КАРГОПОЛЬ: ВОРОНЬЕ ПОЛЕ ИЛИ КОРАБЕЛЬНАЯ ПРИСТАНЬ?

Тайна имени Каргополя теряется в веках. Исследователи, пытавшиеся объяснить название, выводили его из финно-угорских, тюркских языков и даже греческого.

По одной из версий, озвученной еще Г.Р. Державиным – не только поэтом, но и государственным деятелем (с 1784 г. – гражданский губернатор Олонецкой губернии, в состав которой на правах уездного города входил Каргополь), белозерский князь Вячеслав, возвращаясь с похода на чудь, нашёл удобное для празднования победы поле, покрытое воронами, которое он назвал Каргиным (карга – ворона в части русских говоров).

Данной версии близки следующие объяснения названия, записанные в Каргополье и Пудожье собирателями фольклора:
- Пётр I увидел на поле много каркающих ворон и от слова «карр» назвал город;
- название дал путешественник после того, как услышал в городе крик вороны;
- новгородский земледелец Карп первым поселился здесь и засеял поле, названное Карповым;
- мимо города по Онеге спускались на карбасах варяги, которых жители богатого Каргополя считали голью. Якобы от сочетания слов – карбас, голь и поле произошло название города.

Конечно, такие объяснения ненаучны и даже нелогичны.

Тюркская и греческая версии происхождения названия также не соответствуют действительности.

Согласно первой из них, с учетом тюркского кара 'чёрный', Каргополь – черное поле, согласно второй – «Каргополис» – корабельная или лодочная пристань.

Вместе с тем, топонимы греческого происхождения на Европейском Севере не известны, как и тюркская основа «кара». Указанные версии абсолютно несостоятельны как с исторической, так и с фонетической точек зрения. Неясно вообще, почему греч. pólis 'город' здесь вольно приобрело значение 'пристань', а греч. carábi(on), сárabos 'судно' связали с основой Карг-?

В порядке шутки: более близким к названию города является греч. сárgia 'галка'. Тогда Саrgiapolis – галичий город. Да и в тюркских языках карга – 'ворона'. Не правда ли, всё это похоже на первую версию о вороньем поле?

Все же название Каргополь состоит из двух частей.

Первая часть – Карг(о)- обычно объясняется из финского: karhu 'медведь' или karhi 'борона'. Но karhu обозначает медведя в финском языке и в близких к нему территориально диалектах карельского. Восточнее медведь известен как kondie (в карельском), kondi (в вепсском). Справедливо это замечание и в отношении бороны: карельское aštuva и вепсское ägeh совсем не похожи на финское karhi. Так что финские «медведь» и «борона» не подходят для объяснения названия.

Из ранее опубликованных версий не стоит исключать «овсяную». Правда, в таком случае название связано не с фин. kaura 'овёс', как ранее предполагалось, а с карел. kagra, вепс. kagr.

Интересный материал для интерпретации названия содержится в словаре топонимии Заонежья И.И. Муллонен. В Карелии рядом с дер. Каргачево расположено угодье Каргополе. Основы названий восходят к прибалтийско-финскому имени с основой karha-, которая использовалась для обозначения человека с жесткими волосами или бородой, а также злого, сердитого человека.

У названия могут быть и саамские корни: kargo 'холм между двумя болотами', kargaš 'болотистая земля'. Эти слова послужили источником архангельского кáрга 'сырое, густо поросшее ивняком или ольхой место'.

При этом вторая часть названия города – -поль может быть прибалтийско-финской (карел. puoli, вепсское pol’ 'половина, сторона', 'местность'), саамской (boelle 'сторона, половина'), русской (поле, в свою очередь перевод вепсского püud, карельского peldo 'поле').

Таким образом, возможны следующие варианты трактовки названия:
- болотистая сторона – от саамского Kargoboelle;
- сторона или поле человека по имени Карга(ч) – от карельского Karha(ču)puoli,
Karha(č)peldo;
- овсяная сторона – от вепсского Kagrpol’, карельского Kagrapuoli;
- овсяное поле – от вепсского Kagrpüud, карельского Kagrapeldo.

Загадка названия Каргополя еще не разгадана. Быть может Вы, уважаемый Читатель, поставите в ней точку?

***
Определение тараканий как метафорическое обозначение узкого места:

ЧУДЬ ПОД ЗЕМЛЮ УШЛА. НО НЕ ВСЯ

На недавней экскурсии в Пермском краеведческом музее прозвучало, что название Пермь (по-местному произносится Перьмь) восходит к вепсскому peräma 'задняя земля'.

Коллеги рассказывают, что в 1980-х годах на такой же экскурсии присутствовали вепсы из Ленинградской области.

Тогда экскурсовод пояснил, что слово Пермь – из языка вепсов, которые вымерли.

Эта реплика экскурсовода была встречена возгласами:
– Нет, мы живы! Мы живы!

