так называли в древности народ около Холмогор, язык этого народа отличался от языка самоедов и лопарей. Теперь их там больше нет'.
Михаил Ломоносов, уроженец тех мест, пишет о поныне живущих по Двине чудского рода остатках, «которые через сообщение с новгородцами природный свой язык позабыли», отмечая при этом, что «Сих народов [то есть славян и чуди], положивших по разной мере участие свое в составлении россиян, должно приобрести обстоятельное по-возможности знание, дабы увéдать оных древность и сколь много их дела до наших предков и до нас касаются».
Вместе с тем, в Вологодской губернии (тогда ее самым западным уездом был Грязовецкий) отдельные бланки распределения населения по родному языку (1897 г.) все еще содержат информацию о «чудском» языке в качестве родного.
🔥12❤6👍5🥰2
⬆️ Фото из очерка Ф.Н. Исполатова и С.А. Варламова «Из Вытегры в Куштозеро» (1936) (ныне Вытегорский район Вологодской области).
Из очерка:
«Куштозеро раньше говорило на чудском, то есть вепсовском языке.
Хорошо владеющий этим языком мог бы многое из прошлого вскрыть из сохранившихся до сих пор местных названий. Старые жители деревни Кирилловской между собой и до сих пор говорят на этом языке ...
Здесь много своих слов и выражений. Например, очень тонко передаются оттенки голоса разговора такими словами: миряндать, мюряндать, буляндать, бяляндать, бурандать, пижандать, оттенки силы дождя – робандать, сибандать, рибандать».
Источник публикации:
Вытегра: краеведческий альманах. Том V. Вологда, 2015.
Еще по теме:
➡️ О топонимии в «Людях Сузёмья»
➡️ Главное – не кивиштаться!
Из очерка:
«Куштозеро раньше говорило на чудском, то есть вепсовском языке.
Хорошо владеющий этим языком мог бы многое из прошлого вскрыть из сохранившихся до сих пор местных названий. Старые жители деревни Кирилловской между собой и до сих пор говорят на этом языке ...
Здесь много своих слов и выражений. Например, очень тонко передаются оттенки голоса разговора такими словами: миряндать, мюряндать, буляндать, бяляндать, бурандать, пижандать, оттенки силы дождя – робандать, сибандать, рибандать».
Источник публикации:
Вытегра: краеведческий альманах. Том V. Вологда, 2015.
Еще по теме:
➡️ О топонимии в «Людях Сузёмья»
➡️ Главное – не кивиштаться!
❤10🥰6👍5
ВСТРЕТИМСЯ В АРХАНГЕЛЬСКЕ: ЛЫВА И ФОН ЛИВЕН
Порой слово добирается в одную и ту же точку разными путями.
Так произошло с прибалтийско-финским словом liiva:
финское liiva 'мелкий песок, ил', эстонское liiv, водское, ижорское līva 'песок', карельское l’iiva 'гниль', 'ряска', 'пленка на воде, на камне в воде', 'тина'.
В прибалтийско-финские языки слово проникло из балтских (ср. латышское glīve 'грязь, ил', 'слизь (в воде)' glyvas 'слизь').
Прибалтийско-финское слово послужило основой для этнонима ливы (древнерусское либь) – живущие на песке (морском побережье). Одно из самоназваний ливов – randalist 'береговые'. Это некогда крупный прибалтийско-финский народ, по которому названа Лифляндия («страна ливов») в настоящее время насчитывает 150 человек.
Один из ливских правителей («квази-рекс» по выражению хроники на латинском языке) по имени Каупо в 1191 г. принял христианство. В 1202–1204 гг. он сопровождал рижского епископа (основателя Риги и ордена меченосцев) Альберта фон Буксгевдена в Рим. В Риме Каупо был принят римским папой Иннокентием II, утвердившем его в дворянстве с фамилией Ливе. Его потомки – представители остзейского дворянского рода фон Ливен (von Lieven).
Представители рода фон Ливен были связаны с Архангельском:
Иван Романович (Христоф-Иоганн) – обер-комендант Архангельска (1780),
правитель Архангельского наместничества (1784), Архангельский и Олонецкий генерал-губернатор (1796), Архангельский военный губернатор (1797). После отставки жил в Архангельске;
Карл Андреевич (Карл-Христоф) – военный губернатор Архангельской губернии (1799), шеф Архангельского гарнизонного полка (1800).
На картах вверенной им территории фон Ливены вполне могли бы увидеть дер. Залыва (Холмогорский уезд), озеро Залывье (Архангельский уезд) и дер. Залывье (Пинежский уезд).
От названия пинежской деревни происходит фамилия Залывский – своебразная «тёзка» фон Ливен.
Почему же «тёзка»?
Залывье 'место за лывой', а лыва – 'болотистое или грязное место', 'лужа', 'ил' в севернорусских говорах. Затем слово распространилось на Урал, в Сибирь, до Ярославской и Костромской областей, а старообрядцами занесено в Нижегородскую область, Брянщину и Прииссыккулье.
В севернорусские говоры слово лыва попало из прибалтийско-финских (из источника карело-вепсского типа судя по ареалу и значению).
Таким образом, слово liiva проделало путь от Балтики к Белому морю двумя путями – как лыва и как von Lieven.
Еще по теме:
➡️ Путешествие германских и балтских слов на Север
➡️ От Балтики до Тихого океана через Обонежье и Беломорье
➡️ Встретимся в Андоме: габук и кобец
Порой слово добирается в одную и ту же точку разными путями.
Так произошло с прибалтийско-финским словом liiva:
финское liiva 'мелкий песок, ил', эстонское liiv, водское, ижорское līva 'песок', карельское l’iiva 'гниль', 'ряска', 'пленка на воде, на камне в воде', 'тина'.
В прибалтийско-финские языки слово проникло из балтских (ср. латышское glīve 'грязь, ил', 'слизь (в воде)' glyvas 'слизь').
Прибалтийско-финское слово послужило основой для этнонима ливы (древнерусское либь) – живущие на песке (морском побережье). Одно из самоназваний ливов – randalist 'береговые'. Это некогда крупный прибалтийско-финский народ, по которому названа Лифляндия («страна ливов») в настоящее время насчитывает 150 человек.
Один из ливских правителей («квази-рекс» по выражению хроники на латинском языке) по имени Каупо в 1191 г. принял христианство. В 1202–1204 гг. он сопровождал рижского епископа (основателя Риги и ордена меченосцев) Альберта фон Буксгевдена в Рим. В Риме Каупо был принят римским папой Иннокентием II, утвердившем его в дворянстве с фамилией Ливе. Его потомки – представители остзейского дворянского рода фон Ливен (von Lieven).
Представители рода фон Ливен были связаны с Архангельском:
Иван Романович (Христоф-Иоганн) – обер-комендант Архангельска (1780),
правитель Архангельского наместничества (1784), Архангельский и Олонецкий генерал-губернатор (1796), Архангельский военный губернатор (1797). После отставки жил в Архангельске;
Карл Андреевич (Карл-Христоф) – военный губернатор Архангельской губернии (1799), шеф Архангельского гарнизонного полка (1800).
На картах вверенной им территории фон Ливены вполне могли бы увидеть дер. Залыва (Холмогорский уезд), озеро Залывье (Архангельский уезд) и дер. Залывье (Пинежский уезд).
От названия пинежской деревни происходит фамилия Залывский – своебразная «тёзка» фон Ливен.
Почему же «тёзка»?
Залывье 'место за лывой', а лыва – 'болотистое или грязное место', 'лужа', 'ил' в севернорусских говорах. Затем слово распространилось на Урал, в Сибирь, до Ярославской и Костромской областей, а старообрядцами занесено в Нижегородскую область, Брянщину и Прииссыккулье.
В севернорусские говоры слово лыва попало из прибалтийско-финских (из источника карело-вепсского типа судя по ареалу и значению).
Таким образом, слово liiva проделало путь от Балтики к Белому морю двумя путями – как лыва и как von Lieven.
Еще по теме:
➡️ Путешествие германских и балтских слов на Север
➡️ От Балтики до Тихого океана через Обонежье и Беломорье
➡️ Встретимся в Андоме: габук и кобец
🔥17
Ливы (1920–1930 гг.).
Источник:
https://ru.wikipedia.org/
Еще по теме:
➡️ Древо прибалтийско-финских языков
➡️ Ятвяжские финно-угризмы
Источник:
https://ru.wikipedia.org/
Еще по теме:
➡️ Древо прибалтийско-финских языков
➡️ Ятвяжские финно-угризмы
❤13👀2
ПАСОМОЕ ЖИВОТНОЕ
В продолжение оленьей темы уважаемого «Севпростора».
Старое уральское название домашнего северного оленя – *poča, *počoj проявилось в саам. пуаз, поадзай 'домашний северный олень', марийск. пӱчӧ, пучы, удмурт. пужей 'олень', хант. petšəγ 'годовалый олень', манс. pāsiγ 'оленёнок'.
Парадоксально, но уральское слово – неисконное, восходит к праиндоиранскому источнику (ср. авестийское pasu- 'прирученное животное, скот').
Уже в результате внутренних контактов между финно-угорскими языками появились:
коми пежга 'годовалый олень' < обско-угорское;
карел., фин. poro 'домашний северный олень' < саамское.
В русские народные говоры из коми языка проникли такие слова как пúжга, пижгáн 'телёнок дикого оленя' (приуральск.), пúжка 'молодой дикий северный олень' (вологодск.). Русское пыжик – вероятно, контаминация коми основы и русского пыжить 'взбивать, напыщать (например, шерсть)'.
Еще по теме:
➡️ Будь крепок как дерево!
➡️ Заявляю во псоуслышание!
Иллюстрация:
А.М. Семенцов-Огиевский
В продолжение оленьей темы уважаемого «Севпростора».
Старое уральское название домашнего северного оленя – *poča, *počoj проявилось в саам. пуаз, поадзай 'домашний северный олень', марийск. пӱчӧ, пучы, удмурт. пужей 'олень', хант. petšəγ 'годовалый олень', манс. pāsiγ 'оленёнок'.
Парадоксально, но уральское слово – неисконное, восходит к праиндоиранскому источнику (ср. авестийское pasu- 'прирученное животное, скот').
Уже в результате внутренних контактов между финно-угорскими языками появились:
коми пежга 'годовалый олень' < обско-угорское;
карел., фин. poro 'домашний северный олень' < саамское.
В русские народные говоры из коми языка проникли такие слова как пúжга, пижгáн 'телёнок дикого оленя' (приуральск.), пúжка 'молодой дикий северный олень' (вологодск.). Русское пыжик – вероятно, контаминация коми основы и русского пыжить 'взбивать, напыщать (например, шерсть)'.
Еще по теме:
➡️ Будь крепок как дерево!
➡️ Заявляю во псоуслышание!
Иллюстрация:
А.М. Семенцов-Огиевский
❤11🔥7👍1
ВСТРЕЧА РУСИ, ЧУДИ И ЖМУДИ:
ШЕРШУЛЯ И БАЛТСКИЙ СУБСТРАТ
Шершень Шершуля или генерал Шер – герой мультфильма «Лунтик».