Иллюстрация:
Рерих Николай Константинович. Чудь подземная (Чудь под землю ушла) (1928–1930)

Еще по теме:

➡️ Нет, весь, я не умру. Интервью с д.фил.н. С.А. Мызниковым.

➡️ Вепсский язык переживает возрождение. Интервью с д.фил.н. Н.Г. Зайцевой.

Уважаемый «Зоопарк из слоновой кости» включил «Встречу Руси и Чуди» в папку каналов «Разные гуманитарные науки и примкнувшие к ним».

Приглашаю добавить папку для ознакомления с новыми интересными каналами!

КОПОРСКИЙ ЧАЙ

Пост уважаемого «Карельского контекста» напомнил об копорском чае – настое из сушеных листьев иван-чая (кипрея).

Само название иван-чай можно понимать как чай простого народа, замену более дорогого и, соответственно, менее доступного настоящего чая.

Этнограф И.С. Поляков в 1870-х годах отмечал в отношении Тудозера и Водлозера Олонецкой губернии, что крестьяне собирают и сушат в большом количестве кипрей для замены им недостающего коровам сена. При этом сами жители пьют тоже самое растение под именем чая, получая его за дорогую цену.

Хотя на связь с Копорьем копорского чая указывал еще М. Фасмер, есть некоторые сомнения по этому поводу.

Копорский чай – чай, сделанный из копора, копорки, а *koprъ, *kuprъ, *kyprъ  – праславянские названия душистых растений, давшие также современное купырь и укроп (копёр).

В севернорусских говорах иван-чай могут называть багула. Но багулой называют также таволгу (лабазник) – растение с белыми душистыми цветами, совсем не похожее на кипрей.

Также одним словом – horsma, horma, hormu обозначают иван-чай и таволгу в карельских и финских диалектах.

Из карельского и вепсского (horm) слово попало в русские олонецкие, архангельские и новгородские говоры (где горма, форма 'иван-чай'). При том вытегорская горма – это и таволга, и иван-чай.

Этимология прибалтийско-финского гнезда не ясна. Возможно, это балтизм. Сравните древнепрусское gorme 'жар', при наличии финского paloheinä «пожарищная трава», tulihorma «огненный кипрей», русского диалектного пожарник 'кипрей' (он одним из первых заселяет места пожарищ).

Внешне непохожие таволга и кипрей стали тёзками из-за полезных свойств – их можно заваривать как чай, причём таволга является сильным антисептиком. На Мезени таволга получила название пьяной багулы – на ней настаивали крепкие напитки, а финны ароматизируют вино и пиво её цветками.

Иван-чай и таволга у деревни Кюрзино. Вытегорский район Вологодской области. Фото автора.

Борис Николаевич Поморцев. Лето (1969). Источник: музей изобразительных искусств Республики Карелия.

Мари-Розалия Бонёр. Голова быка (1876)

БЫК В ГЛИНЯНЫХ САПОГАХ

Генетические исследования показывают, что дикий бык (тур) был одомашнен на Ближнем Востоке еще в новокаменном веке (неолите), откуда распространился по всему миру.

Вместе с ним распространились и общие мифы, встречавшиеся в Междуречье (где он был одомашнен), а также у индоевропейских и финно-угорских народов, согласно которым:

- бык выпивает воду мирового океана или большую реку. Например, согласно шумерской песне, небесный бык выпивает Евфрат;

- водяные божества отождествляются с быками (например, греческий Посейдон, вепсский водяной дух Туржас). Атрибутами Туржаса, а также быка – героя старинных вепсских песен являлись глиняные сапоги и каменные рукавицы, то есть глинистое и каменистое дно водоёма;

- бык – символ бога грозы. В хурритской мифологии (хурриты – древний народ, живший в Междуречье) у бога грозы было два быка. В быка превращался греческий бог-громовержец Зевс. Римляне приносили в жертву Юпитеру быка. У русских, карелов, части вепсов в день пророка Ильи, заменившего древнего бога-громовержца, существовал обычай коллективных трапез с жертвоприношением быка, телёнка или барана. Например, в XIX веке он сохранялся в Шильде Вытегорского уезда (теперь – Каргопольский район), в прионежских деревнях Таржеполь и Педасельга. Быка или барана приносили в жертву в этот день и южные славяне (сербы, македонцы, болгары);

- водяные быки и коровы – мифологические существа, выходящие иногда на берег. Сюжет известен не только сербам, русским, вепсам, карелам и финнам, но, также и кельтам (шотландцам). Этнограф С.В. Максимов в начале XX века писал: «В Олонецком краю водяные до того прижились, что завели полные деревенские хозяйства и в старину выгоняли свои стада пастись на берегу реки. Одной такой чернушкой соблазнился крестьянин села Ухта (Вытегорского уезда) и, подкравшись к стаду, ловким приемом отогнал ее, да так удачно, что у него при всей бедности, одна корова никогда не переводилась и была она сытнее, круглее и молочнее всех соседских».