Интересно, что Ю.А. Лаучуте в «Словаре балтизмов в славянских языках» (1982) приводит белорусское диалектное шыршýль и польское диалектное sirsula 'шершень'.
И если белорусское слово считается заимствованием из литовского širšùlė 'шершень', то польское – проявление субстрата каких-то западнобалтийских диалектов (ср. древнепрусское sirsilis 'шершень').
Ю.А. Лаучуте полагает, что о заимствованном характере этих слов свидетельствует суффикс -ул-, в то время как исконными являются формы с суффиксом -н-: рус. шершень, польск. szerszeń.
При этом балтские языки стали источником и для прибалтийско-финского шершня:
фин. herhiläinen, карел. herheläine, водское öröläin, эст. (h)erilane, örilane < праприбалтийско-финское *šerši- < балтское, ср. литовское širšuõ, šir̃šinas, širšlỹs, латышское sirsins, sirsenis.
Иллюстрация:
Шершуля и Лунтик. Источник: сеть Интернет.
Еще по теме:
➡️ Пчелух
ШЕРШУЛЯ И БАЛТСКИЙ СУБСТРАТ
Шершень Шершуля или генерал Шер – герой мультфильма «Лунтик».
Интересно, что Ю.А. Лаучуте в «Словаре балтизмов в славянских языках» (1982) приводит белорусское диалектное шыршýль и польское диалектное sirsula 'шершень'.
И если белорусское слово считается заимствованием из литовского širšùlė 'шершень', то польское – проявление субстрата каких-то западнобалтийских диалектов (ср. древнепрусское sirsilis 'шершень').
Ю.А. Лаучуте полагает, что о заимствованном характере этих слов свидетельствует суффикс -ул-, в то время как исконными являются формы с суффиксом -н-: рус. шершень, польск. szerszeń.
При этом балтские языки стали источником и для прибалтийско-финского шершня:
фин. herhiläinen, карел. herheläine, водское öröläin, эст. (h)erilane, örilane < праприбалтийско-финское *šerši- < балтское, ср. литовское širšuõ, šir̃šinas, širšlỹs, латышское sirsins, sirsenis.
Иллюстрация:
Шершуля и Лунтик. Источник: сеть Интернет.
Еще по теме:
➡️ Пчелух
😁14🔥8👍4🤩3
ПАЛЕОЕВРОПЕЙСКИЙ СУБСТРАТ В СААМСКОМ: ЛЕКСИКА ОЛЕНЕВОДСТВА
Многие саамские слова, связанные с оленями, содержат множество корней неясного происхождения, не имеющих аналогов ни в уральских, ни в индоевропейских, ни в других известных языках. Это так называемый палеоевропейский субстрат в саамском.
Это слова, описывающие возраст, пол, внешний вид, анатомию и поведение оленей.
Анте Айкио приводит следующую «палеоевропейскую» лексику в саамском по данной тематической группе:
luohpet 'годовалая олениха, родившая оленёнка', čoavččis 'олениха, потерявшая оленёнка', vuobirs 'трёхлетний олень-самец', goasohas 'пятилетний олень-самец', nulpu 'олень-самец, сбросивший рога', gabba 'полностью белый олень', miessi 'олененок', čearpmat 'годовалый олень';
bálgat 'беспокойно двигаться (об оленях во время нашествия насекомых)', livvut 'лежать (об оленях)', njolgi 'бежать рысью (об оленях)', čora 'небольшое стадо оленей', čiegar 'зимнее пастбище (где снег вытоптан и раскопан оленями)', suovdnji 'ямка, вырытая оленями в снегу (при поиске лишайника)', fieski 'зимнее пастбище (где олени недавно раскопали снег)';
čuossi 'кожа на лбу', ginal 'подбородок (оленьей шкуры)', feavli 'отверстие от ноги на шкуре (когда шкура с ноги срезана)', njávvi 'длинные волосы на шее', seahkku 'длинные волосы на копытах', námmi 'кожа на рогах', dábba 'верхняя мозговая кость передней ноги', cabbi 'нижняя мозговая кость передней ноги', njiehcahas 'нижняя мозговая кость задней ноги', noras 'верхняя мозговая кость передней ноги', alesgahcin 'направленный назад небольшой отросток рога', čeaksa 'рубец', doggi 'сычуг', njárčá 'верх брюшной полости – нижняя часть диафрагмы', vuossa 'матка', giehppi 'полость под нижней челюстью', čagar 'хрящ', 'penis', guoccat 'penis', čoamoahas 'плечо (как отруб)', fáhkká 'икра ноги (как отруб)', muošmi 'мясо между бедром и рёбрами', urkádeahkki 'бицепс', válká 'жир на шее', gieldagas 'ахиллово сухожилие (оленя)', morči 'большая вена', beađbi 'лопатка', gátnis 'крестец'.
А. Айкио отмечает, что ни одно из вероятных субстратных слов, связанных с оленями, не содержит ничего, что могло бы свидетельствовать об оленеводстве.
По его мнению, это вполне логично, поскольку в охотничьем обществе лишь небольшое количество прирученных оленей использовалось
в качестве приманки и транспорта.
Переход к крупномасштабному оленеводству произошёл у саамов в Средние века.
Тот факт, что эта терминология, связанная с оленями, сохранила большое количество субстратных слов, позволяет предположить, что «палеолапландские» группы оказали глубокое влияние на практику и культуру охоты саамов на диких оленей.
Источник:
Ante Aikio. An essay on Saami ethnolinguistic prehistory // A Linguistic Map of Prehistoric Northern Europe. Suomalais-Ugrilaisen Seuran Toimituksia =
Mémoires de la Société Finno-Ougrienne 266. Helsinki, 2012. P. 63–117.
Еще по теме:
➡️ Норж
Многие саамские слова, связанные с оленями, содержат множество корней неясного происхождения, не имеющих аналогов ни в уральских, ни в индоевропейских, ни в других известных языках. Это так называемый палеоевропейский субстрат в саамском.
Это слова, описывающие возраст, пол, внешний вид, анатомию и поведение оленей.
Анте Айкио приводит следующую «палеоевропейскую» лексику в саамском по данной тематической группе:
luohpet 'годовалая олениха, родившая оленёнка', čoavččis 'олениха, потерявшая оленёнка', vuobirs 'трёхлетний олень-самец', goasohas 'пятилетний олень-самец', nulpu 'олень-самец, сбросивший рога', gabba 'полностью белый олень', miessi 'олененок', čearpmat 'годовалый олень';
bálgat 'беспокойно двигаться (об оленях во время нашествия насекомых)', livvut 'лежать (об оленях)', njolgi 'бежать рысью (об оленях)', čora 'небольшое стадо оленей', čiegar 'зимнее пастбище (где снег вытоптан и раскопан оленями)', suovdnji 'ямка, вырытая оленями в снегу (при поиске лишайника)', fieski 'зимнее пастбище (где олени недавно раскопали снег)';
čuossi 'кожа на лбу', ginal 'подбородок (оленьей шкуры)', feavli 'отверстие от ноги на шкуре (когда шкура с ноги срезана)', njávvi 'длинные волосы на шее', seahkku 'длинные волосы на копытах', námmi 'кожа на рогах', dábba 'верхняя мозговая кость передней ноги', cabbi 'нижняя мозговая кость передней ноги', njiehcahas 'нижняя мозговая кость задней ноги', noras 'верхняя мозговая кость передней ноги', alesgahcin 'направленный назад небольшой отросток рога', čeaksa 'рубец', doggi 'сычуг', njárčá 'верх брюшной полости – нижняя часть диафрагмы', vuossa 'матка', giehppi 'полость под нижней челюстью', čagar 'хрящ', 'penis', guoccat 'penis', čoamoahas 'плечо (как отруб)', fáhkká 'икра ноги (как отруб)', muošmi 'мясо между бедром и рёбрами', urkádeahkki 'бицепс', válká 'жир на шее', gieldagas 'ахиллово сухожилие (оленя)', morči 'большая вена', beađbi 'лопатка', gátnis 'крестец'.
А. Айкио отмечает, что ни одно из вероятных субстратных слов, связанных с оленями, не содержит ничего, что могло бы свидетельствовать об оленеводстве.
По его мнению, это вполне логично, поскольку в охотничьем обществе лишь небольшое количество прирученных оленей использовалось
в качестве приманки и транспорта.
Переход к крупномасштабному оленеводству произошёл у саамов в Средние века.
Тот факт, что эта терминология, связанная с оленями, сохранила большое количество субстратных слов, позволяет предположить, что «палеолапландские» группы оказали глубокое влияние на практику и культуру охоты саамов на диких оленей.
Источник:
Ante Aikio. An essay on Saami ethnolinguistic prehistory // A Linguistic Map of Prehistoric Northern Europe. Suomalais-Ugrilaisen Seuran Toimituksia =
Mémoires de la Société Finno-Ougrienne 266. Helsinki, 2012. P. 63–117.
Еще по теме:
➡️ Норж
❤🔥24👍8✍3
ЧАЧА И БАРСУЧАТНИК
В саамский из некого палеоевропейского («палеолапландского») языка попали не только экзотизмы – обозначения специфических северных реалий (например, связанных с северными оленями), но и часть базовой лексики.
Так, например, к древнему палеоевропейскому субстрату в саамском относят слово 'вода' (прасаамское *čācē, саам. čacce, чáдзь и т.д.), которое во многих финно-угорских языках восходит к прауральскому *wete. От последнего – вепсское vezi (основа vede-), финское, карельское, ижорское, эстонское, водское vesi, коми ва, удмуртское ву, марийское вӱд, вӹд, мансийское вит, вить, венгерское víz 'вода'.
От этого палеоевропейского слова происходит название холмогорской реки Чача, притока Емцы. Для Емецка это уже не субстрат (как топонимия прибалтийско-финского происходения), а субсубстрат (саамский) или даже субсубсубстрат (палеоевропейский).
На фото в реку Чача заходит ирландский терьер. Ирландское название породы – Brocaire Gaelach, то есть ирландский барсучатник (от broc 'барсук').
В саамский из некого палеоевропейского («палеолапландского») языка попали не только экзотизмы – обозначения специфических северных реалий (например, связанных с северными оленями), но и часть базовой лексики.
Так, например, к древнему палеоевропейскому субстрату в саамском относят слово 'вода' (прасаамское *čācē, саам. čacce, чáдзь и т.д.), которое во многих финно-угорских языках восходит к прауральскому *wete. От последнего – вепсское vezi (основа vede-), финское, карельское, ижорское, эстонское, водское vesi, коми ва, удмуртское ву, марийское вӱд, вӹд, мансийское вит, вить, венгерское víz 'вода'.
От этого палеоевропейского слова происходит название холмогорской реки Чача, притока Емцы. Для Емецка это уже не субстрат (как топонимия прибалтийско-финского происходения), а субсубстрат (саамский) или даже субсубсубстрат (палеоевропейский).
На фото в реку Чача заходит ирландский терьер. Ирландское название породы – Brocaire Gaelach, то есть ирландский барсучатник (от broc 'барсук').