Русское обозначение быка восходит к праславянскому языку и является звукоподражательным.

Прибалтийско-финское обозначение быка (вепсское här’g [хярьг], карельское härgä / härkä [хярьгя / хярькя]), вероятно, имеет балтское происхождение.

Вопреки распространенным представлениям о позднем появлении скотоводства у финно-угров Северо-Запада, носители приладожской курганной культуры IX–XIII века (предки вепсов) и приладожская корела держали в большом количестве крупный рогатый скот, о чём говорят найденные археологами кости, металлические ботала (колокольчики) и косы-горбуши.

В Карелии неоднократно отмечаются топонимы с «бычьей» основой. Например, Härkäniemi ‘бычий мыс’.

Часть подобных названий восходят к прозвищу Härgä / Härkä (Бык). В частности, это названия, оформленные характерным суффиксом -la:

- деревня Härkälä в Кирьяжском погосте Корельского уезда (северо-западное Приладожье) (XVIII век);

- деревня Härgeilü у Олонца;

а также вепсские топонимы юго-западного Обонежья:
- покос Här’gannit, где nit ‘пожня, покос';
- урочище Här’ganherem [хярьганхерем], где herem ‘пар (в севообороте)’

Здесь же отмечается и неофициальная вепсская фамилия Här’ghiine [хярьгхийне], русский вариант – Быков.

В Вытегорском районе Вологодской области известны:
- озеро Här’gär’v [хярьгярьв] (Шимозерье);
- куст деревень под общим названием Хярька (деревни Берег, Ортино, Перхино) в бассейне реки Кемы.

Правильность этимологии подтверждают и случаи перевода таких названий:
- деревня Härgäniemi / Быкнаволок (Карелия, район Лувозера);
- ручей Här’g’oja [хярьгоя] / Быкручей (Присвирье) [И.И. Муллонен];
- деревня Херпол(ь)е и ручей Херья, рядом с которыми находится луг Бычник (Архангельская область, Мезенский район) [А.К. Матвеев];
- Херга и Быково – два озера, находящиеся рядом (Шенкурский район) [А.К. Матвеев].

Кроме того, в Присвирье ручей Быковец вытекает из озера Урозера. Здесь основа Ур- восходит к карельскому uro [уро] ‘самец’ [И.И. Муллонен]

Как отмечалось выше, это слово было известно и в Архангельской области. Кроме этого, на территории региона отмечены:
- Хергозеро (Каргопольский район). У озера находилась пустынь во имя Макария Желтоводского, считавшегося покровителем рогатого скота [Е.В. Захарова];

- покос Хергала в Няндомском районе [А.К. Матвеев];

- два ручья Хярга (приток Покшеньги и Пинеги), а также по одному из них названа часть села Веркола [А.К. Матвеев].

О том, что названия пинежских Хярг, несмотря на значительную удаленность от современного карельского и вепсского топонимических ареалов, восходят к Här’g’oja (т.е. не являются простым совпадением), свидетельствует фиксация в исторических письменных источниках Пинежья некой Хяргойской мельницы (т.е. мельницы на ручье Хяргоя) [А.И. Соболев].

Что почитать:

Винокурова И.Ю. Животные в традиционном мировоззрении вепсов (опыт реконструкции). Петрозаводск: Изд-во ПетрГУ, 2006. 488 с.

Воронов А. Древний народный обычай // Олонецкие губернские ведомости. 1887. № 95. С. 885 - 886.

Захарова Е. В. Интеграция субстратных прибалтийско-финских топонимов в русскую топосистему Восточного Обонежья : автореферат дис. ... кандидата филологических наук. Санкт-Петербург, 2015.

Кочкуркина С.И. История и культура народов Карелии и их соседей (средние века). Петрозаводск: АУ РК «Информационное агентство «Республика Карелия», 2011. 240 с.

Максимов С. В. Нечистая, неведомая и крестная сила. 1903. 530 с.

Матвеев А. К. Субстратная топонимия. Русского Севера. Т. 1–4.

Мифы народов мира. Энциклопедия. В 2-х томах. М.: Советская Энциклопедия, 1987–1988.

Муллонен И. И. Топонимия Присвирья: проблемы этноязыкового контактирования Петрозаводск : Петрозав. госуниверситет, 2002. 352 с.

Муллонен И.И. Очерки вепсской топонимики. СПб. : Наука, 1994. 154 с.

Славянские древности: Этнолингвистический словарь.

Соболев А.И. Географические подходы к изучению гидронимии: потамонимы Юго-Восточного Обонежья в сопоставлении со смежными ареалами // Acta Linguistica Petropolitana. 2024. Т. 20. Ч. 2. С. 252–294.