🔥12👍7🤗1
ЭРДЕЛИ
Эрдели – венгерская фамилия, в том числе известная среди русских дворян, и эрдель (эрдельтерьер) – порода собак – пример того, что похожие слова могут имеют совершенно различное происхождение:
Эрдели < Erdélyi 'из Трансильвании', буквально из Залесья (венг. erdő 'лес');
Эрдель < airedale 'долина реки Эр' (в Йоршире).
Однако, у эрдельтерьера есть кое-что венгерское – это название его окраса:
чепрáчный 'рыжий окрас с зоной чёрного цвета на спине, распространяющейся на бока и образующей как бы чепрак' < чепрáк 'подстилка под седло лошади, небольшая попона' <
венгерское csáprág или турецкое çaprak 'попона'.
Фото из сети Интернет
Еще по теме:
➡️ Lászsló Krasznahorkai = Владислав Красногорский
➡️ Половецкий пёс
➡️ Корельская лайка и ее потомки
➡️ Мэдвэкутя
➡️ Неметы
#hungaricum
Эрдели – венгерская фамилия, в том числе известная среди русских дворян, и эрдель (эрдельтерьер) – порода собак – пример того, что похожие слова могут имеют совершенно различное происхождение:
Эрдели < Erdélyi 'из Трансильвании', буквально из Залесья (венг. erdő 'лес');
Эрдель < airedale 'долина реки Эр' (в Йоршире).
Однако, у эрдельтерьера есть кое-что венгерское – это название его окраса:
чепрáчный 'рыжий окрас с зоной чёрного цвета на спине, распространяющейся на бока и образующей как бы чепрак' < чепрáк 'подстилка под седло лошади, небольшая попона' <
венгерское csáprág или турецкое çaprak 'попона'.
Фото из сети Интернет
Еще по теме:
➡️ Lászsló Krasznahorkai = Владислав Красногорский
➡️ Половецкий пёс
➡️ Корельская лайка и ее потомки
➡️ Мэдвэкутя
➡️ Неметы
#hungaricum
❤16👀4🤗3👍2
ВЫЖЛА ВЫЖИЛА
Название венгерской легавой – выжлы (венг. vizsla) имеет славянские корни:
праславянское *vyžьlъ 'гончая' ('тот, кто воет', ср. польск. wyga 'старый, опытный пёс' < wyć 'выть' + суффикс -ga), откуда древнерусское выжлецъ 'гончий кобель', выжля 'охотничья собака', русское выжлец, выжлик, выжлок 'гончая', выжля 'щенок гончей', польское wyżeł 'легавая', чешское vyžle, словацкое vyžel 'борзая'.
С использованием «Русского этимологического словаря» А.Е. Аникина.
Иллюстрация:
Венгерская выжла (magyar vizsla).
Из сети Интернет.
#hungaricum
Название венгерской легавой – выжлы (венг. vizsla) имеет славянские корни:
праславянское *vyžьlъ 'гончая' ('тот, кто воет', ср. польск. wyga 'старый, опытный пёс' < wyć 'выть' + суффикс -ga), откуда древнерусское выжлецъ 'гончий кобель', выжля 'охотничья собака', русское выжлец, выжлик, выжлок 'гончая', выжля 'щенок гончей', польское wyżeł 'легавая', чешское vyžle, словацкое vyžel 'борзая'.
С использованием «Русского этимологического словаря» А.Е. Аникина.
Иллюстрация:
Венгерская выжла (magyar vizsla).
Из сети Интернет.
#hungaricum
❤19👍7
ХОРТ И ОГАРЬ
В свою очередь славянское обозначение борзой – праславянское *хъrtъ и древнерусское хъртъ (откуда русское хорт, хортая 'гладкошерстная борзая') стало источником финского hurtta 'гончая', 'большая собака', 'волк', карельского hurtta 'большая собака или собака с густой шерстью', эстонского hurt 'борзая', 'гончая', ливского ūrta piʾń 'борзая', саамского horˈte 'большая собака'.
Еще одно название борзой прошло транзитом из тюркских через славянские языки к венграм:
(пра)тюркское *eker (откуда чувашское акар 'борзая') > осетинское егар 'борзая' и праславянское ogarь 'борзая' (откуда церковнославянское огаръ, огарь, сербо-хорватское огар / ogar, словенское ogar 'борзая', чешское ohař 'легавая', польское ogar 'охотничья собака') > венг. agár 'борзая'.
Иллюстрация:
Венгерский агар (magyar agár).
Из сети Интернет.
#hungaricum
В свою очередь славянское обозначение борзой – праславянское *хъrtъ и древнерусское хъртъ (откуда русское хорт, хортая 'гладкошерстная борзая') стало источником финского hurtta 'гончая', 'большая собака', 'волк', карельского hurtta 'большая собака или собака с густой шерстью', эстонского hurt 'борзая', 'гончая', ливского ūrta piʾń 'борзая', саамского horˈte 'большая собака'.
Еще одно название борзой прошло транзитом из тюркских через славянские языки к венграм:
(пра)тюркское *eker (откуда чувашское акар 'борзая') > осетинское егар 'борзая' и праславянское ogarь 'борзая' (откуда церковнославянское огаръ, огарь, сербо-хорватское огар / ogar, словенское ogar 'борзая', чешское ohař 'легавая', польское ogar 'охотничья собака') > венг. agár 'борзая'.
Иллюстрация:
Венгерский агар (magyar agár).
Из сети Интернет.
#hungaricum
❤17
ОТКЛИКИ КОЛЛЕГ ПО ТЕЛЕГРАММУ (IV)
Пост:
Палеоевропейский субстрат в саамском: лексика оленеводства
Отклик:
Sevprostor. Невероятная древность
Пост:
Свистят они, как пули у косиц
Отклик:
AnthropoLOGS
Пост:
О хронологии использования вепсского языка в Юго-Восточном Обонежье
Отклик:
Sevprostor
Пост:
Лейбручей
Отклик:
Александр Зимин
Пост:
Вот такая цокотуха!
Отклик:
Пока горит солнце
Пост:
О языковой истории Заонежья
Отклик:
Sevprostor. Многоязычие наших предков
Пост:
Говоры литературного типа
Отклик:
Череповецкая губерния. Ликбез по череповецкому говору. Ч. 3
Пост:
Коуч и кучер
Отклик:
Языковедьма. Заходят как-то коуч и кучер в один бар Будапешта ...
Посты:
Все мы родом из детства и Ну как не учить вепсский язык (II)
Отклик:
Ну как сказать
Пост:
Потомки древней корелы
Отклик:
Карельский контекст. В Тунгуде! Где-где-где?
Пост:
Король поэтов и тайна названия Сойволы
Отклик:
Череповецкая Губерния
Пост:
Кривичи и словене на волоке и за ним
Отклик:
Череповецкая губерния
Предыдущие отклики:
Часть I, часть II, часть III
#коллегипотелеге
Пост:
Палеоевропейский субстрат в саамском: лексика оленеводства
Отклик:
Sevprostor. Невероятная древность
Пост:
Свистят они, как пули у косиц
Отклик:
AnthropoLOGS
Пост:
О хронологии использования вепсского языка в Юго-Восточном Обонежье
Отклик:
Sevprostor
Пост:
Лейбручей
Отклик:
Александр Зимин
Пост:
Вот такая цокотуха!
Отклик:
Пока горит солнце
Пост:
О языковой истории Заонежья
Отклик:
Sevprostor. Многоязычие наших предков
Пост:
Говоры литературного типа
Отклик:
Череповецкая губерния. Ликбез по череповецкому говору. Ч. 3
Пост:
Коуч и кучер
Отклик:
Языковедьма. Заходят как-то коуч и кучер в один бар Будапешта ...
Посты:
Все мы родом из детства и Ну как не учить вепсский язык (II)
Отклик:
Ну как сказать
Пост:
Потомки древней корелы
Отклик:
Карельский контекст. В Тунгуде! Где-где-где?
Пост:
Король поэтов и тайна названия Сойволы
Отклик:
Череповецкая Губерния
Пост:
Кривичи и словене на волоке и за ним
Отклик:
Череповецкая губерния
Предыдущие отклики:
Часть I, часть II, часть III
#коллегипотелеге
❤12🔥4👍2
ВСЕ ИСАЕВЦЫ – КАЙБАНЫ.
О ГЛУБИНЕ ПАМЯТИ
Стоит отметить, что территориальное «ядро» практически любой этнической группы обычно дольше остаётся менее затронутым межэтническим взаимодействием.
При этом на периферии межэтнические контакты наиболее активны (особенно при отсутствии конфессиональных барьеров и сильных различий в типе хозяйствования).
Это ёмко сформировал один русский тихвинский крестьянин в конце XIX века: «У нас не очень считаются: чухарка [этноним части вепсов] не глупее русской и работает не хуже» (цитируется по С.Б. Егорову).
Постепенный переход на русский язык и смена этнического самосознания была нередкостью в Присвирье и Обонежье. Например, в 1930-е годы жители д. Койгуши на востоке Ленинградской области «говорят по-русски, пишут себя русскими и вепсского языка никто не знает. А между тем, по словам 70-летнего жителя этой деревни Павла Ефремова, его отец знал по-вепсски, вообще же деды были вепсами» (этнограф Н.Н. Волков).
Однако со временем и это могло забываться.
Так, в 1842 г. по пути из Каргополя в Вытегру на востоке Вытегорского уезда Элиас Лённрот обнаружил группу исаевских вепсов:
«К Исаевской волости, по-вепсски Исарв относятся 12 маленьких деревень. Из них лишь в пяти наряду с русским говорят и на вепсском, а в остальных этот язык уже вымер.
А поскольку нынче в этих пяти деревнях даже дети разговаривают между собой по-русски, нетрудно предугадать, что через столетие вепсский язык перейдет в предание и в народе будут говорить, что в прежние времена их прадеды общались на каком-то другом, не русском языке. Даже теперь люди удивляются, что еще десять лет назад были живы старики, не знавшие иного языка, кроме вепсского, каково же было бы изумление самых стариков, если бы они встали из могил через сто лет и увидели бы, что уже третье-четвертое поколение их потомков не понимает ни одного слова на языке своих предков».
В 1887 г. вепсскую речь здесь еще записывает Ги Базилье. В 1962 г. В.В. Пименов отмечает, что «наиболее глубокие старики еще знают, по рассказам отцов и дедов, что в одной из деревень волости – дер. Угол говорили "по-чудски"».
Однако, в 1996 г. (спустя 154 года после поездки Лённрота) В.А. Лапин не обнаружил у выходцев из Исаево памяти о вепсском происхождении их предков.
Более того, уроженцы села на разные вопросы о вепсах отвечали: «Вепсы? Это туда, к Вытегре» или указывали на Ленинградскую область. Единственно, память о вепсах сохранилась в припевке-дразнилке: «Все исаевцы – кайбаны» (кайбаны – одно из прозвищ вепсов и карелов) (подробнее см.: Живая Старина. 1998. N 4).
➡️ Вепсский язык в Куштозере
О ГЛУБИНЕ ПАМЯТИ
Стоит отметить, что территориальное «ядро» практически любой этнической группы обычно дольше остаётся менее затронутым межэтническим взаимодействием.
При этом на периферии межэтнические контакты наиболее активны (особенно при отсутствии конфессиональных барьеров и сильных различий в типе хозяйствования).
Это ёмко сформировал один русский тихвинский крестьянин в конце XIX века: «У нас не очень считаются: чухарка [этноним части вепсов] не глупее русской и работает не хуже» (цитируется по С.Б. Егорову).
Постепенный переход на русский язык и смена этнического самосознания была нередкостью в Присвирье и Обонежье. Например, в 1930-е годы жители д. Койгуши на востоке Ленинградской области «говорят по-русски, пишут себя русскими и вепсского языка никто не знает. А между тем, по словам 70-летнего жителя этой деревни Павла Ефремова, его отец знал по-вепсски, вообще же деды были вепсами» (этнограф Н.Н. Волков).
Однако со временем и это могло забываться.
Так, в 1842 г. по пути из Каргополя в Вытегру на востоке Вытегорского уезда Элиас Лённрот обнаружил группу исаевских вепсов:
«К Исаевской волости, по-вепсски Исарв относятся 12 маленьких деревень. Из них лишь в пяти наряду с русским говорят и на вепсском, а в остальных этот язык уже вымер.
А поскольку нынче в этих пяти деревнях даже дети разговаривают между собой по-русски, нетрудно предугадать, что через столетие вепсский язык перейдет в предание и в народе будут говорить, что в прежние времена их прадеды общались на каком-то другом, не русском языке. Даже теперь люди удивляются, что еще десять лет назад были живы старики, не знавшие иного языка, кроме вепсского, каково же было бы изумление самых стариков, если бы они встали из могил через сто лет и увидели бы, что уже третье-четвертое поколение их потомков не понимает ни одного слова на языке своих предков».
В 1887 г. вепсскую речь здесь еще записывает Ги Базилье. В 1962 г. В.В. Пименов отмечает, что «наиболее глубокие старики еще знают, по рассказам отцов и дедов, что в одной из деревень волости – дер. Угол говорили "по-чудски"».
Однако, в 1996 г. (спустя 154 года после поездки Лённрота) В.А. Лапин не обнаружил у выходцев из Исаево памяти о вепсском происхождении их предков.
Более того, уроженцы села на разные вопросы о вепсах отвечали: «Вепсы? Это туда, к Вытегре» или указывали на Ленинградскую область. Единственно, память о вепсах сохранилась в припевке-дразнилке: «Все исаевцы – кайбаны» (кайбаны – одно из прозвищ вепсов и карелов) (подробнее см.: Живая Старина. 1998. N 4).
➡️ Вепсский язык в Куштозере
🔥15❤6🤯6👀3😢1
Розов Николай Сергеевич. Группа молодёжи в праздничных костюмах. Вепсы (1927)
Ленинградская область, Подпорожский район, Винницкое сельское поселение, дер. Лукинская (Озёры) (дер. Ларионовская на Ояти)
Местонахождение:
Музей антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) Российской академии наук
Источник:
Госкаталог.рф
Ленинградская область, Подпорожский район, Винницкое сельское поселение, дер. Лукинская (Озёры) (дер. Ларионовская на Ояти)
Местонахождение:
Музей антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) Российской академии наук
Источник:
Госкаталог.рф
❤20👍11🥰4👀1
УНДОЗЕРО
В «Олонецких губернских ведомостях» за 1883 г. (NN 94–97) опубликована статья П.М. Беседникова о расположенном в южной части Вытегорского уезда Ундозерском приходе.
Автор отмечает, что по устным преданиям во времена Новгородского княжества первые колонизаторы – родоначальники населения прихода были из племени чуди [здесь – вепсы] «или природной или пришлой (что, кажется, всего вернее), с других мест юго-восточной полосы Новгородской и нынешней Олонецкой губерний, со временем обрусевшее чрез общительность с русскими».
Он отмечает и современную для него языковую ситуацию:
«Еще и теперь в некоторых деревнях Ундозера, особенно Мушевицах и Бабиной, ближе расположенных к Куштозерскому приходу, где преобладающий элемент чудь, впрочем как уже редкость; старики и старухи знают чудский язык, как и русский, но в молодом поколении следы его совершенно заглохли, не смотря на частое сообщение с чудинами из Шимозера и Сяргозера Лодейнопольского уезда».
Иллюстрация:
Ундозеро Вологодской обл. Из сети Интернет
В «Олонецких губернских ведомостях» за 1883 г. (NN 94–97) опубликована статья П.М. Беседникова о расположенном в южной части Вытегорского уезда Ундозерском приходе.
Автор отмечает, что по устным преданиям во времена Новгородского княжества первые колонизаторы – родоначальники населения прихода были из племени чуди [здесь – вепсы] «или природной или пришлой (что, кажется, всего вернее), с других мест юго-восточной полосы Новгородской и нынешней Олонецкой губерний, со временем обрусевшее чрез общительность с русскими».
Он отмечает и современную для него языковую ситуацию:
«Еще и теперь в некоторых деревнях Ундозера, особенно Мушевицах и Бабиной, ближе расположенных к Куштозерскому приходу, где преобладающий элемент чудь, впрочем как уже редкость; старики и старухи знают чудский язык, как и русский, но в молодом поколении следы его совершенно заглохли, не смотря на частое сообщение с чудинами из Шимозера и Сяргозера Лодейнопольского уезда».
Иллюстрация:
Ундозеро Вологодской обл. Из сети Интернет
❤🔥10🔥6❤4
БАБАЕВСКИЙ ГЕРБ
Исторический вепсский языковой ареал охватывал в XV–XVIII веках фактически весь Вытегорский район. Постепенно в результате длительного и активного взаимодействия с русским языком на значительной части района постепенно произошел языковой сдвиг. Единственное исключение – сохранение в селе Ошта переселенческих говоров из Шимозерья и окрестных деревень.
В свою очередь территория соседнего Бабаевского района Вологодской области никогда не была полностью заселена вепсами. В южной части района славянское население кривичского типа археологически прослеживается с очень раннего времени.
Вместе с тем, в настоящее время именно Бабаевский район известен сохранением исторических вепсских населенных пунктов (Пяжозеро, Куя, Пондала, Войлахта). Отсюда вепсы уходили в Сибирь.
Неслучайно в основе герба Бабаевского района – сплетенные косы-горбуши.
Из описания герба:
«Косы – орудия крестьянского труда — символизируют историческую связь и дружбу двух народов, вепсов и русских, основное население района».
Исторический вепсский языковой ареал охватывал в XV–XVIII веках фактически весь Вытегорский район. Постепенно в результате длительного и активного взаимодействия с русским языком на значительной части района постепенно произошел языковой сдвиг. Единственное исключение – сохранение в селе Ошта переселенческих говоров из Шимозерья и окрестных деревень.
В свою очередь территория соседнего Бабаевского района Вологодской области никогда не была полностью заселена вепсами. В южной части района славянское население кривичского типа археологически прослеживается с очень раннего времени.
Вместе с тем, в настоящее время именно Бабаевский район известен сохранением исторических вепсских населенных пунктов (Пяжозеро, Куя, Пондала, Войлахта). Отсюда вепсы уходили в Сибирь.
Неслучайно в основе герба Бабаевского района – сплетенные косы-горбуши.
Из описания герба:
«Косы – орудия крестьянского труда — символизируют историческую связь и дружбу двух народов, вепсов и русских, основное население района».
❤17🔥5
Forwarded from Череповецкая губерния (Ιωάννης)
Коса-горбуша
Когда мы слышим слово «коса», то скорее всего вспоминаем косу-стойку или литовку. Это привычный нам инструмент с почти метровым лезвием, закреплённым на длинном прямом деревянном косовище с поперечной рукоятью.
А о более древней косе-горбуше помнят немногие, ибо сохранилась она лишь в отдельных местах, которые ныне можно пересчитать по пальцам. В сравнении с литовкой она менее производительна, но более удобна для выкашивания травы на неровных и малых участках земли.
Состоит горбуша из изогнутого ножа на деревянной рукояти и напоминает большой серп. Длина лезвия у нее 50-70 см в зависимости от роста работника. Длина косовища примерно равна длине лезвия, что позволяет удерживать косу двумя руками.
В отличие от литовки, при работе горбушей приходится сильно наклоняться вперёд и двигаться «сгорбившись». При этом косить можно поочерёдно в двух направлениях: и справа налево, и слева направо.
На фото косьба горбушей в Повенецком уезде Олонецкой губернии, автор И.А. Никольский, 1901 г.
Когда мы слышим слово «коса», то скорее всего вспоминаем косу-стойку или литовку. Это привычный нам инструмент с почти метровым лезвием, закреплённым на длинном прямом деревянном косовище с поперечной рукоятью.
А о более древней косе-горбуше помнят немногие, ибо сохранилась она лишь в отдельных местах, которые ныне можно пересчитать по пальцам. В сравнении с литовкой она менее производительна, но более удобна для выкашивания травы на неровных и малых участках земли.
Состоит горбуша из изогнутого ножа на деревянной рукояти и напоминает большой серп. Длина лезвия у нее 50-70 см в зависимости от роста работника. Длина косовища примерно равна длине лезвия, что позволяет удерживать косу двумя руками.
В отличие от литовки, при работе горбушей приходится сильно наклоняться вперёд и двигаться «сгорбившись». При этом косить можно поочерёдно в двух направлениях: и справа налево, и слева направо.
На фото косьба горбушей в Повенецком уезде Олонецкой губернии, автор И.А. Никольский, 1901 г.
👍23❤7
КОСАРЬ
Еще одним важным сельскохозяйственным орудием лесной зоны был косарь (вепс. karzim) – нож, которым срезали кустарник и сучья.
С его помощью очищали участки под сенокос, называемые по-русски чища, расчистка, росчить, а по-вепсски – čiš'š'a, seĺgitez [сельгитез], perg, puhtastez [см. И.И. Муллонен 1992].
Если кустарник рос вместе с деревьями, деревья валили топорами и пилами. Таким образом место становилось подсекой – kaśk [каськ].
Женщины на рубке подсеки.
Ленинградская губерния, Лодейнопольский уезд, д. Малые Подолы. 1926. РЭМ 4630-44. Фотография Н.С. Розова. Источник:
Королькова Л.В. Вепсы: фотографии и рукописи из собрания Российского этнографического музея.
СПб., 2015.
Еще по теме:
➡️ Просекко и просека
Еще одним важным сельскохозяйственным орудием лесной зоны был косарь (вепс. karzim) – нож, которым срезали кустарник и сучья.
С его помощью очищали участки под сенокос, называемые по-русски чища, расчистка, росчить, а по-вепсски – čiš'š'a, seĺgitez [сельгитез], perg, puhtastez [см. И.И. Муллонен 1992].
Если кустарник рос вместе с деревьями, деревья валили топорами и пилами. Таким образом место становилось подсекой – kaśk [каськ].
Женщины на рубке подсеки.
Ленинградская губерния, Лодейнопольский уезд, д. Малые Подолы. 1926. РЭМ 4630-44. Фотография Н.С. Розова. Источник:
Королькова Л.В. Вепсы: фотографии и рукописи из собрания Российского этнографического музея.
СПб., 2015.
Еще по теме:
➡️ Просекко и просека
👍17❤11